355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Айрис Денбери » Лето в Альбаросе » Текст книги (страница 1)
Лето в Альбаросе
  • Текст добавлен: 15 сентября 2016, 03:13

Текст книги "Лето в Альбаросе"


Автор книги: Айрис Денбери



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 10 страниц)

Айрис Денбери
Лето в Альбаросе

Глава 1

Долететь до Мадрида, потом пересесть на самолет до Гранады, а там проехать на машине. Все это казалось легкой задачей в то утро, когда Каран покинула аэропорт Хитроу, но теперь, очутившись в Гранаде, когда сумерки октября оставили едва заметной розоватую полоску вершин Сьерра-Невады на фоне чернеющего горизонта, ей было не сладко оттого, что еще надо было добираться до Альбаросы.

Спешно перекусив в кафе аэропорта, она отправилась на поиски водителя, который взялся бы ее везти. Уже было отчаявшись найти машину, Каран обратилась к служащим аэропорта.

На улице напротив выхода из аэропорта возле машины ее ожидал высокий мужчина. В тусклом свете она лишь мельком разглядела худое серьезное лицо, темные глаза.

Она осведомилась о стоимости поездки. «Сперва спрашивай, во сколько тебе это обойдется», – хором твердили ей в Лондоне.

– У меня все равно дела в Альмерии. А дополнительные расходы обсудим позже.

По его голосу она догадалась, что он испанец, хотя его английский был прекрасен.

Заметив ее сомнения, он коротко заверил:

– Я не возьму слишком много, сеньорита.

Каран проверила, на месте ли багаж, потом села в машину. На дороге было темно, только кое-где пунктиром загорались фары легковых машин и грузовиков. Ей выдалось время поразмышлять над странными обстоятельствами, в результате которых она теперь неслась по извилистым дорогам Андалузии, причем даже не в сезон отпусков, а в разгар зимы, к тому же еще в обществе незнакомого мужчины, которого она даже толком не рассмотрела и имени которого не знала. Она всегда была склонна к приключениям, и теперь, возможно, они ее ждали.

Ни с того ни с сего Каран Ингрэм вдруг наскучила ее однообразная секретарская работа в одной из крупных страховых компаний.

– Знаешь, порой чувствую себя какой-то цифрой, – жаловалась она своей подруге Джулии. – Боюсь, я и сама скоро превращусь в предмет мебели – четвертый стол справа, рядом с картотекой.

– А ты предприми что-нибудь неожиданное, спонтанное, – посоветовала ей Джулия. – Это убийственно – все время следовать по наезженной колее.

«Так что же вам надо? – как-то спросили у нее в агентстве по трудоустройству. – Вы что, мечтаете стать секретарем принцессы или кинозвезды?»

– Кажется, я вообще не хочу больше быть секретарем, – тихо произнесла Каран.

– Но ведь ты больше ничего не умеешь делать, – напрямик заявила ей Джулия. Допив вторую чашку кофе, она протянула подруге утреннюю газету. – Посмотри объявления, там есть несколько очень интригующих, может быть, тебе что-нибудь приглянется. Прости, я уже убегаю.

Каран внимательно просмотрела все объявления. Одно предлагало секретарскую работу в Швейцарии, в другом же искали разумную молодую женщину для управления виллами в Испании.

Собеседование с миссис Парментер, владелицей вилл, прошло успешно.

– Если вас устраивают условия, думаю, вы прекрасно справитесь, – объявила эта дама средних лет. – Я давно ищу человека, который сможет там жить.

После долгих инструкций по поводу ее обязанностей экономки Каран убедилась, что работа очень интересная и как раз то, что ей нужно. Она уверила миссис Парментер в своем прекрасном знании домашнего хозяйства. У нее было и еще одно преимущество: в последнее время она посещала курсы испанского языка и вполне сносно могла объясняться на нем.

Каран готова была согласиться на эту работу немедленно, но миссис Парментер предложила ей подумать над этим несколько дней, возможно, посоветоваться с близкими.

Джулия не высказала большого энтузиазма по этому поводу.

– Испания? – переспросила она. – И почему тебе вдруг наскучила твоя работа? Просто тебе, Каран, нужен парень, чтобы ты могла с ним куда-нибудь выходить.

