Текст книги "(не) Любимый сосед (СИ)"

Автор книги: Ася Петрова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

Глава 4

Недоверие к миру проявляется во всем. Несмотря на то, что Никита ранее подтвердил факт починки машины этим раздражающим мужчиной, я все равно зачем-то сажусь в свою ласточку и завожу ее. Хочу убедиться, что оказалась права, что машина до сих пор сломана. Что он не смог. Но она предательски рычит, словно ее не просто починили, а поставили двигатель от гоночного автомобиля, подает признаки жизни и заводится. Глажу по рулю, мысленно благодаря ее, что она служит мне верой и правдой уже столько лет. И я у нее не первая хозяйка. Однако, понимаю, благодарить мне в первую очередь нужно другого человека. И все тело начинается сопротивляться. Продолжаю сидеть с включенным двигателем и открытой дверью, немигающе смотрю вперед.

Несмотря на скверный характер, чувство чести и достоинства мне прививали с детства, просто высекали в голове. И какой бы я противной не была, никогда не поскуплюсь на слова благодарности. Никогда не опущусь до низости проигнорировать истинные заслуги человека. А то, что этот мужчина достоин обычного "спасибо" – неоспоримый факт.

Рычу от безысходности. И почему не получается быть стервой до конца? Чтобы максимально хладнокровно относиться к таким вещам. Ну помог тебе мужик, но ты же не просила его. А инициатива наказуема. И все же я нахожу в себе силы, закрываю дверцу и плетусь к дому. Специально иду медленно, вышагивая со скоростью улитки. Ищу глазами окно соседа, свет горит. Он дома. Да и где ему быть? Вряд ли караулит меня в темном подъезде, чтобы надавать по жопе за мое плохое поведение.

Перед глазами тут же вспыхивают картинки, как он опускает ладонь на мою белую ягодицу, и живот предательски скручивает впервые за поледние полгода. Апатия накатывает с головой, я понимаю, что кроме моего мозга, остальные органы нормально функционировать отказываются. Зачем-то реагируют даже на образ этого мужчины.

И все же Ксюха права, это все голод по мужскому телу сказывается. Надо прервать свое воздержание, которое у меня не по собственной воле обычно в жизни, а по дурости. Не хотят мужики спать с гиеной и ехидной.

Месяца три назад соизволила вытащить свою тушу на свидание, познакомилась с парнем на сайте знакомств. Ничего криминального, был порыв разорвать круг одиночества. И как бы рыбка сама в сети не плывет, рыбка не дура. Ну и я понимала, что сидеть у окна и ждать того самого – затея так себе.

Парень был симпатичным, добрым, веселым, с одним большим минусом. Он классический пиздун. Уж простите, но надо называть вещи своими именами. Хохлился весь вечер о своих заслугах, какой он прекрасный. И я для чего-то весь вечер терпела, слушала эту песню самолюбия и ждала, что он меня уложит в постель. Нужна была разрядка. С учетом того, что я никогда не занималась сексом по-любви, ибо любви в жизни не было. Я не особо была избирательна в мужчинах. Ну вроде симпатичный, не тупой, значит берем. О чувствах и речи быть не могло.

Порой ночами плакала в подушку, что ни один мужчина за свою жизнь не прикоснулся ко мне так, словно я для него что-то значу. Словно он хочет только меня, и что я самая идеальная и лучшая для него. Увы, чего не дано, того не понять. И я довольствовалась малым. Ханжой никогда не была. Секс люблю. Однако, в определенный момент жизни отказалась от него. Как раньше уже не хотелось, а как хотелось жизнь не давала.

И вот то свидание оказалось последней каплей в море. В конце вечера, я не постеснялась и в своей манере сказала все, что думаю о нем, даже посоветовала сходить к психологу, потому что скорее всего у него есть расстройство личности. Все-таки дочь психиатра. Моего порыва помощи паренек не оценил, и в горизонтальном положении, мы, разумеется, не оказались.

Первым делом захожу к себе в квартиру, раскладываю продукты по полупустым полкам холодильника. Сыр слева, сырки в дверцу и молоко туда же. Хлеб в хлебницу. Все. Больше вариантов поиграться в тетрис из продуктов, чтобы оттянуть время – нет.

