Текст книги "Ралли (ЛП)"

Автор книги: Девни Перри

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)

– Дай угадаю. Маверик?

– Что-то в этом роде. – Он зевнул. – Может, оставим эту историю на потом?

– Да. – Я снова легла, пытаясь расслабиться и отключить свой мозг.

Шлюха. Шлюха. Шлюха.

– Раш?

– Фэй? – пробормотал он.

– Эта кровать слишком маленькая.

Раш просунул руку под мою толстовку и прижал ладонь к моему животу.

– Спи.

Он обращался не к Сквишу.

Поэтому я прижалась к нему еще плотнее, уверенная, что ни за что не упаду.

Когда я проснулась, в мои окна лился солнечный свет. Раш прижимался ко мне всем телом. И, несмотря на то, что это было посреди ночи, я совершенно забыла об этом глупом сне.

Глава 27

Раш

Фэй оторопела, когда вошла в закусочную через вращающуюся дверь и увидела меня, стоящим рядом с табличкой «Пожалуйста, присаживайтесь». Ее щеки порозовели.

– Привет.

– Привет, сладкая.

В каждой руке у нее было по блюду, на которых лежали картофельные оладьи и жареный стейк с курицей, политый деревенским соусом.

В животе у меня заурчало.

– Я сейчас вернусь, – сказала она, унося еду в одну из кабинок у окна.

В «У Долли» было многолюдно. Ну, еще многолюднее, чем по вечерам. Примерно половина столиков была занята посетителями, пришедшими в воскресенье утром, и все места в первом ряду на заснеженной парковке были заняты.

Фэй разносила еду, улыбаясь посетителям. Она достала кофейник из грелки на стойке для напитков, затем обошла всех, наполняя керамические кружки, прежде чем убрать его и присоединиться ко мне у двери.

На ее лице была застенчивая улыбка. Это была та же очаровательная улыбка, что и сегодня утром, когда мы проснулись в ее крошечной кровати. Та же улыбка была у нее, когда она уходила из дома на смену, а я отправился в кампус позаниматься спортом и встретиться с командой.

Мне очень нравилась эта улыбка.

Эта девушка. Она была для меня тем, что нужно. Она была настоящей.

– Я думала, ты весь день на поле, – сказала она.

– Я передумал. Тренеры сказали нам посвятить остаток дня изучению и разбору игр. Я решил сделать это здесь.

Я наклонился и поцеловал ее в щеку. Как давно я хотел это сделать? Прийти сюда и дать понять, что она моя, в ресторане, полном людей? Слишком давно. Черт, как же хорошо было перестать притворяться, что между нами ничего нет.

Ее улыбка стала ярче.

– Хочешь чего-нибудь перекусить?

– Удиви меня.

– Завтрак или ланч?

– Завтрак. – Был полдень, но завтрак Дасти никогда не надоедал. – Было много народу?

Фэй вздохнула, оглядывая столовую.

– Не совсем. Для воскресного утра обычное дело.

– Мне жаль.

Она пожала плечами.

– Я не собираюсь сдаваться.

– Вот это моя девочка. – Я притянул ее к себе, прижавшись губами к ее волосам. Затем отпустил ее, чтобы она могла вернуться к работе, и я мог сделать то же самое.

Было невозможно сосредоточиться, когда Фэй была в комнате. Каждый раз, когда она проходила мимо или я слышал ее голос, мое внимание отвлекалось от блокнота, разложенного передо мной. Была причина, по которой тренеры заставляли нас оставаться в кампусе в это время года. Чтобы мы учились в команде.

Но сегодня я не хотел, чтобы между нами было такое большое расстояние. Не после прошлой ночи. Я не хотел, чтобы у нее был шанс скрыться за этими стенами.

Хотя, учитывая, что, когда я смотрел на нее, чаще всего она уже смотрела на меня, возможно, беспокоиться было не о чем.

Она исчезла на кухне, а я сосредоточился на открытой странице передо мной. Это была игра, которую мы играли много лет, и которую я знал как свои пять пальцев. Я все равно еще раз изучил ее, закрыв глаза и представив в своем воображении.

Туинс (прим. ред.: туинс (близнецы) – это выстроенные по обе стороны линии схватки принимающих. Как следует из названия, слева и справа будут выстроены по два широкоплечих принимающих, что составляют две пары близнецов.), да, верно.

