Текст книги "Добро пожаловать домой (ЛП)"

ГЛАВА 14

Вопрос настолько ошеломил Марко, что он потерял дар речи. Грефен нахмурилась.

– Вы поняли мой вопрос, господин Винклер?

– Да, конечно, я просто…

Он покачал головой и устало произнёс:

– Простите. Для меня всё происходящее совершенно нереально, а теперь вы ещё задаёте вопросы, которые – по крайней мере в телевизионных детективах – обычно задают подозреваемым. Это сбивает меня с толку.

– Господин Винклер, – вмешался Хайльман, – мы не пытаемся вас в чём-либо обвинить. Мы прекрасно понимаем, что вам пришлось пережить со вчерашнего утра. Но свидетель утверждает, что незадолго до полуночи видел вас у входной двери дома, где этой ночью убили женщину. По его словам, вы находились за полицейским ограждением. Вы понимаете, почему мы обязаны задать вам этот вопрос?

Марко кивнул.

Он понимал.

– Да, конечно. Как я уже сказал, всё это навалилось на меня разом. Отвечая на ваш вопрос: да, я стоял у двери. Возвращаясь с прогулки с собакой, я проходил мимо и заметил, что полицейская пломба выглядела иначе, чем четырьмя часами ранее, когда мы с Джеймсом уже проходили возле этого дома. Не могу объяснить почему, но мне захотелось рассмотреть её поближе. Поэтому я прошёл под сигнальной лентой и подошёл к двери.

– И что вы там обнаружили? Свидетель говорит, что вы двигались странно.

– Я увидел, что пломба наклеена криво, но повреждена не была. Решил, что полиция снова заходила в дом, а потом установила новую.

Грефен кивнула.

– Так и было. Значит, когда незадолго до полуночи вы стояли перед домом, дверь ещё была закрыта?

– Да. Совершенно точно.

– Что вы сделали потом? По словам свидетеля, вас шатало.

Марко не торопился с ответом, пытаясь подобрать слова, которые точнее всего описали бы его состояние в тот момент.

– Когда я стоял перед дверью, всё внезапно обрушилось на меня с такой силой, что я не выдержал. Я снова увидел события того утра: как вхожу через открытую дверь, прохожу в гостиную, вижу женщину, висящую вниз головой… А потом появились ещё более страшные картины – будто убийца перерезает ей горло. Это меня окончательно добило. У меня закружилась голова, и пришлось ненадолго сесть. Когда мимо проезжала машина, я как раз снова поднялся, но всё вокруг ещё немного вращалось. Наверное, поэтому меня и шатало.

Грефен кивнула.

– В целом это звучит правдоподобно. Но полицейские ограждения устанавливают именно для того, чтобы никто не входил в оцепленную зону.

– Я знаю. Простите.

– Хорошо, пока это всё. Но наша просьба оставаться на связи по-прежнему в силе.

– Разумеется. Можно и мне задать вам вопрос?

Грефен кивнула, скептически глядя на него.

– Как преступнику удалось незаметно проникнуть в дома?

– Мы пока не знаем.

– И ещё один, последний вопрос. С госпожой Кин тоже… То есть её кровь тоже исчезла?

– Простите, это внутренние сведения следствия. Я не могу вам ничего сообщить.

– Но я нашёл первую женщину и видел, что с ней сделали. Поэтому мне кажется…

– Простите, – перебила его Грефен. – Всего доброго.

Она повернулась и пошла прочь. Хайльман ещё несколько секунд оставался на месте и смотрел на Марко почти с сочувствием. Затем с сожалением пожал плечами и последовал за старшим комиссаром.

Обернувшись, Марко увидел Инес. Она стояла в прихожей всего в двух метрах от него.

– Ты прошлой ночью был возле соседнего дома?

– Да. Давно ты здесь стоишь?

Она проигнорировала вопрос.

– Зачем ты туда ходил? И почему ничего не рассказал мне, когда вернулся домой?

– Ты ведь только что всё слышала. Значит, знаешь, зачем.

Марко прошёл мимо жены, но у входа в гостиную остановился и обернулся.

