Текст книги "Связанная с Анубисом (ЛП)"

Автор книги: Дани Медина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

Глава 15

Уязвимый и слабый

РУАТАН

Когда Алира тихо выходит из комнаты, я знаю, что она даёт мне личное пространство. Снова облачившись в импровизированную тунику из принесённых ею тканей, я стою перед огромными стеклянными окнами от пола до потолка и смотрю на творящийся снаружи хаос.

Кое-что из сказанного Алирой может объяснить это безумие: Сет почему-то в ярости. Но что, во имя всей вселенной, спровоцировало Сета устроить этот катаклизм?

И на этот вопрос нет ответа.

Предстать перед своей парой слабым – это позор, о котором я не мог и помыслить. Я рожден быть генералом, я – могучий и сильный осколок верховного, безжалостного бога, но лишиться сил, оказаться в мире живых и нести на своих плечах все последствия связи с человеком – это слишком даже для меня.

– Господин, бог, проводник душ подземного мира, я взываю к твоей помощи: пусть твоя высшая сила найдёт ко мне путь и поможет вернуться домой.

Отчаянно умоляю я, всем сердцем жаждая, чтобы бог Мортиус услышал меня и пришёл на помощь.

Я подхожу к окну и прижимаюсь лбом к холодному стеклу, глядя, как вода стекает по поверхности, чувствуя себя в ловушке. Отстранившись, я делаю пас рукой, пытаясь открыть портал, но ничего не происходит. Я даже не чувствую энергии, которая обычно пробегает от руки к ладони.

Мне нужны ответы, и дать их может только бог Тот. Наверняка в каком-нибудь из его тысяч манускриптов описаны истинные последствия моей связи.

– Точно!

Идея кажется очевидной, она всё это время была у меня перед носом. Мне нужно найти книгу, которую моя богиня использовала для магии связи на крови, и посмотреть, есть ли там ответы. Потому что сидеть сложа руки, пусть даже с ней в объятиях, – не в правилах такого генерала, как я. Генерала, который разрабатывает стратегии нападения и защиты, для которого умение нанести ответный удар и быть на шаг впереди врага – жизненная необходимость.

Я торопливо спускаюсь на первый этаж. Переступив порог, я вздрагиваю от внезапного появления Салема: кот бросается мне под ноги, тихо мяукая и катаясь по полу, подставляя живот.

– Эй, комок шерсти, где твоя хозяйка? – я опускаюсь на одно колено и глажу его по животу, точь-в-точь как это делала Алира.

В ответ раздаётся тихое мяуканье и урчание. Не желая оставлять его одного, и в то же время спеша, я беру его на руки. Он удобно устраивается у меня на сгибе локтя, пока я иду дальше.

– Алира, моя богиня, ты где? – зову я, и она тут же откликается.

– Я здесь, на кухне, – я иду на голос и нахожу её с чашкой кофе, который узнаю по запаху. – Кажется, ты нашёл себе носильщика, Салем.

В её голосе звучит нежность.

– Ты не могла бы дать мне книгу, которую использовала для нашей кровной связи? – ее глаза вспыхивают любопытством, и я спешу объясниться: – Я хотел бы узнать, описаны ли там последствия того, что мы сделали.

– Да, конечно, но там ничего нет. Это дилогия: в моей книге описано, как творить заклинания и магию. А второй том, где рассказывается о цене каждого из них, не у меня, и я даже не знаю, где его искать, – не дожидаясь моего ответа, она ставит чашку на столешницу и проходит мимо, пока я стою с ленивым котом на руках.

– Похоже, она ушла в глухую оборону, приятель, даже не дала мне объяснить, зачем мне книга.

Пушистому нет никакого дела до моих размышлений. Я сажаю его на стул рядом с собой, и не успеваю сделать шаг следом, как она возвращается с книгой в руках.

– Вот, – она протягивает её мне, и я беру фолиант, глядя ей в глаза, а другой рукой хватаю её за запястье и рывком притягиваю к себе.

– Прости мне резкость моих слов, Алира Мун, – я приподнимаю её, заставляя прижаться всем телом к моему.

