Текст книги "После развода. Последняя ночь (СИ)"

Автор книги: Ася Яхонтова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

Глава 15. Мурат

Глава 15. Мурат

Вижу, как вспыхивают глаза жены.

– Что ты сказал?! – впервые вижу Саяну в таком бешенстве.

– То, что слышала, – холодно отвечаю. – Мальчику нужен отец. Настоящий мужчина!

– Мурат, ты сошел с ума?

– Я трезво смотрю на вещи. Рустам – мой сын, мой наследник. Я не позволю тебе превратить его в маменькиного сынка. – Ему нужно мужское воспитание!

– Какое именно? Научишь изменять жене? Бросать семью при первых трудностях?

– Научу быть сильным!

– Сильные мужчины не убегают от проблем, Мурат. Они их решают, – решительно парирует жена.

Всматриваюсь в лицо Саяны... Она изменилась. Нет привычной покорности.

Черт, когда она стала такой? Раньше Саяна никогда не перечила мне, не повышала голос. А сейчас смотрит на меня как на... как на врага. В ее глазах холод, который пробирает до костей.

– Я не убегал, – говорю, но голос звучит неуверенно даже для меня самого. – Я принял решение.

– Решение бросить семью, – не отступает она.

Почему она не понимает? Между нами давно все кончилось! Мы жили как соседи, а не как муж и жена. Она занималась детьми и домом, я – работой. Никакой страсти. А с Айзой... с ней все по-другому.

Я нашел в себе силы сказать правду. А в итоге она забрала детей.

– Саяна, мы же взрослые люди, – пытаюсь объяснить. – Наш брак давно превратился в формальность.

– Для тебя, может быть. А я думала, что мы семья.

Семья... Да, когда-то мы были семьей. Когда родился Рустам, я был счастлив. Держал его на руках и думал: "Вот он, мой наследник". А когда появилась Малика – моя маленькая принцесса...

Но потом все стало обыденным. Детские крики по ночам, бесконечные разговоры о памперсах и прививках. Саяна превратилась в мать, перестала быть женщиной. А я... я задыхался в этом болоте домашнего быта.

– Ты перестала быть женой, – говорю я. – Стала только матерью.

Она вздрагивает, как от удара:

– А ты перестал быть мужчиной в тот самый момент, когда предпочел свою дешевую подстилку!

Я невольно вздрагиваю. Еще никогда раньше Саяна не общалась со мной в подобном тоне.

– Мурат, – голос адвоката возвращает меня к реальности. – Вам нужно четко сформулировать свои требования.

Требования... Я хочу сына. Хочу, чтобы Рустам вырос настоящим мужчиной, а не маменькиным сынком.

– Рустам будет жить со мной! – повторяю сухо.

– Может быть, для вас будет достаточно регулярно видеться с мальчиком... с детьми, – вмешивается адвокат Саяны, явно понимая, что ни к чему хорошему наши споры не приведут. – Детям нужно приспособиться к новой реальности. Что если Саяна пока поживет в вашем доме с детьми... А вы будете навещать их?

Мне нравится примирительный тон юриста. Он явно не глупый.

– А она их привезет туда, откуда забрала? – спрашиваю язвительно и многозначительно смотрю на жену.

Саяна выпрямляется в кресле:

– Только если ты поклянешься мне, что не заберешь Рустама...

– Посмотрим, – отвечаю, стараясь говорить спокойно. – Я хочу завтра увидеть детей... И точно не в доме у твоих родителей!

Встаю из-за стола, показывая, что разговор окончен.

Нет смысла дальше выяснять отношения.

Иду вместе с адвокатом к выходу. Оборачиваюсь. Встречаю решительный взгляд жены на себе.

– До завтра, Саяна!

Глава 16. Саяна

Глава 16. Саяна

В первый рабочий день опаздывать – очень плохо.

Деловой разговор с Муратом занял продолжительное время. А главное, что мне придется пойти на условия мужа – привезти детей обратно в дом.

