Текст книги "Номер Один (СИ)"

Автор книги: Диана Андерсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 24 страниц)

– Было бы хорошо, если бы Тео спел ту песню, – придвинувшись к моему уху, сказала Лиза. Я не сразу разобрал ее слова. – Ну ту, ты еще играл с ними в прошлый раз. Она мне очень понравилась.

Только Тео сегодня не было в клубе.

– Помню, – кивнув, я снова покосился на девушек. В этот момент к Мэри и Тине прижимались какие-то парни, по виду гораздо старше нас, и заметив, как девушки пытаются отделаться от назойливого внимания, я разозлился. Остановившись, я двинулся в их сторону, за мной сражу же последовал Сэм.

– Прошу вас оставить девушек в покое, – настойчиво, но с максимальным спокойствием сказал я, приблизившись к Тине. То же самое сделал Сэм. – Они пришли с нами.

Мне совсем не хотелось ввязываться в драку, но к счастью все обошлось, потому что, нахмурившись, парни сначала неохотно отошли от нас, а затем и вовсе направились в другой конец зала.

Удивленные девушки последовали за нами к барной стойке, на пути бубня что-то себе под нос и возмущаясь, но звуки громкой музыки перемешали все воедино. Я приобнял Тину, незаметно положив свою руку ей на плечо. Она дернулась, но не отдернула мою руку.

– Почему ваши парни не пришли с вами? – поинтересовался я. Затем я заказал у бармена несколько безалкогольных коктейлей.

– А должны были? – вмешалась Мэри.

– Она хотела сказать «спасибо», – дернув подругу за руку, фыркнула Тина. Мэри неохотно поблагодарила нас. Собственно, нам и не нужно были их благодарности. Я просто не мог смотреть на то, как к Тине пристает какой-то тип, тем более без ее согласия.

В этот момент, Тина отодвинулась от подруги, объяснив это тем, что хочет забрать свой жакет с их столика, и развернувшись резко столкнулась с официанткой, пролившей на ее белое платье какой-то напиток. То ли это было вино, то ли томатный сок, но платье сразу же налилось багровыми пятнами, отчего округлив свои без того большие глаза, Тина едва не закричала. Официантка стала отчаянно извиняться, но к моему удивлению, Тина не стала кричать или ругаться, а лишь кивнула, и придвинувшись к нам, выдохнула, будто пыталась держать свой гнев под контролем.

– Я буду благодарна, если кто-нибудь даст мне салфетки, – попросила она.

Бармен, извиняясь, протянул нам пачку бумажных полотенец в футляре. Приблизившись к девушке, не заметив того, я сам стал протирать ее шею, двигаясь ниже, стирая остатки, как я понял, кровавой Мэри, с ее кожи. Тина выгнулась, спокойно предоставив мне доступ к нее телу, а затем тихо ойкнула, когда я коснулся полотенцем ее груди у глубокого выреза платья. В ту же секунду я резко отстранился, поняв, что позволил себе лишнего на глазах у всех наших друзей.

– Я принесла твой пиджак, – неловкую паузу сгладила появившаяся рядом Джессика. Обернувшись, я заметил Лизу, смущенно отвернувшую голову к стоящей рядом Эмме. Мне стало стыдно за то, что я так внезапно оставил ее, пусть и хотел помочь Тине.

– От меня воняет водкой, – возмутилась Кристина. – Пиджаку придет конец, если я надену его поверх платья.

– Тебе придется снять платье, – предложила возникшая ниоткуда Джудит. – Пиджак достаточно длинный.

Я резко подумал совсем о другом. На ней вообще был бюстгальтер? Судя по вырезу платья и тому, что я уже успел нащупать – нет. А если нет, то каким образом она выйдет в этом пиджаке? Зачем я все это представил? Выдохнув сквозь зубы, я отвернулся, не желая узнавать всех подробностей, чувствуя, как напрягаются мышцы моего тела.

– Тина, – я придвинулся ближе к девушке. Так как на мне снизу была черная футболка, я снял с себя рубашку, решив передать ее Тине. Она несомненно была бы ей велика и смотрелась бы на ней как платье. – Ты можешь надеть мою рубашку, она тоже будет достаточно длинной для тебя.

