Текст книги "Сказание о демоне (СИ)"

Автор книги: Айла Берен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

Глава 31

Наконец мы добрались. Я позеленевшая выползла на солнышко, которое уже было довольно низко. Императрице и ее свите устроили местечко под тенью огромного дерева. Расстелили ковры, поставили столы с яствами и настоящий трон, на котором и восседала Докузо. Как и подобает, рядом с ней расположились Тамахомэ и Асами, а по правую руку сидела красивая девушка, которую я не видела среди невест. Судя по уверенному, надменному лицу, нетрудно догадаться, что она прибыла из северной провинции. Раз Докузо посадила ее рядом с собой, то ее целью было показать другим, что у них нет шансов.

– Я надеюсь дорога вас не слишком утомила? – глотнув чай, спросила Докузо. – Вскоре к нам присоединиться наместник Вэй Ин. Он согласился оберегать наш покой, его воины будут патрулировать окрестности. Последнее время демонов стало слишком много, излишняя осторожность не помешает.

– Ваше Высочество, не пора ли сообщить девушкам, как будет проходить отбор? – сказал Тамахомэ. – Я думаю, стоит их немного успокоить.

– Матушка, называй меня матушкой! Пока мы не во дворце, можешь называть меня матушкой! – хитро улыбнувшись и не отрывая взгляд от чашки, прошипела змея.

– К-конечно, матушка… Все же, скажите. Мне и самому натерпеться узнать.

Докузо поставила чашу на стол и пренебрежительно взглянула на всех претенденток.

– Не понимаю, зачем волноваться! Первый вечер пройдет в непринужденной обстановке. Мы просто выпьем чаю, насладимся приятной беседой… – Докузо прервалась и, дождавшись пока девушки выдохнут от облегчения, продолжила: – Каждая из вас по очереди покажет свой особенный талант, будь то танец, вокал или вышивка. Я очень надеюсь, что вы не ударите в грязь лицом. Если нет, завтра же вас отправят с позором к отцам и пусть вам будет стыдно, что вы не оправдали моих ожиданий и посмели прислать неумех для моего любимого пасынка.

Все до единой девушки опустили головы. Неловкая пауза затягивалась, но на наше счастье появилась придворная дама и сообщила, что императорский шатер готов. Докузо больше не обронила ни слова и молча оставила нас.

Тамахомэ попытался успокоить встревоженных невест, встав из-за стола:

– Не переживайте, я думаю, что все пройдет отлично, – улыбнулся он. – Императрица гневается не на вас, она волнуется из-за повышенной активности демонов. Но здесь мы в безопасности. Отряды Вэй Ина славятся своей непобедимостью, говорят, даже моим воинам с ними не сравниться. Я желаю каждой из вас удачи, вы все достойные девушки. П-простите, но я оставлю вас.

На девушках не было лица. Когда принц ушел, у многих сдали нервы. Одни побледнели, другие расплакались. Все так или иначе были обеспокоены… Все, кроме фаворитки Докузо. Она же сидела и наслаждалась представлением.

Наконец, и нас сопроводили к нашим шатрам. По пути я заметила Рори. Она была в числе служанок, которые готовили угощения для аудиенции.

В шатре мне бросилось в глаза ханьфу – изукрашенное платье висело на вешалке. На легком белом шелке были изображены цветы глицинии. Нежными пурпурными мазками они вились по подолу и рукавам. Нет сомнений, что это подарок принца. Ханьфу носили женщины Западной провинции, но наши культуры очень близки, и я всегда мечтала нарядиться в нечто подобное.

Наконец, оно на мне! Ханьфу определенно удобней и практичней кимоно. Оно настолько легкое, что его почти не чувствуешь, и при каждом движении ткань парит в воздухе.

Нанеся на губы розовый воск, я выбежала из шатра, и сразу же натолкнулась на человека. Снести с ног не получилось, но я впечаталась ему в грудь.

Грубо схватив за плечи, меня оттолкнули.

– Извините! – не поднимая глаз, сказала я.

Ответа не последовало – мужчина, не оборачиваясь, пошел прочь. На его плаще красовался серебряный дракон. Хмм, нужно быть бессмертным, чтобы надеть то, в чем могут ходить только члены императорской семьи.

Я направилась в сторону шатра Докузо и с незнакомцем нам было по пути. Он все же обернулся. Наверно подумал, что я его преследую? Но рядом со мной появились и другие невесты. Мы столпились у входа, впереди стоял человек в плаще с серебряным драконом.

