Текст книги "Сказание о демоне (СИ)"
Автор книги: Айла Берен
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)
Глава 34
Иоси сунул бумаги за пазуху и схватив пустой ночной горшок выбежал из шатра. Служанка молча принялась за работу. Она расчесала мне волосы, уложив их заколками. Но когда перешла к лицу, то не смогла промолчать:
– Госпожа, вы проплакали всю ночь?
– Нет не всю, но ты права, я много плакала.
Я взяла пудру из рук служанки, потому что она ну совсем не справлялась с поставленной задачей.
– Давай я сама, а ты иди.
Она поклонилась и ушла. Я же принялась за работу. Мне нужно предстать перед императрицей и принцем ничуть не хуже, чем Хоши, и даже лучше. Скоро из зеркала на меня смотрела настоящая принцесса. Фарфоровая кожа, нежно розовые губы и заостренные кверху брови.
– Харука, я провожу тебя к императрице, – за дверью прозвучал голос Кагэро. Мой «братик» пришел сопроводить меня.
Я вышла к нему и поклонилась. Сегодня я буду следовать этикету непрекословно. Я должна стать невестой принца, а все эти глупости про фиктивный брак – ложь. Тамахомэ тоже любит меня, а значит, не позволит уйти.
Погода испортилась, поднялся сильный ветер, и он гнал в нашу сторону грозовые тучи. Мы прошли мимо экипажей, у которых уже стояли слуги с вещами претенденток. Даже гром не мог заглушить всхлипы невинных девушек. Их шатры уже собрали в дорогу.
– Кагэро, что происходит? – нарушив этикет, я все же подбежала ближе.
– Все кроме тебя и Хоши едут домой, как было сказано «потеряв доверие». Императрица отправила отцу каждой из них письмо, где просит понять, что любая из претенденток может быть причастна к отравлению, и императорская семья не собирается так рисковать.
– Отлично! – я не смогла сдержать эмоций.
– Хмм, что ты радуешься? У змеи все ходы продуманы. На третьем этапе, если конечно ты пройдешь второй, она задаст такой вопрос, на который сможет ответить лишь Хоши, потому что ей заранее его скажут.
Я отступила назад и нахмурилась. У меня был план, как поставить в тупик Докузо, но теперь все рушилось.
Третий этап. Про него мне не говорили! Я читала много книг, когда мы путешествовали с Тору, да и Рори передала мне бумаги. Возможно, они помогут? Может, и не будет третьего этапа, когда они, наконец, попадут в руки Тамахомэ?
Мы зашли в шатер императрицы. Все уже были в сборе. Меня смутило присутствие мужчин. Но Докузо заговорила:
– Я собрала вас всех перед осмотром, чтобы сообщить радостную новость! Так как невест осталось всего две и принцев у нас двое… – она прервалась и засмеялась, прикрыв ладонью рот. – Ой, простите… Принц-то у нас один, но Вэй Ин тоже императорских кровей. Поэтому, думаю, будет разумно, что одна из невест, которая не пройдет второй или третий этап, станет невестой наместника Западной провинции.
Я запаниковала. Мое сердце билось, а дыхание участилось. Увидев мое состояние, Кагэро подхватил меня, придерживая за руки, которые я сжимала в кулаки от злости. Докузо и Хоши – две змеи! Одна не сводила глаз с меня, другая не могла оторваться от Тамахомэ, который был невозмутим.
Вэй Ин спокойно попивает чай! Его женят, а он даже бровью не повел. Возможно ли то, что он сам настоял на этом?
– Делегации обеих невест уже в пути. Две свадьбы, согласитесь, это огромная радость для всех провинций, – продолжила Докузо. – А теперь, прошу нас оставить. Пора приступить, мне не терпится вернуться в столицу.
– Не беспокойся. Все под контролем, мои люди знают о подмене, – прошептал Кагэро перед тем, как уйти.
