Текст книги "Невеста конкурента (СИ)"
Автор книги: Дана Блэк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)
Глава 54
Еще была возможность оттолкнуть, вывернуться, ведь он не вошел в меня.
Но от поцелуя голова закружилась. И там, внизу, от осторожного, плавного толчка, стало так мокро, что всякий смысл пропал врать себе, я этого ждала, и мое тело требует, чтобы он скользнул глубже.
Замычала в рот Артуру и вцепилась в его плечи, напряглась.
И ощутила, каждой клеткой, как горячий член натужно, сдерживаемый мной, скользнул внутрь. Сжалась, обхватывая его.
Замерла на столе, пропуская. Он проник глубже, медленно, словно растягивая эти чувства, которые все перекрыли сейчас, все мысли из головы выбили, о неправильности, о том, что наслаждаться движением члена внутри меня – я не должна.
Почему не должна, если это приятно, если неудовлетворенное тело налилось тяжестью, и в ушах шумит.
Руки Макара сжались сильнее.
– Сама, Эмма, – будто сквозь вату долетел его хриплый голос. – Давай. Насаживайся.
Казалось, он уже вошел в меня, полностью, так я заполнена, так его много внутри. Но он двинулся чуть глубже, а потом назад, остановился.
И ждет.
– Эмма, сама, – повторил Макар повелительно.
По коже от его властных холодных нот разбежалась дрожь.
Он уже во мне. И сопротивляться поздно, у меня и сил не осталось противиться желанию, как эта ночь темному, я всё еще помню, что их рядом двое.
Но один не двигается, а второй продолжает напористо целовать, удерживает меня за шею, словно я куда-то исчезнуть могу отсюда, из их рук.
– Эмма, – голос Макара вихрем ворвался в уши.
И я не выдержала, со стоном подалась по столу назад, на него. Напряженный член скользнул глубже, словно вспарывая меня, мужские руки впились в бедра. Макар шумно выдохнул. Не стерпит – отметила интуитивно.
И он резко дернул меня на себя, врезаясь до упора.
От этого удара в пояснице выгнулась, всхлипнула и почувствовала, как Артур отстраняется. Его хватка на шее ослабла, он оторвался от моих губ, выпрямился.
Лежу перед ним, насаженная на член другого мужчины. И взгляд плавает по небритому лицу Артура, пытаюсь его глаза поймать в фокус, но он от меня ускользает, взглядом по моему телу мечется, и от него идут волны жара, жадности, нетерпения.
Макар подался назад. И с оттяжкой ворвался в меня.
Снова выгнулась дугой, застонала и вцепилась пальцами в столешницу. Я долго не продержусь, всего несколько движений члена – а у меня уже глаза закатываются, всё не так, как было в коридоре, там мы были вдвоем, а тут я знаю, что на меня смотрят.
Пока он берет меня.
И острее этого еще ничего не было, голая грудь потяжелела, соски ноют, и шея, от укусов, от поцелуев, от того, что это всё прервалось.
– Хочешь кончить, Эмма? – не различила, кто это спрашивает. Уставилась в зеркальный потолок, впитывая в себя картинку – она бесстыдно отражает всё, что происходит здесь, сейчас. И сомневаться заставляет в собственном рассудке, я не верю.
Еще и месяца не прошло, как живу в этом городе, но вот я лежу в чужом доме, в чужом кабинете, на столе распята и мужские руки за бедра натягивают меня на каменно-твердый член.
А второй мужчина…
Как загипнотизированная, проследила за крупной фигурой Артура, что отражается в зеркале. Увидела, как он обошел стол и остановился. Возле моей головы. Напротив Макара.
Этих заклятых врагов разделяет стол. И я.
И все будто во сне.
Неспешные движения Артура, как он расстегнул брюки и вытянул из них ремень. Приспустил пояс – и из синих боксеров выпрыгнул член.
– Эмма, ты отвлекаешься. Не смотри в зеркало, – зазвучал хриплый голос, смешанный с тяжелым прерывистым дыханием. И я ощутила, что хватка на бедрах стала крепче, пальцы до синяков впились в кожу. А горячий член начал просто вколачиваться в меня, вышибая дух. – Хочешь, Артур уйдет? Ты хотела.
Я хотела, но уловить теперь не могу, почему этот вопрос звучит лишь сейчас, когда в потолке отражаются они оба, возбужденные до предела, как кто-то из них уйдет…меня сбивают с мыслей, упругие и быстрые толчки во мне.
