Текст книги "Номер Один (СИ)"
Автор книги: Диана Андерсон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 24 страниц)
– Вот этого сейчас точно не надо, – ухмыльнулся он. – Не хочется рисковать, – я демонстративно надула губы. – И вообще мне пора уходить, – внезапно Брэндон встал с кровати. – Я итак собирался просто проведать тебя.
– Нееет! – начала вопить я, протестуя. Я уже привыкла к обществу своего симпатичного доктора, и перспектива оставаться одной еще на весь вечер и на завтрашний день мне была совсем не по душе. – Останься еще немного!
– Я зайду к тебе завтра, – ответил он, поправляя подушки. – Если ты захочешь, конечно же.
Отвернувшись, я скрестила руки на груди, показывая ему свое недовольство, хотя прекрасно понимала, что ему было неловко прибывать в моем доме столько времени. Я услышала, как парень тихо усмехнулся, а затем подошел ко мне, и наклонившись, поцеловал в щеку. От неожиданности я ощутила всей своей кожей, как мои щеки заалели, и посмотрев на Брэндона, направляющего к выходу из моей комнаты, я лишь кивнула.
Я была права и к вечеру меня действительно навестили другие мои подруги. Уже ближе к ночи мне стало намного лучше, и я перестала так сильно ощущать боль в горле. На следующий день мне стало еще лучше, правда небольшая ломота по всему телу все еще действовала на нервы. Кто бы мог подумать, что ночные забеги к океану, обернутся для меня такими глупыми последствиями. Очевидно я считала, что не заболею от трех минут в прохладной воде. Тереза всячески «издевалась» надо мной все утро, ссылаясь на утренние наставления моей мамы.
Уже был полдень, я все разглядывала дисплей смартфона, иногда скучающе перелистывала реалити-шоу по телевизору, но все было бесполезно. Я вставала с кровати всего несколько раз за последние два дня, для того чтобы принять душ, или же, переодеться. Немного позже меня стали донимать мысли о сущности бытия, а еще позже меня стала раздражать каждая деталь в моей комнате, будь то ваза с цветами, которую в обычный день я любила всей душой.
Я скучала по Брэндону. Так я и подумала, ощутив прилив сил, после очередной порции куриного бульона, которым Тереза пичкала меня каждые несколько часов. Взяв с комода телефон, я снова проверила все мессенджеры и почту, но ничего не изменилось. Неужели этот дурак так и будет игнорировать меня в воскресенье, зная, что я болею? Он сказал, что зайдет ко мне, если я сама этого захочу. Я хотела. Но, наверное, нужно было не посылать сигналы об этом в никуда, а действительно просто воспользоваться телефоном. Мои раздумья прервала трель, поступившая на мой мобильник, и тотчас же заинтригованная, я схватилась за смартфон.
«Как ты себя чувствуешь? Тебе стало легче?» – от Брэндона Хартера. 12:30 pm.
Сердце незамедлительно забилось, словно получило долгожданную порцию адреналина. Дурак, он столько времени заставил меня ждать!
«Мне лучше».
Односложно ответив, я злостно бросила телефон на соседнюю сторону кровати. Неужели он думал, что я сама буду писать ему о том, что хочу его видеть у себя дома?
«Мне зайти?» – от Брэндона Хартера. 12:33 pm.
Конечно, да! Этот парень все больше раздражал меня своей глупостью! Как можно было задавать столь очевидные вопросы? Набравшись терпения, я подождала минут десять, чтобы, не ринувшись от переизбытка томления не настрочить ему кучу ответных сообщений с просьбами незамедлительно явиться ко мне. Какого черта?! Он точно от меня этого не дождется!
«Если хочешь».
А если он не хочет? Разве у него были причины не хотеть видеть меня? Чем он может быть занят днем, в такое пекло в воскресенье? Чем больше я думала, тем больше злилась и ненавидела Брэндона, отчего у меня сразу же разболелась голова.
Прошло минут пятнадцать, но никакого ответа от Брэндона не последовало. Раздосадованная, я примкнула к обсуждению Хэллоуина и костюмов, выбором которых занимались девочки в торговом центре. Стало немного грустно, что прикованная на все выходные к постели я не имела возможности наслаждаться покупками вместе с подругами. Джудит присылала мне короткие видео с примеркой, это напоминало мне что-то вроде прямой трансляции с места событий.
