Текст книги "Лидер Культа. Том I (СИ)"

Автор книги: Д. Серый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)

Глава 10

– Я всегда заканчиваю начатое, – я киваю на ухмыляющегося Хобби. – Оставьте этого шакаленыша и чешите отсюда, пока не поздно.

– Следи за базаром, мразь! – вспыхивает шакаленыш, не рискуя высовываться из-за спины своего старшего. – Моя братва тебя на куски порвет! Отвечаю, ты допры…

– Пасть на ноль, Хобби, – ставит того на место глава банды. – Ты либо храбрец, либо глупец. Оглянись!

Последнее уже в мой адрес. Полтора десятка отморозков на слова своего старшего переглядываются, усмехаются, грозят оружием.

– Что ты вообще можешь сделать, чмо? – выплевывает главарь.

Хобби поддерживает старшего шакальим смехом. Вскоре к нему присоединяются и товарищи.

Этот черт мог бы забыть о произошедшем, наплести своим браткам любую ерунду. Но вместо этого он решил накидать дерьма на вентилятор.

А я, урожденный гений, доверился неосвоенной божественной способности и пустил важное дело на самотек. Если я сегодня выживу, то больше не допущу подобной ошибки.

Вместо остроумного ответа бандосу я пользуюсь моментом и нахожу взглядом самого, на вид, слабого бойца.

Рывок, хук в челюсть, проход свободен.

Срываюсь на бег, но, ожидаемо, мне в бедро, заставляя оступиться, прилетает чья-то дубинка. А следом кто-то хватает за рубашку и дергает назад.

Бью кулаком наотмашь, кажется, попадаю в кого-то. Но в ответ получаю сразу два удара: поддых и в скулу. Отбиваюсь, как могу, успеваю завалить троих прежде, чем на землю валят уже меня.

Закрываю голову и начинаю кататься по кругу, пиная каждого, кто подходит слишком близко. Бандосы что-то кричат, подбадривают друг друга. В какой-то момент находится самый безбашеный и тупо набрасывается на меня сверху.

Я тут же беру придурка на удушающий, но моментом позже понимаю свою ошибку.

Я открыл голову.

В висок мгновенно врезается чья-то дубинка. В глазах вспыхивают искры, в ушах звенят колокола…

Кажется, я отпускаю парня…

Слышу оскорбления в свой адрес, замечаю летящий носок ботинка. Чудом уклоняюсь, встаю на четвереньки, но тут же получаю пинок под ребра. Следующий – в голову.

Пытаюсь закрыться, защитить голову… жаль, нет панциря, как у черепахи… больно… дышать больно…

Спустя, кажется, вечность я получаю передышку.

Запыхавшиеся отморозки расступаются перед своим главарем. Он возвышается надо мной мифическим титаном, и в свете фар я различаю на его руках татуировки в виде музыкальных нот.

– Меня и моих людей, – говорит бандос, – можно тронуть только один раз.

Чертов самоуверенный павлин…

Перебарывая боль в груди, я хриплю:

– Убей меня или… ты не переживешь… и первого раза…

Надменно фыркнув, глава банды пинает меня в висок, и я отключаюсь…

…Меня приводит в чувства ощущение полета… нет, свободного падения!

Эти ублюдки сбросили меня с моста!

Пытаюсь набрать в грудь воздуха, но удар об воду выбивает дыхание напрочь.

Холодная речная вода поглощает меня, словно голодный монстр. Она попадает в нос, заливает глотку и обжигает легкие.

Я камнем погружаюсь все глубже и глубже. Сил бороться попросту нет…

Боги внемлили твоим молитвам и готовы дать тебе второй шанс!

Зачем?

Ради чего?

Чего ты хочешь?

Большего…

Боги хотят знать, достоин ли пользователь

Достоин… да, теперь я понимаю.

Это не про новую жизнь. Даже не про деньги, женщин и власть.

Это про меня.

Достоин ли я большего? Достоин ли я стать большим?

Большим, чем просто тонущим в реке куском дерьма.

Проклятье, если я сейчас не начну шевелиться – я сдохну!

