Текст книги "Измена. Хочу тебя разлюбить (СИ)"
Автор книги: Чарли Ви
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)
Annotation
Громов, высокий широкоплечий красавец, с самого детства был моей единственной любовью, но никогда не замечал меня.
Однажды он сам вторгся в мою жизнь с предложением стать его женой. Казалось – вот оно, мое седьмое небо счастья!
Рано обрадовалась.
Сразу после свадьбы я застала его... на другой.
❤️очень эмоционально
❤️властный герой
❤️измена
❤️ХЭ
Измена. Хочу тебя разлюбить
Глава 1. Измена
Глава 2.
Глава 3. Ты не такой
Глава 4. Козёл
Глава 5. Ксюша
Глава 6. Не хочу
Глава 7. Надоела
Глава 8. Подруга
Глава 9. Громов берегись
Глава 11. Новые правила игры
Глава 13. Девственница
Глава 16. У мамы
Глава 17. Для чего нужны губы
Глава 18. Урок окончен
Глава 19. Деловая встреча
Глава 20. Ты моя.
Глава 22. Что случилось?
Глава 23. Одиноко
Глава 24. Новости
Глава 25. Наш малыш
Глава 26. Ты мне больше не нужен
Глава 27. Я уезжаю
Глава 28. К ней
Глава 29. Кому цветы?
Глава 30. Дай мне шанс.
Глава 33. У костра
Глава 34. Утро страшнее ночи
Глава 36. Не стоит думать о будущем
Глава 37. Баня
Глава 40. Мы подруги?
Глава 41. Догадайся
Глава 42. Подарок
Глава 43. У вас красивая жена
Глава 44. Она врёт
Глава 46. Перемирие
Глава 47. Мама
Глава 48. Яне хочу тебя видеть
Глава 49. Сестра
Глава 50. Ты что дурная?
Глава 52. Ещё раз увижу...
Глава 53. Свидание
Глава 54. Я любима
Глава 55. У Макса и Ксюши
Глава 56. Подарок
Эпилог
Измена. Хочу тебя разлюбить
Глава 1. Измена
Я замерла в ожидании. Прислушалась. В правом крыле дома царила тишина, будто все забыли обо мне. Это было довольно странно и обидно, ведь я была второй день замужем, но муж до сих пор не пришёл в мою спальню, чтобы воспользоваться своим правом на супружеский долг.
Если ещё вчера я всё списала на суету, гостей и усталость, то сегодня уже не знала, что и подумать об этом.
“А может он ждет меня в своей спальне? – осенила меня неожиданная мысль. – Вот ведь глупая какая. Сижу жду его, а он, наверно, ждёт у себя. А может и уснул”.
От этих мыслей я подскочила с огромной двуспальной кровати и спешно накинула халат. Прохладный шелк скользнул по коже рук и плеч, лаская её нежным прикосновением. Я зябко поёжилась и подошла к окну, чтобы его прикрыть. Последний всполох солнца мигнул за верхушками деревьев и исчез. Руки от волнения немного дрожали, а воображение услужливо подбрасывало всё новые бесстыжие образы мужа. От одного его взгляда мои ноги подкашивались и становилось трудно дышать, а что будет со мной, когда он дотронется до меня. Не так как он дотрагивался до остальных, а как должен касаться муж своей жены. От этих мыслей сердце ещё сильнее затрепетало в груди.
“Так, успокойся София, пора прекращать витать в облаках, а иначе я до его спальни так и не дойду, и грохнусь где-нибудь в обморок. Будет еще тот конфуз”.
Я приоткрыла дверь в коридор, выглянула. Никого. На цыпочках словно воришка прокралась по коридору до лестницы, перевела дыхание и так же тихо преодолела оставшуюся часть до спальни Глеба. Это было его условие спать в разных комнатах. “Ну, у богатых свои причуды,” – подумала я в тот момент и не придала большого значения.
Дубовая массивная дверь была немного приоткрыта и прежде, чем войти и предстать перед мужем, я замерла в нерешительности. Несколько раз глубоко вздохнула, успокаивая разбушевавшееся сердце и нервы. Именно в этот момент услышала странные ритмичные звуки. Я снова замерла, опять прислушалась.