Убрав телефон в сторону, я постаралась заснуть, но никак не получалось. Пялясь в белый потолок я все думала о всяких событиях из своей жизни, и так или иначе вспоминала пляжный эпизод. Господи мне действительно было очень стыдно за свое поведение. А что если Брэндон воспринял меня как легкомысленную девицу, решившую отдаться ему только лишь потому, что он оказался рядом? Бред. Какой только бред не лез мне в голову, когда я оставалась наедине со своими мыслями в пустой комнате.
– Я могу войти? – от моих мыслей меня оторвал знакомый бархатный голос.
Резко привстав на кровати, я кивнула, застигнутая врасплох внезапным появлением человека, которым была занята моя голова на протяжении всего дня. Улыбнувшись своей фирменной, оточено-застенчивой улыбкой, парень вошел внутрь. Сегодня у меня хватило сил рассмотреть его внешний вид, поэтому слегка скользнув по нему глазами снизу-вверх, я заметила некий прогресс в его образе. Сейчас на нем был белый лонгслив и серые джинсы, и я подумала о том, что такое простое сочетание вещей еще никогда не смотрелось столь привлекательно на ком-либо еще из моих знакомых парней. Или же, я просто сошла с ума и романтизировала в Брэндоне абсолютно все.
– Выглядишь намного лучше, чем вчера, – улыбнулся он, заправляя прядь моих волос мне за ухо. Такой простой и неожиданно милый жест заставил меня трепетать от прилива нежности. – О да ладно, – отмахнулась я. – Круги под глазами, бледное лицо.
Что я несу? Брэндон непонимающе нахмурил брови, качая головой.
– Ты всегда красавица, – добавил он, словно был совершенно разочарован моей последней фразой. – Просто выглядишь так, будто почти выздоровела, – и он нежно коснулся ладонью моей щеки. – И почти не горишь.
Если бы не мой страх за то, что я могу заразить эту сволочь и сделать нам обоим еще хуже, то я бы точно потянула бы Брэндона на себя и задушила бы его своими поцелуями. Какого черта он нес такие слова, от которых мое сердце молниеносно собиралось вырваться наружу? В его глазах сверкали огоньки и мне казалось, что они еще не были столь красивыми, как сейчас, когда в них отражалось столько заботы и искренней любви ко мне. Любви? Черт, покачав головой я мысленно выбросила эту мысль прочь. По телу пробежало полчище непрошенных мурашек лишь об одном упоминании этого чувства.
– Тина, – позвал он меня. Я недоумевая покосилась на парня, прислонившегося на локте на моей кровати. – Ты уже замеряла температуру сегодня?
– Да… – протянула я. – Мама следит за этим, не хочет, чтобы я пропускала школу и все такое. – объяснила я. – И я принимала все таблетки, которые мне приносила Тереза.
– Моя мама приготовила для тебе печенье, – неожиданно прошептал он, накрывая меня одеялом. Боже. Я совсем забыла, в каком виде лежала перед ним и незамедлительно покраснела, что не скрылось от настойчивых глаз парня. – Ну, я уже видел тебя в купальнике… – улыбнулся он, делая виноватое лицо. – Думаю, тебе не стоит смущаться.
Я прикрыла лицо ладонями, сгорая со стыда. Боже, хоть бы он не напомнил мне о происшествии в номере на пляже.
– В купальнике меня видели все на пляже, – огрызнулась я, прячась под одеялом. Внезапно его лицо стало хмурым. Он ревновал? От мимолетной мысли о его ревности у меня закружилась голова и мысленно я даже обрадовалась. Так что он там говорил про печенье? – Где печенье?
Парень протянул мне большую картонную коробку, которая лежала на комоде. Поставив ее на одеяло поверх мои колен, я открыла содержимое, с восторгом разглядывая милые шоколадные печенья разных форм в золотистой обертке.