Перебарывая боль во всем теле, я начинаю перебирать конечностями. Левой, правой. Левой, правой. Вверх, где светит луна… или уличные фонари… плевать…

Первый глоток воздуха получается напополам с водой. Я снова начинаю захлебываться…

Не упусти свой шанс!

Проклятье, ни за что!

Запрокидываю голову и, делая мелкие вдохи, начинаю грести по-собачьи. Берег метрах в двадцати, но кажется, будто плывешь километры…

Держись, чтоб тебя, Костя, держись!

Наконец руки больно врезаются в бетон. Я хватаюсь за выступащую плиту, подтягиваюсь… и падаю обратно в воду. Слишком сколько!

Едва нахожу в себе силы на вторую попытку. Получается, теперь я на твердом.

Встаю на четвереньки и меня тут же рвет. Водой, ужином, всем. Кажется, еще чуть-чуть и я выплюну легкие.

Но вода наконец заканчивается. У меня получается сделать более-менее приличный вдох. И в груди тут же невыносимо стреляет…

Внимание!

Состояние организма пользователя приближено к критическому!

Без тебя знаю, бесполезная ты дура…

Перебарывая боль напополам с усталостью, я поднимаюсь на ноги и цепляюсь пальцами за ограждение.

Подпрыгнуть, схватиться за цепи, прикусить язык от боли и подтянуться.

Я на Набережной.

Я жив.

Я достоин.

Организм пользователя в критическом состоянии!

Без срочной медицинской помощи пользователю угрожает неминуемая…

Узнать, что мне там угрожает, не получается.

Глаза слипаются, и я падаю во тьму…

**"

Первое, что я чувствую, когда возвращаюсь в сознание – это запах антисептиков, лекарств, мазей и пряных благовоний.

Странно… я не чувствую боли.

Разлепляю глаза, опасаясь, что один или сразу оба заплыли. Но зря. Глаза в порядке, вижу серый потолок и люстры.

Поднимаю руку, ощупываю лицо. Губы не разбиты, кости целы, крови нет. Разве что ссадины жгутся, но это мелочь по сравнению с тем, что должно быть…

– Слава богам, вы очнулись!

Надо мной склоняется молодая симпатичная девушка. Покрытая голова, строгое светло-серое платье в пол с орнаментом, которое, впрочем, только подчеркивает стройную фигурку и зрелые грудки.

На шее у девушки висит оберег со знакомым символом… нет, сейчас это не важно.

– Мы уже начали беспокоиться! Я хотела даже снова позвать Старшую! – щебечет радостная девушка, начиная порхать вокруг моей койки. – Обычно после помощи Старшей больные в вашем состоянии сразу приходят в себя, но вы, похоже, особенный…

Игнорируя суетливую девицу, я приподнимаюсь на локте и шепотом, одними губами зову Систему.

Имя: Константин К. Домин

Возраст: 20 лет

Класс: Лидер Культа

Статус: Травмы I степени, Обезвоживание, Голод, Смятение

Текущий уровень физических повреждений: 18.79 %

Оценка общего физического состояния: удовлетворительно

До полного восстановления: 12 дней

Убедившись, что моей жизни ничего не угрожает, а Приказ снова доступен, я ловлю суетливую девицу за запястье.

– Где я?

Кажется, из-за моего жеста девушка теряет дар речи. Покраснев, она вырывает руку и отпрыгивает от меня, как от огня.

– Это лечебница сестер милосердия при Беловодном храме Берегини, – раздается за спиной до боли знакомый голос. – Так что, Тин-Тин, аккуратнее с послушницами. Они соблюдают целибат и могут неправильно тебя понять, хе-хе…

Забыв про девицу, я медленно оборачиваюсь.

Многие в приюте знали, что мое второе имя тоже Константин. Вообще, сиротам оно не полагается, ведь обычно оно дается в честь отца или одного из близких родственников, но в случае со мной еще в младенчестве во время оформления произошла какая-то ошибка с документами.

Эта ошибка стоила мне многих нервов, ведь сироты не любят, когда в их болоте кто-то выгодно отличается от остальных. Мне пришлось приложить огромные усилия, чтобы выбить это отличие из голов окружающих придурков.

Из всех, кроме одного…

– Тони?

