Текст книги "Замечательный сосед (СИ)"
Автор книги: Дарья Десса
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 20 страниц)
– Сергей, что у вас случилось?
– Друга убили, – ответил я хмуро.
– Друга?
– Макса, моего друга и бизнес-партнёра.
– Примите мои соболезнования, – сказал Глеб. Мы с женой кивнули молча и пошли домой. Всё-таки мерзкий тип этот сосед. Вроде бы старается быть искренним, а голос такой, словно ему глубоко наплевать. Он лишь произносит текст, но думает совершенно иное.
На этом, однако, наш путь в квартиру снова прерывается.
– Катя, Серёжа! – слышим голос. Оборачиваемся. Видим, как Глеб садится в машину и уезжает, а навстречу нам (откуда она тут взялась?) идёт… Ольга. Её не было на похоронах почему-то. Может, потому что с Максом они расстались до его гибели? Или просто не захотела? Что ж, пусть будет на её совести.
– Я тебя дома подожду, – говорит Катя и уходит. Понимаю: с бывшей подругой разговаривать не хочет.
– Привет, – говорю Ольге, когда та подходит. Вид у неё какой-то измученный. Тёмные круги под глазами, на скуле тщательно замазанный тональным кремом синяк, словно кто-то её ударил по лицу. Она закутана в пальто, шею закрывает пушистый шарф, на голове вязаная шапочка. Девушка выглядит, словно сильно замерзла, потому постаралась утеплиться. Выглядит мешковато, как на старушке.
– Я слышала про Макса, – говорит Ольга, печально опустив глаза.
Молчу. Что ей сказать? Ну, слышала, и ладно. Что ж теперь.
– Прости, я не смогла… Не смогла заставить себя прийти на кладбище.
– Ольга, мне всё равно, – отвечаю как можно спокойнее, хотя внутри бурлит негодование. Вы столько времени были вместе!
– Да, я понимаю, – отвечает девушка. – Передай, пожалуйста, Кате, что мне очень жаль.
– Что ты заняла её законное место? – спрашиваю с сарказмом.
Ольга кивает.
– Скажи ей, что я уже отказалась от повышения. Это была глупость с моей стороны. И если она захочет, я всё ей сама расскажу. Ладно? Вот мой новый номер телефона, – она протягивает мне листок с цифрами. Беру его и кладу в карман.
– Мне очень, очень плохо, что я так поступила, – говорит Ольга убитым голосом.
Снова не знаю, что сказать. Потому произношу стандартное:
– Мне пора.
– До свидания.
– Пока.
Ухожу. Ольга остается стоять у подъезда. Вид у неё несчастный, убитый какой-то… Хотя лучше это слово не произносить сейчас.
Говорят, что беда не приходит одна. Наверное, мы подсознательно притягиваем её к себе, когда постоянно думаем о плохом. Но что поделать, если так складываются обстоятельства? Тут не до веселых мыслей. Когда мы с Катей стали вдвоем заниматься теперь уже полностью нашей автомастерской, дела стали понемногу улучшаться. Макс, конечно, стал для нас тяжелой утратой. Ведь были и те клиенты, которые приходили к нам лишь для того, чтобы с ним пообщаться. Когда его не стало, они ушли, и мы потеряли несколько заказов.
Но потом стали понемногу набирать обороты. Точнее, возвращаться к состоянию, которое было у нас всего три месяца назад, когда всё было хорошо, и мы с партнером каждый день приходили на работу, получая удовольствие от происходящего вокруг. Всё это движение, разговоры, интересные собеседники и сложные механизмы, с которыми порой так тяжело, но и в то же время интересно.
Приезжает, например, человек и говорит: «У меня снизу что-то стучит. Пока на ровной дороге еду – ничего, стоит на проселке оказаться – снизу словно молотком грохает кто-то». Мы задумались с Максом: причин такого поведения техники может быть добрый десяток. Но мимо проходил один из мастеров (он занимался совсем другой машиной) и заметил мимоходом: «Это защита картера». Мы переглянулись, подняли авто на подъемник, стали смотреть эту тяжелую толстую металлическую крышку.