– Это так мило, – искренне отозвалась я, глядя на Брэндона. Я не ела много сладостей из-за предстоящих соревнований, но перед такой красотой было тяжело удержаться, поэтому откусив кусочек, я с восторгом проглотила лакомство, где-то в глубине души ощущая что-то ностальгическое и больно знакомое во вкусе. – Нереально вкусно!
– Мама готовила их мне в детстве, когда я болел, – Брэндон задумчиво почесал затылок, а затем коснулся шеи, и я невольно вспомнила о том, что не раз замечала эту его привычку. – Когда она узнала, что тебе не здоровится, сама решила приготовить их для тебя. Так что это от нее, а не от меня, – поправил он.
– Спасибо тете Нэнси, – осеклась я, глядя на Брэндона. – Я хотела сказать, спасибо миссис Хартер. Твоя мама называла мне свое имя при нашей первой встрече, я поэтому…
– Все в порядке, – тепло отозвался он, будто и вовсе не заметил ничего необычного в моей речи. – Забыл сказать вчера, у тебя очень красивая комната, – добавил он, озираясь по сторонам и разглядывая мою спальню.
– Шутишь? – искоса посмотрела я на парня. – Здесь все так же, как было, когда мне было четырнадцать. За исключением некоторых вещей…
– Ну я-то тут впервые, – ответил он. – Настоящая комната принцессы. Так по-девчоночьи…
– Вот именно это меня здесь и бесит! – огрызнулась я, глядя на то, как лицо парня расплывается в широкой улыбке. – Но я все равно уезжаю после выпускного, так что перетерплю год.
Брэндон нахмурился, глядя в потолок.
– Куда уезжаешь?
– В Бостон, – ответила я. Жестом я попросила парня разместиться на кровати рядом со мной, но он лишь покачал головой.
– Лига плюща, – без раздумий сказал он. – Гарвард?
Я кивнула.
– Поэтому мне и нужно подтянуть учебу, хотя я пока еще не сильно продвинулась в этом, – с досадой в голосе сказала я. Затем посмотрев на задумчивое лицо своего друга, я продолжила: – А ты? Что будешь делать после школы?
Брэндон скрестил руки за головой, а затем глубоко выдохнул.
– Уеду учиться в Беркли, – ответил он.
Я округлила глаза в изумлении. Он, наверняка, планировал стать ученым в области точных наук, программистом или кем-то еще из подобной сферы. В принципе, чего еще ожидать от такого парня как он. На какое-то время я и вовсе забыла, что Брэндон все тот же ботаник-задрот номер один в школе и наука у него так и останется на первом месте. И не важно, что он так же охрененно целуется, как решает задачи по математике. Такс, стоп, очевидно, что моя болезнь отступала по часам…
Тина, тебе нужно меньше думать о таких вещах, когда он рядом.
– Это же научно-исследовательский университет, – констатировала я, внезапно ощутив прилив неописуемой гордости за парня. Он кивнул. – Он…
– Да, он здесь в Калифорнии, в заливе Сан-Франциско, – добавил он.
– Какой же ты зануда, – проговорила я в шутливой форме. Конечно, я уже давно не считала его занудой. Отчасти. – Только и думаешь о своих компьютерах.
– Я думал, тебе это во мне нравится, – обиженно протянул он.
– Мне больше нравится, когда ты играешь на гитаре, – честно призналась я, приближаясь к нему. На его лице еще оставался небольшой кровоподтек после того случая в фойе школы с Мэттом.
Брэндон был талантлив во всем, к чему прикасался, даже если вспомнить пятничный вечер на пляже. Незнакомые девицы смотрели на него с обожанием, когда он стоял на сцене или же пел с группой его кузена, от чего мне хотелось повыдирать волосы каждой в партере.
– А мне больше нравится, когда ты не ведешь себя как стерва, – серьезным тоном сказал он, глядя мне в глаза, опираясь на локоть.
Рассердившись, я ударила его по плечу, не желая намеренно делать ему больно. Рассмеявшись, парень потянулся ко мне, отчего скрываясь от него, я натянула одеяло доверху, нагло ухмыляясь и глядя на него снизу – вверх. Брэндон навис надо мной, оперившись на ладонях и разглядывая мое лицо.