Тук-тук-тук.
Звук сливался с биением моего сердца и ускорялся вместе с ним. Я взялась за дверную ручку и приоткрыла дверь. Огромная спальня с высокими потолками была тускло освещена одиноким торшером, который стоял рядом с кроватью. Но даже этого света мне хватило, чтобы разглядеть широкую спину моего мужа, упругие ягодицы и женские ноги над ними, обвивающие его за талию. А ритмичный стук – удары изголовья кровати о стену – все больше нарастал, а частое постанывание незнакомки, намекали на скорый финал.
Мой. Муж. Спит. С другой. Женщиной.
Отчеканил внутренний голос в мозгу.
А затем и сердце истошно закричало, взрываясь осколками боли.
Мой муж спит с другой женщиной!
А я продолжала стоять, глядя на его мощную спину, к которой так хотела всегда прикоснуться, но стеснялась, слушала тихие возгласы незнакомки, которую он предпочёл любить вместо меня. Я молчала, совершенно не понимая, как поступить.
Теперь мне всё стало ясно. Все его слова о свободе, о чётком разделении кто где должен спать и чем я должна заниматься. Но, наверно, не было смысла его винить. Я сама знала на что шла. Хотя, конечно, не могла предположить, что те пункты подписанного договора подразумевают других женщин. Мне даже в голову такое не приходило. Когда Глеб сделал мне предложение я всё время пребывала в эйфории от осознания сбывшейся мечты. Мечты, которая казалась недосягаемой, словно звезды на небе. С трудом заставила себя отвернуться, усилием воли отпустила ручку двери.
– Как же хочется пить, – промурлыкала незнакомка.
Её слова заставили меня попятиться. Нет. Я не хочу быть пойманной здесь за дверь. Не переживу ещё и это унижение. Нет. Прочь отсюда. Прочь!
Глава 2.
Вбежала в комнату и в бессилии упала на кровать. Уткнулась в подушку, чтобы поскорее выкинуть из воспоминаний страстную сцену свидетелем, которой стала. Но слёз не было, только в груди ширящаяся боль разъедала душу. Я чувствовала себя не просто отвергнутой или преданной, а недостойной его любви и внимания.
Глеба я знала с самого детства. Мы жили на одной улице в частном секторе. Только вот их кирпичный двухэтажный дом был в несколько раз больше нашего обычного деревянного рубленного. Да и сам Глеб был старше меня на семь лет, и сколько я себя помнила никогда не замечал меня.
Я же, как и половина девчонок из школы, была влюблена в него. Когда пошла в пятый класс он уже учился в одиннадцатом. Звезда школы, спортсмен, отличник, спокойный, рассудительный, красивый – как можно было не любить его?
После одиннадцатого класса он уехал. Иногда я слышала обрывки новостей и сплетни про него, иногда его мама хвасталась достижениями своего сына, когда я приносила ей молоко, которое они покупали у нас. А я слушала её, затаив дыхание, не упуская никаких подробностей и мелочей.
От неё я узнала, что он окончил экономический вуз, начал своё дело и успешно раскрутился. Раз в год он наведывался к родителям. И каждый раз пытался увезти их к морю, на юга, но родители отказывались. Им было жаль бросать свой дом, привычный уклад жизни.
А пока Глеб покорял сердца модельных красавиц и поднимал свой бизнес на новый уровень, я закончила одиннадцатый класс, но вместо того, чтобы ехать поступать в город, мне пришлось остаться, чтобы ухаживать за мамой. Разрыв капилляра от высокого давления превратил её в молчаливую неподвижную копию мамы. Той живой и энергичной какой она была сколько я её помнила, врачи сказали она уже никогда не будет.
На меня легла вся ответственность: по хозяйству, дому, заботе о маме. С отцом мама развелась, когда мне было восемь и он исчез из нашей жизни. В городе жила старшая сестра, но она строила свою
жизнь. Я не винила её в этом, всё-таки она уехала ещё до того как маму парализовала, нен бросать же ей учёбу из-за этого. Хотя в душе я завидовала её целеустремленности. А мне пришлось забыть о поступлении и свободе. Мечты хоть ненамного приблизиться к Глебу остались просто мечтами.
