Текст книги "Власть Мотылька (СИ)"

Автор книги: Артемис Мантикор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Снаружи раздался гром. По крыше забила барабанная дробь. Начался ливень.

– В ближайшие минут десять мы точно отсюда никуда не денемся, – хмыкнул я.

– Будто в тупом ужастике, – заметил Вася. – Ещё нужно, чтобы кто-то из нас предложил разделиться, а остальные решили, что это гениальная мысль.

– Да хрен тебе.

Загорелся второй фонарик – на телефоне у Макса.

– Ладно, раз уж мы тут, пройдёмся, – я шагнул в кромешный мрак, начинающийся за гостиной, в котором мы были.

Далее шёл узкий коридор, который вел к двери. По ту сторону – ещё одна комнатка. Судя по чудом уцелевшему столу, здесь была столовая.

Стульям повезло меньше. Картинам и прочим украшениям и подавно. И только резной деревянный орёл выглядел по прежнему величественно, стоя на самой вершине истлевшего хлама.

Пахло сыростью, деревом и пылью. К нему примешивался свежий воздух снаружи, из открытого нами окна.

Я свернул направо – к лестнице, ведущей наверх. Но только под ногой заскрипела прогнившая ступенька, как в за нашими спинами послышался грохот, и часть потолка в комнате, из которой мы только что вышли, провалилась внутрь, перекрывая окно и погружая помещение в кромешную темень. Теперь только свет фонарика и телефон тускло освещали комнату.

Мы дёрнулись, инстинктивно становясь спиной друг к другу, как для обороны.

Дождь снаружи усиливался. Из-за разбушевавшейся стихии было сложно что-то расслышать, так что если здесь был кто-то помимо нас, звук шагов мы бы не смогли разобрать.

Сердце застучало быстрее. Как бы я не храбрился, было сильно не по себе. Но это наверное и к лучшему – если что, замедление точно сработает.

– Какого хрена? – почему-то тихо шепнул Полоскун. – Как мы теперь будем выбираться?

– Забей, здесь полно окон, выбьем другое. Наверное просто обвалилось от дождя и ветхости…

– Именно когда мы тут? – возразил друг. – Я не верю в такие совпадения.

– Может я зацепил что-то, когда влезал. Тут уже всё прогнило насквозь, сам видишь.

– Тогда почему упало не сразу?

– Эй… – подал голос Макс. – Здесь что-то есть.

– Может, это какое-то животное? Енот, например, или кошка.

– Ну, один енот здесь уже точно есть, – хмыкнул я.

– Что-то мне не до шуток, – ответил Полоскун.

Макс поднял телефон повыше, всматриваясь в обступившую нас мглу, и теперь уже мне почудилось на самом краю освещённого участка некое движение.

– По-моему, это точно не кошка… – тихо проронил Макс.

– Ладно, так и быть, – сказал я. – Верю в то, что есть сверхспособности, уже верю в игровые интерфейсы. Хрен с ним, почти верю в этот ваш апокалипсис. Но призраки, гоблины и прочие чудовища – это уже перебор…

И вдруг в свете луча от фонарика совсем рядом с нами мелькнул образ бледного, как мел, старика с белыми патлами всклокоченных волос.

– А-а-а! – взвыло нечто нечеловеческим голосом и схватило за плечи Васю.

Тот от страха с силой оттолкнул нападавшего, а затем сам отпрянул и вжался в стену.

– Демон! – крикнул он.

– Успокойся! – рявкнул я. – Это просто бомж! Вась, слышишь!

Затем щёлкнул шокером, показывая, что вооружён и опасен.

– Мужик, тихо! Мы просто ошиблись адресом. Будешь нападать – я вооружён и опасен!

– Све-ет! – проревел старик где-то во мгле. – Больно! Как же режет глаз! Зачем вы влезли в мой дом⁈

– Два луча скрестились на силуэте сжавшегося безумного старика в лохмотьях.

– Уберите проклятый свет! – с ненавистью заорал он и и взялся рукой за ржавую кочергу, стоявшую у камина.

– Мы выключим свет, если ты выбросишь эту палку! – произнёс я. – Но в ближнем бою я сильнее.

– Уверен? Я и зашибить могу! – гневно бросил он и погрозил оружием. Выглядело это и правда не очень. Но я верил в своё замедление.