Мой адвокат сказал, что не следует обострять и без того напряженные отношения. Мурат явно настроен действовать до конца.

Зульфия Мехметовна, к моему удивлению, не ругает за опоздание.

– Садись, Саяночка, – говорит она, указывая на стул рядом со своим столом. – Видно, что день тяжелый выдался.

– Очень, – признаюсь. – Встреча с адвокатами по разводу.

– Понятно, – кивает она сочувственно. – Ну что, готова к работе? Или лучше отложить знакомство с отделом на завтра?

– Нет, что вы! Я готова. Даже очень хочется отвлечься от... от всего этого.

Зульфия Мехметовна встает, берет папку с документами:

– Тогда пойдем. Покажу тебе твое рабочее место, познакомлю с коллегами.

Идем по коридору второго этажа. Здесь тише, чем в производственных цехах. Слышно только тихое гудение кондиционеров и стук клавиатур из кабинетов.

– Вот наш отдел дизайна, – останавливается она у двери с табличкой. – Небольшой, но дружный коллектив.

Заходим в просторную комнату с большими окнами. Три рабочих места, каждое оборудовано компьютером, планшетом для рисования, лампами. На стенах развешаны эскизы одежды, образцы тканей.

– Знакомьтесь, – объявляет Зульфия Мехметовна, – это Саяна, наш новый дизайнер.

За одним из столов сидит женщина лет пятидесяти с короткой стрижкой и яркой помадой. Она поднимается, протягивает руку:

– Руфина, очень приятно. Я здесь уже три года работаю.

– Саяна, – отвечаю, пожимая ее руку.

Из-за второго стола поднимается женщина пенсионного возраста в очках и персиковой блузке.

– Я – Мариса. Добро пожаловать в команду.

– Спасибо, – улыбаюсь.

– А вот это будет твое место, – показывает Зульфия Мехметовна на третий стол у окна. – Компьютер новый, программы все установлены. Руфина покажет, как пользоваться.

Подхожу к столу, провожу рукой по гладкой поверхности. Мое рабочее место... Впервые в жизни у меня есть собственный рабочий стол в офисе.

Зульфия Мехметовна смотрит на часы:

– Ладно, я вас оставлю. Саяна, сегодня просто осваивайся, знакомься с материалами. А завтра уже включайся в работу.

Она уходит, оставляя меня с новыми коллегами. Остаток дня проходит в изучении материалов, знакомстве с программами на компьютере.

К вечеру чувствую приятную усталость. Не физическую, а интеллектуальную. Давно не испытывала такого ощущения – что мозг работает, развивается, впитывает новое.

Выхожу на улицу, сажусь в автобус. В телефоне несколько пропущенных от родителей. Наверное, волнуются, как прошел первый день.

Звоню маме:

– Мам, я еду домой. Как дети?

– Хорошо, играют во дворе. А у тебя как дела?

– Отлично, – отвечаю и понимаю, что не лгу. – Работа мне нравится. Коллеги хорошие.

– Слава богу. А с Муратом что решили?

Настроение сразу портится:

– Придется вернуться в дом. С детьми.

– Понятно, – вздыхает мама. – Ну что же, может, так и лучше. Детям привычнее в своем доме.

Может, и лучше. Но мне страшно. Страшно возвращаться туда, где мы были счастливы. Где каждый угол напоминает о прошлом.

Объясняю по телефону требования Мурата.

– Саяна... – трубку берет папа. – Завтра утром я привезу детей к тебе домой. Мурат не хотел видеть их у нас... Ну что же, придется мне и матери немного пожить у вас.

Глава 17. Саяна

Глава 17. Саяна

На следующий день рано утром родители приезжают вместе с детьми. Вижу по большому количеству сумок и пакетов, что папа с мамой решили задержаться надолго.

– Мам, я соскучился, – Рустам обнимает меня.

– Я тоже, милый.

Остро понимаю, что не допущу разлуку с сыном. Не отдам его Мурату.