– А не рассказал потому, что не хочу каждый раз говорить об этом, когда заново переживаю эту проклятую сцену. Я хочу выбраться из этого замкнутого круга, Инес. А если постоянно возвращаться к нему в разговорах, у меня ничего не получится.

– Хорошо. Я понимаю. Что теперь будет?

– Что ты имеешь в виду?

Инес подошла к нему.

– Ты сказал, что мы обязательно должны остаться здесь. Всё во мне требует как можно скорее уехать, но я остаюсь вопреки собственным убеждениям, потому что понимаю твои доводы. Только объясни, пожалуйста, как ты собираешься защитить нас от этого безумца, который, похоже, может беспрепятственно входить в здешние дома и выходить из них, когда ему вздумается. Мне это необходимо, Марко. Дай мне хоть что-нибудь, за что можно держаться.

– Я заменил замки. Даже если у него действительно есть дубликат и раньше он мог попасть в наш дом, теперь это не сработает. Сюда он не войдёт.

– Даже если? – недоверчиво переспросила Инес. – После всего, что произошло здесь за последние дни, ты всерьёз продолжаешь сомневаться?

– Да.

На самом деле Марко был далеко не так уверен, как пытался показать, но чувствовал, что Инес всё ещё готова немедленно бежать из Ауф-Монса.

– Несмотря на то что я по-прежнему уверена, что возле нашей кровати кто-то стоял? Несмотря на то, что случилось с тобой в ванной и что дверь спальни оказалась открыта?

– Да. Для всего этого наверняка существуют разумные объяснения.

Инес шумно выдохнула.

Марко хорошо знал эту реакцию. Она означала, что внутри жена буквально кипит.

– Разумное объяснение действительно есть. Он был здесь, Марко. В нашем доме. Ночью, пока мы спали.

– Хорошо, тогда скажу иначе. Прошлой ночью ничего не произошло. Даже если предположить, что раньше он действительно сюда проникал, значит, замена замков помогла.

Инес издала короткий, пронзительный смешок.

– Откуда ты знаешь? Мы спали, да. Но это не означает, что он снова не стоял у нашей кровати и не смотрел на нас. Конечно, если после бойни с Гердой Кин у него ещё осталось желание ходить по чужим спальням.

– Инес, мне кажется…

– А я скажу, что кажется мне, Марко, – сердито перебила она. – Если посторонний ночью находился в моей спальне – в самом интимном и личном месте этого и без того пока ещё чужого дома, – то для меня эта комната больше не безопасна. Ты понимаешь? Я уже никогда не смогу чувствовать себя там совершенно спокойно, потому что всегда буду помнить: возле моей кровати стоял незнакомец, убийца, пока я была абсолютно беззащитна.

Она говорила всё быстрее.

– И я не знаю, что ещё он делал, кроме того, что смотрел на нас спящих. Может быть, трогал моё бельё? Может быть, заходил в комнату Эмилии? Может быть, прикасался к нашей маленькой дочери, пока она крепко спала, с безоговорочной уверенностью, что с ней ничего не случится, потому что родители её защищают? Он мог сделать всё что угодно, Марко. Абсолютно всё. А на что он способен, он доказал за последние две ночи. Поэтому скажи мне сейчас, что ты предпримешь, чтобы с нами здесь ничего не произошло.

– Я буду защищать вас, – пообещал Марко. – Всеми доступными мне средствами. Обещаю тебе и нашей дочери.

Он обнял Инес и крепко прижал к себе.

– Пожалуйста, доверься мне, – тихо произнёс Марко.

Инес теснее прильнула к нему, и этого ответа ему оказалось достаточно.

Вскоре проснулась Эмилия. За завтраком они избегали говорить о произошедшем.

Убрав со стола, Марко позвал Джеймса, надел на него ошейник и вышел на утреннюю прогулку.

На улице по-прежнему было серо и неуютно. Марко поднял воротник куртки и втянул голову в плечи. Судя по ощущениям, температура опустилась на несколько градусов ниже нуля.

Джеймс остановился и посмотрел на хозяина так, словно хотел спросить: Ты серьёзно? Мне идти в такую погоду?