На меня недоверчиво покосилась Джудит, а глаза Тины, напротив, загорелись. Кивнув, девушка пошла за мной в сторону уборной. Сняв с себя рубашку, я передал ее Тине, но девушка, взяв ее из моих рук, странно посмотрела на меня, окидывая взглядом с ног до головы и останавливаясь на груди.

– Я надену твою футболку, – заявила она. – Люблю «Guns N’roses», – и лишь спустя пару секунд до меня дошел смысл ее слов. Тина показала пальцем на принт на моей футболке, решительно встав в позу, и передавая мне рубашку назад. У меня не было выбора, зайдя в уборную, я снял с себя футболку, надев рубашку на голое тело и застегнув ее на все пуговицы. Тина ждала меня в тамбуре. Затем я вышел, передал ей футболку, и увидев довольное лицо Тины, тоже улыбнулся. Спустя минуту, девушка вышла из кабины, держа в руках испачканное, залитое коктейлем, платье. Увидев ее в своей черной футболке вместо ее одежды, которая почти так же, как и белое платье не сильно скрывало ее ноги, я незамедлительно напрягся, ощутив прилив крови в не самое подходящее место.

– Ты спас меня, Би, – Тина на ходу поправила волосы, и подойдя ко мне, нежно коснулась губами моей щеки. Черт бы ее побрал. Девушка хихикнула, поправляя подолы моей футболки, которая, будь я неладен, выглядела еще более соблазнительно на ней, чем то, испорченное платье.

Как ни в чем ни бывало, девушки расположились за столиком в другом конце зала, и спокойно попивали коктейли. Я сидел за барной стойкой с банкой энергетика, не спуская глаз с того самого места в том углу, пялясь на Тину. Я чувствовал себя нянькой из-за этой безбашенной девчонки, которая так обольстительно улыбалась, просто обсуждая что-то со своими подругами. Эта футболка на ее теле рисовала в моем воображении не самые приличные картины. Не дождавшись меня, Лиза пошла в центр зала за Эммой и Сэмом, а я даже обрадовался, имея возможность вести себе как идиот без угрызений совести. В этот момент Тина встала с дивана и направилась к танцполу, а я последовал за ней.

– Не отходи слишком далеко, – я схватил ее за локоть. Заметив непонимание в ее лице, я ослабил хватку, но руку не убрал.

– Тогда потанцуй со мной, – Тина переместила свои руки на мои плечи, и потянула за собой, с вызовом глядя мне в глаза. – Ты ведешь себя как мой ревнивый бойфренд, – прыснула она, придвинувшись к моему уху. Мою кожу обдало жаром от ее дыхания.

– Ни чуть, – процедил я сквозь зубы. – Просто рядом нет никого из ваших друзей-футболистов.

Как же не в тему заиграла медленная композиция, что теперь мне пришлось танцевать с этой бессовестной девчонкой почти в обнимку, а учитывая мое, так скажем, напряженное состояние, это было совсем не к месту. Тина прижалась ко мне, а я тихо вздохнул, инстинктивно проводя руками по талии и чуть ниже, но вовремя пришел в себя, одернув ладони.

– Ты еще не пожалел о том, что сделал в прошлый раз? – томным голосом спросила она. Конечно же, я понял, о чем она говорила. Ошарашенный, я ничего не ответил, просто потому что мне нечего было сказать ей.

– Нет, – выдавил я из себя. – Я не буду бегать за тобой сходя с ума от ревности.

– Но ты итак сейчас это делаешь, – тихо засмеялась она. Словно отрезвев от ее последней фразы, я отцепил кольцо рук на своих плечах, и оставив ее в одиночестве, вернулся к нашему столику.

Все же, у меня не было никакой силы воли. Я просил ее сделать выбор, не издеваться надо мной из-за своей популярности, и поняв, что это невозможно, оставил несбыточное желание добиться ее любви. Ей нравилось быть со мной и проводить время в моей компании, в этом не было сомнений. Но также ей нравился и Мэтт Дженсен, постоянно предъявляющий на нее свои права и клеймя ее тело своими руками. От последнего упоминания меня бросило в жар. Оказывается, я и в правду слишком ревнив, как и говорила Кристина. Сделав глубокий глоток холодного энергетика, и заметив, что Тина и ее подруги наконец-то идут домой, я кивнул довольному Сэму в центре зала, сигнализируя о том, что и нам пора убираться отсюда.

