Текст книги "Обжигающая магия (ЛП)"

Автор книги: Аврора Грей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)

Аврора Грей
Обжигающая магия
(Общество Ворона – 1)

Глава 1
Роуэн

Моя любимая тетя умерла через неделю после того, как мой развод был оформлен. А я была настолько глупа, что думала, будто нет ничего хуже измены мужа. Гнев гораздо легче переносится, чем печаль.

Можно уже признаться, что меня тошнит от адвокатов?

Я залпом выпиваю двойную порцию эспрессо, стоящего передо мной. И хмурюсь, когда на мгновение отвожу мобильный телефон от уха.

– Можете повторить?

– Сибил оставила вам все свое имущество, – говорит Мария, юрист по наследственным делам моей тети. – Но есть несколько… осложнений.

Мне совсем не нравится, как она произносит это слово.

– Осложнений? – я встаю из-за столика в кафе, куда зашла. По моим пальцам пробегает нервное напряжение, когда я хватаю сумочку.

– Было бы лучше, если бы мы поговорили лично, Роуэн. – голос Марии в трубке звучит нечётко, словно она стоит под дождём.

Бросив двадцатку на стол, я направляюсь к двери и выхожу на улицу. Иду в том направлении, где припарковала машину.

– Ты же знаешь, что я живу в Калифорнии, верно? А ты где – в Массачусетсе?

Самое странное во всей этой истории – я даже не знала, что у тети Сибил был дом в Массачусетсе. Она много путешествовала, страсть к странствиям была у нее в крови. Но всегда жила неподалеку, в Калифорнии. Или так я думала. Теперь я ни в чем не уверена. Какие еще секреты она хранила?

– Да, примерно в пятидесяти милях от Бостона, – отвечает Мария.

– И… – я резко останавливаюсь на тротуаре, вызывая грубый комментарий у другого пешехода, которому приходится меня обойти. Я недоверчиво качаю головой, слыша все, что говорит мне Мария. – Прости, но это слишком тяжело осознать – она оставила для меня свое поместье?

– Ты единственная наследница. Но есть некоторые условия. – Мария вздыхает. – Поэтому было бы лучше, если бы ты приехала сюда. Пока мы не уладим все эти дела. – пауза. – Я не просто адвокат Сибил, я была ее подругой. Это было важно для нее, Роуэн. Ты важна для нее.

У меня сжимается в груди. Если я была так важна для Сибил, как она могла вести двойную жизнь и скрывать это от меня? Слезы подступают к глазам, но я делаю глубокий вдох и беру себя в руки.

– Скоро увидимся.

Спустя двадцать четыре часа, я подъезжаю на арендованной машине к крошечному городку Гнездо Ворона. Он очаровательный, словно сошедший со страниц сказки. Старые викторианские дома. Заборы из штакетника. Цветочные ящики на подоконниках.

Я опускаю окно и позволяю теплому майскому ветерку проникнуть в машину. Воздух наполнен ароматами дыма от костра и жимолости. Я очень далеко от Лос-Анджелеса.

Следуя указаниям GPS, я продолжаю движение через город и двигаюсь на север. Сначала еду через поля и сады, затем по обеим сторонам дороги вырастает густой лес. Я не видела столько природы с тех пор, как была девочкой. Тяжелые тиски, сдавливавшие мое сердце, ослабевают. Немного.

Я сворачиваю налево, на гравийную подъездную дорожку через лес, и деревья смыкаются вокруг меня. Мое окно все еще опущено, и теперь я чувствую запах земли и сосны. Мне нужно будет сделать несколько снимков, пока я здесь. Пальцы так и чешутся потянуться к сумке с фотоаппаратом. Обычно я снимаю городские пейзажи и мероприятия с участием знаменитостей, но куда бы ни поехала, я должна запечатлеть все на пленке. Я живу своей жизнью через объектив.

И тут, внезапно, передо мной, за поворотом подъездной дорожки, вырисовывается дом. Он огромный, из темно-серого камня, словно сошедший со страниц романа Джейн Остин. Один угол дома имеет подобие башни с остроконечной вершиной и флюгером в виде летящего ворона.

К входной двери ведет широкая лестница, а сбоку дома расположена крытая веранда. Перед домом раскинулись пышные клумбы с розами, наперстянками и геранью, а за домом возвышается стеклянный купол атриума.