– Не сомневайся, – я снова пустил электричество по шокеру. И бросил остальным. – Опустите, но не вырубайте. Я успею среагировать.

– Что вам нужно⁈ – взревел старик. – Что я вам сделал⁈

– Мы просто адресом ошиблись. Уже уходим, – ответил за меня Вася.

– Выключи! Выключи эту дрянь! Выключи, чтобы и ни лучика вашего вшивого злопоганого света! Выключили, или убью!

– Если мы его выключим, ты на нас сразу бросишься. А пока свет есть, мне твои угрозы до лампочки.

– Ненавижу лампочки! А-а! Я отойду. Буду стучать палкой по камину. Вы будете знать, что я тут и не иду к вам. Идёт?

Предложение было на удивление адекватным. Мне даже стыдно стало. Зашли на частную территорию, к честному человеку в дом залезли, как какие-то воры. Фу таким быть. Может, денег ему дать за моральный ущерб? У меня, правда, не осталось уже почти ничего…

– Будешь стучать палкой, а другой рукой камнями швыряться, – не согласился Вася.

– Как ни крути, а условия будут в любом случае неравными, – сказал я.

– Ладно, ваша взяла. Сейчас-сейчас… выключи хоть на минуту, а? Нет, на пару секунд. За пару секунд я вас точно не искалечу.

Так себе аргумент, конечно.

Посмотрел на фигуру старика в полумраке. Что-то в нём было не так, но я не очень понимал, что именно. И, может, не понял бы, если б не видел способность Тани. Едва заметная тень за стариком неестественно изгибалась. Подрагивала, как если бы источником света была свеча. Но фонарик таких эффектов не мог давать.

– Вась, у него способность, – холодно произнёс я.

Два луча света вновь осветили старика, а тот метнулся влево и бросился на четвереньках в мою сторону. Я увидел, как он занёс над головой свою кочергу, и рванул в его сторону, пока он никому не навредил. С размаха я выпустил разряд ему в бок.

К моему огромному удивлению, он не только успел отскочить, но ещё и ударил меня по руке, выбивая шокер. Замедление позволяло мне сразу же сориентироваться и сунуть руку в сумку за другим оружием.

Баллончик… нет, по легенде старик слеп. Да и в закрытом помещении это не самая лучшая идея.

– Поляр! – крикнул Полоскун, и я краем глаза увидел, как он бросает мне ещё один такой же шокер.

Резко подаюсь в сторону, хватаю шокер левой рукой, разряд – на этот раз точное попадание. Старик выгнулся, издал странный звук и отскочил назад в темноту.

Сомнений в том, что он человек, становилось всё меньше. Ему на вид лет под сотню. А двигался он быстрее меня. Если бы не замедление, у меня не было бы не шанса.

Оказавшись под стеной у самого заколоченного окна, старик опять сдался, закрылся сухонькими руками от света и будто весь сжался.

– Ну вот, мы тебе почти поверили, свет выключили, а ты нас кочергой, – пожурил я его.

Старик заскулил, что-то пролепетал про злой свет, затем резко поменял тактику и заискивающим голосом произнёс:

– А ты хорош. Не врал, и правда зашибить можешь. Сила в тебе большая есть, это я вижу.

– Угу, типа того, – не стал я спорить. – Так что лучше не пробуй ещё раз.

– Не буду. Но я должен был попытаться, – сказал неприятным скрипучим голосом. – Жизни в вас много. Да и зол я на вас за свет окаянный…

– Дал бы нам просто уйти – было б проще. Но теперь придётся за свободу от нас ответить тебе на целую кучу вопросов, – я улыбнулся.

– Вопросов? Ничего не скажу. Хоть светом пытай, ничего не услышишь!

– Зачем пытать? Мы можем честно договориться, – ответил я. – Да и, может, даже друзьями останемся. Мы просто чудеса тут всякие ищем. Вот как ты, например, управляешь своей тенью?

– Что? Тенью? А-а, тенью… Значит, тоже так хочешь? – голос стал хитрым, а в уголках губ появилась ухмылка, насколько можно было увидеть из под растрёпанной бороды и усов.

– Смотря, что ты ответишь, – пожал я плечами. – Ты что-то сейчас явно не то задумал.

