Текст книги "Магия Вечности (ЛП)"

Автор книги: Бритт Эндрюс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 20 страниц)

Когда я вошла в гостиную, мой рот открылся. Мои глаза не могли двигаться достаточно быстро, чтобы осмотреть пространство, которое было полностью преобразовано.

– Что это? – прошептала я.

Диван был отодвинут в угол комнаты, другая мебель отодвинута. В центре комнаты была огромная кровать, и вокруг нее мягкий белый тюль свисал с потолка, окутывая ее. Подушки и одеяла были аккуратно разложены, и я почувствовала, как мои ноги несут меня ближе.

Слезы затуманили мое зрение, когда я провела пальцами по балдахину.

– Тебе нравится? – прогрохотал Брам, заставляя меня вздрогнуть от оцепенения. Я искала его по комнате и наконец нашла его стоящим рядом со Слоаном.

– Ты сделал мне... гнездо?

Брам был передо мной так быстро, его янтарные глаза пригвоздили меня к месту. – Мы сделали тебе гнездо, Золотце. – Он поднял руку и провел ею по моим волосам. – Это была рекомендация одного старейшины в Бесмете. Прошло так много времени с тех пор, как у нас были какие-либо роды, но он помнил, как его мать говорила о своей подруге, которая страдала после родов. Так же, как и ты. Ее парни сделали ей семейное гнездо, не зная, что еще делать. Это успокоило ее и очень помогло с ее переживаниями и депрессией.

Я переварила его слова и позволила своему взгляду увидеть больше того, что они сделали. Когда они все это сделали? Должно быть, это потребовало много работы. На конце кровати лежали мягкие халаты и пушистые носки, просто ожидая, когда я их надену.

– Это... Это так продуманно, – тихо сказала я, пытаясь сдержаться. Трудно было держаться, когда у тебя есть шесть лучших мужчин в мире, делающих такие вещи.

– Мне жаль, что я не подумал об этом раньше, Золотце. Пожалуйста, прости меня, – взмолился Брам, и вина в его глазах была ясна как день.

Я покачала головой. – Нет, нет. Ты не извиняйся. Ты не сделал ничего, за что можно было бы извиняться. – Это было последнее, чего я хотела, чтобы они винили себя в этом.

Фарис вошел в комнату, неся поднос, заваленный едой, и с огромной улыбкой на своем красивом лице. – Прошу прощения, Светлячок. Я знаю, как сильно ты любишь мои тосты, но, похоже, тостер обзавелся ногами и убежал. – Он прищурился, подозрительно глядя на каждого из моих других парней.

– О, нет, – застонала я, притворяясь расстроенной. Сзади послышалось фырканье, и я метнула взгляд на Гуппи, но моя злость быстро угасла, когда я увидела его в кресле-качалке с ребенком на каждой руке. Я никогда не видела ничего более привлекательного, чем эти большие, опасные, страшные самцы, держащие своих красивых детей. Ах.

– Иди сюда и поешь, Рыжик, – приказал Слоан. Он пытался сделать это просьбой, но мы оба знали, что это не так. Его челюсть дернулась, когда я подошла к нему, к тому месту, где он устроился на угловом диване в углу комнаты.

– Сюда? – Я указала на место рядом с ним, и он пробормотал что-то неразборчивое. Похоже, да.

Когда я собралась опуститься, его руки легли на мои бедра, и он направил меня к себе на колени, спиной к его груди. Он зарылся лицом в мое плечо и сделал несколько прерывистых вдохов, чуть не сломав меня снова. Мои парни страдали. Я думала, что я одна, но это было далеко не так.

Все остальные подошли, присоединяясь к нам на диване. Было тихо, но не неловко. Я знала, что мне нужно быть честной с ними о том, что я чувствовала, но мысль о том, чтобы снова пережить все это, звучала как ад.

Почувствовав мою проблему, Гуппи заговорил, как раз когда я открыла рот. – Кам рассказал нам, милая. Нам не нужно говорить об этом сегодня вечером. Мы просто хотим быть рядом с тобой, хорошо?