Первые два урока прошли почти незаметно на программировании. Ближе к обеду, когда мы оказались в столовой, я наконец-то увидел Тину, и практически разинул рот от увиденного. Не то, чтобы она выглядела как-то сверхъестественно, но я-то знал, что во всем этом было не так. Тина вошла в столовую вместе с Джудит. В коротких джинсовых шортах…и футболке, которую сегодня она связала узлом чуть нижу груди, оставляя оголенным ее плоский живот. Так одевались многие, и это не было чем-то сверхъестественным, но только я, ее подруги, и мои друзья, сейчас сидящие рядом со мной, знали, что на Тине моя черная футболка, которую я передал ей вчера в клубе. Эмма тихо хихикнула, а Сэм, сидящий рядом, едва заметно толкнул меня в бок, что-то бормоча под нос. Затем встав из-за стола, Эмма направилась к стойке с едой, оставляя нас с Сэмом двоих.

– Чувак, это случайно не твоя футболка? – тихо спросил он, так чтобы никто не услышал.

– Тебе показалось, – отмахнулся я, наивно полагая, что друг мне поверит.

– Мерч «Guns N’roses», ты думаешь, я слепой? Я же видел тебе в ней. И видел в ней вчера Тину, когда она запачкала свое платье коктейлем.

Ничего не ответив, я продолжил жевать свой обед, уже не чувствуя никакого вкуса. После обеда у нас была общая физкультура, и как обычно мы играли в баскетбол. Девушки из группы поддержки репетировали, сегодня уже проговаривая громко и выразительно свои кричалки. «Вперед, Вороны», слышалось много сотен раз, но выхода не было, до матча оставались считанные дни. Когда я остановился у скамьи, чтобы сделать небольшую передышку, я невольно уставился на их представление, сразу же столкнувшись взглядами с Тиной, которая сейчас украшала вершину их пирамиды. Наклонив голову, она мне улыбнулась, испепеляя меня своими глазами, отчего я невольно поёжился, сделав глоток воды из бутылки.

После игры приняв душ и собравшись, я вышел из раздевалки, намереваясь пойти на литературу. Войдя в кабинет, я сразу напоролся на Тину, сидящую на моей парте, размахивающую своими ногами как ни в чем ни бывало. Девушка увлеченно что-то обсуждала со стоящей рядом Джудит, не обращая на меня никакого внимания. Эмма сидела за соседней партой, и увидев меня, лишь закатила глаза, будто была возмущена происходящим. Ей в принципе не нравилась Тина.

– О, привет, – поразив меня своей лучезарной улыбкой, Тина спрыгнула с парты. – Прости, заняла твое место, – и она намеренно задела меня плечом, следуя за Джудит к своему ряду. Дернувшись, я простоял несколько секунд, а затем опустил голову, и тихо сел за парту.

– Прости, Брэндон, но как ты мог связаться с ней? – покачала головой Эмма.

Ничего не ответив, я прочистил горло, доставая учебник из рюкзака.

Выйдя в фойе, я увидел ее у шкафчиком-локеров с подругами. Тина стояла спиной ко мне, такая красивая и сексуальная, и невероятно… нежная. Я подошел к ней, Мэри и Джудит увидев меня сразу же отошли, а Тина обернулась и выжидающе взглянула на меня.

– Привет, – она заправила одну прядь своих светлых волос за ухо, не сводя с меня глаз. Затем девушка откинула волосы за спину, будто намеренно демонстрировала мне свой внешний вид.

– Тебе идет моя футболка, – протянул я голосом с хрипотцой, почувствовав себя придурком.

А зачем я вообще к ней подошел? Кажется, чтобы сказать, что изменил что-то в программе и объяснить ей процесс. Прислонившись к шкафчику плечом, я скользнул взглядом по ее телу, рассматривая ее с головы до пят, остановив свое внимание на ее животе, на котором красовался пирсинг.