– Никуда я не пойду, – волос коснулись пальцы, вплелись в локоны, подтягивая мою голову ближе к толстому члену, что покачивается в сантиметрах от моего лица. – Открой рот, Эмма.
– Артур.
– Что?
Движения во мне замедлились, стихли почти, и вместо тяжелого, черного желания, в воздухе разлилось что-то напряженное, угрожающее, отрезвляющее, с новой силой осознала свою беззащитность, и меня захлестнуло.
С трудом отцепилась от столешницы, попыталась привстать.
– Мы с тобой договорились, Макар, – холодно процедил Артур. – Держи слово, – потребовал он.
И снова повернул меня за голову к себе. Горячим членом уперся мне в губы.
– Хочу тебя, Эмма. Открой рот.
Глава 55
Член шлепнул мне по губам и уперся в зубы, рука в волосах сжалась, натягивая их у корней.
Я бы не разомкнула челюсть, с меня хватит, они так ослеплены ненавистью друг к другу, что продолжают играть людьми, и это уже переходит всякие границы.
Но Макар рывком, яростно, натянул меня на себя, и я вскрикнула. И член Артура скользнул в рот, сразу одним мощным толчком на полную длину.
Пораженно распахнула глаза.
На языке смешался странный вкус, в нос ударил мужской терпкий запах, и глаза защипало. Ладонью уперлась в бедра Артура, отталкивая его.
Он послушно скользнул назад. Но не вышел, не дал мне воздуха глотнуть, с размаху врезался снова до самого горла.
Замычала и моргнула влажными ресницами.
– Как же я этого хотел. Эмма, расслабься, – его голос севший, это говорит мне сумасшедший, как я могу расслабиться, если они с двух сторон, и оба, с размаху, толкаются в меня.
Ощущения путаются, не укладываются, выгибаюсь и бью ладонями, куда придется, и вздрагиваю, от быстрых движений членов, от шумных мужских выдохов, от собственного мычания, что вибрацией разносится по телу. Кровь бурлит, я чувствую, как стремительно жар растекается, я словно солнце облизываю, и меня подбрасывает на столе.
Стол шатается. Воздуха нет, вместо него запах секса, уши заложило от влажных шлепков, и с каждой секундой этого безумия я приближаюсь к точке.
Макар ощутил это – как я сжимаю его в себе и дрожу, и сорвался – с такой силой начал вбиваться, что внутри застрял один непрерывный стон. Артур не дал ему выхода, горячая плоть на скорости по языку в горло, головка стукается в стенку, и я впечатываюсь носом в пряные мягкие волосы в паху.
Миг, другой, третий – и внутри гремит взрыв. Между ног пламя и влага, это настоящая лава.
– Бл*ть, Эмма, – Макар выругался и толкнулся до упора. Сжала его, и почувствовала, что он тоже, в горячке заходится, сокращается. Изливается в меня.
Член Артура вдруг выскользнул изо рта, и я застонала от удовольствия, на весь кабинет, не в силах сдерживаться.
Он тут же заткнул меня снова.
Толстый влажный ствол ворвался с размаху до корня, влетел яростно, вышибая воздух из легких. Мужские руки сжали мои волосы, сдавили затылок. Артур за голову меня на себя насадил и начал бешено, исступленно толкаться в рот.
Оргазм не стих, продолжал меня скручивать, я как в судорогах по столу извиваюсь, но меня не выпускают, они оба, собой заполняют, и нет мне спасения, я на грани того, чтобы от переживаний отключиться, ведь этого наслаждения слишком много, я игрушка, у которой сейчас сядут батарейки.
Между ног пульсирует. Член медленно выходит, сладкое мучение продлевая, мою плоть покидает.
Сжала бедра, по которым стекает семя, схватилась за края стола, позволяя Артуру продолжать вбиваться мне в горло, я обессилена, во всем теле приятная слабость и туман в голове.
Он остановился резко, так, словно выдохся, шумно чертыхнулся. И мне в горло толчками выстрелила теплая вязкая жидкость. Вздрогнула и попыталась отстраниться, но он удержал мою голову, вплотную к себе, не выпуская члена, заставил принять.
Поперхнулась, но начала глотать, не ощущая вкуса, машинально, потому, что мне не оставили выбора.
Он рывком вышел, горячей влажной головкой размазал по моим губам семя. Оно стекло на подбородок, смешалось со слюной.