«Черт возьми». Неужели я действительно это унаследую?

Мария сказала, что были условия… и осложнения. Сложности заключались именно в условиях или было что-то ещё? Думаю, скоро я это выясню. Глубоко вздохнув, я паркую машину рядом с чёрным внедорожником и выхожу.

– Роуэн! – окликает Мария с крыльца. – Я рада, что ты нашла это место.

Я подхожу и протягиваю руку.

– Приятно познакомиться, Мария. Спасибо, что занимаешься имуществом Сибил.

Мария берет меня за руку и крепко пожимает. Ее кожа теплая, почти горячая. На вид она, может быть, на несколько лет моложе Сибил, лет пятидесяти, наверное. Ее глаза дружелюбные, цвета кофе, как и волосы. Судя по первому впечатлению, она мне нравится.

– Жаль, что наша встреча произошла из-за таких обстоятельств, – говорит она с горькой улыбкой на лице. – Сибил всегда говорила о тебе. Она заботилась о тебе как о дочери.

Я киваю, на моих губах появляется натянутая улыбка. Моя мать умерла, когда мне было три года, и мой отец так и не нашел никого другого. Он был слишком убит горем, чтобы двигаться дальше. Слишком убит горем, чтобы что-либо делать после этого, включая заботу обо мне и моем брате. Сибил пришла на помощь. После этого мы проводили с ней каждое лето, пока не выросли.

Глядя на этот дом, я чувствую себя так, словно мне воткнули нож в живот. Как она могла это от меня скрыть? Я снова чувствую себя преданной, как год назад, когда застала своего мужа, с которым прожила десять лет, за интимной связью с его деловым партнером.

Мария ведет нас на крытую веранду слева и садится на белый стул. Она жестом указывает на место рядом с собой.

– У меня есть офис в городе, но встреча в доме показалась мне более… ну, я хотела, чтобы ты увидела это место.

– Прежде чем мы перейдем к чему-либо еще, – говорю я, и стул скрипит подо мной, когда я сажусь, – мне нужно знать… что с ней случилось? Когда мне позвонили и сказали, что Сибил умерла… никаких подробностей не сообщили. – я качаю головой, слезы подступают к горлу. – Она была такой молодой.

– Сейчас этим занимается судебно-медицинская экспертиза, – говорит Мария. – Скоро мы что-нибудь узнаем.

С того места, где мы сидим, открывается вид на большой обнесенный стеной сад и лес за ним. Я смотрю на бескрайние зеленые просторы.

– Мне нужно начать планировать похороны, – говорю я. – Оставила ли она какие-нибудь детали об этом в своем завещании? Мне понадобится помощь с местными поставщиками услуг, так как я не знакома с этим районом. – детали. Если я сосредоточусь на деталях, горе не захлестнет меня.

– Она оставила указания. Я все это с тобой обсужу, – говорит Мария, кивая. – Нам также нужно обсудить подробности того, что она тебе оставила. Для начала – дом и участок земли, который называется Поместье Ворона. И значительные финансовые активы.

Я качаю головой.

– Это так сложно осмыслить. Я… я даже не знала, что у нее здесь дом. Жизнь здесь. – слезы подступают к глазам, и я подтягиваю одно колено к себе на стул, обнимая его руками.

– Я знаю, – тихо говорит Мария. – И мне очень жаль.

– Ты также упомянула об осложнениях?

В глазах Марии мелькает что-то, и я понимаю, что сейчас услышу что-то неприятное.

– Нет другого способа сообщить об этом, кроме как прямо сказать. – она делает глубокий вдох, затем выдыхает. – Сибил… твоя тетя… ну… она была ведьмой.

Глава 2
Роуэн

– Ведьмой? – повторяю я. Чувствую, как мои брови так высоко выгибаются, что практически касаются линии роста волос.

– Да, – отвечает Мария, кивая.

Такое ощущение, будто кто-то взял мою жизнь и раскрутил её, как рулетку в казино. Мой мозг – это маленький белый шарик, отскакивающий от одного участка к другому.

Вся моя жизнь – одна большая ложь.

Но всё же… воспоминания о детстве наполняют мой разум, словно по щелчкам объектива фотоаппарата. Сибил выводит меня на улицу посмотреть на полную луну. Большая чёрная книга, которую она хранила на своём столе из красного дерева, с кристаллом, вставленным в обложку.

