Текст книги "Кузница желаний, или По ту сторону зеркала (СИ)"

Автор книги: Дарья Княжева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Глава 19

Меня тряхнуло от внезапно накатившего холода, будто совсем рядом кто-то распахнул окно и в комнату ворвался ледяной ветер. А как же Горан? Он тоже?..

– Моего брата здесь нет, – пояснила девушка, так же спокойно, ничуть не изменившись в лице. – Я провела тебя через границу. Он остался на той стороне. Ему сюда нельзя.

Горан ее брат? Почему нельзя? И ведь когда мы были в той комнате с накрытым для обеда столом мужчина совершенно точно видел ее. Я не могла ошибиться! Значит, у этой девушки есть возможность существовать в обоих мирах? Но как? И что ей нужно от меня? Зачем она притащила меня сюда и все это рассказывает?

Одни вопросы – и чем дальше, тем только больше их становилось. Я устала бояться, устала бесконечно ломать голову от всех этих загадок. И впереди не видно было никакого просвета – все еще только больше запутывалось.

– Ты здесь, потому что нам нужна твоя помощь, – до меня только теперь дошло, что девушка отвечает на то, что я даже не озвучила. Умеет читать мысли? Наверное, для призрака, способного перемещаться между миром живых и мертвых, это не так уж сложно… Но о какой помощи она говорит? Я и себе самой-то помочь не могу.

– Скоро придет новая смерть. Это будет страшнее, чем в прошлый раз. В живых может не остаться никого. Ты можешь это предотвратить.

Это прозвучало на самом деле страшно.

– Я не понимаю. Не понимаю, что вы хотите от меня! Чем я могу помочь? Почему вижу всех этих людей, если их давно нет в живых? Что вообще за безумный мир?!

– Ты сама – часть этого мира, – грустно улыбнулась девушка. – Далеко не всем дано это видеть. У тебя редкий дар.

– Не могу сказать, что мечтала о таком даре, – буркнула я в ответ. – Лучше бы никого из вас здесь не было.

– Такие вещи не зависят от нашего желания. Они просто даются тем, кого по каким-то причинам избирает Судьба. Раз это случилось, значит, нужно для чего-то.

– Но для чего? – громко воскликнула я, поддаваясь накатившим эмоциям. – Как я могу что-то предотвратить, если не понимаю, о чем идет речь? И как я вообще здесь оказалась. Я хочу домой!

Совсем недавно старалась найти выход и была уверена, что справлюсь. Придумаю, как вернуться. Но с каждым мгновеньем, с каждым новым событием мне становилось все труднее понимать и принимать происходящее. И хуже всего было то, что я не знала, что с этим делать. Где тот самый выход, который так мне нужен?

– Мы много лет ждали тебя, – тихо проговорила девушка.

– Нет, не меня! – возразила я. – Я вообще оказалась здесь случайно! Говорила ведь Горану, что не знаю ни эту вашу Стазу, ни про ее дела. Вы все путаете меня с кем-то другим.

По лицу девушки снова скользнула улыбка.

– Так ведь тебя выбрали совсем не мы. И не мы позаботились о том, чтобы ты появилась здесь. Так было нужно!

– Кому нужно?! – снова выкрикнула я. Как же устала от этих загадок!

Девушка кивнула на людей вокруг.

– У каждого из них были свои семьи. Дети. Возлюбленные. Устроенная и привычная жизнь. А потом резко все закончилось. Ни один врач не смог спасти от мора. Он, как огонь, пожирал все на своем пути. Ты знаешь, что это такое? Когда твои мечты, стремления, планы сгорают до пепла? Превращаются в прах?

– Сожалею, что вам все это пришлось пережить, – совершенно искренне призналась я, тут же понимая, как нелепо звучат мои слова. Они ведь не пережили. Все умерли. Все до единого!

Виновато вздохнула и добавила уже тише:

– Но все равно не понимаю, при чем здесь я. Я ничем не могу вам помочь. Да сейчас, наверное, уже никто не может.