– Нет, погоди, – замахал руками старик, получил в глаза луч фонаря и болезненно поморщился. – Ты победил меня в честном бою, и у тебя есть талант особый. Не тёмный, как у меня, но ежели ты со мной заключишь контракт, тоже научишься.

– Я бы не заключал контракты с подозрительными бомжами, – заметил Полоскун.

– Сам ты бомж, дурень. Ты стоишь в моём доме!

– А прописка у тебя есть тут? – резонно возразил Вася.

– Земля мне в дар от царя пришла. Ты кто такой, чтобы сомневаться в моих правах, Василий? – с неприязнью проскрипел старик.

– Что за контракт?

– Много лет минуло с тех пор, как я в последний раз видел… пищу. Ни каши, ни хлеба здесь нет… – начал за здравие, но закончил за упокой. – Так вот, ты ж по домам чужим ходишь, на неприятности нарываешься… Дай мне врагов твоих схарчить, а взамен пользуйся моей тенью. Я ж так-то не жадный.

– Поляр, я думаю это плохая идея, – попытался отговорить меня Полоскун.

Прежний Андрей Полярский не смог спасти мир и вернулся в прошлое. Теперь я буду действовать максимально эффективно.

– Мне нужны конкретные условия. Что я буду должен тебе, а ты мне? Могу ли я расторгнуть этот контракт? Что от него выигрываешь конкретно ты?

– Ты серьёзно? – уточнил друг.

– Молчи, дуралей, у тебя пыль в голове, – сварливо проскрипел старик и улыбнулся безумной улыбкой.

– Зе-еркало, – произнёс он. – Я скажу тебе перед зеркалом, что буду жрать только тех, на кого ты укажешь. А ты, что будешь меня кормить, беречь от света и…

– И?

– Дашь мне новый дом. Мне слишком тесно здесь взаперти. Я так давно мечтаю прогрызть его ветхие стены и обрести свободу… А у тебя есть дар. Не мой, слабый и спящий. Но не враждебный тьме, а значит ты можешь вытащить меня отсюда.

– А ты сам не можешь что-ли? – спросил я.

– Не могу. Пока я связан с ним мы одно целое. Ты должен спалить его. Эти доски давно прогнили. Чтобы освободиться, мне нужно избавиться от привязки. Затем я буду с тобой. А ты – должен будешь найти мне новый дом! И кормить! У тебя много врагов?

– Слушай, а ты как к нормальной еде относишься? – спросил я. Ну так, на всякий случай.

– Нормальной?

Вытащил из сумки пачку сухариков с шашлыком, которые недавно брал на случай внезапного приступа голода. Раскрыл. По помещению разнёсся тонкий аромат специй и ароматизаторов, имитирующих нормальную пищу.

Снаружи послышался шум. Дождь перешёл в кромешный ливень. Возможно, что даже с градом.

Старик вырвал пачку, принюхался, словно животное. Мощные ноздри расширялись, будто у собаки, ищущей след. Затем полез грязной рукой внутрь, взял жменю и запихнул в рот. Медленно проживал. Полез за следующей порцией. За следующей. Ел он их жменями, запихивая во всю ширину рта.

На четвёртую жменю содержимого не хватило.

– Дрожжи. Фу. Нежель ржаной закваски не было? Тьфу, безрукий готовил!

– Добро пожаловать в две тысячи шестой, – хмыкнул я.

– Что-то ты не жаловался, когда ел. – сказал Вася.

– Распробовал. Дрянь. Но сойдёт и это. Хотя о врагах ты тоже подумай…

– Мы ещё не договорились. Что я получу со всего этого? – продолжил я.

– Закрой глаза, – произнёс он и потянулся ко мне грязной костлявой рукой с длинными пожелтевшими ногтями, напоминающими когти.

– С фига ли? – не согласился я. Мало ли что он за это время со мной сделает.

– Ну, как хочешь, – произнёс он и вдруг свет в фонарике и телефоне разом померк. Наконец-то наступила так долго ожидаемая стариком темнота…

11. Договор с тьмой

Мелькнула мысль, что где-то я сильно просчитался. Если он так мог с самого начала, чего комедию ломал? В полной темноте замедление мне бы не помогло никак.

Однако… темноты не было. Холодный палец уткнулся мне в середину лба. Меня обдало несвежим дыханием, а затем я увидел очертания комнаты. Стены будто слегка подсвечивались, так что можно было различить каждую мелочь. Я видел всё вокруг лучше, чем днём. Даже будто зрение стало острее.