– Думаю, ты прав, – она вздернула подбородок и вытянула свои пухлые губы. Я сглотнул. – На мне твоя футболка сидит лучше, чем на тебе.

Что, если под моей футболкой на Тине ничего нет? Вдруг она надела ее на голое тело? Каким же жалким извращенцем я стал за последние два месяца. Озабоченный идиот.

– Ты так странно смотришь, – нахмурилась Тина. – Хочешь, чтобы я сняла ее?

– Нет, что ты, – пробормотал я.

– Я ее не постирала, – добавила Тина. – У тебя классный парфюм, – сказала она чуть тише, переводя свой взгляд с глаз на мои губы. – Мне понравилось чувствовать на себе твой запах.

Я вздрогнул от двусмысленности произнесенной ею фразы. Как такое могло произойти за один единственный вечер? Я понятия не имел, каким образом все вернулось в самое начало, а я снова стал робким и смущенным придурком.

– Думаю, здесь неуместно говорить, но так как ты мой близкий друг, – медленно приблизившись ко мне, протянула она, акцентируя свое внимание на последнем словосочетании, – Я тебе признаюсь. У меня под ней ничего нет, – игриво прошептала она прямо мне в губы, коснувшись своим тонким пальцем моей груди, и водя им по ней, словно рисовала узоры.

Я остолбенел, буквально ощутив, как пылают мои щеки и каменеет от ее прикосновений и слов все мое тело. Чертовка, она снова бессовестно флиртует со мной. Ее позвали девушки и резко отстранившись, Тина подмигнула мне, фактически отравив меня в нокаут. Я сглотнул, а затем все же обернулся, глядя ей в след, проводя взглядом ее фигуру.

К осеннему балу выпускники всегда готовились тщательно и заранее, и сегодняшний день не стал исключением. После всех факультативов, мы собрались в актовом зале с различной атрибутикой праздника, Эмма радовалась больше всех, так как это был ее первый бал в другой школе, и в другой стране.

Мы с Сэмом занялись стенами и потолком, развешивая гирлянды в самом центре, а Эмма, Джессика и Лиза вырезали фигурки различных существ, так как несмотря на тематику бала, близился Хэллоуин. Здесь я немного забылся, переводя свое внимание с Тины, находящейся где-то позади меня на других своих друзей. Они смеялись, невольно я повернулся к сцене, и увидел ее снова, развешивающей гирлянды, стоя на самой высокой ступеньке стремянки. Одно неловкое движение – и она могла упасть снова, как тогда во время пирамиды, но сейчас внизу было много парней, которые точно пришли бы ей на помощь.

– Жаль, что в этом году будет обычный осенний бал вместо Хэллоуина, – выдохнула Лиза. Отвлекшись на диалог ребят, я вернулся на прежнее место, постепенно включаясь в их разговор.

– Хартер, принесите из подсобного помещения плакаты, – попросил мистер Коулман.

Эмма вызвалась помочь, но преподаватель объяснил, что плакаты занимали много места и могли быть тяжелыми, и попросил ее остаться на месте.

Я сразу вышел из актового зала и направился в подсобку, проходя вдоль длинного коридора фойе, в котором днем бывало не протиснуться. Сейчас вечерело и в школе была абсолютная тишина и пустота. Открыв дверь узкого помещения, я услышал какой-то шум, а затем подняв голову, увидел Тину, стоящую на стремянке над моей головой. Когда она успела прийти сюда?

– Что ты здесь делаешь? – удивилась она, глядя на меня сверху вниз. В центре узкого помещения была одиночная лампа, еле освещающая кладовое помещение.

– Мне нужны плакаты, – ответил я, заходя в комнату полностью. Лестница на которой стояла Тина была слишком хлипкой, девушка практически не двигалась, чтобы не упасть. Зачем она полезла так высоко?

– Мне тоже, они тут, – Тина достала большую коробку с полки и слегка наклонившись, протянула ее мне.

– Осторожно, ты можешь уронить ее или же упасть, – предупредил я и ее глаза незамедлительно увеличились в размере. Сделав серьезное лицо, я объяснил ей, что это всего лишь шутка, чтобы успокоить девушку.

– Поможешь спуститься?