Но от этого мне не стало легче. Пусть даже обман не раскроется, но становиться невестой Вэй Ина совершенно не входило в мои планы.
Когда все мужчины вышли, к нам с Хоши подошли две престарелые женщины в белых хлопковых платьях. Они вывели нас в центр и спустили кимоно. Оставшись совсем нагой, я прикрыла грудь руками, на что императрица громко рассмеялась.
Начался осмотр. Они поднимали руки, убирали волосы, смотрели даже между пальцев, выискивая шрамы и родинки. Наконец прозвучало долгожданное:
– Они чисты, церемония окончена.
Я выдохнула с облегчением и потянулась за кимоно, но его перехватила подбежавшая служанка. Мне пришлось вновь напрячься, когда я увидела лицо Докузо. Она буквально закипала, в ее глазах было столько ненависти, что стало не по себе.
– Ну что ж поздравляю вас, – резко сменив тон, сказала Докузо. – Потребуется третий этап. Вы предстанете перед самим императором. Надеюсь, он останется довольным
Она сделала паузу, и завопила, да так что я дернулась и сошла с места:
– Чего вы ждете?! Идите собираться, нужно быстрей с этим покончить!
Хоши вышла, я последовала за ней, но меня остановила Докузо:
– Стой! Подойди, Харука!
Нет-нет-нет…! Только не наедине! Но я обернулась и поклонилась.
– Я могу чем-то помочь ее Величеству?
– Да, можешь! – подойдя вплотную ко мне, прошипела Докузо, своим взглядом словно проникая в душу. – Отступи. Тебе все равно не справиться, как ни старайся! Забирай Вэй Ина и проваливай с ним за гору. Иначе…
– Что иначе? – прервала ее я, дерзким вопросом. – Убьете меня? Вы же уже пытались, но не повезло.
Она громко рассмеялась, да так мерзко я едва не закрыла уши, чтобы не слышать этот хохот.
Это было настоящим театральным выступлением. Она схватилось за живот и попятилась назад. Наконец, она остановила спектакль и опять подошла ко мне так близко, что я ощущала ее нервное дыхание.
– В третий раз я не ошибусь. Теперь я сделаю все сама. Пошла вон отсюда! – процедила она сквозь плотно стиснутые зубы.
– Мне очень жаль, что в свое время вы заняли место жены без отбора… Вы бы не прошли даже перового этапа!
Я выпалила это как на духу, с высоко поднятой головой. Но перед выходом из шатра, поклонилась и буквально выскочила наружу.
И что, ничего не полетит мне в спину? Совсем ничего?..
Тогда я пошла прочь, слегка улыбаясь. Я прошла отбор да еще и выстояла против Докузо. Сегодня однозначно мой день.
Глава 35
Пока я шла довольная не озирась по сторонам, меня внезапно схватили за руку, нежно развернув к себе. Это был Тамахомэ.
– Что… что вы делаете. – смутилась я, озираясь по сторонам.
– Все хорошо Касуми…
– Т – с – с – с… – остановила его я и перешла на шепот. – Не говорите моего настоящего имени. Д – докузо только что угрожала мне.
Он улыбнулся и не выпуская мою руку пошел к лесу не обращая внимание на людей, которые были шокированы его выходкой и не скрывали этого. Весь лагерь перешептывался, но Тамахомэ не остановил даже Кагэро, который попытался его окликнуть.
Мы зашли в лес, но Тамахомэ продолжал идти вперед оглядываясь назад. Когда мы наконец – то зашли так далеко в лес, что из вида исчезли шатры и люди в лагере. Тамахомэ остановился и повернулся ко мне, его взгляд был загадочным он словно светился.
Ветер срывал с деревьев листву. Яркие, они вихрем кружили вокруг нас. Тамахомэ резко и в тоже время нежно притянул меня к себе. Я чувствовала тёплые и сильные руки на талии. Подумав о том, что нет больше смысла скрывать свои чувства я обняла его в ответ и закрыла глаза. Мне пришлось так долго его ждать. Сладкий, долгожданный и страстный – наш поцелуй, он был именно таким. Как хотелось остановить время, чтобы дать нам насладиться этим моментом.