Не поняла, что все закончилось, не услышала наступившей тишины, ее заглушило биение моего сердца, дикое, словно я только что оббежала весь мир.
Ощутила, что меня тянут за руки, поднимая со стола. И машинально привстала на разъезжающихся ногах.
– Понравилось, когда тебя трахают вдвоем, Эмма Эдуардовна? – этот вопрос – как похмелье после долгого опьянения, как звон разбитого стекла в безмолвие, в тишь.
Это придало мне сил.
Метнулась по кабинету с неожиданной скоростью, за дверь выскочила и понеслась по коридору. Влетела в первую попавшуюся комнату, лишь бы скрыться.
На автомате придвинула стол к двери, баррикадируя вход сюда. Оперлась ладонями в дверь, стараясь отдышаться.
А вопрос, заданный издевательским голосом Макара продолжал звучать в ушах.
Понравилось ли мне?
От воспоминаний, что творилось пять минут назад – затрясло так, словно меня на электрический стул посадили, откровенные кадры замелькали в голове с ужасающей яркостью, ощущения в измотанном теле вспыхнули снова.
Я до сих пор голая. И вся мокрая.
– Эмма, ты прячешься от нас что ли? Выходи, дорогая, не бойся.
Отшатнулась от двери, когда в нее раздался негромкий стук.
Глава 56
Огляделась по сторонам.
Полумрак, но из окна падает уличный свет. Он заливает широкую кровать, накрытую темным покрывалом, полки по стенам, заставленные книгами. Дисками. Разбросанные по полу мужские вещи. Три полотна на стене в изгольве постели, которые в темноте кажутся кляксами, наподобие картинок из теста Роршаха, проверяющих не псих ли ты.
Моя психика страдает знатно, я уже поняла.
– Эмма, ты в комнате моего сына, – снаружи снова раздался голос Макара. Повторился стук в дверь. – Выходи.
– Убирайтесь отсюда, оба! – ничего наивнее я выкрикнуть не могла.
Гоню хозяина города из его собственного дома.
Но то, что в кабинете творилось – я думать об этом не могу, оно меня с головой накрывает. Метнулась к постели и схватила черную футболку, накинула на голое тело и обратно, к столу, ладонями вжалась в дверь.
– Ты думаешь, я ее не открою? – Макар усмехнулся по ту сторону. Надавил на ручку. Показательно. И сказал уже мягче, словно не он сам позвал домой человека, с которым у них вражда до смерти. – Эмма, Артур уже уходит. Открывай. Давай. Сама.
Вздрогнула от этого повтора, его слова в ушах зазвенели эхом: давай, сама – так он требовал, чтобы я на его член насаживалась, там, на столе, в кабинете.
Я его чувствую до сих пор, между ног.
И не верю, что Артур уйдет, они ждут меня, они еще хотят.
К моему ужасу по телу заскакали мурашки.
– Я тоже еще хочу, – выплюнула громко, чтобы они слышали оба, мне терять больше нечего, я уже ниже ада пала, – пусть Артур остается, скажи ему, – я собственным приговором разбрасываюсь, они оба, еще раз, сделают это со мной – а после наступит рассвет, новый день, и как мне в нем дальше жить, давясь воспоминаниями, переживая каждый миг все эти ощущения, и мучаясь от вины и стыда. Я сама себя наказываю за то, что сделала, позволила, сдалась, загоняю себя в угол. – Макар, ну что ты затих? Сказал Артуру? Да, мне понравилось. Трахаться с двумя.
В коридоре тихо.
Даже дыхания не слышно.
Ноги разъезжаются и руки затекли, стою в прежней позе, навалившись на стол, уперевшись ладонями в дверь.
Если она откроется, и они войдут – я или упаду к ним в ноги, или сигану в окно, сама себя понимать перестала, желание и страх сплелись туго, их не распутать.
Там, на столе, было…ненормальное возбуждение, между этими двумя мужчинами стояло темное прошлое, а сегодня оказалась я, и это знание кровь разгоняло по венам, дозу за дозой накачивало адреналином меня.
Это состояние аффекта, оно, пульс зашкаливает, и мне хочется одного лишь – зачеркнуть, забыть, заново родиться, не здесь, не сейчас, в другом городе, столетии, мире, мне страшно.
– Где ты там, открывай. Давай сам, – вернула ему его слова, и этот голос не мой, он со стороны звучит.
Я нарываюсь, чтобы меня размазали, чтобы растоптали до конца – я заслужила.