Группы её подруг приходили к ней на чай в её большой дом в холмах Сономы, обмениваясь цветами и травами. Они гуляли по залитым солнцем полям, пока Сибил разговаривала с животными. В детстве я смеялась, думая, что всё это лишь показуха. Я любила Сибил за её эксцентричность. Она всегда была весёлой взрослой в семье, когда все остальные были такими скучными.

Возможно, она и не говорила прямо, что ведьма, но и не скрывала этого. Почему я раньше этого не замечала?

Мария протянула руку и положила её на мою.

– Ты выглядишь так, будто в шоке.

– Я… я в порядке, – говорю я, хотя голос немного дрожит. – Полагаю, я всё знала с самого детства. Но почему у неё было два дома? Этот и дом в Калифорнии?

– Твоя тетя занимала очень высокое положение в ведьминском сообществе, – говорит Мария. – У нас есть ковены, а также некое всеохватывающее сообщество. Группа ведьм, которые помогают другим, когда это необходимо. У Сибил было два дома, один на восточном побережье, а другой на западном, чтобы она могла выполнять свои обязанности.

– Сообщество ведьм? – я склоняю голову набок, и мои мысли снова путаются. Одна ведьма уже достаточно загадочна, но целое общество ведьм?

Мария кивает.

– Общество Ворона.

– Поместье Ворона. И Гнездо Ворона. Полагаю, это не совпадение? – я чуть не рассмеялась. Мне так хочется рассмеяться, хочется представить, что это розыгрыш.

– Верно. Общество зародилось здесь, в Массачусетсе. – Мария обвела взглядом окрестности. – Этот дом, собственно, и является штаб-квартирой Общества Ворона.

С каждой минутой ситуация становится всё безумнее. Я чувствую, как мой мозг напрягается, чтобы справиться со всей этой нелепостью.

– Дом Сибил? Штаб-квартира? Значит ли это, что…

– Да, Роуэн. Сибил была лидером Общества Ворона. Верховной Жрицей, как мы её называем.

А вот и вишенка на торте этого безумного разговора. Моя тетя была не просто ведьмой, а возглавляла целое общество ведьм. А еще меня смущает выбор местоимений Марии.

– Мы?

Ещё один кивок.

– Да. Я тоже являюсь членом этого общества.

– Днём адвокат, ночью колдунья. – с моих губ срывается лёгкий смешок, похожий на истерический.

– Колдунья это другое, но достаточно похожее. – Мария улыбается.

У меня побелели костяшки пальцев от того, что я слишком крепко сжимала подлокотники. Я качаю головой.

– Всё это для меня совершенно незнакомо.

– Я понимаю. Мне очень жаль, что тебе приходится через все это проходить, когда ты скорбишь по своей тете. – она хмурится. – И боюсь, это еще не все.

Моё сердце замирает, и я делаю глубокий вдох. Это ещё не всё?

Мария колеблется, прежде чем продолжить.

– Видишь ли, условия, о которых я говорила, касаются дома и Общества Ворона.

– О. Сибил хочет, чтобы его использовало Общество. – я киваю, и в груди немного освобождается. Если эти ведьмы хотят использовать дом, меня это вполне устраивает. Я просто хочу как можно скорее отсюда убраться. Это всё слишком тяжело для меня. – Конечно. Это было важно для неё, и я полностью уважаю такое решение. Я могу позаботиться о том, чтобы его никогда не продали и чтобы он не пришёл в упадок.

– Дело не только в этом, – говорит Мария. – Поскольку у Сибил не было собственных дочерей, она хочет, чтобы ее род был представлен в Обществе.

Мария пристально смотрит на меня пронзительным взглядом.

– Но… ты же не меня имеешь в виду? – пищу я. Моё облегчение, которое я испытывала ещё несколько мгновений назад, тут же испаряется. – Несомненно, этот человек должен быть ведьмой?

Пристальный взгляд Марии по-прежнему был прикован ко мне.

– Я не ведьма. Совершенно очевидно. – я смеюсь, потому что не знаю, что еще делать. Мне кажется, я попала в Сумеречную зону. Может, я так убита горем, что у меня галлюцинации?

– Ты представительница рода Стоункрофт. Нет никаких сомнений, что ты обладаешь магическими способностями.