Но когда Марко двинулся вперёд, пёс последовал за ним без возражений.

Густой клубящийся туман окутывал дома и палисадники, придавая им нереальный вид, идеально соответствовавший ужасу, обрушившемуся на посёлок.

Марко ещё не успел дойти до тротуара, как появилась Йоханна Маннштайн. Она куталась в толстое красное пальто, а на голову натянула до самых ушей жёлтую вязаную шапку.

Остановившись перед Марко, она серьёзно произнесла:

– Доброе утро, Марко. Я хотела узнать, как вы там.

Йоханна пренебрежительно махнула рукой.

– Да кого я обманываю? Это чистой воды эгоизм. Мне просто нужен человек, с которым можно поговорить обо всём этом кошмаре. Гвидо в городском офисе, а звонить ему бесполезно. Разговаривать с ним по телефону о подобных вещах – пустая трата времени. Из моего благоверного ни слова не вытянешь. А если я ни с кем не поговорю, то просто сойду с ума. Инес более-менее держится?

– Ей очень страшно, – ответил Марко.

– Значит, можем объединиться. Я чувствую то же самое. Как думаешь, ничего, если я её побеспокою?

Марко немного подумал и кивнул.

– Конечно, заходи.

Вероятно, своеобразный взгляд Йоханны на происходящее даже пойдёт Инес на пользу. По крайней мере немного её отвлечёт. Да и Эмилия обрадуется приходу соседки.

Утром девочка была очень тихой. Видимо, чувствовала, что что-то не так.

– Хорошо, тогда до встречи. Мне нужно скорее в дом, пока я себе зад не отморозила.

Марко повернулся, но на тротуаре задержался ещё на несколько секунд.

Улица слева была совершенно безлюдна – во всяком случае, на протяжении тех пятидесяти метров, которые он мог разглядеть, прежде чем всё исчезало за серой стеной тумана.

Возле соседнего дома справа картина была иной: там стояло несколько автомобилей. Непосредственно перед входом – патрульная машина. Сразу за ней, ближе к дому Винклеров, находился белый универсал с обозначением криминалистической службы. На противоположной стороне улицы стояли два тёмных седана.

Перед домом дежурили двое полицейских в форме. Один курил, а второй, глубоко засунув руки в карманы форменной куртки, ходил взад-вперёд.

Марко уже собирался отвернуться, когда из дома вышла старший комиссар Грефен в сопровождении высокого худощавого мужчины. Он держал руки в карманах серого пальто.

Марко дал ему около пятидесяти пяти лет. Тёмные волосы с серебристыми прядями были строго зачёсаны назад. Несмотря на усталый вид, мужчина излучал властность. Было заметно, что он привык отдавать распоряжения.

Марко догадывался, кто это, и удивился, что именно сейчас мужчина находился в доме.

Выйдя на улицу, незнакомец посмотрел на Марко. Их взгляды встретились.

Через две или три секунды мужчина отвернулся, но этого короткого мгновения хватило, чтобы у Марко возникло неприятное, гнетущее чувство.

Грефен проводила спутника к одному из тёмных седанов и ещё что-то сказала ему на прощание. После этого мужчина сел на заднее сиденье. Марко больше его не интересовал.

Вскоре машина уехала.

Повернувшись к дому, Грефен заметила Марко и замедлила шаг. Он поднял руку, показывая, что хочет с ней поговорить, и направился вперёд.

Полицейские в форме настороженно наблюдали за его приближением. Когда Марко почти подошёл, куривший сотрудник – громадина ростом не меньше метра девяноста – преградил ему путь.

– Здесь проход закрыт, – дружелюбно, но решительно сказал он. – Пожалуйста, перейдите на другую сторону улицы.

– Всё в порядке, – раздался сзади голос Грефен.

Когда полицейский обернулся, она подтверждающе кивнула.

– Пропустите его.

Марко прошёл мимо сотрудника и остановился перед Грефен.

– Это был руководитель строительной компании? Муж женщины, которую я вчера…

– Герман Кампер, – подтвердила Грефен. – Да, это он.