А передо мной стоял всё тот же старик, только теперь его седые волосы подсвечивались, да и весь силуэт смазывался, будто я пытался через линзу смотреть на солнце.

– Ну вот видишь? Зачем здесь свет? Свет всё только портит. Тьма – она честнее. Она не обманывает, как мираж в пустыне. Прими тьму, подружись с ней. А я тебе помогу в этом. Сила, которая есть в тебе, не враждебна ей. Ну, что скажешь?

– Как-то это всё звучит подозрительно. И видение в темноте не такой уж крутой навык.

– Зрение – только начало. Сожги дом. Выпусти меня. А я в долгу не оста-анусь!

– Поляр, это на административку тянет. И тип он сомнительный, – высказался Полоскун. – Может нам какое-то доброе существо поискать?

– Моя тётя знает пару городских легенд про фей… – Макс, похоже, тоже опасался моего решения.

– Феи? Ишь чего захотели! Феи дуры и истерички! Потом мелкого чуда и то не допросишься. А я буду работать по честному. Только освободи, а?

Я сомневался. Логика и здравый смысл сошлись в битве на смерть. С одной стороны, всё это выглядело подозрительно, и даже абсурдно, заключать контракты с какой-то нечистью. Будь у меня впереди долгая жизнь, я бы точно не стал лезть в такое.

Но с другой стороны… Я уже решил, что должен рисковать и поступать так, как обычно не поступил бы. Если через год будет конец света, разве имею я право отказываться от пути к силе?

Хотя, конечно, это тоже не повод лезть в петлю. Как бы не вышло, что с таким подходом вообще до конца света не доживу…

– Так. Если я захочу расторгнуть договор? – спросил я.

– А зачем тебе его расторгать? Я же помогать тебе буду. Слушать во всём. Хорошо же?

– И всё же?

– Ну… воля твоя. Пожелай расторгнуть контракт и расторгнешь.

– В чём подводные камни? Что тогда будет с тобой и со мной?

– Ничего не будет… С чем были на момент разрыва, с тем и останемся.

– То есть твой новый дом будет за тобой, – уловил я главное.

– Дом, да всё заработанное честным трудом. Всё по справедливости. Но тебе оно незачем будет. Видеть мрак – это только малая часть того, что ты получишь. Это первый шаг. Это поможет тебе раскрыть свою силу. И тьма покажет тебе больше. Будешь ходить через тени и звать тень себе в помощь. Когда подрастёшь как колдун.

– Поляр, он же тебе зубы заговаривает, как типичный злодей из книги, – заметил Полоскун. – И вообще, он даже не босс локации, а мелкий злой дух.

– Это я-то мелкий?

– Вообще, ты только что в злых духов не верил, – сказал я Васе.

– Как и ты, – вернул фразу друг.

– Эх, Василий… – с тоской проскрипел дед. – Будь ты склонен к моей науке, я бы и тебе предложил.

– Больно надо! – поморщился он.

– Да только знаю я, к чему у тебя есть склонность, и кто бы пошёл к тебе в услуженьице, – хитро оскалился старик, обнажив кривые жёлтые зубы.

– И к чему же? – с деланным равнодушием спросил Василий.

– Может, и сказал бы, да только ты стариков не уважаешь. В лицо мне светил. Сейчас поговорить с умным человеком не даёшь. Молчал бы лучше, как тот в очках.

– Поляр, а ведь с него сто пудов тоже падает время, – обернулся Полоскун ко мне.

– Ты же хочешь силы, Василий. У твоего друга большой талант. А у второго – особая сила. Он тоже далеко пойдёт. Не боишься отстать от них?

– Ой, заткнись уже, ничего я не боюсь. Сейчас фонарик опять включу, сам будешь бояться.

– Я скажу тебе, чего ты боишься, – улыбнулся старик ещё шире. – Что ты здесь лишний и просто притесался. Так почему бы не начать расти?..

– Да чёрт с вами, делайте что хотите… – он обиженно стукнул фонарём по ладони, и тот вдруг вновь вспыхнул.

В ином зрении я увидел непроницаемую белую пелену, на которую было неприятно смотреть, словно на жаркое летнее солнце.

– Выключи!! – заорал старик, и свет снова погас. Фонарь вспыхнул и померк.