Поставив коробку на пол, я протянул руки вверх. Тина вытянула ладони ко мне, а я, приблизив ее к себе, осторожно сцепил руки вокруг ее талии и, приподняв, опустил вниз рядом с собой. Для нас двоих в кладовой сразу же стало мало места. Тина прижалась спиной к полке с каким-то барахлом, чтобы немного отстраниться, хотя в этом не было особого смысла, я все равно был слишком близок к ней. Тина казалась такой маленькой, миниатюрной, что, я не смог сдержаться, и вытянув руку, коснулся ладонью ее лица, а затем провел большим пальцем по ее щеке. Проведя другой ладонью по ее плоскому животу, я скользнул выше, гладя ее шелковистую кожу под футболкой, мысленно желая о том, чтобы Тина сейчас же отдёрнула мою руку и вышвырнула меня из кладовой, но к сожалению, ничего не происходило. Мои внутренности сжигало пламя, а сердце готово было выпрыгнуть из груди. Тина не сопротивлялась, а напротив, сама прильнула ко мне, глядя с вызовом мне в глаза, обжигая своим дыханием мои губы. Она часто дышала, и здесь я почувствовал, как от нее пахло карамелью и чем-то еще сладким и цветочным, и мне очень сильно захотелось попробовать ее кожу на вкус. В этот момент, придя в себя, я отдернул ладонь от ее тела и сделал небольшой шаг назад, как тут же дверь с всхлипом из-за заржавевших пружин, распахнулась.

– Ребят, я не собиралась вам мешать, – Джудит ухмыльнувшись, скрестила руки на груди, а я как ошпаренный вылетел из помещения.

Глава 14

Кристина

Я выбежала из подсобки вслед за Брэндоном, игнорируя немой вопрос на усмехавшемся лице подруги. Мне было не до Джудит с ее расспросами: в этот момент меня терзала обида. Уже когда он отстранился, я почувствовала себя бесконечно жалкой, после чего слезы сами комом подкатили к горлу. Забрав свою сумку, не попрощавшись с подругами и не объяснив свой уход преподавателям – я пулей вылетела из школы.

Рухнув на кровать я все же не смогла сдержаться, и дала волю слезам. Разрыдаться – это ведь как раз то, чего мне не хватало. Я ведь вела себя как полная дура на протяжении последних нескольких недель, и сейчас чувствовала себя отвратительно. Брэндон не предпринял никаких попыток, чтобы вернуть мое расположение. Вчера, вернувшись из клуба в его черной майке – я почему – то решила, что сумею вытащить из него прощение. Он не хочет меня, и не хотел никогда, он слишком холоден, иначе бы там в кладовой не отстранился от меня. А я вела себя как легкомысленная дура, теперь уже потерявшая к себе всякое уважение.

– Тина, детка, ты хорошо себя чувствуешь? – послышался стук в дверь и заботливый голос Терезы. Она видела, как быстро я забежала в дом по лестнице, хлопая дверью. – Принести тебе чего-нибудь?

Успокоившись и сглотнув, я ровным тоном попросила оставить меня наедине с самой собой, объяснив все это тем, что мне просто не здоровится. Прошло какое-то время, я лежала не двигаясь, уткнувшись в подушку, все думая о своем поведении, и неконтролируемо рыдая.

Я и не заметила, как провалилась в сон. Когда я открыла глаза и посмотрела на часы – было далеко за полночь. Встав с кровати, я почувствовала легкое головокружение. Я окинула взглядом себя с головы до ног и поморщившись, стянула с себя футболку и бросила ее на кровать. Затем я подняла ее и приблизив к лицу втянула носом ее аромат: ванильные ноты моих новых духов сильно перебивали цитрусово-морские, но я все же отдаленно ощущала этот запах, то ли парфюма, то ли геля для душа Брэндона. Такой родной и теперь чужой одновременно. Какая я же жалкая дура, которая посмела увлечься так сильно. От безысходности я застонала и снова стала плакать как идиотка.