Она подала заявление об уходе из страховой компании, затем ненадолго заехала к родителям в Глочестершир сообщить о своей новой работе за границей.

В то утро, когда миссис Парментер приехала в Хитроу провожать Каран, ее сопровождал симпатичный молодой человек, Поль, ее племянник. Он сказал Каран, как ей завидует, что она едет на юг Испании в это время года.

– Вам повезло, вы избежите нашей лондонской зимы. Однако скоро я тоже приеду в Альбаросу, и тогда, надеюсь, вы сможете ненадолго отвлечься от своих обязанностей, чтобы я мог показать вам живописнейшие окрестности. – Он многозначительно глянул на свою тетушку, но больше разговаривать им было некогда.

Через иллюминатор Каран разглядела его среди толпы провожающих. Джулия тоже намеревалась проводить Каран, но в последний момент передумала, потому что не могла пропустить свидание с очередным приятелем.

А теперь Каран везли на дикой скорости, и человек за рулем, казалось, больше внимания уделял курению сигары, чем дороге. Вдали показалось скопление огоньков, и он слегка притормозил.

– Проголодались? – дружелюбно поинтересовался он. – Мы можем поужинать в городе.

– Думаю, мы могли бы остановиться у кафе или закусочной? – ответила она.

Однако Каран задумалась над тем, что он предложил ужин вдвоем. Как ей теперь поступить, чтобы не обидеть этого вежливого испанца? Наверное, надо позволить ему заплатить по счету, а потом добавить свою долю за ужин в оплату поездки.

Когда он повел ее в ресторан на площади, Каран смогла получше рассмотреть своего спутника. Высокий, стройный, как она уже заметила, но теперь ей бросился в глаза прямой римский нос, высокие скулы и твердая линия подбородка. Его черные волосы были одного цвета с четко очерченными бровями. Это был не просто заурядный таксист, и Каран даже на пару секунд засомневалась, но он твердо взял ее за локоть и направил к столику, где их любезно встретил сам владелец заведения. Спутника Каран здесь явно знали, если только этот удивительный прием не был знаком обычно чрезмерной испанской вежливости.

– Наверное, нам лучше представиться друг другу, – сказал он, изучая меню. – Меня зовут Рамиро Мендоза. А вас?

Она не ответила сразу, из-за какого-то смутного чувства неловкости. Разве обязательно знакомиться с водителем, который просто подвозит вас, потому что ему это по дороге?

Каран взглянула на него и уловила в его взгляде насмешку.

– Я вас чем-то обидел или у вас есть особые причины сохранять инкогнито?

– Нет никаких причин, – резко ответила она. – Я – Каран Ингрэм.

– Каран, – тихо повторил он. – Этого имени я раньше не слышал.

– На самом деле меня зовут Каролин Анна, но все зовут меня Каран.

Он рассматривал ее с откровенностью, которая смущала.

– Да, это имя вам подходит, – решил он наконец. – Вы ведь не в отпуск? Туристы обычно не приезжают сюда в октябре.

Им принесли по бокалу сухого «Манзанилья». Несомненно, дон Рамиро рассчитывал, что бокал вина снимет с нее напряжение. Во всяком случае, за порцией копченых креветок, за которой последовала жареная говядина с грибами, Каран рассказала своему новому приятелю, как она оказалась в Испании в это время года.

– Значит, вы будете работать в Альбаросе? – спросил он.

– Да, я для этого и приехала, – ответила она.

– Альбароса, – тихо повторил он. Потом, подумав, добавил: – А вы знаете, где находятся эти виллы?

– Я только знаю, что они на побережье.

– Но они совсем не близко к городу.

– Может быть, но мне это не важно. Вы хорошо знаете те места?

– Я живу недалеко отсюда и могу сказать, что знаю Альбаросу довольно хорошо. Это не курорт – во всяком случае, не то, что англичане называют курортом.

– Наверное, потому люди и приезжают отдыхать на виллы моей хозяйки – ради тишины и спокойствия. Не всем же нравятся толпы народу на пляже.

Его рот скривился в легкой усмешке.

– Вы готовы защищать репутацию места, которого даже не видели.