– Всё в порядке, – утверждает она, хотя мы оба знаем, что это не так.

– По твоим глазам я вижу обратное. Тебе страшно, и поверь, мне тоже, – признаюсь я, как бы стыдно мне ни было об этом говорить. – Я впервые почувствовал себя таким уязвимым, но проблема не в том, что между нами. Хоть мы и знакомы совсем недолго, я бы ни за что от этого не отказался, понимаешь?

– Не скрою, я чувствовала себя виноватой за то, что втянула тебя в такую щекотливую ситуацию, – я зарываюсь носом в её шею, отчаянно нуждаясь в ещё одной порции её запаха.

– Ты спасла меня, любовь моя, сохранила мне жизнь. А если бы не так, всё сложилось бы иначе. Я всегда понимал людей и их импульсивность, всегда изучал их за то, какие они пылкие и уникальные. Я знаю ваш сленг, ваши повадки и то, как вы со всем справляетесь. Вы жестоки, когда это нужно, и безгранично милосердны, когда объединяетесь ради чьего-то спасения. Я стал одержим вашей культурой и технологиями, хотя никогда к ним не прикасался. Но мне никогда, ни разу в жизни не приходилось вслух признаваться в собственном страхе, и это меня тоже напугало, – мне нужно, чтобы она поняла: я прекрасно знаю, о чем она думает. – Я не ищу ничего, кроме способа быть на шаг впереди наших проблем, когда они нагрянут. Я не хочу ничего отменять, не хочу ничего менять и уж тем более не хочу возвращаться в прошлое, чтобы всё пошло по-другому.

– Ты можешь это сделать? – ее глаза загораются, как у ребёнка, которому только что вручили подарок.

– Вернуться в прошлое – да. Изменить что-то – нет, – я смотрю ей прямо в глаза, чтобы, слушая меня, она видела в них искренность каждого произнесённого мной слова. – Когда придёт время, мне придётся отправиться в подземный мир, но клянусь, даю тебе слово, что мы будем засыпать вместе каждую ночь. Неважно, сколько энергии я буду тратить каждый день, я не отступлюсь и буду в твоей постели, когда ты будешь ложиться спать.

– Обещаешь?

– Клянусь своей жизнью.

Ее ладони обхватывают моё лицо, и начинается сладкий поцелуй. Алира даже не представляет, понятия не имеет, на что я готов ради неё.

Если сейчас, будучи таким уязвимым, я способен уничтожить этот мир, то, вернув свои силы, я бы пошатнул сами устои пантеона, если бы это потребовалось.

Глава 16

В его объятиях

АЛИРА МУН

Находиться в его объятиях, после того как я чувствовала вину за то, что спасла его, – более чем идеально. Его объяснение было более чем убедительным, и я понимаю, что ему нелегко сбросить свои могучие доспехи и открыться мне таким образом. Но в его золотых глазах я увидела искренность его слов, и этого было более чем достаточно.

Поцелуй постепенно замедляется, пока не прекращается совсем. Руатан берет принесенную книгу и несет меня в гостиную. Мы садимся на диван, но он по-прежнему держит меня у себя на коленях.

– Собираешься поработать? – его вопрос заставляет меня улыбнуться, пока я кладу голову ему на грудь.

– Я устроила себе выходной, пока не кончится этот дождь, не восстановится интернет и не заработают телефонные линии.

– Такого дождя раньше никогда не было? – спрашивает он с некоторым любопытством.

– Таких затяжных – не было. Иногда случается, но чтобы с такой интенсивностью молний, грома и вспышек снаружи, будто они хотят выбить стекла из окон? На моей памяти такого не бывало, – признаюсь я.

– Я всерьез думаю, что в этом хаосе замешан Сет, – кажется, Руатан обдумывает множество вариантов того, как это могло произойти, и его теория действительно имеет смысл.

– Не сомневаюсь. Вопрос лишь в том, почему.

