Текст книги "Путь трёх совершенствований. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Крам

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)

– Ага. Уже исцелился?

– Ну так. На мне всё заживает как на оборотне. Маякни во вторую кабинку.

Она нажала пару клавиш, и брату ушёл сигнал. Сейчас он всё закончит и должен выйти.

Прошло минут семь, и крышка капсулы отошла в сторону. Я подхватил его под плечо, и он сам сумел выйти на улицу.

– Может, вас подвезти? – спросила Рин. – Я сегодня с водителем.

– А мы и не откажемся, – сказал Пашка.

– Слушай, – осенила меня идея. – А может, ты нас до рынка подкинешь? Коляску новую купим.

– Без проблем, – легко согласилась девушка.

– Я как раз эрги вывел, – сообщил брат.

Мы проехали до рыночной парковки, где новый внедорожник семьи Фобос смотрелся как автомат на выставке самострелов.

Прошли до дальнего ряда, тут вместе стояли велосипеды, бабкины котомки, протезы всех мастей от деревянных до кибернетических, детские и инвалидные коляски.

– Мы же типа на прокачку отдавали, – напомнил брат.

– Ага. Пошли к Самоделкину.

Рядом была палатка. Внутри пахло жженой проводкой и расплавленным металлом. Худой мужик в пилотских очках и засаленных штанах держал паяльник кибернетической левой рукой.

– Самыч, привет, – сказал я.

– Сядь там, подожди, – даже не обернулся он.

Я глянул на Рин, она расфокусировала взгляд и наклонила голову набок, будто прислушивалась к далёкой мелодии.

– Никогда такого не ощущала, – тихо проговорила она. – Интересный человек.

Тем временем Пашка увидел нужный образец.

– Я надеюсь ты не про ту, где ручные педали? – спросил я.

– Да нет же. За ней.

А за ней стояла стильная штучка. Конструкция с минимумом деталей, при этом выглядит так, будто на ней можно с высоты падать, и ничего не будет. На подставке для ног подсветка для езды в ночное время, а из подлокотника вынимается телескопическая хваталка, чтобы с высоты всякое доставать.

Только ценник в полторы тысячи эргов был кусачим.

– Самыч, сбрось хоть триста.

Я выкатил коляску, посадил брата тестировать.

– Не могу, – категорично заявил владелец лавки.

– А это, что? – спросил я, подойдя к горе всякого-разного.

– Мусор, – не оборачиваясь сказал Самоделкин.

– Я пороюсь?

– Только молча.

Я активировал умение оружейника и начал собирать пазл конструкции. Детали вставали друг за другом, не хватало крепёжных элементов, и я просто прихватывал на проволоку, чтобы собрать инструмент целиком.

– Круто! – уважительно поджал губы Пашка.

И тут хозяин лавки повернулся.

– Ты как это сделал? – уставился он на меня. – Это панцирный резак для бронированного экзоскелета. Он из меня уже месяц все нервы тянет, и так и так его вертел.

– Да интуитивно как-то вышло всё, – глупо протянул я. – Так чего там по коляске?

– Да забирай за тысячу двести, – махнул он, поднимая панцирный резак будто дитя.

Я так понял, это под нашествие инсектойдов оружие.

Я расплатился, и мы покатили.

– Ты меня всё больше удивляешь, – проговорила Рин.

– Ну такие мы, парни из гетто, полные загадок.

Мы загрузились в машину, проехали до границы района, а потом я попросил меня высадить. Брат поехал домой, а я решил пройтись до Саймона и его ребят. Сообщить новости, что рогатых больше нет, а то вдруг они до сих пор лелеют надежду их попинать и меня у моста ждут.

На излюбленном месте парней не было. Пошёл вглубь чужого района, пока не нарвался на парня года на три меня постарше.

– Слушай, человек прохожий, – обратился он ко мне. – А ты откуда такой? Чего-то я тебя раньше не видел.

