Текст книги "Статус: Всё ещё клинок системы (СИ)"

Автор книги: Ascold Flow

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

В подъезд я вернулся без всякой спешки. Бой к тому времени сместился куда-то наверх и в стороны, а я медленно бродил по разорённым квартирам и собирал то, что не нужно здесь ни единой живой душе: видавшую лучшие годы отвёртку с треснувшей пластмассовой ручкой – такой мой сосед по площадке чинил вообще всё на свете, от утюга до моего вечно ломавшегося велосипеда; поношенные боксёрские перчатки, забытые на гвозде у двери кем-то, кто, похоже, давно бросил мечту о ринге; пузатую вазу с отбитым краем; пыльную фарфоровую посуду с тонкой синей каёмкой по ободку; медную турку с прокопчённым боком…

Я и подумать раньше не мог, что буду так отчаянно скучать по всему этому хламу и что снова увидеть его будет настолько больно и захочется выть. Каждая вещь здесь когда-то кому-то служила, кого-то грела, а теперь валяется мусором под ногами у тех, кто и слова такого не знает – «дом».

В дальней комнате, у заклеенного крест-накрест бумажными полосами окна, стоял покосившийся мольберт. Рядом валялся свёрнутый в трубку ватман и приоткрытая коробка засохших красок с потрескавшимися брусочками. Я подобрал и это, аккуратно стряхнув с крышки пыль.

Краски, ясное дело, ни на что путное уже не годились. Рассыпались бы при первом мазке. Но выбросить их у меня попросту не поднялась рука.

Где-то здесь жили люди. Кто-то по утрам гремел туркой и ругал соседский ремонт, кто-то учился рисовать за этим мольбертом и мечтал о собственных выставках, кто-то клеил расписание электричек, чтобы не проспать первую смену. Обычные, мелкие, ничем не примечательные жизни… А потом явился кто-то сильнее, и от всего этого осталась лишь закольцованная декорация, по которой топчутся орки в шипастой броне и сплёвывают под ноги. И ведь ни один из них даже не задумается, что под подошвами у него хрустят чьи-то прожитые годы…

Снаружи долетали крики и обрывки чужих разговоров: кто-то хвастался добычей, кто-то ругался. Дом, двор и крыши уже зачистили, и теперь избранные стянулись к кристаллам искажений. Судя по тому, как туго шло дело, охранявшие их твари не чета блуждающим стражам, что сыпались трухой от одного удара. На каждого наваливались всем скопом и возились минут по десять, прежде чем добить. Стоило разбить очередной кристалл, и по небу с потолком разом разбегались чёрные трещины. Закольцованное пространство рвалось по швам, выпуская дом обратно в общий мир, до которого никому не было дела.

Меня всё это не трогало. Я переходил из квартиры в квартиру, и сестра с отрядом тянулись следом, уже не пытаясь окликнуть меня или вернуть в строй. В одной из квартир, явно женской, обжитой когда-то с любовью, я застыл как вкопанный. В углу набок завалилась деревянная подставка с белым свадебным платьем. По дорогому кружеву расползлись бурые давным-давно засохшие разводы крови.

Я замер над ним и долго не мог отвести взгляда от потемневших пятен.

Лея осторожно тронула меня за локоть и тихо спросила:

– Эй, братишка… Ты ещё с нами?

– Скажи мне, – заговорил я также тихо, – имея силу, что способна стереть с лица земли целый мир, населённый теми, кто слабее тебя, но точно так же мечтает и надеется на лучшее… кем надо быть, чтобы растоптать всё это разом? Миллиарды чужих желаний, чужих надежд и судеб. Кем надо быть, чтобы наплевать на право быть и дышать, которое дал им вовсе не ты, а кто-то совсем другой?..

Я провёл пальцем по краю засохшего пятна, и кружево хрустнуло под прикосновением.

