Текст книги "Невеста конкурента (СИ)"
Автор книги: Дана Блэк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)
Глава 6
Макар
Поднялся на лифте, вышел на последнем этаже.
И присвистнул.
Соседей у нас нет, пентхаус. А грохот стоит такой, словно весь дом разом закатил вечеринку.
Открыл дверь, шагнул в квартиру.
В прихожей горы обуви, от музыки закладывает уши. Во всю стену зеркало, и кто-то размашисто написал на нем красной помадой, что любит Макса.
Усмехнулся.
Надеюсь, это была девушка. А то у этой молодежи в голове сейчас вместо мозгов вата.
Сунул ключи в карман, не разуваясь, с дипломатом, прошел по коридору. Остановился в проходе.
В гостиной пляски – размалеванные девицы, некоторые уже полуголые, на столе выстроились запасы моего бара.
Охренеть.
Мой дорогой коллекционный алкоголь. И дружки Макса разбавляют его кока-колой.
Сегодня не день, а трындец какой-то, завтра выходные, но мне надо быть в офисе, мне выспаться надо.
Где, черт его дери, Максим.
Двинулся по квартире, на ходу толкая двери в комнаты. Когда на своей кровати увидел парочку под одеялом – до точки кипения дошел.
– А ну марш отсюда, – рявкнул.
Девица взвизгнула. Ее парень рывком наклонился и поднял с пола трусы, быстро, словно я любовника на месте преступления застукал и он щас в окно сиганет.
Мне же теперь клининг вызывать.
К комнате Макса подошел с желанием прибить сына. К стене приколотить по рукам и ногам. Толкнул дверь с налепленным на нее идиотским плакатом каких-то рокеров.
И остолбенел.
На постели девчонка, рядом с ней бритоголовый парень. По другую сторону Максим, по пояс голый, стягивает с нее трусики.
– Расслабься, мы тебе заплатим, – пообещал дружок сына. – Выпьешь еще?
– Я выпью, – грохнул, парни повернулись. – Какого дьявола? – спросил, с трудом сдерживая раздражение, посмотрел на девицу – даже не смутилась. Выставила голую грудь и сидит. – Гостей провожай, Максим. В кабинете жду.
В кабинете распахнул окно, из кармана достал смятую пачку сигарет. Щелкнул зажигалкой и затянулся, серый дым смешался с темнотой вечера, я шумно втянул носом воздух.
Надо считать до десяти, чтобы успокоиться – советуют психологи.
Я досчитаю до десяти, пойду и голову оторву Максиму.
Музыка так и не смолкла.
Вконец страх потерял.
Хлопнула дверь, оглянулся.
Сын даже одеться не потрудился, так и запёрся ко мне в одних джинсах. Они на бедрах болтаются, под пояс убегает узор татуировки.
На губах наглая улыбка.
– Почему эти малолетки еще здесь? – выпустил дым.
– Они не малолетки, пап, – Максим прошел к столу, плюхнулся в кресло. – Чего звал?
– Пять минут тебе. Или вместе с гостями за шкирку по лестнице спущу. Ты что творишь?
– А что такое? – он потянулся к моим сигаретам. – Ты же разводишься. А я переезжаю к маме и сестре. Вот, решил устроить прощальную вечеринку. Все таки тяжело бросать этот дом, с ним столько…
– Хватит кривляться.
– Тогда денег займи.
– Чего? – подавился дымом. Кашлянул. И уставился на сына – развалился в кресле, сложил ногу на ногу, в пальцах мнет сигарету, и смотрит на меня в упор, взгляд не отводит. – Это все, – зажигалкой ткнул в сторону выхода, – ради училки твоей? Совсем рехнулся?
– Я что, прошу много? Я тебе часто помогаю, когда ты просишь, – заявил в лицо мне, напомнил, – а ты, воспитанием моим не занимаешься, вот я и вырос шантажистом. Заметь, пап, я же в долг прошу, с отдачей. Ну вот влюбился я. Что поделать?
– Ты только что девку в спальне чуть не разложил.