– Саймана знаешь?

– Знаю.

– Не подскажешь, где найти? У моста нет.

– У них на кладбище трейлеров база.

– А как дойти?

– Ну точно не местный.

– Допустим.

– Да допустили уже.

Он объяснил, как пройти, и я дошёл до места. А потом уже ориентировался на звук. Голосила орда подростков. Драка стенка на стенку у них, что ли?

Я ускорил шаг, вдруг Саймону помощь нужна. Усмехнулся, когда увидел в чём дело.

Ребята играли в КП. Только площадки у них специальной не было. Сделали сами. Бегали по земле, с редкими вкраплениями травы, используя вместо укрытий старые шкафы, растущие тут деревья и кусты, пустые корпуса от трейлеров, сиденья, диваны. В общем всё, что нашли.

Вместо портала была картонка. Ну хоть мяч настоящий, хоть и изрядно уставший от такой жизни. Липучки, правда, не липнут, ободранные все. Так что кидать их приходилось с такой силой, чтобы на поле слышали глухой удар о тело, дабы не у кого сомнений не возникло в попадании.

За полем было что-то вроде трибун. Натащили тоже всякого добра, на чём сидеть можно, но в основном кровати из трейлеров. Зрителей было немного. Старик с замершей на губах полуулыбкой. Группка детишек, явно чьи-то младшие. И несколько девчонок, что пришли поболеть за ребят со двора.

Непонятно, кто ведёт. Я подсел к девушкам, чей внешний вид соответствовал лучшим традициям моды гетто. Юбки, яркий жирный макияж и дешевая краска, убивающая само воспоминание о реальном цвете волос.

– Девчат, а кто ведёт?

– Торин, – нехотя ответила одна, надувая пузырь жвачки.

– Это вон тот здоровяк без футболки? – спросил я, определив в нём второго капитана.

– Да, – более мягко сказала другая. – А ты кто? – с интересом поглядела она на меня.

– Да вот игрок на замену.

Русику сделали подсечку, он упал, содрал локоть. Догнал обидчика и влепил ему подсрачник. Завязалась драка. И тут старик свистнул, сам, без свистка, и все мигом разошлись.

– Замену играть будете? – громко крикнул я, улыбаясь во весь рот.

– Тебя-то каким ветром занесло? – ответил Саймон, оголяя зубы.

Я поиграл за их команду, чтобы прочувствовать разницу. И это, конечно, не лощенный школьный КП. Тут и локтем в бок прилететь могло, да и на землю падать не то же самое, что на газон. Два раза против меня нарушали правила, после чего приходилось вселять в ребят спортивный дух честной соревновательности посредством поступательных движений кулака в область наглой рожи.

В общем, было очень весело. Разбил колено, разбили нос. Употел как хоббит на марафоне.

Потом мы все вместе пили ледяную мутную воду из колонки. Дедок с трибун оказался бывшим тренером городской сборной Кадии. Полвека назад его команда брала первенство среди полисов. Сейчас вот душу отводит, следит за игрой пацанов.

– Мы на чемпионат по дворовому КП хотим, – сказал Саймон. – Давай с нами. Ты нифига финты исполнял.

– Я подумаю. Честно говоря, арсенал ваших грязных…

– Но-но-но! – возмутился парень. – Уличных. Уличных приёмов.

– Ага. Вот он меня заинтересовал. В школе такому не научат.

Потом я рассказал им, что рогатых больше нет.

– Слышали что-то такое, думали враки. А кто их так?

– Да есть там один, всем рога и пообломал.

– И ты никаким боком? – прищурился Саймон.

– Ну так, на шухере стоял, – сказал я.

Мы попрощались, и я поплёлся домой мимо логова рогатых.

Территория оказалась оцеплена. Тело деформатора, естественно, было снято. Здание выгорело. Каждое окно щерилось щербатой пастью, а тёмные подпалины на стенах, там, где выходил дым, напоминали высунутые чёрные языки, получался эффект, будто каждое окно выглядело как рот жуткого демона.