И вот же! Оказалось, один из болтов на ней почти открутился, а всего их шесть. Затянули и даже с клиента денег брать не стали. А ведь если бы мастер наш мимо не шел, то ковырялись долго. В этом и есть суть нашей работы: иногда всё сразу понятно, откуда масло течет, а порой надо полмашины перебрать, чтобы выяснить причину неполадки. Это же так интересно! Недаром каждый мальчишка в детстве обожает разбирать машинки, чтобы посмотреть, как там всё внутри устроено. Мы с Максом тоже так делали.
С Максом… До сих пор не могу спокойно вспоминать о нём. Каждый раз его имя болью отдается в сердце. И уже два месяца прошло, а тот следователь, капитан Селезнёв, звонил за это время пару раз, чтобы задать какие-то вопросы, и потом снова пропадал. Наверное, положат это дело на дальнюю полку, а потом и вовсе прекратят. Как у них такие там называются? «Глухарь», кажется.
Я надеялся, конечно, что убийцу найдут. Мы с Катей часто обсуждали, кому Макс мог так сильно насолить. Но ничего не придумали. А потом судьба преподнесла нам сразу два события. Первое – это когда страховая компания вдруг выплатила нам сумму, причитающуюся за поврежденное имущество. Нашей радости не было предела! Сразу наняли бригаду строителей, и та буквально за неделю всё вернула в прежнее состояние. Ну, а дополнительно мы купили ещё несколько наружных камер видеонаблюдения.
Второе событие… о нём даже вспоминать не хочется. Случилось то, чего мы ну никак не ожидали. Но об этом лучше рассказать с самого утра. Мы приехали с Катей в автомастерскую, включили компьютеры, пообщались с мастерами. План на день был примерно известен, потому все разошлись по своим местам. Но спокойное течение дня нарушил внезапный визит… Глеба. Тот прикатил на своём байке – сверкающем хромированными деталями BMW K1600 GTL и попросил заменить на нем масло и фильтры, воздушный и масляный.
В общем, дело нетрудное, всего минут на сорок, тем более у мотоциклов с этими вещами проще, чем с машинами. Я согласился, поскольку когда занимаешься бизнесом, нужно оставлять свои антипатии за дверями. Глеб сказал, что посмотрит за процессом: «Мне очень интересно». Я кивнул и ушёл в офис. Через полчаса сосед пришел, расплатился, поблагодарил и уехал. Дальше работа потекла по графику. Машины сменяли одна другую, пока наконец ближе к вечеру не приехала некая дама. Она представилась Светланой и сообщила, что звонила вчера, договаривалась об техническом осмотре её автомобиля – спортивного кроссовера Porsche Cayenne.
Девушка сказала, что купила машину у знакомых и постеснялась проверять её при них. Но проверить нужно, поскольку агрегату уже шесть лет, и мало ли что? «У меня двое дочек, я вожу их в школу», – сообщила Светлана. И ещё добавила, что работает пресс-секретарем в местном филиале одного очень крупного банка. Что ж, мы с Катей согласились освободить для клиентки место в плотном графике. Всё-таки такие клиенты для нас важны – это же чуть более тесная связь с банком, где у нас, кстати, оформлена ипотека.
Светлана приехала, мы водрузили её Porsche Cayenne на подъемник, и пока мастер осматривал машину, пригласили гостью в офис. Для особенных посетителей Катюша хранила банку очень вкусного, молотого кофе, аромат от которого был ну просто божественный. И вот мы наслаждаемся напитком и болтаем о пустяках, но проходит десять минут, и вдруг слышим сильный грохот.
– Сидите, я схожу посмотрю, – стараюсь улыбаться, а у самого уже предчувствие черной тенью промелькнуло перед глазами. Прохожу в главный зал и замираю: так и есть. Не обманула интуиция. Видел я такое в роликах по интернету, но никогда не думал, что подобное стану наблюдать собственными глазами, да ещё у себя в автомастерской. Боком на бетонном полу, полуразбитый, лежал Porsche Cayenne. Мастер, который им занимался, сидел рядом, прислонившись к стене, и держался за ногу, а под ней натекла лужа крови. Остальные стояли в шоке и смотрели.
– «Скорую»! Быстро! – рявкнул я, и парни сразу засуетились. – Жгут! Бинт! Бегом!
