Текст книги "Связанная с Анубисом (ЛП)"

Автор книги: Дани Медина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц)

Глава 4

Вечная связь

РУАТАН

Я слышу отдаленные голоса, пока пытаюсь оставаться в сознании. Разум мутится, кажется, что тело с каждой секундой теряет последние силы, но, когда я смотрю в эти глаза почти божественного зеленого цвета, я чувствую, что именно от них исходит энергия, которая удерживает меня здесь.

Боль, пронзающая грудь, острая, она разрывает тело, словно разрубая его пополам. Дышать становится тяжело, мне приходится стиснуть зубы, чтобы не закричать, пока всё не меркнет.

Так вот каково это – перестать существовать?

АЛИРА МУН

Он умирает, я чувствую это всем своим существом.

Но когда я чувствую, как кинжал пронзает его сердце, омытое моей кровью, я завершаю священный ритуал, который сливает наши души и связывает нас в духе.

– Кровью девственницы и решимостью любящих я призываю кровные узы, вечную и священную связь. Пусть моя жизнь течет через вашу, и пусть наша вечность погрузится в глубины тайного. Пусть моя жизнь оживит вас, а ваше существование заставит существовать меня, – мои руки дрожат, когда я вытаскиваю лезвие, и его грудь, вскрытая порезом, ввергает меня в отчаяние.

Свечи гаснут, и всё погружается во тьму. Нас окутывает дым – не знаю, откуда он взялся, но это верный знак того, что что-то произошло.

Слезы катятся по моему лицу и падают на рану – ту, что нанесла я, и это не дает мне покоя, потому что она, кажется, не кровоточит. Кровоточат только другие раны, покрывающие его тело.

– Боги, мне нужна помощь, – шепчу я, в страхе бросаясь на его тело.

Страх настолько силен, что меня трясет, пока я в отчаянии плачу.

– Пожалуйста, не умирайте, я… – делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться, хоть у меня и не выходит. – Я не могла ошибиться. Все было сделано в точности так, как нужно… Почему его сердце не бьется снова?

Я пачкаю лицо в его крови, прижимая его к себе и всем сердцем моля о том, чтобы не потерять слишком много времени, пытаясь разобраться.

– Руатан, вернись ко мне, – в отчаянии умоляю я.

Время словно останавливается и явно не на моей стороне. Страх нарастает, слез становится всё больше, пока я не чувствую пульсацию, заставляющую меня отстраниться от него, и то, что я вижу, приводит меня в замешательство. Все письмена на его теле вспыхивают так ярко, что мне приходится зажмуриться, но я успеваю заметить, как свет затягивает порез, оставляя на его месте шрам.

Я чувствую, как его рука касается моей талии, затем свечение на его теле гаснет, и он открывает глаза – всё еще золотые, но уже без прежнего блеска.

– Человечишка, что произошло? – его голос звучит тихо и хрипло, он кажется уставшим.

– Я… я не могла позволить вам умереть, – страх отступает, но меня охватывает робость. – Но, кажется, я сделала что-то не так, ваше тело погасло.

Его хватка становится крепче, и по моему телу пробегает дрожь.

– Ты не сделала ничего не так, – то, как он это говорит, почему-то настораживает меня.

– Как это не сделала? Ваше тело погасло.

Он фыркает, оглядывая себя, и снова откидывает голову на подушки.

– Можем мы подумать об этом позже? – просит он устало.

– Вам что-нибудь нужно, господин? – я вижу, как он крепко зажмуривается. – Вам больно? – осторожно интересуюсь я.

– Твой запах лишает меня покоя с того самого момента, как я прибыл. Даже когда я терял сознание, он возвращал меня обратно. Это будоражит и сводит с ума.

Я не понимаю, что он имеет в виду.

– Я могу ещё раз принять душ и поменять средства, которыми пользовалась, если они вас беспокоят.

Он молча качает головой.

Долгое время мы остаемся в таком положении, пока его глаза снова не открываются и не смотрят на меня так, словно читают мою душу.

– Думаю, мне нужно принять ванну.

Я киваю, наблюдая, как он поднимается.

– Наверху есть большая ванная комната.

Мы отстраняемся, не сводя друг с друга глаз, но только когда он встает в полный рост, я понимаю, насколько он огромен.

– Возможно, не такая уж и большая, – пытаюсь я скрыть свое смущение.

– Как тебя зовут?

Необходимость смотреть на него снизу вверх заставляет меня чувствовать себя еще меньше; для человека ростом ниже метра шестидесяти это неловко.

– Алира… Алира Мун, – я чувствую, как горят мои щеки; то, как он смотрит на меня, не оставляет ни малейшего шанса скрыться от этого взгляда.