Утром я проснулась с ужасной головной болью. В глазах сильно щипало от слез и от туши: прежде я никогда не позволяла себе ложиться спать с макияжем. Мне не хотелось вылезать из постели, протерев глаза, я приподнялась на кровати и плотнее завесила шторы, чтобы не пропускать в свою комнату непрошенные солнечные лучи. Чувство тревоги усилилось стократно: перед глазами мельтешили картинки прошлого дня, отчего я поморщилась снова, чувствуя отвращение от самой себя. Будто по будильнику, без стука через пять минут в комнату ворвалась недовольная Тереза.

– Девочка, ты не заболела случайно? – женщина бесцеремонно стянула одеяло с моей головы и стала прикладывать руку к моему лбу. – Вроде бы не горишь.

– Тереза, – возмущенно протянула я, держась за край белоснежного одеяла. – Оставь меня в покое, я даже не одета!

Кухарке были совершенно безразличны мои жалкие попытки отстраниться. Собрав с пола разбросанную мною одежду в порыве гнева этой ночью, женщина что-то недовольно буркнула себе под нос, а затем добавила несколько слов.

– Ты ничего не ела со вчерашнего дня, а уже почти полдень!

– Уходи, – пробубнила я, с головой кутаясь в одеяло. – Я не хочу есть.

Тереза присела на край перины, прикладывая ладонь к моей голове. Я лежала спиной к ней, но чувствовала, как она гладит меня, сочувственно что-то проговаривая вслух.

– Что с тобой случилось? – с нотками нежности в голосе спросила она. Я промолчала. – Хочешь, я позову твоих друзей?

– Не нужно, – отрезала я.

– Или хотя бы того милого парня, – продолжила она. Мои мышцы напряглись, при упоминании одноклассника. Дернувшись, я покачала головой, чувствуя себя абсолютно мерзко. – Кажется, он оставлял свой номер…

– Нет! – прокричала я, протестуя. Я привстала, поворачиваясь к Терезе лицом. – Я не хочу никого видеть!

Покачав головой, Тереза направилась прочь из моей комнаты. Мне конечно стало стыдно за свое поведение, но сейчас было совсем не до этого. Зачем она снова напомнила мне о нем? Мои внутренности сжались, а сердцебиение участилось словно от панической атаки. Я закрыла глаза и снова уткнулась в подушку, стараясь перестать думать обо всем этом. Такого никогда не бывало со мной прежде. В Лос-Анджелесе я дружила с популярными ребятами, но никто не вызывал во мне таких эмоций, как Брэндон сейчас. Наверное, все дело было в гормонах, как обычно говорят в таких случаях. Тогда почему мне были так безразличны другие привлекательные ребята из моего окружения, оказывающие мне всевозможные знаки внимания?

Спустя какое-то время моего затворничества и самоедства в комнату без стука уже ворвалась мама. Два года назад, когда я узнала от матери о том, что отец встречается с другой женщиной и изменяет ей, я сутками успокаивала ее и утверждала, что всегда буду на ее стороне. Однако, меня словно окатили грязью, когда все вернулось в норму и мои утешения оказались ненужными. Они не помирились, нет. Просто мама решила закрыть глаза на предательство, выставив себя слепой, а отца «здоровым мужчиной» которому все можно. Мой мир рухнул, и теперь все их показное счастье мне казалось не более чем чистой воды лицемерием. Я пережила это и никуда больше не лезла.

– Кристина, почему ты весь день лежишь в постели? – деловым тоном спросила мама. Затем присев на кровати, она коснулась тыльной стороной ладони моего лба, и поняв, что никакой температуры у меня нет, изменила выражение лица. Тон ее голоса стал мягче, а на лице наконец-то появилось что-то похожее на улыбку. – Что-то случилось в школе?

– Нет, мам… – прошептала я, и к глазам снова подступили слезы от бессилия. Почему я никогда не умела сдерживаться при ней, когда это было так необходимо? – Все в порядке, – всхлипнула я, утыкаясь лицом в подушку, а затем отвернулась в противоположную сторону.

– Неужели это из-за парня? – мягко спросила она, наклоняясь ко мне. – Ты что, влюбилась в кого-то?

Что?

По телу прошелся озноб. Я на миг перестала дышать от такого простого, ничего необязывающего вопроса от своей мамы, сказанного таким простым тоном, будто она всего лишь спрашивала о моем настроении.

– Какая чушь, мама… – выругалась я.