– Мы узнаем это только тогда, когда я вернусь в подземный мир. Мортиус сможет мне в этом помочь. Возможно, они уже знают, а учитывая, насколько по-разному течет время, нельзя исключать вероятности того, что случилось нечто ужасное.

Открыв книгу, пока я все еще в его объятиях, я наблюдаю за тем, как он читает.

Удивительно, но находиться в его объятиях кажется самым правильным решением из всех возможных. Вскоре Салем запрыгивает на диван, устраиваясь рядом с его массивным, мускулистым бедром, отчего я улыбаюсь. Этот кот, всегда такой равнодушный и надменный, похоже, нашел в Руатане кого-то под стать своему могуществу.

Я улыбаюсь этой мысли, оставаясь неподвижной и наслаждаясь уютом его объятий.

Я просыпаюсь, чувствуя, что лежу на чем-то мягком. Открыв глаза, я встречаюсь с его взглядом – он сидит рядом со мной.

– Я уснула, – говорю я сонным голосом.

– Этого следовало ожидать. На улице уже рассвело; для тебя пришло время отдыха, – я накрываюсь одеялом и устраиваюсь поудобнее.

– Ты закончил читать? – я беру его руку в свою.

– Да, и, как я уже говорил, не нашёл ничего, что пролило бы свет на ситуацию, – в его голосе сквозит лёгкое сожаление.

– Как насчёт того, чтобы забыть об этом и просто позволить дням идти своим чередом? Когда придёт время, нам откроется то, что нужно знать, – я поглаживаю тыльную сторону его большой ладони.

– Думаю, это отличная идея, моя богиня.

Я приподнимаю одеяло, приглашая его забраться ко мне, и он делает это без лишних вопросов. Руатан из тех мужчин, что готовы на всё ради своей женщины, и это настолько романтично, что заставляет меня вздыхать.

РУАТАН

Как можно отказать той, кому безраздельно принадлежит мое сердце?

Охранять ее сон – это бесценно; я могу боготворить ее, попутно убеждаясь, что она жива. Ее присутствие в моей жизни настолько жизненно необходимо, что от одной мысли о ее потере в груди жжет так, словно ее пронзили копьем.

В какой-то момент в комнату входит Салем, запрыгивает на кровать и ложится ей на ноги, словно нуждаясь в защите. И я готов защищать их обоих целую вечность.

Держа ее прижатой к себе, в безопасности моих объятий, я смотрю на бушующую снаружи бурю. Не понимаю причин всего происходящего, но в некоторых вещах я уверен абсолютно:

Сет как-то с этим связан.

Мне потребуется помощь Мортиуса.

Я никогда не откажусь от своей самки.

Мне нужно вернуть свои силы – это критически важно, но я готов поступить так, как просила Алира. Пока идёт этот дождь, мы ничего не можем сделать.

Я знаю, что что-то блокирует мою магию, потому что когда я внутри неё, я сияю, как падающая звезда. Так что нет, я не лишился сил – это просто какая-то гребаная блокировка.

Оглядываясь на все свои тысячи прожитых лет, я ещё никогда не чувствовал себя таким цельным и счастливым, и это не должно измениться.

Глава 17

Добрые ветра приносят перемены

РУАТАН

К моему удивлению, дождь прекращается.

Опускается ночь, и все меняется. Открыв глаза, я не верю, что буря миновала, и если бы я был существом, которому нужен сон, то осмелился бы сказать, что сплю. Медленно я встаю с кровати и иду к огромным окнам, чтобы вблизи убедиться в том, что уже увидел.

Небо чистое, усыпанное звёздами, с огромной полной луной в самом зените. Кажется, она освещает именно то место, где мы находимся. Мое сердце начинает биться быстрее от всех тех возможностей, что открываются с этой сменой декораций. Оглянувшись, я вижу Алиру, растянувшуюся на кровати; её длинные рыжие волосы разметались по белым простыням, создавая идеальный контраст между человеческим и божественным. Ее красота отсылает к богам, но именно её смертность выдаёт в ней человека.