– Правда, – согласилась она. – А далеко до них от Альбаросы?

– Около шестидесяти миль, – ответил он.

Каран широко раскрыла глаза от удивления:

– Значит, мы туда доберемся очень поздно.

Дон Рамиро улыбнулся:

– Ну, не так уж поздно. – Он посмотрел на часы. – Сейчас только половина десятого.

– Да, ясно, – растерянно пробормотала Каран. – Сейчас рано темнеет. И вы не сможете довезти меня до места.

Он изогнул темные брови:

– Не смогу? А что же вы тогда будете делать? Попытаетесь взять такси?

– Вероятно, да, – неуверенно проговорила она.

– Это возможно, но нежелательно, сеньорита. А почему вы не хотите, чтобы мы вместе с вами доехали до конца, раз уж мы проделали такой длинный путь?

Каран слегка улыбнулась ему, давая понять, что все равно у нее выбора нет.

– Тогда, если вам не составит труда, я бы попросила вас довезти меня до конца, – проговорила она серьезным тоном, навеянным холодным сосредоточенным видом дона Рамиро.

Вскоре после того, как они покинули ресторан в Альмерии, начался дождь, он стал заливать ветровое стекло, и в свете фар дорога казалась черной глянцевой лужей. Испанец слегка сбавил скорость, чему Каран была несказанно рада. Сидя на переднем сиденье, она теперь остро ощущала все изгибы и крутые повороты дороги, время от времени ей досаждал ослепительный свет летящих навстречу автомобилей.

Каран показалось, что их поездка продлится всю ночь, но наконец они стали взбираться по крутой извилистой дороге, вдали замелькало несколько одиноких огоньков.

– Это Альбароса?

Он кивнул.

– Надеюсь, вы сможете найти эти виллы, – продолжала она. – Я представления не имела, что здесь такая темнота.

– А вы думали, что к вашему приезду будет море огней? – От нотки сарказма в его голосе ее передернуло. – Сегодня, к сожалению, вы не сможете туда попасть, сеньорита, – сказал он. – От шоссе, проходящего через город, к вашим виллам ведет дорога без покрытия, и сегодня там будет просто море разливанное.

Каран вдруг захлестнул испуг. Во что она ввязалась? В следующую минуту она корила себя за малодушие: с чего она взяла, будто любой незнакомец в этой стране намерен ее похитить?

– А здесь есть какая-нибудь гостиница, где я могла бы остановиться? – спросила она, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

– Я отвезу вас к своему другу, там о вас позаботятся. Утро вечера мудренее.

Они были в центре тихого города, некоторые бары еще были освещены, и время от времени одинокие фигуры перебегали улицу, чтобы укрыться где-нибудь от проливного дождя.

– Подождите здесь, пока я не договорюсь обо всем с сеньорой Молиной, – скомандовал дон Ра-миро и быстрыми шагами пересек мостовую. Распахнув створку двери, он исчез за ней.

– Все в порядке, – сообщил он через пять минут. – Сегодня вы проведете ночь у моих друзей. Берите свою сумочку, а я выгружу остальной багаж.

Хотя Каран быстро выскочила из машины и бегом кинулась к открытой двери, проливной дождь успел намочить ее, и она, едва не споткнувшись на пороге, влетела внутрь. Навстречу ей вышла пожилая полная женщина.

– Bienvenido! [1]1
  Добро пожаловать! (исп.)


[Закрыть]
– обратилась она к Каран, приветливо протягивая руки.

– Простите, что причинила вам столько беспокойства, – старательно начала Каран на испанском.

Сеньора взмахом руки отмела ее извинения:

– Я всегда рада услужить дону Рамиро. Каран провели к изогнутой каменной лестнице, потом в комнату, заставленную громоздкой темной мебелью, где продрогшая на холодном сыром ветру девушка согрелась и успокоилась.

– Сначала – стакан вина, потом надо поесть, – заявила хозяйка.

– Да, вина, пожалуй, – согласилась Каран, – правда, дон Рамиро уже угостил меня ужином в Альмерии.

– Ну конечно. Не мог же он оставить вас голодной.

Испанец вошел в комнату.