Прикрываю свою дверь и плетусь к его. Отмечаю, что сегодня нет никаких мерзких звуков, словно всю неделю я сама себе в голове придумывала симфонию дрели и сходила с ума. Звонка у соседа нет, поэтому опять стучу по двери. Не так уверенно, как вчера. Я бы сказала совсем неуверенно.

Он не заставляет себя долго ждать, как-будто стоял по ту сторону и ждал меня. И секунды не проходит, дверь распахивается, и я в очередной раз ловлю голубые омуты, что насмехаются. Матвей знал, что я приду. И от его понимания внутри опять начинает извергаться вулкан. Пока лава еще не вышла за края, но ей только дай повод.

– Вроде не шумно. Зачем пожаловала? – наклоняет голову вбок и опять складывает красивые руки на груди. Мышцы напрягаются, демонстрируя мощь этого мужчины.

– Не шумно, – зачем-то повторяю за ним. Когда-то читала статью о том, что для того, чтобы расположить к себе собеседника, нужно повторять те фразы, что он говорит. Дабы выстроить доверительный контакт. Только на кой черт мне этот контакт – понятия не имею.

Он ждет, что я продолжу. Молчит, но замечаю, как разглядывает более подробно все части моего тела. Ежусь, ощущая, как меня раздевают. Страшной никогда себя не считала, очень даже симпатичная, пока рот не открою.

Мать однажды мне искренне сказала: "Тебя можно любить, когда ты молчишь". А я так и не научилась молчать, поэтому и не любят.

– Спасибо, что починили мою машину. Скажите, сколько я вам должна?

Нужно подойти к вопросу по-деловому. Он мастер, я клиент. Порешаем так и разойдемся.

– Тысяча и одна ночь, – кажется он даже не пытается скрыть свои насмешки.

– Что, простите?

– Ты спросила, сколько должна? Я говорю: тысяча и одна ночь.

Ну вот лава и пошла за края. Очевидно, что сдержать себя я не смогу.

– То есть, по-вашему, я шлюха? За починку машины буду расплачиваться своим телом? – наступаю на него, а саму всю трясет. Ищу мотивы такого отношения к себе и не нахожу. Пришла к нему вчера по делу, даже пыталась быть вежливой. А он самый настоящий мужлан.

Ненавижу таких мужчин. Всех их ненавижу.

– Я про постель ни слова не сказал, – он поднимает руки вверх. А я продолжаю наступать и не замечаю, как мы оказываемся в его квартире. На полу стоят банки с красками и лаком, одна зачем-то попадается мне под ногу. Спотыкаюсь и лечу прямо в ноги соседу. Только он вовремя меня подхватывает, прижимая к себе. На секунду замираю, ловя ощущения. Не понимаю, что это, но мне безопасно в его руках. И не страшно.

– Это унизительно, – отталкиваю его, – Ни один мужчина меня так еще не оскорблял. Дай бог вам всего хорошего.

Кланяюсь ему в ноги, ощущая, как от переизбытка эмоций подкатывают слезы. Да, я сильная, резкая, колючая и очень ранимая девочка.

– Ты плачешь? – его голос кажется обеспокоенным. Отмахиваюсь от мужчины, прикрывая рукой лицо и выскакиваю на лестничную площадку.

– Маша, подожди, – хватает за локоть, пытаясь развернуть к себе, – Я не хотел тебя обидеть. Это была просто шутка.

– Прошу вас. Оставьте меня в покое. Словно нашего знакомства и не было никогда, – вырываюсь и убегаю к себе.

Закрываюсь на все замки, падаю на пол у двери и плачу. Униженная и абсолютно потерянная.

Шутил он или нет, дела мне нет. Просто хочу никогда его не видеть, и чтобы тело перестало кайфовать от его рук. Потому что, черт возьми, я готова была задержаться в них надолго.