– Думаю, я бы знала, – говорю я, скрестив руки на груди. В животе нарастает неприятное ощущение жара, начинает пульсировать голова. Внезапно я достигаю предела. Последние остатки моего рассудка вот-вот рухнут в пропасть. – Слушай, последние пару дней были ужасными. Можем продолжить разговор утром?

– Конечно, – отвечает Мария с ободряющей улыбкой. – Полагаю, ты планируешь остаться здесь, в доме?

Я, честно говоря, об этом даже не задумывалась. Просто собрала чемодан и села на ближайший трансконтинентальный рейс. Преимущества самозанятости и одинокой жизни.

– Эм, конечно, – говорю я. Это место успокаивает. Я чувствую присутствие Сибил, даже здесь, за пределами дома. Может быть, если я проведу здесь немного времени, то смогу смириться с тем, что моя тетя была совсем не той, кем я ее считала. Я смогу пережить свое горе, а затем уйти отсюда и попытаться жить дальше. Без метел, магии и прочих вещей, которые мне совершенно непонятны.

– Отлично, вот ключ.

Мария достает из сумочки огромный, богато украшенный железный ключ и протягивает его мне. Он холодный, и меня пробирает дрожь.

– Кроме того, сейчас здесь живёт ещё одна жительница, – продолжает Мария. – Общество предоставляет ведьмам кров, когда им не везёт. Она остановилась в лунной комнате.

Я не знаю, что такое лунная комната, но слишком устала и перегружена информацией, чтобы спрашивать сейчас.

– Отлично, хорошо. Тогда увидимся завтра.

Мария кивает и направляется к своему внедорожнику, махая мне на прощание. Легкий ветерок шелестит в лесу, разнося аромат цветущих растений. Я слышу скрип флюгера над головой и обнимаю себя руками. Как так получилось, что в моей жизни всё так быстро вышло из-под контроля?

Вздохнув, я поворачиваюсь и смотрю на огромную входную дверь. Она выкрашена в бордовый цвет, что резко контрастирует с серым оттенком остального дома. Вставив ключ в замок, который с трудом удалось открыть, я всматриваюсь в зияющее пространство за дверью.

Дом сверкает странным золотистым светом, который, как я понимаю мгновение спустя, всего лишь игра солнца и пылинок. Большое витражное окно, которое я не заметила снаружи, пропускает немного света. В середине крыши, на высоте трех этажей, есть еще и световой люк. Мне не нравятся темные старые дома, так что от этого мне становится легче.

В дальнем конце двухэтажного фойе, которое на самом деле больше похоже на широкий холл, деревянная лестница изгибается вверх и ведет на второй этаж. Перила из красного дерева блестят. Я вижу, что она продолжается до третьего этажа, возможно, до чердака? Снаружи казалось, что третий этаж намного меньше.

Я прохожу дальше и вижу огромную столовую с камином слева и гостиную справа. Еще дальше – парадную комнату с гигантской арфой, а за ней – кухню, которая выглядит так, будто ее переместили прямо из Тосканы: яркая плитка, огромная каменная печь и все такое.

Внизу есть и другие комнаты, но я оставляю их для дальнейшего осмотра и поднимаюсь по лестнице на второй этаж. Полированные деревянные стены украшены картинами, большинство из которых изображают загадочных женщин, природу или луну.

И, естественно, несколько воронов. Словно притягиваемая магнитом, я обхожу прямоугольный коридор с перилами внутри, который открыт на первый этаж. Я прохожу мимо четырех спален, прежде чем остановиться у пятой. Дверь открыта, и я вхожу внутрь.

Это комната Сибил, в этом я не сомневаюсь. Кровать с балдахином застелена бирюзовым одеялом, ее любимым цветом, а на комоде стоит ваза с подсолнухами, тоже ее любимыми цветами. Но дело не только в этом. Я чувствую ее присутствие здесь.

Пересекаю комнату, подхожу к креслу из шафранового атласа и сажусь в него. Мой взгляд скользит по пространству, по каждой книге и безделушке. На подлокотнике кресла замечаю плюшевый плед, который я кладу себе на колени.

А потом меня настигает усталость.

* * *

Когда я просыпаюсь, сквозь окно льется лунный свет. Я мгновенно понимаю, что не одна. Все мое тело напрягается, и мой взгляд падает на высокую тень в дверном проеме комнаты Сибил.