– Ты ошибаешься, – девушка взмахнула рукой, и движения окружавших нас людей стали быстрее. Они один за другим устремились в сторону дальней двери. А перед тем, как переступить порог и скрыться, оборачивались ко мне. Я по-прежнему не видела их лиц, но откуда-то абсолютно точно знала, что каждый из них смотрит прямо на меня. Знала, что в молчаливых взглядах затаились укор и немая мольба.

И от всего этого невольно поежилась.

– Я действительно не представляю, чем могла бы сделать.

– Ты можешь остановить Стазу. Заставить ее вернуть то, что она забрала у всех нас! Не спрашивай, как. Я не смогу тебе объяснить. Просто знаю, что если ты откажешься, больше такого шанса не будет. И когда она придет в следующий раз, уже никто не спасется.

Девушка протянула руку, смыкая пальцы на моем запястье. Как ни странно, они оказались совсем не холодными, да и выглядели не бледнее моей собственной руки.

– Пожалуйста. Если ты поможешь нам, потом мы поможем тебе.

– В чем поможете? – наш разговор все больше напоминал беседу двух детей, делящихся игрушками в песочнице. Ты мне – я тебе. Но ведь мы говорили о серьезных, совсем не детских вещах. Так почему же в моей голове ничего не прояснялось?

– Ты же хочешь вернуться, – проговорила девушка. – Мы поможем тебе выжить. А потом проводим домой.

Я не могла не признаться самой себе, как сильно взволновали меня последние слова. И напугали. Уже не впервые здесь так или иначе звучали угрозы не только моей безопасности, но и жизни. Выходит, что она знала об этом. И ей под силу было подобные вещи предотвратить. Но это совсем не обнадеживало, скорее, наоборот. Мне еще больше захотелось поскорее сбежать.

Но стоило лишь подумать об этом, как девушка покачала головой, будто опять заглянула в мои мысли.

– Это единственный путь, Анастáзи! По-другому не получится.

– Меня зовут Настя, – машинально поправила я ее, запоздало вспоминая, что мы не знакомились. Я не знала ее имени, а она придумала для меня какое-то непонятное.

– Я Несса, – отозвалась девушка, снова отвечая на мой незаданный вопрос. – А ты – Анастáзи. Та, что пришла побороть Стазу. Она покорится твоей силе, потому что у тебя эта сила светлая.

Я ошарашенно смотрела на нее, с каждом минутой понимая все меньше. Нет у меня никакой силы. И не было никогда. Ведь речь шла не о физических даже возможностях, а чем-то эфемерном, магическом, во что я даже не верила.

– И еще одно, – лицо Нессы стало совсем серьезным. – Постарайся не влюбиться в моего брата. Он уже потерял возлюбленную, а ты все равно уйдешь. Вторую потерю он не перенесет.

Влюбиться в Горана? Этого точно не стоило опасаться. Из всей широченной гаммы чувств, что я испытывала к нему, увлеченности не было и в помине. Да, я не смогла не отреагировать на его очевидную привлекательность и мужественность. Но и только. Во всем остальном боялась его или злилась, раздражалась и даже ненавидела. Далеко не лучшее основание для рождения иных чувств.

– Не бойся, Несса, – пообещала я, уверенная, что сдержать это слово мне не составит труда. – Твой брат мне не нужен.

Она задумчиво кивнула и, сняв с собственного запястья витой кожаный браслет, протянула его мне.

– Надень. Если будет нужна помощь, я об этом узнаю. Не снимай ни при каких обстоятельствах. И ни в коем случае не отдавай никому. Если на самом деле хочешь выжить и вернуться домой.

Глава 20

Пока я рассматривала подаренное мне украшение, Несса поднялась с кровати и направилась к двери. Последний из людей уже скрылся там, но я не предала значения движению девушки. Думала, что она не может уйти просто так, не сказав больше ни слова.

Но именно это и произошло. Дверь закрылась, делая неслышными и без того тихие шаги. Я осталась одна. И если еще какое-то время ждала, что Несса вот-вот вернется, вскоре поняла, что этого не случится. Она наговорила мне странных вещей, оставила еще более странный подарок – и ушла, оставляя наедине с собственными мыслями в этом более чем странном мире.