Крепко сбитый парень моих лет в майке и трениках. Смуглая кожа, шрам, пересекающий бровь, черные волосы в модной прическе и маленькие хитрые глазки.

Особое внимание привлекает татуировка на плече в форме символа "Омега". В последнюю нашу встречу ее не было.

Сидя на соседней койке, Тони радостно разводит руками для объятий.

– Он самый! Как поживаешь, братишка? – смутившись, парень чешет бородку. – Хотя, судя по тому, в каком состоянии тебя сюда доставили, то не очень. Вообще, скажи спасибо старому другу, что он похлопатал за тебя перед Старшей жрицей! Без нее ты бы еще непонятно сколько…

– Ты забыл, что я пообещал в нашу последнюю встречу?

Не без труда, но я принимаю вертикальное положение. Ребра еще болят, голова гудит и немного кружится, но состояние и вправду "удовлетворительное".

Глядя исподлобья, Тони постепенно мрачнеет. Мы не виделись с момента выпуска из приюта, больше двух лет, и я бы с удовольствием не видел его рожу до конца своей жизни.

– Нет, Тин-Тин. Не забыл.

– Это хорошо, – киваю я и заряжаю хук в челюсть этой крысе.

На всю палату раздается визг испуганной послушницы.

Я хватаю Тони за грудки и успеваю ударить еще раз прежде, чем он пинает меня в живот, заставляя перелететь через собственную койку.

– Ты… во всем виноват… – рычу я, пока поднимаюсь на ноги, а послушница убегает за помощью. – И ты заплатишь за это!

– Вперед, придурок! – бьет себя в грудь Тони. – Давно мечтал вправить тебе мозги!

Со звериным рыком я бросаюсь на противника, пытаюсь взять в захват, но этот подонок всегда боролся лучше.

Мы оказываемся на полу вместе и начинаем тупо месить друг друга. Прямо как в нашу первую встречу в приюте, когда мы еще не были ни друзьями, ни врагами…

Глава 11

– Достопочтенная Аннабель, поможете моему другу? – бархатистый голос Тони льется как из бочки с медом. – Гильдия будет вам очень признательна…

Слышу усталый вздох, шуршание платья и стук каблуков, направляющийся к моей койке. Сестра милосердия, обрабатывающая раны на моем лице, встает со стула и уступает место Старшей жрице.

После драки с Тони нам обоим оказывается нужна медицинская помощь. Мне ее оказывают младшие жрицы, что работают в лечебнице при храме, так называемые сестры милосердия. Моим старым знакомым же занимается сама Старшая жрица.

Насколько я помню из различных источников, Старшие жрецы и жрицы стоят во главе храмов. По статусу это положение близко к низшим аристократам без Дома, потому к ним обращаются "достопочтенные".

Последовательницы конкретно Берегини занимаются помощью всяким обездоленным, бездомным и больным, у которых нет денег и страховки на лечение в нормальных больницах. К последним отношусь и я.

Дрюков предлагал мне оформить медицинскую страховку, но, вспоминая его настойчивость и недавно вскрывшиеся денежные махинации, я отчасти рад, что не согласился. В противном случае от моей зарплаты уже на тот момент остались бы считанные солы.

В целом, я могу представить, как прохожие глубоким вечером находят на Набережной тело какого-то парня, только что искупавшегося в городской реке, без документов и налички. Что им оставалось делать? Только звонить в имперскую службу, которая и доставила меня в одну из бесплатных лечебниц Берегини.

С одной стороны, мне повезло, что обо мне позаботились. С другой: меня обобрали. По словам тех же жриц, когда меня доставили, при мне не было ни телефона, ни банковской карточки. Конечно, их могли забрать братки Хобби. Но в тот момент они, кажется, были заняты немного другим. Остаются те самые добрые прохожие или, возможно, даже имперская служба.

Как бы там ни было, но в ближайшее время мне нужно добраться до банка, заблокировать карточку и номер телефона, пока на мои данные не оформили с десяток-другой микрокредитов. Что очень вероятно, потому что в отключке я пролежал два гребаных дня!

Якобы пациентов много, за всеми не уследишь. Первую помощь мне оказали и оставили ждать, пока до меня доберется очередь и врач-волонтер займется моими травмами. Неприятно признавать, но, похоже, если бы не Тони, я мог бы здесь и загнуться…

Так или иначе, но этот крысеныш благодарностей не дождется!