Я не знаю, сколько ещё дней мы проведём вместе, но знаю, что сделаю так, чтобы каждый из них был прожит не зря. Когда мои силы вернутся, я решу все проблемы так быстро, как только смогу. Я не буду жить вдали от неё. Это даже не обсуждается.

– Что случилось, здоровяк? – ее голос вырывает меня из раздумий, и, моргнув пару раз, я снова сосредотачиваю взгляд на ее красивом, идеальном лице.

– Кажется, боги дали нам передышку, – я делаю шаг в сторону и направляюсь к ней.

– Дождь прекратился, – подтверждаю я, забираясь на кровать.

Медленно нависая над её телом, я чувствую присутствие Салема, который ушёл с кровати несколько часов назад. В этот момент мы совершенно одни, и моё тело реагирует на ту власть, которую луна, кажется, имеет над ней, гипнотизируя меня почти непреодолимо.

– Почему ты так на меня смотришь? – соблазнительность ее голоса ласкает мой слух, заставляя сердце биться чаще.

– На мою самку нельзя смотреть иначе, – мой голос звучит необычайно хрипло, и от этого по коже бегут мурашки.

– Здоровяк… – тихо стонет она.

Я опускаюсь на колени на кровати, начиная избавляться от тканей, скрывающих меня, и когда я освобождаюсь, мой член резко выпрыгивает, уже сочась влагой в предвкушении.

– Прежде всего, мне нужно оседлать тебя, овладеть твоим телом и слиться с той, кто имеет власть над самим моим существованием, – от моих слов ее улыбка становится шире.

Я зарываюсь мордой в её шею, разрывая её одежду своими когтями; я возбуждён, в отчаянии и до безумия хочу снова ею овладеть.

Когда её обнажённое тело оказывается подо мной, я спускаюсь губами к её соскам, жадно их посасывая, в то время как она держит меня за уши – сейчас они служат для неё опорой, чтобы за что-то ухватиться.

Украшения в её сосках вызывают восхитительные ощущения на моем языке, и я одержим ими. Сосать их, словно щенок – это то, в чем я нуждаюсь всякий раз, когда вижу, как они блестят.

– Здоровяк! О боги!

Спеша и чувствуя, как запах её возбуждения бьёт мне в ноздри, я прикасаюсь к её киске, чувствуя, какая она влажная и набухшая. Уверен, если я взгляну на неё, она будет красной и пульсирующей, изнывая по мне.

Резким движением я переворачиваю её, ставя на четвереньки. С поднятой вверх задницей и моей рукой, скользящей по её спине, я прижимаю её торс к матрасу. Зрелище просто восхитительное. Алира истекает соками от одного лишь моего голоса и моих прикосновений.

– Влажная и набухшая. Я знаю, что ты хочешь меня так же, как я хочу тебя, – утверждаю я, шлёпая её по заднице и оставляя след на её белоснежной коже.

– Очень, – стонет она.

Я не отвечаю, а приникаю губами к её киске, слыша, как из её горла вырывается крик, эхом разносящийся по комнате, а ведь я ещё даже не начал. Она умоляет меня, просит ещё, клянётся всем святым. Я с желанием хватаю её за задницу, соизмеряя силу, чтобы не сделать ей больно, и раздвигаю её ягодицы, оставляя её плоть широко раскрытой. Я неистово работаю языком, и когда кажется, что она сейчас потеряет сознание от сокрушительного оргазма, я останавливаюсь и устраиваюсь позади неё.

– Давай, здоровяк, войди в меня, я схожу с ума. Это наказание, настоящая пытка, давай! – ее слова звучат мучительно, и всё то время, что она умоляет, она вращает задницей в поисках контакта.

Я трусь головкой, которая обильно источает смазку, заставляя её звать меня ещё громче. Медленно, почти как пытка, я начинаю проникать в её узкий и горячий канал, стиснув зубы, чтобы не потерять контроль и не оседлать её со всей силы. Я хочу её так сильно, что это граничит с безумием.

– Алира! – реву я, полностью погрузившись в неё.