Они кинулись помогать раненому, а я спросил у главного механика, Аркадия, что случилось. Ответ был прост: когда тот парень, что занимался Porsche Cayenne, поднял машину на высоту, неожиданно левая балка накренилась и лопнула, и автомобиль рухнул вниз боком. Я вернулся в офис. Мой вид был настолько ужасен, что Катя сразу спросила с тревогой:
– Что случилось?!
Я честно рассказал.
Светлана поднялась, сильно побледнев, и сказала сквозь зубы.
– Вы… Я нас вас так надеялась! – и пошла смотреть, что случилось с её машиной. Мы с Катей поспешили следом. Увидев, как теперь выглядит её Porsche Cayenne, гостья всхлипнула и, сдерживая слёзы, вышла на улицу. Катя поспешила за ней, чтобы успокоить. Но бесполезно: Светлана не захотела с ней разговаривать. Она звонила кому-то и требовала «Во всём разобраться». Потом вызвала такси и уехала, так ничего и не сказав.
Вскоре подъехала «Скорая», и нашего мастера увезли. Оставшись в меньшем составе, мы принялись извлекать покореженную машину. Удалось это с большим трудом, пришлось отрезать некоторые изуродованные металлические части. Когда закончили, был уже поздний вечер. Я сказал парням, что рабочий день окончен. Завтра будем решать, кто возьмется за восстановление Porsche Cayenne.
Конечно, мы и не такие тачки восстанавливали. Несколько лет назад к нам привезли на эвакуаторе в хлам разбитый ЗИС-101, к тому же древний, как мамонт. Мы с Максом хотели было отказаться: что там ремонтировать? Это же фактически новую машину создавать! Но клиент оказался жирным гусем – владельцем большой коллекции раритетных авто. Он предложил цену такую вкусную, что мы с партнером сразу согласились.
Так что и опыт, и навыки по ремонту подобных (и даже хуже) машин были. Но мне показалось странным, когда Светлана потребовала «разобраться». С чем или с кем? У меня опять начались дурные предчувствия. Эх, только всё стало налаживаться!
Глава 10. МЖМ
Ольга была слишком пьяна, чтобы понимать, что вокруг неё происходит. И Фил был достаточно нетрезв. А вот Глеб – напротив, чувствовал лишь легкое опьянение, которое ещё больше будоражило скрытого в нём полового зверя. Потому он, сжав зубы, онанировал, глядя на то, как его подопечный раздевает девушку. Тот особенно с её одеждой не церемонился. То, что мог расстегнуть, расстегивал. Нет, так попросту разрывал. Ольга же только бормотала что-то несвязное.
Когда она оказалась полностью обнаженной, Варвар приказал:
– Трахни её.
– Но, Глеб, ты же знаешь, я не по этой части, – попробовал было противиться Фил.
– Мне наплевать, по какой ты там части. Я приказываю – ты исполняешь.
– Хорошо, хорошо, – согласился Фил. Но как заниматься сексом с человеком, которого не хочешь? Он постоял, почесал в затылке, а потом попросил тихим вкрадчивым голосом. – Глебушка, можно я тебя приласкаю. И тогда у меня сразу всё получится. А?
Варвар кивнул. Фил, с радостью собачонки, быстро скинул с себя одежду, упал перед Варваром на колени. Тот отпустил свой член, заложив руки себе за голову и откинулся назад, предоставив протеже наслаждаться, чем захочет. И Фил, подойдя как можно ближе, расположился между раздвинутыми ногами Глеба. Придвинул голову к его промежности, а потом медленно погрузил туда лицо, так что лоб его оказался упертым в основание фаллоса, все что ниже – под яичками, в ложбинке между ягодицами.
Парень глубоко вдохнул аромат своего любимого мужчины. Он не думал о том, что это унизительно, пошло или противно. Он ощущал запахи своего самца, который наконец-то, после долгих недель позволил ему к себе сексуально прикоснуться. Потеревшись лицом о промежность, Фил высунул язык и принялся вылизывать мошонку Глеба. Одной рукой он обхватил его правую ногу ниже колена, поглаживая её, а другой взялся за член и стал мастурбировать.