– Не разложил же.
Хмыкнул, стряхнул пепел в окно.
Эмма Эдуардовна Браун – так эту его училку зовут. Двадцать четыре года, красный диплом, приличная семья, но что-то не так с ней.
Зачем переехала, почему отец не помогает, у него денег не меньше, чем у меня.
Значит, причина есть. Почему любимую дочку в другой город в ссылку сослал.
– Ну так что, пап? – поторопил Максим.
– Завтра работает твоя преподша? – потушил сигарету. – Посмотреть на нее сначала хочу.
– Чего на нее смотреть? – Максим пожал плечами. – Красивая.
– Гостей провожай, – повторил. – Завтра приеду к тебе в универ. И решу на счет твоей Эммы.
Глава 7
ЭММА
– Я тебе серьезно говорю, так и было. Мы вышли из бара, покурить. И там наша новая училка, бежит через дорогу. И сразу к Максу. И они потом уехали вместе на такси. Это точно она была, я что слепая?
Иду следом за девчонками из группы Шварца и слушаю.
Боже, как стыдно.
Так и знала, что эти размалеванные девицы сплетничать начнут. И ведь не объяснишь всем подряд, что я засиделась в библиотеке. Заблудилась. И меня преследовал неприятный тип в надвинутом на лоб капюшоне.
– Я сначала не поняла, что это она, – со смаком продолжила девчонка. – Потом только дошло. Она сегодня в той же самой стремной юбке приперлась, в которой тогда была. На распродаже на рынке прикупила.
Они захихикали.
Я споткнулась и из рук выпал учебник.
– Здрасьте, Эмма Эдуардовна, – девушки обернулись.
– Доброе утро, – бормотнула и наклонилась. Из шишки на затылке выбилась прядь волос, упала на разгоряченную щеку.
Прижала учебник к груди и юркнула к лестнице.
Дурацкая ситуация.
Незнакомый город, чужие люди, и я себя новенькой школьницей чувствую, словно приехала из деревни. И главные звезды класса смеются с моей немодной одежды.
И старых туфель.
С огорчением посмотрела вниз, на туфли.
Те замшевые после встречи с битыми яйцами оттереть не удалось, остались светлые пятна. А с моими расходами о новых пока и мечтать не приходится.
Спустилась в холл и поддернула рукав пиджака, сверилась со временем.
Ту единственную пару, что мне поставили на сегодня, уже отвела, значит, успею на рынок.
Нет, не на распродажу, как болтали эти язвы.
– Эмма Эдуардовна, – послышался сзади знакомый голос, и я вздрогнула, ускорила шаг и выскользнула на крыльцо.
Его мне только не хватало.
– А я зову, не слышите? – Максим не отстал, догнал меня на ступеньках, улыбчивый и довольный. Серьга в его ухе поблескивает на солнышке, на выбритом виске, оказывается, какой-то узор, лишь сейчас обратила внимание.
Засмотрелась.
– Нравится? – он ухмыльнулся.
Опомнилась.
– До свидания, Максим, я опаздываю, – толкнула учебник в сумку.
– А я тут вот, – он протянул мне пакет с фирменным логотипом обувного магазина.
Дорогой магазин.
Раньше я обувь только там и брала, были времена.
– Берите, не стесняйтесь, – парень всучил мне пакет. – Если размер не подойдет – можем поменять. Но у меня глаз-алмаз. Тридцать седьмой ведь?
Он бросил заинтересованный взгляд на мои ноги.
– Не нужно, – попыталась отдать коробку. – Забери немедленно.
– Да бросьте, что такого? – он пожал плечами. – Я ведь тоже виноват. Если бы сразу отдал продукты, вы бы…
Конец фразы я не дослушала, ее заглушил наигранно-громкий девичий смех.
– Максим, домой подвезешь? – спросили у меня за спиной. – О, что там у вас, Эмма Эдуардовна? Новые туфли?
Волосы на затылке зашевелились.
Ну вот опять. Эти девицы. Мало им сплетен было, теперь еще и увидели, что мой студент мне подарки дарит.