Мои маленькие когти вырываются наружу, и когда они впиваются в её киску, я опираюсь руками по обе стороны от её головы и начинаю двигаться, как разъярённый зверь. Запах наших тел, крики, которые мы издаём, невиданное прежде наслаждение и волны возбуждения, пробегающие по нашим телам, словно электричество – всё это уникально, исключительно и принадлежит только нам.

– Моя! – издаю я дикий рев. – Ты моя, Алира Мун! Моя!

С каждым словом я вколачиваюсь в неё, входя и выходя без всякого контроля; её руки хватаются за мои запястья – движение, которое не ускользает от моего внимания: она нуждается в опоре, а я жажду обрести хоть какой-то контроль. Я никогда не был таким, но сдержаться просто невозможно.

– Трахай меня, пожалуйста! Ещё, мне нужно всё, Руатан! – хнычет она; ее влажная киска и всепоглощающее желание не дают мне думать – я хочу всё.

Я хватаю её за волосы, приподнимая наши тела, и, стоя на коленях, начинаю вколачиваться так глубоко, как только могу. Ее руки тянутся назад, и мои грудные мышцы царапают её ногти. Ее идеальные, круглые и тяжёлые груди подпрыгивают от силы столкновения наших тел. Наша синхронность растёт и доводится до совершенства, как и наше наслаждение, которое накрывает нас, разрушая всё вокруг.

Сперва кончает она, а затем изливаюсь я; пульсация наших гениталий почти заставляет меня забыть собственное имя, но мне и не нужно имя – всё, в чем я нуждаюсь, сейчас находится в моих объятиях.

Мне нужна только она.

Глава 18

Луна как свидетель

АЛИРА МУН

Мое тело медленно опускается обратно на матрас в тот же миг, как он отстраняется от меня. Лишенную сил и энергии, его сильные руки поднимают меня и несут в купальню.

Он бережно моет меня. Я потеряла счёт времени – мои силы иссякли, словно меня выдернули из розетки, которая не давала мне уснуть. Когда мы возвращаемся в спальню, и он снова несет меня на руках, я вижу отражение луны; мы берём её в свидетели того, что больше не можем жить друг без друга. Несмотря на все опасности, что кружат вокруг нашего союза, в этом мы уверены абсолютно.

– Я сделал тебе больно? – его голос пробуждает меня, и мои тяжёлые глаза пытаются сфокусироваться на нем.

– Что? – я резко сажусь на кровати.

– Я сделал тебе больно? – повторяет он с ещё большей болью в голосе.

– Почему ты спрашиваешь? – только сейчас я фокусирую взгляд на его теле, и он светится, как рождественская ёлка.

– Мои силы вернулись, моя Али, – его слова не звучат радостно.

– Ты не сделал мне больно, – я ползу по кровати к нему. Из его горла вырывается вздох облегчения.

– Прости меня. Я был слишком груб, оставил отметины на всем твоём теле, – он слегка опускает голову; ему стыдно.

Я спрыгиваю с кровати, подхожу к большому зеркалу в спальне и тогда понимаю, о чем он говорит. Словно раскалённые угли выжгли на моем теле следы, напоминающие уже зажившие ожоги второй степени – это отпечатки его пальцев, впечатанные в мою кожу.

– Мне не больно, – я поворачиваюсь к нему. Руатан сидит на краю кровати.

– Мне следовало быть помягче… я повёл себя как животное и не сдержался.

Я забираюсь к нему на колени, обхватываю его талию ногами и заставляю посмотреть мне в глаза.

– Эй, здоровяк, ты не сделал мне больно, – его глаза наконец встречаются с моими.

– Я редко теряю контроль подобным образом, но моё желание было настолько сильным, что взяло верх, когда мои силы вернулись, а я этого даже не заметил. Мои руки превратились в раскалённые угли и обожгли твою кожу, оставив на ней метки.

– Ай! – вскрикиваю я, почувствовав жжение в рёбрах.

Опустив взгляд, я вижу такую же метку, какие покрывают тело Руатана.

– Что это? – с любопытством спрашиваю я.

– Когда я пометил тебя как свою, на моем теле появилось твоё имя. Теперь, когда мои силы окончательно вернулись, на твоих рёбрах появилось мое.