Снова пауза.
И Макар по ту сторону двери громко, грязно выругался.
– Пошла нах*й, Эмма, – кратко объяснил мне маршрут.
Вздрогнул косяк – он по нему засадил со всей дури. А дальше его шаги – быстрые, как наяву представила, что он летит по коридору, ломая на своем пути всё, он и коня на скаку не остановил бы – а просто снес его нахрен.
Оглушительно громко хлопнула входная дверь.
В квартире воцарила гробовая тишина.
Решилась отойти, отодвинуть стол лишь тогда, когда за окном уже начало светать. Всё тело занемело, и это как наркоз, я не чувствую себя, а значит и того, что со мной делали.
Непослушными пальцами повернула ручку, несмело высунулась в коридор.
Готова была, что на меня накинутся, что меня слух обманул, и время, и рассвет, и никто не ушел. Ломанулась к выходу и нарвалась на запертую дверь.
Убедилась, что он меня опять закрыл здесь одну, когда обошла все комнаты.
Я в клетке.
Дорогой, по последнему слову техники обустроенной, удобной, огромной, пустой, как изолятор, для самых ужасных преступников.
Это я и есть – я не закон переступила этой ночью, а свое достоинство, саму себя.
Машинально включила кофеварку в кухне, по-хозяйски достала из шкафа белую маленькую чашку. Подождала.
И с готовым кофе высунулась в распахнутое окно.
С высоты оглядела пустой двор.
Спокойной, по-утреннему прохладно, умиротворенно, как в раю.
Минут через десять проснулся народ. Появились сонные собачники, большие боссы вышли к такси и водителям, встречающим их у подъезда, позже мамы с детьми, до детского сада, до школы.
И я тоже начала оживать.
Макар меня послал. Когда я весь тот бред кричала о том, что хочу еще.
Значит, им одного раза достаточно.
Давние враги этой ночью помирились.
Вдвоем взяв меня.
А я должна поспать, хоть немного. Скоро Шварц вернется, откроет дверь, выпустит меня, ведь я ему больше не нужна, он всё, чего желал – получил.
Я вернусь домой.
С этими мыслями забралась под одеяло в гостевой комнате. И заснула так крепко, что не сразу очнулась, мне снилось продолжение, жаркий секс и черная похоть, новые чувства, но когда я с трудом распахнула глаза, поняла – мне не снится.
Лицом к лицу надо мной навис Макар. Его рука между моих ног, его пальцы во мне. Он двинул ими, хищно улыбнулся на мой стон.
Ошалело огляделась в комнате – за окном уже сумерки…
– Отдохнула, Эмма? – его пальцы выскользнули из меня, сжали влажные складки промежности. – Выспалалась, дорогая? Вставай.
– Что? – накрыла его ладонь своей, убирая, сонно моргнула. – Ты…
– Ты, – выдохнул он мне в губы. – Просила еще раз? Чтобы тебя трахнули вдвоем хотела? Сегодня ты это получишь, – пообещал он.
И рывком поднял меня с постели.
Глава 57
Я так и уснула в длинной черной футболке Максима, которую натянула на голое тело.
Макар поднял меня – и она задралась почти до талии, отчего мужской взгляд стал голодным, диким.
С меня сразу слетел весь сон, поняла, что со мной не шутят сейчас, не пытаются запугать – они с Артуром повторить хотят то, что случилось в кабинете.
– Нет! – вскрикнула, заново переживая горечь и стыд, что накрыли меня после черного удовольствия, которое вместо крови струилось по венам.
– Поздно, – кратко отрубил Макар и легко закинул меня на плечо.
Повисла вниз головой и уперлась ладонями в его широкую спину. Змеей начала извиваться, пытаясь сползти.
И тут же получила звонкий увесистый шлепок по ягодице.
– А ну-ка тихо! – рявкнул он и сжал мои бедра. Хлестко шлепнул по другой ягодице, оставляя на нежной коже ожоги от широких ладоней. – Эмма, не дергайся.
Замерла на его плече и стиснула зубы, когда он место своих ударов осторожно погладил, словно успокаивая меня.
– Послушная девочка, – одобрил и шагнул в коридор.
После полумрака комнаты сощурилась от непривычно яркого света. В такт его шагам покачивалась, пока он нес меня в прихожую.
С трудом шею повернула, оглядываясь, ожидая наткнуться на ледяной взгляд Артура.