Уже через час на пороге дома появляется муж. К счастью, сегодня он приехал без своей любовницы.

Навстречу Мурату сразу вышел папа, чтобы показать, что он здесь – и в любую минуту защитит всех нас.

Замечаю, как скривилось лицо Мурата.

– Рашид, – натянуто здоровается он с отцом. – Не ожидал вас увидеть.

– А я не ожидал, что мне придется защищать свою дочь от собственного зятя, – холодно отвечает папа.

Мурат краснеет, но сдерживается. Видно, что присутствие отца его раздражает, но он не решается открыто конфликтовать.

– Папа! – радостно кричит Малика, выбегая из кухни. Она бросается к Мурату, обнимает его за ноги.

Лицо мужа мгновенно смягчается. Он поднимает дочь на руки, целует в щечку:

– Привет, принцесса. Как дела?

– Хорошо! А где ты был так долго?

Мурат замирает, не зная, что ответить. Я вижу, как он мучительно подбирает слова.

– Я работал... Много работал, – неуверенно бормочет он, явно не решаясь сказать дочке правду.

И хотя я говорила Малике, что папа теперь будет жить отдельно, она явно не может понять этого еще. Слишком маленькая. Слишком ранимая.

Ненавижу мужа за то, что причиняет боль собственным детям.

– Мама! – Малика тянется ко мне. – А теперь папа будет жить с нами?

Еще один неудобный вопрос. Мурат ставит дочь на пол, смотрит на меня выжидающе.

– Нет, солнышко, – объясняю я мягко. – Папа будет приезжать к нам в гости.

– Как дедушка и бабушка?

– Да, как дедушка и бабушка.

Малика хмурится, пытаясь понять логику взрослых. Но потом пожимает плечами и убегает играть.

– Где Рустам? – спрашивает Мурат.

– В доме.

– Можно с ним поговорить? – при отце Мурат держится по-деловому, даже вежливо.

Киваю, хотя внутри все сжимается. Боюсь этого разговора. Боюсь, что Мурат попытается настроить сына против меня.

– Рустам! – зову я. – К тебе папа пришел.

Сын появляется в дверях. Он стоит неподвижно, смотрит на отца настороженно. Никакой радости, никакого энтузиазма.

– Привет, сынок, – говорит Мурат, приближаясь к нему.

– Привет, – сухо отвечает Рустам.

– Как дела?

– Нормально.

Мурат пытается обнять сына, но тот отстраняется. Болезненная сцена. Отец и сын стоят друг напротив друга как чужие люди.

– Рустам, – мягко произносит Мурат, – я соскучился по тебе.

Сын молчит. Он никогда не будет перечить отцу. Не скажет открыто, что обижен на него из-за предательства матери.

Мне больно за Рустама. А еще я очень сильно боюсь, что Мурат подумает, что это я настроила сына против него.

Муж вальяжно проходит в гостиную под пристальным взглядом моего отца. Присаживается на диван. Хлопает рукой по седушке, подзывая жестом сына сделать тоже самое.

Рустам покорно усаживается рядом. Мурат старается разговорить сына, но выходит не очень удачно.

– Хочешь, в выходные поедем на спортивные соревнования по борьбе? – муж подключает тяжелую артиллерию.

– Только ты и я? – решает уточнить Рустам. Наверное, боится, что и туда Мурат возьмет свою любовницу.

– Только ты и я, – голос мужа заметно смягчается.

Общение с сыном занимает у Мурата всего несколько минут. Он получил согласие от Рустама. И этого достаточно.

В моей голове проносятся страшные мысли о том, что Мурат может не вернуть мне сына после поездки. Но я старательно отгоняю их. Мы живем в современном обществе. Муж просто не пойдет на такое.

– Рустам какой-то замкнутый... Ты все-таки настраиваешь сына против меня? – перед уходом спрашивает у меня Мурат.

– Нисколько. Наш сын уже взрослый. И делает выводы сам!

– Очень на это надеюсь! – жестко говорит он и уходит.