Я поднесла к лицу руку, рассматривая причудливое переплетение кожаных звеньев на браслете. Этот узор что-то напоминал, где-то я видела уже нечто подобное, но никак не могла сообразить, где именно. В памяти мелькали разрозненные картинки, никак не желая собираться в единый пазл, и это не давало покоя.

Тоже встала с кровати, оглядевшись вокруг. Никакого намека на разгадки не было и в помине. Комната стала пустой, ничто не напоминало о том, что всего несколько мгновений назад ее наполняли не то люди, не то призраки.

Поразмыслив какое-то время, я решила отправиться следом. Все равно нужно было что-то делать, и если у меня не осталось возможности догнать Нессу, следовало попытаться хотя бы разыскать ее брата. У него-то наверняка имелись ответы на все мои вопросы. Найти бы еще способ как-то разговорить этого мужчину!

Я приоткрыла дверь, ступая в прохладную, сырую влажность каменного коридора. В отличие от того, по которому недавно шли мы с Гораном, здесь не было темно: на стенах почти под самым потолком располагались массивные лампы с подрагивающим в них пламенем. Я невесело усмехнулась: в прошлый раз было страшно, хотя шла не одна, а сейчас воспринимаю это как само собой разумеющееся. Еще немного – и поверю во все, что творится вокруг.

В конце коридора свет казался ярче, и я поспешила туда. И чем ближе подходила, тем быстрее таяла прохлада, сменяясь весьма ощутимым теплом. А потом в глаза неожиданно ударил яркий свет. Не заметила перед собой двери, или она распахнулась раньше, чем я подошла, но это оказалась там самая комната, куда прежде приводил меня Горан.

Кузница. Печь полыхала еще сильнее, чем тогда, наполняя жаром весь окружающий мир. Над горном, спиной ко мне, склонился мужчина, удерживающий в руке массивный молот. Грубые кожаные перчатки защищали руки, доходя почти до локтей. На нем, видимо, был длинный фартук, потому что я рассмотрела завязки на поясе и у шеи. А еще – перекатывающиеся под натянувшейся тканью рубашки бугры мышц.  Засмотрелась на эту мощь, чувствуя непривычное волнение.

Я ведь и раньше обращала внимание, что Горан привлекателен внешне. Обычная женская реакция на эффектного представителя противоположного пола. Ничего больше. Тем более, теперь было слово, которое я дала его сестре. Да и сама понимала прекрасно, что влюбиться в этого грозного, грубого мужчину – худшее, что могу придумать. И все равно стояла, не в силах пошевелиться, не отрывая глаз от каждого движения, еще и получала удовольствие, рассматривая его.

Будто почувствовав мой взгляд, мужчина резко обернулся. И я невольно отшатнулась. От него исходила реальная сила, текла горячей волной вместе с тем жаром, которым полыхала кузничная печь. Это пугало и завораживало одновременно. Тем более, я никогда прежде не видела такого. Даже в кино. Не особо жаловала исторические фильмы, а в современности для таких вещей, как кузница, попросту не осталось места.

И сейчас чувствовала себя маленькой девочкой, попавшей в сказку. Мне впервые с момента, как началось это странное приключение, было не страшно. Мужчина остался тем же самым – жесткий, самоуверенным, надменным – и одновременно стал другим. Что-то притягивало, манило в его темном взгляде, где плясали отблески огня. Что-то такое, объяснение чему я не могла найти.

Он продолжал молча рассматривать меня, и это в некотором смысле развязало руки. Вернее, я решила позволить себе сделать то, что очень сильно хотелось. Подойти ближе. И к нему, и ко всему тому, что находилось в комнате.

Высокая температура в кузнице почему-то не напрягала. Никогда особенно не любила жару, но сейчас это было даже приятно. Сказался ли тот холод, что испытывала прежде, или просто окружающая обстановка как-то по-особенному действовала на меня, я не знала.  Но не хотелось, чтобы это состояние проходило.

Я остановилась у стола, уставленного всевозможными предметами. И замерла, очарованная тем, что вижу. Чего здесь только не было! Фигурки животных, какие-то странные конструкции, посуда. А еще цветы. Вот они-то выглядели совершенно невероятно. Я залюбовалась причудливым переплетением узоров и линий, вылитых из металла. Лепестки, стебли, листья были будто из тонкого, невесомого кружева. Не удержалась и протянула руку к одному цветку. Металл казался теплым, словно живым.