– Не могли бы вы проводить меня в ванную, мисс Мун?

Я с трудом сглатываю ком, образовавшийся в горле.

– Конечно… сюда, – я уверенным шагом направляюсь к лестнице, и, глядя вверх, перестаю беспокоиться о его габаритах. Во всем доме потолки высотой в шесть метров, как на первом, так и на втором этаже – мне всегда казалось это излишеством, но сейчас это как нельзя кстати.

Неужели мои родители знали, что такое произойдет, и подготовились?

Или того лучше… неужели они уже принимали бога в нашем доме?

– Я отсюда чувствую, как кипят твои мысли, мисс Мун, – хриплый, грубый и почти громовой голос достигает моих ушей, отчего волоски на теле встают дыбом.

– Простите, господин. Не каждый день я принимаю у себя дома бога, – отвечаю я, пытаясь подняться на верхний этаж, не упав и не оступившись.

Я из тех людей, кто родился с двумя левыми ногами и не имеет никакого равновесия при ходьбе.

Я добираюсь до второго этажа, всем телом ощущая его присутствие, и не оглядываюсь. Я иду в свою спальню, где находится огромная ванная комната, в которой он, возможно, поместится. Когда я переступаю порог, и он оказывается внутри, меня с головой накрывает смущение, а сердце начинает биться быстрее.

– Я не бог, мисс Мун, – я поворачиваюсь к нему, смотрю вверх и встречаюсь с его пронзительным взглядом. – Я лишь его фрагмент.

– Пожалуйста, зовите меня Алира, – тихо прошу я, и знаю, что он слышит. В конце концов, с такими огромными ушами у него наверняка острый слух, и он способен слышать каждый удар моего бешено колотящегося сердца.

– Алира, – он пробует мое имя на вкус, и по моему телу пробегает дрожь.

Я знала, что связь будет мощной, но даже не представляла, что ощущения возникнут мгновенно. Словно магнит тянет меня к нему, но я не знаю, насколько сильно это влияет на него, и уж точно не стану сама бросаться ему в объятия.

– Ванная здесь, – говорю я, пытаясь отогнать от себя подобные мысли.

Я пересекаю комнату, чувствуя, как горит мое тело, и захожу в ванную, спеша набрать воду в ванну – думаю, под душем он не поместится. Под пристальным взглядом Руатана я делаю всё необходимое, не глядя на него, но краем глаза улавливая его присутствие. Он прислонился к раковине, скрестив руки на груди и анализируя каждое мое движение.

Когда ванна наконец наполняется, я бросаю в нее соль для ванн и поворачиваюсь, чтобы оставить его в комфорте, направляясь к выходу.

– Если вам что-нибудь понадобится, просто позовите. Я оставлю вас одного.

Его дыхание меняется, но он ничего не говорит. Я заставляю свои ноги идти и закрываю за собой дверь, в конце концов прислонившись к ней спиной. Закрыв лицо руками, я пытаюсь совладать с тем ураганом, что бушует внутри меня.

– Я по уши в дерьме, – бормочу я, чувствуя, как на меня обрушивается вся тяжесть реальности.

Глава 5

Неконтролируемые желания

РУАТАН

Я жив, но как-то иначе. Моя энергия исчезла вместе с моими силами.

Я еще не знаю, что со мной произошло, но что-то изменилось. Присутствие Алиры лишает меня покоя, ее запах просто непередаваем, а пожирающее меня желание сбивает с толку.

Я хочу ее!

Никогда за всё свое существование я и представить не мог, что возжелаю человека. Они всегда были хрупкими и сложными созданиями. Но как отрицать то отчаянное чувство, что завладело мной с того самого мига, как мои глаза встретились с её?

Я слышу ускоренное биение ее сердца и то, как кровь стремительно течет по ее венам, окрашивая щеки идеальным, неповторимым румянцем. Должно быть, я схожу с ума.

Я наслаждаюсь зрелищем, глядя, как она наполняет маленькую ванну, и каждое ее движение делает меня еще более беспокойным.

Я хочу ее!

Но как можно желать того, что запрещено богами? Меня бы убили при первой же возможности.

Когда она прощается со мной, проходя так близко, что ее запах бьет меня словно под дых, мне стоит огромных трудов сдержаться и не схватить ее, прижав ее маленькое тело к своему. Услышав щелчок закрывающейся двери, я выдыхаю воздух, который, как оказалось, всё это время задерживал.

Может ли кто-то сойти с ума от желания обладать тем, что ему недоступно?