Тамахомэ коснулся моего лица, прервав поцелуй. Увидев мои покрасневшие щеки, он прикоснулся губами ко лбу и разглаживая взъерошенные ветром волосы сказал: «Больше нечего бояться, Иоси мне все передал, бумаги, которые уничтожат Докузо уже на пути в столицу. Дзирая надежно их спрячет. Теперь нам нужно дождаться того момента, когда мы раскроем перед императором ее истинное лицо.»
– А что в них?
– В них более чем достаточно чтобы отправить ее к палачу. Касуми перестань, – произнес он и покрыл мое лицо множеством поцелуев. – Хватит о ней, впредь я не позволю тебе думать о таких вещах и не буду подвергать опасности.
Обхватив меня руками, он продолжил: «Касуми, готова ли ты стать моей женой? Согласна ли ты изменить свое имя и стать моей императрицей? Я не хочу тебя отпускать… Я тебя люблю.»
Я почувствовала, как его руки сжались вокруг меня еще крепче, он опустил лицо к моему уху и прошептал: «Пожалуйста, скажи да. Останься со мной.»
– Тамахомэ, – вырвалось у меня, и он медленно опустил руки. Его лицо было обеспокоенным, а глаза молили дать ответ, который он хотел услышать.
Я улыбнулась ему, чувствуя, как лицо начинает наливаться багрянцем от счастья. Но как бы я не была счастлива из глаз текли слезы, остужая пылающие щеки и я, пошмыгивая носом крикнула, прыгнув ему в объятья: «Я… я думала ты никогда этого не скажешь! Согласна, я согласна!»
С неба стали срываться холодные капли дождя. Тамахомэ снял верх императорского кимоно и накинул мне на плечи. Тогда я поняла наверняка, что правлению императрицы скоро придет конец, потому что так рисковать было глупо. Но он решил показать всем свою благосклонность ко мне. Принц шел уверено, все ближе и ближе к лагерю держа мою руку.
Не смотря на дождь, оставалось достаточно зевак. Лагерь был собран и все ждали только нас. В то время как Тамахомэ проходил мимо Вэй Ина кинув на него презрительный взгляд, я смотрела как из экипажа приподняв шторку, на нас смотрела Докузо. Подозвав служанку, она что – то ей шепнула, и та подбежала к одному из личных охранников императрицы. После тот пришпорил коня и умчался в сторону столицы.
– Т – тамахомэ, мне кажется, императрица начала что – то подозревать.
– Не переживай, теперь она ничего не сможет сделать, – сказал Тамахомэ подведя меня к экипажу, откуда выглядывал Иоси. Принц обхватив меня за талию помогая подняться по влажным ступеням. – Ей не позволит сбежать гордость, но даже отсечённая голова змеи может укусить. Поэтому нам нужно избавиться от Озёро Кёко, тогда мы освободим провинции от гнета Северной провинции.
Я молча кивнула и прикрыв штору Тамахомэ ушел. Я укуталась в красный шелк его кимоно и только начала мечтать о свадебном торжестве, но меня прервал Иоси. Нет… он то молчал! Но растянул на лице такую улыбку и прищурив глаз сверлил меня ими насквозь.
– Что-о-о? – недовольно сказала я и поторопилась отвернуться.
Незаметно улыбнуться не получилось. Иоси принялся за допрос: «Вы только посмотрите на нее! Хватит сушить зубы, давай рассказывай… что, у вас с принцем, эта… любовь?» – после слова любовь Иоси скривился.
– Расскажу, когда вырастешь выше дверной ручки! – я пересела на сторону к Иоси и еле слышно прикрыв рот руками спросила. – Давай лучше ты расскажи, что было на тех бумагах?