Глеб лежал на спинке кресла, не произнося ни единого звука. Лишь размеренно и глубоко дышал. Ему нравилось происходящее: Фил прекрасно знал, как обращаться с мужскими причиндалами, а тем более делал этот особенно нежно, получая истинное удовольствие. И парнишка знал толк в оральных ласках. Он то одно яичко забирал в рот и проводил по нему языком, то другое, а потом умудрился всю мошонку в себя запихнуть, но довольно быстро отпустил – воздуха для дыхания не хватило.
Потом Фил приподнялся и насадил голову на фаллос Варвара, плотно обхватив его губами и прижимая языком к нёбу. Только теперь, испытывая сильные приятные ощущения, Глеб позволил себе издать нечто вроде короткого стона. Это для сосущего был сигнал: он всё делает правильно. Но буквально через минуту оральное соитие было прервано: Глеб схватил Фила за волосы, потянул вверх и сказал:
– Хватит. Займись Ольгой.
Любовнику ничего не оставалось, как повиноваться. Его собственный член уже торчал, потому он подошел к кровати, лег на девушку, раздвинул её ноги и, направляя себя рукой, довольно резко и грубо вошел в неё. Словно кусок воткнул в мясорубку. Затем принялся ритмично двигаться. Глеб, наблюдая за этой сценой, вернулся к прежнему занятию – онанировал, только теперь делать это было гораздо проще: его член был обильно смазан слюной подопечного. Этот факт Варвара нисколько не смущал. Он смотрел, глубоко дыша, как Фил вспахивает Ольгу, а у той лишь голова бессильно болталась в разные стороны.
Так продолжалось минут пять, и Фил начал уставать, но больше всего иное: у него постепенно проходила эрекция. Он ведь считал себя всегда пассивным геем, а тут приходилось трахать женщину. Ощущения совсем не те, которые ему нравились. Предпочитал же он две вещи: делать минет и когда его имеют в попу. Всё остальное, как помечал парень в анкетах на гей-сайтах, «не нравится». Правда, он там лишь виртом занимался. Болтал о сексе и прочем, проще говоря. На свидания не ходил. Боялся Глеба. Если тот узнает…
– Отойди, – наконец послышалось со стороны, и Фил облегченно вышел из Ольги. Глеб перевернул девушку на живот, а потом, прицелившись, начал вводить ей фаллос в анальное отверстие.
– А-а-а-а, – застонала Ольга и попыталась дёрнуться. Но Глеб навалился на неё всей массой своего атлетичного мощного тела, придавив к кровати. – А-а-а-а, – снова раздалось снизу, когда Варвар продолжил буровить сфинктер. – Пожа… больно… – проговорила девушка.
Глеб ничего не ответил. Он делал то, что хотел, и теперь Ольга под ним лишь стонала, испытывая сильную боль в анусе пополам с таким же опьянением. Но довольно скоро тональность её голоса от мучительной сменилась на развратную. Варвар усмехнулся: «Прочувствовала, сучка». Ему нравился этот переход – когда женщины, которые прежде всегда выступали резко против анального секса, в процессе начинали испытывать от него удовольствие.
Всё это время, пока Глеб имел Ольгу в попу, Фил смотрел, сидя на постели. Он сглатывал слюну, которая заполняла его рот, как у собаки, перед которой положили кусок парного мяса, но дали команду «Фу!» И теперь ничего не оставалось, как пожирать вкуснятину глазами. О, как же он хотел теперь оказаться на месте Ольги! Ни за что на свете не стал бы брыкаться. Сразу бы принял в себя член любимого на всю длину и балдел, ощущая, как тот движется внутри, растирая прямую кишку, давя на предстательную железу и вызывая сладкие позывы в мочевом пузыре.
Но Глеб продолжал трахаться с Ольгой, не обращая на Фила ни малейшего внимания. И тот всё не мог никак понять: зачем Варвару понадобилось заставлять его входить в девушку? Чтобы разогреть её? Но та слишком пьяна, чтобы нуждаться в этом. Что самому возбудиться? Но неужели вид пассивного гея, трахающегося с женщиной против его воли, может кому-то быть приятен? Всё-таки Фил порой совершенно не понимал любимого мужчину. Какие мотивы тем движут? Чего добивается?