Я крепко зажмуриваюсь, сжимая руки в кулаки и вонзая когти в ладони. Но даже причиняемая себе боль не способна заставить меня забыть ее аромат.

Открыв глаза, я замечаю свое отражение и вглядываюсь в него, чувствуя головокружение.

Как я могу чувствовать себя подобным образом?

Я снимаю оставшуюся часть своей туники, оставаясь полностью обнаженным, и чувствую, как мой член оживает при воспоминании об этих сияющих зеленых глазах. Стиснув зубы, я забираюсь в ванну с горячей водой, в которой, к моему удивлению, вполне комфортно помещаюсь, и погружаюсь в нее с головой.

Алира…

Ее имя эхом разносится в моем разуме, словно мистическая мелодия – из тех, что способны петь лишь сирены, гипнотизируя нас в жажде сожрать.

Алира и не подозревает, что, даже не открывая рта, она поглощает меня, выжигая мои внутренности своим сокрушительным присутствием и впервые превращая меня в одержимое и сгорающее от нетерпения существо.

Я выныриваю из воды и начинаю мыться, но мои плененные мысли продолжают вырисовывать каждую деталь ее совершенной красоты прямо перед моими глазами.

Я беспокойно фыркаю: мне нужно выяснить, как вернуть свои силы и вернуться в Подземный мир. Я никогда не слышал ни об одном Анубисе или боге, который прошел бы через подобное. Я чувствую себя потерянным в кромешной тьме, где даже мое острое зрение не может помочь найти дорогу домой.

Однако, пока этого не произошло и пока я не знаю, что делать, я сосредоточусь на ней – в попытке понять, почему я так сильно ее желаю и почему она пробуждает во мне то, что я пока не в силах объяснить.

Понятия не имею, сколько времени я здесь провожу, но, решив, что пора, я, наконец чистый, встаю и тянусь за лежащими здесь полотенцами, чтобы вытереться.

Закончив, я выхожу из ванной комнаты и возвращаюсь туда, где был, в поисках той, что завладела моими мыслями и, судя по всему, имеет полный контроль над моим телом.

Сглотнув, я заставляю себя взять под контроль эрекцию, которая упрямо пытается взять верх. Пусть у меня и нет моих сил, но физиологические потребности, похоже, работают как часы.

– Держи себя в руках, Руатан.

Я одергиваю себя, заставляя дыхание и сердцебиение прийти в норму. И лишь когда мне это наконец удается, я спускаюсь вниз по лестнице.

Ее жилище маленькое, но просторное. Кажется, оно создано для того, чтобы в нем обитало существо моих габаритов, хоть оно и в тысячи раз меньше моего. Все здесь сильно отличается от того, что я когда-либо видел, но у людей другие вкусы, и они строят невероятные вещи. Судя по тому немногому, что я знаю об их недавней эволюции, я понимаю, что у них весьма богатая фантазия – должно быть, это особенность вида, ведь у них нет сил, как у нас.

– Боги милостивые! – крик Алиры вырывает меня из раздумий, и когда мой взгляд фокусируется на ней, она стоит ко мне спиной, закрыв лицо руками.

– Что-то случилось? – любопытствую я, полный решимости ей помочь.

– Вы голый! – заявляет она, не шевелясь.

– И что в этом такого?

– Всё! Это… у нас не принято так ходить.

Снаружи гремит гром, и раздаётся кошачье мяуканье.

– У меня здесь нет одежды, – мяуканье раздается ближе, когда, пересекая гостиную, в комнату вваливается толстый, мокрый черный кот.

– Салем! – удивленный вскрик Алиры выдает, что она понятия не имела, где пропадал этот маленький комок шерсти. – Где ты был всё это время? У меня даже не было времени тебя поискать, столько всего навалилось.

Она поворачивается ко мне, словно забыв об этом, и снова пугается.

– О, боги! – на этот раз, вместо того чтобы закрыть глаза себе, она закрывает их коту. – На секунду я забыла, что вы голый.

– Где моя туника? – я скрещиваю руки на груди, слегка расставив ноги, мой член вяло свисает.

Ее взгляд скользит по моему телу и останавливается ровно там, что, по её мнению, мне следовало бы прятать.

– Я бросила её в стирку вместе с постельным бельём, на котором спала… – Алира сглатывает, не поднимая глаз. То, как её тело, кажется, нагревается, а сердце начинает бешено колотиться, едва не заставляет меня улыбнуться.

Похоже, не я один здесь не властен над собой.

– Мои глаза находятся здесь, выше, мисс Мун.

– Что?! – когда она поднимает на меня взгляд, блеск скрытого желания в этой зелёной бездне едва не заставляет меня наброситься на нее.