Но, кажется, в квартире кроме нас двоих никого.
Макар подхватил ключи с подзеркальника.
– Куда ты меня несешь? – заволновалась, увидев, что он отпирает дверь.
Шварц, не потрудившись с ответом, вместе со мной шагнул на площадку, ногой закрыл дверь.
– Поставь меня! – еще сильнее занервничала, а в голове замелькали мысли одна хуже другой.
Что если он не для себя меня несет, и повторение ночи на троих – еще не самое плохое. Ведь этот мужчина – он циничная сволочь, ему чувства неведомы, и вместо сердца в груди компьютер, а в голове одни только деловые сделки.
Вчера они наигрались.
А сегодня Макар решил отдать меня на растерзание каким-нибудь партнерам. Не просто дружбу со старым врагом захотел скрепить мной, но и работу.
– Помогите! – заорала во все горло, кулаками ударила мужскую спину.
И едва не рухнула ему под ноги – он зашел в лифт и резко снял меня с плеча. Лопатками налетела на зеркало позади, босыми ногами переступила по холодному бетонному полу и обняла себя за плечи.
Зябко и страшно.
От его взгляда. Которым он сверлит меня неотрывно.
Макар, не глядя, надавил на кнопку первого этажа. И лифт мерно загудел, тронулся вниз.
– Чем я заслужила? – спросила негромко, нарушая тяжелую тишину, что повисла между нами.
– Эмма, – выдохнул он и шагнул на меня. Пятиться некуда, и я просто сильнее вжалась в зеркало. Его ладони уперлись в стену по обеим сторонам от моей головы. Красивое лицо приблизилось, мои губы обдало горячим дыханием с запахом крепкого спиртного. – Ты так трясешься, словно я тебя на плаху тащу. Нет. А хотя ведь совсем недавно предлагал тебе трон.
Он отступил – я моргнула, не веря ушам.
Пушкина по вольному мне цитирует? В лифте полуголой, после того, как отшлепал, как заверял, что сегодня меня отымеют вдвоем.
Вдвоем. Еще раз. Нельзя думать об этом. Но предвкушение наслаждения, как дьявольский дурман расползается в голове.
Мелодично тренькнул звоночек вверху – и распахнулись двери.
Макар подхватил меня, снова забросил на плечо. И теперь я не сопротивлялась уже, покорно повисла на нем, позволила вынести меня из подъезда.
Майская прохлада с ног до головы окутала, легкий ветерок приятно пробежался по коже, лаская, начал играть волосами, путая их, бросая мне в лицо.
Макар двинулся вдоль низкого забора, огораживающего детскую площадку. Подняла голову, высматривая прохожих.
Но как и в прошлый раз, когда он меня привез сюда полуголую, босиком – двор встретил пустотой. Те люди, что купили квартиры в элитных домах – их жизнь по минутам расписана. Личные водители наверняка сейчас везут детей домой с секций, а у старшего поколения по графику – работа или фитнес-зал.
Макар остановился возле машины. Распахнул дверь в салон и сгрузил меня на сиденье. Подтолкнул, забираясь следом.
Машинально посмотрела вперед, на водителя. Взглядом скользнула по знакомому четкому профилю – Артур.
– Привет, – его голос прозвучал хрипловато, потемневший взгляд нашел в зеркале мой – и я как наяву кабинет увидела и потолок, в котором отражалась прошлая ночь.
Мы снова втроем.
Это повторится – по дрожи в теле поняла, по напрягшимся соскам.
Шумно выдохнула.
Хотела отвернуться, но не смогла, Артур изучал жадно, наружу вытягивая из меня мои мысли. Усмехнулся.
И негромко спросил:
– Соскучилась? Я тоже. Больше ведь никого не ждем? Хочу тебя, не сиди, Эмма, снимай футболку.
Глава 58
Артур
Футболку снимать она не собирается. Сидит, сжавшись, словно если будет занимать меньше места – Макар ее не заметит, не тронет.
Шварц рядом с ней, его нога почти касается ее голых коленей.
Вчера в баре казалось, что гнев утих, что я действую по привычке, что мне смысл жизни нужен, что ненависть лучше, чем, вообще, ничего.
А сегодня я помню, что в бардачке лежит пистолет. Щелкнуть крышкой, достать.
И пустить этому мудаку пулю в лоб. Когда-то Шварц говорил, что если я ему помешаю – мы перестреляемся.
Так вот сейчас он мешает мне.
