Текст книги "После развода. Последняя ночь (СИ)"

Автор книги: Ася Яхонтова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)

Глава 33. Саяна

Глава 33. Саяна

Злость после разговора с Муратом придавала мне сил. Можно ли поверить в то, что мать ради своего сына пойдет на такое? Зульфия Мехметовна не готова останавливаться. Это Рамиль думает, что она оставила меня в покое. Но Зульфия решила действовать через моего бывшего мужа. Хотя прекрасно знает, насколько болезненным был развод для меня.

– Увольняюсь сегодня же, – резко врываюсь в ее кабинет. Зульфия Мехметовна медленно поднимает глаза от бумаг на своем столе. – Как вы могли? Все средства хороши, да?!

– Саяна, разговаривай поспокойнее, – назидательно произносит она. – Ты слишком взвинчена.

– Наверное, это от того, что вы обратились к моему бывшему мужу!

– И правильно сделала. Может, хоть он образумит тебя, – холодно отвечает Зульфия Мехметовна. – Деточка, я внуков хочу, продолжение большой и дружной семьи. А что ты можешь дать моему сыну? Ни кола, ни двора. Двое детей, – в ужасе перечисляет она.

– Странно слышать такие слова от женщины...

– Я всю жизнь прожила с одним мужчиной – с отцом Рамиля. И даже после его смерти осталась верна ему! Саяна, не надо портить жизнь другим, раз собственная судьба полетела под откос. Присмотрись к мужчинам постарше – к тем, кому уже нечего терять.

– Спасибо, Зульфия Мехметовна, за совет. Надеюсь, что он последний... – зло цежу. – Я хочу уйти сегодня же! Вижу, что наши желания совпадают!

– Совпадают, – ледяным тоном произносит она и придвигает ко мне листок бумаги и ручку.

Да, женщина на руководящем посту – иногда страшная сила. Зульфия Мехметовна явно находится на своем месте.

Быстро пишу новое заявление об уходе. Зульфия Мехметовна тут же подписывает его. Дает распоряжение в кадровый отдел, чтобы меня рассчитали.

Уже через двадцать минут я стою у выхода с завода. В руках – трудовая книжка, мои эскизы и наработки.

Я могла бы позвонить Рамилю и пожаловаться. Но уверена, что это сделает за меня Зульфия Мехметовна.

Еще с утра я шла на работу, уверенная в своих силах. А уже к обеду оказалась безработной.

Возвращаюсь домой. Отсылаю резюме во всевозможные фирмы по пошиву, ателье. Ищу вакансии, которые заинтересуют.

Рамиль звонит ближе к вечеру.

– Саяна, я подъехал к твоему подъезду. Выйди, пожалуйста, – его голос звучит сухо и отстраненно.

А когда я выхожу из подъезда и подхожу к нему ближе, понимаю, насколько и он сильно устал от всех этих женских конфликтов.

– Ты могла позвонить мне, – с укором произносит Рамиль.

– Уверена, что это сделала твоя мать.

– Сделала, – подтверждает он. – А еще она сказала, что ты забрала рабочие материалы с завода.

– Рамиль, я взяла собственные наработки.

– Они принадлежат фабрике, Саяна, – сухо отвечает он.

– Это мой труд. И я никому его не отдам! Ты приехал из-за эскизов и моих рисунков? – горько усмехаюсь.

– Нет. Я приехал к тебе. Но вижу, что ты не готова к общению, – во взгляде Рамиля сквозит холод. – Саяна, я просил тебя остаться работать. Не принимать поспешных решений. Но ты даже не позвонила мне.

– Потому что твоя мать обратилась за помощью к моему бывшему мужу! – перебиваю я. – Рамиль, я не смогу работать на фабрике.

– Он тебе угрожал?

– Нет. Но наш разговор был крайне неприятный.

– Саяна, я устал доказывать каждый день, что мои чувства искренние. Мне просто кажется, что ты все еще любишь своего бывшего мужа, – Рамиль смотрит на меня пристально.

– Мне нужно время, – тихо говорю я.

– Хорошо, – сухо перебивает он, разворачивается и идет к своей машине. – Я дам тебе это время.