– Как такое может быть? – я перевела взгляд на застывшего рядом мужчину. –Это все… ты?

Понимание, что именно Горан сотворил подобную красоту оказалось для меня сродни шоку. Я всегда восхищалась талантливыми людьми, а тут талант был налицо. Но даже не это особенно впечатлило. Чтобы создать что-то такое, нужно было не просто уметь обращаться с металлом. Не просто быть искусным мастером. Но еще и уметь вдохнуть жизнь в эту завораживающую красоту. А Горан… Как мог грубый и показавшийся мне жестоким человек делать хрупкие и нежные шедевры?

– Да, я работаю на заказ… Когда есть время, – нехотя, как мне показалось, отозвался мужчина.

– На заказ?  – переспросила я, тут же понимая, что завидую тому, кому достанутся эти потрясающие цветы. Кто сможет смотреть на них в любое время, касаться, трогать, наслаждаться тем, как удивительно они смотрятся. Будто и впрямь живые. – И кто же такое заказывает?

Горан неопределенно дернул плечом.

– Да много желающих. Кому-то – цветы, кто-то просит игрушки для детей, кому-то нужна новая посуда. Обычное дело. Не понимаю, чему ты удивляешься.

– Я никогда не видела такую красоту, – признавалась, снова проводя пальцем по выточенному из металла бутону. – Будто в сказке. Смотрю – и не могу насмотреться.

– Странная ты девушка, Анастáзи, – задумчиво проговорил мужчина, не отрывая от меня взгляда. – Удивляешься таким простым вещам, а то, что на самом деле удивительно, даже не замечаешь.

– О чем ты? Чего не замечаю? – на этот раз я не стала поправлять, когда мое имя прозвучало так необычно. Сама не знаю, почему. Я понимала все меньше, но при этом что-то менялось, происходило в моем сердце, волнуя и будоража. Плавилось в этом самом огне, что находился сейчас так близко от меня. В пылающей печи. И в его глазах.

Глава 21

– Что тебе рассказала Несса? – вместо ответа Горан задал свой вопрос. И очевидно было, что не только любопытство им двигает. Вернее, совсем не любопытство. Странный жар в его взгляде довольно быстро сменился настороженностью и той самой колкостью, к которой я уже успела привыкнуть.

Получается, он знал о моем разговоре с его сестрой. Но если так, почему не был там, когда все это происходило? Зачем позволил мне общаться с ней наедине, если сейчас собирается выведывать то, о чем мы говорили?

– Спроси у нее, если тебя это интересует.

Взгляд мужчины сделался жестче. Теперь передо мной снова был тот человек, который, не задумываясь, лишил жизни ставшего у него  на пути противника в ночном лесу. Жестокий и беспощадный.

Я снова посмотрела на стол с диковинными цветами. Ну как, как такое возможно? Как тот, кто способен убивать, одновременно может давать жизнь этой неповторимой красоте?

– Ты прекрасно знаешь, что я не могу этого сделать.

Слегка опешив от его заявления, я зачем-то попятилась к двери. Не потому, что испугалась или решила сбежать, скорее, это вышло само собой. Будто какой-то инстинкт сработал, заставляя меня снова сторониться Горана. Выходит, он обманул, когда сказал, что все эти шедевры вышли из-под его руки. Но зачем? Он точно не из тех, кто пытается произвести впечатление, выставляя себя тем, кем на самом деле не является. Но тогда получалось, что здесь есть еще кто-то? Тот, кто выковывает всю эту красоту.

Я оглянулась, одновременно понимая бессмысленность собственных действий. В кузнице совершенно точно никто не прятался. Мы с Гораном были вдвоем.

Он посмотрел туда же, куда и я, и вопросительно приподнимая бровь.

– Что-то ищешь?

– Кого-то. Хотела посмотреть на подлинного мастера. Раз уж ты признался.

Мужчина нахмурился и на его лице отчетливо проступило недоумение.

– Признался в чем?