Сложно добиться мира с человеком, который считает, что только он прав.

Каждая встреча с Муратом дается мне тяжело.

Закрываю за ним дверь и прислоняюсь к ней спиной. Сердце колотится, руки дрожат. Почему он так влияет на меня? Почему после каждого его визита я чувствую себя выжатой как лимон?

Смотрю на часы. Снова опаздываю на работу.

Папа предлагает подвезти до фабрики. Я с благодарностью соглашаюсь.

– Саяна, тебе не нужно бояться Мурата, – по дороге говорит отец. – Он как петух трясет своими крыльями. Но за этой бравадой прячется трус.

– Наверное, ты прав, – целую папу в щеку на прощание и выхожу из машины.

На фабрике сегодня оживленно. Даже в офисных помещениях многолюдно. Все заметно суетятся.

Скоро презентация новой коллекции, а у меня еще ничего не готово.

Бегу в кабинет Зульфии Мехметовны. Надо снова извиниться за опоздание. Боюсь, как бы ее доброте не пришел конец.

Но не успеваю открыть дверь ее кабинета. Потому что оттуда быстро выходит мужчина. Чуть не ударяет меня дверью по лбу.

От неожиданности отшатываюсь. С трудом удерживаюсь на ногах.

Крепкие мужские руки придерживают за талию. А темно-карие глаза наблюдают за мной, не скрывая озорного блеска.

– Еще никогда раньше красивые девушки не падали мне прямо в руки, – усмехается незнакомец. Его голос – низкий, обволакивающий, с легкой хрипотцой.

Он ведет себя так уверенно, как будто наоборот. Кажется, что к нему каждый день валятся женщины и падают сразу в ноги.

Потому что он очень красивый – густые черные волосы коротко подстрижены, кожа отливает бронзой, на шее массивная цепь, а темная рубашка облегает мощный торс.

– Я не ожидала, что дверь откроется, – тут же выпутываюсь из его объятий. Потому что воспитана так, что только муж может касаться женщины.

– Дверь для того и создана, чтобы открываться, – иронично выгибает бровь дугой мужчина.

Он точно знает о своей неотразимости. Потому что слишком уверен в себе. И сейчас наверное думает, что я растекусь прямо тут лужицей от его остроумия.

– Я в курсе, для чего созданы двери. И их нужно открывать аккуратно, чтобы никого не пришибить, – чеканю каждое слово.

Улыбка тут же сползает с его красивого лица.

– Теперь я понимаю, почему у нас убытки... Сотрудницы слишком злые! – раздраженно парирует он.

Глава 18. Саяна

Глава 18. Саяна

С удивлением смотрю на мужчину напротив. Красивый, уверенный в себе и сейчас он очень раздражен. Потому что я не улыбалась ему мило. А он явно привык к тому, что женщины флиртуют и заигрывают с ним.

А еще он сказал... что у нас убытки.

У кого это "у нас"... И кто он вообще такой?

– Рамиль... – слышу голос Зульфии Мехметовны. Она выходит из кабинета и останавливается около нас. – О, Саяна, вижу, что ты уже познакомилась с моим сыном.

Я ощущаю, как мир словно останавливается на мгновение. Сын Зульфии Мехметовны?

– Рамиль, Саяна – наш новый дизайнер, – продолжает Зульфия Мехметовна.

– Кажется., что мы уже познакомились, – его голос становится мягче, когда он обращается к Зульфии Мехметовне, но взгляд по-прежнему не отрывается от меня. Тут же переводит взгляд на свои наручные часы. – Мне уже пора.

Он больше не смотрит на меня. Быстро двигается по коридору. А я продолжаю пялиться на мощную спину сына Зульфии.

– Я и не знала, что у вас есть сын, – задумчиво произношу.

– Рамиль – владелец фабрики, – Зульфия Мехметовна провожает меня в свой кабинет.

– Как? Мне казалось. что директор – вы.