И самое удивительное, что куртки в петлях так и висели без единого пятнышка копоти подобно призракам. Как, спрашивается, верёвки не сгорели, когда бушевало пламя?

Как это возможно?

Я передёрнул плечами, развернулся и пошёл домой.

Рогатые умерли. Все воспринимали это именно так и шарахались от места, будто их, и правда, там всех вздёрнули.

Надо будет узнать у Буяна, как всё закончилось.

Дома я снова всех ошарашил своим исцелением.

– Она на тебя запала, говорю тебе, – шутил Пашка.

– Угу. Десять раз, блин.

За ужином решил ещё раз обрадовать родителей и рассказал, что меня взяли в сборную.

– Офигеть! – воскликнул брат.

– Это надо отметить, – объявил отец.

– Завтра приготовлю что-нибудь особенное, – радостно заявила мама.

После Пашка позвал меня к себе.

– Вот, – он вручил мне книгу. – Рин передала. Типа подарок, или чего, или почитать просто дала, я так и не понял, она заикаться начала.

– Почитаемс, – довольно потёр я руки.

Перед сном залез в капсулу и сунул в инвентарь револьвер. Посмотрим, как он себя проявит во сне.

Лёг на кровать вместе с новой книгой. А когда уснул, двери Пути услужливо приоткрылись для моего сознания. Надо будет по физике что-нибудь почитать. Интересно, как это, вообще, всё происходит.

Глава 15

– Добрый день. Ночь? – обратился я к Михаилу. – Или чего тут? Доброго безвременья, – усмехнулся.

Он кивнул.

– И я рад тебя видеть. Вижу, всё изучаешь, – он взял в руки книгу и полистал. – И как дела в этой твоей Дигме? Проверил, что хотел?

– Да. Чувствую, эта информация представляет для тебя живой интерес.

– Так заметно?

– Ага.

– Я с таким почти не сталкивался. Да и не только я, никто из Круга. Но о нём позже. Давай уже делись своими изысканиями.

Я уселся на пол и сказал:

– Видел у тебя тут чаёк.

– Хм. Не уверен, что ты сможешь его выпить, но давай попробуем.

Он махнул рукой. Из воздуха соткалась гайвань и пиалы. Крышка сама собой приоткрылась, чай выпорхнул из тары, покрутился в воздухе перемешиваясь и вернулся, покрыв листья. Учитель разлил по чашкам и протянул одну мне.

Я осторожно принял пиалу, и его брови удивленно подпрыгнули.

– Ничего не ощущаешь?

– Ну есть что-то. Будто чашка немного вибрирует в реальности. В любой момент может исчезнуть или размножится.

– Поразительно, что ты смог её удержать и смог ощутить всё то, что описал. Что ж, пробуй выпить.

Я попытался поднести её к губам, но ничего не вышло, она вмиг стала неподъёмной, и сдвинуть руку не удалось, как и не получилось приблизить голову. Будто мы с ней разно полюсные магниты.

Учитель рассмеялся, глядя на мои потуги.

– Так и что это всё значит? – спросил я, отпустив чашку, которая зависла в воздухе.

– Чай из листьев древа миров. Этот набор создан, чтобы… понимаешь, Путь он уравнивает разные вибрации миров. Но не всегда справляется. Есть, например, только двухмерные миры. Или не мне тебе рассказывать, что такое хтониты, они обитают порой в таком, что дорога просто не сможет туда построиться. Миры, живущие по иным законам. С иной частотой и вибрацией. Переместиться тебе туда будет сравнимо попытке воспроизвести песню на бумаге. Ну то есть бумага шуршит и рвётся, это весь её арсенал звуков. Не выйдет передать гитарную струну или барабан, и уж тем более человеческий голос.

– Я понял.