А я почувствовала себя полной дурой. Нелепый абсолютно бессмысленный разговор. Обычно такие ведут, когда нужно протянуть время, но это точно не наш случай. Все было более чем странно. Вроде бы мы говорили, обсуждали что-то, но загадок и вопросов только больше становилось. И я все сильнее запутывалась, не понимая, ни как реагировать на поведение Горана, ни как вести себя дальше.

– Так что ты имела в виду?

На меня внезапно накатило раздражение. Ну не мог он и правда не понимать! Все же более чем очевидно! Или специально дразнил, стремясь вывести из себя? Что же, ему это удалось!

Я посмотрела в глаза мужчине, произнося почти со злостью:

– Терпеть не могу, когда мне врут! Я ведь поверила, что это все сделал ты! – махнула рукой в сторону стола. – А тебе просто хотелось посмеяться надо мной! Просто сделать из меня идиотку!

Сама не заметила, как начала кричать, и от моего голоса комната как будто завибрировала, каменные стены отразили звук, и он зазвенел в нагретом печью воздухе. Стало жарко. Теперь уже по-настоящему, приятное тепло сменилось тяжелой, почти удушающей духотой. Я облизала пересохшие губы и сделала еще несколько шагов к двери, отчаянно мечтая оказаться в прохладе коридора.

Но выйти мне Горан не позволил.  В несколько шагов сократил расстояние между нами, впиваясь цепкими пальцами в мое предплечье.

– Даже не думай! Я понятия не имею, что означают сейчас твои слова, но ты не выйдешь из этой комнаты. Ни шагу не ступишь, пока не расскажешь мне все про Нессу!

Я почти сразу почувствовала боль от его стальной хватки. И страх. Снова. В том месте, где сомкнулись пальцы мужчины, кожа горела огнем. И вырваться не получалось, как бы я ни дергалось, он лишь крепче держал.

– Отпусти! – рванулась опять, одновременно понимая тщетность собственных усилий. – Сейчас же! Убери от меня руки!

Горан находился пугающе близко, и эта близость подавляла меня. Я ощущала себе совершенно беспомощной, слабой, не способной ни на что. Только вот так возмущаться, но было совсем не похоже, чтобы мужчину хоть сколько-нибудь волновали мои крики.

– Рассказывай! – потребовал он. Дернул, разворачивая к себе. – Я однажды уже допустил ошибку, позволил тебе уйти, но больше этого не случится!

Кажется, мы снова возвращались к тому, с чего начали. По какой-то нелепой, жуткой прихоти Судьбы этот человек, как и многие другие здесь, приняли меня совсем не за ту. И зря я надеялась, что смогла убедить Горана, что не имею никакого отношения к ведьме. Сейчас стало очевидно, что именно ведьмой он меня и считает. Той, что виновна во всех его бедах.

Но что произошло, почему он так переменился? Ведь вроде бы верил…

Я тут же осадила себя. Вроде бы? Вот именно, разве рядом с этим человеком можно быть в чем-то уверенной? Не знала о нем почти ничего. Он даже с этими игрушками меня обманул!

– Почему бы не задать вопросы своей сестре? Ее даже трясти не придется, чтобы все выведать, она сама с удовольствием…

Не договорила – вскрикнула от боли, которая стала нестерпимой, когда мужчина еще крепче стиснул пальцы. Показалось, что у меня искры полетели из глаз. Или слезы. Он будто не рукой держал, а стальным раскаленным обручем, который прожигал даже сквозь одежду.

– Больно… – выдавила из себя слабый писк, потому что на большее не хватило сил, и на лице мужчины растеклась улыбка, куда больше напоминающая оскал.

– Больно, говоришь? Да ты еще не представляешь, что такое больно на самом деле.

Его рука спустилась ниже, перехватывая мое запястье, а вторая легла на талию, не позволяя вырваться. Быстрее, чем я успела хоть что-то сообразить, он шагнул к печи, таща меня за собой. Наклонился над ней так, что от жара перехватило дыхание, и потянул мою руку, удерживая ее всего лишь в нескольких миллиметрах от огня.

– В прошлый раз не вышло, но знаю, что нет ничего надежней пламени. Как думаешь, для чего я построил эту кузницу?