Это была одна из самых простых игр, но она давала мне шанс побросать мяч, если моя оборона не была открыта для паса. Некоторым квотербекам не нравился риск получения травм, но я не боялся, что меня ударят, и если это означало выигрыш в ярдах, я бежал.

Я как раз открыл следующую страницу, когда по столу скользнула тарелка. Стейк с курицей и картофельные оладьи.

– Я видел, как у тебя текли слюнки, когда ты вошел, – сказала Фэй.

– Может быть, я просто пускал слюни по тебе.

Она улыбнулась и села на противоположном конце столика.

– Как дела?

Я пожал плечами, снимая салфетку со столового серебра.

– Все в порядке.

– Что это? – Она указала на мой блокнот.

– Сборник игр. Мой постоянный спутник на этой неделе.

– А ваша следующая игра в субботу?

Я кивнул.

– Ага. Из-за нашего рекорда мы проведем еще один уик-энд дома.

– Ты нервничаешь? – спросила она.

– Да. – Любому другому человеку, даже своим родителям, я бы, наверное, солгал. Я бы сказал «нет». Но только не Фэй.

– Могу я чем-нибудь помочь? Опросить тебя или что-то в этом роде?

– У меня есть это. – Я постучал по уголку блокнота. – Но да, ты можешь кое-что сделать. Приходи на игру.

Она опустила взгляд на свои пальцы, сцепленные на столе. Будет холодно, и прогноз обещал еще больше снега. Вероятно, у нее тоже была запланирована работа.

Самое худшее, что она могла сказать, это «нет».

И я собирался заставить ее сказать мне «да». Вот как сильно я хотел, чтобы она была на игре.

– Хорошо.

Мое сердце воспарило.

– Я возьму тебе билет, чтобы ты сидела с моими родителями.

На ее лице отразилось облегчение.

– Спасибо.

Я хотел, чтобы после субботней игры ей снились сны обо мне. Мне не нужно было, чтобы Холзи забивала ей голову всякой ерундой.

– Я тут подумал, – сказал я, отодвигая блокнот в сторону, чтобы разрезать стейк. – Нам стоит съехаться.

– Разве мы уже не?

– Нет, я имею в виду только нас троих. Ты, я и Сквиш.

Красивые глаза Фэй смягчились, как всегда, когда я называл малыша Сквишем.

– Нам и правда нужно придумать другое имя, иначе он возненавидит нас, когда пойдет в школу.

Я улыбнулся и откусил кусочек. Черт, это была вкусная еда. Я проглотил и отпил из стакана с водой, который она принесла ранее.

– Генри.

– Ты это уже говорил.

– Попробую еще раз.

– Возможно. Как насчет Брока?

– Нет. Райли?

– Лиам.

– Карсон, – сказал я, хотя в тот момент, когда это сорвалось с моих губ, я уже знал, что это неправильно.

К счастью, она покачала головой.

– Маверик.

Мои вилка и нож замерли.

– Ты бы хотела назвать его Маверик?

– Ни капельки, – поморщилась она. – Нет, мне интересно, не из-за Маверика ли ты хочешь переехать.

Я кладу приборы на край тарелки.

– И да, и нет. Я хочу, чтобы у нас было немного уединения, а у Маверика тоже есть история.

– Это та же история, из-за которой вы с Холзи всегда останавливались у нее?

Я не ожидал, что мы поговорим об этом здесь, но, возможно, здесь было лучше. «У Долли» было безопасным местом для Фэй, и, в некотором смысле, оно стало и моим тоже. Оно стало нашим.

Я откинулся на спинку кресла, оглядываясь по сторонам. Пока я просматривал игры, большинство столиков опустело. За столиком в дальнем конце зала сидело несколько парней, но их салфетки были скомканы на тарелках, а Фэй уже принесла им счет.

– Мы с Мавом знаем друг друга с первого курса. Он был моим соседом по комнате в общежитии.

– Ооо. Я и не подозревала, что вы так долго живете вместе.

– Он хороший сосед.

Она приподняла брови.

– Для меня. – Я поднял руку. – Он хороший сосед для меня. И он был хорошим другом, даже когда я этого не заслуживал.

– Что ты имеешь в виду? – Ее брови сошлись на переносице.

С чего вообще начать?