Похоже, способности старика гасить электрику носит временный характер.

– Хорошо, старик. Как выглядит твой контракт?

– Всё просто, добрый молодец. Мы произносим слова клятвы, режем ладонь и скрепляем…

– Отказываюсь, – перебил я его.

– Ну… можно и без крови, – он чуть расстроился, но настаивать не стал. – Перед зеркалом. Я, Никифор, обещаю служить тебе, покуда сам не прогонишь, и всё, что нажито было, и новый дом со мной и останется. Ты же обязуешься меня кормить и дать мне крышу над головой. Договор приобретает силу с сожжением этого дома…

* * *

Мы втроём стояли перед старинным деревянным домом посреди заросшего и забытого всеми парка. Людей вокруг не было ни одного. Дождь тоже окончился, но вокруг всё ещё была приятна свежесть.

Честно говоря, делать мне этого совсем не хотелось. Постройка хоть и зловещая, но по-своему вносила разнообразие в местный пейзаж. Древнее здание. Ещё до октябрьской революции стояло. И ещё бы простояло… впрочем, недолго, наверное. Да и потом, у нас же вроде конец света на носу и всё такое. Всё равно хуже точно не будет.

– Ты правда будешь это делать? – с сомнением спросил Полоскун.

– Только представь, что было бы, если б в том коридоре у меня был такой помощник. Мы бы со всех пятерых взяли время.

– Ничего бы не было. Он бы ныл, что ему слишком светло. Но я не отговариваю, делай как знаешь. Когда он сказал, что мне тоже можно подобрать силу, у меня и правда что-то ёкнуло в сердце. Он прав, сейчас только ты у нас с боевой способностью. Если в следующий раз придёт не гопота, а реальные профи, тебя может не хватить.

– Вот и я о том же, – сказал я и склонился над заготовленным для растопки, в центре зала на первом этаже.

Мы снесли в кучу дряхлую мебель. Старик сам это предложил – внутри было полно старого трухлявого дерева, которое легко вспыхивало и разгоралось. Снаружи дом был ещё мокрым от ливня, но внутри него сырости было намного меньше.

Пришлось немного повозиться, и наконец, пламя вспыхнуло. Янтарно-рыжие языки принялись охватывать свалку трухлявых стульев и останков мебели.

Затем поспешно покинули загоревшийся дом через заранее открытую настежь входную дверь. Огонь распространялся внутри с большой скоростью. На этом этапе сырость досок со внешней стороны больше не была помехой для огня, и остановить начинающийся пожар было бы сложно даже пожарной бригаде.

– Кстати, Макс, что ты-то думаешь? – спросил Полоскун уже снаружи. – А то только молчал всю дорогу.

В ответ он пожал плечами.

– Да так… думаю, как бы я поступил на твоём месте, – ответил он.

– И как?

– Тётя бы точно согласилась. Она за любое волшебное свойство на что угодно пойдёт, мне так кажется.

– Интересная у тебя тётушка, – хмыкнул Полоскун.

– А я… наверное, тоже, – продолжил Макс. – Оживление картинок мне никак не поможет выжить. Я даже Косте дать отпор не могу… А так нужно будет просто заманить своих врагов в тёмное место. Или в место, которое может внезапно стать тёмным.

– Господи, связался с маньяками, – покачал головой друг.

Немного постояв так перед домом, мы развернулись, чтобы уходить. Не хотелось, бы чтоб нас поймали, как поджигателей старинных экспонатов. Где-то внутри послышался безудержный вой, в котором чувствовалась радость долго находившегося в заточении существа, наконец обретшего свободу.

Дом неожиданно быстро покосился, и прогоревшая несущая стена рассыпалась, не выдержав вес второго этажа постройки.

Я обернулся на шум и увидел, как нечто чёрное, будто вихрь из углей и пепла, несётся ко мне. А если точнее – куда-то на уровень пояса. Дымка рассеялась в районе кармана. Я вытащил из него шокер, с удивлением глядя на средство самозащиты.

Предмет изменился. Будто пожелтел от времени, а местами даже покрылся ржавчиной. Там, где это не мешало работе. Я проверил – главное не изменилось, шокер был в рабочем состоянии.

– Поляр? – окликнул меня Вася. И я понял, что они с Максом этого не видели.