– Мне очень жаль!

Женщина выходит на свет. Она выглядит немного моложе тридцати пяти лет, у неё длинные, огненно-рыжие волосы и странные фиолетовые глаза, которые горят в тусклом свете. Из чего-то в её руках поднимается дым.

– Я не хотела вас будить. Но у меня есть чай, если хотите. – она улыбается и делает несколько неуверенных шагов вперёд, протягивая дымящуюся кружку.

Я протягиваю руку и беру ее.

– Большое спасибо. Меня зовут Роуэн.

– Меня зовут Лаванда, – говорит она. – Сокращенно Вен. Мария сказала вам, что я здесь живу?

– Да. – я качаю головой. – Извини, что не подошла представиться перед тем, как уснуть. Я была ужасно уставшей после перелета, а потом… ну, Мария рассказала мне кое-что, о чем я не знала. Просто нужно было все это осмыслить.

– О том, что мы все ведьмы?

Я на мгновение напрягаюсь, затем киваю и делаю глоток чая. Мятный и ромашковый.

– Эм, да. Это то, что нужно.

Вен садится на край кровати Сибил.

– Да. Наверняка это показалось какой-то невероятной чушью, которую слышишь сразу после выхода из самолета. – она хихикает.

Ее смех заразителен, и я невольно его подхватываю.

– Можешь повторить еще раз. – я делаю еще один глоток чая.

– Сибил так много о тебе рассказывала, – улыбается Вен. – Мне кажется, мы уже друзья.

Я киваю, не зная, что сказать, поскольку не могу ответить взаимностью, ведь я никогда раньше о ней не слышала. Горе снова пронзает меня. К счастью, Вен продолжает говорить почти без перерыва.

– Я всегда буду в долгу перед Сибил. Раньше я состояла в плохом ковене и в плохих отношениях. Она приютила меня, предложила защиту. – на мгновение в ее глазах появляется отрешенный взгляд, словно она погружена в воспоминания. – Я знаю, что ты сейчас переживаешь трудный период и помогу тебе всем, чем смогу. Любой родственник Сибил мне дорог.

– Спасибо, Вен, – говорю я с улыбкой.

По дому разносится громкий стук, и мне требуется мгновение, чтобы понять, что кто-то стучит в переднюю дверь.

– Который час? – спрашиваю я, нахмурив брови.

– После одиннадцати. – Вен хмурая, как и я.

Мы встаём и вместе спускаемся вниз. Приближаясь к двери, я вижу сквозь узкие декоративные стеклянные панели по бокам какую-то фигуру. Я останавливаюсь перед дверью.

– Кто это? – спрашиваю я.

– Это из офиса шерифа, – раздается громкий мужской голос.

Я смотрю на Вен, и она кивает.

– Я его узнаю. Это шериф.

Я открываю дверь и смотрю вверх, в темные глаза, расположенные как минимум на 20 сантиметров выше моей головы. А при росте 173 сантиметра я не такая уж и низкая. Шериф – крепкий мужчина с густыми светлыми волосами. Вероятно, он симпатичный по большинству мерок, если бы меня привлекали представители правоохранительных органов.

– Чем могу помочь? – спрашиваю я.

– Вы, должно быть, Роуэн Стоункрофт, – говорит он грубоватым тоном.

Я киваю. С прошлой недели, когда были подписаны документы о разводе, я снова Стоункрофт.

– Я шериф Джонсон. Извините, что беспокою вас так поздно. – он приспускает шляпу. – Боюсь, у меня есть довольно срочные новости. Пришли результаты вскрытия вашей тети.

Вен подходит ближе и бросает на меня косой взгляд.

– Мы обнаружили яд в ее организме, – говорит он.

– Яд? – адреналин бурлит в моих венах. – Что именно вы имеете в виду?

Взгляд шерифа скользит по Вен и возвращается ко мне.

– Я хочу сказать, что смерть вашей тети теперь расследуется как убийство.

Глава 3
Роуэн

Как только солнце озарило небо, я встаю с постели. Я не спала. Как можно спать после известия об убийстве тети?

Шериф сказал, что самоубийство тоже нужно исключить, хотя мы с Вен заверили его, что в принципе не считаем такой вариант вероятным. Сибил никогда не страдала от депрессии – всегда была счастливой и беззаботной. Он пообещал держать нас в курсе и исчез в ночи. А я тем временем часами смотрела в потолок, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце.