Молча поставила пакет на асфальт и двинулась к воротам.
– Максим, ну не позорься, – услышала ядовитую просьбу. – Правда что ли, за этой молью бегать собрался?
Захотелось развернуться и высказать, все что я думаю, про воспитание моей противной студентки, но мне нельзя, стиснула зубы, продолжая упорно переть к воротам, мимо машин и студентов, сквозь разговоры и смех.
И в растерянности остановилась, когда дверь черного блестящего Мерседеса открылась. И на асфальт ступили мужские ноги в классических строгих оксфордах.
Высокий. Подтянутый. Брюнет.
Взрослый, не студент. И не препод, я бы такого запомнила.
Он огляделся по сторонам с видом хозяина и этого универа, и мира, расстегнул пуговицу на пиджаке, распахнул полы, давая полюбоваться белоснежной рубашкой.
И уставился прямо на меня.
Медленно, лениво, оглядел меня с ног до головы, усмехнулся. И двинулся навстречу.
– Я Макар Матвеевич, – представился он низким глуховатым голосом, поправил на макушке солнечные очки. – Спонсор универа. И отец вашего студента, Эмма, – вот так вот, без отчества. – Садитесь, подвезу, – не просьба, а приказ. – Есть разговор.
Глава 8
МАКАР
Совсем-совсем не то, что я ожидал увидеть. В досье была фотография из паспорта – на ней яркая блондинка с дерзким взглядом, такая как раз, что сразу привлекает внимание.
Миловидная.
Упакованная.
И знающая себе цену.
А тут – волосы стянуты на затылке, лицо без косметики, и вырядилась она во что-то невнятное, мешковатое, сто рублей за килограмм одежды – во что напялила Эмма Эдуардовна.
И вот она, после золотых клубных девочек, понравилась моему сыну?
– О чем разговор? – училка сложила руки на груди.
– Там моя машина, – шагнул назад, она уперлась, стоит не двигается. Приблизился снова. – В чем дело? Я просто вас подвезу, Эмма.
– Эдуардовна.
Подбородок задрала, словно отчество добавит ей значимости.
Этой пигалице.
У меня времени нет церемониться.
– В машину сядь, – поймал ее локоть. Потянул за собой.
Она пошла. Пугливо озираясь по сторонам, взглядом наткнулась на ректора – и замерла.
С ректором мы ладим. Дама носит вишневые юбки в пол, красит волосы в огненно-рыжий, и губы в красный, а еще любит мои деньги.
В этом году я кондиционеры установил во всех аудиториях. А в следующем – Максим выпускается из универа, и ректор уже облизывается на спортивную площадку рядом со стадионом, для наших спортсменов.
Новые футбольные ворота и трибуны, баскетбольные кольца, коробку хоккеистам, плюс весь инвентарь.
– Макар Матвеевич! – ректор бежит к нам, и ее круглое лицо сияет, словно вымазано маслом. – Доброе утро! Уже уезжаете? А почему ко мне не зашли? – разволновалась.
– Да вот, Тамара Витальевна, – кивнул на Эмму. – С преподавателем вашим новым пообщаться хотел.
– Конец года, сами понимаете, – у нее забегали глаза. – Никого бы не нашли, а Эмма Эдуардовна согласилась. Но если у вас к ней…
– Претензий нет, – успокоил. – Просто побеседовать.
– Вы уж нашего Макара Матвеича не обижайте, – ректор глянула на Эмму, как удав на кролика, и училка тут же присмирела. – Если какие-то вопросы – я всегда на связи, вы знаете, – Тамара взбила копну кудрявых волос. – Сразу напрямую ко мне.
– Помню.
Кивнул на прощание, распахнул дверь и перевел взгляд на училку.
– Ну что, Эмма Эдуардовна. Дальше будем препираться?
Она гордо смолчала. Протиснулась мимо меня, уселась в салон, и узкая юбка поползла вверх, оголяя длинные стройные ноги.
В тонком капроне.
