355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Борис Бабкин » Мы не мафия, мы хуже » Текст книги (страница 32)
Мы не мафия, мы хуже
  • Текст добавлен: 7 сентября 2016, 18:17

Текст книги "Мы не мафия, мы хуже"


Автор книги: Борис Бабкин


Жанр:

   

Боевики


сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 34 страниц)

– Кто такой Семенов? – заглянув в комнату, где дочь с внучкой никак не могли наговориться, спросил Владимир Иванович.

– Он у них главный, – ответила Зоя. – Это он, Семенов, с московскими договорился. Вот и начали они хрусталем заниматься.

– Это мне Ксения рассказала. Продолжай.

– Он раньше заместителем директора ЖБИ работал. А потом вроде свое дело начал и хрусталем занялся. Все говорят, что за ним московская мафия стоит. Отца они убили.

– Где он живет?

Семенов, выпив стакан, поставил его на стол. Бессмысленным взглядом уставился на стоявшую на столе бутылку водки. Пустая стояла у ног.

– Алешка, – прошептал он, – что с тобой? Он тяжело вздохнул. Раздался вызов сотового телефона. Семенов схватил его.

– Да! Говорите!

– Семенов, – услышал он, – сколько ты готов отдать за сына?

– Кто это?! – громко спросил он.

– Пап! – раздался в телефоне голос Алешки. – Это я. Они говорят…

– Слышал? – спросил мужчина.

– Алешка! – словно тот мог услышать его, закричал Семенов. – Я…

– Ты не ответил на вопрос, – перебил его звонивший.

– Сколько вы хотите?

– Сто тысяч в баксах.

– У меня нет таких денег! Я…

– Даем двадцать минут. Подумай. Может, и наберешь. Золото или драгоценности нас тоже устроят.

И телефон на том конце отключили.

– Алло! – кричал Семенов. – Слышите? Я все отдам, что есть! Вы слышите?

– Положив телефон на столик, обхватил голову руками и тяжело вздохнул. – Я не наберу такой суммы, – прошептал он. – Самое большее – тысяч семьдесят. И то если все продам. Впрочем, если вообще все, гораздо больше. Но где найдешь покупателя? – простонал он. Схватив телефон, прожал номер.

– Илья Анатольевич, – быстро проговорил он. – Помнишь, ты хотел взять у меня джип и дачу?

– И что?

– Отдам все, дай мне сейчас сто десять тысяч долларов.

– Ты в своем уме? – насмешливо поинтересовался голос. – Где я тебе сейчас возьму такие деньги? Что за срочность такая? И почему ты…

– Мне деньги нужны в течение часа, а утром заберешь все, что…

– Много выпил? С чего ты такой добренький стал?

– Я тебе серьезно говорю! Дай сто тысяч и утром возьмешь все! Илья…

– Утром поговорим. – Телефон отключился.

– Сволочь, – рыкнул Семенов. – Когда на коне, все ноги лизать готовы! Гады!

Отбросив телефон, подошел к столу. В это время позвонили дверь. Он рванулся к ней. Подскочив, не спрашивая, открыл замок и распахнул ее.

– Здравствуйте, – улыбнулся стоявший перед дверью крепкий пожилой мужчина. – Можно?

– Вы кто? – удивленно спросил Игорь.

– У меня к вам очень серьезный разговор. – Незнакомец шагнул вперед.

– Чего надо?! – Игорь размахнулся.

Из-за спины пожилого выскочил рослый мужчина и, перехватив руку Игоря, завернул ее за спину. Семенов взвыл. Короткий рубящий удар по шее выбил из него сознание.

– Думаешь, клюнет? – спросил Клещ.

– Сто процентов, – ухмыльнулся Рекс. – Он ради пацаненка что хошь сделает. Возьмет бабки из общей кассы и привезет. Можно, конечно, было бы Кардинала завалить, но у него парни крепкие, не справимся. А так бабки хапнем, и тело Семенова куда-нибудь закуркуем. Пусть Кардинал думает, что с пацаном Делать. Если он куда-то покатит и нас с собой цепанет, мы его по Дороге сделаем, и все, – подмигнул он пившему пиво низкорослому. – Ты, Пятак, будешь баскетболисток дрючить. Ведь все время мечтаешь с высоченной переспать. – Он засмеялся.

– Есть такое, – кивнул тот.

– Звони, – кивнул на часы Клещ. – До утра ему время подбрось. Если, конечно, упрашивать начнет.

– Я все сделаю, – быстро говорил Семенов. – Обзвоню всех и соберу.