– Я уложил ваш багаж внизу, во внутреннем дворике, – сказал он Каран. – Сеньора Молина, позвольте представить вам сеньориту Каран Ингрэм, если я правильно расслышал ее имя. Она из Англии. – И вновь обратился к Каран: – Сеньора Молина – ваша гостеприимная хозяйка на сегодняшнюю ночь.

После обещанного бокала вина и печенья девушке показали спальню, где ей предстояло провести ночь.

– Эта спальня всегда готова для моей дочери, – пояснила сеньора Молина. – Она работает медсестрой в Гранаде и часто приезжает к нам без предупреждения. – Сеньора радостно засмеялась. – А мы всегда готовы к приезду тех, кого мы любим и ждем.

Каран сразу поддалась приливу теплых чувств к этой доброй знакомой дона Рамиро. Она рассказала сеньоре Молине о цели своего приезда в их края, но женщина ее не поняла.

– Пять вилл располагаются на побережье и называются по имени разных драгоценных камней – «Хрустальная», «Бирюза» и так далее, – объяснила ей Каран.

– Ах да. – Лицо сеньоры на миг просветлело, затем вновь его пухлые черты приняли несколько встревоженное выражение. – Пойду принесу вам кувшин с горячей водой.

Как только хозяйка вышла, в дверном проеме тут же возник дон Рамиро.

– Вот ваш чемодан, на случай если вам что-нибудь понадобится.

– О, благодарю, дон Рамиро, – сказала Каран. – Как это предусмотрительно с вашей стороны.

Он вежливо поклонился:

– Доброй ночи, сеньорита. Желаю вам хорошо выспаться, а также удачи в вашей новой работе.

Оставшись одна, Каран задумалась над последними словами дона Рамиро. Возможно, в этих виллах сокрыта какая-то зловещая тайна? А может, местные просто недолюбливают их, потому что постояльцы миссис Парментер вторгаются в провинциальную жизнь этого маленького тихого городка, который еще не готов к натиску толпы туристов?

Но все это ей предстоит выяснить завтра. А пока Каран была по-настоящему благодарна своим новым знакомым за этот удобный ночлег.

Весьма приятная комната в истинно испанском духе, думала Каран, погружаясь в крепкий сон, который, как ей показалось, длился всего лишь несколько минут, потому что вскоре вошла сеньора Молина с чашкой кофе и отдернула тяжелые занавеси.

– Buenos dias! [2]2
  Добрый день! (исп.)


[Закрыть]
– крикнула ей пожилая дама. – Солнце светит еще ярче после дождя.

Собравшись к отъезду, Каран попыталась вежливо узнать, какую сумму она должна за ночлег, но женщина отмахнулась от нее, не дав закончить.

– Мы уже все уладили с доном Рамиро, – торопливо заверила она. – Мы же друзья.

– А дон Рамиро здесь не ночевал? – поинтересовалась Каран.

Испанка пожала пухлыми плечами и вытянула вперед руку в красноречивом жесте, как будто говоря о непостижимом характере мужчин.

– Нет. Мог бы переночевать здесь, в удобной постели. Так нет, поехал обратно в Альмерию ночью, под дождем.

– Жаль, я доставила ему столько хлопот.

– Дон Рамиро никогда не остановится перед трудностями, если может помочь человеку, – с чувством возразила сеньора Молина.

Каран улыбнулась ей, догадываясь, что та без ума от дона Рамиро.

– А отсюда далеко до вилл? – спросила она, размышляя, как доставить туда свой багаж.

– Виченте – это соседский парень – отвезет вас и ваши вещи.

Еще одно доказательство предусмотрительности дона Рамиро немного опечалило Каран, ведь она никогда больше его не увидит и не сможет отблагодарить за оказанную ей помощь.

Она последовала за Виченте, гибким юношей, через двор и помахала на прощанье хозяйке дома. Выйдя на улицу, она увидела табличку и постаралась запомнить название – Калле де Сан-Педро. Может быть, позже ей удастся послать сеньоре маленький подарок или цветы в знак благодарности.

Их машина поворачивала на многочисленных перекрестках, затем Виченте провез ее задворками, и наконец они добрались до места, где каменистая дорога сузилась и перешла в плохо различимую тропу, полную луж и грязи, усеянную довольно крупными булыжниками.