– Но ты плачешь, – рассуждала она, гладя меня по волосам. – Разве моя красавица дочка когда-нибудь плакала из-за чего-то?

Я никогда не плакала из-за парней, из-за друзей или еще какой-то глупости в школе. Я плакала лишь тогда, когда видела ее слезы и с тех пор прошло много времени. А сейчас, мне было слишком стыдно за себя и за то, что я позволила себе быть слабой.

– Я не влюбилась, мама, – протерев слезы с лица я села рядом, закрывая свое тело одеялом. Краем глаза я заметила, как улыбнувшись, мама кивнула. – Просто очень плохо себя чувствую, устала в школе… И я бы хотела побыть одна.

Встав с кровати, мама поцеловала меня в лоб и направилась к выходу из комнаты. Я рухнула на спину в своей постели, обдумывая слова мамы. Я была уверена лишь в одном – нам больше не быть друзьями с Брэндоном. Сердце будто полоснули ножом, но видеть его рядом с собой я больше не желала. Я накрылась одеялом и закрыла глаза. Не помню, чтобы когда-то так долго лежала в постели. Если не учитывать тот день, когда у меня воспалилось горло после вечеринки и Брэндон сидел у моей кровати… Я завопила от отчаяния.

Когда начало темнеть ко мне нагрянули подруги. Меньше всего я ожидала их прихода в выходной день, но затем вспомнила, что отключила мобильный еще вчера, когда пришла домой. В моей комнате было темно, и не дожидаясь моего разрешения, Джудит потянулась к включателю и спустя секунду спальня залилась ярким светом. Зажмурившись, я нырнула под одеяло, не желая показываться подругам. Наверняка синяки под моими глазами от туши и отвратительного состояния были размером с Калифорнию.

– Я стала переживать, что тебя похитили, – сказала Джудит, приблизившись к моей кровати. – Мы пришли забрать тебя с собой. Эй, что с тобой такое?

– Твоя мама сказала, что у тебя болит голова, – добавила Джессика, садясь на кресло рядом с моей постелью. Я отмахнулась от подруг, выражая свое недовольство тем что они задавали слишком много вопросов. На мое спасение Тереза пригласила их на чай, и Джессика, Мэри и Алиша спустились вниз.

– Почему ты не пошла с ними? – спросила я у Джудит, дождавшись ухода остальных девчонок. Пристально глядя мне в глаза, Джудит ничего не ответила. – Я буду дальше спать.

– У тебя точно болит голова? – не унималась подруга. Я кивнула, зарываясь лицом в постель. Кажется, к вечеру мне стало еще хуже.

– Джуд, извини, но я никуда сегодня не пойду, – голосом с хрипотцой добавила я.

– Это из-за него, да? – помолчав несколько минут, неожиданно тихо выпалила Джудит. – Из-за Брэндона.

– Прекрати, пожалуйста… – всхлипнула я, не сумев лгать подруге. Я еще сильнее вжалась в подушку.

– Хочешь, я приведу его сюда? – мягко добавила она.

Черт возьми, но почему все говорили только о нем? Я не хотела его видеть. Слабо покачав головой в знак отрицания, я застонала от обиды. Теперь мое падение сумела лицезреть еще и близкая подруга. Я доверяла Джудит, но это не отменяло того факта, что мне было ужасно стыдно перед ней.

– Знаешь, я буду надеяться, что ты все-таки придешь в себя, – добавила она спустя несколько минут. И поправив мое одеяло, девушка вышла из комнаты, попутно выключая свет.

Целую вечность спустя я все же вылезла из кровати. На ватных ногах я дошла до своей ванной комнаты. Оглядев свое отражение в зеркале, я ужаснулась: бледное лицо с синяками под глазами и на веках от туши, не иначе как «эффект» панды. Мое тело выглядело таким тощим в нижнем белье, будто за один день я похудела килограмм на десять. Приняв душ и высушив волосы, я будто пришла в себя: какая несусветная чушь. Включив свой телефон, я перевела дыхание и ответила на все важные сообщения за весь день. Я должна, я просто обязана была держаться подальше от Брэндона, и ни о какой дружбе больше не было и речи. Надев блестящий топ и юбку, я нанесла вечерний макияж и вышла из дома.