– Что подумает Тереза или еще хуже, моя мама, – улыбнулась я, намекая на его странную позу на моей кровати. – Когда увидят, как ты лежишь на мне? – спросила с вызовом, продолжая нагло улыбаться.
Конечно же, я была накрыта одеялом и пледом, но мои слова возымели нужный мне эффект, отразившись на Брэндоне.
– Я вижу, ты уже совсем выздоровела, – резко отпрянув, Брэндон слез с кровати. – Даже термометр не нужен.
– Эй, куда ты? – спросила я, демонстрируя свое недовольство. – Опять оставишь меня одну?
– У тебя есть Тереза и мама, – равнодушно ответил он. Брэндон специально раздражал меня, поворачиваясь спиной.
– И… – прошептала я, садясь на кровати. – Уйдешь вот так?
Выдохнув, парень развернулся и преодолев несколько шагов, остановился у кровати с моей стороны. Присев с краю, Брэндон коснулся ладонью моей щеки. Прикрыв глаза в ожидании поцелуя, я потянулась вперед, однако за этим моим действием ничего не последовало.
– Да, ты действительно больше не горишь, – изумленно протянул Брэндон. Ненавижу его издевательское поведение. – И он встал с кровати, оставив меня одну, униженную и обиженную, требующую его поцелуя.
– И… все?
– Ты права, – ответил он, заметив немой вопрос на моем лице, – Тереза или твоя мама могут зайти в любую секунду, – повторив мою фразу, пояснил Брэндон. Я едва не завопила от возмущения.
Взяв себя в руки, я набрала в легкие побольше воздуха, как незамедлительно мне в голову пришла гениальная мысль. Откинув одеяло в сторону, я разлеглась на кровати, намеренно демонстрируя Брэндону свое тело во всей красе, несмотря на наличие пижамы в виде короткой майки и шорт. Взгляд парня задержался на моих ногах, и качая головой, он отвернулся в сторону. На всех ребят, даже таких высокоинтеллектуальных и высокоморальных и не от мира сего как он, безотказно действовала такая вещь как банальный женский флирт.
– Раз я выздоровела, то могу с чистой совестью вылезти отсюда, – оскалившись, игриво протянула я. Подойдя ближе к нему, я повисла у него на плече. Мышцы парня напряглись, и прочистив горло, Брэндон едва улыбнулся, стараясь вырваться из моих объятий.
– Увидимся завтра в школе, милый, – прошептала я ему на ухо, а затем убрав ладони с его плеч, вернулась к себе в постель.
Глава 11
Брэндон
Я не супергерой
И я не мистер Бонд
Я твой агент Зеро
Я – это всего лишь я
И моя любовь к тебе слепа
После Тины я направился на встречу к Ти-Догу, который недавно арендовал новую студию-гараж для репетиций своей группы. У нас было похожее место в детстве, тогда это был настоящий гараж его отца. Сейчас у них были средства для более просторного, годного, для репетиций группы, помещения, которое они за короткий срок успели довольно-таки неплохо оборудовать.
– Мы в Саннидейле на неопределённое время, – сказал Ти-Дог. – Решили засесть в родном городе, пока нет никаких турне, – пояснил он. – Собираемся записать здесь новый альбом. Так сказать, черпаем вдохновение у истоков нашего пути.
Мы оба отвлеклись на явный шум, доносившийся со стороны сцены, на которой уронив что-то тяжелое на пол, Клейтон громко ругнулся.
– Мама была рада видеть тебя, – я улыбнулся, напоминая ему о вчерашнем вечере у нас дома. Кузен широко улыбнулся, а затем жестом показывал на сцену.
– Мы завтра выступаем в местном ночном клубе, – пояснил он. Парни уже полностью разложили аппаратуру по сцене. – Я прошу тебя заменить гитариста, как и в пятницу. – Майкл слег с каким-то гриппом.
– Не думаю, что это хорошая идея, – честно ответил я, понуро опустив голову.
На самом деле, я планировал провести вечер с Тиной, если бы она, конечно пришла в школу. Ее состояние шло на поправку, и решив пригласить ее к себе, я все же тактично отказался от предложения кузена.
– Знаю, я могу и сам сыграть эту партию, но все же, – Тео ухмыльнулся. – Ладно, звони если передумаешь.