– Мы туда едем? – спросила Каран своего провожатого.

– Да, да, сеньорита, – заверил он ее.

Извилистая дорога тем временем вела их вниз, к побережью, и ехали они в нужном направлении, однако к виллам, думала Каран, должен был быть другой, более удобный подъезд.

В конце концов дорога привела их густыми зарослями кустарника, олеандров и юкк, блестевших от недавно прошедшего дождя, к внутреннему дворику крошечной виллы.

Виченте бросил ее чемоданы у входной двери.

– Это и есть ваша вилла? – спросил он.

– Да, – в растерянности ответила она. – Спасибо, что подвезли. – Она протянула ему двадцать песет, что явно было гораздо больше, чем он ожидал, и он с улыбкой и многочисленными словами благодарности повернулся и исчез за кустами, словно рад был поскорее выбраться отсюда.

Как она ни рассматривала фасад здания, нигде не было таблички с названием виллы, хотя ей сказали, что ее домом будет «Радость» – первая вилла от дороги. Ну что ж, по крайней мере, эта была точно ближайшей к дороге. Миссис Парментер говорила ей, что пожилая женщина, Мануэлла, которая живет в сторожке неподалеку, отдаст Каран ключи от всех владений, но здесь ее никто не ждал, может быть, потому, что она не приехала вчера вечером.

Каран осторожно потянула за ручку входной двери и с облегчением обнаружила, что дверь не заперта. Войдя в дом, она оказалась в небольшом коридоре, который вел в довольно просторную комнату. Повсюду царил беспорядок: книги и бумаги, недопитые бутылки с вином громоздились на подоконнике, там же были брошены апельсины и хлебный нож.

Этот дом был явно не тем, в котором ей предстояло жить. Внезапно Каран припомнила, как миссис Парментер говорила, что у нее есть один постоянный жилец, некто мистер Элдридж, и, вероятнее всего, сейчас она находилась на его вилле.

Она постучала в дверь, как ей показалось, ведущую в спальню.

– Есть кто-нибудь? – громко сказала она по-английски, а затем по-испански.

Когда никто ей не ответил, она приоткрыла дверь и заглянула внутрь: разворошенная постель, пижама на полу, в углу пара высоких резиновых сапог, на трюмо – щетки для волос, электробритва и тому подобные вещи – разгром был невероятный. Она тихонько затворяла дверь спальни, когда за ее спиной раздался сердитый голос, который недружелюбно вопрошал, что ей здесь надо.

– Кто вы такая? – прогремело по-испански. – Почему вы вломились сюда и…

– Прошу меня простить, – поспешила вставить Каран на английском. – Я ошиблась…

Он угрожающе навис над ней, высокий, широкоплечий, в толстом сером свитере, темно-коричневых заплатанных штанах и таких же высоких, как в спальне, резиновых сапогах. Его лицо, которое она могла бы описать как вовсе не привлекательное – и то в лучшем случае, – сейчас было искажено гримасой ненависти.

– Если вы ищете свободную виллу, то вы наверняка попали не туда.

– Я это уже поняла, – холодно ответила она. – Прошу вас, выслушайте меня. Я все могу объяснить.

Он все так же стоял перед ней, сложив руки на груди, с выражением тлеющей злости, очень мрачный:

– Я жду, только поторопитесь. Не хочу попусту терять время, особенно сегодняшним утром.

– Меня зовут Каран Ингрэм, – начала она тихим сдержанным голосом. – Я…

– Каран? – переспросил он. – Что это за имя такое?

Она смело взглянула ему в глаза.

– Если вам не нравится мое имя, боюсь, вам придется с этим примириться, – отрезала она, не желая пускаться в объяснения с этим надменным грубияном. – Если позволите мне продолжить – меня сюда прислала миссис Парментер, владелица этих вилл, и я буду здесь жить, для того чтобы…

– Тогда, я надеюсь, вы хорошо проведете здесь время, – перебил он. – Вообще-то сейчас не лучшее время года для отпуска, а что касается этих вилл…

На этот раз она его резко перебила, откинув назад голову, ее светло-карие глаза горели гневом.