С облегчением я кивнула. Я была слишком эмоциональна, чтобы говорить.

– Ладно, Слоан, отпусти нашу женщину, чтобы она могла поесть. Маленькие поросята скоро проснутся, и я хочу, чтобы она поела в первую очередь, хотя бы раз, – сказал Кам, откидываясь на спинку дивана и кладя ногу на ногу. Неохотно Слоан спустил меня со своих колен, но держал рядом.

Фарис усмехнулся, ставя поднос с едой мне на колени. Я осмотрела варианты, и, святое дерьмо. Я чувствовала себя как в фильме «Эльф». Вещи, которым не место вместе, были навалены в каком-то больном пищевом оргии. Чипсы из тортильи и арахисовое масло. Тако с маршмеллоу и политые – я присмотрелась – горчицей?

– Гадюка... Я, э-э, у меня немного болит живот сейчас. Кто-то упомянул суп раньше? У тебя есть?

– Ах... нет, – ответил он, растягивая слово «нет».

– Что значит нет? – Кай вскочил, направляясь на кухню. – У нас был целый котел!

Фарис пожал плечами. – Произошел несчастный случай. Скажем так, суп снят с меню.

Черт. Я была голодна, но не могла это есть. Еда передо мной напомнила мне о тех временах, когда мы с Мирандой играли в «правду или действие» в детстве, обычно заставляя кого-то есть или пить какую-то безумную смесь.

Звук дверного звонка заставил всех замереть, глядя на детей, чтобы увидеть, проснутся ли они, но они продолжали дремать.

– Мы кого-то ждем? – прошептал Гуппи. Кам подмигнул мне, затем встал и вышел из комнаты, чтобы открыть дверь.

– Фарис! Где этот котел с супом? Всего котла нет! – прорычал Кай с кухни.

Слоан вздохнул. – Где суп, Фарис?

Озорной маг закатил глаза, и я почувствовала, как Слоан напрягся рядом со мной. Он ненавидел, когда кто-то закатывал ему глаза, но я подозревала, что Фарис действительно заводит его, когда так делает.

Кам вернулся в комнату с пакетами китайской еды, и я застонала. Полноценный, «во мне дикий зверь, которому немедленно нужна эта еда» стон. – Ты бог. Кто-нибудь, хватайте тарелки и все такое. Я собираюсь сожрать это.

И я сожрала. Я съела больше, чем за последние две недели, и почувствовала, что вот-вот лопну. После я покормила детей, прежде чем забраться в огромную кровать, полюбив ощущение гнезда. Это было невероятно уютно и тепло, одеяла пахли моими парнями, и я чувствовала себя в безопасности и любви.

Брам забрался ко мне, Фарис с другой стороны. – Спи, Золотце. Мы разбудим тебя, когда ты понадобишься.

Я кивнула, мои глаза были слишком тяжелыми, чтобы оставаться открытыми. Когда сон нахлынул, я расслабилась на мягкости постели. Нежные прикосновения и тихие голоса были моей колыбельной.

– Я люблю вас всех, – прошептала я, не уверенная, услышал ли это кто-то. Но когда я провалилась в объятия сна, ощущение мягких губ на моем лбу успокоило меня, и многие признания в любви кружились вокруг меня, как объятия их рук.

– Мы так сильно тебя любим, Золотце. Отдыхай теперь, моя королева.

И я отдохнула.

Четыре недели спустя

Я потянулась, как кошка, просыпаясь глубоко в своих одеялах. Черт, это был хороший сон. Я завозилась в гнезде, мои глаза все еще были закрыты.

Девочкам сегодня исполнилось шесть недель. Как это вообще было возможно? Время двигалось быстрее, чем когда-либо, и я боялась моргнуть.

Я внезапно поняла, что было тихо. Слишком тихо. Мои глаза распахнулись, и я села, оглядывая комнату и находя ее пустой. Странно.