– Так вот. Эта чаша, она имитирует рассинхронизацию миров. И так ты потихоньку учишься работать с этой энергией. Ты не должен был её взять.

– Я недавно встречался с такой тварью как Деформатор Реальности. Точнее, с тем, что было заражено аурой его магии. Может, это как-то повлияло.

– Не знаю. В любом случае, это необычно. Но мы отвлеклись.

– Ах да! – я сейчас. Сбегал до терминала, и купил себе самый близкий аналог чая, что нашёл. Просто набор для отвара с ягодами. Ну и воды взял, прям кипячённая продавалась. Правда, дороже обычной.

Сел напротив учителя и поведал, всё, что удалось выяснить. А потом вытащил из инвентаря револьвер.

– Пробуй, – одобрил он задумку.

Я взвёл курок и утопли спусковой крючок. Боёк ударил, но выстрела не было. Я ещё пару раз щелкнул, но впустую. Вытряхнул патроны на руку, ни на одном не было следа от удара по капсюлю.

– Не будет работать без навыка стрельбы, – заключил Михаил.

– Зато если возьму его, такое буду творить в Дигме, – мечтательно протянул я. – Да и тут мало никому не покажется. Хотя, конечно, у огнестрела совсем иное настроение. Всё же тут путь меча, пусть даже пока без лезвия, мне ближе.

Наставник удовлетворённо кивнул.

– Ты меня радуешь, ученик. Пожалуй, пора посвятить тебя в тайны Круга. Круг… Это двенадцать. Двенадцать кого? – спросил он сам у себя.

Я рассмеялся. Это его неуверенность в очевидных вещах порой веселит.

– Двенадцать… двенадцать, – задумчиво повторил он. – Надо было продумать диалог. Ну допустим, двенадцать пилигримов, что стали учителями пилигримов. Двенадцать братьев и сестёр, в духовном плане. Двенадцать тех, кто, наверное, что и работает на Путь. По крайней мере, всячески пытается постичь его. И помогает ему, если что-то выходит из строя. Само, от времени, или при помощи чьей-то злой воли.

– Вы типа орден? Орден учёных, которые исследуют Путь, но в то же время его сотрудники?

– Ну не то чтобы сотрудники. Хотя безусловно его исследователи, как и все идущие. Но у нас есть некие привилегии, быть наставниками, например. Даже если вначале приходится изображать тупых болванчиков, – он усмехнулся.

– А у тебя отлично получалось, – засмеялся я. – Тебе бы в театральное пойти.

Он глубоко вдохнул, не понятно было, разозлится или улыбнётся. В итоге сдержал каменную маску.

– Мы нашли лазейку в системе, и это позволило нам занять места помощников. Поскольку мы помогаем Пути, он эту лазейку не прикрыл.

– А в чём заключается помощь?

– Когда-то Путь был совсем иным. Но потом случилась, – он замолчал. – Катастрофа. Многие дороги оказались разрушены. Функционал частично утрачен. А ресурсы самовосстановления… они почти исчезли. Путь отдал дороги под самоуправление пилигримов. И если, условно, обитало в локации племя, и путник должен был жить с ним месяц. Просто без каких-либо испытаний. Такое задание. Зачем-то оно нужно. Таким оно появилось. И вот приходит пилигрим и убивает всех членов племени, задание ему не засчитывается. Но ему и не надо. Тогда наша задача – восстановить локацию в первозданном виде, ещё и прикрыть от возможного повторения инцидента. Все примеры, конечно, условные.

– Суть я понял. Тогда причём тут меч?

Я взял рукоять и покрутил в пальцах. Поглядел на неровный край обломка лезвия.

– Меч. Меч – это ключ. Большего сказать пока не могу.

Я почувствовал, что артефакт тепло отозвался на эти слова. Буквально на пару градусов, но температура рукояти на миг возросла, а потом снова понизилась.

– Следующий вопрос. В джунглях я нашёл слепок пилигрима из моего мира.