Мне хочется остановить Рамиля. Но я не решаюсь. Потому что наши нежные зарождающиеся чувства были как будто испачканы.

Он садится в машину и уезжает. А я продолжаю смотреть туда, где еще несколько секунд назад стоял Рамиль.

Возвращаюсь домой в полном унынии. Вечером звоню детям. Они сразу замечают, что у меня плохое настроение. Но я успокаиваю их, а заодно и себя, что все прекрасно.

На следующий день я прихожу на встречу к адвокату Рамилю. Передаю оставшуюся часть денег за квартиру, чтобы не быть зависимой от него.

– Все уже оплачено. Мой руководитель просил передать вам эти документы на квартиру со всеми расписками. За вами нет долга, – внезапно произносит он.

Я смотрю на адвоката, не понимая.

– Как это оплачено? – спрашиваю я. – Кем?

– Рамиль закрыл долг вчера вечером, – отвечает адвокат, протягивая мне папку с документами. – Сказал, что вы ничего не должны.

Сердце начинает колотиться. Я беру документы дрожащими руками.

– Но я не просила... – начинаю я.

– Все оплачено, – повторяет адвокат.

Выхожу из офиса в полном смятении. В руках документы на квартиру – теперь она полностью моя. Но вместо радости чувствую растерянность.

Рамиль заплатил за меня, хотя наш вчерашний разговор сложился не самым лучшим образом. Он сделал это без моего согласия, просто поставил перед фактом.

С ужасом думаю о том, что это может быть его прощальный подарок...

Сажусь на скамейку возле офиса и достаю телефон. Набираю его номер. Но он не берет трубку.

Медленно иду в сторону дома. До сих пор не могу поверить в перевороты собственной судьбы. Еще вчера у меня была любимая работа, мужчина, который высказывал чувства.

А сегодня – полная неопределенность.

Из-за собственной задумчивости я не сразу замечаю, как рядом со мной останавливается роскошный автомобиль. Заднее стекло медленно опускается. В окне я вижу уже знакомое лицо – мой свекор Раймаз.

– Саяна, садись! – Раймаз как обычно отдает приказ, который не обсуждается.

Лишь на секунду в моей голове проносится рисковая мысль – а не отказаться ли.

Но видя строгое лицо Раймаза из под нахмуренных бровей, молча усаживаюсь на заднее сиденье рядом с ним.

– Уволилась значит? – без предисловий начинает Раймаз.

– Уволилась, – совсем не удивлена тому, что отец Мурата в курсе моих дел.

– Это хорошо, – задумчиво тянет он.

– Неужели? – удивленно смотрю на него. Я, конечно, понимаю, что семья бывшего мужа совсем не желает мне добра, но не до такой же степени.

Раймаз что-то обдумывает. Его брови сошлись на переносице. Кажется, что с нашей последней встречи он постарел еще больше.

– Бархат, к нотариусу! – хрипло командует Раймаз своему водителю.

Автомобиль тут же сворачивает вправо. Едем по оживленной центральной улице, которая точно ведет не к моему дому.

– Куда мы едем? – напрягаюсь я.

– Ты прекрасно слышала, Саяна, – Раймаз смотрит прямо перед собой.

– Я слышала, что к нотариусу. Но зачем?

– Мой сын – полный придурок, – Раймаз медленно поворачивает голову в мою сторону, сверлит своим взглядом. – Я должен доверить компанию надежному человеку... Своему единственному внуку! А ты будешь помогать Рустаму управлять бизнесом до его совершеннолетия!

Глава 34. Саяна

Глава 34. Саяна

Сижу в офисе нотариуса. До сих пор не могу поверить, что Раймаз решился на то, чтобы отдать бизнес внуку.

– Почему вы это делаете? – спрашиваю у бывшего свекра, пока нотариус вышла из кабинета.

– Мой сын не оправдал ожиданий. Мурат привел в свой дом шпионку, которая чуть не погубила компанию, – хрипло отвечает он, сидя напротив меня.

– Вы про Айзу сейчас говорите? – вижу, как старика передергивает при упоминании этого имени.