– Мне нужна одежда, а у меня ее нет. Как по мне, скрывать мне нечего, но раз уж вас это смущает, нам нужно что-нибудь придумать, – я стараюсь не менять тон голоса, притворяясь равнодушным и удерживая член в спокойном состоянии.

– Сейчас что-нибудь придумаем, – запинаясь, она скрывается из виду, убегая вверх по лестнице вместе с котом, который таращится на меня так, будто увидел бога.

Хотя я им не являюсь.

Я замечаю свои украшения и посох в углу у дивана и забираю их, благодаря бога Мортиуса за то, что моя сила все ещё при мне. Зажав головные украшения под мышкой и взяв посох в другую руку, я взмахиваю им в воздухе, пытаясь открыть портал, но ничего не происходит.

Я так и думал, учитывая, что письмена на моем теле погасли.

Я направляюсь к лестнице и нахожу под ней дверь. Открыв её, я понимаю, что это что-то вроде кладовки, и прячу вещи там. Закрыв дверь, я раскрываю ладони, глядя на них, и осознаю: раз у меня нет сил, значит, я смертен – и незажившие раны от собственных когтей говорят о том, что у меня и впрямь серьёзные неприятности.

– Бог Мортиус, найди меня, прошу.

Я закрываю глаза и взмоляюсь, надеясь, что энергетическая нестабильность, выбросившая меня на Землю живых, прекратилась, и он, наконец, сможет меня услышать.

Не в силах ничего предпринять, я нахожу утешение в мысли о том, что у меня есть человеческая девушка, которая, так же как и я, жаждет чего-то большего – того, что я готов воплотить в реальность.

Глава 6

Без прикрас

АЛИРА МУН

Стыд обжигает лицо, заставляя меня желать провалиться сквозь землю.

Как я могла быть такой бесстыдницей, разглядывая его божественно-чудовищную анатомию и даже не сумев скрыть поглощающее меня желание?

Я захожу в свою спальню, закрывая дверь ногой, пока тащу этого пропавшего хулигана, который даже не осознавал, что потерялся в эту гребаную бурю.

– Хорошо, что ты нашелся, Салем, – я тискаю своего толстого и ленивого кота, целуя его в макушку, пока он недовольно мяукает, пытаясь вырваться. – Раздражаешь, – ругаю я его, отпуская. – Ты должен был меня поддержать.

Я сажусь на кровать, глядя на выход, совершенно не в состоянии смириться с тем фактом, что в моей гостиной находится голый бог Анубис.

– Он не бог, Алира Мун, – бормочу я, ругая саму себя.

Зачем я вообще сюда пришла?

Я оглядываюсь по сторонам и вижу, как Салем сушится на моей кровати, вытираясь о чистое покрывало. Затем, вместе с ударом грома, от которого вибрируют стены, меня осеняет.

– Простыни! – я вскакиваю на ноги, направляясь к шкафу в поисках какой-нибудь ткани, чтобы он мог прикрыться.

Я выбираю все обычные простыни, которые у меня есть, складываю их в стопку и оставляю в углу, чтобы Руатан мог использовать их когда и как захочет.

– Зачем я оставляю это в своей комнате? – спрашиваю я себя, шумно выдыхая.

Проклятая кровная связь.

Я беру ткань и возвращаюсь тем же путём, каким пришла, в то время как Салем вылизывается на матрасе.

– Давай, Алира, смелее, – ч заставляю себя выйти, но от одной мысли о том, что он снова предстанет передо мной голым, по моим костям пробегает дрожь.

Я крепко зажмуриваюсь, делаю глубокий вдох и выхожу. Нельзя прятаться здесь и оставлять его там внизу одного, совершенно ничего не понимающего.

Я спускаюсь по лестнице с бешено колотящимся сердцем, цепляясь за простыню, как за спасательную шлюпку. Ступив на пол первого этажа, я вижу его: он сидит на диване с подушкой на коленях, словно этот крошечный предмет способен прикрыть этот восхит… гигантский член.

– Надеюсь, вы сможете как-нибудь с этим управиться.

Руатан смотрит на меня так, будто желает, чтобы я сняла с себя одежду, лишь бы ему не пришлось прикрываться.

– Это туника? – его золотые глаза сверкают передо мной, как языки пламени.

– Простыня. Думаю, вы сможете прикрыться ею, пока ваша туника не высохнет, – я несколько раз моргаю, чувствуя, как пересохло в горле.

– Спасибо, человек, – поднявшись на ноги, он направляется ко мне, открывая моему взору своё чудовищно вылепленное тело с идеальными мышцами, рельефно проступающими в нужных местах.