Марко посмотрел на входную дверь.

– Госпожа Кин всё ещё там?

– Разумеется, нет. Думаете, я стала бы показывать её вдовцу первой жертвы?

– Нет, я просто удивился, что он находится здесь именно сейчас. И что вы вообще разрешили ему войти.

– Господин Кампер обладает сильной волей и хорошими связями. Сочетание, которому трудно противостоять. Но чем я могу вам помочь?

– Хотел узнать, появились ли новости.

– Господин Винклер, даже несмотря на то, что именно вы обнаружили первую жертву, я не могу обсуждать с вами ход расследования. Надеюсь, вы понимаете.

– Хорошо, тогда другой вопрос. Что полиция делает, чтобы защитить жителей посёлка от этого безумца?

Казалось, вопрос удивил следователя.

– Начиная с сегодняшней ночи патрульные машины будут чаще объезжать посёлок.

– Полицейские станут патрулировать улицы пешком?

– Нет, этого пока не планируется.

Марко шумно выдохнул.

– Не планируется… Почему? Прошлой ночью убийце удалось доставить госпожу Кин через весь посёлок сюда. Вы согласны, что сделать это было бы значительно сложнее, если бы всю ночь по улицам ходили полицейские?

– Именно поэтому патрульные машины теперь будут приезжать сюда чаще.

Марко недоумённо покачал головой.

– Не может быть. Две ночи подряд в этом маленьком посёлке убивают людей, а вы собираетесь время от времени присылать патрульную машину и не считаете нужным выделить сотрудников, которые будут защищать жителей?

– Господин Винклер, дело не в необходимости, а в имеющихся ресурсах. У меня попросту недостаточно людей, которых можно было бы сюда направить.

– Зато сотни полицейских для охраны демонстраций каких-нибудь придурков всегда находятся?

Брови Грефен поднялись.

– Вы действительно хотите разговаривать в таком тоне, господин Винклер?

– Мне всё равно, в каком тоне мы разговариваем. Речь идёт о человеческих жизнях, которые…

Марко оборвал себя и попытался успокоиться. Внутри всё кипело, чему способствовал и недавний разговор с Инес.

Наконец он примирительно поднял руку.

– Хорошо. Послушайте, я только что очень серьёзно разговаривал с женой. Она боится за нашу жизнь и хотела немедленно уехать из посёлка вместе с дочерью. Мне с большим трудом удалось уговорить её остаться, потому что у нас нет альтернативы. И потому что я обещал её защитить. Но нельзя же перекладывать на обычных граждан обязанность следить, чтобы убийца не расправлялся здесь с людьми, когда ему вздумается.

– Вы правы. И я повторяю: в пределах наших возможностей мы усилим присутствие полиции в Ауф-Монсе.

Марко понял, что большего не добьётся.

Он устало посмотрел Грефен в глаза и спокойно произнёс:

– Надеюсь, возможностей раскрыть это дело у вас больше, чем возможностей защитить здешних жителей.

С этими словами он повернулся, прошёл мимо обоих полицейских и направился налево – мимо собственного дома.

Джеймс охотно последовал за ним, довольный тем, что наконец можно двигаться дальше и скоро справить нужду. Сразу за детской площадкой пёс натянул поводок и попытался свернуть на дорожку, ведущую к пруду. Марко уступил и пошёл следом.

Когда они миновали дома и сады, тянувшиеся по обеим сторонам песчаной дорожки, перед ними открылся пруд – тёмно-серая поверхность, покрытая тонким слоем льда. По берегам росли покрытые инеем кусты. Над ними лениво клубились густые полосы тумана, похожие на зловещих призраков.

Пока Джеймс бродил вокруг, прижав нос к земле, Марко остановился и всмотрелся в открывшуюся картину.

Она напоминала сцены из фильма Эдгара Уоллеса «Собака замка Блэквуд» – чёрно-белой классики 1968 года, которую Марко смотрел по телевизору несколько недель назад. Часть действия разворачивалась на окутанном густым туманом болоте, где людей убивала собака с ядовитыми клыками.

Здесь и сейчас чудовищем был человек с ножом.