– Ты уверен?

– Совершенно точно.

– Я не знаю, сколько вас на мир. Может, всего двое. Или десять только на твоей улице.

Было бы забавно, если все одарённые на самом деле пилигримы. Просто качаются одинаково, потому набор умений идентичный и разбит на классы. Но шанс подобного исчезающе мал. Не получилось бы скрыть, да и смысла делать из этого тайну бы не было.

Хотя интересно, как различаются дары. В реальности кинетик сначала учится управлять пушинкой и постепенно развивает способности, дойдя до кинетического удара. В Пути же, наоборот, сначала получают какой-нибудь воздушный толчок, и только потом, может быть, найдут левитацию и смогут управлять мелкими предметами.

– А можно ли мне рассказать брату? – спросил я то, что всё время забывал.

Михаил задумался.

– Вы с ним похожи?

– Да. Только он на год младше.

– Тогда, пожалуй, что и можно. Но нужно ли? В том плане, что через него могут получить информацию.

Теперь уже я погрузился в раздумья. Сейчас мне удаётся скрываться, но тот же следак ищущий ставил жучки, Рин следила, Элен посылала своего человека наблюдать. Вдруг всё будет становиться только хуже. Вдруг сильные мира сего как-то узнают и захотят получить доступ к Пути. Не хочется подставлять Пашку под удар. Лучше и дальше искать бижутерию или что-то в этом роде, что может его поставить на ноги. И ничего не объяснять, давая понять, о чём-то магическом. Он поймёт. Он же мой брат.

– Хорошо, раз у нас сеанс откровений, – осторожно произнёс я. – Тогда скажи мне, что такое Великое Равновесие.

– Гхм, – учитель сморщился и потёр рукой шею. Чай не в то горло попал. – Где ты это услышал?

– Видел надпись мелом от пилигрима.

– Невозможно. Великое Равновесие стёрло все послания, что были до, – он немного начал терять плотность, становясь более прозрачным. – Видишь, что происходит. Я не могу говорить на эту тему. Если желаешь таких знаний, придётся посещать библиотеки и архивы. Их на дорогах хватает.

– Спасибо. Картина происходящего стала чуточку яснее. Самую малость. Пора проходить испытания. Хотелось бы одновременно и огнестрельное умение получить, и осколок найти, и задание, связанное в восстановлении Пути взять.

Учитель засмеялся и покачал головой.

– Постараюсь, но ничего не обещаю. Даже два параметра из трёх тяжело вместе поймать, а три и подавно. Но давай попробуем.

Рисунки на печати перестраивались, пока не сложились в причудливый контур.

Я наступил в портальный круг одной ногой, считывая информацию.

Дорога в монастырь Кулак Смирения.

Групповое испытание.

О как! Такого ещё не было. Нужно почитать мануал.

Открыл аук и нахмурил брови. В основном все инструкции были на десять процентов. Стоили, кстати, копейки, по сотне КотКоинов. Как-то это всё подозрительно.

Купил первый попавшийся от путника с ником Маус.

'Сей труд призван соотнести мой опыт с твоим разумом посредством синтаксических текстовых конструкций.

Ладно, шучу.

На самом деле ничего особо не расскажу. Когда или если пройдешь испытание сам поймешь почему.

Квест по доставке провизии в монастырь. Дорога полна опасностей. И да, продукты и прочее лучше купить заранее, или придётся ещё несколько дней перед отправкой добывать еду и материалы для монахов.

Задание коллективное, так что, как только собрана группа – испытание началось. Шанс пройти у каждого всего один. То есть тот, кто погиб, выбывает из испытания, вернуться из путевой комнаты не выйдет.

Также сообщу и об известных мне противниках.

Первые и самые опасные – пилигримы. Многие попытаются вас остановить из-за корысти или иного злого умысла.