– Прибыл наместник Запада, господин Вэй Ин! – прокричал главный евнух, своим мерзким голосом.

Не дождавшись приглашения, Вэй Ин вошел в шатер, а девушки начали шептаться. Мне не повезло, и одна из них решила поболтать со мной. Ничего интересного я не узнала. Пришлось выслушать хвалебные оды грубияну о том, какой он красивый! Очень красивый и еще раз, как же он прекрасен!

– Невесты прибыли! – наконец, евнух сообщил и о нашем столпотворении у шатра.

Перед нами раздвинули тканевые двери, и мы вошли. Если не знать, что это передвижной шатер, можно подумать, что мы в тронном зале. Вот только на троне сидит одна из самых опасных женщин всех провинций!

Для каждой из нас приготовили отдельный столик и даже для фаворитки императрицы. Рядом с Докузо сидели Тамахомэ с принцессой и тот самый Серебряный дракон. Наконец, мы расселись по местам. Я взмолилась, чтобы этот вечер побыстрей закончился.

– Давайте не будем медлить, – кивнула Докузо и указала на ковер посередине шатра. – Пожалуй, начнем долгожданную демонстрацию талантов наших прекрасных невест. Я очень надеюсь, никто из вас не собирается вышивать, это невыносимо скучно!

Одна из девушек робко подняла руку. Пришлось вслушиваться в каждое слово, чтобы понять, что она говорит. Она не выделялась, но я ее заметила. Тихоня всегда стояла позади всех и ни с кем не общалась.

– Говори громче! – рявкнула императрица.

– Ен Ми, наследница семьи Бон, мой талант, это вышивка гладью.

Докузо криво усмехнулась:

– Хм, ну что ж… принесите рукоделие наследницы семьи Бон. Посмотрим, чем она сможет нас удивить.

Вбежали слуги и поставили перед Ен Ми пяльцы так, чтобы Докузо было хорошо видно. Дрожащими руками она взяла нити с иглами и принялась за работу. Я заметила, как она нервничает и решила ее подбодрить.

И зря – стоило мне слегка коснуться ее плеча и шепнуть пару теплых слов, как раздался голос императрицы:

– Харука, пожалуй, начнем с тебя. Из всех девушек ты выше всех по статусу. Скажи, чем ты будешь нас удивлять?

Я медленно повернулась лицом к Докузо и, набрав грудь полную воздуха, ответила:

– Я сыграю на биве, ваше величество. Надеюсь, моя игра вас взбодрит и не даст заскучать.

На принцессе и Тамахомэ не было лица. Они побледнели, а Асуми и вовсе схватилась за брата чтобы не потерять сознание. Кагэро закрыл глаза рукой, будто уже начал сгорать от стыда.

Ну что ж, пора удивлять! Я прошла в центр шатра и взяла протянутую слугами биву. Вспоминая бедную гейшу, которую испугал и обокрал Кагэцуя, я отрепетировала и то, как мне присесть. Расположившись на подушках, я решила сделать финальное «па» перед игрой и одарила всех улыбкой.

Даже Вэй Ин поперхнулся чаем. Зеркало не врало, я действительно недурно выгляжу.

Мои пальцы коснулись струн бивы, и все вокруг застыли, затаив дыхание. Мелодия, медленно, но неумолимо захватывала их внимание.

Я погрузилась в музыку с головой, позволив ей унести меня назад во времени – к тому вечеру в пещере. Я вспоминала плавные движения Кагэцуя – совершенные, грациозные. Он контролировал каждую струну и издаваемые ею звуки, и я пыталась хоть немного повторить его технику. Вспомнив глубокие и грустные глаза, я перенаправила свои чувства в инструмент. Звуки наполнились этими чувствами, надрывно и жалостно вырываясь из-под пальцев. В воображении обрисовалась сцена страданий и невыносимой боли от несчастной любви.

На глазах выступили слезы. Пришло осознание того, что эта мелодия стала эхом его присутствия в моей жизни. Память о нем, длиной в одно дыхание, в одно мгновение. Страшно потерять. Страшно, что больше я его не увижу.

Закончив игру, я не решилась поднять голову и показать слезы. Хотя их можно и оправдать ранимой девичьей душой. Но я знала их причину, и мне было стыдно посмотреть в глаза Тамахомэ.