– Да, про эту шлюху! – брезгливо фыркает Раймаз. – Ее подослал к Мурату мой заклятый враг, чтобы выудить важную информацию. А этот балбес поверил в беременность и другую ересь, что вешала ему на уши его проститутка.

Слушаю, приоткрыв рот. Значит, беременности, нет.

– Мурат женился на ней, – тихо произношу.

– Я все уладил. Брак аннулирован. Еще не хватало, чтобы она претендовала хоть на что-то, – уверенно отвечает старик.

Уверена, что Раймаз позаботился о бизнесе и недвижимости. Как позаботился обо всем при моем разводе с Муратом.

Раймаз долго смотрит на меня, затем тяжело вздыхает.

– Саяна, ты была хорошей женой моему сыну. Верной, честной. Я знаю, что развод был не твоей инициативой.

– Но...

– Дай мне договорить, – поднимает он руку. – Мурат дурак. Он потерял тебя из-за своих похождений. А теперь еще и попался на удочку этой авантюристки. Ты станешь управляющей всего бизнеса. До совершеннолетия сына.

– Но почему я? Почему не Мурат?

– Потому что Мурат показал, что ему нельзя доверять, – жестко отвечает старик. – А ты... ты никогда не предашь интересы своего сына.

– Вы же все равно держите бразды управления компании в своих руках, – подозрительно смотрю на него. Не верю, что Раймаз готов вот так легко отказаться от всего.

– Я умираю, Саяна, – внезапно произносит он. – Болезнь отбирает у меня все больше сил, – сильно кашляет, сутулится. – Я же обещал тебе, что не допущу, чтобы мои внуки остались ни с чем.

– А как же Мурат?

– Он будет ежемесячно получать процент дивидендов. Останется управляющим. Плюс ему достанется неплохая недвижимость. Я думаю, что этого достаточно для человека, который чуть не потерял все, – Раймаз многозначительно смотрит на меня.

Да, Раймаз не прощает ошибок. Даже собственному сыну.

В очередной раз мой свекор доказывает, что главным его детищем является компания, которую он создал с нуля. Уверена, что он беспокоится не о будущем внуков. Раймаз просто надеется на то, что его бизнес будет развиваться и дальше. А на Мурата полагаться невозможно.

В кабинет возвращается нотариус с готовыми документами.

Смотрю на бумаги, которые кладут передо мной. Понимаю – если я подпишу это, моя жизнь изменится кардинально. Я стану одной из самых влиятельных женщин в городе.

Но я точно ничего не потеряю. К тому же, должна думать о будущем своих детей. И раз Раймаз так близок к смерти, то управлять компанией будет мой сын.

Быстро подписываю документы. Нотариус консультирует, где поставить число.

В документах прописаны все права Рустама. Видно, что Раймаз поставил четкую задачу – обезопасить будущее внука.

Раймаз все это время молча наблюдает за мной, опершись на трость.

Возможно, он до сих пор сомневается, правильное ли решение принял.

С другой стороны, я хорошо знаю Раймаза. Этому человеку чужды сомнения.

– Вот и хорошо, – комментирует Раймаз, когда документы подписаны. – Едем в офис. Мне нужно успеть ввести тебя в курс всех дел.

Едем в офис в полном молчании. Я все еще не могу поверить в происходящее. Еще вчера я была простой разведенной женщиной, которая пыталась расплатиться за квартиру, а сегодня стала совладелицей многомиллионной империи.

Машина останавливается возле высокого здания.

– Волнуешься? – спрашивает Раймаз, заметив мое состояние.

– Очень, – честно признаюсь.

– Это нормально, – кивает он. – Но помни – ты делаешь это для своего сына. Для его будущего.

Поднимаемся на лифте на верхний этаж. Секретарша при виде нас вскакивает с места.

– Где мой сын? – строго спрашивает старик.

– В своем кабинете, но он сказал, что не хочет никого видеть.

– Увидит, – сухо отвечает Раймаз и направляется к кабинету Мурата.

Я иду следом, сердце колотится как бешеное. Сейчас Мурат узнает о решении отца, и я боюсь представить его реакцию.

Раймаз без стука открывает дверь кабинета. Мурат сидит за столом, перед ним разбросаны документы. Он поднимает голову, и я вижу в его глазах удивление, которое быстро сменяется настороженностью.