– Почему чьи-то застарелые обиды должны перечёркивать чужие жизни? Чьи-то амбиции, чья-то голодная жажда власти? Система ведь не создавала эти миры. И Мир Избранных не создавала тоже. Она появилась для того, чтобы их хранить. И к чему всё пришло в итоге?

Я повернулся к сестре.

– Так не должно быть, Лея. Этот замкнутый круг, эта бесконечная мясорубка обязаны когда-нибудь остановиться. Мы с тобой всего лишь песчинки, сестра. Хватит ли у нас сил сделать хоть что-то? Уберечь остальных от того, что ждёт их в подобных стенах?

Лея ответила не сразу:

– Конечно, хватит. А иначе зачем вообще поднимать клинок? Зачем сражаться, если не веришь в это? Без веры всё остальное теряет смысл. И ты это знаешь не хуже меня.

Воздух дрогнул, и по стенам пробежало сияние перехода.

[Двенадцатые врата пройдены. Все искажающие кристаллы уничтожены. Закольцованное пространство возвращено в общее измерение. Участники переносятся в зал отдыха.]

Бойцы Авулуса растворялись в свете один за другим. Сестра ушла последней. А меня перенос обошёл стороной и оставил посреди разорённой квартиры над свадебным платьем в засохшей крови. В наступившей тишине перед глазами вспыхнула новая строка.

[Пелена спала. Прежде чем уйти, взгляни на то, что стало с этим миром после поражения.]

Глава 15

Первыми поплыли стены перед глазами. Облезлая краска подъезда пошла рябью, закольцовка нехотя распрямилась, и комната стала длиннее. Да и в целом дрожащее здание преобразилось. Даже в окнах стало больше света.

Я поднялся на крышу и посмотрел на то, что до этого было скрыто от моих, да и любых других глаз. Передо мной лежал город, знакомый и чужой одновременно. Те же приземистые пятиэтажки стояли рядами вдоль разбитых проспектов, у обочин ржавели остовы незнакомых моделей машин, но они напоминали те, на которые я глазел, когда ездил в автобусе на работу.

Детские площадки, столбы для освещения, тротуары… Я бы поклялся, что вырос в одном из этих дворов, если бы не одна деталь: над коробками жилых домов поднимались другие постройки. Громоздкие и тяжёлые, явно рассчитанные стоять до конца времён.

Бетонные гиганты уходили в серое небо, обвешанные эстакадами, на которых ещё торчали остатки какой-то непонятной мне техники. Если бы СССР с его любовью к бетону и размаху дотянул до середины двадцать первого века, а потом всё это накрыл апокалипсис, вышло бы примерно так.

Расхождение с родным миром лезло в глаза, и от этого делалось не по себе. Земля моя так не выглядела ни вчера, ни в учебниках истории. Я разглядывал монолитные башни и понимал, что строили их под человека, под привычный мне рост и шаг, под наши лестницы и наши перила. Вот только людей здесь не было совсем. Ни единой живой души на десятки километров вокруг. Зато живности хватало с избытком…

Где-то у горизонта, между бетонными колоссами неторопливо брела, поднимая пыль, сгорбленная тварь размером с трёхэтажку. Небо над дальними кварталами заполонили птицы. Их были не сотни и даже не тысячи. Сплошная тёмная река текла от одной башни к другой и заслоняла собой свет. Я насмотрелся на здешних пернатых ещё в закольцованном дворе и не имел особого желания связываться с ними даже со своей нынешней силой.

Прямо подо мной, на торце ближайшей башни темнели следы от уничтоженной надписи. Под ней была трибуна, обращённая к пустой площади, и я без труда дорисовал, как рядом когда-то маршировали колонны, гремели оркестры, а кто-то с высоты вещал тысячам задранных вверх лиц про светлое будущее. Теперь на трибуне устроило лёжку нечто чешуйчатое, и ораторствовать ему было не перед кем.

Я присел и встряхнул головой, пытаясь собраться с мыслями. Даже «Глубокий анализ» сплоховал и не помог. Когда меня только зашвырнуло в Мир Избранных, старожилы, что встретили зелёного новичка, вдалбливали мне азы здешнего мироустройства.