Запах бекона донесся до меня, поэтому я прислушалась и услышала слабое движение на кухне. Хорошо, сначала ванная, затем вкусный бекон.

Через несколько минут я вошла на кухню и увидела Бабушку, танцующую, пока она жарила бекон и блины. – О, хорошо! Ты проснулась. Теперь я могу включить свою музыку. – Она крикнула Алексе: «Включи мой плейлист «Иди сюда и получай»», и я ахнула.

– Твой какой плейлист?

Она откинула голову и расхохоталась, как сумасшедшая. – На, выпей кофе.

Я глубоко вздохнула, когда она протянула мне большую кружку с глупыми пенисами улиток. Брам и его творения... – Где все? Слишком тихо.

– Твои мужчины забрали девчонок в парк на прогулку. Они хотели дать тебе поспать подольше. Как ты себя чувствуешь? – Бабушка взглянула на меня, пытаясь быть небрежной, но я знала, что она все еще беспокоилась обо мне.

Мой указательный палец обвел край кружки. – Я чувствую себя намного лучше, Бабушка. Правда. Терапия помогает, и лекарство действительно начинает действовать. Я все еще иногда перегружена, но думаю, это просто нормальная часть материнства.

После моего срыва в прошлом месяце я решила обратиться за лечением. Это не было мгновенным лекарством, и я была не в восторге от приема антидепрессантов, но мой мозг не работал так, как должен был. Я не хотела упускать моменты с семьей только потому, что боялась плохих вещей, и я не хотела жить в своей комнате до конца жизни. Это было несправедливо по отношению к моим парням и дочерям.

Моего терапевта на самом деле порекомендовал Балор. Он нашел мне женщину-демона, которая смогла пролить свет на вещи, которые я переживала, объясняя, что они вызваны моей демонической стороной. Например, желание держать всех рядом, вить гнездо, чувствовать себя в безопасности, особенно после родов. В первую ночь, когда я спала в гнезде, я проспала десять часов. Никто не будил меня, вместо этого используя небольшое количество грудного молока, которое я сцедила, чтобы покормить девочек ночью.

Когда я проснулась, я чувствовала себя совершенно новым человеком, но мои сиськи были такими же большими и твердыми, как шары для боулинга. Я промокла сквозь прокладки, бюстгальтер и ночную рубашку, и как только я сняла мокрую одежду, молоко начало брызгать, как гребаный фонтан. Мне пришлось сцеживаться и кормить, чтобы все вышло. Выражение ужаса на лице Слоана, когда я сидела там, как человеческий фонтан, останется в моей памяти на всю жизнь.

К счастью, все поняли, что в будущем, если мне нужно будет наверстать сон, я позабочусь о том, чтобы быть полностью опустошенной заранее, и кто-то разбудит меня, чтобы проверить ситуацию с сиськами через четыре-пять часов. Конечно, мой извращенный Гадюка предложил «снять напряжение», не будя меня. Я думала, Слоана стошнит.

У нас еще не было секса. Я медленно приходила к этой идее. Я снова начала замечать, как рубашки Кама натягиваются на его широких плечах, и как его татуировки двигаются вместе с мышцами рук. Другим утром я увидела Кая – без рубашки, в крошечных, тугих коротких штанах, – делающего йогу в саду. Я определенно замечала их.

– Ты выглядишь больше собой, – заметила Бабушка, прерывая мои мысли.

– Я чувствую себя больше собой. Наконец-то.

Она поставила передо мной тарелку с едой, прежде чем сесть сама. – Помнишь, я рассказывала тебе историю о том, что было после того, как я родила? Я пережила то же самое. Жаль, что я тогда не обратилась за помощью. Просто... Тогда не говорили о проблемах с психическим здоровьем. И я была так глубоко в своем горе по Рику, что не знала, где верх, где низ. Я горжусь тобой.

