Текст книги "Развод. Цена моего прощения (СИ)"

Автор книги: Чарли Ви

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Глава 23

Молчу. Специально прикусываю кончик языка, чтобы не ответить ей что-нибудь резкое. А меня ведь так и подмывает. Никогда не понимала, когда лезут в чужую жизнь. Но с другой стороны, я ведь сама спросила. Прелесть таких людей, как Жанна в том, что они всё говорят в глаза. Пусть грубо, пусть бестактно, но зато за спиной шептаться не будет…наверное. Может, поэтому Кир с ней и дружит.

– Ну, всё. Готово.

Жанна довольно улыбается. И предлагает подойти к зеркалу. Она даже платье заставила другое надеть, забраковав моё. Слишком строгое, был её вердикт. Зато её платье чересчур открытое. Тонкие лямки вообще напоминают комбинацию.

Когда подхожу к зеркалу и вижу себя, испытываю странные чувства. Это и удивление, и радость. Удивление оттого, что макияж настолько лёгкий и идеальный, что почти не заметен. Я больше всего боялась, что буду выглядеть как штукатурная доска. И волосы вроде небрежно собраны в пучок, но эта небрежность аккуратная, натуральная. Вот только платье всё открытое. Грудь чуть не вываливается.

– Ну? Чего замерла? Не нравится?

Я тяну края выреза на груди, пытаюсь их хоть немного соединить.

– Может, брошью застегнуть? А то как-то открыто очень.

– Ты их сразить всех хочешь или чтобы тебя в монашки записали?

– Ну, хотелось бы не быть хуже… – и помолчав добавляю. – И Кирилла не опозорить.

– Ты за Кирилла не переживай. Они ему слово поперёк сказать боятся. А стоит ему представить тебя как жену, все захлопнутся. Вот только ты особо не верь никому, они в глаза улыбаются, а за спиной обсуждают.

– Это я уже знаю.

Снова оборачиваюсь к зеркалу.

– А вдруг скажут, что жена, как проститутка одета, – волна сомнений накатывает вновь.

– Господи. И где Кир тебя такую откопал? А тебе ли не по хрен, что о тебе подумают? Твоя главная цель Кирилл. Ты в первую очередь должна нравиться ему. Поняла? И если он тебя там же в сортире не трахнет, всё пиши пропало. Значит, уйдёт с другой.

Я хмурюсь от её рассуждений.

– Трахнет в сортире? Но разве это нормально? А как же гордость? Уважение?

– Нет, ты, конечно, можешь отказать ему, чтобы отстоять своё уважение. Вот только иметь он будет тогда другую.

– Дичь какая-то. Мы что в первобытном обществе находимся. И людьми управляют инстинкты?

– Когда у мужика бабла до хрена, он живёт по принципу, что хочу, то и делаю. Во всяком случае, я тебе рассказываю свои наблюдения. И это совсем не моё мнение, это то, что происходит в жизни. Людьми правит похоть и желание получать удовольствие. И твой Кир сам не раз это подтверждал. Если он изменится и будет к тебе относиться по-другому, считай это единственный случай из тысячи или из миллиона. Ну, не знаю, как-то так. И если тебе важно моё мнение, то ты выглядишь шикарно. Ещё плечи расправь, грудь вперёд, она у тебя красивая, и ты должна гордо её нести перед собой. Высокомерный взгляд, такой, что тебе плевать на всех. И вуаля, все будут у твоих ног.

Ох… Жанна так говорит, что я начинаю внутренне всё это чувствовать. Выпрямляю спину, поднимаю подбородок. Главное – не упасть, а то каблук просто высоченный.

Время близится к шести. В комнату входит Кирилл в сером костюме, который оттеняет его смуглую кожу. Он пробегается по мне глазами, и я сразу забываю и про спину, и про подбородок. Хочется накинуть на себя что-нибудь. Меня пугает его голодный взгляд.

– Готова? – отрывает глаза от меня и переводит на Жанну. Та загадочно улыбается.

– Как видишь, готова. Доволен?

– Вполне.

Лицо ничего не выражает, но я замечаю, как поднимается его кадык и он сглатывает. Значит, понравилось, как я выгляжу? Можно немного выдохнуть. Кир подходит ко мне, только сейчас я замечаю у него в руках коробочку. Он открывает её, и я вижу внутри на бархатной ткани сверкающее колье.

– Какое красивое, – восхищаюсь я, рассматривая искусно выполненную ювелирную работу и переливающиеся грани камней.

– Тебе.

Даже Жанна охает от восторга. Кир надевает колье мне на шею, а серьги надеваю я сама.

– Вот за что я тебя уважаю Кирилл, так за то, что ты не жмот! – хвалит его Жанна. Вижу, как он сдерживает улыбку, но всё равно видно, что ему приятно. Мне хочется его обнять, но не думаю, что сейчас самое лучшее время для этого.

– Спасибо! – благодарю его, он кивает, принимая мои слова.

Сверху на платье я накидываю меховую накидку. Она приятно ласкает мою кожу и мне, наконец, становится уютно.

Идём к машине, за рулём водитель, а мы садимся на заднее сидение. У меня колотится сердце от волнения. Всё-таки не каждый день я посещаю приёмы и банкеты. Чувствую себя золушкой, которая едет на бал. Лишь бы в двенадцать часов платье не превратилось в тыкву.

Машина трогается.

Рука Кира ложится на моё колено, я смотрю на него и встречаюсь с ним взглядом.

– Ты очень красивая, – говорит едва слышно, что, кажется, мне померещилось. Он точно что-то сказал?

Рука скользит выше по ноге, останавливается на бедре на секунду и поднимается выше к груди. Отводит в сторону накидку. От его взгляда и прикосновений я снова напряжена. А соски вот-вот проткнут тонкую ткань платья. Его рука ныряет под вырез и зажимает торчащий сосок между указательным и средним пальцем. Это мучительно сладко. Я замираю. Задыхаюсь. Меня бросает в жар. А он лишь слегка крутит его и продолжает пристально смотреть мне в глаза.

– Кир…

– Что?

– Если ты не перестанешь, я боюсь не смогу выйти из машины, – шепчу как можно тише, чтобы не услышал водитель.

– Мы вообще можем не ехать никуда, если захочешь.

– Зачем мы тогда собирались?

– Просто.

Он убирает руку и отворачивается к окну.

Да что такое? У меня всё тело дрожит, а он как будто железный и бесчувственный. Куда исчез мой больной Кирилл, с которым я спала сегодня ночью. Он играет со мной? Нравится наблюдать, как я возбуждаюсь? А сам? Неужели не возбудился?

Накопленная страсть оборачивается злостью на него. Меня бесит, что он играет со мной, как с собачкой. Захотел, потискал, захотел, отпустил.

Пододвигаюсь к нему и кладу руку на ширинку. Мне тоже хочется понять, как быстро он встанет. Но ждать и не надо, под плотной тканью брюк я чувствую твёрдую степень его желания. Поглаживаю пальцами, не думала, что мне понравится трогать его.

– Лена, – судорожно выдыхает. – Лучше не надо.

– Тебе же можно меня трогать, я тоже хочу.

Придвигаюсь ещё ближе.

– Лена, нет, – стискивает мою руку и отрывает от себя. – Не сейчас.

– Почему?

Я совершенно его не понимаю.

– Потому.

Оставшийся путь едем в молчании. Каждый смотрит в своё окно. Как только приезжаем к ресторану, в котором проходит банкет, Кир берёт меня за руку и ведёт за собой. Его рука придаёт мне уверенности. Двери распахиваются перед нами, пропуская внутрь. Множество светильников, огромные люстры свисают с потолка и ослепляют своим светом. А следующее, что я вижу – это множество глаз устремлённые на нас.

Глава 24

Кир держит меня за руку, а мне хочется спрятаться за его спиной. Но вспоминаю слова Жанны. Поднимаю подбородок, расправляю плечи. Сначала к нам подходит одна пара. Кир представляет нас, я киваю, они здороваются за руки. Затем подходит другая пара. Каждый норовит сделать мне комплимент.

– Что за прекрасная спутница с тобой? – интересует дама пятидесяти лет. Кажется, она представилась, что её зовут Марианна, фамилию я уже не помню.

– Это моя жена, – отвечает Кир, не думала, что мне будет так приятно слышать от него эти слова. В груди растекается тепло.

– Как жена? Неужели ты женат? – Удивляется дама.

– Женат. Уже шесть лет. И даже сын есть.

– Бог ты мой! Кирилл! Как ты мог скрывать так долго свою изумительную прекрасную жену.

– Она маленькая, это не сложно, – шутит Кирилл. А дама смеётся так, будто ей анекдот рассказали. Чувствуется фальшь и мне неприятно.

– Дорогая, вы обязательно должны побывать у меня в салоне. У вас такая интересная внешность. Теперь я хочу вас запечатлеть.

Мы благодарим её и отходим в сторону. Навстречу уже идёт другая пара, желающая поприветствовать чету Демидовых.

После вереницы сменяющихся лиц, я уже не помню никого. Все имена смешиваются так же, как и лица. Мужчины делают мне комплименты, женщины мило улыбаются, но я чувствую их взгляды, которые прожигают мне спину.

– Кого я вижу, – сначала слышу знакомый голос, а потом только вижу Игоря Черномазова.

Слава богу, хоть одно знакомое лицо.

– Да никак это чета Демидовых.

Кирилл улыбается и здоровается с Игорем.

– Лена, ты красотка. Кто бы мог подумать, – хвалит Игорь меня и бегло осматривает.

Чувствую, как Кир напрягся.

– Даже не знаю, как воспринимать твои слова, как комплимент или оскорбление, – я смеюсь, когда вижу удивлённый взгляд Игоря и спешу объяснить. – Не ужели ты платье и украшение так меняют человека. Я всё та же Лена. Красивее не стала.

– Не та же. Что-то в тебе изменилось, – серьёзно замечает Игорь.

Мимо проходит официант с бокалами шампанского. Кирилл берёт два бокала и один протягивает мне.

– Я не пью, – отказываюсь я.

– От одного бокала с тобой ничего не случится.

Не хочу с ним спорить, поэтому беру бокал. Кирилл и Игорь о чём-то переговариваются, а я осматриваюсь ещё раз. Сейчас, когда волна знакомств спала, я могу спокойно всех рассмотреть. Делаю глоток, пузырьки щекочут нос. А не так всё и страшно. И люди вроде адекватные и никто не показывает на меня пальцем. Хотя, наверно, это всё благодаря Кириллу.

Делаю ещё глоток. Поворачиваю голову и вижу, как к нам идёт Наташа, помощница Кира. Её здесь ещё не хватало. Что она здесь делает? Так и хочется спросить Кира, но я молчу и наблюдаю, как она грациозно подплывает к моему мужу.

– Приветствую. Игорь, Кирилл, – она тянется к Кириллу, видимо, желая обнять и поцеловать в щеку. Но он держит её на расстоянии и не даёт к себе приблизиться больше, чем на полметра.

По лицу Наташи проскальзывает недовольствие, но тут она берёт себя в руки и натягивает улыбку.

– Елена Александровна, выглядите превосходно, – Наташа делает мне комплимент и отходит в сторону. На ней длинное чёрное платье, которое обтягивает её стройное тело, как вторая кожа. Она напоминает мне гадюку. Даже движения у неё такие же плавные. Рядом с ней я чувствую себя первоклашкой, до такой выдержки и умения себя подать, мне ещё учиться и учиться.

Но после её ухода я выдыхаю. Я боялась, что Кир ответит на её прикосновения или позволит себя поцеловать. И то как он себя повёл, мне очень нравится. Может, всё-таки у него есть ко мне хоть какие-то чувства. Мне кажется, мы в последнее с ним сблизились, и не хотелось бы в нём снова разочароваться.

Через полчаса выпитое шампанское даёт о себе знать, и я начинаю искать глазами дамскую комнату. Но зал такой большой и народу много, что я не могу сориентироваться. Приходится уточнить этот вопрос у Кирилла. Вижу, что он собирается сопроводить меня.

– Ты мне только направление покажи, а я сама справлюсь. Не хочу отвлекать тебя.

Кирилл кивает и показывает, куда идти.

Голова немного кружится, я стараюсь идти медленно, чтобы не расстелиться. Миную зал и, как говорил Кир, в конце прохода вижу указатель. В туалете захожу в одну из кабинок. Делаю свои дела. И внезапно в тишине туалета слышу отчётливо голос Наташи.

– Ну Кирилл. Давай встретимся. Я соскучилась.

Неслышно, что он ей отвечает, а у меня ледяная рука сжимает внутренности от ожидания.

– Сегодня? Отлично…да в два часа ночи супер. Силы-то после своей собачки преданной останутся, – она смеётся. И в этом её звонком довольном смехе я слышу насмешку.

Мне так больно, внутри, что хочется орать. Но я затыкаю себе рот ладонью. Неужели…Неужели всё было понарошку. Его взгляды, прикосновения…Всё это неправда? Разве такое можно сыграть? Или, может, всё-таки я себе сама напридумывала, а он и не собирался меняться?

Он же обещал мне сегодня горячую ночь. А получается сразу после меня, он хочет ехать к ней? К этой стерве. К этой сучке бессовестной.

– Жду нашей встречи, – говорит она ему на прощание и замолкает.

А я боюсь выйти из кабинки, чтобы не показать, что всё слышала. Она же от радости там светится, наверно. Как же мне хочется разбить её наглую высокомерную рожу.

Глава 25

Дверь хлопает, и я понимаю, что Наташа вышла. Теперь могу и я выйти. Смотрю в огромное зеркало напротив. Оттуда на меня смотрит незнакомка. Красивая незнакомка. Она не растеряна и совсем не видно, что расстроена. Только глаза блестят слишком ярко, наверно, это всё из-за теней и пышных ресниц.

Одна моя половина шепчет, чтобы я отпустила это всё и начала новую жизнь. Развестись, уехать, начать новую, правильную жизнь без любовниц, без сложного мужчины. Я просто хочу спокойно жить. Разве я не заслужила этого?

Но вторая половина сейчас дико бесится и не хочет отступать. Если Кирилл сможет изменить мне ещё раз после того, что было сегодня и тогда после аварии, значит, я сама себе всё придумала…тогда я хочу видеть его измену. Хочу быть уверенной, что он может вот так легко держать меня за руку, обнимать, говорить, что хочет меня и тут же договариваться с другой о встрече ночью. Да и с чего Наташа вообще взяла, что я его отпущу. При мысли о ней внутри поднимается такая волна злости, что я готова бороться, вцепиться ей в лицо, порвать платье, сделать ей так же больно, как и она мне только что. Голос разума затихает, уступая эмоциям.

Нет.

Так нельзя. Мне не восемнадцать лет, чтобы на кого-то нападать или рыдать в подушку от неразделенной любви.

Напоминаю себе в каком обществе я нахожусь, и любое проявление слабости уронит меня в глазах окружающих. Надо успокоиться.

Вдох, выдох.

Вдох, выдох.

Сейчас наоборот не надо показывать вид, что я что-то слышала. Не хочу давать повода Наташе для её радости моему проигрышу. Надо вести себя достойно. Как бы повёл себя Кир?

Я даже не задумываюсь, ответ итак ясен. Он бы отомстил. И очень жёстко. Я, конечно, в этих играх ещё новичок, но мне надо найти как ей отомстить.

Когда выхожу из туалета, ищу Кира глазами. Он стоит в дальнем зале в окружении двух девушек без пар.

Да что они все сговорились, что ли? Стоило отойти, они как сороки на серебро слетелись. Иду к мужу уверенно, как учила меня Жанна. Наши взгляды с Киром встречаются ещё до того как я подхожу. Девушки замечают это и оборачиваются, чтобы увидеть причину его внимания. Сама не понимаю, куда исчезла моя стеснительность. Я не опускаю взгляд, подхожу к Киру, девушки расступаются.

– Прошу прощения, но мне срочно надо поговорить со своим мужем.

Видеть раскрывающиеся от удивления рты дорогих куколок ни с чем не сравнимое удовольствие.

Беру Кира под руку и веду к столу с шампанским.

– Неужели ты так соскучилась по мне, пока была в туалете? – улыбается он.

– Да. Соскучилась. А ещё меня раздражают эти чайки, которые облепили моего мужа, – запальчиво заявляю я.

Блин, ну Лена. Ты должна быть сдержаннее.

– Мы можем уйти с этого вечера, – шепчет мне на ухо, а кожа покрывается мурашками. – Мы провели здесь достаточно времени, чтобы не обидеть хозяина вечера.

– Хорошо. Давай уедем, если ты проведёшь всю ночь со мной.

Смотрит на меня пристально, словно пытается мысли мои прочитать.

– Если будешь послушной девочкой, то останусь на всю ночь.

– А если нет? – с вызовом спрашиваю я.

Кир усмехается и ничего не отвечает, только вот его рука опасно спускается на мою ягодицу и крепко сжимает её.

– Нас могут увидеть, – шиплю на него.

– Плевать. Сейчас приду. Жди меня здесь. Надо попрощаться.

Он разворачивается и идёт в другой зал. А я как завороженная наблюдаю за его уверенной походкой. Только Кир ходит так, будто ему в этом мире всё подвластно. Про таких говорят самец, племенной жеребец. Своим видом он приковывает взгляды дам. Со стороны особенно заметно, как женщины смотрят ему вслед, когда он проходит мимо.

– Лена? Не могу поверить, что это ты! – поворачиваю голову и вижу перед собой светловолосого голубоглазого мужчину. Не совсем понимаю кто это. А когда понимаю, холодок пробегает по спине. Нет, только не это.

– Ты что не узнала меня? – он так искренне рад видеть меня, что даже не верится, что это тот самый Артём, в которого я была так влюблена в школе. И который так некрасиво посмеялся надо мной в одиннадцатом классе.

– Артём Ланбин?

– Да. Неужели я так сильно изменился? – он протягивает мне руку, я машинально протягиваю свою, и мы здороваемся рукопожатием. Странно, так ведь мужчины только здороваются. Но я до сих пор не могу прийти в себя от неожиданной встречи.

– Ну ты, конечно, красавица! Я уже полчаса за тобой наблюдаю и всё поверить не мог ты это или нет. Вот решился всё-таки подойти.

– Понятно.

– Знаешь, я очень рад тебя встретить. Всё это время я думал насчёт своего розыгрыша, и вот ты мне словно с небес послана, чтобы я мог исправить свою ошибку. Я хотел извиниться перед тобой. Дурак был малолетний.

Я, кажется, сплю. Артём Ланбин извиняется передо мной? Я даже о таком не мечтала.

– Простишь?

– Хорошо, – киваю аккуратно, мне будто все мышцы свело от напряжения.

– Как ты? Расскажи о себе хоть что-нибудь?

– Всё хорошо, – выдавливаю из себя. – Муж, сын, свой дом.

– Ого! Ты молодец. Я тобой восхищаюсь. Выбралась сама из этой дыры, это не каждый сможет.

– А ты как? Что о себе расскажешь? – пытаюсь перевести тему с себя. Не хочу говорить об этом.

– О, я журналист в местной газете «Городская правда». У меня, правда, ни жены, ни детей, в этом ты меня обставила, но я надеюсь ещё всё впереди.

– Конечно, всё впереди. Для мужчины это нормально жениться после двадцати пяти.

Разрешаю себе улыбнуться. Напряжение постепенно проходит. Артём что-то говорит, рассказывает без остановки, я киваю. Он не сильно изменился, только возмужал, стал шире в плечах. Хотя до Кира ему далеко, даже странно, что он мне нравился. Но я продолжаю улыбаться ему и отвечать.

– А ты была на пятилетии окончания школы.

– Нет.

– Я тоже не был. Знаю, что многие сейчас изменились. Романова говорят, растолстела после родов, больше ста килограмм теперь. А ведь мы с ней дружили. Я даже жениться на ней собирался, – смеётся, я тоже улыбаюсь.

– Не верится даже, – соглашаюсь я. – Я ни с кем не общалась после школы. ДАже не знаю у кого, как судьба сложилась.

– А нашего пончика помнишь? Он похудел, представляешь, ещё и мастером спорта стал. Я просто в шоке, как люди изменились.

– Это точно.

Тяжёлая рука ложится на мою поясницу. Я поворачиваю голову и вижу Кира. Взгляд исподлобья, сверлит и прожигает Артёма.

– Кирилл, познакомься это мой одноклассник, – спешу познакомить мужа с собеседником. – Артём, познакомься – это мой муж Кирилл Демидов.

Мне кажется, Артём даже побледнел, но пытается вести себя непринуждённо.

Кирилл кивает и тянет меня за собой.

– Кир подожди, я хотела с ним поговорить. Мы не виделись со школы.

Негатив Кирилла начинает выплёскиваться через край, я чувствую эти волны кожей. Но он всё так же молча смотрит на Артёма.

– Не может быть, сам Демидов – твой муж.

– А что в этом такого? – удивляюсь я.

– Ой, прости. Я не в том смысле. Не хотел тебя обидеть. Просто я думал, что Демидов не женат. Вы недавно поженились?

Вопрос обращён к Кириллу. Он несколько секунд молчит, потом всё же отвечает.

– Шесть лет назад.

– Ого, вот это да. И никто не знал. Вы специально скрывали свою жену, боялись, что кто-нибудь уведёт такую красотку?

– Нет. Она не уйдёт от меня, потому что я её купил.

Сердце ухает вниз, кожа покрывается миллиардами мурашек. Зачем он так со мной? Что я ему сделала? Решил показать моё место?

– О, это вы здорово пошутили! – выдавливает из себя смешок Артём.

– Я не шучу, – всё так же с каменным лицом отвечает Кирилл.

Глава 26

Задыхаюсь от разочарования. Оно цепкими пальцами вонзается в меня, разрывая в клочья тонкую нить доверия, которое только начало появляться. Не могу поверить, что он только что меня унизил. Мне стыдно поднять глаза на Артёма и увидеть такое же разочарование во мне.

Вырываю руку из цепких пальцев Кирилла и направляюсь к выходу. Не хочу находиться здесь больше ни секунды. Воздух душит. Мне надо на улицу, чтобы спрятаться от этих глаз. Я не чувствую холода, щёки горят от стыда. Когда выхожу на крыльцо, не могу остановиться, хочется бежать, идти, только не останавливаться. Зачем? Не знаю. Просто иду. Сворачиваю в какие-то дворы. Даже громкий окрик Кира не останавливает меня. Слышу его шаги, которые эхом проносятся в тишине улицы. Но я прибавляю шаг.

– Лена! – снова кричит он.

А у меня в голове только одна мысль: «На этом всё и закончится».

Не будет счастливой семьи и горячих объятий Кирилла. Я просто не смогу простить его ещё раз. Ведь теперь он всё знал. Наверно, поэтому сейчас так больно.

– Остановись сейчас же!

Он нагоняет меня, хватает за плечо, а я пытаюсь вырваться.

– Не тронь меня. Не трогай меня больше никогда, – кричу на него.

Он тянет меня на себя, я уворачиваюсь, только бретелька от платья цепляется за его пальцы, но от напора лопается и лиф платья падает вниз, оголяя мою грудь.

– Ты этого хочешь? Да? Хочешь, чтобы тебе все подчинялись? Признаёшь только силу? Ну, на. На, бери меня. Можешь прямо здесь, на асфальте, или, может, в грязи? Я ведь большего и недостойна. Ты ведь считаешь, я должна тебе ноги целовать за то, что ты меня спас из нищеты.

– Прикройся.

Кир снимает пиджак и накидывает на меня.

– Глупости не говори. Я возьму тебя дома, когда успокоишься. А сейчас идём в машину.

Смотрю на него, в его бесчувственные глаза и невозмутимое лицо. И не могу понять, где и когда он потерял своё сердце. Потому что другого объяснения я найти не могу.

– Я не вернусь больше в твой дом. Разве ты не понял ещё? Я не вернусь, – шепчу тихо, но в тишине улицы мой голос хорошо слышно.

– Не говори ерунды. Вернёшься.

– Нет.

– А я сказал «Да».

Кир подхватывает меня на руки и несёт обратно. Руки крепко прижимают моё тело к его груди. Но если утром я чувствовала возбуждение и желание, сейчас мне хочется его ударить.

– Отпусти меня.

– Нет.

Бью кулаком в грудь, но Кирилл непробиваемый. Он как робот продолжает идти.

Выходим из переулка, а на дороге нас уже поджидает машина.

Он заталкивает меня силой на заднее сиденье и следом садится сам.

– Я ненавижу тебя, – цежу сквозь зубы. – Ненавижу.

А он молчит, только смотрит пристально. Мне хочется ему сделать больно, но я не знаю его слабых мест. Может он, поэтому такой непробиваемый, что он никого не любит. Его ничем не запугать. Что можно сказать ему такого, чтобы он ощутил на себе внутреннюю боль?

Он не произносит больше ни слова. А когда приезжаем домой, и я пытаюсь проскользнуть мимо, чтобы спрятаться в своей комнате, Кир ловит мою руку и не пускает.

– Успокоилась?

– Неужели ты думаешь, что после того, что ты выкинул, мне хватит полчаса, чтобы успокоиться? Не думала, что ты такой дурак.

– Не надо было меня провоцировать, – отвечает Кирилл, не глядя на меня, и тянет вверх по ступеням.

– Я? Я провоцировала? Когда? Что я сделала?

– Когда любезничала с ним.

Я упираюсь, не хочу идти в его комнату. Не хочу его и не хочу, чтобы он меня трогал.

– Не упирайся. Ты делаешь только хуже.

– Трахай свою Наташу. А меня оставь в покое, раз ты считаешь, что я недостойна доверия. Да отпусти ты меня в конце концов.

Упираюсь ногами в ступень и со всей злостью, какая есть в душе, смотрю на него.

– Нет никакой Наташи больше. Есть только ты. И пока я не перестану хотеть тебя, ты будешь спать в моей постели. Поняла? – рявкает он меня.

И я застываю от страха, таким бешенством сейчас горят его глаза.

– Мне надоели твои истерики. Я не сказал ничего ужасного. Это была правда. Я тебя купил. Ты моя. И ты не смеешь общаться с другими мужчинами. Не смеешь уходить от меня.

– Я не твоя собственность. Я человек! И насильно ты не заставишь себя любить.

– Мне и не нужна твоя любовь. Только тело.

Подхватывает меня на руки и несёт в спальню.

– Если ты не забыла, в последний раз, когда я тебя трахал – ты визжала от удовольствия. Напомнить?

Ставит меня на пол и сдёргивает свой пиджак с моих плеч. Я прикрываю грудь, приподнимаю оборванный лиф.

Там на улице я не боялась его. Сейчас же мне страшно.

В комнате темно, он нависает надо мной. А я даже не знаю как себя защитить.

– Посмотри на меня, – приказывает Кирилл уже спокойным голосом.

Но я упрямо смотрю в пол. Не хочу его слушаться, не хочу отдавать себя ему в руки. Если возьмёт, то точно не по моей доброй воли.

Жёсткие пальцы дёргают меня за подбородок, заставляя поднять голову.

– Ты слышишь меня?

– Нет. Можешь избить меня, можешь насиловать, я больше не собираюсь подчиняться тебе.

– Ты уверена?

– Да.

Его рука поднимается к моему правому плечу, рывок и последняя бретелька порвана. Платье жидким облаком ложится к моим ногам. Я стою перед ним лишь обнажённая. Он обнимает за талию и притягивает к себе.

– Я сделаю так, что ты будешь молить меня.

– Нет.

Пусть я и раздета, но сейчас я чувствую себя намного увереннее, чем пару месяцев назад.

– Никогда не буду. Если ты думал, что мне нужны твои деньги, то ты ошибаешься. И я не позволю тебе больше говорить всем, что купил меня. Я заработаю эти деньги и отдам. Тогда ты меня отпустишь?

Смотрю в его глаза. Взгляд не опускаю.

Мне не видно его лица из-за темноты вокруг нас, но мне хочется верить, что он хотя бы задумался.

– Нет.

– Почему?

– Потому что ты моя жена. И мне это чертовски нравится.