Огненно-красные змеи почти касались края рукава. Одна только искра – и одежда могла загореться. И тогда… Что будет тогда, я старалась не думать.  Едва сдерживалась, чтобы не закричать от боли. Но вот слезы остановить не удалось, они слепили глаза и, нагреваясь от такого близкого пламени, жгли щеки. Он все это видел. Мой страх, мою боль, но по-прежнему держал слишком крепко, не давая ни вывернуться, ни отдалиться. Кажется, даже сам готов был пострадать в огне, ведь его рука находилась так же близко от печи.

– Ее называют кузницей желаний, потому что здесь я выковываю то, о чем меня просят. Исполняю сокровенные мечты. Но у меня самого такая мечта тоже есть. Хочешь, поведаю, о чем она?

Глава 22

– Не хочу! – я сделала очередную попытку вырваться. Все, чего хотелось сейчас на самом деле – освободиться от него, оказаться как можно дальше. И в безопасности. Но такой возможности у меня не было.

А Горан вдруг застыл на мгновенье, а потом его глаза расширились, наполняясь почти звериной яростью. Он схватил вторую мою руку, на которой был одет подаренный его сестрой браслет.

– Откуда это у тебя? – мужчина в буквальном смысле зарычал. Впился взглядом в тонкое плетение на моей руке, так что этот взгляд я ощутила физически. Но не дотрагивался до украшения. Не прикасался почему-то,  хотя я была уверена, что он безумно хочет это сделать. – Где ты взяла браслет?

– Несса дала, – пользуясь его замешательством, я все же выдернула, наконец, руку из его цепких пальцев. Отскочила от печи к стене и сползла по ней на пол, совершенно лишенная сил. Подтянув под себя ноги, принялась дуть на обожженное запястье.

– Ты чокнутый! Совершенно ненормальный! – наверно, опасно было говорить ему такие вещи, но я не могла сейчас рассуждать адекватно: от боли в голове как будто что-то заклинило. Слезы продолжали литься, и никак не получалось их остановить. Я беспомощно разглядывала, как на коже прямо на глазах надуваются пузыри и от этого пугалась ещё больше.

– Она не могла его дать! – уверенно заявил Горан, опускаясь рядом со мной на колени. – Она наверняка ненавидит тебя еще больше, чем я. А этот браслет…

Он умолк, но я и не нуждалась сейчас в каких-то объяснениях. Вообще с трудом воспринимала слова. Стало казаться, что боль от кисти поползла дальше. До локтя, к плечу и дальше, верткими змеями по всему телу. Нарастая с каждым мгновеньем. Обостряясь до тошноты. Несмотря на терзающий жар, меня внезапно начало знобить. При попытке ответить на претензию мужчины, я не смогла ничего выдавить, лишь зубы клацнули, и слезы полились сильнее.

– Не пытайся разжалобить меня слезами! – тут же предупредил Горан. – Я больше не поверю в твою невинность!

– Как будто раньше ты мне верил! – попыталась выкрикнуть, но получился лишь слабый писк. Сил не осталось. Мысли начали туманиться. Как после того напитка, что давала Несса, только теперь к затягивающему меня пьяному дурману добавилась ещё и эта удушающая боль.

Я прикрыла глаза,  всего на мгновенье, чтобы немного прийти в себя, – и будто нырнула в этот туман. Он подступил со всех сторон, впитался в кожу, осел горечью на языке и губах. Вязкой тяжестью наполнил легкие. А потом я провалилась в темноту.

Ее было слишком много. Огромное черное море, на волнах которого меня качало, то полностью погружая в забытье, то вытягивая на поверхность, где снова было больно и холодно. Время будто замедлило свой ход, или я, окончательно измучившись, перестала его осознавать. Не могла ни пошевелиться, ни произнести хоть что-то.

Сон это был или беспамятство – вряд ли смогла бы сказать. Но сквозь полузакрытые веки постепенно стал пробиваться тусклый свет. И я услышала где-то вдалеке приглушенные голоса.

– Ты мог ее убить, – это был не вопрос, сухая констатация факта. Незнакомый холодный голос звучал довольно резко и как будто с обсуждением.