– Спасибо, Бабушка. – Я протянула руку к ее руке. – Я просто так боялась, что если я не буду делать все, не буду частью каждого момента, то стану похожей на нее. – Мне не нужно было говорить, на кого. Мы обе знали. Это было то, над чем я работала со своим терапевтом. Чтобы быть той матерью, которой я хотела быть, я должна была убедиться, что забочусь, по крайней мере, о своих основных потребностях как личности. Еда, душ, сон. Она была права. Даже в дни, когда душ был изнурительным, я заставляла себя делать это, потому что всегда чувствовала себя немного больше собой, когда выходила.

Мы поели вместе в тишине несколько минут, просто наслаждаясь обществом друг друга. – Ты что-нибудь слышала о Ферн?

Вилка Бабушки замерла на полпути ко рту, и она вздохнула. – То же самое. Ее держат в центре содержания WISP, пока не найдут более постоянное учреждение.

Хантер появился через несколько дней после ожидаемого возвращения в Изумрудные Озера, без Ферн. По-видимому, Ферн пыталась сбежать, и Хантер снова выследил ее. Только на этот раз она использовала на нем свою магию. Все пошло не так. Очень не так. Несколько человек были серьезно ранены – один из них все еще был в коме – и это была ее вина. Она чуть не убила Хантера в процессе.

Ее сила была сильной, но необученной, из-за дерьмового места, где она выросла, и отсутствия поддержки со стороны ответственных взрослых. Она никогда не узнала ничего о сдержанности, и, по словам Хантера, она была очень злой молодой женщиной. Бабушка предложила ему свободную комнату в моем коттедже, и Хант жил у меня, пока мы были в Бесмете. Он настоял на переезде, когда мы вернулись, сказав, что нам нужно время для семьи. По-видимому, он нашел место в центре города, над «Ужин в Тайм».

Поскольку Азраэль был мертв, компания Монтегю была закрыта, правда о его злых делах наконец вышла на свет. Все работы Азраэля были конфискованы WISP, и так много детей было спасено. Каждая новая статья, которую я видела об этом, не переставала вызывать у меня улыбку. Хол немедленно нанял Хантера, более чем впечатленный его резюме и набором навыков. Теперь Хантер руководил одной из спасательных команд для пропавших детей и, казалось, действительно наслаждался своей новой работой.

Мои виски пульсировали, когда я думала об этой сестре, которую никогда не знала. Ей еще не разрешали посетителей, но я очень хотела встретиться с ней. Я не знала, что WISP приготовил для нее – будет ли она приговорена к тюремному заключению или они попытаются отправить ее на какие-то обязательные курсы по магии. Это было просто гадание.

– Может быть, если парни запустят проект Кая достаточно скоро, ее смогут перевести туда... – Это было то, о чем я думала с тех пор, как они начали серьезно планировать этот новый тренировочный центр. Хол предложил финансировать весь проект, добавив его как новое подразделение компании «Радикал». Поскольку моим парням нужна была новая работа поближе к дому, все они, как ни странно, казались взволнованными идеей стать инструкторами и учителями в этом новом месте.

Склад, который они притворялись, что их интересует, когда впервые ворвались в город, был частью покупки, но также было огромное старое каменное здание школы примерно в полумиле вниз по дороге, которое было выставлено на продажу. Теперь они тоже присматривались к нему, чтобы превратить в общежития. Это было довольно захватывающе, хотя мне также стало любопытно, потому что дважды за последний месяц Слоан и Фишер ездили на этот склад, чтобы проверить его. На прошлой неделе они собирались уходить, надевая экипировку и хватая рюкзаки, когда я услышала, как Слоан спрашивает Гуппи о его огненном анальном плагине. Я врезалась в стену. Однажды я появлюсь там и увижу, чем именно они занимаются. Одна только мысль об этом заставляла мою кровь быстрее бежать по венам и бедра сжиматься. Мое тело было запретной зоной после рождения детей, но, черт возьми, я действительно начинала чувствовать, как желание возвращается.