А месяц назад всё изменилось. Как же я была счастлива, когда внезапно увидела его на пороге хлебного магазина, в котором работала. В тот раз он так же не заметил меня. Такой деловой, высокий, модный. С возрастом он стал еще мощнее, а я любовалась его внешностью с преданностью фанатичной дурочки. Он выделялся из толпы, сразу бросалась в глаза дорогая одежда, идеальная стрижка, ухоженная борода. Словно к нам снизошла звезда всемирного масштаба. Я могла поспорить, что его часы стоили дороже, чем весь бизнес хозяина магазина, в котором я работала. И каждый был горд сказать, что я учился с ним, сидел за одной партой или когда-то просто пожал руку.
В тот раз он заехал за хлебом по просьбе матери, но привоза ещё не было, машина задержалась. Смущаясь и робея предложила, что принесу хлеб сама, на обед я закрывала магазин.
Тогда моя персона впервые удостоилась его мимолетного, но благодарного кивка.
Как же я летела к ним с этим хлебом, в надежде еще раз увидеть его и вновь ощутить его секундное внимание. Наверно, тогда я и попала, как говорится, в нужное время в нужном месте.
Татьяна Дмитриевна – его мама, увидев меня, начала расхваливать мои суперспособности прилежной дочери.
– Какая Софушка молодец. И за мамой присматривает, и работает, и по хозяйству умелица. Везде успевает. И не пьёт и не курит, замечательная девочка.
От её слов щеки вспыхнули, лицо залилось краской, неприятная особенность светлой кожи – при волнении лицо становилось красным, шея и грудь покрывались пятнами, а после слез и того хуже, поэтому я старалась никогда не плакать, чтобы не пугать окружающих.
Я с трепетом вспомнила тот долгий оценивающий взгляд Глеба, словно он только узнал о моем существовании.
Теперь то я понимала для чего нужно было это показательное выступление. Меня прорекламировали словно товар, который внезапно стал востребован. А через два дня Глеб заявился с предложением пожениться.
Я как раз пекла пироги, руки были в муке, на талии передник и он сошедший с Олимпа к несчастной смертной.
– Мне нужна жена. Верная и послушная. Если согласишься забудешь о проблемах с деньгами, твою маму направлю в городскую больницу и оплачу всё лечение. Согласна?
Его предложение прозвучало так неожиданно, что я с минуту только осознавала сказанные слова. Несомненно мне хотелось согласиться, хоть и выглядело всё очень странно. Хотелось быть рядом с ним, засыпать в одной кровати, чувствовать его ласки, ведь я даже не дружила ни с кем и в свои двадцать два всё еще оставалась нетронутой мужчиной. А возможность вылечить маму лишь добавляла уверенность в правильности решения. Что нужно было мне ответить в тот момент?
Конечно же, я согласилась.
Всё произошло, как и говорил Глеб. Он сдержал обещания, а в день свадьбы подписали брачный договор. Помнила лишь несколько пунктов из него, хотя читала и перечитывала, но от волнения никак не могла сосредоточиться и вникнуть в смысл прочитанного.
Я подняла голову с подушки, стены давили и не давали вздохнуть полной грудью. Мне нужен был воздух. Я встала с кровати, спустилась на первый этаж и вышла на террасу. Июньский вечер дыхнул в лицо порывом ветра, который освежил прохладой разгоряченную голову. Стало немного полегче. Спустилась со ступенек и присела на лавочку возле кустов рододендронов. Подняла голову всматриваясь в глубину сада, и неожиданно справа заметила тлеющий огонёк, который осветил лицо Глеба.
Глава 3. Ты не такой
От неожиданности я вздрогнула и уже готова была сорваться с места и сбежать. Видеть его сейчас мне совсем не хотелось, но его вопрос, заданный низким подчиняющим себе голосом, пригвоздил меня к месту.
– Что ты здесь делаешь?
Слова приклеились к языку и я никак не могла их произнести. Как себя вести с ним? Сделать вид, что ничего не знаю или показать, что обижена?
И пока я молчала, обдумывая ответ, он медленно подошел ко мне.