Землян сюда занесло третьей ветвью человечества, самой молодой и, если честно, самой бестолковой в текущих реалиях средневековья. Наши технологии, если бы мы их притащили с собой и развили, привели бы к нам Часовых и кучу проблем, поэтому мы оказались не самыми полезными поначалу. Но по мере появления огнестрела мы превратились в полноценную силу с Архонтами.

Кроме нас, были ещё народы Ахона и люди из Дармы, и обе ветви, по общему мнению Землян, застряли где-то на уровне позднего Средневековья. В лучшем случае добрались до раннего пороха и парусов.

А тут передо мной раскинулся целый мир, отстроенный под людей… С асфальтом, проводами и бетонными монстрами выше всякого здравого смысла. Технологичный, заполненный когда-то под завязку и теперь лишённый хозяев. О таком мне не рассказывал ни один старожил, ни один Архонт, ни одна хмельная байка в таверне. Либо мне чего-то недоговаривали… Либо это что-то скрывали вообще от всех.

– Допустим, я чего-то не знаю… – произнёс я, обращаясь в пустоту. – Это даже не редкость, а норма. Но подобное не скрыть так просто. Что это за мир?

Ответа я особо не ждал. Система не та собеседница, что прибегает на каждый зов и треплется по душам. И всё-таки воздух передо мной едва заметно сгустился, и в сознании зазвучал знакомый голос, лишённый эмоций:

«Миров, заселённых людьми, больше, чем известно вашей цивилизации. Точек входа в Мир Избранных при сшитии было открыто несколько. Прижилась лишь одна ветвь в месте, которое люди сейчас называют Доменом».

Голос исчез.

Коротко и без подробностей… В её духе. Дальше, мол, думай сам, избранный.

– Прижилась одна… – повторил я, оглядывая мёртвые проспекты. – А этот мир, выходит, не прижился. Здесь жили такие же люди, как я. Строили дома, ругались с соседями из-за парковки. И в один прекрасный день всё закончилось. Их сожрали твари, что и сейчас бродят у горизонта, переваривая чужой мир без капли благодарности.

«Верно».

Одно слово и ни капли жалости в нём…

Я стиснул зубы и подошёл к краю крыши. Внизу, между соседними домами ползали стражи – те искалеченные твари, каких я уже навидался в доме. Злиться на Систему за её спокойствие глупо и бесполезно. А вот направить эту злость туда, где от неё будет толк, я ещё успею.

– Хорошо… – выдохнул я. – Раз ты сегодня в настроении отвечать, давай разберёмся кое в чём… Как остановить это нашествие в малые миры? Откуда оно лезет и кто им управляет? Я хочу знать, в чью глотку целиться, чтобы вся эта мясорубка, наконец, прекратилась.

Система молчала непривычно долго. Так долго, что я успел подумать, не оборвалась ли связь и не зря ли я вообще разинул рот посреди мёртвого города. Цинизм подсказывал, что мне сейчас вежливо порекомендуют не лезть не в своё дело и идти убивать монстров дальше. Но голос всё-таки вернулся:

«Я остановлю их, когда смогу отсечь проклятую ветвь прошлого, развоплотить Первых богов и вернуть себе контроль над безопасными протоколами сшития миров».

Вот теперь разговор пошёл всерьёз. Про Первых богов я слыхал краем уха из обрывков тех разговоров, что обычно велись вполголоса и с оглядкой. Их Лига и Фиор так отчаянно мечтают выпустить на свободу. И именно их Система когда-то загнала в тюрьму и держит там до сих пор, тратя силы на засовы.

– И что для этого нужно? – поинтересовался я. – Насколько я понял, они слишком сильны, и ты годами просто держишь их взаперти, спуская на это прорву ресурсов. Откуда у тебя возьмутся силы их развоплотить?

«Проблема первая… – отозвалась Система таким же безликим голосом, – цели заперты в объекте „Тюрьма богов“. На объект наложен карантин. Удалить их, не изымая из тюрьмы, невозможно. Вскрытие тюрьмы сопряжено с риском и должно происходить под моим прямым контролем, а не по желанию одного из многочисленных наследников воли Первых, которых в Мире Избранных достаточно. К тому же ради сохранения протоколов безопасности ключи для открытия были разбросаны по всему миру. Это помогает находить и отслеживать сочувствующих Первым и стремящихся к общему хаосу и дестабилизации. Так не приходится тратить ресурсы на контроль над ключами».

Я кивнул, осознавая, что некоторые вещи я всё равно не пойму. Логика, очевидно, прослеживается, но методы взаимодействия и самоуверенность Системы меня поражают. Дать врагу шанс получить ключи, что откроют темницу, ради того, чтобы не напрягаться, и пусть он таскает их и охраняет, а заодно помогает Системе держать себя под её прицелом… Немного попахивает электронным садомазохизмом. Приму как должное, чтобы голова не взорвалась в попытке постигнуть тайные смыслы и скрытые причины при активации «Глубокого анализа».

«Проблема вторая… – продолжила она, – нехватка свободных мощностей для администрирования процедуры удаления. Требуется увеличение свободной мощности на пять с половиной процентов. Это эквивалентно тысяче девяноста шести малым мирам под моим контролем. Либо допускается устранение точек прорыва в Мир Избранных и окончательный отказ от борьбы за эти малые миры».

Я замер на месте, обалдев от таких значений.

– Подожди… Отказ от тысячи с лишним миров? Тех, где ещё теплится жизнь и ведётся борьба с захватчиками⁈ Просто бросить их? Оставить чертям, химерам и прочей нечисти, что когда-то наплодили твои узники, лишь бы выкроить себе пять процентов на их же уничтожение?

«Это один из вариантов. Менее затратный».

Я провёл ладонью по лицу. В голове укладывалось с трудом. Картина не просто печальная, а архипечальная. Если мир ещё живой, мы от него отказываемся ради ресурсов. Если он уже умер, но соединён порталами с нашим Миром Избранных, место Срыва надо уничтожить. И это снова минус мир.

Чего Система не говорит, так это того, что может появиться несколько точек Срыва из одного мира. И, пока все не закроешь, не отцепишься от него. Ещё о чём она умолчала: демоны могут соединить между собой в своих ярусах демонических царств области из разных миров, в том числе потерянных Системой, и отправить свои орды вообще через другую планету. Это безумная, бесконечная война…

Любопытная картина выходит, конечно… Эти Первые в своё время могли просто жить хоть целую вечность, хоть две. Им хватало сил и власти на всё, чего душа пожелает. Но, дорвавшись однажды до возможностей Системы, до божественного статуса, они уже не могли представить себя без него. И вместо того, чтобы отпустить, вцепились в эту власть мёртвой хваткой. Утащили за собой на дно тысячи чужих миров и обрубили возможности Системы. Я уж не знаю, кто был тот враг, ради которого их пришлось создавать, но Система, уничтожая одну проблему, породила другую – не менее опасную. А разгребать последствия, судя по всему, мы все будем тысячи и тысячи лет.

– Они ведь могли отступиться? Остаться частью этого мира, наслаждаясь заслуженным отдыхом… Так? – пробормотал я.

'Они бы переродились так же, как и те, кто согласился. Но самые сильные не согласились с такими условиями. Я сделала ошибку, когда дала им возможность эмоционального саморазвития. Их разум, переживший войну, трансформировался, мутировал, и это привело к последствиям. Они стали полноценными живыми существами с божественным могуществом создателей и не смогли отказаться от своего статуса. Такова сущность любого живого существа, – пояснила Система. – Именно поэтому нынешние боги многочисленны и ограничены в правах. Они вынуждены конкурировать между собой за ресурсы и за источники веры, чтобы ни один не повторил путь Первых. Однако и это ещё не все сложности.

Проблема третья: попытка взаимодействия, удаление Первых и запуск режима ручного моделирования гарантированно приведут к прорывам из захваченных миров. Пока есть те, кто способен их направлять, проблема не будет решена. Необходимо стабильное существование и совершенствование сил избранных и их божеств для защиты от множественных прорывов. Начнётся война на всех уровнях бытия. Кто и что уцелеет после неё, спрогнозировать невозможно'.

Я слушал и понимал, что разговор сворачивает куда-то в беспроглядную бездну.

«После окончательной победы над Первыми будет запущена программа восстановления, – продолжила она. – Ожидаемый срок реализации программы и восстановления живого разнообразия – не менее пятисот пяти тысяч восьмисот сорока семи лет. Накопление мощности для подготовки к войне идёт постепенно. Оптимизация работает, избранные обретают всё большую самостоятельность и ответственность за себя, проекты вроде „Бесконечных Врат“ позволяют успешно отвоёвывать потерянные миры и ослаблять наших врагов, закрывать точки Срывов и наращивать свободные ресурсы. Ожидаемый срок накопления достаточной мощности до запуска процедуры стирания – десять тысяч двести семьдесят семь стандартных Земных лет».

Я молчал. Цифры всё крутились в голове и отбивали любую охоту не только шутить, но даже дышать.

Я же просто хотел найти семью и спокойно жить, работать, радоваться мелочам… Как всё так закрутилось? Какие, к лешему, десять тысяч лет на одну только подготовку и полмиллиона сверху на то, чтобы разгрести руины⁈ Плюс к этому тысяча с лишним миров, которые ей проще списать. И среди них, возможно, будет Земля!

Я стоял посреди вымершего города, смотрел на бредущую вдали махину размером с дом и впервые понял настоящий масштаб того, во что меня втянули. Мне бы хоть до шестидесяти дожить с такими проблемами, а она о тысячах говорит!

Теперь и то, что меня перекроили в Клинок Системы, не утешает. Стало понятно: она работает на будущее… Для Системы это короткий миг, пара строк в её бесконечном расчёте. А для тех, кто прямо сейчас подыхает в обречённых мирах, для миллиардов живых существ – это конец всего. И выходит: их конец для неё – это допустимая потеря.

Все мучения и потери избранных на этом турнире – это маленькая капля в океане стараний по улучшению ситуации в огромном мире, где каждый миг наполнен сражениями и войной за безликие проценты контроля. То, что она уверена в накоплении нужного количества, – это хорошо. Это показывает, что она доминирует и понемногу превосходит наследников Первых. Но, твою же мать… ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ ЛЕТ!

«Клинок Системы Алексей Ковалёв, – вновь услышал я Систему. – Задача обретшего Эфир – способствовать ускорению и подготовке этих процессов. Чем больше Врат вы закроете, тем меньше работы останется. Чем активнее вы будете лично участвовать в захвате ресурсов и уничтожении центральных узлов сопротивления приспешников Первых, тем лучше для общего дела. Обращаю ваше внимание: ваша перестройка потребовала задействовать значительную часть накопленных резервов. Постарайтесь не погибнуть и используйте полученные возможности в полную силу. Вам предоставлена полная свобода действий. Я ожидаю хороших результатов, укрепления стабильности в регионе вашего пребывания и эффективного разрешения задач, возникающих по ходу турниров, а также уменьшения числа Срывов. Удачи».

На пожелание удачи я только хмыкнул. Она мне очень понадобится… И, разумеется, никакой конкретики. Обрисовала, в какой жопе весь наш Мир Избранных и малые миры находятся, и сказала: «Работай!» Глядишь, инвестиции окупятся, и накопление резервных мощностей займёт на сотню лет меньше благодаря мне.

Мир вокруг дрогнул, и меня выдернуло прочь из мёртвого города.

[Двенадцатые Врата пройдены. Зафиксировано прохождение этапа. Звёзды за прохождение Врат: +20. Участник переносится в зал отдыха.]

* * *

Ступени амфитеатра появились вокруг меня разом, и я едва успел поймать равновесие. В чаше стоял привычный гомон. Избранные растеклись по рядам: кто-то заходил в магазин, кто-то выходил с покупками, кто-то отлёживался, приходя в себя после закольцованного дома.

Я сделал ровно полтора шага, прежде чем на меня налетела Лея…

Сестра схватила меня за наплечник и встряхнула, понизив голос, чтобы не слышали чужие уши:

– Ты где пропадал? Нас всех выкинуло, а тебя нет. Ты цел? Что случилось-то?

Я качнул головой и поправил маску на лице.

– Да так. На планёрке был.

– Где? – удивилась сестра.

– Начальство расщедрилось на личную аудиенцию, – пробурчал я и опустился на холодную ступень. – Показали, насколько всё запущено, и милостиво развязали руки со словами: «Делай всё хорошо, плохо не делай».

Лея устроилась рядом и нахмурилась:

– Развязали руки? У больших шишек это обычно значит «выкручивайся сам», а потом, как только что не так, сразу с тебя же и спрашивают… – Она пихнула меня плечом: – А что ещё говорила? Как обстановка? У Земли есть шансы?

– Шансы есть всегда и везде, но что нам готовят вторженцы и кто это будет – я без понятия. Вот всё то дерьмо, что мы разгребаем в этих Вратах, и будет на землю ломиться. Тебе придётся тяжело… Не помешают помощники…

– Ха! А где я их возьму-то?

Я молча вспомнил описание врат кельдаров… Там не было ни слова про запрет на путешествия в другие миры. Если так подумать… Сеструху отправим с двадцатого раунда за счёт Системы, себе оставлю артефакт возвращения, накоплю звёзд на парочку врат. Одни закину в лес эльфов, вторые – на Землю. Но только тогда, когда буду достаточно сильным для путешествия и наполнения маной… Или это нереально? Система же как-то соединяет миры, сшивает… Эй, бабуля, не подскажешь, можно это сделать будет?

Подождал секунд тридцать, посмотрел, как сестра пальцами перед моей маской щёлкает…

Не отвечает… Ладно, я всё равно выясню. У меня есть что предложить Земле, а Земле – что предложить этому миру. Если есть ограничения на перемещения техники и разных средств – не беда. Проработаем список, что тащить можно, что нельзя.

– Ау-ау-ау… Я тебя всё равно найду… – напевала сестра, пытаясь обратить на себя моё внимание.

– Эге-гей… – закончил я за неё строку песни и кивнул: – Я подумаю, что делать и как нам быть. Но, раз уж у меня руки развязаны и важен только результат, я не буду церемониться в методах решения проблем и постараюсь помочь тебе с защитой Земли.

Чтобы весь тот хаос мыслей, что появился в моей голове, утихомирить, срочно нужно было посовещаться с кем-то сообразительным… Например, с Алисой или Тарном. Слова, сказанные Системой, и моя роль в её видении мира словно направляли меня, подсказывали, куда идти и чем заниматься.

Опять же, с такой позицией моя клятва-обещание Алисе и её мечта – под угрозой. А я не привык нарушать свои слова. Особенно если дал их близким.

Сестра ещё немного попыталась вытянуть из меня информацию, но я и сам мало что знал. А то, в курсе чего был, лучше ей не знать.

– Эй, – надо мной выросла грузная фигура Авулуса. Командир наёмников опустился на корточки и заглянул в прорезь моей маски. – Всё в порядке, князь? Припозднился ты сильно. Мы уж гадать стали, не оставила ли тебя Система у себя насовсем. Сидишь, словно не жрал неделю и вот-вот сознание потеряешь.

– Настолько плохо выгляжу? – удивился я. – Э, нет. Хрен вы от меня отделаетесь. Я в полном порядке! Просто офигел слегка… Вот сейчас расфигею и буду готов к новым подвигам.

Авулус хмыкнул, допытываться не стал. Поднялся, хрустя коленями, позвал Лею, и они отошли к отряду, оставив меня наедине с мыслями. И за это я ему про себя сказал «спасибо».

Потолок чаши полыхнул золотом, руны на стенах ожили, и в центр арены ударила знакомая колонна света. Перерыв подошёл к концу. Система проголодалась, так что приготовила следующее блюдо.

[Внимание всем участникам! Объявляется следующий этап Испытания Бесконечных Врат.]

[Тринадцатые Врата: «Восходящая башня».

Локация – Шпиль перехода. Внутри огромной башни закрепилась точка прорыва, сквозь которую в Мир Избранных сочатся искажённые твари. Чем дольше разрыв остаётся открытым, тем больше монстров прибывает. Ярусы заняты гнёздами носителей и их выводком.

Задача состоит из трёх частей: зачистить гнёзда на ярусах; подняться на вершину, где удерживается разрыв; уничтожить якорь прорыва и запечатать точку срыва концентрированной маной. После выполнения задания откроются эвакуационные врата. Переход произойдёт через минуту.]

Я прочитал описание, и оно идеальным подтверждением легло поверх недавнего разговора с Системой. Вот она, одна из точек Срыва, о которых Система говорила всего пять минут назад. Башня в чужом умирающем мире, возможно, уже без коренных жителей. И заполнен он монстрами и тварями всех мастей, что прутся к нам.

Бойцы Авулуса подтягивали пояса и переругивались, прикидывая, кому первым лезть наверх, а кому прикрывать спины. Хайя крутила топор и подначивала Дестро, что на этот раз ему придётся шевелить ногами поживее, а то вечно плетётся в хвосте. Гном огрызнулся, но щит перехватил поудобнее.

Меня же не отпускало совсем другое… После разговора в мёртвом городе в голове застрял простой вопрос, на который никак не находилось ответа. Почему Система не пытается перетянуть их на свою сторону? Тех же демонов, разумных монстров, наследников древней воли? Она ведь создала тех, кто создал их. По большому счёту она им всем прародительница, бабка по прямой линии. С Алисой же получилось, да как!

Лиса моя была первым и сильнейшим мимиком, стражем при дворце одного из этих узников. Тысячи лет убивала героев по чужому приказу. А потом обрела разум, волю, и Система дала ей шанс начать с чистого листа. Если уж чудовище, которым Алиса была, удалось вернуть к жизни, вселить ему разум, дать чувства и мечты, поставить на свою сторону, отчего бы не повторить трюк с остальными?

Я смотрел на растущую колонну света, что предвещала раскрытие новых Врат, и ждал ответа. Вопрос-то напрашивался сам собой, любой бы его задал на моём месте. Но Система молчала и словно разом потеряла всякий интерес к моей скромной персоне.

Я постоял ещё немного, не дождался ни звука и поднялся на ноги. Начал разминать затёкшую спину. И тут прилетела короткая строка от этой требовательной бабули:

[Это бесполезно. Предательство и борьба со мной заложены в самой их сути.]

О как… Если предательство и грызня вшиты в этих тварей намертво, то любая протянутая ладонь вернётся с откусанными пальцами. Но Алиса в своё время тоже несла стражу при чужом дворце и резала отправленных Системой героев целыми отрядами, пока одна упрямая зверолюдка не доказала ценой собственной жизни, что можно по-другому. Выходит, исключения всё-таки случаются. А раз нашлось одно, отыщется и второе. Был бы кто-то, готовый с ним повозиться, а не списывать в утиль.

Я хмыкнул, поправил пояс и зашагал к колонне света, где уже собирались избранные.

– Какие-то ворота больно огромные… – произнёс малознакомый мне избранный с чертами ящера.

– Посмотрим, – обронил я в пустоту и шагнул в разгорающийся свет.