– Да, иду, – кивнул я.

От горящего дома мы свернули в заросший парк и прошли его насквозь, надеясь, что после ливня никому в голову не придёт тут бродить. Да и нам не стоило – вся одежда по пояс была в воде, хоть выжимать можно. Но лучше уж так, чем попасться кому-нибудь на глаза под подозрение в поджоге.

А так, может, с учётом разгулявшейся стихии, спишется всё на молнию. Место и без того достаточно пожароопасное.

– Ну что, похоже, твой план работает, – сказал я, когда мы вышли из одичавшего парка куда-то на окраину спального района.

Вечерело. Место было более обитаемым – по улице ходили люди, пусть и редко. Под домом стоял одинокий киоск с мелочёвкой. Чуть дальше – аптека. Здесь располагались ряды хрущёвок, бока которых украшала красивая мозаика на советскую тематику. Парень и девушка сжимали в руках серп и молот на фоне пшеничного поля. На следующем радовал глаз Гагарин.

– Так, здесь дальше по улице должен быть троллейбус. Он ездит как раз мимо меня, и конечная у него где-то недалеко от тебя вроде. – сказал Полоскун. – Макс, ты где обитаешь?

– На Григорьева…

– Это где центральная библиотека? – уточнил Вася. И, увидев кивок, добавил. – это пешком минут десять от поворота. Я скажу, когда.

* * *

Домой я добрался к вечеру. На улице уже стемнело, когда я вошёл в подъезд своего дома. Нашему взору предстал относительно опрятный подъезд с цветами на подоконнике. Пусть это и был старый дом на окраине, и далеко не все мои соседи были образцовыми, здесь регулярно убирали, да и любители настенной живописи редко сюда заходили, так что надписей было совсем немного.

– Хорош дом, да скуден больно, – послышался голос старика, едва мы вошли внутрь. – Будто конура. Потолки бы повыше… у меня были вон какие, четыре метра!

– Это не твой дом. Да и не мой тоже… так, в квартиру я тебя нести точно не хочу. Где бы тебя тут оставить?

– Я тебе оставлю! – возмутился старик. – В нормальный дом неси! Как-то здесь тесно.

– Нечего было гнать на свои хоромы, теперь уже поздно. Не волнуйся, завтра я тебе найду новый дом, – пообещал я, хотя пока что у меня не было идей, где можно было бы его поселить. Самому бы себе место найти, где я никого не подставлю. А тут ещё такого соседа с собой брать…

– Три дня тебе даю, колдун. Потом я заберу себе тот дом, что выберу.

– Пять.

– Не торгуйся, колдун, – скрипящим голосом отрезал жуткий старик. – Бог любит троицу.

– Вот кто бы про религию говорил… и не зови меня колдуном. Вся моя магия – это то, что я связался с тобой. Сам не понимаю, зачем.

– Чтобы обрести силу, дурень! Зачем же ещё? Мы теперича с тобой боевая команда, – усмехнулся довольно он. – Ну, чего застрял, иди уже в своё жилище!

– Не, тебя я в свой дом не буду нести, говорю же. Побудешь немного в подъезде, ничего с тобой не случится.

– Уверен? – что-то мне в его улыбке не понравилось.

– Я тебе поесть вынесу.

– Свежие харчи это славно… да только не дело это, на проходной потчивать.

– Не волнуйся, завтра найдём тебе новое логово. Сейчас ночь на дворе. Где я тебе жильё найду? Разве что какие-нибудь руины типа тех, в которых ты жил.

– Ну смотри…

– Будешь что-то вытворять не то – разорву контракт.

– Разрывай, – неожиданно легко согласился старик.

Я насторожился.

– Что-то ты сильно этим доволен.

– Место конечно паршивое, но по контракту оно моё, коли разорвёшь. Мне оно не улыбается, да только куда мне противиться воле колдуна?

– Я не колдун. Давай, тут чердак открыт, и там никто не живёт. Иди туда. А я к тебе загляну с едой.

– Ну, как знаешь… только зайти тебе всёж придётся. Оставить своё молневодное оружие.

– Молневодное?.. А, шокер. Значит, ты привязан к предмету?

Старик кивнул. Пришлось заглянуть наверх, поднявшись на пятый этаж. Место не использовалось и больше походило на склад, куда жильцы дома сваливали всё, что не помещалось в доме и что не сильно жалко, если кто-то попытается украсть. Причём делали они это поколениями, так что вещей здесь было довольно много. Но при большом желании жить можно. Да и тепло.