– О-о-о, много голов чиновников слетят с плеч. Там много чего, и работорговля, и коррупция, а главный документ, который даже свернули и убрали в тубус – это сговор. Против императора Хотохори, его травят, ме – е – едлено он теряет рассудок. После его свергнут, ну… свергли бы.
– Ладно, хватит, давай немного поспим. – я сказала это и уложила Иоси себе на колени. Первым уснул он. Иоси всегда быстро засыпал, когда я почесывала ему голову закопошившись в густые черны волосы.
Меня разбудили громкие крики и резкий толчок. Отдёрнув тяжёлые занавеси, я увиде а, как мой Экипаж мчался с невероятной скоростью. Через пелену дождя были видны бескрайние желтые поля под густыми тучами. Кони, как безумные, мчались вперёд. Дождь проникал во внутрь через дыры в тканевых стенах. Это были стрелы. Подушки, пол и стены были покрыты торчащими из них стрелами.
– Иоси! – я крикнула, пытаясь разбудить его, но он не двигался. Руки скользнули по деревянному полу. Мой взгляд опустился вниз, и я увидела тёмную кровь. Она просачивалась между половицами, растекалась по полу и пропитывала собой подол кимоно.
– Нет-нет-нет, Иоси родной проснись. – я пыталась перекричать разбушевавшуюся стихию, приподнимая его с пола и прижимая к себе. Тогда моя раку и почувствовала ее. Стрела вонзилась ему спину, под ребра. – Не-е-ет… Пожалуйста нет, не уходи.
Стали слышны крики всадников, топот копыт и лязг мечей. Но мне было всеравно на преследование, всеравно на мчачихся внекуда лошадей.
– Иоси, соня! Можешь поспать еще немного. – я шептала ему, укачивая на руках. Он был такой бледный. Поглаживая его остывающие щеки рукой, я напевала его любимую мелодию, он всегда затыкал уши пальцами, говорил, что я ужасно пою, но всегда засыпал под мое пение.
Внезапный толчок заставил меня замолчать. Я улышала, как кто – то забирается на экипаж. Кони остановились.
– Если это конец, – шептала я Иоси, – то я буду рядом с тобой, подожди. – Я закрыла глаза ожидая удара, но вместо этого услышала знакомый голос.
– Касуми, – это был голос Тамахомэ. Увидев Иоси, он замешкался, но лишь на мгновение. Он быстро взял себя в руки, ощупал пульс, а после опустил глаза и спросил, не ранена ли я.
– Я.… я не ранена. Но Иоси, он… – я не могла договорить, слова обрывались всхлипами. Я увидела, что его одежда вся покрыта кровью. – Т – тамахомэ! А, эта кровь? Она твоя?
– Нет, не моя. Касуми, позволь мне взять его, нужно уходить. – робко сказал Тамахомэ протянув руки к телу Иоси.
– Нет! – крикнула я, прижимая Иоси к себе. – М – мне даже не дадут его похоронить если я вернусь. Он слуга, просто слуга…
Тамахомэ убрал с моего лица волосы и вытер слезы и глядя мне в глаза сказал: «Я даю тебе слово, мы устроим ему достойные похороны. А после… мы отомстим за его смерть.»
– Так это Докузо? – от ненависти мое тело невольно задрожало. – Ответь, это сделала императрица?
Тамахомэ кивнул: «Я почти полностью уверен в этом.»
– Я её убью! – закричала я, слова были пропитаны гневом. Прижала Иоси к себе, поцеловав в лоб я разжала руки и позволила Тамахомэ забрать его.
Мы шли по дороге. Бесцветные капли дождя смывали с Иоси кровь, оставляя за собой только бледную кожу. Капли покрывали его ресницы, а после стекали как слезы с неподвижных глаз.
В скором времени показалась стража. Сопроводив нас к экипажу нас сопроводили во дворец. Оказалось, что до столицы оставалось совсем немного, когда на нас напали. Еще немного и мы были в безопасности.