На нем были надеты только джинсы, а я не могла оторвать взгляд от его голого торса и черных завитков на груди. Я конечно, видела и раньше полуголых мужчин, но они не шли ни в какое сравнение с Глебом.
– Следишь за мной? – снова спросил он.
– Нет. Просто вышла подышать свежим воздухом.
Я удивилась как уверенно звучал мой голос, даже не дрогнул ни разу.
– Включи кондиционер в комнате.
– Мне хотелось прогуляться по саду.
– Ты не должна выходить из своей спальни после полуночи, – недовольно заметил Глеб. – Разве ты забыла этот пункт в договоре?
Я кивнула, язык не поворачивался сказать, что я его вообще не запомнила.
– Тогда марш в свою комнату.
Я встала, хотела уже развернуться и уйти, но гордость всё-таки взяла вверх над разумом.
– Ты каждый вечер будешь приводить любовниц?
– Тебя это не касается.
– Я твоя жена. Пусть и два дня, но всё же…Мне неприятно знать, что ты спишь с другой, предпочитая её вместо меня.
Он нависал надо мной, мощный и угрюмый, как гора. Я чувствовала себя рядом с ним беззащитным ребенком, который случайно оказался в страшном и темном лесу. Молчание затянулось. Он протянул руку и подтянул меня к себе, развернул и надавил на спину, заставляя наклониться вперед. В недоумении я подчинилась и оперлась руками о лавку. Мне стало страшно, а когда он задрал подол сорочки и халата стало еще и стыдно. Я попыталась сопротивляться, хотела выпрямиться, но тут же получила шлепок по оголенной ягодице. От неожиданности я вскрикнула.
– Ты должна подчиняться мне. Поняла? – его голос звучал грозно.
– Да, – промычала я.
В следующее мгновение его пальцы прикоснулись к бедру, скользнули выше. Он грубо смял ягодицу и неожиданно нежно погладил, горевшую от шлепка, кожу. И хоть я была зла на него и обижена, но тело предательски выгнулось. Это было и унизительно и волнующе одновременно. Жар возникший внизу живота смутил меня.
– Встань, – снова приказал он.
Я выпрямилась, ожидая дальнейшего развития событий.
– Свой цикл знаешь? – спросил он.
– Какой цикл?
– Менструальный.
– Знаю.
Я повернулась к нему лицом, пытаясь заглянуть в глаза.
– Когда овуляция?
– Через неделю.
– Значит, приду к тебе через неделю. А сейчас бегом в спальню.
Я хотела ему сказать, что не готова спать с ним после любовниц, но он еще раз хрипло повторил.
– В спальню, я сказал.
Не подозревая чего ещё можно от него ждать, я послушалась. Вбежала на террасу и, не оглядываясь, пронеслась по лестнице наверх и не остановилась пока не оказалась в своей комнате.
Только сейчас я начала понимать, что всю жизнь была влюблена в идеальный образ, который сама придумала. Глеб Громов был совсем не таким, как я себе его представляла. Сердце колотилось, как сумасшедшее, произошедшее в саду противоречило всему, что я знала о браке и отношениях между мужем и женой. Я, конечно, видела неудачные браки соседей, когда муж пил и по пьяни избивал жену, но мне казалось, что у богатых людей всё совсем по-другому. Муж любит и лелеет свою жену, а в семье идиллия и гармония. Но чтоб вот так! Просто задрал сорочку и… и шлепнул.
Я провела дрожащими ладонями по шелковой ткани расправляя её. Неужели так будет постоянно? И почему именно неделю ждать? Почему он не захотел продолжить сейчас?
Хотя всё правильно, я не должна желать его, ведь он оскорбил меня тем, что привёл другую.
Вот только разбуженное им желание продолжало ныть, мечтая о его руках и чём-то большем.
Я без конца прокручивала наш короткий разговор в мыслях и ругала себя за свою робость и тугодумие. Ну почему хорошие правильные ответы приходят на ум значительно позже? Зачем я вообще слушала его? Надо было встать и уйти. И кто сказал, что я вообще впущу его в свою комнату через неделю. А может это прописано в договоре? Так, значит, первым делом надо заглянуть в бумаги, где-то в сумочке лежала копия , которую мне вручили сразу после подписания, но я отнеслась к этой бумажке довольно легкомысленно.