Глава 5

Вытираю скатившуюся слезу рукавом своей домашней кофты. Пара бокалов выпитого красного сухого дают о себе знать, я прокручиваю в голове диалог с соседом и пытаюсь понять свои истинные чувства. Почему этот мужлан так сильно заставляет нервничать? Он совершенно не в моем вкусе. Красивый, высокий, статный, но в нем настолько много подавляющей энергии и секса, что стоит его опасаться. Такие мужчины не для любви, они для хорошего и веселого досуга. Но не успеешь оглянуться, как ты уже в его сетях, как страдаешь по нему и влюбляешься. И именно в этот момент такие мужчины уходят, оставив тебя наедине с твоим разбитым сердцем и надеждами.

От него определенно стоит держаться подальше, но вместо этого я представляю, как сейчас он за стенкой ходит по комнате, на нем серые домашние шорты и голый торс. Мышцы спины красиво перекатываются, демонстрируя мощь, сильные руки забивают гвоздь в стену молотком, четкими ударами. Примерно также он бы забивал свой член в мою вагину, если я бы согласилась на "тысяча и одну ночь" с ним. Хотя, скорее он бы более плавно двигал бедрами, пульсируя внутри меня, распаляя пожар и реализуя непристойные желания.

От мыслей о сексе с соседом низ живота спазмирует. Я кладу хрупкую ладонь с тонкими пальчиками на половые губы, спрятанные за тканью кружевных трусиков и хлопковых шорт. Медленно веду по промежности, попутно делая глоток вина. Прикрываю глаза, представляя, что меня ласкает Матвей. Прикусываю губу, отодвигая кромку шорт и трусиков, запускаю один палец. Он тут же утопает во влаге солоноватых выделений, проникая чуть глубже. Нахожу подушечкой пальца набухший клитор и придавливаю его, выводя круги на спазмирующей горошине. Делаю второй глоток вина и стону, когда по телу пробегает волна тока. Наигравшись с клитором, добавляю второй палец и опускаю их внутрь себя, аккуратно и не спеша ввожу и вывожу пальцы. Перед глазами голый крепкий торс соседа и насмехающиеся льдисто-голубые глаза. Мне нравится думать, словно он за мной наблюдает. Рассматривает тело, ловит мои стоны и вздохи, дразнит, но не дает к себе прикоснуться. От ярких образов я получаю мощнейший оргазм, вызволяю пальчики из лона и облизываю свою смазку.

Да, это было хорошо. Пугающе хорошо.

Мне определенно нужно держаться подальше от Матвея, иначе мы окажемся в его постели. А это чревато последствиями. Я дала себе обещание, что секс у меня теперь будет только в отношениях, с любимым человеком. Я не хочу больше одноразовых встреч, собирать себя, думая о том, почему мужчины не выбирают меня. Есть разные типы женщин. Императрица, жена, любовница. Все по-своему хороши.

Мой тип – любовница. На таких не женятся. С такими спят. Теперь я намереваюсь исправить это. Поэтому случайный секс с соседом может испоганить все мои планы. А еще глубоко внутри я понимаю, что боюсь в него влюбиться. До чертиков боюсь. Уверена это будет невзаимно. Это будет больно. Поэтому забыть и вычеркнуть.

Опустошаю остатки бокала, и слегка покачиваясь, бреду в ванную комнату. Умываюсь холодной водой, придирчиво разглядываю отражение в зеркале. Сейчас как никогда легко найти в себе недостатки, чем я и занимаюсь. От самоуничтожения самооценки меня спасает трель мобильного телефона. Не знаю, кто может звонить в такое позднее время. Обычно, после десяти вечера мой телефон молчит.

Поклонники не пишут, романтичные сообщения не присылают, родители звонят редко, да я и сама не особо часто интересуюсь ими. Остается только подружка.

Беру гаджет в руку и усмехаюсь.

– Ксюх, что-то случилось? – отвечаю на звонок, присаживаясь обратно за стол.

– Случилось! – сердито восклицает. Сердце тут же бухает вниз, сразу представляю всевозможные страшные события. Вдруг Никита попал в аварию или еще, что хуже. Прикладываю руку к груди, где бешено скачет сердце. Наливаю в бокал остатки вина и залпом осушаю его, но успокоится не получается.

– Случилось то, что у тебя появился секси мужик, а я почему-то узнаю это от своего мужа. Машка, ты чего молчишь? – подруга действительно злится, а я не нахожусь с ответом. Хлопаю глазами, смотря в одну точку на стене. Сердце тут же перестает скакать как сайгак. Градус от выпитого алкоголя повышает мое настроение, и я смеюсь.

– Чего ты ржешь, Ионова? Тебе не стыдно?

– Нет, – продолжаю смеяться, – Никита все выдумал. Нет никакого мужика.

– Да? – не верит она, – А мне сказал, что какой-то там Матвей очень приятный человек, и что наша Машка в надежных руках.

О да, руки у него точно надежные. Только я вот несколько минут назад запретила себе даже думать об этом. А еще меня выбивает из колеи тот факт, что Никита рад появлению в моей жизни мужчины. Не то, чтобы я надеялась на его симпатию в свою сторону, но осознавать, что люблю чужого мужика стремно. Мужчину, который никогда мне не принадлежал. И не будет.

– Ксю, притормози коней, – успокаиваюсь и выдыхаю, – Это тот самый сосед, который долбит мне в стену днем и ночью. И, конечно же, он не мой.

– Странно, – она замолкает на секунду, – Никита был уверен, что он твой молодой человек. Матвей починил твою машину, пропустил работу.

Я не знала об этом. Хмурю брови, задумываясь о том, что на самом то деле ничего о нем не знаю. Кроме того, что его зовут Матвей и он чертовски сексуален. И то, что моя вагина его хочет.

Даже Никита больше знает о мужчине, что за моей стенкой.

– Ксюх, я понятия не имею, что у него за работа. Я только сегодня утром узнала его имя, он просто вызвался мне помочь. Я торопилась и согласилась. На этом все.

– Что ж, в таком случае Никита пригласил к нам на годовщину постороннего человека, а забирать обратно свои слова будет ужасно, – она усмехается, – Поэтому приходите вместе. Глядишь и познакомитесь поближе.

Закатываю глаза. Этого мне еще не хватало. Просто сюр, цирк на выезде. Представляю, как иду на годовщину свадьбы к своей лучшей подруге и мужчине, которого люблю со школьной скамьи в сопровождении мужчины, представляя которого, ласкала себя несколько минут назад.

– Я не приду, моя хорошая. Игорь Олегович спросил о готовности материалов к выставке, а у меня еще конь не валялся. Придется поработать, – сейчас я не вру. К выставке действительно не все готово, а времени осталось очень мало.

– Да блин, Маш, ты издеваешься? – подруга злится сильнее, я знаю это точно, – Это капец как неуважительно по отношению к нам.

– Я не специально, – оправдываюсь.

– Да у тебя вечно какие-то проблемы, то работа, то выставки. В гости не приходишь, звонишь редко. Думала, что хоть на годовщину точно придешь, а ты опять за своё, – ее голос приобретает истеричные нотки. И я понимаю, что она права. Я веду себя гадко, я все еще плохая подруга.

– Кисуль, ну прости, – стараюсь быть ласковой, чтобы успокоить ее. А самой противно. Может я действительно плохой человек? Так поступать с близкими людьми нельзя.

– Знаешь что, Ионова, если тебя завтра не будет вечером на годовщине – это будет самая крупная наша ссора. Просто знай, я зла и обижена. Адрес скину смской. Пока! – она не дает шанса оправдаться и кидает трубку.

Закусываю до боли нижнюю губу, злясь на себя. Потерять подругу из-за своей тупости и невежества – будет самой большой ошибкой. Я засуну все свои желания и пойду на годовщину. Но без соседа.

Как только я вспоминаю о Матвее, тут же раздается звонок в дверь. Это еще кто?

Глава 6

Неспешно подхожу к двери, смотрю в дверной глазок и вижу соседа. Сердце пропускает удар, сжимаю вспотевшие ладони, ногти больно впиваются в кожу, стараюсь выровнять дыхание, которое начинает сбиваться из-за волнения. Только я решила забыть о нем, как он тут как тут. Понятия не имею, зачем пожаловал, но если я сейчас открою ему дверь, находясь под градусом, ничем хорошим это не закончится.

Благодарю себя за здравый смысл, но тело почему-то поступает предательски, нажимая на дверную ручку и проворачивая ключ в замочной скважине. Не отдаю отчет своим действиям, но внутри ощущаю потребность увидеть его не через маленькое отверстие, а воочию.

– Что надо? – включаю стерву, выходит довольно грубо. Однако я понимаю, что выстраиваю стену между нами, зачем-то защищаюсь, хотя никто не нападает. Заранее у себя в голове прикидываю варианты, где сосед оказывается настоящим мудаком.

– Маш, – он звучит устало, хотя вид говорит об обратном. Скорее всего он из тех людей, которые всегда выглядят хорошо, неважно какое время суток и какие обстоятельства. – Я пришел извиниться. Мне показалось, что моя шутка тебя задела.

Его слова оголяют, тут же складываю руки на груди, прячась от пытливого взгляда. Зачем он пытается быть хорошим? Я же вижу, что он не такой. Самец. Или мне удобно так думать? Разве такие мужчины извиняются?

– Тебе показалось, – выдерживаю броню.

Он закатывает глаза из-за моей дерзости, ему не нравится то, что я не даю зеленый сигнал. Но я не собираюсь пускать этого мужчину в свою жизнь, даже на короткое время. За эти сутки, что мы знакомы, он уже знатно потрепал мои нервы. А что будет, когда он останется на чуть дольше? Меня разорвет.

– Тебя родители вежливости не учили? – он делает шаг вперед, и я начинаю паниковать. Еще чуть-чуть и он окажется на моей территории.

– В общем, извинения принимаются, все ок. Не парься, скажи сколько я должна за починку машины, и разойдемся, – выставляю руку вперед, чтобы он не смог перейти за порог.

Он вскидывает голову вверх, отчего кадык на его шее дергается и выглядит крупнее, чем обычно. Я сжимаю ноги из-за волны возбуждения, все его мужское проявление заставляет нервничать.

– Когда я тебя первый раз увидел, подумал, что ты горячая штучка, – он возвращает свой взгляд на мое лицо и смотрит прямо в глаза. Я сглатываю образовавшийся ком в горле, потому что ловлю толику осуждения или даже пренебрежения. – Но сейчас я понимаю, что ошибся. Ты просто робот, никакой горячей штучки. Пресная и злая.

Его слова обжигают, мне становится душно и нечем дышать. Я сдерживаюсь, чтобы не заплакать, хотя нахожусь на грани срыва. Одно дело, когда от тебя просто молча сбегают мужики, другое, когда открыто говорят такие вещи. Болезненные вещи.

Собираю всю волю в кулак, сдерживаясь от колкости и от прорывающихся слез.

– Спасибо за мнение. Если это все, то пока! – начинаю закрывать дверь, но его длинная нога останавливает движение не дает закрыть до конца.

Свожу брови к переносице, недоуменно разглядывая длинную ступню в сером кроссовке.

– Но почему-то я все еще хочу тебя трахнуть, – его откровенность обескураживает.

Черт, знал бы он, что мои трусики намокают только от мысли о его члене, то мы бы закончили сегодня вечер в моей спальне. Но я сдерживаюсь, потому что мысленно щипаю себя, вспоминая о большой любви, которую жду, а не о разовом сексе.

– Ты всегда так откровенен в своих желаниях?

– Почему нет? Я взрослый мужик, увидел симпатичную девчонку. Судя по тому, что твою машину некому было починить, то одинокую.

– То есть шутка про тысяча и одну ночь все же была не шуткой? – я была права, он настоящий мужлан.

– Нет. Потому что меня интересует только одна ночь.

Все еще поражаюсь его откровенности, но держусь. Интересно, чем закончится этот диалог.

– На большее не способен? – подтруниваю его.

– Просто большее мне не интересно, Маша. Отношения не про меня.

Бинго! Ставлю галочку напротив своих мыслей по поводу этого мужчины. Что и требовалось доказать. Конечно, такие мужчины не про семью, не про любовь. Чистый секс. Приди он ко мне годом ранее, мы бы уже занимались сексом, оприходовав все поверхности в квартире. Сейчас – нет.

Я хочу его, но еще больше я хочу любви. Матвей – не мой вариант, а я не его. Не в то время, не в том месте.

– Так что, Мария? Как ты смотришь на мое предложение? – он соблазнительно улыбается. Я сильнее свожу ноги, потому что киска начинает пульсировать. Мышцы влагалища спазмируют, а мое высокое либидо дает о себе знать. И контролировать все это становится невыносимо тяжело.

– Отрицательно, Матвей.

– Уверена? – снова делает шаг в мою сторону. Из-за раздражающего возбуждения, я теряю бдительность. Рука соседа касается оголенной кожи моего бедра. Пока я ловлю свои ощущения от теплых больших рук, ладонь мужчины откровенно очерчивает узоры по периметру ноги, двигаясь к истекающему лону.

– Что ты делаешь? – перехватываю его руку, отмечая, что в самом начале диалога перешла на "ты", разрушая между нами рамки субординации.

Он игнорирует мой вопрос, запуская свои длинные пальцы в мои огненные волосы, нежно поглаживая затылок, от этих манипуляций кожа покрывается мурашками. Я не останавливаю его, ожидая как далеко он может зайти. Он все же оказывается на моей территории, но дверь не захлопывается. И это спасает ситуацию.

– Матвей, прошу, прекрати, – мои слова больше похожи на стон, чем на просьбу.

– Расслабься, девочка, – губы наглеца оказываются на моей шее, его влажный язык находит пульсирующее венку и он ее прикусывает, после чего целует. И снова прикусывает.

От блаженства я прикрываю глаза, уверяя себя, что еще немного и точно оттолкну.

Губы Матвея продолжают исследовать тонкую шею, я позволяю себе вольность и кладу руку на его затылок, кожа мужчины гладкая, от него вкусно пахнет то ли гелем, то ли парфюмом. Что-то древесное, немного табачное. Голова кружится от переизбытка эмоций, я не сдерживаюсь и тихо стону прямо в ухо мужчины. Он рычит и пододвигает меня к себе еще ближе, внутренней частью бедра я четко чувствую его эрекцию. Член, спрятанный за тканью спортивных шорт, ощущается огромным и очень твердым. В ужасе задумываюсь, как эта дубинка сможет поместиться внутри меня. Вряд ли моя вагина сможет принять такой размер.

– Можешь дать волю своим действиям, – он шепчет мне на ухо, целуя в уголок губ, – Не стесняйся.

Пока я задумываюсь над его предложением, губы соседа захватывют мою нижнюю губу в плен. Он посасывает ее, ласкает, лижет, словно сладкое мороженое. Голова перестает соображать, позволяю ему углубить поцелуй, натыкаюсь своим языком на его. И мы начинаем целоваться как обезумевшие. Он подхватывает меня за попу, отчего я обвиваю мощный торс ногами, повиснув на нем как мартышка. Матвей прижимает меня к стене, продолжая трахать мой рот. Я задыхаюсь, понимая, что готова позволить ему коснуться всех моих интимных мест, как дверь соседней квартиры хлопает.

Я вздрагиваю, слыша шаги и голоса соседей, мама с ребенком. В ужасе расширяю глаза, отталкиваю Матвея от себя, он от неожиданности отрывает руки от моей талии. Я больно приземляюсь пятой точкой на пол и шиплю от боли.

Начинаю злиться на себя, на соседа, на ситуацию, которая так далеко зашла. Он же выглядит спокойным, слежу за его рукой, которая хочет захлопнуть дверь и кричу.

– Стой! Нет!

Вскакиваю на ноги, толкая Матвея в плечо в сторону выхода.

– Девочка, собираешься меня оставить со стояком?

Смотрю на его эрегированный орган, мысли медленно собираются в порядок. Я успокаиваюсь, возвращая остатки разума на место.

– Матвей, уходи, – спокойно выдавливаю из себя фразу. Хотя грудная клетка ходит ходуном от сбившегося дыхания. Касания его губ все еще ощущаются на моей коже. Это было настолько хорошо, что мозг отключился полностью. Как во сне.

– Маш, – он снова тянет руку ко мне. Я отшатываюсь.

Сосед ловит мой взгляд, понимающе кивает.

– Это не конец, – бросает через плечо и выходит из моей квартиры. Я моментально захлопываю дверь за ним, закрываясь на все замки. Даже на нижний, который не трогала с момента переезда в эту квартиру.