– Разве это не было бы здорово? Мы могли бы по-настоящему узнать Ферн и быть частью ее прогресса, – задумчиво произнесла Бабушка, и я улыбнулась. Я действительно надеялась, что Ферн в конце концов захочет отношений с нами.

Я не успела ответить, потому что зазвонил телефон Бабушки, прерывая наш разговор о моей отчужденной сестре. Она ответила, внимательно слушая, что ей говорят, а затем ее рот открылся.

– О, я не знаю, смогу ли я успеть. Час? – Она замолчала, слушая. – Одну секунду. – Бабушка опустила телефон к груди, закрывая динамик. – Сейдж, ты знаешь, что я снова сдаю квартиру в аренду?

Я кивнула. Она пустовала уже несколько недель, Миранда купила новое место для себя и Энни. Хол был там, когда не в Бесмете, но, судя по тому, что сказала мне моя лучшая подруга, он обычно был у них почти каждую ночь.

– Ну, у меня есть жилец, который хочет ее посмотреть, но у них очень плотный график. В их расписании появилось окно, и они могут быть там через час. У меня сегодня запись на полную эпиляцию тела, так что я...

Я подняла руку. – Я схожу. Только, пожалуйста, не говори мне больше ничего об этом. – Отлично! – Она просияла и вернулась к разговору. – Моя внучка встретит вас там через час. Ага. Хорошо, идеально. Дайте мне знать, что вы думаете. – Она положила трубку и вернулась к еде. – Спасибо. Ты моя спасительница. Рик и я собираемся съездить в Лас-Вегас, и я хочу быть гладкой, как свисток, чтобы принять его мясную ракету.

– Ладно, я ухожу! Наслаждайся эпиляцией! ПОКА! – Я практически выбежала из комнаты и взбежала по лестнице. Так. Мне нужно было поторопиться, принять душ и добраться до «Свиньи». Ну, одеваться в обычную одежду после рождения ребенка – это куча дерьма. Я втиснулась в черные йога-штаны, которые были максимально приближены к обычной одежде, и одну из моих футболок. Эта была черной, с логотипом «Свиньи» и белыми буквами: «Я вас умоляю?» Закинув рюкзак, я отправила сообщение в групповой чат, сообщив парням, куда я направляюсь. Я надела свои старые верные туфли-лодочки в леопардовый принт и вышла на улицу.

– Сын пчелы, – выругалась я, заметив, что машины уехали. Шесть недель назад я родила двух человек из своей ваджины, а теперь они оставили мне только велосипед. Звезды, помилуйте. Я не ездила на велосипеде целую вечность, о чем быстро вспомнила, когда мои бедра начали гореть. О, я собиралась дать им всем взбучку. То, что раньше занимало у меня пять минут, теперь заняло десять, и я пыхтела, как большой плохой волк.

Я порылась в сумке в поисках ключей от магазина, отчаянно пытаясь отдышаться. Бабушка, Рик, Фрэнк и Арло отлично управляли магазином, пока я была в Бесмете, а затем восстанавливалась после родов.

Когда я вставила большой скелетный ключ в замок, я заметила свое отражение в большом стеклянном окне двери. Мое лицо было полнее, волосы короче, живот мягче и округлее... но мои глаза, они больше не были глазами женщины, которая прожила всю свою жизнь в этом маленьком, причудливом городке. Это были глаза королевы – хотя мы работали над тем, чтобы установить в Бесмете демократический тип правления. Это были глаза женщины, которая потеряла так много и приобрела еще больше.

Повернув ключ, я распахнула дверь и шагнула внутрь, старые дощатые полы скрипнули под моими туфлями. Запахи шалфея, розмарина, дерева и пачули ударили по моим чувствам, и я широко улыбнулась. Черт, я скучала по своему магазину. Он выглядел точно так же, пах так же. Впервые после рождения девочек у меня возникло желание вернуться и поработать.

Посмотрев на часы, я увидела, что до прибытия этого жильца осталась всего минута. Черт. Я чувствовала, как мое лицо липнет, и я метнулась за стойку в поисках салфеток, чтобы вытереться. Где они, черт возьми? Я выдвинула ящик, где обычно хранила запасные коробки, и нашла его пустым. Черт!

Я присела на корточки и порылась на глубоких полках под стойкой. Дверной звонок звякнул, заставив меня вздрогнуть. – Одну секунду! – крикнула я, наконец найдя салфетки. Я схватила коробку и вскочила, вскрикнув, когда лицо Кая оказалось прямо передо мной. В дюйме от моего. – О. Мой. ЗВЕЗДЫ! – Я прижала руку к сердцу, которое пыталось выпрыгнуть из грудной клетки.

Кай рассмеялся, глубоко и раскатисто. – Прости, не хотел тебя напугать. – Дверной звонок снова звякнул, и я посмотрела... Кам?

– Что вы тут делаете? Можете подождать сзади или что-то? Там есть... – Кам прижал палец к моим губам, улыбаясь.

– Мы слышали, что здесь сдается квартира? – Он поднял бровь, глядя на меня сверху вниз.

Мои глаза бегали. – Ннн... – Я начала медленно говорить «нет», но затем поняла, что это, вероятно, какая-то извращенная ролевая игра, и, о, мои лунные девы, я была за. Так что мое «ннн» превратилось в «нннннеееет?» что заставило обоих моих парней расхохотаться.

Внезапно остальные мои парни вошли в дверь, все они столпились вокруг меня. О, да, блядь. Я чувствовала себя как в живом порно, готовая ко всем членам. Каждый из них выглядел так, будто хотел закусить мной, как кукурузой в початке. Хотя, возможно, не так... зубасто.

Затем я поняла, что не хватает двух очень маленьких, очень важных людей. – Где дети?

– С Бетти, – ответил Слоан, оглядывая мои бедра.

– О, – пискнула я. – Но она не берет их с собой на эпиляцию, верно?

– Ради Сатурна, – воскликнул Гуппи, и все они закрыли уши. Я моргнула. – Ооо. Нет никакой записи, да? Тааак, вы, ребята, новые жильцы? – Я игриво приподняла брови. – Идеально, – промурлыкала я, шагнув и схватив Кама за рубашку, притягивая его большое, высокое тело вниз. – Должна сказать, я... скучала по вам. Я не ожидала такого продуманного плана, чтобы, ну, снова окунуться в это. – Я подмигнула, и вместо похотливых взглядов, которых я ожидала, все они выглядели сбитыми с толку. Неважно. Они не будут сбиты с толку долго.

– Квартира наверху, но я покажу вам внутренний вход отсюда. Это прямо здесь... через черный ход. – Я подмигнула и развернулась на каблуках, схватив подол своей рубашки и срывая ее, бросая через плечо.

– Черт, – выругался Брам. – Золотце...

– Идите за мной, мальчики, – позвала я своим лучшим «иди трахай меня» голосом, мои руки потянулись к застежкам моего бюстгальтера.

– Малыш, подожди! – крикнул Кам, когда я бросила бюстгальтер, и черная дверь, на которую я смотрела, распахнулась. Я отшатнулась, когда буквально все, кого я знала, заполнили маленький коридор. Бабушка, Рик, Хол, Миранда, Провидицы, Рэнди Роджер, Фрэнк и Арло...

– О боги! – закричала я, ныряя за полку, чтобы спрятать свои голые сиськи. Кто-то стрелял маленькими хлопушками с серпантином, и я смотрела в ужасе, переводя взгляд с этого парада людей на моих парней – некоторые из которых вскоре будут мертвы, потому что они смеялись до упаду.

– Дитя, во имя звезд, зачем у тебя сиськи торчат наружу? Это какой-то демонский обычай, Брам? – потребовала Бабушка у моего парня. – Мы обычно не делаем топлес-предложения... По крайней мере, на публике. – Она захлопала ресницами в сторону Рика, намекая, что хотела бы сделать что-то топлес с ним.

Кай бросил мне бюстгальтер и рубашку, и я быстро натянула их обратно, прежде чем мой разум уловил то, что она сказала. – Предложения?!

– Ты испортила сюрприз, Бетти! – упрекнул Рэнди Роджер, цокая языком.

– Ну, откуда мне было знать, что это превратится в игру «освободи сиськи»?

– ХВАТИТ! – рявкнул Слоан, и все замолчали. Я смотрела широко раскрытыми глазами, как все шестеро моих парней опустились на одно колено.

О боги. Что за зрелище.

– Сейдж Уайлдс, – сказал Гуппи достаточно громко, чтобы все слышали.

– Мы подумали, что будет уместно сделать это в том месте, где ты впервые нас околдовала, – вмешался Кай, опираясь локтем на колено и подбородком на кулак, его улыбка была широкой и только для меня.

– Возможно, ты мне не особо понравилась сначала, – пробормотал Слоан, и все громко рассмеялись, заставляя его покраснеть. – Но ты меня околдовала, тем не менее.

– Кто бы мог подумать, что женщина, которая, честно говоря, думала, что сможет проехать на моем Харлее без опыта и заставит меня сидеть сзади, заставит всех шестерых нас так сильно влюбиться? – поддразнил Кам, и я не могла сдержать слез.

Брам фыркнул. – Ну, я мог бы вам сказать, приятель. Она заковала в железо мужские яйца, чтобы носить их как ожерелье. – Мой демон злобно улыбнулся, так же, как и тогда, когда я впервые рассказала ему эту ложь. Я говорила ему раз за разом, что это неправда, но это его заводило, поэтому я перестала пытаться заставить его принять это.

– И ты помогла мне понять, как жить настоящей жизнью. Плюс, ты даешь мне крутые вещи, такие как ручки с помпонами, пушистые блокноты и пушистые носки, – мечтательно вздохнул Фарис.

– Не говоря уже о детях, которых ты нам подарила, – вмешался Фишер, и мой отец и Миранда подошли к парням, передавая Хелию Фарису и Салем Каю.

Кам мягко улыбнулся. – Что мы хотим узнать, маленькая ведьма, так это будешь ли ты нашей навсегда? Свяжешь ли ты себя с нами в церемонии перед теми, кого мы любим и о ком заботимся?

Слоан достал из кармана маленькую черную коробочку, открывая ее, чтобы показать самое уникальное, великолепное кольцо, которое я когда-либо видела. В центре камень Нокс был отполирован в виде полумесяца. Оправа была тонкой, состоящей из семи нитей какого-то металла, но каждая часть была разного цвета. Цвета нашей индивидуальной магии были переплетены вместе, полностью обернуты друг вокруг друга, каждый цвет соединялся с другими, как и мы.

– Да, – сказала я, мой голос дрожал. – Да!

Аплодисменты взорвались вокруг нас, и люди выпустили еще больше хлопушек с серпантином. Мои парни вскочили с колен, целуя меня, обнимая и признаваясь в любви. Брам выхватил кольцо из коробки, надевая его на мой палец. Я улыбнулась, глядя на него, любуясь тем, как он блестит на свету.

Заиграла музыка, потекли напитки, и празднование длилось несколько часов.

Позже тем вечером я поднялась наверх, в квартиру, чувствуя ностальгию. Казалось, прошло так много времени с тех пор, как я показывала им это место. Мы прошли через так много вместе.

Само открытие друг друга было чудом. Мы пережили предательства – будь то вызванные кем-то из нас или кем-то вне нашего круга. Мы не только выжили, мы отомстили тем, кто причинил нам вред. Наши судьбы были связаны друг с другом.

Дверь хлопнула, и я услышала топот ног на лестнице. Мои парни, мчащиеся ко мне. Всегда находящие меня.

Я была навеки их.

Конец.

На данный момент...