– Я – управляющий директор. Пять лет назад фабрика пришла в запустение. Никому не нужно было швейное производство. У Рамиля – преуспевающий строительный бизнес. Он видел, что я нахожусь в отчаянии из-за фабрики. И выкупил ее. А меня утвердил на должность директора, – объясняет Зульфия Мехметовна. – Мой сын много денег вложил в это швейное производство. Но нам нужен свежий взгляд. Поэтому я и взяла тебя на работу, Саяна. Нужно обновить коллекцию. Наша фабрика должна быть конкурентоспособной.

Я киваю, пытаясь переварить полученную информацию. Значит, этот самоуверенный красавец – мой работодатель. И он явно недоволен тем, как идут дела на фабрике.

– Понятно, – медленно произношу я, опускаясь в кресло напротив стола Зульфии Мехметовны.

Кабинет директора оформлен в строгом деловом стиле – темная мебель из массива дерева, книжные полки с папками документов, на стенах висят дипломы и сертификаты. На столе аккуратно разложены бумаги, стоит небольшая фотография в серебряной рамке – молодая Зульфия Мехметовна с маленьким мальчиком на руках. Должно быть, это Рамиль.

– Саяна, я не буду скрывать – ситуация непростая, – Зульфия Мехметовна садится за стол и складывает руки. – Последние коллекции плохо продавались. Заказчики жалуются на устаревший дизайн. А конкуренция на рынке очень жесткая.

Я внимательно слушаю, краем глаза замечая, как за окном проезжает черный внедорожник. Наверное, Рамиль уезжает. Интересно, часто ли он появляется на фабрике?

– Какие у нас основные направления? – спрашиваю я, доставая из сумки блокнот.

– Женская одежда – повседневная и деловая. Раньше мы специализировались на классике, но сейчас это не востребовано. Молодежь хочет что-то современное, стильное, – Зульфия Мехметовна открывает папку с образцами тканей. – У нас отличное оборудование, квалифицированные швеи. Не хватает только свежих идей.

Я листаю образцы – качественные ткани, красивые расцветки. Потенциал действительно есть.

– А что думает о новых коллекциях ваш сын? – невольно интересуюсь я.

Зульфия Мехметовна улыбается, но в ее глазах мелькает тревога:

– Рамиль – бизнесмен до мозга костей. Для него главное – прибыль. Если фабрика не начнет приносить доход в ближайшие месяцы... – она не договаривает, но я понимаю.

Значит, на мне лежит огромная ответственность. От моей работы зависит судьба всего предприятия и людей, которые здесь трудятся.

– Сегодня к вечеру я принесу вам эскизы, – обещаю, затаив дыхание.

– Отлично, Саяна. – улыбается Зульфия Мехметовна.

Весь день я работаю в своем новом кабинете, полностью погрузившись в творческий процесс. Офис быстро превращается в мою мастерскую. Я раскладываю на столе образцы тканей, цветовые палитры, журналы мод.

Коллеги оказываются на удивление отзывчивыми и готовыми помочь. Мариса приносит мне каталоги с новыми тканями и фурнитурой, показывает, какие материалы сейчас в тренде и что можно заказать по выгодной цене. Ее опыт в текстильной индустрии неоценим – она сразу объясняет, какие ткани лучше драпируются, а какие держат форму.

К середине дня мой стол завален эскизами. Я рисую платья А-силуэта с интересными деталями кроя, блузки с необычными рукавами, юбки с асимметричными элементами. В голове роится множество идей – хочется создать что-то современное, но в то же время практичное и носимое.

Время летит незаметно. За окном уже начинает темнеть, когда я понимаю, что пора показывать результаты Зульфии Мехметовне.

Но в кабинете Зульфии Мехметовны нет... Зато есть Рамиль.

Вторая встреча – слишком много. По взгляду Рамиля я понимаю, что он того же мнения.

– Я хотела показать эскизы Зульфие Мехметовне. Но вижу, что ее нет... – осекаюсь.

– Вы можете показать их мне, Саяна, – тянет лениво Рамиль.