Итак, как только наступает рассвет, я одеваюсь в лосины для йоги, майку и кроссовки. Я не знаю, куда пойду, просто понимаю, что мне нужно выбраться из этого дома и побыть одной.

Как только ступаю на ступеньки, дует прохладный ветерок, словно лес зовет меня. Как давно я не гуляла в настоящем лесу? Каким-то образом моя жизнь превратилась в бетонную тюрьму в Лос-Анджелесе, где я погрязла в суете большого города.

Я выхожу во двор и направляюсь в лес, подальше от дороги. Надеюсь и от соседей тоже. Хотя в этом густом лесу я никого не вижу. Мои ноги сами собой движутся, и я начинаю бежать. Вскоре чувствую, как разогреваются мышцы. Как же приятно двигаться. Чувствовать себя свободной.

Последний год у меня совершенно поехала крыша. Сначала я узнала, что муж мне изменял. Почти год я разбиралась с этой драмой: адвокаты, раздельное проживание, споры о том, кому что достанется, как будто у него были какие-то права после всего, что он сделал.

В конце концов, я позволила ему выкупить мою долю в доме и все, что в нем находится. В любом случае, я не хотела забирать с собой наши вещи. Слишком много воспоминаний, которые мне больше не нужны.

И как раз тогда, когда я думала, что все невзгоды позади, как раз тогда, когда я думала, что свободна, случилось это. Сибил умерла, убита, между прочим. Что же я такого сделала, чтобы навлечь на себя всю эту плохую карму?

Я бегу, прежде чем успеваю это осознать. На полной скорости, руки и ноги работают на полную мощность, сердце бешено колотится в груди, легкие горят. Лес вокруг меня расплывается в одно размытое пятно, лишь мир изумрудов, шалфея и перидота. Я позволяю всему этому выгореть, каждой капле ярости, шока и печали. Выплескиваю это через поры, выбиваю своими шагами.

Когда я наконец остановилась, совершенно измученная, я понятия не имела, где нахожусь. Домов по-прежнему не видно. Я нахожусь в абсолютной глуши. И меня ужасно мучает жажда. Но я не жалею об этом.

Словно лес сжаливается надо мной, и я слышу журчание воды и иду на звук. Мои глаза расширяются, когда я выхожу из-за рощи и вижу водопад, ниспадающий с небольшого обрыва, высотой, наверное, около двенадцати футов. Вода переливается через несколько валунов, прежде чем образовать у подножия небольшой бассейн, а затем, продолжая течь в виде крошечного ручейка, извивающегося по лесу.

Солнце, поднявшееся значительно высоко, сверкает на поверхности, и стрекозы порхают над ней. Это захватывающе красиво, но, что еще важнее, похоже, именно это мне нужно, чтобы освежиться.

Вокруг никого нет, поэтому я снимаю майку и бросаю её на траву у ног. Кроссовки следуют за ней, и я на цыпочках иду вперёд, чтобы опустить ноги в воду.

В этот момент что-то появляется из-за водопада, раздвигая водные потоки, словно занавес.

Не что-то, а кто-то. И не кто-то, а мужчина.

Мужчина, на котором нет ни клочка одежды.

Он высокий и мускулистый, словно римская статуя. Вода стекает с него, откидывая черные волосы от лица. У него волевой подбородок, а глаза странного золотистого оттенка, который я никогда видела. Должно быть, он носит контактные линзы.

Я совершенно ошеломлена, когда он переводит на меня свой золотистый взгляд. В этот момент я понимаю, что стою здесь, в одном только бюстгальтере и лосинах для йоги, одна посреди леса с незнакомым, голым мужчиной.

И всё же я не могу заставить себя отвести от него взгляд.

Он смотрит на меня с нечитаемым выражением лица, его взгляд скользит по мне. Он впитывает меня, как и я его. Кажется, ему ничуть не неловко от того, что он голый и холодная вода ничего не уменьшила. На самом деле, пока мужчина смотрит на меня, его внушительная длина начинает увеличиваться, и я чувствую первый проблеск страха.

Мы так стоим несколько мгновений, уставившись друг на друга. Затем он издает низкое рычание и резко отворачивается от меня. Уходит в лес и мгновение спустя исчезает.