– Если вы наберетесь терпения выслушать меня, вам не придется делать неверные выводы. Я приехала сюда не в отпуск. Миссис Парментер наняла меня присматривать за этими виллами, чтобы они содержались в надлежащем состоянии.

– Вы?! – Он умудрился вложить в одно слово массу презрения. Его уничтожающий взгляд скользнул по ней с ног до головы, он рассматривал ее пушистые темно-рыжие волосы, ее обычно бледное овальное лицо, которое сейчас порозовело от возмущения, ее кремовый дорожный костюм и белые туфли, забрызганные грязью. – Не могу поверить, – тихо продолжал он, – что она могла сделать такую невероятную глупость и послать сюда вас.

– Вы обо мне ничего не знаете, вы не знаете, на что я способна, мистер Элдридж! – выпалила она ему в лицо.

– Уже начинаю догадываться. – Легкая тень улыбки пробежала по его губам.

– Будьте так любезны, подскажите мне, где находится вилла «Радость», и я с удовольствием не буду здесь задерживаться. Прошу простить, что без приглашения оказалась в вашем доме. – Она говорила, и голос ее поднимался все выше и выше, почти срываясь на крик.

– А, вы, вероятно, приехали со стороны города, по этой ужасной разбитой дороге. «Радость» – первая вилла, но только от шоссе.

Она прошла к двери, чеканя шаг, и взяла один из своих чемоданов, но он забрал чемодан у нее из рук:

– Давайте я помогу вам и заодно провожу до «Радости».

– Благодарю вас, мистер Элдридж, – сказала Каран ледяным тоном, когда он поставил ее багаж на порог виллы, в которой ей предстояло жить.

– Надеюсь, вам здесь не придется грустить, мисс… мисс Ингрэм, но предупреждаю вас, вы можете держать под контролем остальные виллы, а заодно и их жильцов, сколько вам будет угодно, только меня прошу оставить в покое. Я не потерплю никакого вмешательства в свою личную жизнь. Когда я договаривался о найме виллы, это было специально оговорено. Также прошу за мной не шпионить.

– Я извинилась, и вряд ли можно сказать, что я шпионила за вами.

– Значит, у вас входит в привычку заглядывать в спальни к посторонним?!

– Я подумала, что вы, не дай бог, заболели.

– Как видите, я здоров. Ну ладно, оставляю вас наедине с вашими обязанностями экономки, не знаю, правда, сколько вы тут продержитесь.

Он быстро развернулся и тяжелыми шагами пошел к себе через сад.

Совершенно невыносимый человек, подумала Каран, все еще не в силах успокоиться. Однако в этот момент у нее появилась другая, более серьезная проблема, которая требовала немедленного решения, потому что Каран стояла перед дверью своего нового дома, но ключей у нее не было. Она обошла виллу кругом, но все окна были плотно закрыты, и задняя дверь оказалась заперта.

Она сожалела, что не спросила у этого грубияна Элдриджа, где находится сторожка Мануэллы. Теперь придется самой ее разыскивать. Она прошла чуть дальше по дороге и увидела несколько небольших коттеджей. Возле одного из них играли двое маленьких детей, но, когда Каран приблизилась, они убежали в дом. Дверь следующего здания была открыта нараспашку, и Каран громко постучала по деревянному косяку. Почти тут же из проема двери показалась старушка в черном, выцветшем от времени платье.

Женщина была такая маленькая, что Каран возвышалась над ней, словно башня.

– Меня зовут мисс Ингрэм, я из Англии, – пояснила она. – У вас есть ключи от моей виллы?

– Да, да, сеньорита. – Мануэлла засеменила внутрь домика и через минуту вернулась со связкой разнообразных ключей, большинство из них были невероятно большими, будто ими до сих пор отпирали массивные железные ворота старинного замка.

– Пойдемте, пожалуйста, со мной, – предложила ей Каран. – Мне нужно у вас кое-что выяснить по поводу вилл.

Сначала Мануэлла заколебалась, потом заявила, что сейчас готовит обед.

– Но на ключах нет никаких надписей, – заметила Каран. – Как я узнаю, от какой они двери?