Я открыла дверь в гардеробную. Когда впервые сюда зашла глазам не поверила сколько дорогой и брендовой одежды появилось в моем распоряжении. Только вот покоя не давал два вопроса: как он узнал мой размер и кому принадлежали все эти наряды? Мне не верилось, что можно было купить столько одежды за раз.
Подошла к отделу с сумками. Так и есть, небрежно сложенный договор лежал в белой сумочке. Похоже я зря недооценила этот листок бумаги. Вернулась в комнату, села на кровать и с волнением развернула документ.
Сначала шли наши имена, паспортные данные, в принципе ничего необычного. Ниже перечислялись пункты как будет делиться имущество, доходы, банковские вклады, расходы, кредиты даже ювелирные украшения и меха при разводе, но ни слова о том, что я должна после десяти сидеть дома или разрешать ему приводить любовниц.
Снова вчиталась, пытаясь осмыслить написанное. Всё-таки несколько лет физического труда без тренировки мозга дали о себе знать. Но то ли уже устала, то ли мозги совсем деградировали – я так ничего и не нашла. Часы показывали три, когда я всё-таки оставила эту затея и решила дать себе передохнуть, а завтра уже посмотреть на свежую голову.
*** ***
Сквозь сон я почувствовала сладкий аромат корицы и ванили. Находясь в полудреме, мне на несколько секунд показалось, что я вернулась в детство. Это были самые приятные минуты, когда я просыпалась утром, а мама звала завтракать со свежеиспеченными булочками. Какое беззаботное было время . Я открыла глаза и тут же прищурилась: полуденное солнце уже стояло высоко и вовсю освещало спальню. Вчера в суматохе я забыла закрыть жалюзи.
Потянулась, зевнула, сладкая истома разлилась по всему телу. Вчерашний волнительно-пугающий момент с Глебом казался сейчас нереальным, словно ночное наваждение.
Я накинула халат и вышла из комнаты, чтобы посмотреть кто же это хозяйничал на кухне.
Отдельная столовая располагалась на первом этаже справа от лестницы, кухня же скромно пряталась в глубине дома. Я спустилась с лестницы, пересекла столовую, по дороге встретила Светлану Васильевну, горничную, кивнула ей в знак приветствия. Хоть ей было не больше тридцати пяти, но язык не поворачивался назвать её просто Света. Мы с ней познакомились в первый день, как я приехала в загородный дом Глеба. Или теперь я могла называть его наш дом? Хотя после вчерашнего прочтения договора я поняла, что Глеб обезопасил себя от всего. И если он захочет со мной развестись, я уйду от него, как и пришла – с голым задом. Опять же я не стремилась завладеть его богатством. Да, мне хотелось помочь маме. Да, мне хотелось поверить в сказку о том, что он внезапно влюбился в меня, но вчера все грёзы и мечтания развеялись, как туман. Ему просто нужна была кукла-болванка или марионетка, которая родит ему ребенка, а через пять лет, когда истечет договор, он сам меня выпнет. Как бы горько это не звучало, но я кажется всю жизнь любила козла.
В кухне на барной стойке стояла элегантная этажерка для сладостей, наполненная свежими круассанами. Они то и источали тот самый изумительный ванильный аромат. Кухня была пуста, поэтому я решила сначала выпить чашечку чая, а потом заняться выяснением отношений насчет договора. Хотя, как говорят, после драки кулаками не машут, но мне всё же хотелось уточнить парочку вопросов.
Не успела я съесть кусочек, как в кухню вошел Глеб. Видимо, он только приехал, потому что выглядел слегка запыхавшемся, а в руках держал ключи от машины. Как всегда он выглядел уверенно, дорого и независимо. Белая рубашка без воротника с закатанными рукавами, светло-серые брюки сидели на нём как влитые, обтягивая упругие ягодицы, и белые кеды. Заканчивали образ массивные часы, судя по всему далеко не дешевые.
Не замечая меня, он прошёл к столу, на котором стояла бутылка чистой воды и сделал несколько глотков.