Распрощавшись со стариком, я направился обратно вниз и позвонил в дверь. Наконец-то, дома…

– Ну, как первый рабочий день? – спросил отец за семейным ужином.

– Пыльная, конечно, но ничего, с моим энтузиазмом прямо в руках горит, – улыбнулся я.

– Я в твои годы тоже подрабатывать как раз начал… на стройке рабочим. Те ещё времена были. Зато потом ходили в кино с твоей мамой. Кстати, как там твоя… как там её, забыл, прости…

– Я не называл имён, – ответил я.

Отец хмыкнул. Уловка не сработала.

– Когда-нибудь я обязательно вас познакомлю. Мы пока знакомы-то совсем немного. Рано ещё загадывать.

– Отстань от него, пусть ест! – вмешалась бабушка, за что я был очень ей благодарен. Не люблю врать, обычно до последнего стараюсь обходиться без этого. Но если иного пути нет – значит придётся.

Покончив с тарелкой гречки и солёными огурцами, запил это чашкой компота и ещё одну взял с собой в комнату. На всякий случай закрыл дверь и открыл шкаф. С зеркала на меня смотрел усталый парень в джинсовом плаще.

Что-то в образе показалось мне слегка непривычным, но я никак не мог понять, что. Начал придирчиво себя оглядывать и вскоре нашёл странность. Она была на самом видном месте, но до последнего ускользала от моего внимания.

Глаза. Зрачки стали чёрными, так что сливались в большой чёрный шар. Последствия договора со стариком? Что же я творю? Может, я был не прав? Да, я стараюсь рисковать и действовать по максимуму, если это не первая моя попытка. Но это ведь не повод совсем игнорировать здравый смысл?

Думая об этом, коснулся поверхности зеркала. Ничего нового там появиться не могло – я просто хотел зачем-то убедиться ещё раз, что всё это правда. Никак не привыкну к этому.

Однако кое-что новое там появилось, вызвав у меня внутреннее ликование.

Похоже, решение связаться со стариком было тактически верным. Ибо предпоследняя строка изменилась.

Дополнительные характеристики (3/9): уровень акцессии, уровень фокусировки, уровень могущества, неактивно (7/9)

Разблокирована новая характеристика: уровень могущества. Текущее значение: 1.

Офигеть!

Так. А новая способность работает?

Я выключил свет и закрыл шторы, чтобы ни единого луча с улицы не попадало в комнату. В щель под дверью всё равно лился свет, так что я бросил лежавший на кровати свитер под неё. Наступила кромешная темень.

Так, а дальше что…?

– Хочу видеть в темноте, – прошептал я.

Нифига.

Попробовал сосредоточиться на этом желании, прищуривался – ничего не срабатывало.

Выйдя на кухню и не обнаружив там никого, собрал припасов – сверстал пару крупных бутербродов с колбасой и сыром, вытащил остаток молока в бутылке из под колы и тихонько прокрался к двери.

Стараясь никого лишний раз не побеспокоить дома, открыл дверь, проскользнул в подъезд и под светом уютной сорока ваттной лампочки ильича пробежался до чердака кормить своего гостя.

Я встретил его на кровати. Да, тут была одна, я и забыл. Старый матрас с подозрительными пятнами на ржавых пружинах.

Старик забрался на неё с ногами. Обувь снял, но это сильно дело не меняло. Грязные волосатые ноги с длинными жёлтыми ногтями казались ещё хуже. Но пах мой гость, к счастью, всё же, не как бомж, а скорее сыростью, плесенью и запустением. Будто запахи его горевшего дома намертво впитались в саму его кожу.

– А-а, колдун. Садись, чегой принёс?

– Держи, – протянул я ему бутерброды. Были они немаленького размера, как раз под аппетиты человека, который, по его словам, мечтал о пище на протяжении многих лет.

Старик сожрал их ровно в четыре укуса. По два на один из них. И пока его рот был занят, говорить о чём-то было бессмысленно.

– Наелся? – спросил я, когда он покончил с последним.

– Нет, но и так сойдёт, – непритязательно сказал он и облизал пальцы. – Я знал, что ты попытаешься меня убить, так что не удивлён. Да только ты от меня так легко теперь не избавишься, колдун.