Но это, напротив, делало личность Варвара ещё притягательнее, более загадочной и… возбуждающей. Фил всё это чувствовал теперь, глядя на происходящее перед ним. Вдруг поймал себя на мысли: если хоть кто-нибудь, хоть когда-нибудь попробует разорвать их отношения, встанет между ними, ему сильно не поздоровится. Фил ощутил, что готов буквально на что угодно.
В этот момент Глеб остановился, вышел из Ольги, и та осталась лежать безвольной куклой.
– Иди сюда, – приказал Варвар. В его глазах сверкала острыми краями безумная похоть.
Фил повиновался. Он подошел и встал рядом, ожидая дальнейших указаний.
– Лицом к стене.
Парень встал, как требовалось.
– Ноги шире. Руки на стену.
– Хорошо, Гле…
– Заткнись! – рявкнул Варвар. Он зло дышал, словно собирался сделать нечто такое, требующее от него особенной ярости.
Фил занял позицию.
Глеб подошел к нему сзади. Взял член в правую руку. Направил его на анальное отверстие парня, которое теперь было хорошо видно и приоткрыто даже – Фил умудрился, на свой страх и риск, немного прогнуть спину. Он теперь догадался, что будет с ним дальше. Приготовившись, Варвар очень грубо, одним рывком вонзил фаллос и попку парня. Тот от сильной боли, которая взорвалась у него в мозгу яркой вспышкой, вскрикнул и тут же прикусил себе ладонь: надо терпеть, это сейчас пройдет…
Глеб, распаляясь от новых ощущений, – он впервые в жизни трахал мужчину, хотя не считал себя геем, двигался всё чаще, погружая ствол на всю длину. Фил, не отпуская несчастной ладони, в которую впился зубами, зажмурился, и на его веках проступили слёзы. Было очень больно, просто безумно! Анус полыхал огнем, и казалось, что внутри не член, а раскаленный металлический лом, разрывающий прямую кишку.
«Я… я люблю тебя, Глеб, – мысленно шептал Фил, пытаясь абстрагироваться от жутких ощущений. – Я очень… тебя люблю!» Он часто-часто дышал, словно бежал куда-то и сильно опаздывал. По его лицу струился пот, и эта дикая боль, которая должна была ослабнуть, почему-то не проходила. Вернее, она лишь ослабла немножечко, но не настолько, чтобы парень стал получать удовольствие от их с Глебом первого раза.
Кончилось всё тривиально: Варвар ещё несколько раз особенно быстро дёрнулся вперед и назад. Фил ощутил, как в его прямую кишку упруго ударила сперма. Потом Глеб вытащил член и приказал хрипло:
– Оближи.
Фил, с трудом встав на колени (ноги не слушались и сильно тряслись) взял у Варвара в рот и слизал всё, что было на фаллосе. Он ощутил во рту сперму с железным привкусом. «Ничего, это пройдёт», – успокаивая себя, подумал он, догадавшись: Глеб что-то ему там повредил. Но ни пожаловаться на это, ни даже злиться за это, конечно, парень не стал.
Филу после той безумной ночи, когда ему впервые пришлось испытать сразу два вида секса (скучный с женщиной и зверский с любимым мужчиной), некоторое время ходил, испытывая в анусе неприятные ощущения. Всё-таки Глеб перестарался, – слишком грубо трахал его попу. Но парень, конечно, предмет своего обожания простил. «Бывает, – пожимал он плечами. – Просто у него нет опыта секса с мужчинами, это пройдет».
Говорят, что если белый медведь хотя бы однажды испробует человеческой плоти, то никакая другая ему уже будет не интересна. Он откроет вечный сезон охоты за homo sapiens, и горе тому, кто встанет на его пути: будет зверски переломан, а потом жадно сожран. Для Фила первый секс с Варваром и стал той отправной точкой, после которой он хотел только одного: снова трахнуться со своим доминантом, как обозначил его для себя.
Но Глеб оставался самим собой. В его поведении ничего не изменилось. Он не звонил Филу, не приглашал его в гости. Словно стеснялся произошедшего между ними, и мажор от этого страшно страдал. Поскольку заниматься ему особенно было нечем (работу не искал и не собирался, поскольку всем его обеспечивали родители), то принялся следить за Варваром в надежде оказаться рядом в нужный момент.