Такими ногами по подиуму вышагивают, не меньше, шикарное зрелище. Которое не портят даже ужасные туфли.
Серьезно, почему та конфетка из досье в это вырядилась? Настолько папаша ограничил в средствах?
– Так мы едем, Макар Матвеевич? – она нервно одернула юбку, прикрыла колени.
Опомнился и хлопнул дверью.
Глава 9
Дорогу он не спросил. Просто вырулил с парковки. В зеркало увидела Максима – стоит, прислонившись к капоту, курит. Провожает взглядом.
О чем думает? Что это мой любовник за мной заехал?
И к лучшему.
– Как фамилия студента? – первой нарушила тишину. – Вашего сына.
– Шварц, – мужчина тоже потянулся к сигаретам – на панели рядом со мной, и я вжалась спиной в кресло.
– Максим? – переспросила. – Ваш сын?
Ну точно. Максим Макарович.
Только этому Макару, что расслабленно развалился в соседнем кресле – ему максимум тридцать пять лет можно дать, и то потому лишь, что строгий костюм добавляет солидности, возраста.
– О чем вы хотите поговорить? – нервно сжала в пальцах ремешок сумочки. – Я в университете пару дней, ни с кем еще не знакома, как…
– С моим сыном успела – это главное, – перебил он небрежно, обратившись на "ты" и щелкнул дорогой зажигалкой. – Я не Максим, голову дурить мне не надо. Прямо говори – чего хочешь?
– Ничего, – выдохнула и пораженно замолчала. Посмотрела в окно, на залитый солнцем тротуар и подростков, рассекающих на электросамокатах.
Покосилась на мужчину. Он курит, смотрит прямо на дорогу, продолжать беседу не собирается, словно я сама догадаться должна.
Но откуда мне знать, что Максим наплел про меня отцу?
– Я жду, Эмма, – поторопил он.
– Чего вы ждете? – выпрямилась в кресле, напрягла спину. – Ваш сын сам караулит меня у дома. Но я поводов ему не давала. Я переехала недавно. Устроилась на работу. И со студентами романы крутить – не было у меня таких планов.
Макар свернул на светофоре.
К моему дому.
И снова при этом не спросил дорогу.
– Вы знаете, где я живу? – от этой мысли мне еще неуютнее стало, в этой дорогой машине, пропахшей парфюмом и дымом.
Кожаные сиденья, нагретые солнечными лучами, бутылка минералки в подставке, на заднем сиденье виднеется кожаный дипломат, и вокруг ни пылинки, идеальная чистота.
Запах богатства и силы.
Надавила на стеклоподъемник – окно не поддалось.
– Опустите стекло, – попросила.
Макар молча выполнил просьбу. Чуть сощурился от солнца, бьющего в глаза и повернул в мой двор.
– Эмма, Максим молодой парень, – сказал Макар очевидное и неспешно повел авто вдоль моего дома. – И возраст у него такой – он начал интересоваться женщинами. То, что ты старше – вызывает в нем азарт. То, что ты ломаешься – тем более.
– Я не…
– Я не закончил. Ребенка моего в покое оставь. Другую жертву ищи. Компенсацию тебе выплачу. Какую машину хочешь? – он остановился напротив моего подъезда.
Уставилась на него во все глаза.
Машину?
Да он совсем спятил. Он и сына воспитывает, наверняка, так же – подачки ему кидает, вот и вырос – наглый золотой мальчик, привыкший, что любой каприз можно деньгами оплатить.
– Выпустите меня, – дернула ручку, она не поддалась. Повернулась к мужчине и смело посмотрела в глаза. – Я выйти хочу.
– От сына не отстанешь, – он сощурился.
– От сына вашего у меня уже проблемы, – высказала. – Разбирайтесь сами и не впутывайте меня.
– Конечно, проблемы, – Макар усмехнулся. – Клянчить у студентов подарки. Что он там тебе сегодня притащил, туфли? – его откровенный взгляд нахально скользнул по моим ногам.
– Слышать ничего не хочу, – изо всех сил дернула ручку. – Я вам ее с корнем выдерну, если не выпустите, – пригрозила.