– Не… не за что, – заикаюсь я, наблюдая, как он забирает ткань из моих рук, изучает её форму и начинает надевать.

Я заворожено слежу за каждым его движением. За всю свою жизнь я и представить не могла, что существуют подобные способы складывания ткани, чтобы прикрыть тело. В итоге на нем оказывается нечто вроде юбки, доходящей до толстых, мускулистых бёдер.

– Так вам лучше, мисс Мун?

Я стою, скрестив одну руку под грудью, а другой опираюсь на неё, касаясь пальцами губ.

– М-м? – переспрашиваю я, выныривая из своего созерцательного оцепенения.

– Я спросил: так, прикрытым, вам лучше?

– Ах, да! Намного лучше.

Лгунья, бесстыдница и распутница. Мне чертовски нравилось оценивать всю эту величественную анатомию.

– Я никогда не собирался смущать вас в вашем жилище, – от его хриплого голоса у меня волоски встают дыбом.

– Думаю, мы можем оставить это в прошлом, верно?

Не успевает он ответить, как я подскакиваю от испуга – кажется, молния ударила прямо в мою гостиную.

– Блядская буря.

– Когда она началась? – спрашивает он. Я чувствую, как его рука касается моего предплечья, и по телу словно пробегает разряд тока.

– Сегодня на рассвете. Всё было нормально, а потом вдруг всё перевернулось вверх дном и… – я думаю о том, что всё это происходит из-за него, но замолкаю на полуслове.

– И…? Мисс Мун? – его горячие пальцы сжимаются чуть сильнее, оказывая приятное давление, побуждая меня продолжить.

– И затем, после мощного взрыва, вы появились израненным в моей гостиной, – я тяжело сглатываю, когда его руки разворачивают меня к себе, заставляя поднять глаза так высоко, что начинает болеть шея.

От меня не ускользает то, как его большие пальцы поглаживают мою кожу, пока он держит меня за предплечья. Он молчит. Его прикосновение обжигает до самой души, и я знала, что наша кровная связь как-то изменит нас, но не превратит же в двух сгорающих от желания существ.

– Руатан? – зову я, пытаясь привлечь его внимание, так как он ничего не ответил на мой рассказ.

– Полагаю, нестабильность Дуата добралась и до Земли живых, – его прикосновение исчезает, и я вижу, как он делает шаг назад, отстраняясь, осознав, что погрузился в свои мысли.

– Как это? – я едва не делаю шаг к нему, чтобы он снова прикоснулся ко мне, но замечаю, как его руки сжимаются в кулаки.

– Что-то происходило. Я получил приказ отправиться на отдых в свое жилище, но, когда открыл портал, меня засосало и выбросило здесь.

Мое сердце учащенно бьется, и я не знаю почему.

– И что нам теперь делать? – я обхватываю себя руками, чтобы сдержать порыв вцепиться в него.

– Сначала мне нужно узнать, что вы со мной сделали, потому что, мисс Мун, пока я был без сознания, произошло нечто странное: я чувствовал, как мои силы утекают, словно песчинки в песочных часах, отмеряющих время, – услышав его слова, я перестаю дышать. – Лишь после этого я попытаюсь выяснить, как вернуть свою силу, чтобы затем отправиться домой.

Я лишаюсь дара речи. Я не могу смотреть ему в глаза и даже не представляю, как объяснить, что в порыве отчаяния я отдала ему свою жизнь, связав нас так, что мы больше никогда не сможем разлучиться.

– Я просто… просто хотела спасти вас, – мой голос дрожит, и я не выдерживаю его взгляда.

– И что же вы сделали, чтобы ваше желание стало реальностью? – хриплый, громовой тон его голоса выбивает меня из колеи еще сильнее.

– Возможно, я связала наши души на целую вечность, – я стискиваю руки, чувствуя себя обнаженной и уязвимой.

– Возможно? – его уши дергаются – так бывает, когда кто-то пытается вникнуть в суть, прислушиваясь к любому постороннему шуму.

– Да, – бормочу я скорее для себя, чем для него.

Его взгляд скользит по мне, словно он ищет что-то, словно может читать мою душу; он изучает меня, и перед ним я чувствую себя абсолютно голой.

– Что в вашем понимании означает вечность, мисс Мун? Пока вы не умрете? Что-то около 70 или 80 лет? – он с любопытством прищуривается.

– Нет. Пока наши души не перестанут существовать.

Когда до него доходит смысл сказанного, моё сердце пропускает удар. Я не готова ко вспышке ярости, и, если он возненавидит меня, это будет равносильно тому, что меня разорвут пополам – потому что связь завершена, и я уже не могу представить своего существования вдали от него.