– Артур, долго думать будешь? – его насмешливый голос из наваждения выдернул. – Поехали уже.
Поймал в зеркале его взгляд – Макар тоже знает, что друзьями нам после всего не быть. Он не идиот.
И всё таки повелся, женщиной со мной поделился, которая зацепила его. Главный смертный грех – гордыня, и Шварц в ней погряз, не сознает, что не Эмму наказывает – себя.
– Эмма, футболку снимай, – повторил ей и запустил двигатель. Плавно тронулся с места. И едва выехал со двора – с задних сидений зазвучал звонок сотового.
– Да! – гаркнул в трубку Шварц. Помолчал и сдвинул брови. Глянул в окно, на Эмму, что замерла в ожидании.
На дорогу больше не смотрю – залип на светлых волосах, они кудрявятся, как у ангелов на картинках, голубые глаза большие, круглые. Губы розовые.
В эти губы я ночью член толкал, и она принимала его, с отчаянием, с удовольствием.
Такой красивый рот – и такие грязные мысли будит.
– Понял, – сухо сказал в телефон Макар, поднял голову, – Артур, рули к ресторану, у меня срочная встреча, – бросил мне как слуге, как водителю.
Поймай такси – едва не вылетело раздраженное, но я смолчал.
Мысленно хмыкнул.
Встреча у него. Срочная. Неотложная. Лучше не придумаешь, этой ночью провидение на моей стороне.
– Слушаюсь, шеф, – козырнул и добавил скорости, лихо покатил по вечернему городу, раскрашенному огнями. Выключил кондиционер и окно распахнул, и ветер остудил горячую голову, в салон принес аромат сирени.
– Сиди жди, – скомандовал Макар Эмме, когда я остановился напротив светящихся окон ресторана.
Она даже головы не повернула, с каменным лицом уставилась в окно.
– Эмма, – позвал ее Макар, уже распахнув дверь. – Я с тобой разговариваю.
– Что надо, дорогой, – процедила она, развернувшись всем корпусом. – Не хочу сидеть ждать. С тобой хочу, на деловую встречу. Гурий этот твой звонил? Хороший дядька. Обо мне не спрашивал? Лампово в прошлый раз посидели.
Макар сощурился. Хмыкнул и хлопнул дверью так, что Эмма вздрогнула.
Походкой вождя, который за собой войско ведет, Шварц попер к ресторану. И едва он скрылся за широкими дверьми – я тут же сдал назад, выруливая с парковки.
Услышал негромкий щелчок позади, глянул в зеркало.
– Эмма, закрой дверь или вывалишься, – поморщился – она ведь снова выпрыгнет на ходу, как в прошлый раз, по асфальту покатится, обдерет колени. – Эмма!
Затормозил и выскочил из машины, метнулся к задней двери.
Она уже ноги спустила на улицу, готовая бежать, сверкая пятками. Толкнул ее обратно в салон, навалился сверху и захлопнул дверь.
– Хватит! – она начала выворачиваться, локтями меня пихать, вырываться, волосы спутались, упали на кукольное лицо. – Чем вам двоим надо!
Удержал ее за руки, спиной вдавил в сиденье и навис лицом к лицу.
– Увезу тебя отсюда, хочешь? – сам не ожидал, что голос – Иуда, прозвучит с такой идиотской надеждой.
Это я ее забрать хочу, и себе признался уже, что как гандон поступил, когда вчера надавил на Шварца, это расчет был, чтобы не оставить ему и шанса, а теперь смотрю в голубые глаза и жду согласия женщины, которая лежит подо мной и сверлит меня взглядом, полным злости.
Я замер.
А она вдруг рассмеялась, подалась вперед и выдохнула мне в губы:
– Зачем увозить, Артур? Трахать меня на пару с бывшим врагом ведь так приятно. Приятно?
Целовать начала она сама, в тот момент, когда я за шею ее схватить хотел и встряхнуть. горячим языком раздвинула губы, медленно, осторожно пробралась в рот.
Хватка на ее запястьях сама собой ослабла. Эмма высвободила руки, мою шею обвила и притянула ближе к себе.
К чертям выдержку, на поцелуй ответил, с пол оборота завелся, забыл что мы все еще на парковке у ресторана.
Она подо мной, и на ней нет белья, я вжимаюсь в нее бедрами.
Не отрываясь от ее губ отстранился, вжикнул ширинкой, стянул брюки ниже.
И рывком вошел в нее.