Только ради Бога, – умоляюще простонал он, – у меня сына похитили. Сейчас звонили и требовали сто тысяч долларов. Сейчас у меня таких денег нет! Я бы за два дня на…

– Жалко сынишку, – усмехнулся Матвей. – А чего же ты паскуда, других не жалеешь? – зло спросил он.

– Я ничего не знаю. – Семенов затряс головой. – Это все Ниндзя со своей Лолкой. Это…

Раздался вызов сотового. Семенов, умоляя взглядом не мешать, схватил телефон.

– Да!

– Ну что? Как дела?

– Я прошу вас, умоляю, – быстро проговорил Семенов. – Давайте…

Владимир Иванович, протянув руку, отключил телефон.

– Ты чего? – бросился на него Семенов. Артур отшвырнул его на диван.

– Они сейчас позвонят, – спокойно проговорил Иванов. – Скажи, что деньги будут через полчаса. И делай все так, как они скажут. Едва он проговорил это, снова прозвучал вызов сотового.

– Ты что, сука?! – зло спросил мужчина. – Сына…

– Я задел антенну. Деньги я привезу. Через полчаса. Скажите куда.

– Мы будем у тебя. Приедет один. Отдашь ему баксы. И не вздумай сажать кого-то на хвост, сынку сразу хана придет.

– Не заманивает он нас? – недоверчиво спросил Клещ. – А то влипнем. У него…

– Сейчас у него никого нет, – усмехнулся Рекс. – Семенов с Москвой канитель начал. Сейчас от него как от бешеной собаки шарахаются. А деньги он наверняка в своей кассе возьмет. Полчаса – это как раз до завода скататься и обратно. Не будет Семенов сыном рисковать. Так что, считай, мы в барышах, – подмигнул он. – Сейчас завалим Семена, если, конечно, бабки будут, а потом пусть Кардинал решает, что с сынком делать.

– Привет. – Итальянец вошел в комнату, где сидели трое крепких молодых мужчин в камуфляже. – Все прибыли? Те молча кивнули. – Инструменты взяли?

– Хорош тебе. Итальянец, нас за пацанов держать, – недовольно буркнул один. – Лучше насчет получки уточни. Сколько каждому причитается?

– По полторы. И все, что возьмем на месте, наше. Если кого-то убьют, то его доля делится на всех.

– Кто хозяин? – поинтересовался мужчина со шрамом на щеке.

– Вам это знать не обязательно, – улыбнулся Итальянец. – Мужик деловой и будет с нами. С ним его люди. Вопросов не задавать. Работаем под началом хозяина. Он опытный вояка, поэтому самодеятельность не проявлять.

– Привет, – шагнул в комнату Атаман.

Трое одновременно выбросили вперед руки с пистолетами.

– Эти тоже с нами, – кивнул Итальянец. – И еще Костолом с парнями.

Команда нормальная. Так что все будет о'кей.

– Наконец-то мы этих хрустальщиков, – усмехнулся человек со шрамом, – тряхнем. А то уже достали по самое некуда.

– Посчитаем силы, – сказал Итальянец. – Нас четверо. Атаман. Полковник с двумя. Костолом. С ним трое. Вполне.

– А Шакал? – спросил загорелый мужчина. – Он что, так и будет отсиживаться…

– Шакал? – яростно выдохнул Атаман. – Где он, сучара?!

– Спокойно, – одернул его загорелый. – Ты особо не выставляйся. Шакал – свой парень. Он знает, где…

– Где он? – перебил его Атаман.

– Утром будет, – сказал Итальянец. – У тебя к нему, как я понял, вопросы имеются. Предупреждаю: Глеб – свой парень. Не хочешь иметь неприятностей, не наезжай.

– Да в гробу я вас всех видел! – заорал Степан. – Вы, видно, такие же псы, как и он! Шакал в услужении у Кардинала был!

Вскочив, трое направили на него пистолеты. Виктор выхватил свой. Павел, тоже с пистолетом в руке, напряженно смотрел на Итальянца.

– Он ушел от Кардинала, – спокойно проговорил тот, – и знает, где…

– Да из-за него, козла, – воскликнул Атаман, – я в эту канитель попал! Я его, суку…

– Успокойтесь, – бросил своим людям Итальянец. – Придет Шакал, пусть разбирается сам. Мне, например, не ясно, почему он вдруг ушел от Кардинала. Кто знает почему? Что люди Кардинала разыскивают Атамана, знают все. Так что проблемы нет – придет Шакал, все выяснится.