Я намеренно не пошел домой сразу после Кренстонов, потому что мое состояние, напряженное и накаленное до предела необходимо было ослабить. Общение с группой и наблюдение за их выступлениями, мне казалось, могло меня привести в чувство. Однако, совсем ненадолго.
Когда я вернулся домой уже было полностью темно. Мамы дома еще не было, раздевшись, я направился в душ, для того чтобы смыть напряжение без того сложного дня. Тина с малых лет заставляла меня смущаться и краснеть при виде нее, а достигнув половой зрелости со мной стали происходить еще более откровенные вещи. Сегодня, как и вчера, я пришел к ним домой чтобы навестить ее, так как она была нездорова. Мне катастрофически не хватало ее присутствия рядом после вечера на пляже, и я понятия не имел что мне с этим делать. Я вошел в душевую кабину, открыл воду и вытянув на середину регулятор температуры, постарался максимально остудить свой пыл. Черт возьми, я даже всерьез думал над тем, чтобы удовлетворить некие свои потребности, и возникшая внезапно мысль об этом сиюсекундно вызвала во мне тошнотворную реакцию. Каким же жалким я стал. Да, мне скоро должно исполниться восемнаднадцать, гормоны, как говорил Сэм и все такое, но, чтобы настолько. Одна мысль о Тине вызывал бурный шквал эмоций, заставляя приливать кровь в не самые подходящие части моего изголодавшегося по ней, тела. Это все было настолько странно: я столько раз касался ее за последние несколько недель, а ведь когда она вернулась я даже и мечтать не мог о том, что дотронуться до пряди ее волос. Мне становилось ее мало.
Прикрыв глаза, я поднял голову навстречу прохладным каплям воды. Передо мной все мельтешили картинки нашей вечеринки, того случая на пристани и в бунгало: Тина с милой улыбкой, ожидающая моего поцелуя днем в своей постели. Она была такой милой и беззащитной, такой настоящей, какой я не видел ее прежде. Но она все равно была той самой дерзкой, бесстыдной девчонкой. Выдохнув, я сделал воду погорячее, подняв температуру примерно на градус. Я наспех вытерся полотенцем, и повязав его вокруг бедер, вернулся в комнату за одеждой.
Мама должна была вот-вот прийти, сегодня ее смена завершалась в девять часов, поэтому я спустился вниз, на кухню, чтобы заварить какой-нибудь травяной чай к ее приходу. Поужинав, мы уже стали расходиться по комнатам, как вдруг я вспомнил о тех печеньях, которые готовила мама для Тины. Было интересно, действительно ли девушке понравилась выпечка моей мамы, или же, она сказала слова благодарности из вежливости. Хотя ее реакция реального восторга не была похожа на сценическую или наигранную, так что поблагодарив от имени Тины свою маму за печенье, я все же пошел к себе и лег спать.
Мы не переписывались с Тиной все утро. Она украдкой поглядывала на меня на первых двух уроках, а затем мы разминулись на факультативах, когда я пошел на программирование. Неудивительно, хоть и весьма странно для меня было обнаружить то, что многие в школе все утро смотрели на меня как на экспонат, а несколько девушек даже подошли и стали отвешивать комплименты, соблазнительно улыбаясь, объясняя это тем, как им понравилось мое выступление в пятницу и что я невероятно зажег на фестивале.
Ближе к обеду я отправил Тине сообщение в Глоббере. Мне хотелось сделать это еще с утра, несмотря на то, что мы были сильно заняты на лабораторной работе и профессор не спускал с меня глаз, пока я объяснял материал Эмме.
«Выглядишь отлично. Видно, что полностью здорова». – @n1. 10:46 am.
«Спасибо». – @cici. 10:47 am.
Тина ответила односложно, и задумчиво посмотрев на дисплей, я отложил телефон в карман джинсов. На днях у нас должна была состояться презентация проекта, после чего бета-версию должны были запустить среди небольшой группы людей в нашей школе.
«Встретимся сегодня в компьютерном классе по поводу проекта». @n1. 10:47 am.
Подумав об этом, я написал ей сообщение, не откладывая подготовку в долгий ящик.
«Жду-не дождусьJ». @cici. 10:48 am.
Ее сообщение заставило меня улыбнуться.
Следующей в очереди из уроков была общая физкультура. Переодевшись в свою форму для занятий, я вошел в спортивный зал и встал в свою позицию для игры в баскетбол. Через несколько минут в зал забежали чирлидерши, и встретившись глазами с Тиной я улыбнулся уголком губ. Сегодня с нами играли еще и футболисты из клуба, поэтому мы разделились на команды по очереди. Игра проходила спокойно, несмотря на периодические мерзкие высказывания Джастина Озборна и вальяжное поведение нескольких его друзей. Совсем скоро должен был состояться их решающий матч со школой Медисон-хай, и они отдавали все силы на игру в футбол, отчего общая физкультура выражалась протестами и нежеланием быть такими же, как и обычные ученики. Девчонки репетировали танец, периодически я поглядывал на Тину, улыбающуюся мне в ответ. Я стал замечать недвусмысленные, сальные взгляды Мэтта Дженсена в ее сторону, так как он стоял напротив меня, играя в противоположной команде. Парень слал ее что-то похожее на воздушные поцелуи, на что девушка лишь игриво рассмеялась, что мне совсем не понравилось.
Когда был первый перерыв, во время которого я направился в ее сторону, я увидел, как Оливер Эймс, тоже один из игроков клуба, опередив меня, схватил Тину за талию, стоящую спиной к нам и рывком повернув к себе и перевалил через плечо. Я тотчас же озверел от подобной картины. Хотелось придушить урода за подобное проявление своих чувств в моей девушке. Стоп. Разве мы обещали что-то друг другу? Точнее, обещала ли она мне что-то, кроме того, что теперь ей нравились мои поцелуи и нравилось, как я думал, находиться в моей компании. Я было ступил вперед, чтобы направиться к Тине, отцепить ее от этого урода и врезать ему по его слащавой физиономии, но меня сию секунду остановило то, с какой несерьезностью, засмеявшись, Тина слегка ударила его по плечу и продолжила с ним беседу как ни в чем ни бывало. Не переставая улыбаться, девушка что-то прошептала парню на ухо, и развернувшись, он отошел в сторону.
– И ты ничего не сделаешь? – Сэм сделал глоток воды. С характерным щелчком закрыв спорт-лок, парень убрал бутылку в сумку. – Никогда мне не нравился этот скользкий тип.
– Тебе в принципе не нравится никто из футбольного клуба, – саркастично подметил я, отвлекая себя и друга от подобных разговоров. Не хватало еще устраивать сцену, из которой я снова мог выйти кретином.
– Я думал, вы уже вместе, – не унимался друг. – Ну что ты ее на пляже…
Я бросил гневный, настолько, насколько возможно взгляд в сторону друга, отчего округлив глаза Сэм замялся, прикусив язык.
– Все, понял, – вытянув ладони в оборонительном жесте, серьёзно ответил друг. – Не мое дело…
Выпив воды, огорченный я снова посмотрел на Тину, которая, на удивление, тоже смотрела на меня, дерзко прожигая своим взглядом меня насквозь. Мое тело отреагировало мгновенно, посылая сигналы каждому нерву, отчего незамедлительно забилось сердце. Все-таки, она слишком сильно овладела моими мыслями, чтобы я мог всерьез злиться на нее дольше, чем мне того хотелось.
Отыграв игру, раздосадованный происшедшим и ожидаемой вспышкой ревности, я направился в столовую, попутно встречая Эмму, у которой было специальное разрешение на прогул нескольких занятий по физкультуре. Девушка что-то рассказывала Сэму, и не желая отвлекать ребят от их общей темы, я открыл дверь и занял нам наше привычное место. Ребята обсуждали ближайшие занятия, а также планы на скорый Хэллоуин и осенний бал, которые были уже на носу. Вскоре к нам присоединилась Лиза, которая без умолку рассказывала о своем гениальном выборе костюма и о том, что ее мама готовит вечеринку для ее друзей в День Всех Святых. Я неторопливо слушал друзей, иногда отвечал на их вопросы, но сам, как по сути и всегда, не рассказывал ни о чем. Сейчас в моих мыслях была та самая нахалка, которая улыбнувшись своей фирменной улыбкой, порхая ворвалась в столовую, располагаясь за самый топовым, длинным столом, к которому спустя секунду подошли и другие ее подруги, и парни из футбольного клуба. Сейчас она была не в форменном костюме, в котором любили ходить чирлидерши. На Тине была мною любимая и ненавидимая одновременно белая, обтягивающая ее формы, короткая кофточка с длинными рукавами и глубоким вырезом и короткая юбка. Расположившись на стуле так, чтобы мы видели друг друга, девушка кивала, очевидно слушая рассказ Джудит, жестикулирующей всю дорогу. Рядом с ней сел Мэтт Дженсен, что-то объясняющей девушке, а она лишь заинтересованно слушала. Отвлекшись от рассказа собеседника, Тина бросила на меня заинтересованный взгляд, но в этот раз не отвела глаза в сторону так скоро, как это происходило раньше. Девушка изучающе продолжала смотреть на меня, и я так же не спускал с нее глаз. Мэтт что-то говорил ей, не замечая ее откровенного безразличия к его персоне. Тина нахально подмигнула мне, а затем улыбнувшись уголком губ, отвела наконец глаза в сторону. Я прочистил горло, и опустив голову, начал размешивать несуществующий сахар в кофе.
– Вы же все придете на мою на вечеринку? – из пучины мыслей меня вырвал тонкий голос Лизы. – Я вижу безразличное лицо Брэндона. – в ее голосе проскакивали огорченные нотки.
– Нет, тебе показалось, – покачав головой, я поставил бумажный стаканчик с кофе на стол. – Я приду.
Улыбнувшись, Лиза продолжила свой рассказ. Удивительно, учитывая ее отношение ко мне, которое не было ни для кого секретом, хоть и не обсуждалось вслух, она ни разу не сказала мне ничего, касающегося моих очевидных для нашего круга, отношений с Тиной. Для нее этой темы будто не существовало.
Мы еще о чем-то говорили и смеялись за столом, таким образом я старался не думать о Тине, сидящей прямо напротив меня. Однако, я все же осекся, бросив взгляд на их стол, за котором сейчас, нагло прильнув к Мэтту, Тина позволяла парню касаться ее плеча и что-то шептать ей на ухо. Девушка кивала каждый раз, а затем и вовсе широко улыбнулась. Я не мог знать, о чем он шептал ей на ухо, но они сидели слишком близко друг к другу. Во мне бушевал гнев, когда, бесцеремонно притянув к себе, Мэтт приобнял Тину, кладя обе свои ладони ей на плечи. Что вообще это значило и почему она все это ему позволяла? Спазм сдавил мне горло, я слегка кашлянул, а затем отвернулся. Ладно, он мог рассказывать ей что угодно в режиме тет-а-тет, но почему она позволяла этому парня распускать руки? Тина столько раз говорила о том, что Эм-джей ей всего лишь хороший друг, но я видел, что спортсмен испытывает к ней совсем другие, недвусмысленные чувства. Я посмотрел на них снова, надеясь, что Тина предпримет попытку убрать его руки с себя, но все оказалось намного хуже. Теперь они сидели практически в обнимку друг с другом, увлеченно слушая рассказы ребят, сидящих напротив. Сэм поймал мой разочарованный взгляд, и отстранившись, слегка развернулся, посмотрев на объект моего недовольства, а затем повернувшись снова к нам, лишь приподнял брови.
– Хей, Брэндон, ты так зажег на пляже! – кто-то из ребят окликнул меня, когда я направлялся с друзьями к локерам в фойе. Я кивнул, слабо улыбнувшись.
– О, да ты знаменитость, – протянула Лиза. Мы собирались в музыкальный класс, однако сегодня мне не совсем хотелось что-то играть, тем более после чрезмерного внимания к себе. – Многие говорят о тебе.
Улыбнувшись, и закрыв шкафчик-локер на ключ, я жестом пригласил подругу в класс. К четырем часам я полностью освободился. Однако настроения все не было. Я чувствовал себя каким-то преданным, учитывая все те слова и поведение Тины в последние несколько дней. Я помнил, что сам предложил ей сегодня увидеться под предлогом занятий с проектом, потому что безумно соскучился. Теперь же, это желание пропало, однако я все еще скучал по ней, по ее присутствию рядом с собой, несмотря на все ее легкомысленные поступки. На какое-то мгновение я подумал о ней плохо в тот вечер, когда мы были в бунгало, но затем сам же послал эти мысли куда подальше. Сейчас я не знал, что мне делать, что говорить и как вести себя с ней. С Тиной я постоянно ощущал себя как на пороховой бочке, готовой взорваться в любую секунду. Неопределенность сводила меня с ума.
«Я зайду к тебе домой, мне пришлось уйти со школы» – @cici. 3:57 pm.
Получив от нее сообщение, я незамедлительно вышел из школы, двигаясь в сторону дома. У меня в запасе было немного времени, чтобы привести мысли в порядок перед встречей с ней. На улице становилось все прохладнее, однако не настолько критично, чтобы отказать себе в пешей прогулке.
Проходя через наш парк, в котором сегодня было по-особенному красиво, я почувствовал, как кто-то направляется ко мне, убыстряя шаг. Я остановился, когда меня окликнула Тина, движущаяся в мою сторону. Девушка широко улыбалась, и ее улыбка была как всегда настолько обезоруживающей, что я смотрел на нее как дурак, ожидая ее приближения. Я хотел ее прижать к себе, поднять и закружить вокруг себя, но вовремя остановился, слегка улыбнувшись ей в ответ, когда она наконец приблизилась ко мне.
– Привет, Би! – Тина посмотрела на меня своими голубыми глазами. Придвинувшись, неожиданно девушка поцеловала меня в щеку. – Рада тебя видеть! – и она взяла меня за руку, застав меня врасплох.
– Я тоже очень рад, – ответил я, притягивая ее руку за руку к себе.
Тина была явно чем-то озабочена, но не решалась сказать мне об этом. Здесь, под декоративной аркой из зелени, в полупустом парке мы действительно выглядели как настоящая пара. Тина стала рассказывать о том, как они с девчонками посетили местный торговый центр в поисках костюмов на Хэллоуин и всякого такого, и я ее внимательно слушал.
В кофейне, расположенной недалеко от нашей локации я взял нам два прохладительных напитка, пока Тина ожидала меня на скамейке внутри парка. Еще было светло, однако температура воздуха постепенно садилась, отчего атмосфера становилась еще более комфортной и располагающей для прогулки. Вряд ли мы бы стали сегодня делать что-то для проекта, но меня это ничуть не пугало. Однако мои мысли были запутаны, я все еще был немного обозлен на девушку, которая вела себя совершенно невозмутимо. Тина была такой другой, когда мы находились наедине, более открытой и расположенной к разговорам, в отличии от школы, где в нее вселялась задира. Но меня совершенно не волновал этот факт, ведь было понятно, что девушки примеряли на себя какие-то роли. Если бы не одно «но» … Она делала вид, будто встречается с Мэттом. Или заставляла меня думать так.
– Твой латте, – протянув ей прозрачный стакан с трубочкой, я уселся рядом.
– На соевом? – Тина стала рассматривать напиток со всех сторон.
Я кивнул, делая глоток апельсинового фреша со льдом из трубочки.
– Ты же пойдешь на осенний бал? – внезапно начала она разговор, искоса глядя на меня.
Мы сидели рядом, но все никак не говорили ни о чем, что могло бы хотя бы косвенно касаться нас.
– Угу, – пробубнил я.
Мы больше не затронули эту тему, хотя я очень хорошо понимал, что ее партнером стал Мэтт Дженсен. То, что происходило между нами началось совсем недавно, чтобы обращать внимание на выбор пары по балу. Я ведь тоже шел с Лизой, но это не предполагало никаких романтических отношений между нами. Между нами возникла неловкая пауза. Кажется, сегодня нам обоим было сложно начать разговор, и выбор геолокации, как ни странно, только усугубил положение. Тина говорила о платьях в «Сантане-роу», причем с таким безразличием, которое она пыталась скрыть под маской заинтересованности, что я мысленно отметил про себя ее неумение лгать.