Выслушав восторженные овации, я вернулась на место. В шатер вошли служанки, одной из которых была Рори. Они подходили к каждой невесте и по очереди наполняли их чаши ароматным горячим чаем, от которого исходил пар.

Обслужив одну из невест, Рори подошла ко мне и наполнила мой сосуд. Ее руки отчего-то дрожали. Осторожно прикоснувшись к моей чаше, она шепнула:

– Не пей!

Глаза ее искали мои, будто пытаясь передать смысл своего предупреждения. Яд… Там однозначно был яд!

Что я должна делать? Я бегло посмотрела на столы других невест, над которыми уже клубился пар отравленного напитка.

Поток мыслей прервал звонкий голос Императрицы:

– Ен Ми, пора показать то, что у тебя получилось!

Все обратили свое внимание на тихоню Ен Ми. От увиденного можно было лишь содрогнуться. Абсолютно все в шатре перевели взгляд на Докузо, ожидая ее реакции.

– Отойди в сторону Ен Ми!

Бедная девушка вскочила, ее руки были в крови. Все внимание сосредоточилось на ней. Ен Ми, поднявшись, отошла в сторону показав пяльцы, перепачканные алыми следами, и швырнула вышивку на пол.

На белой ткани была вышита рабыня в цепях. Ее силуэт наполняла боль. А цвет! Одежду рабыни запачкала кровь Ен Ми!

Лицо Императрицы воспылало гневом:

– Схватить мерзавку!

Ен Ми набралась смелости. Упав на колени, она закричала:

– Император Хотохори! Где вы? Вы забыли о нас? Мы ваши подданные, женщины Восточной провинции! Забытые вами, ущемленные жертвы рабства! Вы отдали наши жизни в лапы чудовищ и их предводителя, лживой змеи Докузо! На ее руках кровь невинных девушек и слезы их матерей!

Она до последнего указывала окровавленным пальцем на императрицу, но в конце концов ее схватила стража и выволокла из шатра.

Ее крики затихли, а им на смену пришел мерзкий, зловещий смех Императрицы. Она хлопала в ладоши и неистово хохотала:

– И вот минус одна претендентка! Давайте же выпьем… Скоро останется лишь одна. Та самая избранная невеста для нашего наследного принца!

Я перевела взгляд на Рори – она качала головой, подавая мне знак не пить из чаши. Но что же будет с остальными девушками? Неужели они все умрут?

Одна за другой, каждая претендентка делала глоток. Мир, казалось, замер в ожидании, а я с облегчением выдохнула, увидев, что все в порядке. Но тут неожиданно, одна из девушек рухнула на пол.

Я взглянула на несчастную. Сначала на ее лице промелькнул легкий оттенок тревоги. Буквально через мгновение кожа побледнела, а глаза налились кровью. Дыхание стало рваным, как будто ее душили. Она смотрела на нас моля о помощи. Из рта вырывались всхлипы, ее пальцы раздирали горло, а девушка извивалась от боли.

Затем последовал крик – отчаянный, душераздирающий и пронзительный. Мы с ужасом наблюдали, как стремительно таяла ее жизнь. Вскоре она затихла, милое лицо девушки изуродована гримаса ужаса.

И вот мгновение спустя раздался резкий, повелительный вопль Императрица:

– Схватите служанку! Она отравила чай!

Тамахомэ просочился через ошеломленную толпу и взял несчастную за руку, чтобы прощупать пульс. Сняв с себя верхнее хаори, он накрыл ее тканью:

– Ей уже не помочь.

Я сидела, окаменев от ужаса, не в силах даже пошевелиться. Воцарившаяся тишина оборвалась, когда Рори, укусив стражника, вырвалась из его рук. Растолкав девушек, она подбежала ко мне и, схватив чашу, выпила ее до дна.

Я вижу ее невинный взгляд. Она сама приняла решение добровольно уйти из жизни. Она выбрала яд, чтобы избежать застенок императрицы, где ее бы вне сомнения пытали.

– Нет! – вскрикнула я, протягивая к ней руки.

Рори рухнула на землю и начала тихо угасать. Меня схватил принц и крепко прижал мою голову к своему плечу.

– Не смотри, – шептал он. – Ты не сможешь ей помочь.

Мои слезы мгновенно впитывались в императорские шелка. Я закрыла уши, но даже так слышала мучительные всхлипы Рори.

– Все остаются на местах! Приказываю немедленно провести испытание серебром! – закричала Докузо, встав с трона и указав пальцем на еще живую Рори. – И уберите этих двух из моего шатра, сейчас же.

Глава 32

– Императрица, позвольте Харуке пойти в свои покои. У нее сильный шок, – сказал принц, по-прежнему держа меня в объятьях.

– Нет, она должна остаться… И Тамахомэ, я знаю, что вы знакомы с детства, но не мог бы ты отойти, – Докузо недовольно скривила лицо. – У нее есть брат, пусть он и позаботится о ее состоянии! Тут много других невест, которых ранит твое поведение.

– Тамахомэ она права, я позабочусь о ней, – сказал мой названный брат и взял меня за плечи.

Когда Тамахомэ отошел, я увидела, как тело Рори выносили из шатра. Кагэро развернул меня лицом к себе. Так мы стояли, пока Докуза не приказала нам сесть по своим местам.

В шатер вошел придворный лекарь. Старик, поклонившись императрице, принялся за работу. Погружая серебряные стержни в наши чаши, он складывал их по порядку на поднос. Затем он присыпал их странным порошком и уложил поднос на подготовленные угли. За этим очень внимательно наблюдала Докузо и когда потемнел стержень, который погружали в чашу ее фаворитки, она завопила:

– Хоши тоже пытались отравить! Провести обыск у остальных девушек!

У Хоши не дрогнул ни один нерв на лице. Странно… Тебя пытались убить, ну сделай ты хоть удивленное лицо ради приличия!

Имя Хоши означало «звезда». Странное имечко, но для нее лучше и не нашлось. Ее красота была как непостижимое мерцание звезды в ночном небе. И поведение тоже…

– Завтра я проведу второй отбор у оставшихся претенденток. Смерть одной из них, несомненно, огромное несчастье, но на кону судьба государства.

Пока императрица раздавала указания, в шатер проскользнул Тэнси. Ну и где был этот негодник, когда меня пытались убить?! Он огляделся по сторонам, а когда заметил меня, выбрал место поудобней и, примостившись, стал наблюдать за происходящим.

– Проверка на наличие шрамов и других изъянов, – как приговор прозвучали слова Докузо. – Ясно задекларировано на протяжении тысяч лет, что у претенденток на статус императрицы не должно быть несовершенств. Пусть этот пункт ранее отменили, я именем своего супруга возвращаю его.

Ну все, это конец… Завтра, я отправлюсь домой. Но это в лучшем случае. Мои исполосованная шрамами спина и бедра сразу меня выдадут. Таких шрамов не могло быть у Харуки. Только у рабыни.

С этими мыслями я приподняла голову и посмотрела на Тамахомэ. Похоже, больше я его не увижу.

Докузо, змея! Она все продумала, у нее был план даже на случай, если я чудом останусь жива.

– Моя сестра – воин, у нее не может не быть шрамов. Это просто невозможно! – возмутился Кагэро, заступившись за мою честь.

– Ну что ж, значит не повезло. Впредь отцы будут думать о будущем своих дочерей. Пора вернуть непреложные правила поведения благородной женщины. Ваш отец… вечная ему память, должен был вложить ей в руки прялку, а не меч. – Докуза хлопнула ладонью по деревянному подлокотнику трона и сменила тон: – Хватит пререкаться! Это приказ императора, я лишь озвучиваю его волю! А теперь все должны вернуться в свои шатры и не выходить до утра, пока ведутся обыски у других невест. Главный евнух! Проследите, чтобы у каждого шатра стояла стража.

Пока мы молчаливой гурьбой покидали хоромы императрицы, я заметила, как Тэнси прошмыгнул вперед всех.

Меня сопровождал стражник, и я вгляделась в ряд палаток для слуг. На мгновение мне удалось увидеть Иоси, и, похоже, за слугами тоже следили.

Я прошла в свой шатер и оглянулась. За миг до того, как у меня перед лицом задвинули полотно, я заметила как в темноте леса исчез пернатый дух.

Прошло долгих четыре часа моего заточения. Все это время я провела в размышлениях, перебирая сценарии завтрашнего отборочного этапа. И не один не казался мне утешительным – меня либо разоблачали, а затем казнили, либо разлучали с Тамахомэ. Второй случай пугал меня куда больше.

Какая глупость! Что ты напридумывала?! Так или иначе, это всего лишь фиктивный брак. Даже если бы чудом я стала его невестой, то временно. Поэтому нужно просто остаться в живых.

Пока я пыталась выбить из себя грезы о долгой и счастливой жизни с принцем, снаружи послышался шорох.

Внутрь вбежал Тэнси и, запрыгнув мне на колени, еле слышно прокудахтал:

– Нагнись Касуми, я отведу тебя к господину. Он… он поможет тебе!

Что-то внутри встрепенулось. Я еще раз увижу его! У меня так много вопросов и не одного ответа. Я нагнулась к Тэнси. Он уперся маленькими лапками о мои щеки и лизнул в лоб. Так же как и Иоси.

– Все можно идти, – сказал он и спрыгнул на землю. – Быстро, времени мало!

– Куда идти? – спросила я, подходя к двери. – Там же стража!

– Вот дурында! Говорю, пойдем! Тебя теперь могут видеть только духи. Это временно! Очень временно, поэтому поторопись.

Мы вышли на улицу. У палатки тихо-мирно похрапывал стражник. Прошмыгнув мимо, я пошла вслед за Тэнси. Стоило мне шагнуть под сень деревьев, как магия духа рассеялась, и он недовольно проворчал:

– Еле успели… Ты должна меня слушаться! Держись рядом, и я отведу тебя в лес Хэйчжу. Там нас ждет господин.

– Кагэ! В т-том самом лесу… – прошептала я и последовала за Тэнси.

Глава 33

Мы шли быстро. Деревья перемежались зарослями бамбука, и чем дальше, тем больше я замечала любопытных духов. То здесь, то там выглядывали их бледные лица и маленькие ручки, обнимающие бамбуковые стволы. Я делала вид, что не замечаю их и шла за своим провожатым.

– Как странно! Тэнси, почему некоторый бамбук черный, там, – я повернулась и показала пальцем назад. – А там зелёный.

Сзади надвигалась волна тумана. Попятившись, я сдалась и погрузилась в прохладную пелену. Ханьфу тут же промокло насквозь, и меня пробрал озноб.

И куда делся Тэнси?! Завел меня в самый страшный лес, кишащий духами, и бросил!

Дрожа от холода, я стояла на месте, боясь заблудиться если отойду хоть на шаг. Внезапно тропа зажглась голубым светом. Беспорядочно по лесу зажглись сотни огоньков. Духи… Маленькие, бледные духи светились как фонарики, развешенные на бамбуковых стеблях. Я ускорилась, и их ручки быстро стали опускаться. Спрыгнув на землю, они подбежали ко мне и окружили меня как голубой, сияющий ковер.

Пока я шла мимо, они разбегались, а за моей спиной смыкались вновь. Ковер из духов заполнил всю тропу и указывал мне путь.

Внезапно смешные маленькие человечки, врезаясь друг в друга, начали разбегаться кто куда. Одни падали, а другие забирались по тонким стволам как по канатам.

Сначала это казалось забавным, но потом я запаниковала:

– С-стойте, вы куда? А ну иди сюда!

Мне удалось схватить одного, пока он не успел удрать. Едва оказавшись в моих руках как он закрутил головой и издал странный звук, похожий на журчание ручья и стук голышей. Взвизгнув, я отбросила духа, а его дребезжание подхватили и остальные. Скоро весь лес не охватило звонкое эхо.

Я присела на тропу и закрыла уши ладонями, но и так трель неугомонных духов доносилась до меня. Резко все стихло и послышался голос:

– Они молчали добрую тысячу лет, ты воистину странная женщина.

Я открыла глаза. Передо мной стоял Кагэцуя. Он смотрел на колыхающиеся на ветру верхушки черного бамбука, где гурьбой сидели затихшие духи. Я бросилась к нему и заключила его в объятья.

– Т-ты совсем глупая! – удивленно сказал Кагэ, разведя руками в стороны. – Я чуть не убил тебя!

– И что? – еще сильнее, сжав руки на его талии, ответила я. – Это был не ты, это демон, в которого тебя превратили злые боги. Ты не такой, я… я прощаю тебя, – но тут же вспомнив о Дзирая, я пихнула его в живот и зарычала: – А вот за Дзирая не прощу тебя, он чуть не погиб!

– Пфф… Жаль, надо было добить саблезубого, – равнодушно сказал Кагэ. – Я хочу, чтобы ты держалась от него подальше. Но к этому мы вернемся позже, а сейчас иди за мной.

Ступая строго за ним вслед, я заметила, как растительность под ногами сменилась. Все чаще стали попадаться пушистые папоротники с молодыми закрученными стрелами и хвощ. Вскоре ноги намокли. Пропитанный влагой мох, как мочалка, стелился у наших ног.

– Пришли, – Сообщил Кагэ, отступив за меня.

Я недоверчиво обернулась, чтобы взглянуть на подозрительно спокойного демона. Он улыбался. Совсем немного, уголками губ, но этого мне показалось достаточно, чтобы довериться ему.

Впереди возвышалась скала, с которой тонкими струями стекала вода, тут же исчезая у ее подножья. Если бы не свет луны, отражающийся в слабых потоках, я бы ее не заметила.

– Зачем, мы сюда пришли? Тут еще холодней, чем в том тумане.

Кагэцуя подошел к скале и вынул из рукава маленькую чашу. Подставив ее под стекающие воды, он наполнил ее до краев. Когда я подошла ближе, демон поднял руку:

– Стой! Не подходи!

– Но почему?

Кагэ взял меня за руку и отвел к большому каменному выступу:

– Присядь здесь и не трогай чашу.

Когда я расположилась на мшистом камне, он поставил сосуд подле меня. И проведя ладонью по моим волосам, демон скинул их со спины. Пряди упали мне на грудь.

– Что ты делаешь? – крикнула я и попыталась встать, но Кагэ нежно коснулся моих плеч.

Я заметила, что руки демона немного дрожат. Скользнув по коже, его пальцы пробрались под влажную ткань и спустили ее, оголив мою спину. Только я хотела остановить наглеца, как Кагэ заговорил:

– Это не просто источник. Это вода из реки забвения. Ее воды очистят твою кожу от рубцов и шрамов.

Я замолчала и, доверившись ему, позволила продолжить. От прикосновения его руки я выгнулась и застонала. На коже выступили мурашки.

Обернувшись, я посмотрела на на Кагэ, а он неотрывно смотрел на шрамы и опускал пальцы в холодную воду. Затем касался моих шрамов, и они пропадали.

Глаза демона блестели вроде бы от лунного света, но нет… Спустя мгновенье одна за другой слезы покатились по его щекам.

– Кагэ… – я замешкалась, но решилась продолжить. – В ту ночь ты сказал, что я не могу быть ею. О ком ты говорил?

– О той которая давно мертва. Она была человеком, такой же слабой как ты. Ваши жизни скоротечны, но ее оборвали раньше срока.

– Я похожа на нее?

– Вы как две капли воды, даже своей безмерной глупостью вы схожи. Она возродилась спустя две тысячи лет в твоем теле, и я нашел ее, – он улыбнулся.

Я опять робко дернулась, когда он спустил ханьфу еще ниже и открыли бедра. Я остановила его руку и, смутившись, пробормотала.

– Нет, там… Там я сама!

– Касуми, – он ехидно ухмыльнулся краешком губ. – Я же сказал как две капли воды, твое тело… Я видел его прежде. Дай мне помочь, до рассвета мы должны вернуться.

Я повиновалась. Опустившись на камень, позволила ему развязать пояс и скинуть с меня одежду.

«Так нужно, я вынуждена!»– повторяла я себе, все больше запутываясь в паутине чувств.

Я дрожала, зарываясь пальцами в пушистый мох. Наконец, он закончил, остановившись возле щиколоток. Взяв меня за плечо, он потянул к себе, но я вскрикнула:

– Нет! Спереди шрамов нет!

– Хорошо, – сказал Кагэ дрожащим от волнения голосом.

Он накинул на меня ханьфу и отошел.

– Одевайся, нам пора.

Я оделась, и мы пошли обратно, быстро и молча. Лесные духи так и сидели на верхушках деревьев, а туман рассеялся. Дойдя до края леса, Кагэ остановился. Я выглянула из-за его спины и увидела лагерь. Неподалеку от нас в траве, свернувшись калачиком, спал Тэнси.

– Ты любишь его? Этого принца? Он вроде заботится о тебе? – наконец прервал молчание Кагэцуя.

– Да, – немного замешкавшись, ответила я. – Мне кажется, что я люблю его. Но, кто я и кто он? Нам не суждено быть вместе.

– Вздор! – демонически рявкнул Кагэ. – Вы люди, он и ты одного племени. Ему повезло, он должен ценить то, что может быть с тобой, любить тебя… Наконец, будет исправлена ошибка, и ее душа обретет покой в новом теле.

– Кагэ, что с тобой?

– Пришло время проститься. Наш договор… Я разрываю его, теперь ты свободна.

Эти долгожданные слова невыносимо ранили. В то же мгновение, он обнял меня, а его губы коснулись моих.

Прощальный поцелуй – нежный и горький одновременно.

– Ты выполнила свою часть договора, – произнес он тихим, дрожащим голосом. – Ты… ты должна обещать мне, что будешь счастлива! Дай мне слово, Касуми!

Выполнила? Значит ли это, что он полюбил? Ме-меня? Нет-нет, он любит душу в моем теле, ее перерождение.

– Обещай! Пообещай мне Касуми! Я остановлю Нобору, уведу его ради тебя.

Он говорил это, крепко держа меня за руки и игнорировал мои попытки вырваться.

– Я не знаю смогу ли, но я сделаю… постараюсь сделать все, что в моих силах, – сказала я, всплакнув, и почувствовала, как его ладони расслабились.

Тэнси взобрался по платью к моему лицу и проделал тот же трюк с невидимостью.

– Пойдем Касуми, я провожу тебя, – сказал Тэнси и, спрыгнув на траву, стал настойчиво тянуть меня за подол.

Я же стояла как вкопанная. Смотрела вслед Кагэцуя, пока его фигура не растворилась в темноте. Только после этого я пошла за Тэнси и вернулась в шатер. Стражник по-прежнему спал у входа.

Долго ли я стояла в центре шатра, запутавшаяся в своих собственных чувствах? Пока мой внутренний мир менялся, потеряв нечто важное, снаружи стали доносится голоса.

Он отпустил меня, он ушел навсегда. Я должна была чувствовать радость, но в моем сердце была пустота. Я не понимала тоски, ведь я люблю принца, а не демона…

Но может быть, это переродившаяся душа его возлюбленной, сопротивляется моему выбору? Когда-то она была связана с ним – их объединяла любовь, и она была глубже, чем пространство и время.

Все, хватит! Это моя жизнь, а не ее!

Я, наконец, осознала, что нет легкого пути к счастью. Боль – обратная сторона любви. Уход демона – конец одной истории, но начало новой. Это моя история.

– Касуми! – крикнул Иоси, вбежав в шатер. – Собирай пожитки, мы должны бежать! Наконец, нас выпустили. Это какой-то ужас.

– Мы остаемся, – холодно произнесла я.

– Ч-что? Ты в своем уме? У тебя спина исполосована тем дедком. Сейчас это увидит императрица и все! Тебя казнят! Ку-ку, очнись Касуми…

Я улыбнулась, схватила его щеки, превратив лицо в хомячью мордочку, и попыталась успокоить:

– Их больше нет. Шрамы исчезли. Иоси, мне нужна твоя поддержка как никогда. Я люблю принца и хочу быть с ним. Ты поможешь мне?

– П-помогу! Даже не буду спрашивать, куда испарились шрамы! Но запомни, моя смерть на твоей совести и мой мстительный дух будет преследовать тебя до конца дней!

– Хорошо. А теперь отвернись, мне нужно переодеться.

Я достала кимоно и попыталась правильно его надеть самостоятельно. Вспомнив ворчливую Рори, я не смогла сдержать слез и упала на ковер.

– Что это? – послышался голос Иоси и шелест бумаги.

– Ты о чем? – вытирая слезы, спросила я и поднялась с пола.

В его руках была небольшая стопка бумаг, перевязанная лентой.

– Иоси, где ты это взял?

– Да тут, под подушкой… К-ка-суми, отдай это Та-тама… Тамахомэ, – пытался Иоси прочитать письмо, которое лежало на стопке.

Я выхватила письмо и пробежалась по строчкам: «Касуми, отдай это Тамахомэ. Поторопись, он знает, что нужно сделать. Будь осторожна. Рори».

– Госпожа Харука, императрица ждет! Позвольте помочь вам с утренним туалетом! – послышался голос одной из служанок, и мы с Иоси заметались, не зная куда спрятать улики.

– Я вхожу!