– Я с Шакалом в Чечне был, – бросил загорелый. – И…

– Я там тоже с тобой был, – перебил его Итальянец. – И многие там побывали. Но Чечня не делает всех кристально чистыми. Может, даже наоборот. Нам всем предлагали работать на Мафию. Кто согласился? – Он вновь осмотрел всех. – А Шакал пошел. И вдруг сейчас готов всадить нож в горло своему бывшему хозяину. А кто даст гарантию, что он так же не поступит с нами? Ты, Турок, можешь ручаться за него? – взглянул он на загорелого. Потом усмехнулся:

– Дед, убери ты свою гранату. А то, не дай Бог, взорвется.

– И то правда, – кивнул стоявший у двери Робинзон. – Тильки я вот что вам, значится, скажу. Атаман – мужик супротив той мафии. Если вы за деньгу с ней воевать хотите, то Атаман – за брата своего и за семью его. Я, конечно, человек старый, и можете думать, что с головой уже непорядок, но Шакал – тварь неблагодарная даже по природе. Ходють за львом и падалью питаются или на слабых нападают. Так что, мужики, расклад простой. Шакал, он везде шакал. Ходил за львом, тот ему, видать, лапу отдавил, он к вам переметнулся. А потом будет кто посильнее, значится, он и вас предаст. И еще. Я, значится, со счетом не согласный. Выходит, что меня в расчет не берете. Я на этих гадов с голыми руками пойду. И в тягость, – увидев насмешливые взгляды мужчин, сказал он, – никому не буду. Сам иду, сам и воевать стану.

– Двое, – отошел от окна Артур. – На джипе. Есть еще кто? – спросил он в микрофон «уоки-токи».

– Вышли оба, – услышал он в наушниках голос Иванова. – В машине никого.

– Работаем, – кивнул Артур. Взглянул на Дениса. – Твой последний.

Можешь бить сильно. Он не нужен. Первый мой, и он скажет все.

– Один остался у подъезда, – сказал Иванов.

– В спальню, – приказал Денису Артур. – И не высовывайся. – Он взглянул на бледного Семенова. – Скажите, что нашли денег пятьдесят две тысячи. Позвали, чтобы сказать, что остальные будут завтра. Но сначала отдадите как гарантию, что деньги будут, двенадцать тысяч, которые я вам дал. И не мешайте. Говорите как всегда. Вы перепуганы и, естественно, очень взволнованны.

В дверь позвонили. Артур пошел в ванную. Не спрашивая, Семенов открыл дверь.

– Привет, – усмехнулся Клещ. – Ты один?

– Чего тебе? – думая, что его послал Кардинал, недовольно спросил Семенов. – Я сейчас занят.

– Баксы где? – перебил его Клещ.

Семенов, открыв рот, отступил на два шага назад.

– Так это ты? – ошеломленно прошептал он.

– Где бабки?

– Вот. – Метнувшись к столу, Игорь взял деньги. – Двенадцать тысяч. Остальные…

– Ты чего, гнида? – Сильным ударом в живот Клещ согнул его – шугать вздумал? Да я тебя, падла… – Присев, вытащил пружинный нож. Но больше ничего сделать не успел. Вздрогнув, упал на пол.

– Работаем, – бросил в переговорное устройство Артур. – Один наш.

Рекс посмотрел на часы.

– Чего он канителится? Взял деньги, ножом в пузо – и свинтил.

– Пора-пора-порадуемся на своем веку, – услышал он фальшивое пение. – Красавице и кубку… – Рекс увидел, что к нему приближается, шатаясь из стороны в сторону, пьяный. – Счастливому клинку. – Остановившись перед ним, пьяный начал шарить по карманам. – Нету ни хрена, – недовольно проворчал он.

– Вот это хибара! – Качнувшись, уставился на двухэтажный особняк. – И ворота открыты. Может, дадут задымить. – И мотнулся к открытой калитке.

– Свалил отсюда, – шагнул ему навстречу Рекс и тут же упал вперед.

Дробящий удар в подбородок отбросил его к забору. Прыгнув за упавшим, Матвей добил его ударом в горло.

– Нет! – услышал он громкий отчаянный крик. – Нет!

– Что там? – спросил подошедший Иванов.

– Без понятия. – Матвей пожал плечами.

– Так, – поправляя галстук перед зеркалом, кивнул Кардинал. – Значит, все получилось. Ну что же. – Он посмотрел на часы. – Значит, так тому и быть. Семенов уже труп. Скоро появятся Клещ и Рекс. Они, разумеется, не откажутся выпить. – Он взглянул на стоявшего у двери Пятака. – Ты возьмешь рюмку, которую я налью последней, – предупредил он. – Тогда их спас Семенов своим сообщением о приезде сына.