…'

Там были ещё описания немногочисленных зверей, что ему попались, но он честно предупредил, что мне никто из них может и не встретиться. А готовиться надо очень серьёзно и ко всему.

После болотных джунглей меня не сильно пугала такая перспектива. Хотя понятно, что совершенно разные по стилю опасности. Там робинзонада, тут доставка провизии. Приходить без груза смысла особо нет, так что важно ещё и сохранить хоть какую-то часть припасов.

Монастырь Кулак Смирения. Что может понадобиться монахам?

Сухарей, сала и сушеного мяса, наверное, и без меня возьмут. А вот, например, ткань для одеяний вряд ли. Нитки, иголки, опять же. Краска для одежды. Соль, сахар, перец и другие специи. Всё, что похоже на чай. Чернила и чистая бумага. Книги! Да, и такое на ауке нашлось.

Я сложил всё в два холщевых мешка.

Теперь надо думать, что понадобится для группы во время перехода.

Зелья, таблетки маны. Стрелы, болты. Бинты. Кольчуга. Шлем. Несколько пар сапог. Два дешевых меча и столько же самых простых копий. Плащи. Хворост, но его можно и на месте насобирать.

Так, ну вроде готов. Немного почитаю перед заходом и в путь.

Я открыл подарок Рин. Это была книга от бывших сценаристов Дигмы. Многое про сюжет, механики и то, как они делали мир живым на протяжении десятков лет. Как балансировать между реальными прорывами и виртуальными.

Оказалось, есть негласное правило. Нельзя запускать ивент какой-то фракции, если она недавно нападала на полис. То есть аналоги хтонитов и хаоситов не стоит ждать в игре ещё минимум три месяца.

Написано было увлекательно. Удивительно, что люди, всю жизнь использующие сухой сценарный язык, так владеют словом.

– Можешь не успеть на этот набор, – сказал Михаил. Лимит вошедших в локацию почти исчерпан.

Я спохватился, быстро нацепил на себя все вещи, одновременно дочитывая последнюю страницу главы, и не заметил, как вошёл в портал с книгой.

Собственно, и плевать. Всё равно это копия. Оригинал смогу скопировать завтра ещё раз и дочитаю.

Я осмотрелся. Под ногами земля. Вокруг трава, цветы и камни. Справа журчит небольшая речушка, плещется рыба. Сзади лес. Слева навес, под которым собрались пилигримы. Спереди равнина, иногда стеснённая холмами, и наезженный тракт.

Я оставил вещи у общей кучи и направился к другим путниками. Кого там только не было. Так, стоп! А эти мне знакомы.

– Руана, Барти! – воскликнул я.

– Эхо!

– Лысый кот!

Мы обнюхали друг у друга шею с кошко-девочкой, приветствуя по их обычаю. И поздоровался с Барти за руку, уже по моему обычаю.

– Осторожно, – прошептал он мне на ухо. – Я уже бегал с ней. Эта кошка – извращенка. При прощании хватает за задницу.

Я захохотал и не стал ничего говорить. Научил плохому, чего теперь.

– Закончили? – хмуро посмотрела на нас страшненькая скуластая мадама. На первый взгляд представительница расы высоких эльфов, но кто на самом деле, не угадаешь.

Руана ощерилась. А я пропустил подначку мимо ушей. Плевать мне на эту стерву.

– Я Эхо, – представился для всех. И тут взгляд упал на существо, которое я тут никак не ожидал увидеть.

Ростом где-то метр пятьдесят в кожаной броне стоял бобр со шлемом под мышкой.

– Какие-то проблемы? – сразу поймал он мой взгляд.

– Никаких, – видимо, не очень искренне ответил я. После Сиби их недолюбливаю.

– Ты что расист? – чуть ли не начал подпрыгивать бобр. Похоже, искал конфликта. – Расист? Расист?

Кто-то откровенно потешался. Другие просто с интересом наблюдали, ожидая моей реакции. Все, похоже, уже привыкли к нему и всерьёз не воспринимали.