Брэндон

После нашей встречи в кладовой я больше ее не видел. Мы с ребятами почти завершили украшение актового зала, украдкой я наблюдал за подругами Тины, только вот самой девушки нигде не было. Мне стало не по себе от мысли, что с ней могло что-то случиться или же ей не здоровилось. Она ведь могла просто уйти домой?

Дома меня съедало чувство тревоги. Я закрыл глаза, лежа на спине в своей кровати до поздней ночи. Какое-то паршивое состояние преследовало меня еще со школы: я взял в руки телефон и набрав сообщение Тине, стал пялиться в дисплей. Ответа не последовало, и сообщения остались непрочитанными до самого утра. Забеспокоившись я решил позвонить ей ближе к обеду, но звонки так же переключались на голосовую почту.

– Брэндон, куда ты собрался? – позвала меня мама у порога. Я собирался пойти к Кренстонам и проведать Тину, за которую я переживал еще с вечера.

– Мам, я иду навестить друга, – развернувшись, ответил я. – Что-то не так?

– Сынок, ты же обещал посидеть с Джейми, – виновато протянула мама.

Я совсем забыл о своем обещании посидеть с сыном ее коллеги, так как им неожиданно переставили смены на другое время. Мальчика не с кем было оставить, и я добровольно предложил посидеть с ребенком. Кивнув, я все же вернулся в гостиную, ведь подставлять свою маму у меня не было никакого желания.

Мы просидели вместе с Джейми до самого вечера, ожидая прихода его мамы. Признаться, это оказалось намного сложнее чем я себе представлял, ведь никакого опыта сиделки у меня никогда не было, я ведь не имел младших братьев и сестер. Периодически я проверял оповещения: ответа от Тины не поступало. По телу то и дело пробегало полчище мурашек, в какой-то момент я думал взять с собой Джейми и пойти все же к Кренстонам, даже несмотря на то что это было совсем невежливо.

Освободился я уже ближе к вечеру. Переодевшись, я, не меняя своего решения, собирался навестить Тину, правда уже на улице мне наконец пришло ответное сообщение.

«Со мной все хорошо». – от Кристины Кренстон, 8:20 pm.

Я облегченно выдохнул. Кажется, пора делать что-то со своим паническим желанием оберегать ее, которое появилось совсем недавно, но уже стало таким привычным.

Мы встретились с Сэмом в клубе ближе к девяти. Настроение сразу же улучшилось, по известной мне причине, и поэтому я, согласившись с другом, все же направился к барной стойке за каким-нибудь коктейлем. Группа выступала сегодня, Майк вернулся в позицию гитариста, а это значило, что я мог весь вечер быть просто зрителем и постараться насладиться музыкой.

– Эй, – кто-то неожиданно постучал по моему плечу. Удивившись, я развернулся, встретившись глазами с Джудит. Подруга Тины была обозлена, ее гневный взгляд прожигал насквозь. Выражение лица пробирало меня до самых костей. – Тебя-то я и искала.

– Что-то случилось? – внезапно мне в голову пришла мысль о Тине, и поэтому Джудит и подошла ко мне. – Что-то с Тиной?

– Именно о ней я и хочу поговорить, – отрезала девушка, выставив ладонь перед собой, словно пыталась закрыть мне рот. – Я понятия не имею, что ты ей сделал, но она теперь не выходит из дома!

Я словно врос в землю, чувствуя, как каменеют мышцы. Что, черт возьми, произошло с ней? Я понятия не имел, что могло случиться после кладовой, но сейчас это было и не важно. Нужно было поговорить с Тиной.

– Не подходи к ней больше, понял?! – грозно процедила Джудит, не сводя с меня глаз.

Не отвечая ей, я ринулся прочь из клуба на ходу замечая удивленные взгляды моих друзей. Набрав несколько раз ее номер, я все натыкался на чертов автоответчик. Я быстро дошел до дома Тины, пробежав за короткий срок несколько кварталов. Уже на пороге уставший, я едва перевел дыхание, нажимая на дверной звонок.

– Здравствуйте, – дверь мне открыла их кухарка, милая дама по имени Тереза. Увидев меня, женщина широко улыбнулась, приглашая меня в дом.