– Отец? Саяна? – он встает из-за стола. – Что происходит?

– Садись, – коротко приказывает Раймаз. – Нам нужно поговорить.

Мурат медленно опускается в кресло, не сводя с нас глаз.

– Мурат, – начинает отец, – я принял решение о реорганизации бизнеса.

– Какое решение? – голос Мурата становится напряженным.

– Компанию я переписал на Рустама. А до его совершеннолетия управляющей будет Саяна.

Наступает гробовая тишина. Мурат смотрит то на отца, то на меня, и я вижу, как на его лице сменяются эмоции – недоумение, шок, ярость.

– Ты шутишь, – наконец произносит он хрипло.

– Я никогда не шучу, когда дело касается бизнеса, – отвечает Раймаз.

Мурат резко встает, обходит стол.

– Отец, ты не можешь этого сделать! Я твой сын! Я наследник!

– Ты наследник, который чуть не погубил компанию из-за своей шпионки-жены, – холодно отвечает старик.

Замечаю, как застывает Мурат. С ужасом смотрит на меня. Кажется, что до него медленно доходит все происходящее.

– С этого дня ты будешь слушаться Саяну. Делать все, что она скажет. И беречь бизнес во благо Рустама! – хрипит Раймаз.

– Ты унижаешь меня, отец! – зло цедит Мурат.

– Ты сам себя унизил тем, что женился на шлюхе Айзе! – говорит Раймаз.

Глава 35. Саяна

Глава 35. Саяна

Мурат бледнеет, потом краснеет. Поворачивается ко мне.

– Саяна, ты же не согласишься на это безумие? Мы можем все решить по-другому, поговорить...

– Мурат, – говорю я тихо, но твердо, – решение принято. Твой отец прав – бизнес должен принадлежать Рустаму.

– Но управлять им должен я! Я его отец!

– Отец, который забыл о существовании детей, как только появилась Айза, – отвечаю я.

– Это несправедливо...

– Справедливо то, что ты чуть не разорил семейный бизнес из-за своей любовницы, – вмешивается Раймаз. – Справедливо то, что Саяна всегда думала о благе семьи, а ты – только о себе.

– Отец, я исправлюсь! Дай мне шанс!

– Шанс у тебя будет, – кивает старик. – Будешь работать под руководством Саяны. Докажешь, что можешь быть ответственным.

Мурат обводит кабинет взглядом – свой кабинет, который теперь формально принадлежит мне.

– А если я откажусь? – спрашивает он вызывающе.

– Тогда получишь только дивиденты, – спокойно отвечает Раймаз. – И никаких управленческих функций.

Повисает тяжелая пауза. Мурат смотрит на меня долгим взглядом.

– Значит, теперь ты мой босс, Саяна?

– Получается, что так, – отвечаю я, стараясь говорить уверенно, хотя внутри все дрожит.

– Интересно, – усмехается он горько. – Очень интересно.

– Мурат, завтра утром ты введешь Саяну в курс всех текущих дел. Покажешь отчеты, познакомишь с ключевыми партнерами, – уверенно произносит Раймаз.

– Слушаюсь, – произносит Мурат сквозь зубы.

– И запомни, – добавляет отец уже у двери, – любое неповиновение, любая попытка саботажа – и ты останешься вообще ни с чем.

Весь день я провожу в стенах офиса. Компания, которой так годится Раймаз, теперь управляю я.

Мне приходится внимательно слушать доверительных лиц свекра. Они стараются быстро ввести меня в курс дел.

Понимаю, что у нас слишком мало времени. Потому что день, проведенный рядом с Раймазом, заставил меня убедиться, что мой свекор слишком слаб.

Хотя Раймаз не показывает усталости. Но бледность его лица, сутулившиеся плечи, участившийся кашель – заставляют осознать – его конец близок.

Только к вечеру я добираюсь до дома.

Мне хочется поговорить с детьми, рассказать родителям о больших переменах в жизни.

Но первым я набираю номер Рамиля. Мне надо поблагодарить его за то, что простил мне остаток долга за квартиру. Нужно рассказать о новой работе... И я просто соскучилась. Потому что хочу услышать его голос.