– Понял, – кивнул тот.

– Почему ты решил все так, – спросил Кардинал, – как будто знал, что в Москве все утрясется? Почему?..

– Кто они? – хмыкнул Пятак. – А у вас голова. Даже возьми мы эти бумаги, ничего бы не вышло. Рано или поздно остальные нас нашли бы и убили.

– Почему тебя зовут Пятак? – полюбопытствовал Кардинал.

– Я в детстве все время собирал пятикопеечные монеты. Не знаю зачем. Но у меня они были постоянно. Вот и прозвали.

– Где пацан? – вспомнил Кардинал.

– В надежном месте.

– Он не утопился с горя? – тихо спросил стоявший у двери ванной Матвей.

– А то…

Дверь открылась. Из ванной вышел Семенов с окаменевшим лицом. Не обращая ни на кого внимания, подошел к столу и набрал номер телефона.

– Алиса, завтра утром, к семи, мне нужны все. В офисе при заводе. Обзвони их. Очень важный вопрос. – Он положил трубку. Обвел взглядом Артура, Иванова, Волчару и Матвея:

– Я готов. Поехали. Сейчас покажу все. Вот ключи от сейфа. Бумаги, которыми можно воспользоваться против всех, в бархатной папке. Но обещайте – его я убью сам.

– Об этом мы уже говорили, – кивнул Иванов.

– А не зря ты позвонил секретарше? – спросил Артур. – Ведь она может…

– Она позвонит только членам нашего совета директоров и всем остальным. Я говорю про охрану.

– Поехали. – Иванов встал.

– А с этим что? – Денис кивнул на лежавшего Клеща.

– Пленных не берем, – сказал Владимир Иванович.

– Можно я? – бросив на замычавшего Клеща яростный взгляд, быстро спросил Семенов.

– Начинать когда-то надо, – кивнул Владимир Иванович.

Семенов, взяв со стола большую хрустальную вазу, подошел к дергающемуся Клещу. Поднял ее над головой обеими руками и с силой бросил вазу на голову боевика.

– Если думаешь, что этого хватит, – покачал головой Матвеев, – то зря.

– Вполне. – Подойдя, Артур взглянул в разбитое лицо валявшегося Клеща.

– Сломан нос, порезов глубоких полно. Умирать долго будет.

– Зря ты Кардиналу позвонил, – недовольно буркнул Аркадий. – Ведь он…

– Я хочу, чтобы он приехал в Москву, – перебил его Абрам. – Он знает, где похищенные бумаги. В этом я абсолютно уверен.

– Вот почему ты сказал, что все прекрасно, – усмехнулся Аркадий. – И когда он появится?

– Очень скоро. Я сообщил ему о том, что мы готовим дворцовый переворот.

А Кардинал всегда рвался наверх. И я позабочусь о том, чтобы он был как можно выше. Его вздернут на самой высокой березе в его же владениях.

– А вдруг он не возьмет с собой бумаги?

– Возьмет. Он все свое возит с собой. А такие документы – тем более. На что он рассчитывал, когда задумал все это? Ведь ясно, что это дело его рук. Но кто та женщина? При ней ничего не обнаружено. В милицию мы, разумеется, не обратились. Я имею в виду настоящую, – насмешливо уточнил он.

– Понимаю, – кивнул Аркадий. – А что намерены делать с Жуковым? Его сегодня выпускают.

– Решение принимает председатель. Я думаю, Жуков будет убит. На него очень злы наши боевики. Альберт просто обязан дать «добро», ведь почти все приятели Жукова убиты.

– А тот, кто все это начал – Артур, – жив, и неизвестно, где он. Я уверен, он был в коттедже Жукова!

– В этом убеждены все.

– А где может быть Жанна? В коттедже ее не было. Значит, она не с Артуром! Где же?

– Черт ее знает. Что ее в коттедже не было, точно. Ты уверял, что она с ним. У тебя сейчас есть гарантия, что Малкина не в Риме?

Аркадий растерянно посмотрел на него.

– Карл вообще уже трое суток не связывается с нами. Почему? – снова спросил Абрам.

– Ты думаешь, – начал Аркадий, – что Жанна…

– И не я один, – отрезал Абрам.

– Нет, – возразил Аркадий, – она в Москве. А что уголовники? Ведь ты говорил…

– Ищут, но безрезультатно. Я думаю, она в Риме.