Фил не знал, когда он наступит. Просто верил, и всё. Потому ездил за Глебом утром к министерству, стараясь держаться подальше. Потом караулил, когда тот отправится куда-нибудь, и спешил следом. Вечером провожал домой. Неизвестно, сколько бы так продолжалось, но буквально через несколько дней Варвар поехал с работы не домой, а в другое место.
У следовавшего за ним Фила сжалось сердце. У его доминанта новая любовница! Он решил это сразу, мгновенно, даже не успев подумать. О том, что Глеб предпочитает женщин и периодически с кем-нибудь трахается, мажор и раньше знал. Только после той ночи, когда Варвар его жёстко поимел, решил: «Он теперь может быть только моим!» Это значит, надо было что-то делать. Фил во что бы то ни стало хотел помешать новой интрижке Глеба, но действовал не обдуманно, а по обстоятельствам.
Машина Варвара свернула в какой-то промышленный район, затем остановилась возле автомастерской. Доминант вышел из авто, закурил, и вскоре к нему вышел высокий, симпатичный улыбающийся парень. Они поздоровались и стали что-то обсуждать. С шутками и прибаутками, насколько издалека смог догадаться Фил. Он наблюдал из кустов, оставив байк в нескольких метрах позади, чтобы случайно тот не оказался в поле зрения доминанта. И с каждой в груди у парня нарастала боль. Ему показалось, что Глеб приехал сюда не просто так. Этот тип из автомастерской… его любовник!
Холодный пот прошиб мажора. Он стиснул зубы и пальцы в кулаки, глухо зарычал, как злобный пёс. Хотел было рвануть прямо и наброситься на того подонка, который теперь целиком овладел вниманием доминанта. Но сдержался. «Я тебе потом отомщу, сволочь», – злобно подумал он. Между тем, Варвар и тот человек поговорили, пожали друг другу руки, и Глеб уехал, а парень вернулся в автомастерскую.
Фил не стал ехать за своим любимым. Он решил дождаться, пока здесь закончится рабочий день, и «тот урод» выйдет. «Вот тогда я тебе покажу, тварь, как отбивать моего мужчину», – яростно подумал мажор. Он пока смутно представлял, что станет делать. Пока было время, стал придумывать. Возьмет какую-нибудь палку и набросится? Глупо. Не обезьяна же он, в конце концов. Может, нож съездить купить где-нибудь? Тоже чушь. А дальше что? Резать эту тварь на глазах у свидетелей, чтобы потом проторчать лет десять за колючей проволокой? Фил прекрасно понимал, что с ним, пассивным геем, станет в местах не столь отдаленных.
Значит, план мести должен быть эффективный, но чтобы никто ни о чем не догадался. Единственный способ сделать это – выследить того мужика и найти время и место, когда можно будет нанести решающий удар. Но чем? И тут Фила озарило: у отца ведь есть наградной пистолет! Ему подарил какой-то чиновник. Да не простой какой-нибудь, а Beretta 92, с костяными накладками на рукояти, золотой табличкой с гравировкой на корпусе.
Фил посмотрел на часы. Уже поздно, десять минут восьмого. «Но если быстро сгонять, вдруг успею?» – подумал он. Знал, где хранит папаша своё оружие – не в сейфе (ему на правила и законы всегда было глубоко плевать), а в ящике стола. Притом вместе с пачкой патронов. Отец иногда любил выйти из дома, поставить бутылки на заднем дворе и расстрелять их в мелкие дребезги. «Успею!» – решил Фил, вскочил в седло и рванул домой.
На то, чтобы схватить пистолет и вернуться, у него ушло всего сорок минут. Он приехал как раз вовремя: тот мужчина, который захотел отбить у него Глеба, как раз выходил из автомастерской и закрывал дверь. Фил хотел было выскочить и прямо там его расстрелять, но заметил камеры видеонаблюдения и передумал. Не здесь. Не сейчас. Потому сел на мотоцикл и поехал следом за типом.