Но Рамиль не отвечает на звонок.

Я набираю номер несколько раз. Снова и снова.

Наконец, на экране моего телефона высвечивается сообщение от Рамиля.

Открываю его и вижу: "Не звони мне больше, Саяна. Все кончено!"

* * *

Через два месяца мне удается войти в курс дел компании. У меня хорошие учителя – преданные люди Раймаза.

Сам он уже не появляется в стенах офиса. Ходят слухи, что его дни сочтены.

Месяц назад я приезжала к нему с Маликой и Рустамом. Раймаз по большей части сидел в кресле. Его ноги были укутаны пледом, несмотря на то, что в доме тепло.

– Не приводи больше детей, – слабо произнес старик мне на прощание. – Не хочу, чтобы они запомнили меня таким.

Тогда впервые я прониклась болью свекра. Передо мной был уже не могущественный бизнесмен. Раймаз стал стариком, который боролся за последние дни своей жизни со смертью.

Мурат все реже появляется в офисе. Каждая наша встреча полна язвительности со стороны бывшего мужа.

Знаю, что он никогда не простит мне то, что встала во главе компании, которая должна принадлежать ему.

Я больше ничего не слышала про Айзу. Но уверена, что Раймаз позаботился, чтобы подосланная шпионка больше никогда не встретилась с его сыном.

Сегодня я провожу первое совещание самостоятельно. Мурат опаздывает. Молча усаживается за длинный стол с остальным сотрудниками. Кажется даже, что внимательно слушает меня.

После окончания совещания бывший муж подходит ко мне.

– Как дети? – впервые спрашивает меня о Рустаме и Малике.

– Все хорошо.

– Наверное, они хотят, что бы мы жили все вместе как раньше... – лениво тянет он.

Я удивленно таращусь на Мурата. Не совсем понимаю, к чему он клонит.

– Мурат, о чем ты говоришь? – спрашиваю я осторожно.

Он подходит ближе, опирается о край стола.

– Саяна, подумай логически. Мы могли бы стать отличной командой.

– Командой? – повторяю я недоуменно.

– Больше чем командой, – его голос становится мягче. – Мы могли бы попробовать начать все сначала. Ради детей. Ради бизнеса.

Я отступаю на шаг.

– Мурат, ты серьезно? После всего, что было?

– После всего, что было, я понял свои ошибки, – говорит он, делая шаг ко мне. – Айза оказалась обманщицей. А ты... ты всегда была рядом. Верной, честной.

– Это не повод возвращаться к прошлому.

– А что у тебя есть сейчас? – в его голосе появляется знакомая настойчивость. – Саяна, будь реалисткой. Ты же до сих пор любишь меня.

Смотрю на бывшего мужа и понимаю – он не изменился. Совсем. Для него я по-прежнему просто удобный вариант.

– Мурат, – говорю я спокойно, – я не вернусь к тебе. Никогда.

– Почему? – в его глазах вспыхивает злость.

– Из-за себя, – отвечаю я твердо. – Из-за того, что я наконец поняла свою ценность. И она намного выше того, что ты можешь предложить.

Мурат сжимает челюсти.

– Саяна, не делай глупостей. Подумай о детях.

– Я думаю о детях каждый день, – отвечаю я. – И именно поэтому не вернусь в тот ад, который ты называл браком.

– Значит, решено? – спрашивает он холодно.

– Окончательно и бесповоротно, – подтверждаю я.

Мурат кивает, но в его взгляде читается что-то ледяное.

– Хорошо, Саяна. Посмотрим, как долго ты продержишься в роли босса. Но знай, если тебе будет нужна помощь... То я готов тебе ее оказать. Ведь мы не чужие друг другу люди.

– Мы как раз уже чужие друг другу! – решительно отвечаю.

После работы я продолжаю думать о словах Мурата. Еду домой и постоянно прокручиваю их в голове.

Мой бывший муж явно намерен вернуть управление компанией в свои руки. Любой ценой. Даже если для этого ему придется вернуться ко мне.

Подхожу к дому.

– Саяна, – меня окликает женский голос. Оборачиваюсь и вижу Зульфию Мехметовну. – Я ждала тебя, Саяна.

Глава 36. Саяна

Глава 36. Саяна

Я тут же напрягаюсь. Совсем не ожидала увидеть Зульфию Мехметовну рядом со своим подъездом.

– Что вы здесь делаете? – внутренне напрягаюсь. И не от того, что мы плохо расстались. А потому что сразу вспоминаю неприятное сообщение от Рамиля, где он отказался от меня.

Два месяца назад Рамиль бросил меня. И даже не соизволил лично сказать о том, что все кончено. Он как трус ограничился сообщением по телефону.

И все эти два месяца каждый день я вспоминала о нем. Брала в руки телефон и хотела набрать его номер. Но тут же одергивала себя. Потому что глупо... Меня снова бросили.

– Я приехала к тебе. Поговорить хочу, – Зульфия Мехметовна неуверенно подходит ближе.

Смотрю на нее внимательно. Что-то изменилось в облике бывшей руководительницы. Обычно безупречно одетая, сегодня она выглядит усталой. Глаза покрасневшие, словно плакала.

– О чем говорить? – спрашиваю я холодно. – Мне кажется, мы уже все друг другу сказали.

– Саяна, пожалуйста, – в ее голосе слышится мольба. – Дай мне пять минут. Только пять минут.

Колеблюсь. Часть меня хочет развернуться и уйти. Но что-то в ее тоне заставляет остановиться.

– Хорошо, – киваю я. – Но здесь, на улице. Я не приглашу вас домой.

– Понимаю, – кивает она. – Саяна, я... я пришла извиниться.

Поднимаю брови от удивления. Зульфия Мехметовна извиняется? Этого я точно не ожидала.

– За что именно? – спрашиваю я.

– За все, – она опускает глаза. – За то, как я с тобой обращалась. За то, что обратилась к твоему бывшему мужу. За то, что... что разрушила ваши отношения с Рамилем.

Сердце сжимается при упоминании его имени.

– Зульфия Мехметовна, – говорю я тихо, – поздно извиняться. Рамиль уже сделал свой выбор.

– Нет, – качает она головой. – Нет, Саяна. Он не делал выбор. Рамиль попал в аварию. Два месяца мой сын провел в больнице.

– Я не знала, – в ужасе шепчу.

Она поднимает на меня глаза, полные слез.

– Я сделала подлость. Сказала сыну, когда ему было и так плохо, что ты бросила его... Саяна, я соврала Рамилю. Думала, что так будет лучше.

Мир вокруг меня словно останавливается.

– Вы... что?

– Я сказала Рамилю, что ты бросила его, узнав об аварии, – продолжает она, всхлипывая.

– Это Рамиль бросил меня, – произношу медленно, пытаюсь осмыслить все происходящее. – Он прислал мне сообщение...

– Нет, Саяна. То сообщение прислала тебе я с телефона сына. В тот момент он находился на операционном столе, – Зульфия Мехметовна вытирает слезы платком.

А мне физически становится плохо. Прямо до тошноты.

Ведь два месяца назад, получив то злополучное сообщение, я поверила, что Рамиль бросил меня. А он... Все это время боролся за жизнь.

– Рамиль попал в серьезную автокатастрофу, – всхлипывает Зульфия Мехметовна. – Его увезли в реанимацию. Врачи не были уверены, что он выживет. А я... я воспользовалась этим.

Ноги подкашиваются. Опираюсь о стену, чтобы не упасть.

Вместо того, чтобы собраться вместе в трудную минуту, меня просто вычеркнули из жизни Рамиля.

– Где он сейчас? – спрашиваю, едва выговаривая слова.

– Дома. Восстанавливается. Но Саяна... он другой. Замкнутый, мрачный. Почти не выходит из дома. Думает, что ты его бросила в самый тяжелый момент.

Слезы текут по моим щекам. Два месяца я страдала, думая, что он меня предал. А он... он думал то же самое обо мне.

– Зульфия Мехметовна, – говорю я дрожащим голосом, – как вы могли? Как могли так поступить с собственным сыном?

– Я думала, что защищаю его, – плачет она. – Думала, что ты не подходишь ему. Что разрушишь его жизнь. Но теперь вижу... теперь понимаю, что разрушила ее сама.

– Он знает правду?

– Нет, – качает она головой. – Он до сих пор верит, что ты его бросила. Я... я не могу ему сказать. Боюсь, что он меня возненавидит. Я совершила ошибку. И сейчас вижу, что мой сын страдает. Он не подпускает к себе Аишу. Потому что у Рамиля в сердце только ты...

Смотрю на эту женщину, которая из-за своих предрассудков разрушила наше счастье, и чувствую смесь ярости и жалости.

– Где он? – спрашиваю решительно.

– Саяна, но он может не захотеть тебя видеть...

– Где он? – повторяю я громче.

– Дома. Но Саяна, подожди... может, лучше я сначала поговорю с ним...

– Нет, – перебиваю я. – Довольно лжи. Довольно манипуляций. Я сама с ним поговорю. И мы сейчас же поедем к Рамилю!

Уже через несколько секунд такси подвозит нас к большому дому. Всю дорогу я и Зульфия Мехметовна молчим.. Сердце колотится так сильно, что кажется, вот вот выскочит из груди. Рамиль попал в аварию. Он не бросал меня. Все это время мы оба страдали из-за лжи его матери.

Но простит ли он меня за то, что я поверила в эту ложь так легко?

Я вхожу в дом, затаив дыхание. Зульфия Мехметовна плетется сзади. Я буквально спиной ощущаю страх, исходящий от нее.

Потому что в этот момент она боится одного – что потеряет единственного сына.

Мое сердце сжимается от боли при виде него. Рамиль стоит у кухонного острова, опираясь левой рукой на металлический костыль, правой медленно наливает кипяток в чашку. Движения его неуверенные, осторожные – видно, что каждое действие дается с трудом.

Он сильно похудел. Когда-то широкие плечи теперь кажутся острыми под тонким домашним свитером серого цвета. Джинсы висят на нем мешком. Темные волосы отросли, небрежно падают на лоб.

Резко очерченные скулы стали еще более выраженными из-за потери веса. Губы, которые я так любила целовать, сжаты в тонкую линию. А глаза... даже не видя их полностью, я чувствую исходящую от него пустоту, какую-то безжизненность.

– Рамиль, – я подхожу ближе.

Он поднимает на меня глаза, в которых удивление смешивается с... любовью.

– Что ты здесь делаешь, Саяна? – хрипло спрашивает, переводя взгляд с меня на свою мать, которая продолжает стоять в отдалении.

В глазах мелькает что-то болезненное, когда он смотрит на меня. Как будто мое присутствие причиняет ему физическую боль.

– Рамиль, – начинаю я, но голос предательски дрожит.

– Зачем ты пришла? – повторяет он, и в его тоне слышится защитная холодность. – Чтобы убедиться, что я выжил? Или у тебя есть что-то важное, что нельзя было сказать по телефону?

Я вижу, как он пытается выпрямиться, опираясь на костыль, стараясь казаться сильнее, чем есть на самом деле. Но усталость и боль выдают его – он слегка покачивается, и я инстинктивно делаю шаг вперед.

– Не надо, – резко говорит он, заметив мое движение. – Я справлюсь сам.

В его глазах читается гордость, смешанная с болью. Он не хочет казаться слабым передо мной. Не хочет моей жалости.

– Рамиль, мне нужно тебе кое-что сказать, – произношу я тихо.

– Что сказать? – он усмехается горько. – Мне кажется, что ты уже приняла решение в тот момент, когда я был в реанимации.

Зульфия Мехметовна всхлипывает в отдалении, но Рамиль не оборачивается. Весь его взгляд сосредоточен на мне, и в нем столько боли, что мне хочется заплакать.

– Я не знала, что ты попал в аварию, – говорю я, делая еще один шаг к нему.

Рамиль замирает. Смотрит на меня с недоверием.

– Что ты сказала?

– Правду, Рамиль, – я смотрю в его глаза. И мне хочется, чтобы там снова зажегся привычный огонь, который воспламенял меня, придавал сил. Поворачиваюсь к его матери. – Думаю, что нам троим нужно срочно поговорить. Не так ли, Зульфия Мехметовна?