У него широкая и твердая линия челюсти. Губы изогнулись в усмешке, мужчина откинулся в кресле и повторил.
– Последний раз спрашиваю. Машину хочешь какую, Эмма?
– Ламборгини, – ядовито выплюнула. – Спортивную. Красную, как пожар. И быструю, как молния. Не машину хочу, зверя. Мощного. Сильного. Неутомимого зверя.
Щелкнула ручкой.
Дверь послушно открылась.
Выпрыгнула на асфальт и дернула на себя сумку, захлопнула джип и двинулась к подъезду, ощущая, как мужской взгляд провожает меня, скользит по моему телу.
Глава 10
Все воскресенье потратила на уборку квартиры, отдраила и потолки, и стены, и даже дверные ручки.
Постелила новое постельное белье.
И повесила новые шторы.
Потратила много. Но Диана, моя знакомая из универа – нашла мне хорошую подработку на лето. Ассистентом у психолога, известного в городе специалиста.
Так что…может, я погорячилась, когда думала о ней плохо.
Не все ведь люди плохие. А только мужчины. Подлецы и лжецы, которым нет веры. И прощения.
Ни за что и никогда.
К вечеру погода не испортилась, я провела продуктивный день и в приподнятом настроении выбрала из шкафа легкое черное платье. Одно из немногих, оставшихся у меня с тех пор, когда я любила наряжаться.
Примерила перед зеркалом.
За год заметно похудела, запали щеки, и в талии оно теперь свободно.
Но прогуляться до магазина сойдет.
Нужно купить сыр. И вино. Бокал-другой сегодня себе позволю. Перед началом рабочей недели.
Вышла из подъезда и сунула ключи в сумочку. Улыбнулась ребенку, что носится по детской площадке с кучей разноцветных шаров в руках – у кого-то сегодня день рождения.
Вышла на дорогу.
И замерла.
Вдоль забора, огораживающего детскую площадку плотнячком запаркованы машины. И прямо рядом с моим подъездом…
Папа обещал мне подарить на выпускной из универа красный Ламборгини. Я так и представляла его, напротив наших окон, красавца, перевязанного розовым бантом.
И вот…
Машина здесь. И бант тоже есть, но не розовый, а белый, огромный, на крыше. Рядом с машиной со скучающим видом трется какой-то мужик в деловом костюме.
Девушку свою ждет?
Затаила дыхание и с любопытством оглянулась на двери подъезда, представляя, как счастливая девчонка сейчас выскочит на улицу и бросится в объятия к жениху.
Постояла, снова посмотрела на мужика в костюме.
Я ведь вчера этому снобу Макару про такую же машину вещала. Спортивную, красную. В обмен на то, что отстану от его сына.
Мрачно усмехнулась и двинулась вдоль забора, в сторону магазина. И вздрогнула, когда меня негромко окликнули.
– Эмма Эдуардовна.
Обернулась. И уставилась на мужика, который отлип от Ламборгини и двинулся прямо на меня. На ходу он достал из внутреннего кармана пиджака какие-то бумаги.
– Привет от Макара Матвеевича, – произнес сухо, без эмоций. И сунул мне в руки бумаги. – Тут документы на автомобиль. Тут, – достал из кармана брелок, – ключи, два комплекта.
– Не надо, – оддернула руку, и белые листы шлепнулись на асфальт.
Мужик нагнулся, поднял бумаги, пока их не унес ветер.
– Держите.
– Не нужно, – повторила и отступила, – передайте своему Макару Матвеевичу…
– Босс сказал доставить машину и ключи, – он силой всучил мне брелок. Посмотрел на авто, и в его глазах на секунду мелькнула насмешка, над этим пошлым белым бантом на крыше. – Макар Матвеевич просил сказать так же. Что он с вами рассчитался. И надеется. Что вы свою часть сделки выполните.
Он отступил, а я осталась стоять, растерянно зажав в пальцах ключи, прижимая к груди документы. Проследила взглядом, как помощник Шварца усаживается в черную иномарку и пораженно качнула головой.