Тот зачем-то отправился в спальный район. Поскольку во внутренних дворах было не протиснуться (у нас же все очень любят ставить свои авто, как говорится, «под жопой», чтобы лишних пару десятков метров идти не пришлось: из подъезда сразу в салон), незнакомец оставил авто около пустыря, а сам пошёл к многоэтажкам. Следом за ним на почтительном расстоянии шел Фил. Когда же тот стал открывать дверь подъезда, мажор догнал его и прошел следом, иначе пришлось бы застрять: вход преграждал домофон, а куда идти, этаж и номер квартиры, конечно, он не знал.
– Привет! – неожиданно обратился мужик к Филу, когда тот, трясясь от наплыва адреналина, сделал шаг в подъезд. – А я тебя где-то видел.
– Меня?! – испуганно спросил мажор, сильно побледнев. – Я… не знаю… Вижу вас впервые.
– Нет, – улыбнулся мужчина. Кстати, вблизи он оказался вовсе не старым, а скорее молодым парнем. Притом, что не смог отрицать Фил, довольно симпатичным. – Я определенно тебя видел где-то. Но где?
Мажор глубоко вдохнул и бросился в омут с головой.
– Может, вы знаете Глеба Дмитриевича Харкета?
– Кого? Ну и фамилия, прости Господи. Словно харкнул кто-то. Ха-ха-ха! – залился незнакомец зычным хохотом. Фил в ответ скривил рот в подобие улыбки. Он так сильно стиснул рукоять пистолета, что не будь она стальной, рассыпалась бы в пальцах. О, как страстно он хотел выстрелить в эту смеющуюся рожу! Оскорбить доминанта! Тварь!!!
– Так вы его…
– Глебку-то? Знаю, конечно, – ответил парень. – Кстати, давай знакомиться, – он сразу перешел на «ты». – Максим. Можно просто Макс.
– Феофилакт. Можно просто Фил.
– Это имя или погоняло?
– Имя, – ответил мажор. Второе оскорбление за минуту! Теперь – в адрес его матушки!
– А чего ты тут забыл? – спросил Макс. – Живешь?
– Нет, я просто в гости к одному приятелю иду. Только звонил ему – трубку не берет. Вот, хочу последний раз в квартиру постучать. Обещал пивка со мной выпить, а видишь как получилось, – наговорил Фил первое, что на ум пришло.
– Вот оно что. Пиво – это я люблю. Может, у меня тогда посидим?
– А что жена скажет?
– Ха-ха! Нет у меня жены. И подруги даже. Расстались. Вот, снял тут хату на пару дней, а потом придумаю чего-нибудь, – сказал Макс. – Ну, так что, прибухнем? Мне одному там скучно.
– Давай, – согласился Фил.
– Пошли.
Квартира оказалась типичной однушкой. Крошечной, неудобной, а поскольку предназначалась для сдачи в аренду, то и с простенькой видавшей виды мебелью. Макс прошел в комнату, Фил остался в прихожей. Он уже решил, что станет делать. И когда разлучник вышел из спальни, в грудь ему оказался направлен пистолет. Парень только рот успел раскрыть, как мажор нажал на спусковой крючок. Грохнул выстрел, и Макс рухнул на пол, не успев издать ни звука. Пуля попала ему точно в сердце. Фил подошел к телу, посмотрел в открытые недвижимые глаза. Они постепенно стекленели.
Мажор поднял стреляную гильзу, положил в карман. Затем вышел из квартиры, протерев платком дверную ручку, чтобы не оставлять отпечатков. Надвинул капюшон поглубже, чтобы не быть случайно увиденным. Покинул панельную многоэтажку, сел на мотоцикл и уехал. Дома, почистив наскоро оружие, вернул его на прежнее место.
Потом поднялся в свою комнату и только здесь замер в ужасе. Что он наделал?! Убил человека!!!
На следующий день Фил проснулся оттого, что жутко, невыносимо болела голова. Ещё бы! Он вчера, чтобы унять свой ужас, стащил из бара бутылку виски и выпил её без закуски, запив двумя чашками кофе. Да ещё две пачки сигарет оприходовал. Немудрено, что мозг разрывался от боли, а во рту было так погано, словно туда неделю испражнялись болеющие диареей кошки.