– Это когда я тебя убить пытался?

– Ладно что хлеб твой на дрожжах, но разве ж это мясо? Таким только злейших врагов кормить. Почти что падаль! Оно уже тлеть начало, яды вырабатывать, а его…

– Так, хватит. Не хочешь – не ешь. Что-то тебе это не помешало схомячить всё, что я принёс.

– Меня таким не убьёшь, – осклабился старик. – Но посыл твой я уловил, колдун.

– Да не было никакого посыла, гурман ты хренов! Сдаётся мне, ты просто компостируешь мне мозги.

– Чего делаю? – заинтересовался он.

Я вздохнул.

– Как пользоваться твоим ночным зрением?

– А? Сквозь мрак хочешь видеть? Пожалуйста, – он махнул рукой, и тёмный чердак вдруг стал ярким и отчётливо различимым, а старик стал походить на волшебное существо с сияющей шевелюрой.

– Так, а сам я могу так делать?

– Ну, можешь.

– И как?

– Да просто, хочешь и видишь. Ещё спросил бы меня, как дышать…

– Я пробовал уже, – сказал я. – Желания недостаточно.

– Ну, ещё я должен рядом быть. Верней, молниемёт твой.

– Это шокер, – поправил я. – Понял принцип. Кстати, а ты не мог бы переселиться в другой предмет?

– Чем ты меня коснулся, в том и отпечатан мой дух. Пока так, а там посмотрим.

– Ясно, спасибо… – задумался я. – Тогда второй вопрос. Ты говорил, что моя сила другая. Какая?

– Близкая мне, но чужая.

– Понятней не стало.

– Ну… принесёшь мне нормальной пищи, проявишь уважение к почтенному возрасту, может, и подумаю, как это тебе разъяснить. А пока сам думай…

Поняв, что ничего больше от него пока не добиться, я отправился домой. Голова уже не соображала, и я валился с ног от усталости. Ещё и голод почему-то снова проснулся, хоть я и достаточно плотно поужинал. Соберу-ка я, наверное, и себе такой бутер…

Засыпал я в тот день, слушая из соседних комнат смех матери, что-то обсуждающей с отцом, и голос кого-то из «кармелиты» с другой стороны. За окном проезжала машина, и какая-то пьяная компания распевала «сектор газа».

– Через год этого мира не станет, – тихо сказал я себе и не поверил ни единому слову.

Сегодня я спал без сновидений и крепко, будто дохлый сурок. Хоть и лёг относительно рано. Проспал десять часов, и всё ещё чувствовал, что не прочь поваляться ещё пару часиков.

Но дела не ждали.

Зазвенел будильник. Буквально через минуту после того, как я открыл глаза.

Пожелал доброго утра собирающимся на работу близким. Перекусил сырниками. Запил большой чашкой сладкого чая, собрал в сумку весь свой скарб – с сомнением положил учебники, которыми едва ли буду активно пользоваться, и бережно уложил белую палку с приваренной рукоятью на манер тонфу. На всякий случай уложил фонарик – вчера мне его не хватало. Отправил туда же наполовину израсходованный баллончик, накинул сумку на плечо и вышел в подъезд…

Какого… мать его… хрена⁈

Такими были мои первые слова, когда я за дверью оказалась непроглядная темень.

– Что, лампочка перегорела? – спросила бабушка. – Надо Михайловне сказать… У нас где-то были…

Я включил фонарик и осмотрел этаж. Нет, дело было совсем не в свете. Вернее, не только в нём.

Облупившаяся старая краска, осыпавшаяся штукатурка и жестоко разбитая лампочка. Стены были исписаны очень паршивым граффити с оскорблениями и проклятиями.

Невесть откуда взялся аромат гари – кто-то просто решил здесь поджечь что-то. На полу валялся мелкий мусор – в основном бычки и битые стёкла.

Вот теперь верю, что это дом на окраине не самого благополучного спального района. Но едва ли за одну ночь подъезд мог так сильно измениться.

Попрощавшись с закрывшей за мной двери бабушкой, всё ещё сетовавшей на темноту, я сразу же отправился наверх. К самому очевидному виновнику.

– Никифор! – громко сказал я, входя на чердак… – Боже, ну и вонь. Что здесь произошло?