Макар Матвеевич Шварц.
Что этот тип о себе возомнил?
Кем он меня считает?
Первым порывом было – швырнуть ключи вслед черной иномарке, чтобы его помощник видел – я подачку не приняла. Но усилием сдержала себя, убрала брелок в карман.
Сунула документы в сумку.
И двинулась прежним маршрутом, в сторону магазина. Сыр и вино – они по прежнему в планах.
А таких зарвавшихся, бессовестных мудаков, как спонсор нашего универа – их нужно учить.
Я училка.
И я что-нибудь придумаю.
Глава 11
К универу подъехала на своем красном подарке, не удержалась.
Нужно ведь хоть разок – мечту исполнить и прокатиться на этом красавце.
Зверь-машина.
Даже жаль, что возвращать придется, но оставить все равно не смогу. Шварца надо проучить.
Бросила авто неподалеку от ворот, чтобы не нарваться на любопытные взгляды преподов и студентов, обо мне и так, наверняка, слухи ходят.
Благодаря подружкам Максима.
Помахивая сумочкой зашла на территорию.
С самого утра солнце светит и жара стоит, как летом. Вокруг все зеленое, я представляю, как в следующие выходные сорвусь на озеро.
Купаться еще рано, но помочить ножки…
– Эмма Эдуардовна, – прозвучал сбоку веселый голос, и рядом вырос Максим. Пристроился к моему шагу. – Как настроение? Я вчера приехать не смог, ждали? Работал.
– Куда приехать? – невольно изогнула бровь.
– К вам. Хотел в парк пригласить, прогуляться. И, кстати, ваши новые туфли ждут в аудитории, – он ухмыльнулся.
Нагло. Как подружке.
– Отец с тобой не разговаривал? – спросила на всякий случай и в кармашке сумки сжала ключи от машины.
Макар ведь должен был. Как-то объясниться с сыном. Намекнуть хотя бы. Что бегать за учительницей – провальная затея.
– О чем он должен был со мной разговаривать? – Максим первым взбежал на крыльцо и распахнул для меня дверь. – Ему и некогда. Дела. Сегодня как раз фуршет намечается. С деловыми партнерами. Сделку заключают и гулять будут в ресторане, – продолжил он с таким мрачным видом, словно речь не о вечеринке, а про похороны. – Приглашаю со мной. К семи вечера. Выгулять новые туфельки.
– Максим, – остановилась в раздражении и повернулась к парню. – Не смей так со мной разговаривать.
– А что я сказал? – он пожал плечами. Подступил ближе на шаг. – Я же не в ночной клуб вас зову. А в ресторан. На приличное мероприятие, где мои родители будут.
– Здрасьте, Эмма Эдуардовна, – прозвучал за спиной ехидный девичий голос. И следом краткий смешок. – Впервые у нас такая учительница. Что даже в нерабочее время уделяет столько внимания студентам.
– Агата, иди куда шла, – лениво бросил ей Максим.
Меня, будто случайно, толкнули бедром.
– Простите, – Агата протиснулась между нами. Длинные ноги обтянуты узкими брючками, она, виляя задом, медленно, с достоинством двинулась к лестнице.
Вздохнула.
Я ведь ей совсем не конкурентка, не интересуют меня студенты, как она этого не понимает? Разве можно ко мне ревновать?
– Не обращайте внимания. Ну так что? – Максим сунул руки в карманы. Лопнул пузырь жевательной резинки. – Я заеду в половину седьмого?
– Нет, – начала и осеклась. Мысленно прикинула физиономию старшего Шварца, если я заявляюсь к нему на фуршет вместе с его сыном.
Да он просто взбесится, точно. Потребует у меня объяснений – и я в лоб ему выскажу всё, что думаю, про его подарок, про эту подачку, про его воспитание, про таких, как он, снобов.
– В каком ресторане будет праздник? – поправила на плече сумку. И, пока не передумала, быстро пообещала. – Заезжать за мной не нужно. Я сама приеду туда к семи.