Я замерла, чтобы не привлекать к себе внимания, словно боялась, что вчерашний момент может повториться. Но вдруг табурет подо мной внезапно двинулся с места, и он неприятно скрипнул металлической ножкой по керамическому полу. Глеб резко повернулся.
– Что ты здесь делаешь? – резко спросил он.
– Чай пью. Или мне и этого нельзя? – я недоумевала откуда во мне взялась храбрость произнести это. Ещё в школе меня всегда называли мямлей, потому что была очень стеснительной.
– Нет. Но не желательно. Ты должна придерживаться диеты и заниматься спортом, чтобы выглядеть соответствующе.
– Это тоже в договоре прописано?
– Нет. Это я тебе сейчас говорю, – всё так же спокойно ответил Глеб, но я видела как ходили его желваки.
– И я хотела поговорить с тобой насчет договора. Не заметила там ни одной строчки где было бы написано, что мне запрещается выходить из дома после десяти ноль ноль. Или о том, что тебе разрешено мне изменять.
Карие глаза смотрели жестко и надменно.
– Началось. До свадьбы ты была готова на всё, а как только получила статус жены, сразу претензии.
– Если бы ты сказал, что собираешься гулять направо и налево, я бы сначала подумала, – я гордо вздернула подбородок.
– Серьёзно? Ты сама веришь в то, что говоришь?
– А почему нет?
Он подошел ближе, грубо взял за подбородок, чтобы я смотрела ему в глаза.
– Мне кажется, ты немного недопонимаешь наших отношений. Я изначально сказал тебе ,что мне нужна верная и послушная жена, которая будет слушаться меня во всём. Взамен я предложил тебе помощь. Да, да. Финансовую помощь. Или ты думаешь больница и уход за твое матерью плюс лучшие лекарства бесплатно предоставляются. И мне не нужно прописывать это в договоре, ты должна сама понимать, что любое твоё неверное действие приведет к разводу и твоя мама вновь вернется домой так же, как и ты. Поняла?
– Да.
– Ну вот и славно.
Он отпустил меня, на секунду мне показалось, что он сейчас вытерет руку о штанину, но он развернулся, и уже хотел выйти, но остановился.
– Да, чуть не забыл. Сегодня курьер должен привезти карту для тебя. Распишешься, заберешь. На ней будут деньги. Так что прошу займись собой. Сходи в салон, сделай депиляцию и так далее. Сама разберешься.
После этого он вышел, а мне показалось , что он только что вытер об меня ноги.
Глава 4. Козёл
Разве так можно обращаться с людьми? Что с ним случилось за прошедшие годы?
Завтракать совсем расхотелось и я направилась в спальню.
В моих воспоминаниях он был совсем другим.
******
В то лето мы переехали из квартиры в частный дом, потому что на оплату коммунальных уходило большая часть маминой зарплаты. Она работала в местной библиотеке, и оставшихся денег едва хватало продукты. А в доме на земле был огромный плюс – свой огород.
Я сидела в кустах малины у самого забора и через щель подглядывала за Глебом. Это была моя излюбленная позиция, когда он выходил работать во двор. Особенно я обожала смотреть, как он рубил дрова. Мощным ударом топора, он раскалывал большие чурки. Хоть мне и было одиннадцать лет, но я казалась себе ужасно взрослой. В отличие от своих сверстниц я уже влюбилась по уши и трепетно хранила свою тайну.
– Софа, ты что тут делаешь?
Разглядывая соседа и перекатывающиеся мышцы на его руках, я потеряла бдительность и не заметила, как подошла мама.
От страха быть пойманной я попятилась, нога провалилась в мягкий грунт и предательски подвернулась. Я со всего маху села в крапиву.
– Ах ты негодница! Опять малину ела.
И чтобы мама ни о чем не догадалась мне тогда пришлось притвориться, что я действительно ела малину. Хотя притворяться почти не пришлось, пятая точка, ужаленная вредным растением, ужасно чесалась и горела.
– М-ма-а-ма-а, – неожиданно пронзительно завыла я. И от собственного жалобного подвывания мне стало так жалко себя, что я расплакалась от обиды.