– Да перестань ты, – отмахнулся Аркадий. – Софи постоянно сидит дома, ждет звонка. Жанна скоро, я в этом совершенно уверен, объявится.

– Но только что ты не был так уверен.

– Я всего лишь слушал тебя. Жанну нужно искать в Москве. И я убежден, она вот-вот позвонит Софи.

– А не могла она сама поехать за деньгами в Ярославль? – неожиданно спросил Абрам. Аркадий уставился на него.

– Господи. Вполне возможно. Жанна всегда сама объезжала своих продавцов. Она, видимо, позвонила Софи от отчаяния. Ну конечно. Она сама поехала в Ярославль. А мы…

– Она просто обвела нас вокруг пальца. – Абрам схватил сотовый телефон.

– Надо посылать парней в Ярославль.

– Почему мы не сделали это сразу? – простонал Аркадий. – Ведь знали, что Жанна в ссоре с Софи. Кретины.

– Да ну их на хрен, – махнул татуированной рукой бритый наголо здоровяк.

– Что мы, мусора, что ли, бабу какую-то искать? Если завалить кого или наехать – другой базар. – Он выматерился.

– Хорош тебе, Днепр, – бросил Косой, – А то довякаешься – как Моряка, шлепнут, и все дела. Атаман молодчина. Хрен на всех забил. До сих пор никак не выловят.

– Так о чем базар? – хмыкнул Днепр. – Объяви этим крутым, мать их, войну. И хрен с ним со всем. Они нам быстренько место на кладбище выделят, ллп – Я, например, – сказал Косой, – буду от них ноги делать. Цепану бабок поприличней – и рвану когти. А то, по натуре, как в шестерки записался. Они, сучары гребаные, нар не нюхали, а пальцы веером. Блату полные штаны.

– Так потому, что у них бабок полные карманы и запазухи. И знают, куда и кому сунуть. И знаешь почему? Как раз потому, что они нар не нюхали. Сейчас и наших полно, я про тех, кто срок тянул. Просто они не подстраивались ни под кого, а свою копну молотили, и весь базар. А мы так, в шестерках у жирнень-кой кормушки пасемся. А линять от них поздно. Пенсию государство нам не выпишет. Тюремный стаж не в счет. А мы все-таки не привыкли на спичках экономить. Да и помнишь, когда последний раз на свое дело ходил?

– Не-а, – честно ответил Косой.

– Так что и базарить не надо. Увязли мы в болоте этом по самое некуда. А если к кому-то из настоящих воров канать, они нас пошлют куда подальше. Так что сопи в две дырки и не пускай пузыри. Мне пожить хочется. Тем более бабки все-таки они нам клевые гонят.

– Но уж больно строят из себя, – буркнул Косой.

– Что? – нахмурился Альберт. – Точно случайно?

– Сто процентов. Просто они проверять тщательно стали. Водила задергался. В общем, все, хана. Боец, что с водилой ехал, пытался сдернуть. Ствол выхватил. Пулю в ляжку слопал, и все. Взяли обоих.

– Ясно, – кивнул Альберт. Отключив сотовый, громко позвал:

– Лось!

В открытую дверь заглянул парень.

– Свяжись с Устранителем.

– Отлично. – Довольно улыбаясь, Падишах отпил глоток пива из банки и поставил ее на подоконник. – Лично мне в кайф, что у них проблемы начались. Я товар выцеплю и на хренушку их видал. – Сев в кресло, положил ноги на столик.

Молодая полная женщина, потушив окурок в пепельнице, посмотрела на часы.

– Мне скоро уезжать. Меня просили узнать с кем дело иметь. С тобой или…

– С кем же еще? – хмыкнул он. – Они в это не лезут. Только по телефону с поставщиками говорят. Это я как загнанный мотаюсь туда-обратно. А они…

В дверь позвонили.

– Вот так всегда, – подмигнул он женщине, – без меня ничего не решается. Нет покоя ни днем, ни ночью.

Встав, пошел в прихожую. Она услышала, как он, не спрашивая открыл дверь. Затем что-то тяжело упало. Женщина испуганно замерла. Услышав стук закрывшейся двери, осторожно выглянула в прихожую и увидела лежавшего на спине Падишаха. Закричав, бросилась к двери. Вспомнив о сумочке, вернулась назад.

– Жуков, – открыв железную дверь камеры, лениво проговорил милиционер, – на выход.

– Наконец-то. – Поднявшись с пола и отряхивая джинсы, Евгений вышел из камеры.

Милиционер захлопнул дверь.

– Сейчас выйдет, – кивнул молодой капитан милиции. – Получите своего муженька в целости и сохранности.