Быстрым жестом Мануэлла захлопнула перед ее носом дверь, которая почти тотчас же снова отворилась, и провозгласила не без раздражения:

– Я иду.

– А вчера вы приходили сюда? – спросила ее Каран, когда они вместе шагали по дороге.

Мануэлла остановилась и уставилась на молодую англичанку:

– Нет. А зачем мне было приходить?

Каран поняла, что нет смысла допытываться дальше и пускаться в объяснения – все равно было ясно, насколько недобросовестны служащие миссис Парментер.

Наконец они подошли к «Радости», и Мануэлла выбрала из связки один ключ и вставила его в замок. Но ключ был явно не тот, тогда она стала пробовать другие, все по очереди, наконец нашла подходящий. Внутри было темно – стоял затхлый, кисловатый запах.

Следующая вилла, «Бирюза», тоже стояла с закрытыми ставнями, но, когда они подошли к третьей, «Хрустальной», входная дверь оказалась открытой.

– А здесь кто-нибудь живет? – спросила Каран у старухи. – Я так поняла, что сейчас сдается только одна вилла.

– Нет, никого здесь нет, – заявила Мануэлла. – Единственный ключ только у вас.

Она взяла Каран за руку, словно желая увести ее, но в этот момент послышался женский голос, напевающий какую-то песню, и трое маленьких ребятишек гурьбой выбежали из дома. При виде Каран они сразу же застыли и с опаской стали рассматривать незнакомку. Потом подбежали к Мануэлле, схватили ее за юбку и за руки.

– Пойду посмотрю, кто там живет, – сказала Каран решительно.

Она быстро прошла через жилую комнату и вошла в кухню. Там молодая женщина стирала в раковине белье.

– Что здесь происходит? – спросила Каран. – Кто вы такая и почему здесь живете?

Из судорожных всхлипываний молодой женщины и визгливых выкриков Мануэллы Каран постепенно узнала всю историю. Это была Габриэлла, старшая дочь Мануэллы, которую с мужем и пятью детьми выставили из коттеджа, где они прожили много лет, за неуплату.

– Вот Габриэлла и привезла детей сюда, – объясняла Мануэлла. – Только на пару недель, пока ее муж не найдет для них другое жилье.

– Но так делать нельзя, – заявила Каран. – Эти виллы – частное владение, и здесь нельзя жить просто так.

– А почему нельзя? – спросила старуха. – Они же зимой пустуют. Летом сюда приезжают богатые люди. Разве можно отказать детям в крыше над головой?

Габриэлла твердила, что она поддерживает чистоту и порядок на вилле, она не нанесла никакого урона.

Каран согласилась помочь чем сможет, но семья Габриэллы должна срочно найти себе какое-нибудь другое жилье.

Какой сюрприз ожидает ее на следующей вилле? – спрашивала себя Каран. Но на «Изумрудной» жильцов не оказалось, за исключением больших пауков. Мануэлла отказалась проводить Каран к последней вилле – «Сапфиру».

– Там что, еще какая-нибудь семья живет? – поинтересовалась Каран, которую даже немного насмешил упрямый отказ пожилой сеньоры.

– Нет, нет, сеньорита, но там живет человек. Он не любит посетителей. Он не дал мне ключа.

Каран улыбнулась:

– Я уже встречалась с сеньором Элдриджем. Да, на сегодня давайте оставим его в покое. – Она забрала у Мануэллы все ключи. – Мануэлла, мне потребуется кое-какая помощь. Сегодня необходимо убраться на вилле «Радость». Ты попросишь свою дочь помочь мне?

– Только не эту. Придет моя младшая дочь, Бенита, – пообещала Мануэлла.

Прежде чем Каран успела выяснить еще что-либо, Мануэлла поспешно устремилась прочь по тропинке к себе домой. Каран тяжело вздохнула.

«Все виллы надо заново покрасить, а кое-где подновить, – говорила Каран владелица. – Причем успеть до конца января. Как раз в это время туристические агентства начинают присылать своих экспертов, и в этом году я потеряла много хороших заказов из-за того, что мои виллы не соответствуют требованиям их клиентов».

Сметы для косметического ремонта уже составлены, так что Каран остается только организовать работы и проследить за их выполнением.