– Ты чего ревешь? Ну поела и поела, ничего страшного. Как будто голодом тебя морю. Чего соседи подумают. А ну вылазь.
Я встала на четвереньки и поползла к просвету среди тонких и колючих кустов малины. Острые шипы цеплялись за волосы, царапали кожу на руках и лице. И когда я вылезла, мама даже ойкнула от моего растрепанного вида.
А самое страшное – над невысоким забором возвышался голый торс и голова обожаемого мной соседа. Он поднял руку в знак приветствия, а другой протянул небольшое ведёрко.
– На, держи. Это тебе. Лопай пока свежие.
Я молча подошла к нему, взяла ведёрко полное малины, и шмыгнула носом.
– Спасибо.
– Да не за что. У нас малины много, если хочешь приходи, собирай.
******
Я улыбнулась воспоминаниям и снова вернулась к реальности.
Натирая себя жесткой щеткой до красноты, мне хотелось смыть с себя деревенский налет воспоминаний о прошлом. Я всегда была чистоплотной и следила за чистотой одежды и тела, но от сегодняшней сцены меня каждый раз передергивало. Я, конечно, не супер красавица, но и не замарашка и не кривая, чтобы так ко мне относиться. Что он о себе вообще возомнил? И да, кажется, уже давно пора похоронить воспоминания о том какой он был. А ведь не зря существует поговорка, что деньги портят людей. Деньги и вседозволенность.
Впервые я чувствовала такие сильные ярость и злость. Я подставила лицо под струи воды, чтобы немного охладить голову и эмоции. Может я и мало что знаю о жизни, и договорах, но мозги у меня были. Не даром я закончила школу с золотой медалью. И я тоже могла бы быть такой же, как в коротких видео про мажоров и детей богатых родителей. Вот только кому-то в этой жизни повезло родиться в богатой семье, а кому-то нет. Сейчас же у меня есть прекрасная возможность ему доказать, что я не хуже его любовниц. Раз он не жалеет денег на это и сам сказал, что курьер принесет карту, значит, буду осуществлять свои давние мечты.
Он меня вообще не знает, но я докажу ему, что не пустое место.
От принятого решения мне стало немного легче, появился азарт.
Сейчас первым делом мне нужно было отправиться в салон. Так надо погуглить какой самый лучший в городе, Чтобы у него рожа треснула, когда он в следующий раз увидит меня. Козел.
О, еще легче стало.
Я даже улыбнулась. Никогда никого не оскорбляла, потому что жалела и всегда ставила себя на место этого человека, но сейчас я совершенно не понимала Глеба. И если он позволил себе так обходиться со мной, то и я буду так же. Главное не переусердствовать и продержаться до маминого выздоровления, а там можно и на развод подать. его денег мне совсем не надо, пусть подотрется ими.
И еще надо что-то решить с предохранением, если он вдруг действительно нагрянет в мою спальню, я должна точно быть уверена, что не забеременею. Такие не должны вообще размножаться.
Я вышла из душа, вытерлась и надела на себя светло зеленое платье с глубоким вырезом. Мне показалось, что оно отлично будет гармонировать с золотистым цветом моих волос. Посмотрела в зеркало и осталась довольна.
По дому разнеслась мелодичная трель, наверно, курьер приехал. Я торопливо попыталась пригладить копну волос, но без щетки фена здесь было не обойтись. Однозначно надо начать сегодня со стрижки.
Схватила паспорт и выскочила из комнаты. Сбежала вниз по каменной лестнице и вышла на парадное крыльцо. Металлическую калитку уже открыла Светлана Васильевна и пропустила молодого парня во двор. Я расписалась в бумагах, он передал мне карту, вежливо попрощался и вышел через калитку, напоследок одарив улыбкой.
Ну вот это ли не доказательство, что я симпатичная и могу нравиться мужчинам.
На карте были выбиты непривычная фамилия на латинице GROMOVA SOFIA .
Очень интересно, а какой здесь лимит?
Глава 5. Ксюша
Ну что ж, пришло время осуществить задуманное.