Глава 36
Нас доставили к порогу дворцовых палат. Императрица, проигнорировав нападение, не удостоила нас встречей. А ведь именно она стояла за коварной попыткой моего убийства. В этом не было сомнений.
Нас встретила делегация придворных врачевателей и Дзирая. Он подбежал к нам, снимая плащ, накрыл им тело Иоси и, взяв его на руки, сказал:
– Я позабочусь о похоронах. К вечеру всё будет готово.
– Стой, – я остановила Дзирая. – Я хочу похоронить его рядом с Тору, он был мне как брат. И… кроме меня у него никого не было. Его нужно отнести к моему дому., Мы же сможем?
– Конечно, я подготовлю повозку, – Дзирая ушел и унес тело.
Тамахомэ, сопроводил меня в комнату. После потери Иоси я ни на что не реагировала, была как живой труп. Я не отвечала на вопросы, шла куда меня вел Тамахомэ. Только когда мы перешагнули порог, я смогла выдавить из себя:
– Когда… когда мы наконец уничтожим Докузо? Она должна ответить за смерть Иоси!
– Завтра, – заверил принц. – Завтра перед Императором и всеми высшими чиновниками. Тогда, мы разоблачим ее за все злодеяния против моего отца.
Услышав его слова, я прилегла на кровать и развернувшись, лицом к стене, осталась в таком положении до сумерек, до возвращения Тамахомэ. Он привел слуг, и они помогли мне переодеться и забрали грязную одежду и испачканную в крови простынь.
В кромешной темноте мы смогли выбраться из дворца. У городских ворот стояла телега, на которой лежало тело Иоси. Ее слабо освещала блеклая луна. Дзирая ждал нас подле нее. Мы выдвинулись к моему прежнему жилищу – знакомой и любимой повозке, которой я только теперь могла гордо называть домом. Стыд исчез, оставляя место грусти: та жизнь, когда не было принца, Дзирая, демонов и предательства, казалась куда счастливее…
Мы захоронили Иоси рядом с Тору. Дзирая вырыл могилу, а Тамахомэ помог мне найти и уложить на ней камни. Я оплакивала могилу почти до самого утра.
Когда приближался рассвета мне напомнили о предстоящей встрече с императором и о мести, которую я так жаждала.
Мы вернулись во дворец, где меня ждала горячая ванна и новая служанка. Наверняка ее подослала императрица. Она стояла возле купальни, опустив голову. Я прошла в комнату, а она робко поклонилась и представилась:
– Госпожа, меня зовут Сиори, я ваша новая служанка. Позвольте помочь вам подготовиться к императорскому приему.
Я теперь не могу доверять прислуге, поэтому, оглядевшись, я решила попросить ее об одной вещи, после чего выгоню ее из комнаты:
– Сиори, я хочу чтобы ты попробовала воду рукой.
– Да, да, конечно, – она замешкалась и обратила внимание на мое поведение. Она передаст это Докузо. Пусть знает, что теперь я настороже.
– Вода отличная, госпожа, – сказала Сиори, погрузив в воду руку. – Она достаточно теплая, но уже не обжигающая.
– Замечательно, теперь оставь меня. Я позову тебя позже.
Сиори поклонилась и вышла из комнаты. Я скинула на пол грязную одежду и погрузилась в воду, стремясь остановить слезы, которые настойчиво вырывались на свободу.
Вынырнув, я запрокинула голову за край ванны и позволила воспоминаниям заполнить все мысли. Вода остывала, на коже проступали мурашки. Назад из грез меня вернул ветер. В комнату ворвался поток ночного воздуха, всколыхнув шторы и растения в горшках. Я почувствовала чье-то присутствие. Пугающее мгновение быстро растворилось. Странно, но мне не было страшно. Почему-то казалось, что это Кагэцуя. Глубоко в самых потаенных глубинах своей души, я верила, что, несмотря на наше прощание, он все-таки не оставил меня. Когда я почувствовал его присутствие и взгляд, мне стало спокойно. Я закрыла глаз и притворилась спящей.