Хотя мне и жутко хочется узнать, что происходит на соседней коейке, но я лежу неподвижно и смирно принимаю помощь сестер милосердия. Из-за заплывшего глаза и сломанных ребер мне с трудом удается дышать – не то, что подглядывать за сестрой Аннабель и Тони. Но мне все же не дают покоя слова смуглого.

Как одна жрица, допустим, даже хороший врач, может за несколько часов привести в норму то, во что меня превратили гильдейские отморозки? И как она собирается провернуть это снова, не имея при себе никаких врачебных инструментов?

Даже больше: она уже это провернула с Тони. Потому что в драке досталось не только мне. Одним из ударов я однозначно сломал смуглому челюсть. Я слышал хруст, и сам парень не мог говорить до тех пор, пока им не занялась Старшая жрица.

Теперь же Тони без каких-либо неудобств снова заливается соловьем. Получается, что Аннабель вылечила его буквально за пятнадцать минут. Но как такое возможно?

Встав где-то перед койкой, Старшая жрица опускает ладони над моей грудью. Она не касается тела, но я чувствую тепло ее ладоней и… свет? Откуда льется этот зеленый свет?

А еще звук. Едва различимый даже при такой близости. Словно пение цикад или шелест древесных листьев. Музыка леса, музыка… жизни.

Эта песня успокаивает, расслабляет, уносит за собой в далекие безмятежные края. Но, как и все хорошее, она быстро заканчиватся.

Очнувшись от наваждения, я делаю вдох – и выдох. Свободно, легко. Без боли от сломанных ребер.

– Какого…

Пораженный, я приподнимаюсь и начинаю ощупывать свою грудь в поисках каких-то синяков, болезненных мест. Но меня толкают в плечо, заставляя откинуться обратно на подушку.

– Я еще не закончила! – раздается над ухом строгий грудной голос Аннабель.

Заплывший глаз значительно ухудшает зрение, но мне удается различить женскую ладонь над моим лицом и зеленое сияние, которое она излучает. И песня. Все та же песня…

На этот раз, по ощущениям, я прихожу в себя гораздо быстрее. Осторожно протираю глаза – ничего. Ни боли, ни опухолей, ни пятен на картинке.

Я в полном порядке. Для верности даже обращаюсь к Системе.

Текущий уровень физических повреждений: 14.57 %

Оценка общего физического состояния: удовлетворительно

До полного восстановления: 8 дней

Получается, мое состояние даже лучше, чем было до прихода Старшей жрицы. Но что она со мной сделала? Что это за поющий свет из ладоней?

Приняв вертикальное положение, я разминаю шею и заодно рассматриваю Аннабель. Благо, теперь зрение позволяет.

Высокая, фигуристая, лет двадцать пять, двадцать восемь. Голова, как и у остальных жриц, покрыта платком. Но он не мешает, а, скорее, даже подчеркивает капризные пухлые губки, аккуратный носик и большие карие глаза с густыми ресницами. Ее лицо в хорошем смысле напоминает кукольное.

Платье уже чисто белого цвета с культовым золотистым орнаментом. Оно выгодно обтягивает объемную грудь размера эдак четвертого, а длится, в отличие от остальных жриц, не в пол, а всего лишь до половины бедер.

Сами стройные ножки Аннабель затянуты в серебристые чулки, у которых видны резинки. Довершает образ пара черных туфель на высоком каблуке.

Судя по проступившим на лбу каплям пота, бледности и общей изможденности, сеанс лечения дался девушке не без труда.

– Странно, на него уходит как будто больше сил… – задумчиво шепчет жрица, подтверждая мою догадку.

– И что это значит? – подаюсь ей навстречу.

– Для тебя – ничего! – фыркает девица и вытирает по тыльной стороной ладони.

Утомленность придает культистке какую-то пиканткую притягательность.

Если эта секс-бомба, как и остальные жрицы, соблюдает целибат, то это ужасно несправедливо. Как минимум, по отношению ко мне.

Впрочем, я-то как раз могу это исправить. Ведь Приказ уже доступен для использования…

Видимо, Аннабель замечает в моем взгляде что-то такое, что заставляет ее надменно скривить губы и развернуться ко мне спиной. К сожалению, с этой стороны платье длится уже в пол, однако такую шикарную попку не скрыть лоскутом жалкой ткани.

– Вы настоящее сокровище, достопочтенная Аннабель! – лучезарно улыбается Тони с койки напротив. – Прошу, извините нас с моим другом за то, что оторвали вас от ваших дел и напугали послушниц…

Покосившись в мою сторону, Старшая жрица фыркает.

– Искренне сочувствую тебе, Власко. С такими друзьями и врагов не надо, – жестом подозвав младшую жрицу, Аннабель гордой походкой направляется к выходу. – Буду ждать благодарность от твоей гильдии!

М-да, ноль внимания, килограмм презрения.

Когда культистки покидают палату, Тони облегченно вздыхает. Я перевожу на него хмурый взгляд.

– Что это было?

– Узнаю Тин-Тина! Все так же неуважителен к женщинам! – хохочет смуглый. – Эта была Аннабель Сильвия Эстер. Старшая жрица, служит в местном храме последние пару лет, а до этого…

– Мне плевать, кто она и как ее зовут, – я указываю на свое лицо. – Как она вылечила нас?

– А, ты об этом… – Тони пожимает плечами и подкладывает под спину подушку, видимо, готовясь к долгому разговору. – Может, сначала поговорим о…

– Как. Она. Вылечила нас?

Находясь с этим предателем в одном помещении, я и так каждую секунду борюсь с собой, чтобы по-новой не наброситься на него. Но если я начну вспоминать причины этого желания, то уже точно не смогу сдержаться.

– Ладно, Тин-Тин, я тебя понял, – Тони тяжело вздыхает и, откидываясь на подушку, устремляет взгляд куда-то в потолок. – Ты слышал когда-нибудь о божественных чудесах?

По спине пробегают мурашки.

Слышал ли я о божественных чудесах?

Чтоб тебя, Тони, одно из них сидит прямо перед тобой…

Глава 12

– Последователи Велеса, после обрядов которых урожай дает десятиразовую норму. Солдат, чьих товарищей убивают, он остается один на один с противником, но после молитв Аресу он не просто выбирается живым, но и каким-то образом уничтожает весь вражеский взвод. Ну, и жрицы Берегини, которые возвращают зрение слепым, ставят на ноги инвалидов и далее по списку…

– Погоди, – я жестом прерываю Тони. – Я слышал об этих случаях, но разве это не вбросы? Пиар, пропаганда и все такое?

– С чего ты это взял? – парень невинно хлопает глазами.

– Потому что нет никаких реальных подтверждений этим чудесам.

– А как же личные свидетельства и видеозаписи?

Я качаю головой.

– Дай угадаю, – расплывается в улыбке Тони, – хочешь сказать, что это монтаж, постановки и фокусы?

Поняв, к чему он клонит, я падаю на подушку. Достаточно продвинутая технология неотличима от магии. Но как отличить магию от достаточно продвинутых трюков?

– Как говорится в ведах Велеса, – подняв палец, Тони пародирует возвышенный тон жрецов, – чтобы не породила земля, люди в первую очередь попытаются сделать из этого вино и хмель.

Хорошо сказано. Сперва направить в свое удовольствие. Потом, если не получится, то взять под строгий контроль. Но если не выйдет и это – остается только оболгать и запретить.

Однако теперь я видел все собственными глазами.

Видел подобного мне.

– Получается, эта жрица только что призвала божественную силу…

Это были лишь мысли вслух, но Тони вдруг отвечает:

– При всем уважении к месту, где мы сейчас находимся, но боги здесь ни причем. Таких, как достопочтенная Аннабель, называют эсперами.

Заинтересованный, я приподнимаюсь на локтях.

– Это люди с врожденными сверхспособностями, – поясняет смуглый. – Пирокинез, телекинез, каменная кожа, сверхслух, ясновидение… и это только то, что я видел лично!

Врожденные сверхспособности? И вправду не похоже на божественное вмешательство, как в случае со мной.

– Хорошо, пусть будут не боги, а сверхлюди, – говорю я. – Но откуда они берутся? И почему о них нет никакой информации? Уж о таком общественность давно бы прознала.

– Понятия не имею, откуда берутся эсперы, – пожимает плечами Тони. – Может, где-нибудь в закрытых лабораториях Императорских институтов и заняты такими исследованиями, но кто расскажет об этом нам, простому люду? Я сам лишь слышал, что некоторые ученые считают эсперов аномалиями. Мутантами, которых следовало бы истреблять. Собственно, поэтому общественность о них и не слышит.

– На эсперов охотятся? – настораживаюсь я.

Плохие новости, потому что если я сам спутал себя с эсперами, то могут спутать и другие.

– Типа того, – мрачно усмехается смуглый. – Когда у эспера просыпаются способности, у него появляется несколько вариантов, каждый круче предыдущего. Первый и, наверное, самый очевидный: жить дальше, как ни в чем не бывало. Забыть про свои способности и вести жизнь обычного человека. Но я считаю, что это невозможно.

– Им кто-то мешает?

– Они сами, хех, – хмыкает Тони, заставляя меня закатить глаза. Его страсть к философии еще в приюте засела у меня в печенках. – Дай человеку силу, и он тут же узнает, что такое амбиции. Так что вряд ли эспер может долго скрывать свои способности. Когда-нибудь он захочет реализоваться, и вот тогда ему останутся последние четыре дороги.

Я начинаю догадываться, о чем говорит мой старый знакомый. Но решаю дать ему высказаться и заодно проверить, насколько хорошо я понимаю настоящее устройство империи.

– Первая дорога ведет к аристократам, – говорит Тони. – Хотя они и сами постоянно в поиске эсперов. А как находят, так предлагают им стать слугами. Насколько я слышал, многие соглашаются. Деньги, статус, влияние и вот это вот все. А если повезет и род будет принадлежать к какому-то Дому? Или еще круче: возвглавлять его? Черт побери, я бы и сам побежал к ним, сломя голову и виляя хвостом!

Встретившись со мной взглядом, Тони мрачнеет.

– Когда-то мы оба об этом мечтали…

– Когда-то, – соглашаюсь я.

Вздохнув, смуглый продолжает:

– Если вдруг у эспера душа не лежит к аристократам, то остается еще несколько неплохих вариантов. Армия, Тайная Канцелярия или какой-нибудь культ. В случае с первыми тремя дорогами, секретность и анонимность эсперов, думаю, понятна. Только дурак даст потенциальному врагу узнать о своих силах. В культах же способности эсперов выставляют как раз-таки божественным чудом. Ну, и последний вариант, если эспер совсем нигде не пришелся ко двору – одна из теневых гильдий. Нам, собственно, тоже невыгодно, чтобы кто-то знал о наших настоящих возможностях.

Я бросаю взгляд на плечо Тони с гильдейской татуировкой и киваю своим мыслям. Аристократы, культы, государственные службы и преступные гильдии. Пять моих потенциальных союзников или врагов. Скорее, даже последнее.

Появление нового культа, читай, новой силы в экосистеме всегда приводит к перераспределению благ. И что-то мне подсказывает, что пяти столпам империи не понравится, когда их кусок пирога начнут урезать…

Я усмехаюсь собственным мыслям. В моем культе пока только один верующий и тот – дочь проститутки. А меня самого недавно нагнула кучка жалких бандитов. Так о чем ты думаешь, Домин? Какие столпы империи и блага?

Для начала отомсти ублюдкам, которые посмели поднять на тебя руку, а потом уже и о высоком можешь задуматься!

Глаза начинают слипаться, потому я переворачиваюсь набок. В голове вяло ворочаются мысли о мести, но вскоре их занимают эсперы и Система. Рассказ Тони оставил больше вопросов, чем ответов.

– Маловато народа для лечебницы сестер милосердия, – замечаю я, чтобы как-то отвлечься. Всего в палате четыре койки, но заняты только две. – Я слышал, они пользуются большим спросом у всяких отбросов.

В ответ на мою колкость Тони беззаботно усмехается.

– Стало быть, мы в одной лодке, раз ты тоже здесь, Тин-Тин! – смуглый переходит на заговорческий шепот. – А если честно, то это же все, – он обводит рукой чистую комнату с новым ремонтом, – держится на одних пожертвованиях. Как думаешь, чьих?

Я рассеянно киваю. Никогда об этом не задумывался, но ответ лежит на поверхности. Государственные больницы требуют императорскую страховку, а страховка требует легального дохода. Помимо этого врачи также обязаны информировать полицию об огнестрельных ранах и покушениях на убийство.

Но в культовых лечебницах не работают лицензированные врачи, а доход храмов от пожертвований не облагается налогом и, соответственно, происхождение этих денег никто не проверяет. Поэтому лечебницы при храмах освобождены от обязанностей имперских больниц.

Получается идеальное место для лечения после разборок с вражеской гильдией. Особенно, когда твоих людей может за день поставить на ноги сверхчеловек-целитель.

Даже понятно, почему Аннабель не работает настоящим врачом в имперской больнице. Кто там позволит ей обирать пациентов?

– Если ждешь благодарностей, то зря. Я свалю отсюда сегодня же, и, надеюсь, мы больше никогда не увидимся.

Тони отвечает молчанием.

– Но перед этим я задам один вопрос и постарайся ответить честно. Жрица назвала тебя "Власко". Что это за прозвище такое дебильное?

К моему удивлению, Тони разражается смехом.

– Хех, я бы обиделся, но сделаю скидку на то, что мы давно не виделись! – отсмеявшись, говорит он. – Это фамилия моей жены. Я взял ее, чтобы… ну, согласись, Антон Антонов звучит так себе…

Под моим пристальным взглядом Тони смущенно поднимает руки.

– Ха-ха, не бери близко к сердцу, Тин-Тин!

– Жена, значит, – протягиваю я и невольно морщусь от неприятных воспоминаний. – У меня тоже могла бы быть жена…

– Ты знаешь, что это не так, – хмыкает смуглый. – Она лгала тебе, так что…

Я подрываюсь с кровати.

– Заткнись! Я наслушался твоего дерьма еще в приюте!

– Но ты знаешь, что я прав.

Меня начинает трясти от ярости. Еще чуть-чуть, и я снова наброшусь на этого ублюдка.

– Я могу доказать свои слова, – говорит Тони, заставляя меня остановиться в дверях. – Приходи в ночной клуб "Альфа". В любое время.

***

– Система, я – эспер?

Обряды, поклонение и слушание вед среди последователей культа из числа мирян проходят в главном зале храма, где стоит гигантская статуя Берегини с алтарем для подношений.

Но для служителей культа, жриц и жрецов всегда отведена специальная зала – молельня. В одной из таких я сейчас и нахожусь.

Помещение в двадцать пять, тридцать квадратных метров из гранита и белого мрамора. Без окон, но с вентиляцией. Пол устлан дорогим ковром, вдоль стен стоят стеллажи с книгами и ритуальными инструментами. Тут и там закреплены культовые обереги и символы. У дальней стены возвышается алтарь с благовониями.

Без пресловутых статуй. Настоящее живое дерево. Украшенное оберегами, драгоценными камнями, золотыми и серебряными оберегами. Метра полтора в высоту. С неестественными золотистыми листьями и…

Проклятье, если приглядеться, то в серебристом стволе можно разглядеть очертания женской фигуры!

Никогда не видел ничего подобного. Какой-то уникальный вид, культивируемый в стенах храмов. Вопрос лишь в том, как дерево может выжить без солнечного света или хотя бы ультрафиолетовых ламп?

Нет

Отвернувшись от алтаря, я какое-то время вглядываюсь в застывшую в воздухе синюю табличку.

Наконец я формулирую следующий вопрос:

– Значит, ты знаешь, откуда у эсперов их силы?

Да

– Кто здесь?!

Медленно обернувшись, я обнаруживаю застывшую в дверях Старшую жрицу храма. Похоже, вопросы для Системы придется отложить на потом.

– Ты? Что ты здесь делаешь? – изящные бровки сходятся домиком. – Это священное место и предназначено оно только для служителей храма!

Разглядывая сексуальную фигуру культистки, я ухмыляюсь.

– Вас-то я и ждал, достопочтенная Аннабель…