Тут же вспоминаю, что его мать отчетливо дала мне понять, что генерального интересуют только прибыль и цифры, но никак не тряпки ткани или эскизы.

– Лучше я оставлю папку с эскизами на столе. Уверена, что она потом посмотрит, – кладу документы и уже собираюсь уйти.

– Саяна... – властный голос Рамиля останавливает меня. – Я с большим интересом посмотрю сам... Если вы, конечно, покажете мне эскизы.

Смотрю в его темные глаза. Он наблюдает за мной, словно играется.

Медленно поворачиваюсь к нему. Рамиль сидит в кресле матери, откинувшись назад, и его поза излучает абсолютную уверенность. Дорогой костюм идеально сидит на его фигуре, белоснежная рубашка расстегнута на одну пуговицу. На запястье поблескивают часы – явно не из дешевых.

– Вы действительно разбираетесь в дизайне одежды? – не могу удержаться от вопроса, беря папку обратно.

Его губы изгибаются в едва заметной усмешке:

– Попробуйте меня удивить.

Я открываю папку, чувствуя, как мое сердце учащенно бьется. Почему его присутствие так на меня действует? Раскладываю на столе первые эскизы – коллекция повседневной одежды в пастельных тонах с интересными геометрическими вставками.

Рамиль наклоняется вперед, внимательно изучая рисунки. Его пальцы скользят по бумаге. Я невольно замечаю, как концентрированно он рассматривает каждую деталь, каждую линию.

– Интересно, – произносит он наконец. – А это будет востребовано?

– Молодежь любит необычные детали, но при этом хочет носить удобную одежду, – объясняю я, показывая следующий эскиз. – Вот эта блузка – она выглядит стильно, но при этом подходит и для офиса, и для прогулки.

Рамиль кивает, не отрывая взгляда от рисунков. Неожиданно он задает конкретные вопросы о себестоимости, сложности пошива, целевой аудитории. Становится ясно – он заинтересован.

Он отрывает взгляд от рисунков и внимательно смотрит на меня все то время, пока я объясняю концепцию коллекции. Его взгляд пронизывает насквозь. Я стараюсь не реагировать. Но присутствие Рамиля сбивает.

– Эта линия рассчитана на женщин от двадцати пяти до сорока лет, – продолжаю я, указывая на эскизы деловой одежды, и чувствую, как мой голос становится чуть менее уверенным. – Современные офисные работницы хотят выглядеть профессионально, но при этом стильно и женственно.

Рамиль молчит, но его темные глаза не отрываются от моего лица. Я замечаю, как он изучает каждую мою эмоцию, каждое движение. Словно пытается разгадать меня, понять, что я за человек. Это внимание одновременно льстит и раздражает.

– Видите эту деталь? – я показываю на асимметричный воротник жакета, стараясь сосредоточиться на работе. – Она делает классический крой более современным, но не вызывающим.

– Мм-хм, – кивает он, не сводя с меня глаз.

Я чувствую, как краснею под его пристальным взглядом. Мои руки слегка дрожат, когда я перелистываю страницы. Почему он так на меня смотрит? И почему это так меня волнует?

– А эта коллекция, – я быстро перехожу к следующим эскизам, – для более молодой аудитории. Яркие цвета, необычные принты, свободный крой...

– Саяна, – его голос звучит мягче, чем обычно. – Остановитесь на минуту.

Я замираю, все еще держа в руках эскиз яркого платья с геометрическим принтом. Рамиль медленно встает из кресла и обходит стол, оказываясь совсем рядом со мной. Я чувствую легкий аромат его дорогого парфюма – что-то древесное с нотками цитруса.

– Вы нервничаете, – констатирует он, и в его голосе слышится что-то похожее на удовлетворение.

– Просто... у меня еще мало опыта, – пытаюсь оправдаться я, не поднимая глаз. – И я не уверена, что сделала правильные эскизы...

– Саяна... – он прерывает мои сомнения. – Ваши эскизы великолепные. А вы – прекрасны.