– Кто? Я? – деланно удивился. – Ни в коем случае. В нашем мире бобров очень уважают, – вложил я максимум актёрских способностей. – Они вообще считаются деликатесом.

– Ах ты! – воскликнул бобр и ринулся ко мне, но его удержали откровенно смеющие пилигримы.

– Ну хватит, хватит, господа, – подал голос человек в золотистых доспехах. Кудрявый блондин лет двадцати пяти с лицом героя греческого эпоса. – Королевское время дорого, – возвышенно произнёс он. – Даже там, где царствует безвременье.

Руана закатила глаза, а Барти покрутил пальцем у виска и прошептал:

– Я его боюсь. Он полный псих.

– Я король!

– Он на самом деле король, – подал голос молодой гоблин. – Я был в его мире. Монарх, настоящий.

– Вот именно! – театрально воздел руку блондин. – Купайтесь, купайтесь в лучах моего величия. Испытание пройдёт, и вы снова вернётесь к своим жалким неважным жизням, лишенным моего светоча.

– Может, к делу? – подал голос мужчина с аккуратной бородой, волосами чуть ниже плеч и здоровенным двуручником.

Вообще, людей здесь много. Я, Барти, вот этот мужик, и девушка блондинка в шлеме, прикрывающем ещё и глаза. Потому даже непонятно, симпатичная ли. Четыре человека на группу из пятнадцати разумных. Почти треть.

– Меня зовут Гунвар, – воткнул воин двуручник в землю и сложил на него ладони. – У меня большой опыт командования боевыми группами в моём мире, поэтому, если никто не против, я бы выдвинул свою кандидатуру на роль не лидера, конечно, но хотя бы координатора.

– Исключено, – возразил король. – Никто не вправе командовать Вечноцарствиусом Мудрейшим, Королём Перволюдей, Правителем Дающей Жизнь Реки, Стражем Врат Миров, Последним Великим Картографом.

– Тогда смерено прошу, разреши мне повелевать этими разумными от твоего имени, – не растерялся Гунвар.

– Дозволяю, – махнул рукой король.

Какой дипломат этот мечник. Мгновенно нашёл подход.

– Ребят, сейчас быстро проводим инвентаризацию, – затараторил он. – По очереди, по часовой, называйте, кто что принёс. Потом ловим ездовых зверей, строим повозку и в путь.

Как я и предполагал, взяли в основном еду.

Гунвар был грамотным руководителем, всё решал голосованием. Например, было три вида зверей, которых можно поймать. Дикие полуминотавры, выносливые, но не быстрые. Ящеры, резвые, но не сильные. И паукони – середняки, но самые слабые. Убить их могут только так.

В итоге выбор остановили на последних. По строению они напоминали детский четырёхколёсный велосипед. Когда помимо большого заднего колеса имеются ещё два маленьких, пока ребёнок учится ездить на нём после трёхколёсного. Так и эти. Четыре копыта и с боков ещё по две паучьих лапы с каждой стороны.

Повозки мастерить пришлось две. В этом сильно помог бобр. Колёса Гунвар притащил с собой, так что проблем не возникло.

Распределили груз по сумкам и примерно поровну на две телеги, чтобы в случае утери одной, во второй осталось всё необходимое.

– Готовы? – спросил рейд-лидер. – Напомню, что чем больше каждый сделал для прохождения, тем больше награда. НО, – выделил он голосом. – Даже если вы погибли, в случае успеха миссии вас всё равно ждёт награда. Так что бейтесь до последней секунды.

Повозки тронулись.

– Слушай, Барт, – обратился я к приятелю. – А бобра, случайно, не Курва зовут?

Он, конечно, шутки не понял, а потом и вовсе стало не до смеха. Кошка вздыбила шерсть.

– Марионеточник! – заорал дозорный и почти сразу захлебнулся кровью.