Я моргаю несколько раз, пытаясь осмыслить это.

– Это что-то вроде печати? – я провожу по ней пальцем.

– Да. Печать, подтверждающая, что ты принадлежишь мне, Руатану, генералу Анубису Северных врат.

Я понимаю, что есть что-то ещё.

– И почему тебя это не радует так же, как меня?

Его глаза встречаются с моими, и теперь они кажутся еще более золотыми.

– Потому что мои силы вернулись, и мне нужно вернуться в подземный мир, найти бога Мортиуса и попытаться разрешить нашу ситуацию.

Он о чем-то умалчивает, но я не хочу давить.

– Мы никогда не расстанемся, забыл? Ты обещал мне, что мы будем спать вместе каждую ночь. Я буду здесь, когда ты вернешься; я никуда не уйду, здоровяк, – я глажу его по морде, и он закрывает глаза.

– А если я не вернусь, Алира? Если по какой-то причине я больше никогда не вернусь, нам нужно установить срок, после которого ты должна будешь жить дальше, – его слова бьют меня, как жестокая пощечина.

– Нет! Так не пойдет. Ты будешь возвращаться ко мне каждую ночь, как и обещал. Расскажи своему богу о нас и найди тех, кто сможет нам помочь. Но никогда, слышишь, никогда не проси меня жить дальше, потому что без тебя такой возможности просто не существует. Понял? Ее нет! – я обнимаю его за шею и утыкаюсь лицом в изгиб его шеи.

Я цепляюсь за него так, словно Руатан – моя спасательная шлюпка. Произойти может многое, но я отказываюсь даже представлять себе любой из этих вариантов. У меня нет плана «Б», и я сделаю всё, чтобы у него его тоже не было.

Его руки обвивают меня, и мы замираем, прислушиваясь к биению наших сердец, которые теперь звучат в одной мелодии. Они бьются синхронно, и это вселяет в меня уверенность, что ничто не заставит нас исчезнуть.

– Когда тебе нужно уходить? – я отстраняюсь, хоть и не хочу знать ответ. У нас должно было быть больше времени вместе.

– Следующей ночью. Сначала я уложу тебя спать, – он ласкает моё лицо пальцами, словно желая запечатлеть каждую чёрточку в своей памяти.

– Значит, у нас есть еще много часов, чтобы принадлежать друг другу, пока не придет время, – я трусь бёдрами о его член, и рельеф его головки приводит меня в состояние боевой готовности. – Мы могли бы провести его с пользой, – шучу я, пытаясь разрядить обстановку. – Мы можем потратить всё это время на то, чтобы узнать друг друга немного лучше.

Его смех взрывается, сотрясая всё его тело и заставляя меня смеяться вместе с ним.

– Кто бы мог подумать, что я буду весь изводиться из-за того, что обжёг тебя своими отпечатками, а ты будешь просить добавки? – он заправляет выбившуюся прядь моих волос за ухо.

– Никто. Я даже не думала о сексе, но ты видел мой новый парк аттракционов? Ни один мужчина в этом мире не сравнится с тобой – такой горячий, мускулистый и ненасытный. А эти твои маленькие когти, здоровяк – это вообще сумасшедший бонус. Когда они вонзаются в мою плоть, всё остальное теряет смысл. Есть только мы и весь тот разврат, которому мы можем предаваться вместе, – я сама удивляюсь своим словам, но мне нужно вернуть нашему моменту лёгкость.

– Я открываю ваш парк аттракционов, мисс Мун, и жажду, чтобы вы потратили все жетоны на свой аттракцион, скача на моем члене. У нас ещё есть время.

Вызов брошен, и я готова его принять.

– Да будет так, здоровяк, – я приподнимаю бедра, пристраивая свою киску к его уже сочащейся смазкой головке, и начинаю медленно опускаться, чтобы помучить его. Я хочу, чтобы его мысли были здесь, со мной, вдали от любого негатива. Я не знаю, как мы справимся, но я никогда не откажусь от нас.