Я высушила волосы, прошлась по ним утюжком, чтобы не стыдно было перед парикмахером, схватила сумочку и спустилась в гараж, где были припаркованы премиальные марки машин. Водить я не умела, хотя всегда мечтала. Но еще до свадьбы Глеб сказал, чтобы я перемещалась по городу только с водителем. Николай Павлович – мой водитель, уже ждал в машине.
“Мой водитель…звучало как-то мажорски и немного высокомерно, но классно".
– Куда едем?
– Сейчас, секундочку. Надо загуглить.
– А что ищите? Может я смогу вас сориентировать?
Кажется с водителем мне очень повезло: светловолосый мужчина за сорок с добрыми голубыми глазами и приветливой улыбкой.
– Мне нужен самый лучший салон города, – я смущенно улыбнулась и посмотрела в зеркало заднего вида.
– О, так давайте я отвезу в салон, которым пользуется ваш муж?
– Это было бы чудесно.
****
Салон куда привез меня Николай (в процессе общения, я предложила ему отказаться от обращения по имени отчеству) больше напоминал дворец, чем салон. Как всегда меня охватил страх и робость, словно я безбилетница, которая пыталась пробраться в зал кинотеатра. А еще стало страшно, что как в фильме “Красотка” меня прогонят и не захотят обслуживать.
– Вам только стоит сказать, что вы жена Громова, вас оближут с головы до ног, – словно прочитав мои мысли, подбодрил меня Николай.
– Он так богат и известен? – он загадочно улыбнулся и пожал плечами.
– Ладно. Я пошла.
Вздохнула и поднялась по белым полированным ступеням. К моему удивлению, когда я вошла в зал никто даже не обратил на меня внимания. Каждый был занят своим делом.
Салон класса люкс и это читалось во всём. Интерьер в стиле минимализм, контраст белого и чёрного. Множество точечных светильников на потолке, металлические люстры выполненные на заказ, белая мебель, мраморный пол.
За ресепшеном находилась девушка администратор с приятной внешностью, высокий хвост отливал здоровым блеском. Она улыбнулась голливудской улыбкой.
– Добрый день! Чем я могу быть полезной?
– Здравствуйте. Мне нужны все процедуры, начиная от головы и заканчивая ногами.
Улыбка девушки стала ещё шире.
– Давайте пройдемся по списку услуг и процедур, чтобы я могла сориентировать вас по цене.
Кажется мой вид заставил её сомневаться в платежеспособности.
– Цена не важна. Самое главное, чтобы всё было сделано сегодня и в самом лучшем виде.
В детстве я мечтала быть актрисой и сегодня, наконец, применила свои способности актерского мастерства, чтобы выдать себя за богатую, сорящую деньгами миссис, хотя внутри от напряжения всё звенело.
– Мне надо понимать каких мастеров необходимо задействовать.
– Ок.
Мы прошлись по всему прайс листу. Я записала на стрижку, маникюр, педикюр, несколько видов массажа, депиляции, какие-то названия я даже не знала, но кивала с умным видом, добавляя к и так уже внушительному списку.
– София, привет! Как я рада тебя видеть! – позади меня раздался женский голос. Я повернулась. На меня смотрела рыжеволосая красотка и лучезарно улыбалась. Её лицо показалось мне знакомым, но я никак не могла вспомнить откуда.
– Привет!
– Ты что не узнала меня? Я Ксюша Отрадная, девушка Максима Воронцова.
Я нахмурила брови, напрягая память, но так и не могла вспомнить их имён.
– А Макс друг Глеба. Ну? Вспомнила? Мы были на вашей свадьбе.
Только тогда я начала припоминать обворожительную девушку в красном, которая присутствовала на церемонии, но выглядела совсем по-другому: дорого и стильно, словно фарфоровая статуэтка. Сейчас же она имела более приземленный и доступный вид, как обычная девушка. Хотя её рыжие волосы привлекали внимание и выделяли из толпы.
– А, вспомнила. Но ты на церемонии была совсем другая. Даже не узнать.
Ксюша звонко рассмеялась.
– Богатой буду. А я как раз хотела тебе сегодня набрать и пригласить в кафе. Нам женам таких бруталов стоит держаться вместе.
Она так легко разговаривала и вызывала симпатию, словно мы были знакомы всю жизнь.