– Но не убил. Хотя, может, и стоило. Ты не представляешь, как давно я мечтал увидеть её страдания.

Второй мужчина говорил тише, но я все равно смогла все различить. И этот голос был мне знаком.

– Это не вернет тебе сестру.

– Зато я смогу отомстить. Наконец-то.

– И правда думаешь, что Стаза настолько глупа, чтобы попасть в твои руки? Если бы это и правда была она, ты бы даже близко к ней не смог подойти. Она ни за что не станет рисковать собой.

– Это наверняка какой-то хитрый ход. От нее можно ждать, чего угодно.

– Да, но не глупости себе в ущерб! Горан, очнись! Твоя ненависть застилает тебе глаза, и ты не можешь рассуждать здраво. Я уверен, что эта девчонка не имеет ничего общего со Стазой. Ты зря мучаешь ее… и себя.

Я не поняла, не уловила, в какой момент голоса стали отчетливыми и ясными. Так, словно говорящие находились совсем близко от меня. Казалось, я не просто слышала их, но и ощущала физически повисшее в воздухе напряжение. Теперь даже во сне или этом странном забытье стало ясно, кем является один из мужчин. Не только потому, что его имя озвучил второй. В моем затуманенном сознании промелькнули события последних дней. Или в чем измеряется время в этом странном мире?

Погоня в лесу, старая избушка в самой его глубине, мои тщетные попытки сбежать. Далекий путь до деревни, где меня по-прежнему все воспринимали враждебно. Все, кроме хрупкой и нежной девушки, назвавшейся Нессой и оставившей мне подарок. Девушки, которой, как оказалось, давно не было в живых.

Не открывая глаз, я опустила руку на другое запястье, нащупывая кожаное плетение. И в тот же самый момент голоса стихли. Я лишь слышала тяжелое дыхание стоящего рядом мужчины.

Превозмогая сковывающую меня тяжестьд, открыла глаза. Поморщилась от показавшегося резким света, тронула языком иссохшие губы. Когда попыталась приподняться, все тело неприятно заныло. Я выдохнула, сглатывая стон, и огляделась.

Горан находился совсем близко, стоял перед небольшим узким топчаном, на котором я лежала. И не сводил с меня напряженного взгляда.

Другой мужчина был незнаком. Тоже высокий, широкоплечий, с мощной подтянутой фигурой. Только гораздо старше. Мужественное лицо пересекали борозды морщин, а почти доходящие до плеч волосы были совершенно белыми.

– Не делай резких движений. Я дал тебе лекарство, пока продолжается его действие, сил будет немного. Не расходуй их понапрасну.

Я снова облизала губы – мучительно хотелось пить.

– От лекарства должно становиться легче, разве нет? А вы говорите, что оно отнимает силы.

Уголки губ незнакомца чуть приподнялись. Это мало напоминало улыбку, но я и не ждала подобных эмоций.

– Вижу, что тебе лучше, – он склонился ко мне, коснулся руки своей огромной сильной ладонью, поворачивая запястьем верх. Я оторопело уставилась на то место, где совсем недавно были пузыри от ожога. Сейчас кожа выглядела лишь слегка воспаленной, но никакой боли не ощущалось.

– Это вы сделали? – я подняла взгляд на мужчину, теперь иначе осмысливая его слова про лекарство. – Вы врач?

Он снова изобразил подобие улыбки. Удерживающие мою ладонь пальцы слегка сжались, едва ощутимо погладив кожу. Мужчина склонил голову.

– Лекарь Никелас, к вашим услугам.

– Нас… – начала я произносить свое имя, но он тут же меня остановил.

– Я знаю, кто вы, Анастáзи. И поверьте, сделаю все, что в моих силах, чтобы разубедить этого упрямца, – мужчина кивнул в сторону Горана, и выражение лица у того прямо на глазах сделались еще более жестким.

– Ты ошибаешься, Никелас. Она…

– Это ты ошибаешься! – голос лекаря внезапно зазвучал сталью. – Оставь нас, – и в ответ на хмуро сдвинутые брови Горана, добавил: – Уйди и дай мне поговорить с девушкой. Если не хочешь, чтобы я использовал для этого свою власть.