Фил спустился вниз, нашел чемоданчик, в котором родители держали лекарства, выщелкнул пару таблеток цитрамона и забросил в рот. Запил водой, вернулся в комнату и стал ждать, пока боль утихнет. К его удовольствию, случилось это довольно быстро, минут через десять. Снова захотелось курить. Но мажор придержал своё устремление. Надо было понять, что делать дальше.
Страх владел его мыслями. Пронизывал каждую клеточку, словно капли воды – хлопчатобумажную ткань. И надо было как-то избавиться от этого состояния. Фил знал, что его папаша имеет очень большие связи. Способен отмазать от чего угодно. Но предумышленное убийство… Получится ли? И тут мажору пришла на ум фраза из какого-то детективного сериала. Там говорилось, что у преступника обязательно должен быть мотив.
А какой мотив у него, Фила? Он избавился от того козла вонючего, Макса, который пытался клеиться к его любимому мужчине. За что жизнью поплатился, мудак! Но кто знает об этой ненависти с логическим финалом? Никто. Значит, никто не станет думать на него, Фила. И даже если видела какая-нибудь страдающая бессонницей старуха, то и что? Мимо проходил. Так. Стоп. Почему? Да его там вообще не было!
«Алиби. Вот что мне нужно», – подумал Фил. Стал лихорадочно перебирать знакомых, кто мог бы в случае необходимости прикрыть. И так вышло, что никого, кроме Глеба, не вспомнил. Остальные друзья-приятели и даже некоторые любовники остались в прошлом, когда он с Варваром близко сошёлся. Уже давно никому Фил не звонил, от встреч отказывался. Но в том и беда, что доминанта сделать своим свидетелем он не может. Тот не дурак, способен догадаться. Ему не стоит знать, кто убил того разлучника, Макса.
Как же быть? Попросить родителей? Но у них сразу возникнет закономерный вопрос: «Зачем тебе это нужно?», и отвечать будет нечего. Промучившись пару часов в бесплодных поисках алиби, Фил решил, что и чёрт с ним. Нет и не надо. Всё равно никто не станет на него думать. Пулю найдут? Но на ней ведь не написано, кому принадлежала. А пистолетов Beretta 92 – да сколько их в России? Мажор зашел со смартфона в интернет, там узнал: это оружие производят в разных странах до сих пор начиная с середины 1980-х годов, и счет идет на миллионы.
Подумав таким образом, Фил сначала успокоился. Настроение поднялось, потому как и голова почти прошла. И дальше он… тихонько рассмеялся. Ведь это же классная идея – пользоваться теперь пистолетом! Это значит, он сможет расширить свои возможности, выполняя приказы любимого! Прикажет тот наказать какого-нибудь урода, а Фил пойдет и пристрелит его к такой-то матери! О, да! Невероятно! Да после такого их совместная жизнь – вопрос ближайшего будущего! Кто откажется встречаться с парнем, способным ради тебя на убийство?!
Но… как бы так намекнуть Глебу, что он может поступать таким образом? Нужен веский аргумент. Крепкий повод, чтобы проявить свой внезапно открывшийся талант убийцы. И хотя Фил пока не знал, что станет делать, но решил подождать. Обязательно подвернется удобный момент, и он сможет доказать Варвару свои верность и смелость. «Всё ради тебя, любимый мой!» – подумал мажор и расхохотался.
Судьба распорядилась так, что на пару месяцев Филу пришлось оставить свои кровожадные мечты. Глеб ни о чем не просил, ничего не требовал. Но и секса между ними больше не было, что мажора доводило до исступления. Он каждую ночь почти яростно мастурбировал, пихая себе в зад фаллоимитатор и приговаривая «Да, Глебушка, трахай меня, дери мою жопу, как тебе нравится!» Но тупая резинка, даже с вибрацией, не могла подарить Филу таких же сильных и ярких ощущений, как те, что были, когда им овладевал Варвар.
«Приезжай. Купи пиво», – эта СМС пришла сегодня в десять вечера. Фил, спешно одевшись и прихватив пистолет (он специально для него купил маленькую кожаную сумочку, носимую на поясе), отправился выполнять приказ Глеба. За несколько недель это был первый раз, когда он позвал мажора, и тот был счастлив. Он ожидал нового занятия диким сексом. Потому купил пива, к нему рыбных деликатесов и вскоре уже вошел в квартиру доминанта на 20 этаже.
