Текст книги "Статус: Разумеется - Клинок Системы (СИ)"

Автор книги: Ascold Flow

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Глава 22

Расстояние между армиями таяло стремительно, но Часовые уже закончили разворачиваться. Осадные многоножки без сантиментов задрали артиллерийские платформы к темнеющему небу, залп ушёл навесом через головы механических порядков, и глубина орды вспухла разрывами.

Человек стоял вдалеке и наблюдал за этой картиной, ощущая сдавленное чувство дежавю. Вроде бы мир другой, механизмы не те, Система имеется, технологии совершенно другие, а дрожь земли после приземлившихся миномётных снарядов и артиллерийских залпов та же самая. Такая же, как на родной Земле. Жизнь циклична, и даже в разных мирах, среди разных народов появляются те же самые картины, похожие на то, что происходило в ином месте и времени.

Перед его взором на миг предстала человеческая армия и её боевой, технологический потенциал против монстров из чужих миров. И вместе с залпами Часовых зажглась надежда на то, что даже боги преклонят колени перед мощью технологического прогресса.

«Одуванчики» висели над степью и передавали поправки, сводили к генералам данные по долетевшим снарядам и действиям врага. Произошли корректировки, и второй залп лёг заметно плотнее первого, выкашивая безголовых сотнями за раз в месте их наибольшей концентрации. Третий накрыл сразу несколько бронированных туш.

Алексей следил за обстрелом молча и «Глубоким анализом» считал шансы на успех, запоминал стратегии двух армий. Кто знает, с кем из них ему придётся столкнуться.

По его прикидкам, до линии пауков живой вал доберётся прореженным на добрую четверть. Выглядело это вполне солидным достижением. Стотысячная армия Часовых ещё до прямого столкновения убьёт в два с половиной раза больше врагов.

Сам легион при этом хранил жуткое для живого уха спокойствие. Ни криков, ни лишнего движения в шеренгах. Только мерная работа орудий да гул приводов. Коробки пауков держали выверенные интервалы – проходы между ними не менялись ни на шаг, – и порядок этот происходил из самой природы связи машин: каждый механический страж ощущал соседа и поддерживал идеальный для себя интервал на поле битвы.

Орда напротив ревела тысячами глоток. Рёв катился по степи далеко впереди неё, только вот на механизмы он не производил ровным счётом никакого впечатления.

Пастухи даже не думали отмалчиваться и выжидать, пока залпы выкосят большую часть их армии. Кто знает, какой там боезапас у этих бездушных созданий.

По орде прокатилась команда. Наблюдающие Лисоглядовы её не услышали, зато увидели результат: безголовые перестроились прямо на бегу и нырнули за башнеподобных и бронированных сослуживцев-мутантов. Артиллерийские расчёты Часовых продолжали работать, только теперь снаряды рвали в первую очередь живые щиты, а мелочь за их спинами пёрла вперёд, переступая через трупы союзников.

Потери орды резко сократились, эффективность обстрела Часовых упала минимум в два раза. Вверх начали взлетать один за одним «одуванчики», чтобы передать информацию о передвижениях врага и скорректировать артиллеристов.

Сами командиры орды двигались в глубине моря тварей под куполами, и точечные лучи из гранёных стволов принялись выщёлкивать артиллерийские платформы одну за другой. Каждый луч находил установку, а порой зараз уничтожал до десятка орудий, стоящих в ряд. Началась артиллерийская дуэль суровых представителей технологического и маготехнического миров.

Гремел металл, разрывались на части монстры, продолжая удобрять так и не высохшую бурую почву степи. И вот первые твари докатились до передовых коробок с пауками, и те вступили в бой, показывая, откуда взялся этот благоговейный ужас жителей Мира Избранных перед Часовыми.

Этот раунд, к удивлению Клинка Системы, также остался за машинами. Строй пауков в несколько рядов занял разное положение высоты за счёт гибких конечностей и линиями работающих пушек встретил противника. Они били практически в упор, с дистанции не больше ста метров. Выстрелы и залпы, кислотные плевки, огнемёты… Если враг прорывался, это не было для них проблемой: заточенные до бритвенной остроты ноги и хелицеры вступили в бой сразу же, стоило защитным накладкам отодвинуться в сторону и отпасть.