– Здравствуй, Маша. – Улыбаясь, к жене подошел Жуков. – У тебя все в порядке? А где Мишка? – не увидев сына, заволновался он.

– Он у мамы. – Маша обняла его и всхлипнула.

– Перестань. – Улыбаясь, он поцеловал ее в щеку. – Все хорошо. Сейчас поедем домой. Ты борщ сварила? – Он засмеялся. – Всю кастрюлю слопаю.

– Конечно, – кивнула Маша. – Все готово. Мама твоего любимого бутылочку передала.

– Теща у меня золото, – подмигнул милиционеру Жуков.

– Вас проводят, – без улыбки сообщил тот.

– Это еще зачем? – недовольно спросил Евгений. – Дорогу я знаю. Вы мне здесь во, – он провел ребром ладони по горлу, – как надоели.

– Приказ, – буркнул подошедший милиционер в штатском.

– У нас на квартире двое, – поспешно сказала мужу Мария. – Они не мешают. Нам звонили, – добавила она. – Сказали, что… – Не договорив, вздохнула.

– Вот паскуды.

– Может, все-таки скажешь, – счел нужным вмешаться милиционер, – с кем у тебя…

– Я уже сто раз говорил, – раздраженно перебил его Жуков, – ничего не знаю: кто там, чего хотел, кто вообще с кем воевал, как они ко мне попали.

Точнее, как попали, знаю. Видать, со страху, убежища искали. Впрочем, уже не раз это говорил. Давай охрану – и поехали. Домой к сыну и к борщу хочу.

– Пустой номер, – недовольно проговорил сидевший на заднем сиденье мощного мотоцикла парень в шлеме с закрывающим лицо щитком. – Он с бабой, и мусоров трое.

– Уезжайте, – услышал он в наушниках. – За ними не идите. Парень щелкнул висевшим на груди маленьким передатчиком и хлопнул сидевшего за рулем по плечу.

– Гони. В другую сторону.

* * *

– Двоих на мотоцикле, – сказал в переговорное устройство подполковник милиции, – проводите до места. Как войдут, берем. С вами будет на связи опергруппа. Вообще обнаглели, сволочи, – отключив передатчик, недовольно буркнул он. – Все свою силу показывают. Мы им тоже покажем, – пообещал он.

– У него покупательница была из Воронежа, – сказал Араб. – Ее мы не тронули. – Правильно, – кивнул Павел. – Зачем покупателей отпугивать?

– В Ярославль поехал Молчун со своими.

– Как же мы сразу об этом не подумали? – недовольно проворчал Павел. – На Софи понадеялись.

– Может, Абрам прав и Жанка уже в Риме?

– Типун тебе на язык. Хотя для нас это было бы лучше. Уж лучше под Кардиналом ходить всю жизнь, чем под конвоем.

Отключив телефон, Альберт опустился на стул. Взял сигарету, сломал ее в пальцах и выматерился. Сидевшие перед ним Навруз и Чарли переглянулись.

– Двоих, – негромко проговорил Альберт, – которых послали к милиции, взяли на квартире. Они и выстрелить не успели. Там были еще трое. И покупатель из Курска. За оружием приехал. – Подрагивающими пальцами взял новую сигарету.

– А кто их туда послал?! – заорал Навруз. – Ты! Силу решил показать. Вот и показал. Неужели менты – дураки неотесанные? Они сразу этих двоих срисовали и на хвост им сели. А теперь нам претензии от курских будут! Ты виноват! Собирай совет, – потребовал он. – Немедленно!

– Ты на меня не ори, – приподнимаясь, бросил Кононов. – Я тебе…

– Заткнись! – крикнул Навруз. – Ты виноват! Возомнил себя крестным отцом!

– Ты заткнись! – проорал Альберт. – Не смей на меня пасть раскрывать! Ты чего, сука…

Навруз, ухватив край столика, перевернул его на Альберта, схватил стул, размахнулся. Чарли успел поймать стул за спинку и, вырвав, отбросил его в сторону. Встал между разъяренным Наврузом и Альбертом.

– С ума посходили! – заорал Шарлин. – Вы чего?! Пацаны, что ли, в камере?! Хватит!

– Ты мне за это ответишь, – тихо, со сдержанной злостью проговорил Навруз. – Меня никогда никто не смел оскорблять. Я тебе припомню. – Он быстро вышел.

– Ты чего? – посмотрел на разозлившегося Альберта Чарли. – Чего взбеленился? Это уже совсем плохо, если мы меж собой грызться начнем. Карл никогда этого не допускал. Вы взбесились, что ли, все? А насчет твоей вины любой скажет, что зря ты это сделал. На кой черт посылать парней к милиции? Тем более это уже раз было. Вот теперь и расхлебывай кашу. С кем встречались покупатели?

– С Наврузом.

– Вот отчего он взбесился. Они его запросто заложить могут.

– Но я не думал, что парни поедут на квартиру, где оружие!

– Теперь это уже прошлое. Надо о будущем думать. Какое отделение их взяло? – достав сотовый, спросил он и прожал номер.

– Наверное, Петровка, – буркнул Альберт. – Эти по «хвостам» великие мастера. И берут сразу.

– Тогда ничего не поделаешь. – Чарли отключил телефон. – Остается призрачная надежда, что продавцы и покупатели будут говорить только о себе.

– А эти двое, мотоциклисты? – нервно напомнил Альберт. – Вдруг они…

– Мой тебе совет, – выходя, проговорил Шарлин, – молись, чтобы они не заговорили, а прошли просто как продавцы оружия. А еще лучше, если бы им предъявили незаконное хранение оружия.

– Час от часу не легче, – сокрушенно сказал Абрам. – Что за чертовщина какая-то началась? Во всем у нас провалы. Впрочем, со стрельбы в баре началась невезуха. Кажется, надо упаковывать чемоданы и покидать Русь великую, – пробормотал он по-еврейски.

– Что? – спросил Аркадий.

– Да когда невесело на душе, – вздохнул Абрам, – по-еврейски говорю. Помогает. Вроде на душе легче делается.

– А почему ты в Израиль не уехал? Многие из ваших умотали.

– Моя родина – Россия. Я родился в Москве. Здесь мои родители похоронены. Да и не столько в этом дело, сколько в том, что там не Россия, а следовательно, жить так, как я живу здесь, там невозможно. Я привык к русской доброте, к простодушию. Да и какой, в сущности, я еврей – воспитание советское, родной язык – русский. Все здесь для меня родное. Я понятно ответил?

– Еще как понятно.

– Дурят нас, простофиль, все, кому не лень. И никак мы не научимся жить хорошо. Вот я не пойму стариков, которые ратуют за возврат к прошлому, поддерживают коммунистов. Ну что видели мы, когда жили в СССР? За колбасой в Москву ездили. И за апельсинами. Весь мир объедался нашей икрой, а мы ее даже в глаза не видели. Я уж не говорю о другом. Да, – вздохнул Абрам, – сейчас многие живут за чертой бедности. Это так. Но…

– Ты, похоже, готовишься к выборам в Госдуму, – рассмеялся Аркадий.

– А что? – усмехнулся Абрам. – Неплохая мысль.

Зазвонил телефон.

– Слушаю. – Абрам поднял трубку.

– Это я, – услышал он голос Шарлина. – Тут дело к крови. Слышал о задержании курских?

– Разумеется. А что еще?

– Навруз с Альбертом сцепились. Хорошо, я был. Навруз ушел в ярости. Альберт, по-моему, собирает боевиков…

– Черт возьми! – воскликнул Абрам. – Час от часу не легче! Немедленно обзвони всех. Собираемся через полчаса у меня.

– Да, – поднял трубку Евгений.

– Слушай и запоминай, – услышал он угрожающий голос. – Никому ни слова. Держишься своей версии. Если хоть слово лишнее скажешь, твоя жена и сынишка умрут. Вечно их менты охранять не будут.

И сразу раздались гудки отбоя.

– Женя, – спросила Маша. – Кто звонил?

– Номером ошиблись, – беспечно отозвался он.

– Ее не было в Ярославле, – сказала Софи. – Только что звонила Тамара. Жанна с ней разговаривала два дня назад. Сказала обо мне.

– Так чего ждешь? – услышала она в трубке раздраженный голос Павла. – Немедленно отправляйся в Ярославль.

– Кардинал – сволочь, – вздохнул Абрам. – Бумаги с чеками на предъявителя. Его надо вызывать в Москву. Скажем, что решили устроить дворцовый переворот и кандидат на пост папы – он. Но надо говорить так, намеком. Он может почувствовать западню и не приехать. Посылать боевиков туда нет никакого смысла.

– А что с Карлом? – спросил Чарли.

– Он звонил в последний раз два дня назад и спрашивал о поставке золота. Я объяснил ему ситуацию. На этом разговор закончился. Что самое странное – он не поинтересовался Жанной. Потому у меня и появилась мысль, что она в Риме. Не знаю…

– Чушь, – усмехнулся Аркадий. – Она в России. Даже в Москве. Просто очень напугана и поэтому боится объявиться.

– Ее необходимо найти как можно скорее, – сказал Абрам.

– Ее не надо было пугать и доводить до того, – проворчал Аркадий, – что она начала скрываться. А с Карлом действительно надо что-то решать. Мне кажется, он ждет доставки золота и, так как дела ведет сам, возьмет все деньги. А мы и так потеряли крупные суммы. Еще этот Падишах… Хорошо, что за машиной наблюдали наши люди. В этом, слава Богу, мы идем на два шага впереди милиции.

– Ты хотел, чтоб я женился на Малкиной? – поразился Лев и подошел к теннисной сетке. – Но…

– Так было нужно, – кивнул, отдавая ракетку охраннику, Карл. – Потом, когда бумаги оказались бы у нас, с ней могло случиться что угодно.

– Подожди, – помотал головой Лев, – но ведь…

– Если Жанна во второй раз выйдет замуж, она получит приличное наследство и документы.

– Папа, я сделаю все, как ты скажешь.

– В каких ты отношениях с Эдуардом?

– Нормальные отношения. А почему ты вдруг спросил об этом? При чем здесь Эд?

– Он, кажется, начал свою игру, – задумчиво пробормотал Карл. – Убита его Нонна. Пропали какие-то бумаги. Я звонил своему человеку в Москве, он подробностей не знает, но постарается все выяснить. Я вызвал тебя очень своевременно. Конечно, мы потеряем вложенные в недвижимость деньги, но, как говорится, Бог с ними. Жизнь дороже. Тем паче мы с тобой далеко не нищие, – подмигнул он сыну. – Может, еще одну партию? – подкинув теннисный мячик, спросил он.

– Значит, ты отходишь от дел?

– Я этого не сказал. Но некоторое время буду, если так можно выразиться, в стороне. Теперь о Кардинале. Ты свяжешься с ним и постараешься выяснить, на чьей он стороне. Потому что в центре сейчас начинается мышиная возня вокруг первой скрипки. Не дирижера, коим являюсь я, а первой скрипки. Эдуарду не понравилось, что сейчас руководит Кононов. Он начнет свою игру. И здесь ему необходимо подсказать, на чью поддержку он может рассчитывать. Всего лишь намекну ему.

– Понятно, – положив телефон, усмехнулся Кардинал. – Значит, Карл начинает искать союзников. Мне это очень выгодно. У Карла связи по всей Европе. Но он может решить все очень просто – убить меня где-нибудь в Италии, и все. Хотя шансов Умереть в России у меня гораздо больше. Но сначала нужно все решить здесь. Пусть сумма не очень и велика, но оставлять деньги, которые я могу взять сам, глупо. Где же эти кретины? Прошло уже семь часов. Наверное, хотят получить с Игорька деньги, потому и не торопятся ко мне. Сволочи, как все обдумали – поставить меня перед выбором: Игорь мертв, сын его тоже. Пятак оказал мне неоценимую услугу, сообщив об этом. Но предавши раз, предашь и второй. Поэтому он тоже попробует моего коньяку. – Кардинал подошел к бару и достал бутылку. Посмотрел на нее, усмехнулся. – Если бы Семенов тогда опоздал, многое было бы по-другому. Рекс и Клещ были бы сейчас далеко отсюда, а вернувшись, сообщили бы, что сына Игоря там нет. Они его отблагодарили по-черному. Но где они?

– Непонятно, – зевнул Пятак, – где они есть-то? Наверное, сдернули, суки. Хапнули у Семена деньжат прилично – и укатили. Надо было с ними ехать. – Снова зевнув, поднялся. Услышал стук в дверь. – Явились. – Усмехнувшись, пошел к двери. – Что задерживаетесь? – открыв замок, буркнул он.

Сильный удар двери сбил его на пол. Вскрикнув, он попытался встать.

Пинок в лицо опрокинул Пятака на бок. Артур еще раз ударил его ногой. Мимо, шатаясь, вытянув руки вперед, словно слепой, в комнату прошел Семенов. За ним – Волчара и Матвей. Артур услышал сдавленный крик и грохот упавшего тела.

Заглянув, увидел посиневшее лицо висевшего на веревке мальчика.

– Пацана вздернул, сука, – отвернувшись, буркнул Волчара. Присев рядом с неподвижно валявшимся Семеновым, Артур приложил два пальца к сонной артерии.

– А чего ты два пальца приложил? – спросил Матвей.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю