Текст книги "Наследник Буйного (СИ)"

Автор книги: Ая Кучер

Соавторы: Джулия Ромуш
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

Глава 32

Буйный

***

Злата провожает меня напряжённым взглядом. Чувствует, что тучи сгущаются. Лишнего не спрашивает. Только сыплет предупреждениями. Почти шутливо:

– В бункере я больше сидеть не буду.

– И машину проверяй хорошо. Чтобы… Без проблем.

– А ещё мы завтракаем обычно в восемь. Тебе лучше быть, Сабуров. У детей будут вопросы.

Её вариант "я скучаю и буду переживать".

Усмехаюсь, подбрасывая ключи в руке. Да, хата под защитой, никакого бункера. Тачки, после попытки взорвать меня, я проверяю от и до. И, оказывается, это пиздец как приятно. Цепляет. Нутро верёвками стягивает. Простой факт, что тебя где-то ждут. Злата ждёт. С её огромными глазами и дрожащей улыбкой.

– Спать иди, кукла. К восьми вернусь. Никаких проблем не будет.

Кукла цокает. Нихера не верит. Я сам уже риски просчитываю. Марат предупреждал, что грядут проблемы. Уже случилось. Всплыл анонимный звонок. Про то, что какой-то упырь получил компромат. На всю нашу компанию. Вроде как из резиденции Самсона. Одного торгаша, с которым я когда-то контачил. Но с ним проблем не было. И Марат с ним поставки наладил без лишних проблем. Самсону нет резона нас трогать. Подставой пахнет. Вот только Марат сейчас на взводе. Ему кислород пытаются перекрыть. Вспылить может. Херни лишней натворить. Поэтому лично сообщить решаю.

Еду на встречу, которая проходит в закрытом клубе. На автомате просчитываю усиленную охрану. Новые камеры. Другой кабинет, который занял Марат. Осторожность у друга в крови. Особенно теперь, когда на него давят со всех сторон.

Стол Марата завален документами. В комнате стоит дымовая завеса. Лучший способ проверить нервы друга – заглянуть в его пепельницу. Когда его нервы рвёт, курит одну за другой. Так и сейчас. Тушит сигарету, новую закуривает. Мне пачку протягивает.

Щёлкаю зажигалкой, коротко выкладываю, что узнал. Марат напрягается, лицо искажается в знакомой гримасе. Жажда крови.

– Самсон…

– Не он это, – отрезаю. – И это тоже знаешь. Если пылить перестанешь. Что у тебя происходит?

– Обложили со всех сторон. Давно подозревал, что захотят убрать. Но теперь в этом убедился окончательно.

– Твоя политика дерьмовая? Походу ты слишком хорошо влез в это. Есть шансы на победу?

– Почти. Пару моментов решить, и дальше основная поддержка у меня в кармане. Но эту сделку хотят сорвать.

Лицо Марата становится хмурым. Нерв на щеке дёргается. Друг выдыхает дым, барабанит пальцами по столу. Как и я, прикидывает, кто именно может стоять за всем. Но конкурентов достаточно. Стервятников, которые с радостью набросятся на золотую жилу. Бабла всем хочется. Обезличенный враг хуже всего. Когда удара стоит ждать со всех сторон. Всё становится потенциальной угрозой.

– Точно будет война, – Марат ведёт челюстью. – Ты?

– С тобой, – киваю. – Без вариантов.

Мы дружбу давно скрепили кровью. И своей, и чужой. Марат был рядом со мной, когда я готов был бойню с Диким начать. Поддержал, когда овощем валялся. Меньшая отдача с моей стороны – сейчас ему помочь. Особенно в такой ситуации. Политика – грязная штука, и она не прощает ошибок.

– Но мне нужна подстраховка в ответ, – тут же озвучиваю. – У меня Злата и дети. Нужно всю охрану прогнать, собрать только самых проверенных. Ты сам говорил, что они слабость. По ним попытаются ударить. Я сам встречусь с Самсоном. Перетру. Но пока я буду в отъезде, ты должен присмотреть за Златой.

– Я людей дам, – кривится друг. – Лучших. Но как-то неохота воевать с врагом, а подохнуть из рук твоей девчонки.

– Она давно пожары не устраивала. – Лично пырнёт. Я ей не нравлюсь.

– Тебе же лучше. Нравился бы – я бы сам тебя пырнул.

Марат ржёт, поднимая руки вверх. Обещает, что присмотрит, пока я буду решать вопросы. Заодно со старыми знакомыми встречусь. Я воскрес. Больше не получится трупом прикидываться. Вопросы давно витают, но я откладывал.

Был другой приоритет. Между бизнесом и куклой я далеко не бабки выбирал. Но теперь нужно со всеми перетереть. В моих же интересах. Лишняя поддержка нам не помешает.

– Что с твоей пропажей? – Уточняю. – Нашли?

– Нашли. Похоронили. С его семьёй сейчас решаю, компенсацию выплачиваю.

– Много знал?

– Нет. Из простых подручных, шестёрка. Легче подобраться. Но это только начало. Уверен, попробуют ещё. Все в боевой готовности сейчас.

– Нужно твоих людей пробить. Два пути есть. Пытки и бабки. Если с похищением не задалось…

– Попробуют купить. Знаю. Убираю всех, кто слишком ненадёжный. Крыс даже в теории подпускать не собираюсь.

– Нет. Лучше выбери того, кого действительно переманить легко. Скорми ему левую инфу. Когда по ней действовать начнут – вычислим, кто именно под тебя копает.

Но сроки жмут. Нужно быстро всё решить. Придушить мятеж быстро, пока инфекцией не разрослось. Иначе тогда действительно будет бойня. А мне её нельзя допустить. У меня семья. И от мысли, что эти суки решат по Злате ударить, мир в красный окрашивается.

Защита Златы и наших малых – приоритет. Его я и озвучиваю Марату. Чтобы не было никаких недомолвок. Если будет выбор: размазать ублюдков или обезопасить семью; я сомневаться не буду. Сам в пекло за названого брата готов нырнуть. Но близких не подставлю.

– Херь какая-то, – Марат хмыкает, прикрывает глаза. Затягивается новой убойной дозой никотина. – Кого не пробью – все чистые. Я уже не знаю, под кого копнуть. Мне пытаются перекрыть кислород, и каждый день чувствую, как земля под ногами становится всё горячее. Эти ублюдки готовы меня сожрать! - Друг скалится, отшвырнув зажигалку. Взгляд наливается тем огнём, которым его же сжечь пытаются. Он порвёт врагов, без сомнений. Докопается до правды. Кто-кто, а Марат не отступит и не прогнётся. Сам нагнёт всех, кто против него пошёл. Но реагирует остро. Ярко. Ново. – И ладно бы меня, – его щека дёргается. – Но нет. Тебя. Остальных. Против всех наших пошли. А я этого не прощу.

– Разберёмся.

– Сам сказал, что семья у тебя в приоритете. Понимаю. Другим тоже есть что терять. Это и ебашит.

– Давай без твоих нотаций, что мы сами себе слабости создали.

– Не об этом речь. Хотя да, сам же повяз, Эмир. Я этого не пойму никогда. Чтобы зависнуть на ком-то так, чтобы дело своей жизни проебать. Но выбор твой.

Доходит, что друг сказать хочет. Киваю. Его раздирает эмоциями из-за того, что прилететь по близким может. Из-за того, что сам Марат решил пойти в политику. Занырнул в чан с пираньями. И поебать, что сам акула. Там другие правила. Но друг пиздит. У него есть близкие. Мы. Семья его, друзья его. А ещё пацаны, которые на Марата пашут. Иначе бы не переживал так.

– Действовать нужно быстро, – изрекает друг. – Пока не окрепли. Иначе сложнее будет. Про закинуть липу – помню. Но на это время нужно. Надо другие варианты найти.

– Какие?

– Думаю охрану усилить. Конкретно так. Пусть думают, что я засуетился. За собственную шкуру трясусь. Потом же эту охрану легко будет убрать через подставного. Якобы переубедил.

Киваю. План хороший. Пока Марат себя леваком окружит, лишь ближний круг из проверенныхб он освободит основной костяк охраны. Раскидаем. Я усилю своими, с базы. Не зря столько лет их тренировал. Дурь вышибал вместе с возможностью дышать. Верные и прошаренные. Справятся.

Мысленно прикидываю, сколько людей нужно отдать на то, чтобы Злата была под защитой. Мелкую выдернуть со школы, дома закончит год. Удалённо. Пофыркает, но найду чем занять. Сыну вроде как всё равно должно быть. Нашпигую дом игрушками, он и не заметит военного отряда на территории. А со Златой перетереть придётся. Это щас она просто отпустила, под эмоциями. В прошлый раз приняла, что у меня свои игры. Но кукла поменялась. Выросла. Я это чувствую. Тупит иногда, эмоциями живёт. Этим и цепляет. Но при этом в ней стержень появился. То ли возраст сыграл, то ли двое детей на шее. Но она другой стала. Более уверенной, по-женски сильной. И просто так в бункере не запрёшь, Злата права. Нужно будет выкладывать сжатую версию, приличную. Успокоить. Но при этом в курсе держать.

– Может за границу сошлёшь? – Предлагает Марат, и сам же кривится. – Нет, там контроль сложнее удержать. Хм.

– Что? – Прищуриваюсь. Если друг курить перестаёт, значит, в голове щёлкнуло.

– Шутка не шуткой оказалось. Реально на базу их отправь.

– Не гони. Это херовая идея, которая боком вылезет. Детям там не место, а Злата… – Злата всё сожжёт к чертям, знаю. Но лучше варианта не будет. Ты сам охрану выставлял на базе. Сам инструкции создавал. Скажешь, что есть более надёжное место?

Нет. После того как в больничке отлежался и заново телом владеть начал, мне вариант подбросили. Базу под контроль взять. Обучить частную армию всё контролировать. Никто лучше меня не справился бы. А мне нужно было где-то агрессию сливать. Когда считал, что кукла себе хахаля нашла. Я там всё под себя переделал. Каждый элемент работает отлично. Выдрессировал всех, как надо. Марат прав. Одно из самых надёжных мест на планете.

– Обдумаю этот вариант. - Прикинуть надо, как донести Злате информацию. Организовать всё. Возможно, найду что-то лучше. Нет, значит, придётся ненадолго семью туда отвезти.

За временем не слежу. Голова гудит, пока мы с Маратом набрасываем идеи. Прокручиваем их. Со временем подтягиваются остальные друзья. Как в старые добрые устраиваем мозговой штурм.

На улицу я выхожу, когда солнце висит высоко в небе. Свежий воздух бьёт по лёгким после прокуренного помещения. Черт.

– Слушаю. - Рявкаю в трубку, даже не взглянув на экран. Весь на взводе. В боевой готовности. И броня плавится мгновенно. В раскалённую сталь превращается, стекает по телу. Стоит услышать всхлипы в трубке.

– Эмир, – голос Златы дрожит. – Эмир, ты должен приехать прямо сейчас.

Глава 33

Немногим ранее.

***

Эмир не приезжает. Я ожидала другого? Нет.

Нарезаю круги по кухне, сжимаю в ладони телефон. Кожа зудит от желания позвонить мужчине, но я держусь. Он всего лишь не приехал на завтрак. Это не конец света. Эмир говорил, что ничего страшного не произошло. Он уехал к Марату (а если я того не кокну, то всё нормально будет). Просто будут обсуждать дела. Умеет ли врать Буйный? О да! Но врал ли он мне? Нет. Я уверена, что мужчина сказал правду. Видела это в глазах. И беспокойство, и правду. Уважение к тому, что я имею право знать.

Ночью я спала отвратительно, не могла заснуть без этого верзилы рядом. Привыкла уже. Вспомнила, насколько это хорошо. Когда его рука вдавливает меня в матрас, не позволяя шевелиться. Удерживает и контролирует. Но на самом деле… Проверяет, что я рядом и в безопасности. А тут пришлось без своего "охранника" спать. Но не получилось, конечно. Постоянно проверяла телефон, дёргалась от любого шума.

С самого утра внимательно вглядываюсь в лица настоящих охранников. Они спокойны и сосредоточены. Если бы с Буйным что-то случилось, то я бы поняла. А раз всё спокойно…

Я строчу сообщение, получаю короткий ответ.

"Всё норм. Работаю"

Но этого достаточно. Больше отвлекать не буду. Лично выскажу все страхи. Главное, что всё хорошо. Он в порядке!

Больше всего я боюсь получить "тот самый" звонок. Узнать, что на этот раз судьба отвернулась от Буйного. И он не вернётся ни через четыре года, никогда либо ещё.

Я прижимаю ладонь к груди, надавливаю на косточки. Внутри ноет и болит. Старая, гнойная рана даёт о себе знать. Происходит то, чего я так боялась. Вместе с Эмиром возвращается и его криминальный мир. Опасность, от которой желудок стягивает. А я не переживу. Снова не переживу, если с ним что-то случится!

– Доброе утро, – на кухню заваливается Катюша, широко зевает. – А ты чего такая взъерошенная? Случилось что-то?

– Нет, – я натягиваю улыбку, чтобы не волновать. – Всё отлично. Садись, я как раз омлет дожариваю.

– Ммм. А твой где? Мы сегодня без него?

– С "моим" ты вроде помирилась. А даже если злишься, то ты вроде девочка воспитанная, нет?

– Помирилась, и что? Ну Златочка, я же не могу так просто! Я девочка, мне надо пофыркать. Что? - Морщит носик, когда я начинаю улыбаться. Качаю головой, потому что Катюша… Где она такого набралась, а?

– Эмир уехал по работе, – я очень стараюсь, чтобы мой голос не дрожал. – У него важная встреча. И веди себя прилично.

– Ла-а-адно. А Мир где? – Прищуривается. С шестым чувством у сестрёнки всё отменно. – Скоро же в садик!

– Сегодня отдыхаем. Предлагаю устроить выходной. Будем смотреть мультики, есть вредности и…

– И фыркать!

– И фыркать.

Хоть я не сомневаюсь, что у Буйного всё под контролем, но я не хочу никуда отпускать детей. Мне будет спокойнее, если они останутся под присмотром. Мне самой нужно будет уехать на работу. Иначе Анжелика меня точно попрёт. Она-то возрадовалась тому, что мои картины начали продаваться. Но основную работу в галерее никто не отменял. Придётся съездить, проконтролировать всё самой. Радует только то, что выставка совсем скоро. Ажиотаж спадёт, снова будет тихая жизнь. А пока я вечно на телефоне. Говорю, а сама постоянно проверяю, не звонил ли Буйный. Молчит. Я знаю, что сама бы могла… Но я не хочу выглядеть истеричкой, которая постоянно названивает. Эмир сказал, что всё нормально. Значит, я должна ему верить. Я учусь доверять и не делать глупостей. В девятнадцать сама бы сорвалась к нему, а тут – жду. – Я скоро вернусь! - Ерошу волосы Мира, чмокаю Катюшу в макушку. Они остаются дома, с охраной. Сама же еду в галерею.

Мне нужно лично проверить доставку мебели и сразу домой. Сабурову отправляю короткую смску. Ноль ответа. Нет, я ему этот телефон к руке примотаю. Скотчем. И гвоздями! Чтобы хоть проверял.

– Поставьте там. - Я отдаю распоряжение грузчикам. Проверяю каждый элемент, чтобы ничего не побилось. Сразу направляю работников к нужным местами, чтобы потом самой не таскать.

Всё получается быстро. Только нужные лампы не могут найти в грузовике. Жду, когда решат эту проблему.

Я ещё раз прохожу по галерее, сверяюсь со списком. Отличненько. Скоро можно уходить. И планировать ритуальное сожжение Буйного. Нечего обещания нарушать!

– Нашли? - Я радуюсь, когда слышу шаги. Значит, домой я попаду ещё быстрее! И не придётся ждать непонятно чего. Ну как можно потерять лампы в дороге?!

– Нашёл.

Тело покрывается мурашками от низкого баритона. Дело даже не в том, что голос незнакомый. А как слова произнесены. Властно. Хлёстко. С тонной самодовольства. Обычные работяги так не разговаривают.

Я оборачиваюсь. Мужчина заходит в зал. Заполняет пространство своей энергетикой. Сильной, давящей. На нём костюм, явно сшитый на заказ. Модная стрижка. И взгляд. Этот взгляд, который бывает только у хозяев жизни.

Я нервно сглатываю, вспоминая, что оставила телефон в сумочке. А охрана ждёт на улице. Сама их прогнала, чтобы ничего не разгромили мне тут.

– Галерея закрыта, – выдавливаю я. – К сожалению, вход только для работников. Так что вам лучше уйти.

– Я по делу. У нас есть один общий знакомый, – мужчина одёргивает лацканы пиджака, невзначай демонстрирует оружие. – Хочу, чтобы вы ему послание передали.

– Послание? - Мой голос подрагивает, как и всё тело. Страх проносится по телу, зудит в затылке.

Я отступаю назад, хватаю губами воздух. А взглядом ищу, чем можно было бы защититься. Недоброе предчувствие сдавливает грудь. Когтистой лапой раздирает, куски мяса вырывает.

– Именно, – мужчина усмехается. – Выступите в качестве примера, что некоторым лучше не возвращаться с того света. Иначе туда отправится кто-то другой.

От страха спирает дыхание. Такой непрозрачный намёк вибрирует в голове. Незнакомец на меня намекает.

Внутренности сжимает от нехорошего предчувствия. Сердце гулко стучит, с ума сходит, словно боится, что больше стучать не сможет. Паника накатывает удушливой волной. По острым камням протягивает, заставляя вздрагивать от судорог в теле.

Я прикидываю все варианты. Если закричу – как быстро тут окажется охрана? Они успеют мне помочь? Как они вообще пропустили этого головореза? Охрана должна была мониторить вход, всех проверять. Я в галерее должна была быть защищённой!

Нет. Мужчина слишком близко. Он может свернуть мне шею до того, как хоть что-то получится. Нужно увеличить расстояние.

– Я не знаю, о ком вы говорите. - Вау. Я себе уже сейчас премию готова выписать, потому что мой голос звучит уверенно.

Я отвожу плечи назад, подбородок вздёргиваю. Сейчас нельзя показывать слабость и страх. Такие люди сразу чувствуют. И начинают вести себя ещё хуже.

– Я честно с тобой, а ты… – его тонкие губы складываются в усмешку. – Честно же говорим, Злата. Ты с Эмиром, это знают. Вот и передашь ему эту информацию. Я хочу, чтобы он понял, что за возврат к старым делам приходится платить. Иногда жизнью.

От этого обещания холод скользит по коже. Сжимаю дрожащие пальцы в кулаки, взглядом бегаю по помещению. Ищу оружие. О!

– Пусть не лезет. Иначе однажды на твоём пороге буду уже не я. И поверь, следующий визит закончится… Хуже.

Я упираюсь ладонью в одну из огромных коробок. Делаю вид, что мне нужна опора. Но через секунду в пальцах оказывается канцелярский ножик, которым я распечатывала коробки. Надавливаю на чёрный пластик, лезвие выезжает больше. Незнакомец тормозит, прищуривается.

– Зря, – цокает амбал. – Я тебе добра желаю. Такие люди, как Буйный… Тц, не лучший выбор для матери.

– Что?

– Столько всего может произойти. Бизнес у кого-то сгорит вместе с картинами. Опека придёт к тем, у кого документы странно оформлены. Поспрашивает, с кем мелкого оставляют… Опасно очень.

Я со свистом втягиваю воздух. Дети? Он решил угрожать моим детям? Эта сука бессмертная или что?

О, теперь отступать буду не я. Я сама делаю шаг вперёд, выставляя ножик. Губы дёргаются в оскале. И, кажется, выгляжу я сейчас довольно устрашающей. По крайней мере, этот ублюдок перестаёт усмехаться.

– А вы на какой машине ездите? – Интересуюсь невинно.

– Чего?

– Да так, интересно. А вас не проинструктировали? Когда мне угрожают – у меня аура сразу такая… Поджигательная. Я дважды ресторан Буйному сожгла, знаете?

По глазам вижу – не знает. И смена темы мужчине не нравится. Он пришёл сюда угрожать, а тут я. Какая-то странная, не трясусь от страха. Да дрожу, дрожу. Просто внутри. А наружу не выпускаю. Пусть амбал задумается. Он надеялся, что тут будут дрожать и кивать. А я ещё что-то говорить смею. А нечего матери угрожать. Я едва сдерживаюсь, чтобы ему зубами горло не выгрызть. Жаль картины только. Испортится всё.

– А когда Буйный на тот свет смотался… – я безумно усмехаюсь, проглатывая сердечную боль. – Так мы поругались. Вот, я простила, он вернулся. А вы… Уверены, что вы подобное переживёте?

Ой, кажется, ресницами хлопать было лишним. Лицо незнакомца искажается, точно сумасшедшей считает.

– Мы друг друга поняли? – Прочищает горло.

– Надеюсь. Но вы это… Огнетушитель купите на всякий случай.

Спустя пару секунд его уже нет. Ну и не обязательно так бегать. Я ещё угрожать не закончила.

Я прислоняюсь к стене, силы вытекают из меня разом. Ноги подкашиваются, дышать тяжело.

Я справляюсь со страхом, бросаюсь за телефоном. Набираю Эмира, с тревогой вслушиваясь в каждый гудок.

– Эмир. Эмир, ты должен приехать прямо сейчас. Ко мне приходили с угрозами. – Ты в порядке? Еду. - Голос мужчины звенит от злости.

Меньше чем через минуту зал наполняет охрана. Я отмахиваюсь, жадно пью воду.

Мне кажется, что Эмир приезжает за мгновение. Или я просто теряюсь во времени, пока прихожу в себя. Но оказываюсь в крепких объятиях. Нос забивает знакомый аромат. Только сейчас дышать получается.

– Посмотри на меня, Зла-та, – он сжимает мой подбородок так мягко, что сердце дёргается. – Я никому не позволю причинить тебе вред. Никто не тронет ни тебя, ни детей.

– Эмир, мы не говорили о любви, но… Если мы с детьми что-то для тебя значим… Если я… Я понимаю, что не могу такого просить, но…

– По факту спрашивай.

– Ты можешь просто уйти? Оставить свой бизнес, чтобы никто больше не угрожал нам?

Мне хватает всего секунды, чтобы прочитать ответ в глазах мужчины. Он только начинает хмуриться, недоумение отражается на лице. Но слов не нужно. Нет. Нет, он не бросит свой мир в плату за нашу безопасность.