Одна машина с простыми пушками спокойно разбирала двоих, а то и троих безголовых разом в ближнем бою и дальнем. Кислотные миномёты превращали целые квадраты в ужасающее болото, что через секунды своего существования обращалось в огненный ад, стоило из пасти выдвинуться огнемётной установке и сжечь хранимые в брюхе запасы жидкости. Строй пауков перемалывал накатывающие волны тварей и пятился разве что на шаг, чтобы тут же вернуть его контратакой.

Многоножки, оставшиеся без дальних целей, опускали орудия для стрельбы прямой наводкой, и каждый выстрел в упор прошибал в живой массе целую просеку. Там, где твари всё же дотягивались до корпусов, осадные гиганты перекатывались с сегмента на сегмент, давя нападавших в кашу собственным весом.

Первый час размен явно шёл в пользу железа, и за каждую потерянную машину пастухи платили десятками, сотнями, тысячами жизней своего безголового войска. Это внушало как оптимизм, так и опасения. Чего ждёт тот богоподобный повелитель армии, восседая на своём исполине?

Благородный Лис поймал себя на непрошеной мысли: «Если железные так хороши в подобных схватках, то, быть может, они и впрямь смогут сами очистить степи от непрошеных гостей и закрыть второй портал». Эта мысль просуществовала не больше десяти секунд и исчезла в дрожи земли, стоило в бой вступить Альфе.

Башнеподобный зверь под божеством перешёл на рысь. Двенадцать метров в холке, полсотни в длину, весом в десятки тонн, если не сотни. Эта громадина неслась на четырёх лапах вопреки привычному прямоходящему передвижению других осадных гигантов. Остальные, впрочем, даже так на её фоне выглядели скромно. Алексей убивал таких гигантов не раз, но те уступали зверю Альфы минимум вдвое.

Само божество не потрудилось даже привстать с загривка. Сердце орды вскинуло руку, и степь перед легионом вздыбилась. Вал земли высотой с крепостную стену прокатился через передовые порядки, хороня пауков вперемешку с безголовыми, что вязли рядом в ближнем бою. Альфа не разбирал, где чужие, а где свои, и собственная армия в области удара его мало заботила.

Следом рука сжалась в кулак, и холмы, на которых закрепилась батарея многоножек, осела внутрь себя без всякого грохота и похоронила машины вместе с орудиями. На месте возвышенности появилась дыра.

Новый взмах – и до этого стоявшие и тянувшие со вступлением в бой безголовые рванули вперёд. Воля их бога гнала вперёд эффективнее любого кнута. Даже твари с оторванными конечностями пытались подняться и идти в атаку.

Легион, ещё минуту назад успешно перемалывающий врага, разом потерял как минимум половину своей боеспособности. Уцелевшие осадные многоножки перенесли огонь на исполинского зверя. Толку вышло немного: перед каждым снарядом воздух уплотнялся в незримую преграду. Боеприпасы лопались в десятке метров от шкуры, не оставляя на ней даже копоти. Альфа отвечал на обстрел лениво, вполсилы, но даже этого с лихвой хватало, чтобы сносить батареи со степи вместе со всем прикрытием.

Алиса молча наблюдала за тем, кто стал угрозой для всех. Алексей… офигевал про себя.

Битва быстро превратилась в свалку. Потери Часовых увеличивались в геометрической прогрессии. Лучи пастухов прожигали многоножек насквозь, купола глушили вражеский огонь.

К складам энергии орда ломилась с особым упорством, чуя в брюхатых железяках уязвимое место всего строя. Каждую новую атаку Альфа поддерживал собственной силой: то раскалывал степь рвом поперёк оборонительной линии, то поднимал из земли гребень и стряхивал с него закрепившиеся машины. Ландшафт менялся с каждым его жестом, и старая долина у закрытого Срыва, где ещё утром стояли корнелюды Алексея, узнавалась всё хуже.

Один из складов энергии вскрыли на глазах у молчаливых наблюдателей. Бронированная туша продавила охранение и распорола прозрачный борт, наружу хлынуло свечение накопителей. Разряд ушёл в нападавшую тварь и спалил её на месте, только к пролому уже тянулись новые, и через минуту от машины остался дымящийся остов.

Троица командующих держалась в глубине построения, и устройства на их предплечьях мигали без остановки. Потоки данных со всего поля стекались к ним, и выводы из этих потоков напрашивались только неутешительные. Противник превосходит легион числом на порядок. Командиры, управлявшие ордой, несут орудия, против которых не держится ни одна броня, а их купола сводят огонь к бесполезной трате зарядов. И над всем этим стояло существо, чью мощь детекторы отказывались измерять. Победа при таких вводных не значилась ни в одном из расчётных сценариев, и командование легиона перешло к последнему из них.

Командующие приблизились друг к другу. Их кулаки стукнулись друг о друга, активируя зашифрованные протоколы. Глотки открылись, и, пока их руки трансформировались, они начали читать по памяти строки, одновременно напоминавшие и воинский устав, и стих молитвы. Слова о Системе, единственной и непогрешимой, прокатились над гибнущим легионом. Импульс разошёлся вокруг них по окончании текста, свидетельствуя об активации протокола и о передаче послания, что считают в башнях наблюдателей далеко от этого поля боя. Те узнают их судьбу, расскажут в докладе примарху. Эта троица выбрала смерть на поле битвы во имя своей веры.

Старший из троицы поднял левую руку к небу. Устройство на предплечье раскрылось, вертикально вверх ушёл сигнальный заряд, и над полем вспыхнул багровый огонь, мигающий рваным, ни на что не похожим ритмом. Каждая машина, чьи сенсоры поймали эту частоту, приняла последний приказ своего командования. Приказ о самоуничтожении.

Перемена произошла на глазах. Внутренние установки машин перешли на усиленную выработку энергии, сочленения засветились от перегрева, и весь легион разом сорвался с цепи. Строевые пауки бросали позиции и вгрызались в тела гигантов, раздирая лапами шкуры и зарываясь внутрь громадин целиком. Один на глазах у Алексея запрыгнул башнеподобной твари прямо в распахнутую пасть, и через несколько секунд глотку гиганта разорвало вместе с половиной шеи от мощного взрыва.

Многоножки шли тараном сквозь плотную массу, наматывая безголовых на собственные сегменты и не замечая ни ран, ни застрявших в корпусе тварей. «Одуванчики» пикировали на купола пастухов и лопались вспышками, перегружая защиту, а следом в просевшие купола били уцелевшие артиллерийские орудия. Даже склады энергии двинулись вперёд, вламываясь в гущу орды на своих шести опорах и подставляя прозрачные борта под удары.

Машины крутились, словно берсерки, пока их энергетические центры не доходили до предела, и тогда гремел взрыв, сметающий всё живое на десятки метров вокруг. Со стороны это смотрелось безумным танцем смерти, хаотичным и не подчиняющимся уже никакой тактике.

Поле покрылось цепочками детонаций, в грохоте которых тонули любые команды пастухов. Клинок Системы повидал разные способы умирать, но такой наблюдал впервые. И даже по его меркам происходящее выходило за рамки здравого смысла.

Чего ещё ждать от Часовых? Великих и ужасных…

Алиса впервые за сражение заговорила. Шёпотом уточнила, хватит ли этого, чтобы стереть весь потенциал орды? Алексей в ответ лишь покачал головой: нет, этого явно не хватит.

Сами командующие в общем безумии не участвовали. Троица двинулась через поле к Альфе, и по пути их тела менялись: пластины расходились, из-под них выдвигались скрытые модули, а устройства на предплечьях разворачивались в конструкции, названия которым у Алексея не нашлось.

Вокруг киборгов развернулись поля энергии и потянулись к фигуре на загривке зверя, стягиваясь на ней подобием пут. И магия, и технология, и нечто божественное было в этой странной атаке. Артефакты последнего шанса, призванные сделать так, чтобы на поле боя не осталось победителей.

«Глубокий анализ» показывал цену этой атаки: артефакты питались жизнью самих носителей. Металлические элементы тел киборгов покрывались бурыми разводами крови и масла. Они платили максимальную цену за каждый пройденный по полю боя шаг, отшвыривая этими путами безголовых и прожигая, разрубая ими на части бронированных монстров. Альфа впервые за весь бой отвлёкся от избиения легиона. Путы, что тянулись к нему, он удерживал в пяти метрах от своего «коня» и от себя, разрывая их одну за другой каким-то немыслимым образом. Лишь благодаря запредельно высокому Восприятию Алексей сумел зацепиться взглядом за микроразрывы в пространстве перед монстром, которые, однако, быстро заживали.

Битва достигла своего апогея, и человек с божеством прикинули итог. Первая часть битвы была за легионом, вторую они провалили, но в самом конце сумели здорово потрепать порядки врага. Оставшаяся после активности божества безголовых мутантов треть армии Часовых выгрызла у врагов не меньше пятой части тварей. Двести тысяч монстров за тридцать тысяч машин. И это после казавшегося неминуемым разгрома.

Но, увы, силы были всё ещё и близко не равны. Альфа порвал последние путы, и его зверь навис над генералами механизмов, готовый их раздавить. Лапа размером с дом впечатала одного командующего в землю. Второй и третий отпрыгнули, но недалеко. Божество перехватило их в полёте и заставило застыть, после чего медленно скрутило пространство вокруг них и разорвало на тысячи частей. Они его сильно разозлили…

Троица, возможно, и хотела бы взорваться напоследок, но аннигиляции подверглось само пространство, и все заложенные внутри их тел законы Системы дали сбой, разрушились на составляющие.

К тому моменту, как солнце упало за горизонт, всё закончилось. Поле под Дир’Коллом в очередной раз сменило облик… Там, где утром тянулась долина, теперь громоздились вздыбленные валы земли да чернели воронки от детонаций. Между ними до самого горизонта лежало искорёженное железо вперемешку с тушами безголовых, и по этому месиву бродили уцелевшие твари. Их оставалось безобразно много, по мнению человека. А в самих степях их бродит в несколько раз больше. Твари долго выходили из порталов и выходят до сих пор. К счастью, теперь у них остался всего один Срыв.

Клинок Системы молча наблюдал за финальной сценой битвы и теперь прекрасно понимал, кто и на что способен. К его радости, победителю он сам был неинтересен. Альфа его не чувствовал. Алиса же надёжно пряталась внутри души человека, скрытая непробиваемым покровом формы «Тени».

«Он жуткий. Чудовищный. Выглядит так, будто даже не вспотел. Убить его будет невероятно тяжело. Но вместе с тем я увидел и его слабость», – проговорил он мысленно, по привычке беззвучно шевеля губами.

Алиса мгновенно встрепенулась и удивлённо спросила:

«А? Какую слабость?»

«Для божества он невероятно медленный. Сильный, непрошибаемый. Власть его магии выходит за все мыслимые пределы, его силы способны менять ландшафт и стирать с лица мира горы. Но, чтобы перемещаться по этому миру, он вынужден сидеть на загривке своего пятидесятиметрового коня».

«Ты уверен?»

«„Глубокий анализ“ тяжело обмануть. Я вижу его стихии. И среди них нет ни света, ни тьмы, ни ветра, чтобы ускорить своё перемещение».

«А магия пространства? Ты же сам видел, как он завернул генералов!»

«И потратил на это свою хвалёную и совсем не резиновую божественность. Нет, он, может, и искусен, но по полю боя он перемещался только верхом и свою тварюшку защищал. Манипуляция пространством вокруг себя и манипуляция собой в пространстве – это разные вещи».

«И? Что нам это даёт? Ты что-то задумал?»

«Я? Да ничего такого…»

Небо над грядой стремительно налилось свинцовой чернотой, и первая молния расколола темноту от горизонта до горизонта. Внизу, посреди мёртвого поля, богоподобный предводитель орды оторвался от растерзанных остатков механического легиона и поднял взгляд к небесам.

Спасибо всем кто читает и кому интересна история. На самом деле она плавно двигается к финалу) А новый том уже тут! /work/640102