– Мы с Мавом познакомились на первом курсе. Мы оба были известны тем, что, ну… крутили с кем попало.

Она сморщила нос.

– Может быть, я не хочу знать.

Я тоже не хотел знать о ее прошлых любовниках, но если она хотела знать правду о моей дружбе с Мавом, то это было частью прошлого.

– Сначала Маверик встретил Холзи. Это было ближе к концу первого курса. Мы были в гостях у подруги, и она пришла с другими друзьями. Они познакомились и были вместе в течение нескольких месяцев.

– Оу. – Фэй моргнула. – Ничего себе.

– Между ними никогда не было ничего серьезного. Они не встречались. Но Холзи не нравилось, что он путался и с другими женщинами.

– Она хотела, чтобы это было эксклюзивно.

– Я так думаю. На самом деле, разрывать было нечего, но однажды вечером она все равно пришла к нам, чтобы это сделать. Только его уже не было дома. Он встречался с кем-то другим. А я был там.

– И вы переспали.

Я кивнул.

– Да. Возможно, они и не были вместе, но я переступил черту. Не самый лучший момент для меня. Я должен был отправить ее домой.

– Но вместо этого вы начали встречаться.

– Мы начали встречаться. Примерно через месяц. Маверик не стремился к отношениям. Он клянется, что ему было все равно, но после этого наша дружба изменилась. Думаю, я пытался доказать свою преданность. Доказать, что мне жаль. Доказать, что он все еще может доверять мне как товарищу по команде и другу.

Доказать, что я не был мудаком, который переспал с подружкой своего соседа по комнате, когда она постучала в его дверь, хотя именно это я и сделал.

Вот почему то, что Холзи назвала меня изменщиком, так глубоко ранило меня. Она знала, с чего мы начинали. Она знала, как сильно я ненавидел наше начало.

– Мав был бы прав, если бы разозлился, но он этого не сделал. Он никогда по-настоящему не заботился о Холзи. Это была его идея, что мы будем жить вместе на втором курсе, несмотря на то, что мы с Холзи встречались. Я боялся, что если скажу «нет», это вызовет драму и разрушит нашу дружбу.

И с тех пор я ходил на цыпочках. Отчасти это отдаляло его от Холзи, вот почему я никогда не оставлял ее ночевать у себя. Не то чтобы ее это волновало. Ей тоже было неловко.

– Я давно знал, что у нас с Холзи не все в порядке. Но оставался с ней, я тянул время, когда мне следовало уйти.

– Чтобы доказать, что это не было ошибкой, – догадалась Фэй. – По отношению к Маверику? Или к себе?

Я грустно улыбнулся ей.

– И то, и другое.

Она потянулась через стол и протянула мне руку.

– Между прочим, я считаю тебя хорошим другом. Даже если ты совершил ошибку.

– Спасибо. – Я накрыл ее руку своей, прижав ладонь к ее ладони. – Я позволяю Маву совершать больше дерьма, чем следовало бы.

– Может быть, он это знает.

Я нарисовал пальцем круг на внутренней стороне ее запястья.

– Может быть.

– Твоя еда стынет.

– Мне все равно.

За моей спиной звякнула дверь, и Фэй убрала свою руку, прежде чем я был готов отпустить ее. Ее взгляд скользнул поверх моего плеча, устремившись на того, кто вошел внутрь.

Я дернулся. Глория топнула туфлями по коврику у входа.

Она огляделась в поисках Фэй. Когда она заметила нас, Глория подошла к краю нашей кабинки и театрально выпятила нижнюю губу.

– Я ненавижу, когда ты злишься на меня.

– Тогда не лги мне. – Фэй скрестила руки на груди.

– Прости, – сказала Глория.

Я поверил ей. И по тому, как смягчился взгляд Фэй, она тоже ей поверила.

– Я просто хотела, чтобы ты поговорила с мамой.

– Почему? – спросила Фэй.

– Потому что. Она наша мама.

Фэй вылезла из кабинки и положила руку на плечо Глории.

– Это недостаточная причина.

– Тогда сделай это для меня. Пожалуйста, – прошептала Глория. – В последнее время она стала другой.

Фэй вздохнула.

– Я подумаю об этом.

– Спасибо. – Глория обняла ее, затем отпустила и заняла свое место за столиком напротив меня. Казалось, она впервые заметила, что я здесь. – Привет.

– Привет. – Я подцепил вилкой картофельные оладьи.

– Значит, моя сестра забеременела от тебя.

Я перестал жевать.

– Да.

Она прищурилась.

– Если ты разобьешь ей сердце, я переломаю тебе все кости. Дважды.

– Глория, – отрезала Фэй.

Я расхохотался, чуть не подавившись едой. Проглотив, я ударил себя кулаком в грудь, а затем запил глотком воды, чтобы прочистить горло. Когда я снова поднял глаза, взгляд Глории был жестче, чем когда-либо.

– Не волнуйся, Джи. – Я поднял обе руки. – Со мной ее сердце в безопасности.

Глава 28

Фэй

– Они проиграют. – Мэйси взяла меня под руку.

– Да. – «Дикие коты» проиграют. Раш проиграет.

Когда я взглянула на табло, трещина в моем сердце стала немного шире.

– Не знаю, подхожу ли я для этого. – Я проглотила комок в горле, шмыгая носом от жжения.

– Хотела бы я сказать, что со временем станет легче. – Райан обнял меня за плечи и притянул к себе. – Но это не так.

Как бы мне ни хотелось списать слезы на гормоны, это не имело никакого отношения к беременности. Я чуть не сорвалась из-за футбольного матча.

Из-за человека на поле, который не собирался сдаваться.

До конца четвертой четверти оставалось всего шестнадцать секунд, и «Дикие коты» пропустили два тачдауна. У них было время еще на одну игру. Но даже если бы они забили, этого было бы недостаточно. Но Раш не сдавался.

Он занял позицию за центром, держа руки наготове, чтобы принять мяч. Он посмотрел вдоль линии, сначала налево, потом направо. По его команде центральный игрок отбил мяч. Раш отступил на три шага.

Эрик помчался по полю, изо всех сил стараясь обогнать защитника, наступавшего ему на пятки. Он поднял руку в воздух, продолжая бежать.

Раш запустил мяч, и тот закрутился в зимнем воздухе.

Поймай его. Я, не мигая, смотрела, как мяч летит прямо в руку Эрику.

– Да. – Я подпрыгнул, когда по стадиону прокатились радостные возгласы.

Эрик схватил мяч и побежал, не обращая внимания на преследующего его парня. Он бежал изо всех сил, с каждым шагом приближаясь к финишной зоне. Вот только, прямо перед тем, как он достиг линии, защитник бросился вперед и повалил Эрика на газон.

Время шло к нулю.

– Ауч, – пробормотала я.

Крепкое тело Раша дрогнуло, и от этого удара мое сердце раскололось пополам. Он сорвал шлем, от его потных волос поднимался пар, и опустил взгляд на свои ноги.

– Черт. – Райан обнял меня крепче.

Мэйси, шмыгая носом, не ослабляла хватки на моей руке.

Уголки моих губ опустились, подбородок задрожал, пока я боролась с желанием заплакать.

Вокруг нас болельщики «Диких котов» спускались по лестнице к выходу. Было пугающе тихо по сравнению с тем, что было сегодня утром. Когда в воздухе витало волнение. Даже когда в конце первой четверти счет был равным.

Но как только мы отстали, атмосфера изменилась. Разочарование улеглось, как дождевая туча. Предвкушение сменилось тревогой. Один парень, сидевший несколькими рядами позади, начал кричать на судей, обвиняя их во всем.

Ребята кружили по полю, двое из них хлопали Раша по плечу. Держа шлем в руке, он направился к выходу из туннеля, поздравляя нескольких игроков другой команды, когда они пересекались.

Но прежде чем скрыться из виду, он повернулся к трибунам, ища нас взглядом.

Когда он нашел нас именно там, где мы были с начала игры, он поднял руку.

Райан кивнул. Мэйси помахал в ответ.

И я надеялась, что все, что он мог видеть, – это мою неуверенную улыбку, а не слезу, катящуюся по моей щеке.

Его подхватили вместе с остальной командой, и он покинул поле вместе с тренерами.

Мы подождали, пока очередь у лестницы не поредела, прежде чем, наконец, разойтись, чтобы собрать свои вещи.

Райан и Мэйси принесли складные сиденья, которые подходят к металлическим скамейкам. Для меня они тоже принесли одно, хотя мы почти не сидели на них всю игру. Мы были на ногах уже несколько часов, и не только потому, что игра была слишком напряженной, чтобы сидеть на месте, но и потому, что было теплее, когда двигаешься.

Сегодня температура воздуха достигла всего десяти градусов, и, хотя небо было ясным, а солнце ослепительно ярким, было чертовски холодно.

– Спасибо тебе за это. – Я сложила одно из одеял, принесенных Мэйси, которое было накинуто мне на плечи.

– Конечно. – Она сложила свое одеяло, а Райан наклонился и собрал наши пустые стаканчики из-под горячего какао.

Три пустых стаканчика.

Они принесли всего по три штуки. Когда Райан пошел к киоску, то вернулся тоже с тремя порциями.

– Мы так рады, что ты смогла посидеть с нами сегодня, – сказала Мэйси.

– Я тоже.

– Раш рассказывал тебе о Рождестве?

– Эм, нет.

Мы с Рашем почти не разговаривали. Прошедшая неделя прошла как в тумане.

В промежутках между срочными занятиями и выпускными экзаменами, то немногое время, которое мы проводили вместе, мы либо сидели, склонившись над учебниками в столовой, либо лежали, прижавшись друг к другу, в постели Раша.

– Я полагаю, он был занят учебой и футболом, – сказал Райан. – Мы были бы рады, если бы ты приехала на ранчо, если сможешь вырваться с работы. Мы всегда считали, что Рождество только для семьи, так что оно пройдет в спокойной обстановке. Только мы вчетвером.

Только мы вчетвером. Семья.

– Я… – Они считали меня членом семьи?

Обычно я проводила день с Глорией, ее папой и бабушкой. Но на этой неделе она уже предупредила меня, что к ним присоединится мама. Дасти закрывала закусочную на неделю, чтобы вместе с Майком навестить его семью в Айдахо.

Моя семья не рассматривалась.

Раш не будет возражать, если я позаимствую его на Рождество? Наверное, нет.

Райан и Мэйси уставились на меня, ожидая ответа.

– Д-да. – Я кивнула. – Спасибо. Я бы с удовольствием пришла.

– Замечательно. – Мэйси тяжело вздохнула, как будто приготовилась к отказу.

Райан просиял, его улыбка была так похожа на улыбку Раша, что все, что я могла сделать, это улыбнуться в ответ.

Я понятия не имела, что подарить им, может быть, пару кружек «Закусочная «У Долли», которые Дасти припрятала где-то в своем кабинете. Я так и не придумала, что подарить Рашу.

– Может, пойдем? – Райан указал в конец нашего ряда, и мы выстроились в одну линию, спускаясь по лестнице и пандусу, затем под трибунами и через ворота, которые вели туда, где люди разбирали палатки и трейлеры.

– Всякий раз, когда Раш проигрывал в старшей школе, что случалось редко, он дулся целыми днями. – Мэйси рассмеялась, когда мы направились к их грузовику. – Что-то подсказывает мне, что после этого с ним все будет в порядке.

– Ему не придется дуться в одиночестве, – сказала я ей.

Она снова рассмеялась, когда мы проходили через задние двери. Мы сели в их машину, дав ей несколько минут прогреться на морозе, прежде чем они отвезли меня домой, чтобы я могла переодеться и отправиться на работу.

Дасти предложила дать мне еще один выходной в субботу вечером, но я и так уже сократила рабочее время на выпускной неделе. Я не могла позволить себе пропустить слишком много часов, особенно учитывая, что еще двум людям нужны были рождественские подарки.

Итак, пока Райан и Мэйси тусовались у нас дома, отдыхая в гостиной, я поехала в закусочную и приехала в четыре, чтобы начать свою смену до закрытия.

– Привет, – сказала я Дасти, заходя на кухню и натягивая фартук, чтобы завязать его под своим растущим животом.

– Привет, сладкая. – Она послала мне воздушный поцелуй, стоя за кухонным столом.

– Было много народу сегодня?

Она усмехнулась.

Черт. Сегодня я оставила на стадионе еще одну пачку листовок. Они были с таким же слоганом – «СПАСЕМ ЗАКУСОЧНУЮ «У ДОЛЛИ», – но напечатаны на неоново-желтой бумаге, а не на ярко-синей.

– Тебе нужна помощь с чем-нибудь? – спросила я.

– Я в порядке, кексик. Только что отнесла в столовую набор чистых столовых приборов.

– Хорошо. Пойду, заверну их.

Она подмигнула, когда я проходила мимо стола, и наклонилась поближе, чтобы посмотреть, что она смешивает в своей миске. Салат из макарон. Лапша в форме полукольца была перемешана с нарезанным зеленым луком и кусочками сельдерея. Она добавила кусочки бекона, а затем намазала все это сливочным майонезом.

Это выглядело… аппетитно. Я терпеть не могла салат с макаронами, но этот выглядел восхитительно.

– Что? – Дасти перестала помешивать.

– Можно мне это?

– Вот это? – Она указала на смесь деревянной ложкой. – В нем есть майонез.

– Я могу есть майонез, если он приготовлен из пастеризованных яиц.

– Я готовила его без яиц.

– О. – Так даже лучше.

– Ты же ненавидишь майонез.

Я кивнула.

– Я терпеть не могу майонез. Но я правда хочу это съесть.

– Может быть, этот малыш излечит тебя от отвращения к соусам, – сказала она, подходя к полке с посудой за миской.

Я пожала плечами.

– Может быть.

– Может быть, я наконец-то заставлю тебя съесть лазанью. Хотя, подозреваю, Рашу это не понравится, ведь он ел ее для тебя.

– Откуда ты зна… неважно. – Либо он похвалил ее за лазанью, которую никогда здесь не заказывал, либо она просто решила, что я носила ему еду на вынос.

Дасти положила мне полную ложку салата и продолжила перемешивать, а я направилась в столовую.

Я с опаской съела первый кусочек макарон, ожидая, что они станут противными, как обычно бывает с майонезом. Но это было нечто невероятное, поэтому я съела остатки, затем вымыла руки и принялась заворачивать столовые приборы.

Без четверти пять на ужин пришли двое пожилых мужчин в зимних пальто и шотландских шапочках на седых волосах. К половине шестого шесть столиков были заняты. Две группы были одеты в костюмы «Диких котов».

Возможно, только возможно, листовки сработали.

Когда я забирала посуду у двух пожилых мужчин, зазвонил дверной колокольчик. Райан и Мэйси стояли у стойки официантов, их щеки раскраснелись после темного, холодного вечера.

Не успела дверь закрыться, как она снова распахнулась, вызвав еще один звонок.

Вошел Раш, и я чуть не уронила тарелку, когда мои колени подогнулись.

Его волосы были еще влажными после душа. На нем была клетчатая рубашка на пуговицах, джинсы «Рэнглер» и потертые коричневые ботинки. Ему не хватало только шляпы, и он был бы самым сексуальным ковбоем на земле.

Мои яичники взорвались.

– Вау.

Забеременеть от этого мужчины было неизбежно, не так ли? С того самого дня, как он поменял мне колесо.

Он оглядел комнату, и когда наши взгляды встретились, выражение его недовольства немного исчезло.

Я поставила тарелки на стол, чтобы убрать позже, и пересекла столовую. Я попала прямо в его распростертые объятия и уткнулась носом ему в грудь.

– Привет.

– Привет. – Он прижался губами к моим волосам.

– Мне жаль на счет игры.

– Мне тоже.

– Ты в порядке?

– Да, – пробормотал он. – Я не люблю проигрывать.

Я засунула руки в задние карманы его джинсов и отклонилась, чтобы встретиться с ним взглядом.

– Я и не знала, что вы, ребята, собирались прийти сюда на ужин.

Он наморщил лоб.

– А куда еще мы могли пойти?

Если единственным человеком, которого я превратила в постоянного посетителя «У Долли», был Раш, то, думаю, моя миссия по спасению этого заведения не была полностью провалена.

Я вытащила руки из его карманов и схватила три меню, не то чтобы Рашу нужно было одно. Он уже выучил его наизусть.

– Дасти приготовила салат с макаронами. Он очень вкусный.

Раш удивленно приподнял брови.

– Ты ела салат с макаронами? Тот, что с майонезом в качестве соуса?

– Странно, правда?

Он кивнул на мой живот.

– Должно быть, это Сквиш.

– Сквиш? – спросила Мэйси, и ужас исказил выражение ее лица. – Раш. Пожалуйста, скажи мне, что вы не собираетесь называть моего внука Сквишем.

Раш ухмыльнулся и подмигнул мне.

Он дразнил ее почти час, прежде чем, наконец, признался, что это всего лишь прозвище.

И, как и предсказывала Мэйси, печаль по поводу его проигрыша длилась недолго.

Когда мы подъехали к дому, в нем было темно, но на улице перед входом была припаркована незнакомая машина. Один шаг через парадную дверь, и я точно знала, кому она принадлежит.

Ну, вроде того. Я понятия не имела, что за женщина была в постели Маверика, знала только, что он определенно был там не один.

Изголовье кровати ударилось о стену, и по дому разнесся равномерный глухой стук.

Раш закрыл дверь и вошел следом за мной. Он услышал этот звук и застонал.

По крайней мере, его родителей здесь не было, чтобы услышать это. Мэйси и Райан ушли из закусочной вскоре после ужина, чтобы поехать домой на ранчо. А поскольку Раш поехал с ними в «У Долли», он дождался конца моей смены, чтобы мы могли вернуться домой вместе.

– Ладно, – сказала я ему.

– Что «ладно»?

– Ладно, давай жить вместе.

Он подошел ближе и взял мое лицо в ладони.

– Ты уверена?

Прошла всего неделя с тех пор, как он спросил. Недели было недостаточно, чтобы принять такое важное решение.

Часть меня хотела доказать себе, что я могу жить одна. Что мне не нужна ничья помощь.

Может быть, мне это и не было нужно.

Что, если я хотела помощи? Это было самое страшное. Хотелось на кого-то опереться. Хотелось отказаться от контроля. Хотелось перестать все делать самой.

Я хотела, чтобы план Раша стал моим планом. Сквиш, школа и «Патология речи». Футбол и будущее.

– Поцелуй меня, пока я не передумала.

Он в мгновение ока оказался на мне, и его губы накрыли мои. Он держал мое лицо в своих ладонях, прижимая меня к себе, и облизывал мои губы, заставляя их раскрыться. Я ожидала, что он проникнет внутрь, будет грабить и пожирать, пока у меня не перехватит дыхание.

Но Раш провел языком по кончику моего языка, этого быстрого движения было достаточно, чтобы я застонала, прежде чем он отстранился.

– Фэй, я…

Бум. Бум.

– О, Маверик! Сильнее!

– Фу. – Я съежилась.

Раш зарычал, накрывая мою руку своей, и потянул меня к лестнице.

– Мы переезжаем.

– Да. – Я, вероятно, не собиралась менять своего решения.

Стук стих к тому времени, как мы поднялись наверх. Раш повел меня не в свою спальню, а в ванную, где открыл душ и включил струю. Шум воды заглушал все, что происходило за закрытой дверью.

Раш принялся за пуговицы своей рубашки. Две из них были расстегнуты, обнажив жесткие темные волосы, покрывавшие его грудь. Он расстегнул третью, и стал виден пресс.

– Снимай одежду, сладкая. – Он придвинулся ближе и потянулся к краю моей футболки. Он медленно, дюйм за дюймом, стягивал ее с моего торса, пока мои пальцы прокладывали путь к его рельефному животу.

Было невозможно не прикоснуться к нему. Теперь, когда мы начали это, я уже никогда не смогу остановиться. Когда он был рядом, мои руки были на его теле, в карманах или на предплечьях. Если мы сидели, я клала руку ему на бедро. У меня никогда не было такого с другим мужчиной, но, как и во всем остальном, Раш был исключением.

Мои руки поднялись выше, скользя по его груди, пока я не добралась до плеч и не стянула с него рубашку.

Он стряхнул ее со своих рук, позволив ей упасть на пол. Затем закрыл глаза и наклонился так низко, что его лоб прижался к моему. Все его тело расслабилось, когда он сжал мои бедра.

– Мне понравилось смотреть на трибуны и видеть тебя там сегодня.

– Мне понравилось быть там.

Он выпрямился и запустил пальцы в мои волосы, снимая резинку, которой я собрала хвост на работе. Когда пряди распустились, он собрал их в кулак, намотав на ладонь. Затем потянул, откидывая мою голову назад, чтобы завладеть моим ртом.

Он лизал и посасывал, постоянно меняя темп с медленного на быстрый. Жесткий на мягкий. Это означало, что я всегда была на шаг позади. Он контролировал ситуацию, а я была в его власти.

Это было освобождением, уступкой. Отпусканием.

Он что-то промурлыкал мне в губы, затем оторвался, отпустил мои волосы и развернул меня к зеркалу. Пока он целовал меня в шею, я смотрела на наше отражение в запотевшем стекле.

Мои щеки пылали, губы были влажными. Тело Раша окружало меня, высокое, широкоплечее, сильное и совершенное.

Когда он поднял голову, его глаза встретились с моими, мое сердце затрепетало.

Мы были прекрасны, мы были вместе. Каким-то образом мы подходили друг другу. Его сила и габариты дополняли мою миниатюрную фигуру и мягкие изгибы.

Легкая улыбка промелькнула на его губах, когда он потянулся к моему животу, чтобы расстегнуть резинку, удерживающую мои джинсы застегнутыми. Затем, расстегнув молнию, он стянул джинсы с моих ног, стягивая и трусики, пока я расстегивала лифчик.

Когда он встал, обхватив меня за плечи, его возбужденный член сильно прижался к моему бедру.

Я развернулась в его объятиях, мои руки потянулись к его шее, чтобы притянуть его вниз. Затем на мгновение настала моя очередь руководить.

Он позволил мне прикусить его губу, пока я протягивала руку между нами и расстегивала его джинсы, пока они не оказались на кафеле рядом с моими, а его член не запульсировал в моей руке.

– Ты нужен мне внутри, – прошептала я ему в рот.

Он подался бедрами вперед, быстро входя в мои объятия, пока я ласкала его. Его ладони легли на мою задницу, и он начал массировать мою плоть, сильно входя в нее. Затем он усадил меня на стойку, мрамор холодил мою обнаженную кожу.

Раш взял меня за колени, раздвинул их, прежде чем засунуть палец в мою щель.

– Ты промокла для меня?

– Промокла.

Он поднес палец к моему рту, проталкивая его мимо моих губ, пока я не почувствовала вкус себя на его коже. Это было впервые. Первые ощущения обычно сопровождались колебаниями или смущением, но вспышка жара в его взгляде была такой эротичной. Я лизнула его палец, засасывая его глубже, и его кадык дернулся.

– Черт, Фэй. – Он убрал палец, чтобы его место занял рот. – Ты хоть представляешь, что ты со мной делаешь?

– Раш. – Я медленно придвинулась к краю стойки, обхватив его бедро ногой, чтобы притянуть ближе.

Он поцеловал меня и подался вперед, заполняя меня целиком.

Я застонала ему в губы, когда мое тело растянулось вокруг его длины.

– Да.

– Ты чертовски приятна.

– Еще. – Я оперлась руками о столешницу, когда он взял меня за бедра, удерживая на месте, и начал двигаться, входя и выходя, пока я не превратилась в дрожащее месиво.

Мои стоны смешались со звуком льющейся воды в душе. От него исходил пар, покрывая мою кожу сиянием.

Раш ударял по тому месту внутри, снова и снова, каждым движением бедер.

Каждый раз, когда он входил глубоко, был момент, когда он оставался неподвижным. Каждое движение было обдуманным, как будто в его движениях был скрытый смысл.

Как будто он хотел что-то сказать.

Мои внутренние стенки начали трепетать вокруг него, мое тело все быстрее и быстрее приближалось к краю. Он просунул руку между нами и нашел пальцем мой клитор.

Одно прикосновение к комочку нервов, и я взорвалась. Каждая мышца напряглась и задрожала, когда я запульсировала вокруг него, сжимая и разжимая кулаки, и подгибая пальцы ног.

– Черт, – выругался он сквозь стиснутые зубы, его руки крепче сжали мои бедра. Затем он запрокинул голову к потолку и заревел от наслаждения, пока мы оба не выдохлись окончательно.

Я упала вперед, прижавшись к его груди, когда он заключил меня в объятия. Мы прильнули друг к другу, тяжело дыша, пока, наконец, мое сердцебиение не замедлилось, и я не открыла глаза.

Раш улыбнулся мне и нежно поцеловал в нос, прежде чем отнести в душ.

Он вымыл мне голову. Я вымыла его тело. А когда вода остыла, мы вытерлись и пошли к нему в постель, чтобы завалиться спать, не утруждая себя одеждой, свернувшись калачиком под простынями.

– Мне жаль по поводу твоей игры, – сказала я, уткнувшись носом ему в шею.