Скоро вода совсем остыла. Покалывающий холод пронизывал тело. Притворяться уснувшей становилось сложнее, я стала вздрагивать от озноба. Тогда он, наконец, вышел из тени. Кагэцуя. Я не видела его, но чувствовала.
Кагэ опустил руки в воду. Они скользнули по коже, медленно подняли меня из воды, а затем Кагэцуя прижал меня к себе. Я почувствовала биение его сердца, дыхание и поцелуй. Робко его губы едва коснулись моих. Осторожно он перенес меня на кровать, накрыв обнаженное тело одеялом. Но не ушел, а… остался! Он был рядом до тех пор, пока я не уснула и не знаю сколько времени после.
Когда первые лучи рассвета просочились сквозь окно, я открыла глаза, но Кагэ уже не было рядом. Возле подушки на простыне лежала моя заколка – та самая, которую для меня вырезал Тору. Все это время она была у него. Вот только зачем он хранил такую вещь?
– Госпожа Харука, вы проснулись? Разрешите войти, – за дверью послышался голос Силори.
– Входи, – ответила я, приподнявшись с постели.
Она зашла не одна, вместе с ней проследовали другие слуги. По центру комнаты они поставили вешалку с растянутым на нем кимоно. Оно было великолепно. Инкрустированное драгоценными камнями, золотая вышивка и лоск самой ткани. Передо мной раскрыли сундуки с украшениями, шелковыми лентами и обувью. Я посмотрела на ранее приготовленное для меня платье, и оно было в десятки раз скромнее этого кимоно.
– О-откуда это? – спросила я у столпившихся возле меня слуг.
Одна из служанок вышла вперед и сказала, не поднимая головы:
– Наследный принц лично приказал доставить это вам. Он… он сказал, что будущая императрица должна выглядеть подобающе.
Тамахомэ уже уверен в нашей победе против Докузо. Он осмелел. Но эти вещи, они не для меня. Я сжимала в руках заколку Тору.
И вдруг мне вспомнился древний трактат, который я изучала ранее. В нем философы рассуждали о том, какими достоинствами должен обладать император и его императрица. Скромность… Вот одно из основных качеств супруги правителя. Я надела другое платье, даже не то, что было приготовлено ранее. Выбрала из всех самое скромное, без излишеств, а когда села перед зеркалом, дала Сиори свою деревянную заколку.
Вот теперь я готова!
Глава 37
Меня вывели в коридор и там я встретила главного евнуха. Увидев меня, он усмехнулся и пошел вперед. Я молча последовала за ним. На главной площади перед императорским дворцом было много народа. По бокам лестницы выстроились чиновники, а по центру, на самом верху, восседал император Хотохори и его семья. Я встала рядом с Хоши. Она презрительно осмотрела меня с ног до головы и гордо задрала нос.
Увидев нас с Хоши в таких разных одеяниях, поданные зашептали. Чиновники же обратили свои взоры на Хотохори. Императору на вид не было больше пятидесяти лет. Но присмотревшись к нему, мне стало понятно, что он тяжело болен, и это не могли скрыть роскошные одежды и корона с прикрывающими лицо нитями нефритовых бусин. Бледная кожа контрастировала с алыми и золотыми императорскими цветами.
– Где Тамахомэ, где жених? – раздался хриплый, болезненный голос императора. Тут же шепот стих и все опустили головы. – Начнем без него. Писарь! Документируй каждое слово. На наших глазах творится история.
Докузо протянула Хотохори свиток, скрепленный печатью. Синий цвет, изображение волка. Символ северной провинции. Она даже не пытается скрыть манипулирование императором и нарочно демонстрирует это при чиновниках.
Наконец, Хотохори обратился к нам. Он внимательно рассматривал нас, задумчиво потирая подбородок, а после взял у императрицы свиток и встал с трона. Хотохори пошатнулся, но его поддержал Вэй Ин. Он был почетным гостем императора и братом погибшей супруги, поэтому ему дозволялось находится подле императорской семьи.
– Вэй Ин, мальчик мой, помоги спустится к невестам, – сказал Хотохори. Взяв под руку Вэй Ина, он буквально повис на нем.
Спустившись к нам, Хотохори сорвал печать и развернул свиток. Перед тем он огласил вопрос, ответ на который определит будущую императрицу, воцарилась гробовая тишина. Но император не спешил. Он прочел свиток, а после, грубо сжав пергамент, передал его Вэй Ину. От увиденного императрица вскочила и спустилась до середины лестницы. Она остановилась лишь, когда ее ушей коснулось порицательное шушуканье высших чиновников.
– Когда я был молод, мой любимый учитель рассказывал сотни притч! Но ни одна… ни одна не сохранилась в моей голове, лишь обрывки, да мутные воспоминания – начал император, а после слов о потере памяти зло взглянул на Докузо. – Но только что, я вспомнил одну из них. Вы две предстали передо мной такие разные, и сейчас я, наконец, узнаю правдивость той притчи. Я задам вопрос, и кто даст ответ достойный императрицы, станет таковой.
Хоши явно запаниковала. Я же успокоилась, и наши шансы сравнялись.
– Представьте, – обратился к нам Хотохори. – Вы находитесь в саду и пред вами тысячи цветов. Как найти лучший, тот который вы преподнесете в дар императору? Я дам вам подумать, но не много! Пока я дойду по этим клятым ступеням вверх, ваше время истечет.
Вэй Ин повел императора к трону, а нас оставили размышлять. Но я уже знала ответ – когда-то мне его дал Тору. Но были мы не в саду, а в поле возле дома пасечника, рядом росло множество плодовых деревья.
Когда Хотохори, наконец, добрался до трона, нам с Хоши позволили подняться ближе к императорской семье. Так близко к ним не подходили даже высшие чиновники.
Мы опустились на колени и выказали почести, в этот момент раздался грохот строевых шагов. У главных ворот перед площадью появился Тамахомэ и Дзирая в доспехах генерала. После них вышли воины и рассредоточились по периметру. Тамахомэ вбежал по лестнице. Мы на мгновение пересеклись взглядами, и император дозволил нам с Хоши подняться.
– Простите за опоздание, но какое торжество без демонстрации мощи императорского войска? Я привел лучших воинов.
– Ты вовремя. Сейчас мы выслушаем невест. Присядь Тамахомэ рядом с Вэй Ином, он тоже жених.
Наконец я разглядела улыбку императора, но он тут же закашлялся, схватившись за сердце.
– Кхе-кхе, пожалуйста, начните уже…
Вперед выступила Хоши. Одарив всех очаровательной улыбкой, она начала:
– Несомненно император достоин лучшего цветка. Я бы выбрала самый уникальный из всех. Изысканный, недавно распустившийся бутон! Нужно обратить внимание на его изгибы и форму лепестков, манящий аромат и благородный цвет. Только такой цветок достоин императора.
Хоши закончила, и я робко сделала шаг вперед:
– Я бы не стала выбирать цветок за красоту или его сладкое благоухание. Ведь то и другое скоротечны, подобно нашей жизни.
– Пф-ф… – усмехнулась императрица, прервав меня.
– Если бы мне пришлось выбирать цветок для вас, – продолжила я уверенней, – то я бы выбрала бутон, вокруг которого кружит рой пчел, осыпающий его пыльцой, превращая нектар в сладкий мед. И даже если растение увянет, после него останется семя, из которого прорастут новые цветы, продолжая великий цикл жизни. Цветок нельзя сорвать. И я не сорву его для вас… Ваше Величество, я приведу вас к нему.
После мгновения тишины послышалась череда хлопков. Это был император. Следом и собравшиеся на площади аплодировали.
Все, кроме императрицы и Хоши.
– Ну что же, кхем-кхем… Тут все очевидно. Будущая мать наследников – Харука, – сдерживая кашель сказал император. После он попытался привстать чтобы оповестить всех собравшихся, но поручил это глашатому. Его состояние ухудшалось.
– Позвольте мне удалиться, Ваше Величество, – холодно обратился к императору Вэй Ин.
– Хм, дозволяю, – усмехнулся Хотохори, внимательно разглядывая меня. – Я бы тоже расстроился, потеряв такую драгоценность.
– Нет, Вэй Ин, останься, – вмешался Тамахомэ. – Ты должен присутствовать, как один из наместников. Отец! В моих руках оказались документы, подтверждающие заговор против вас. Его цель… ваше убийство, а после военный переворот и коронация на трон Одзёро Кёко.
– Что за вздор! – разъярилась Докузо. – Господин Одзёро… Он, верный подданный императора Хотохори. Тамахомэ, ты отговариваешь достопочтенного человека, пользуясь своей неприкосновенностью!
– Кхем-кхем… – откашлялся Император, потирая виски. – Сын, покажи доказательства, не будем безосновательно порочить честь наместника Северной провинции. Глашатай, подойди…
К Тамахомэ подбежал маленький сгорбленный человек и вытянул перед ним руки. Принц вытащил из его рукава стопку бумаг и, не сводя сводя глаз с Докузо, отдал один из конвертов императору.
Матушка, вам это ничего не напоминает? – спросил он императрицу. – Это письмо Одзёро Кёко, адресованное вам. А это…
Тамахомэ прервался и показал желтый конверт с синей печатью.
– Ваш ответ ему. Письмо, которое должна была отправить покойная служанка по вашей просьбе, но перед тем как вы ее убили, она отдала его мне.
Докузо попыталась вскочить с места, но ее задержал Дзирая, обнажив меч. Увидев острие клинка возле шеи императрицы, Хоши упала на колени и взмолилась:
– Император, прошу пощадите! Я не при чем, мой отец… Мой отец и Ее Величество приказали мне стать невестой наследного принца! Без объяснений. Я обрадовалась и не задавала вопросов.
– Читай! – разъярился император.
Глашатай торопливо развернул конверт и зачитал вслух содержание:
– Докузо, дорогая, никогда бы не подумал, что тебе требуется столько времени, чтобы убить одного несчастного человека! Он продолжает дальше терять разум, а должен потерять жизнь. Разумней было бы поспешить, ведь тебе известно, что бывает с людьми, которые меня огорчают. Власть и так у нас в руках, ртуть сделала свое дело, лишила рассудка, а теперь дело за тобой. Действуй! Также по поводу списка наместников. Я жду от каждого документ, где сказано об их преданности мне, согласие поддержать военный переворот. Пусть старые алчные ублюдки режут пальцы. Мне нужны их отпечатки.
Он закончил, и опустилась тишина. Император, побледнев от гнева, резко поднялся и приказал:
– Схватите Докузо и Хоши! Без промедления!
Принц Тамахомэ развернулся к толпе и начал называть имена чиновников-предателей. После оглашения списка «смерти» стража устремилась арестовывать преступников.
Прозвучал суровый приказ императора:
– Все задержанных увести. Проследите, чтобы они не свели счеты с жизнью. Подготовьте больше места для предстоящей казни.
– Отец, – внезапно его перебил Тамахомэ. – Уже завтра на свадебное торжество. Прибудут делегации всех провинций, включая и Северную. Именно тогда мы сможем схватить Озёро Кёку.
– Прекрасно, – ответил император. – Нужно проследить, чтобы до поры ни один человек не покинул дворцовых стен. Завтра, – с усмешкой продолжил он, – мы поймаем эту плешивую собаку, а вашу свадьбу, сын мой, придется перенести. Пусть придворный астролог подберет благоприятные дни.
Я стояла в эпицентре бури, наслаждаясь представлением и предвкушая сладкую месть. Завтра возмездие восторжествует, и я согласна немного подождать.