Девушка задумчиво брела к собственному дому со странным названием «Радость». Сами виллы будут выглядеть неплохо, если их подновить и перекрасить, сад тоже потребует расчистки и ухода, но как ей выставить Габриэллу с семьей?

Неужели дона Рамиро и сеньору Молину так удивило упоминание о виллах только из-за того, что вся эта собственность была в столь плохом состоянии? Или у них была на то другая причина?

Каран занесла свои чемоданы в дом, но прежде, чем разбирать их, ей пришлось отпереть ставни и открыть окна, чтобы впустить внутрь свежий воздух и свет. Она немедля обошла все комнаты. Если все здесь прибрать, то вполне можно будет жить, подумала она. Стены были белые и вполне чистые, но в углах висела паутина. На полу, покрытом темно-оливковой и белой мраморной плиткой, лежал слой пыли, кое-где виднелись пятна налипшей грязи – их не составит труда отскоблить. Из мебели почти ничего не было, только стол из черного дерева да четыре стула с мягкими сиденьями. Громадный комод занимал одну стену. Заглянув внутрь, Каран нашла там богатую коллекцию пустых винных бутылок.

В спальне она с ужасом обнаружила, что покрывало на кровати было наброшено прямо на матрас, подушки, чистое постельное белье отсутствовали. Может быть, белье лежит в каком-нибудь шкафу, но поиски ни к чему не привели. Тут она вспомнила и о другой кровати, которая значилась в приблизительном списке всей мебели, данном миссис Парментер, и которую на своей вилле Каран не увидела.

Кухня была маленькая, но вполне достаточная для отдыхающих здесь летом туристов, потому что вилла предназначалась только для двоих. Некоторые виллы были значительно больше, и в них могли разместиться до шести человек.

К полудню она уже отчистила комод и платяной шкаф, развесила и разложила свою одежду и пожитки, но девушка, которая должна была прийти помочь ей с уборкой, так и не появилась.

Каран прошла к вилле, которую занимала Габриэлла, и спросила, когда ей ждать Бениту.

– Мать сказала вам, что Бенита придет сюда? – удивилась Габриэлла. – Но она работает в городе.

– Почему Мануэлла тогда пообещала прислать ее?

Габриэлла пожала плечами:

– Наверное, она придет вечером, после закрытия магазина.

Все равно к пяти часам вечера уже стемнеет, а Каран еще даже не посмотрела, есть ли в доме освещение.

– И все же мне надо как следует убраться в комнатах, причем сегодня же, – твердо сказала Каран.

В темных глазах Габриэллы появилось беспокойство. Потом она повернулась к своему сыну и велела ему передать Мануэлле, чтобы Бенита поспешила к Каран, как только придет обедать.

– Я тоже буду, – пообещала Габриэлла. – И еще, сеньорита, у вас нет горячей воды.

– Да? Тогда скажите мне, как мне организовать горячую воду, как мне готовить и все прочее. Кстати, там нет постельного белья.

Габриэлла сказала, что все запасное белье хранится на вилле «Изумрудной», самой большой из всех, где шкафы намного вместительнее.

– А что случилось со второй кроватью из моей спальни? – строго спросила Каран.

Габриэлла опустила голову и промолчала.

– Габриэлла, в чем дело? Я должна знать. – Но Каран и так уже догадывалась, где эта кровать.

– Мы… мы ее взяли на время, – призналась Габриэлла после долгой паузы. – У нас дети, понимаете. А здесь кроватей на всех не хватило.

– Поговорим об этом позже, – сказала Каран, предчувствуя, сколько еще мебели и какой они «взяли на время» с других вилл. – А тем временем, пожалуйста, пришлите ко мне на виллу вашу сестру, и как можно скорее.

Возвращаясь через сад, Каран заметила, что расположение вилл было хорошо продумано и очень удобно. Хотя все они были связаны одной дорожкой, которая шла параллельно линии моря, к каждому дому вел свой путь, и каждый располагался изолированно от остальных в саду. Вокруг росли магнолии, олеандры, лимонные и апельсиновые деревья, они плотной завесой защищали виллы от посторонних глаз.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю