Текст книги "Тени на стекле (СИ)"

Автор книги: Дарья Шатил

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 26 страниц)

В дверь постучали. Рик обернулся. В дверном проеме, облокотившись о косяк, стояла Джаки. Ее каштаново-рыжие волосы были собраны в небрежный пучок, несколько прядей выскочило из него и небрежно топорщилось в разные стороны. В последний месяц она всегда выглядела так по-домашнему в своих безразмерных футболках и леггинсах. Но Рика насторожил не ее внешней вид, к нему он уже привык, а та паника и отчаянье, что поселились в ее глазах. Она стояла там и не решалась войти, сильно нервничая. Ее плечи были напряжены, а поза была наигранно расслабленной, будто бы она старалась скрыть свой страх за этой игрой.

– Что-то случилось? – резко спросил Рик. Его тон был более грубым, чем он того хотел, ведь он понимал то, в каком состоянии она была, однако ничего не мог с собой поделать. Его злило, что она пытается от него что-то скрыть.

– Ничего, – она покачала головой, держа руки за спиной. – Просто хотела узнать, как ты тут.

– Со мной все в порядке, – отрезал он. Сейчас Рик был не настроен ни на какие разговоры.

– По тебе не скажешь, – еле слышно протянула Джаки.

– С каких это пор ты стала экспертом в человеческих чувствах? – фыркнул Рик.

Ее и без того большие глаза расширились и стали просто огромными от удивления.

– Я не это имела в виду, – выдохнула она.

– Тогда просвети меня! – выпалил Рик, вскочив с кресла.

– Не смей кричать на меня! – Джаки словно бы в противовес ему была спокойна, хоть в ее глазах и отражалась нескончаемая паника, она будто бы совершенно не влияла на нее. Ее голос оставался таким тихим, уверенным. Он разнился с ее взглядом. – Давай просто поговорим. Ты всегда можешь положиться на меня. Рик, сядь пожалуйста.

– Положиться на тебя? – огорошено повторил мужчина. – Посмотри на себя! Боже… ты сейчас даже о себе позаботься не можешь. Не предлагай того, что не можешь выполнить.

Джаки отшатнулась:

– Что ты имеешь в виду?

– Ты сломана! Ты куда-нибудь выходила за последний месяц? Когда последний раз появлялась в офисе? Ты просто тонешь в этой клоаке из жалости к себе. Ты ведь и сама это видишь! – Рик видел то, как она менялась в лице, как краска отхлынула от него, как блестели глаза от подступивших слез, но уже не мог остановиться. – Ты ничего не можешь. Да и никогда не могла.

– Я думала, ты понимаешь, – она смахнула слезинку, скатившуюся по щеке

– О, поверь мне, я понимаю. Однако это не дает тебе права лезть в мою жизнь. Ты всего лишь моя жена, не более! – крикнул Рик.

– О боже… Я… прости… правда, прости… Прости что я не могу просто так начать жизнь заново! – ее голос сорвался. – Прости, что не могу справиться с тем, что умерла моя мать! Прости, что мне больно! Это же так неприятно, когда человек рядом с тобой страдает, – ее нижняя губа подрагивала. – Правда прости… Я даже не представляла, что тебе так противно от того, что… что мне больно…

Ее слова повисли в воздухе. Рик знал, насколько ей было больно.

Он понимал, что нужно остановиться, и все же пока находился рядом с ней, не мог этого сделать. Резким, размашистым шагом он вышел из кабинета, в дверном проеме случайно задев оцепеневшую от его слов Джаки. Однако та даже не шелохнулась.

Рику нужно было проветриться. Он решил не оставаться в доме, направился прямиком в коридор, обулся и вышел на улицу.

Это был непривычно холодный июньский вечер. И от того порывистый ветер, прорывающийся через его хлопковую рубашку, заставил его продрогнуть. Но это было хорошо, это остудило его. И он смог понять, что действительно был неправ.

Пройдя несколько кварталов и окончательно замерзнув, Рик решил вернуться. Однако вопреки своему решению, он все же шел окольными путями, намеренно оттягивая момент своего возвращения. Ему было тяжело от сказанных им слов, и он просто не знал, что сказать ей теперь.

Но долго его метание по вечерним, опускающимся в ночной сумрак, улицам длиться не могло. И вскоре, даже сам того не заметив, он пришел своему дому.

Эта прогулка ему практически не помогла. Да, сейчас он был спокоен, но все так же не знал, что сказать.

Нужно было просто собраться с мыслями и подняться по этой лестнице, но каждый шаг давался ему с трудом. Он чувствовал себя так отвратительно. Еще никогда до этого он не ощущал такого смятения чувств. Ведь Рик знал, что каждое сказанное им слово было правдой, и, тем не менее, он точно так же знал, что эта правда не должна была быть сказана в такой форме. И он разрывался между этими двумя знаниями.

Рик поднялся по лестнице, ввел наизусть заученный код и вошел в квартиру. Еще на пороге он заметил, что что-то было не так. Не разуваясь, он влетел внутрь. Джаки не было ни в гостиной, ни в кабинете, да и в спальне ее тоже не было.

Их спальня выглядела так, будто там хорошо поработал серийный вор. Двери всех шкафов распахнуты настежь. Какие-то вещи валялись на полу, а ворох их цветной женской одежды также был и на кровати.

Ему не нужно было подходить к шкафам, чтобы понять, что творилось там. Он и так знал, что ровный ряд из его и ее чемоданов поредел так же, как и вешалки с одеждой. Ему не требовалось проверять и второю комнату, там ведь было все то же самое. Опустошение. Исход был очевиден с самого начала. Она ушла.

Гоня от себя эти воспоминания, Рик со всего размаху стукнулся лбом о руль. Машина тут же отозвалась визгом сирены, так резко и громко, что даже несколько случайных прохожих подпрыгнуло от испуга.

Горькая ухмылка отразилась на лице мужчины. Он хотел, чтобы она развивалась? Перестала корить себя из-за смерти матери? Что же, он свое получил, и даже сполна. Так, как и сам того не хотел.

Боже, ребенок! Он просто не мог в это поверить. Прошло всего пять лет! Когда она успела не просто выйти замуж, но еще и родить ребенка? Рик плохо рассмотрел мальчика, но был больше, чем уверен, что он был старше двух или даже трех лет. Двухлетние дети не разговаривают так четко.

Он вновь посмотрел на окна ее дома, но из-за плотно зашторенных штор не смог ничего увидеть.

Ее реакция… Он не мог понять ее реакции. Да, сначала она была удивлена, увидев его. А потом… Он был точно уверен, что у нее началась истерика. И не такая, когда по лицу скатилось несколько печальных слезинок и все, нет, эта была настоящая истерика, с криками, нескончаемым потоком слез и нервной дрожью. Об этом говорил тот ужас, что отражался в ее глазах. Рик уже видел ее такой.

В этот момент, впервые за последние пару лет, ему захотелось поговорить об этом хоть с кем-то. Но он осознал то, что ему было просто не с кем поговорить. Родители были не теми людьми, с которыми он хотел бы обсуждать свою личную жизнь. Томас был мужем Алексис, а потому он также не входил в число людей, которым можно было бы доверить всю эту историю с Алексис. Вивьен? Она очень понимающая, но все же была просто его подчиненной. И он не хотел выводить их отношения за придел сугубо рабочих. У него определенно были знакомые, но эти люди оставались только знакомыми и Рик не хотел распространяться с ними о своих проблемах.

А значит, ему просто не с кем было поговорить об этом.

В голове появился образ Лорал.

Да, он познакомился с ней только вчера. Но почему-то она производила впечатление человека, которому можно было доверится. Она была эксцентричной и даже высокомерной, но все в ней располагало.

А потому Рик раскрыл свой портфель и разыскал там смятую салфетку, на которой размашистым почерком был накарябан номер телефона. Немного подумав, он все же набрал номер.

И к его немалому удивлению, ему никто не ответил. Надменный голос оповестил о занятости абонента и перевел его на автоответчик.

Рик не стал оставлять сообщений, просто положил трубку и убрал телефон в карман пиджака. Значит, не судьба.

Мужчина завел двигатель и вырулил с парковки. Не было совершенно никакого смысла оставаться здесь, раз уж Джаки не настроена на разговор с ним.

Вечером, как обычно, Рик сидел в гостиной с ноутбуком и проверял почту. Он не любил выходные, потому что они превращались в дни полные отчаянья и разочарования. После таких вот выходных ему нужен был хотя бы еще один выходной, чтобы отдохнуть и от них. Он искал свое успокоение в бесцельном просматривании интернет-сайтов. В очередной раз он обновил почту, ожидая новой порции рекламы. В последнее время это стало его хобби: чистить почту от рекламы. Очень даже интересное занятие. Но нет, там было лишь одно письмо от Лорал Крол.

Совершенно не понимая своего воодушевления, Рик открыл сообщение.

«Уважаемый мистер Скорокер,

Мне очень жаль, но сегодня у меня было очень много дел. (Нужно было встретиться с родственниками.) И вы, возможно, мне не поверите, но я оставила телефон в номере. Если номер с фотографии ваш, то приношу свои искреннее извинения.

P.S. Если ваш, то что вы хотели?

Лорал Крол, автор романа „Тени на стекле“»

Рик открыл прикрепленное фото. Это был скрин экрана с его номером телефона.

Потакая своему душевному порыву, он не стал перезванивать ей, а написал ответное сообщение.

«Уважаемая мисс Крол,

Вы абсолютно правы, это мой номер телефона. А вот причина моего звонка: я хотел пригласить вас завтра на завтрак.

Рик Скорокер, гендиректор „Паблишин Риал“»

Нажал отправить. Он нервно ждал ответа, то и дело обновляя страницу. Он все ждал и ждал. Ему хотелось как можно скорее получить ответ. Но это ожидание тянулось слишком долго. Было в нем нечто по-юношески томительное. Что-то отдаленно знакомое. Эта женщина и их недолгий разговор зацепили в нем что-то. И в те моменты, когда его мысли не занимала Джаки, он думал о ней.

Лорал.

Лорал Крол.

Интересно, а это псевдоним?

Рик поймал себя на мысли, что он хотел бы знать ее настоящее имя, если таковое имелось. И это был не рабочий интерес, его интерес был сугубо личным.

Вскоре ему надоело просто сидеть и ждать. Он поднялся с дивана, чтобы заварить себе очередную кружку кофе. В последнее время он просто огромными дозами поглощал кофеин. Рик считал себя зависимым. Каждый день ему было нужно не менее трех кружек, чтобы чувствовать себя человеком, и еще две, чтобы иметь хотя бы небольшой запас энергии на день.

Мысленно он подсчитал, что это была уже шестая кружка. Этот подсчет удивил его. Рик выключил кофемашину и достал из холодильника бутылку с соком. Слабенькая, но все же альтернатива.

Эта суббота была столь же отвратительна, как все, что были до нее, а встреча с Джаки все только усугубила. Она лишь растеребила недавно начавшие затягиваться раны.

Ожидал ли он, что она будет там? Нет, но он надеялся на это. Знал ли он, какого ему будет после этого разговора? И опять в точку, он определенно знал это. Так зачем же он искал с ней встречи, если ему так тошно становилось в итоге?

Он словно был наркоманом или же мазохистом, а Джаки была той отвратительной дозой, которую он так отчаянно продолжал желать.

Рик вернулся на диван к своему ноутбуку, к своей жаждущей обновления почте.

Щелкнул раз, щелкнул два, а на третий раз в окошке среди других уже прочитанных сообщений замелькало синим цветом одно новое.

Лорал.

Рик вновь открыл сообщение и принялся читать.

«Уважаемый мистер Скорокер,

Я так понимаю, завтрак – это не ужин, а значит у этой встречи не может быть никакого подтекста. Поэтому, да, я не против с вами позавтракать.

Пока я жила в Лондоне, у меня был один небольшой любимый ресторанчик в центре. Мы могли бы встретиться там. Если вы, конечно, не против? Если так, то я отправила вам адрес.

Лорал Крол, автор „Тени на стекле“»

Следующем утром Рик припарковался возле невысокого здания, на первом этаже которого удобно расположился небольшой ресторанчик. Окна, выходившие на проезжую часть, почему-то бы плотно зашторены темно-зелеными шторами так, что через них ничего не было видно.

Рик заглушил двигатель и выбрался из машины. Его сразу же накрыло порывом сильного, сырого и промозглого ветра. Декабрь в этом году выдался отвратительный. Целыми днями шли дожди. Ветер был порывистым и холодным. Оставалось надеяться лишь на то, что к сочельнику выпадет хоть немного снега.

Вывеска у входа гласила, что в связи с сильным похолоданием заведение сегодня работать не будет. Эта новость нисколько не обрадовала мужчину.

Он стянул с рук перчатки и достал из кармана парки телефон, набрал номер Лорал, однако женщина опять, как и вчера, не ответила. Сегодняшнее утро состояло из череды неудач.

Неужели Лорал решила надуть его? Это было обидно.

Рик вернулся к машине, решив подождать ее еще пару минут. Несколько забавная ситуация. Собственно, что и следовало ожидать от женщины, которая полгода водила за нос все его издательство.

Он так и сидел в машине с выключенной печкой и ждал Лорал, которой все не было и не было. Рик подождал пару минут, потом еще раз пару минут, и еще. Он боялся уезжать, надеялся, что она все-таки придет. Хотя, наверное, и стоило бы просто забить и уехать. Но он продолжал ждать. Похоже, это было заложено в нем на генетическом уровне, он все время продолжал ждать. Минут через двадцать или около того, он завел двигатель, чтобы согреться, так как машина за это время успела остыть. В этот момент он чувствовал себя полным олухом. Неужели он просто создан для того, чтобы его вокруг пальца обводили какие-то женщины. Сначала Джаки, а теперь еще и эта Лорал.

А слово «осел» с поразительной частотой кружилось у него в мыслях.

И вот, когда ему окончательно осточертело ждать ее на этой пустой парковке перед закрытым рестораном, он увидел ее. В этой закутанной в огромную парку фигуре и с намотанным вокруг шеи шарфом так, что были видны только глаза, он скорее угадал, чем узнал Лорал. Она бежала к ресторану. Узнаваемой ее делали только пряди белых волос, торчащие из-под шапки.

Похоже, она все-таки пришла. Лорал остановилась возле входной двери. Через лобовое стекло Рик отчетливо видел, как женщина остолбенела увидев вывеску. А значит, это не был какой-то коварный план.

Настроение Рика в разы улучшилось. Радостно улыбаясь, мужчина выбрался из машины и направился к ней.

– Доброе утро! – поприветствовал он.

От неожиданности девушка завизжала и резко крутанулась вокруг своей оси, повернувшись к нему, что заставило Рика улыбаться еще сильнее.

– О боже… боже мой… – причитала она. Лорал часто дышала, буквально залпом глотая воздух. – Вы меня напугали.

– Вы опоздали.

– Я проспала.

– Вы не отвечали на звонки.

– Вы звонили? – удивилась Лорал и немедленно принялась копаться в своей сумке. – Вот черт! Да, звонили… Три пропущенных. Боже, мне так жаль… Извините, мне действительно жаль. Он на беззвучном. Черт, я так спешила, что даже…

– Ничего страшного, – усмехнулся Рик. – Но есть нам придется на улице, как видите.

Лорал вновь посмотрела на витрину.

– Это так странно, раньше они никогда не закрывались из-за погоды.

– Когда вы последний раз были в Лондоне?

На Лорал не было перчаток. Она подула на свои руки, чтобы хоть немного согреть их.

– Года четыре назад, может даже больше. Хотя, два года назад я была здесь проездом, но у меня не было времени, чтобы ходить по ресторанам.

– Это долгий срок, – эта новость Рика совершенно не удивила. – Многое могло измениться. Но все же, что нам делать с нашим несовсем удавшимся завтраком?

Лорал расстроено пожала плечами.

– Что же, тогда я осмелюсь предложить вам любое другое заведение, – Рик взял ее под руку, чтобы проводить к своей машине. Хотя, возможно, это было и не нужно, ведь его машина была единственной на парковке. – Думаю, идти пешком будет не самой лучшей идеей, особенно по такой погоде, раз уж даже рестораны закрываются.

– Сарказм, мистер Скорокер? – ему нравился этот игривый изгиб ее бровей. – Но, пожалуй, вы правы. – Лорал улыбалась, забираясь в его машину.

Пока женщина разбиралась со своим ремнем безопасности, Рик обошел автомобиль и занял свое место.

– Вы сменили автомобиль? – неожиданно спросила Лорал.

Этот вопрос поставил Рика в тупик. Он не мог понять, что подтолкнуло ее к таким выводам.

– С чего вы это взяли?

Лорал испуганно посмотрела на него. Сегодня она была какая-то не такая. И этот взгляд испуганных карих глаз показался ему до боли знакомым. Все в ней было знакомым. Словно встретил старого друга. Ее реакция была странной, ведь он задал ей совершенно обычный вопрос, а она почему-то испугалась. Она все сидела и смотрела на него.

– Лорал, что-то случилось? Я буквально могу видеть, как в твоей голове крутятся маленькие шестеренки, запуская мыслительный механизм.

– Она просто выглядит новой, – фыркнула Лорал и отвернулась к окну.

Всю недолгую дорогу до ближайшего ресторана она не проронила ни слова, так же как и в то время, пока они ждали официанта, чтобы сделать заказ.

Однако Рик не выдержал и заговорил. Ему надоело это молчание, ведь они пришли сюда не для этого.

– Я вас чем-то обидел?

– Нет, что вы, – удивилась женщина. – Я просто не особо разговорчива. Вот и все…

– Да что вы? – усмехнулся Рик. – А на аукционе вы были более чем разговорчивы.

– Тогда во мне говорили два бокала мартини и хорошее настроение, – пожала плечами она.

– А сейчас?

– А сейчас во мне нет ни мартини, ни хорошего настроения, ни кофеина. Самое печальное, что нет кофеина, потому что я еще толком не проснулась, – сухо отрезала Лорал.

Она распахнула меню и принялась его листать, Рик последовал ее примеру. Спустя пару минут пришел официант и они сделали заказ. А когда его принесли, Лорал буквально набросилась на свой завтрак, тогда как Рик просто медленно попивал кофе, наблюдая за ней. А после второго или третьего глотка кофе Лорал стала более лояльной, терпимой и настроенной на разговор.

Рик оказался прав, с ней было легко. Он ничего не обдумывал, не пытался произвести впечатление. Он просто говорил, а Лорал просто слушала. И для него этот разговор был невероятно правильным, таким настоящим. Ему нравилось говорить с ней. И, казалось бы, они придерживались какого-то негласного правила. Он не говорил о Джаки, она ни словом не обмолвились о своем муже.

Но при этом они говорили буквально обо всем. Искусство, музыка, книги. Их интересы совпадали практически на все сто процентов.

Лорал даже объяснила причины, по котором она не хотела заключать договор. Оказалось, что она не хотела продолжать ту историю, потому что боялась ее испортить. Она считала, что всегда важно в нужный момент поставить точку. Тем не менее она не собиралась заканчивать свою карьеру в качестве писателя. Лорал планировала написать еще много книг и на данный момент раздумывала над новыми идеями, находилась в этом нескончаемом поиске вдохновения.

Эта новость не могла не обрадовать Рика. Он поведал ей о своем намерении заключить с ней контракт в отношении новых историй. Но Лорал возразила, сказала, что об этом нужно будет говорить только после того, как у нее появиться нечто большее, чем наброски некоторых глав. Рик попросил прочитать хотя бы то, что уже есть. И Лорал, немного поломавшись, все же согласилась, пообещав скинуть эти «черновики» вечером на почту.

В такой дружелюбной манере они просидели и проговорили довольно долго. И Рик покинул ресторанчик в хорошем расположении духа. Встреча с Лорал была, как глоток свежего воздуха. И сегодня, впервые за несколько лет, он чувствовал себя по-настоящему свободным.

========== Глава 24. ==========

Джаки сидела на диванчике рядом с книжными стеллажами и перебирала корешки книг, что стояли на полке справа от нее. После той встречи с Риком на порожках ее дома прошло пару дней. И все это время она отчаянно пыталась не думать о случившемся. Ей требовалось хоть как-то отвлечься, вот почему она сейчас была здесь. В книжном магазине.

Книжный магазинчик, когда-то принадлежавший ее матери, а теперь ей, находился в паре кварталов от родительского дома. И это было удобно. Особенно в летнюю пору, когда с утра можно было не особо спешить, а теплым вечером спокойным и размеренным шагом вернуться домой, по пути заглянув в какой-нибудь магазинчик или, может быть, ресторанчик. Зимой же все было не так. Зимой не имели значения маленькие магазинчики, не имела значения и красота вечерних улиц, важно было только как можно скорее добраться до дома.

И вот сейчас Джаки сидела возле окна, отложив в сторону книги, и наблюдала за косым дождем, ухлестывающим мостовую и деревья, давно уже потерявшие свою листву. За какие-то полчаса улицы резко поредели. Остались лишь немногие прохожие с зонтами, готовые бороться с непреодолимой стихией.

Джаки прекрасно осознавала, что отвыкла от такой погоды. Она не взяла с собой зонт, даже не думала о нем до этого момента. Мимо окна пробежала невысокая женщина, закутавшаяся в плащик.

Джаки опустошенно выдохнула. Погода полностью соответствовала ее внутреннему состоянию. В ее душе действительно шел дождь, а мысли находились в некотором сумасброде.

– Мисс Трот, я подготовила бухгалтерские книги за последние шесть кварталов, остальные находятся в архиве у нашего бухгалтера. Но если нужно, я могу их привезти, правда, успею только к закрытию. Если вам не к спеху, завтра их могу доставить с курьером.

Голос служащей отвлек Джаки от ее бесцельного наблюдения за редкими прохожими. Она отвернулась от окна и посмотрела на невысокую девушку в форме, что носили все служащие магазина. И она была очень невысокой. Джаки, сидя на обычном диване, все равно была немного выше ее. Джаки никогда не считала себя высокой, но по сравнению с ней она была просто великаном.

– Хорошо, мисс…?

– Амалия. Амалия Смит. Менеджер.

– Да… да… конечно… – несмотря на свое решение прийти сюда, Джаки все же была слишком рассеянной и не на чем не могла сосредоточиться. – А где они?

Джаки только сейчас заметила, что в руках у маленькой девушки-менеджера ничего не было. Это насторожило ее.

– А-а-а… Мисс Трот, я подумала, что вам может быть неудобно здесь, – она развела руками, показывая на залы и стеллажи вокруг нее. – Поэтому я отнесла все в мой кабинет. Там тише, чем здесь. Хотя… здесь тоже тихо. После обеда здесь всегда затишье.

– Хорошо, Амалия, я думаю, там будет все же поспокойнее, чем здесь. Я люблю работать в тишине, – согласилась Джаки. – Вы не против, что я называю вас просто Амалия?

Девушка просияла.

– Нет, я только за!

Джаки могла бы точно так же улыбнуться и попросить звать себя по имени. И она непременно поступила бы так в любой другой день. Но сегодня она была просто не в настроении и совершенно не хотела нарушать субординацию. Уж точно не со своими подчиненными.

Девушка-менеджер все молчала и улыбалась. Она будто бы ждала чего-то.

– Амалия, проводите меня, пожалуйста, я плохо ориентируюсь в этом месте, – устав от этого бессмысленного молчания, попросила Джаки.

– Да, конечно, – спохватилась девушка и поплелась между заполненными книгами стеллажами.

Джаки поплелась за ней.

Амалия оказалась права: в это время здесь не было практически никого. Джаки столкнулась лишь с зевающими от скуки продавцами, которых было немного.

Амалия проводила ее в небольшой кабинет рядом с кладовкой, заваленной коробками с книгами. Этот кабинет был не больше той кладовки, в него вмещался лишь стол, офисное кресло и несколько книжных стеллажей, так же переполненных книгами.

Амалия отступила в сторону, пропуская Джаки. Первым, что попалось ей на глаза, были розы в горшках на подоконниках. Это были розы ее матери. Те самые ярко-красные с белыми крапинками у основания бутона.

Джаки остолбенела, так и не войдя внутрь.

– Это был ее кабинет? – пересохшими губами спросила она.

– Да, мисс Трот, я заняла его после смерти госпожи Лауры, – кивнула Амалия.

Девушка продолжала стоять рядом, ожидая того момента, когда Джаки войдет в кабинет, но та все не решалась.

Джаки хотела побыть одна, поэтому она попросила Амалию уйти, и та оставила ее практически тут же. Оставшись одна, Джаки привалилась плечом к дверному косяку. Она боялась войти внутрь. Этот кабинет, казалось бы, сохранил в себе больше воспоминаний о ее матери, чем их собственный дом. И от этого находиться здесь было еще сложнее, чем там.

Однако это не было решением ее проблемы. Просто стоя вот так вот на пороге, она ведь ничего не добьется и ничего не изменит. Поэтому, собрав всю свою волю в кулак, она переборола себя и переступила через порог, но это было единственным, на что у нее хватило воли. Джаки вновь остановилась.

Внимательным взглядом она скользила по комнате. Здесь было много вещей, которые просто не могли принадлежать ее матери. К примеру, те зеленые ручки с яркими большими голубыми помпонами сверху, что стояли в небольшой подставке на столе. Ее мать не любила подобные вещи. Она их просто не понимала, а потому и не признавала.

При детальном рассмотрении, здесь было слишком много вещей, не принадлежавших ее матери. Жалюзи. Она ненавидела это безвкусие, которое с трудом можно было назвать шторами. Офисное кресло. Она считала эту мебель безобразной, а вот плед однозначно принадлежал ей: такой зеленый, до безобразия зеленый. Рядом с розами на подоконнике стояли маленькие плошки с искусственными цветами, ее мать не признавала искусственных цветов.

Но все же здесь был ее дух. Он был в книгах.

Джаки сдвинулась с места. Она подошла к стеллажам, провела рукой по корешкам книг. На них не было пыли, а значит, за ними следили, ухаживали. Джаки знала порядок, в котором они были расставлены. Именно так их всегда расставляла Лаура. У нее была собственная система. Книги в мягком переплете стояли на верхних полках, в твердом переплете – на нижних. Ее любимые книги, которые она буквально зачитывала до дыр, в мягких или твердых потрепанных переплетах, занимали самою верхнюю полку. Даже встав на носочки, Джаки смогла дотянуться только до самой полки, но ее пальцы так и не коснулись книг. Поэтому девушка не стала дальше пытаться, боясь, что в обратном случае парочка из них свалиться ей на голову. Похоже, так думала не только она, ведь на ее пальцах остался толстый след пыли.

Джаки не стала изучать оставшиеся стеллажи и прошла прямо к столу. Нужно было проверить бухгалтерские книги. Ведь она пришла сюда не для того, чтобы бесцельно просматривать стеллажи. Девушка села в неудобное офисное кресло с низкой спинкой, на которую невозможно было откинуться, потому что она врезалась в поясницу.

Джаки распахнула одну из продолговатых, заполненных от руки, бухгалтерских книг и принялась изучать их содержимое. Так она провела больше двух часов, но успела просмотреть только три книги. Это было очень муторное и занимающее много времени занятие.

Однако это нужно было сделать. Это нужно было сделать еще после смерти матери, но тогда Джаки была слишком занята своими собственными страданиями, чтобы думать о чем-то еще. В то время для нее бизнес матери не имел совершенно никакого значения. И это было ошибкой. Все ее решения, принятые на тот момент, были неверными. И бухгалтерские книги в этом случае говорили о многом. И она прекрасно понимала это даже с теми неглубокими познаниями в экономике, что у нее были. Шел отток покупателей и прибыль за последние два года уменьшилась в разы.

Джаки уже боялась смотреть книги за все предыдущие кварталы. Ей вполне хватило информации, полученной из недавно изученных книг.

Она встала из-за стола, потянулась, разминая затекшую шею и плечи.

Со сложившейся ситуацией нужно было что-то делать. Она просто не ожидала, что дела обстоят так… так плачевно. Похоже, ей все же придется задержаться в Лондоне.

Джаки требовалось сделать небольшой перерыв. Но, не желая все же терять настрой, девушка решила не выходить в торговые залы. Она осталась в кабинете, изучая еще один но уже закрытый стеллаж. Она выдвигала ящик за ящиком, находя там только бесконечное количество пустых бухгалтерских журналов учета и безопасности. И много других незаполненных тетрадей. В последующих ящиках она так же не нашла ничего нового.

В этот момент она чувствовала себя воришкой, забравшимся в чужой магазин, и было совершенно неважно, что магазин принадлежал ей. Она не чувствовала себя его хозяйкой.

Джаки выдвинула самый нижний ящик. Там лежало много пыльных старых документов, к которым не прикасались годами. Но в глаза ей бросилась большая тетрадь, что лежала поверх всех этих документов.

Аккуратно Джаки извлекла ее из ящика и, стараясь не осыпать всю эту пыль на себя, стряхнула ее в мусорное ведро. И под всем этим слоем пыли на обложке оказалось черным маркером написано одно единственное слово «Проекты».

Она сразу же узнала этот размашистый корявый почерк, лишком жирные буквы. Так, слегка небрежно, но все же красиво, всегда писала ее мать. С трепетом, девушка перевернула первую страницу.

Тетрадь была полна идей и мыслей ее матери. Там были как и вклеенные печатные проекты с яркими диаграммами, так и листы, на которых практически неразборчивым почерком были записаны какие-то мысли, а на полях красовались забавные, немного странные рисунки. Все листы уже давно пожелтели от времени, но это не уменьшало их ценности.

Джаки села в кресло и, откинувшись на его неудобную спинку, принялась с замиранием сердца листать страницы. Она с трудом разобрала некоторые строчки, но большинство текста так и осталось для нее загадкой. Временами в своих записях Лаура переходила на итальянский, и на этих страницах ее почерк становился совершенно непонятным. Но местами она вдруг начинала писать более медленно, буквально выводя каждую букву. И именно эти страницы Джаки смогла прочесть. Все в этой большой тетради было о магазине, о книгах и о работниках.

Джаки перевернула еще несколько страниц и откуда-то из середины выпала небольшая зеленая офисная папка без каких-либо надписей. Девушка отложила тетрадь матери в сторону и принялась листать эту зеленую папку. Это оказался проект перестройки магазина. Каждый листок с различными диаграммами и статистиками лежал в отдельном файле.

Не без интереса, Джаки изучала всю информацию, стараясь как можно глубже вникнуть в суть. Оказалось, что ее мать выкупила верхний этаж и планировала не просто расширить магазин, но и переоборудовать его в некоторое подобие небольшой кофейни, в которой можно было бы читать книги из магазина совершенно бесплатно, если сделать заказ. Некий бонус для одиноких людей.

Проект был детально проработан, в нем даже имелся полностью разработанный дизайн этой самой кофейни, со всеми планами перестройки.

Джаки просто не могла поверить, что ее мать, несмотря на все свои проблемы, строила такие глобальные планы. Она всегда считала свою мать сильным человеком. Но все же не могла поверить, что она не сдавалась, боролась с раком и строила планы.

На глаза навернулись слезы. Джаки отбросила от себя этот проект, словно ядовитую гадюку.

Все эти планы и стремления были напрасны, ведь она все равно мертва. Рак не был тем, что можно было победить лишь одним желанием. Сначала бабушка, а теперь и мать.