Текст книги "Ты под запретом (СИ)"
Автор книги: Ари Волконская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)
Глава 23
Георгий.
– Я понял все, что ты говорила, но хочу узнать все подробности. Ты тогда уехала потому, что узнала о беременности Марины? Думала, я с ней останусь?
– Ты все слышал, ты не спал? – Она не поднимает не меня взгляд, смотрит вниз.
– Да, я не спал. Алиса, отвечай на вопросы! Что ты говорила про мужа? Какие у вас отношения? – Не хочу давить на нее, вижу, в каком она состоянии, но мне надоела эта игра. Где уже эта чертова правда?!
– Сложные.
– Алиса, он бьет тебя?
– Нет. – заученно отвечает она. Я чувствую, это опять ложь.
Поднимаю ее лицо за подбородок.
– Алиса, он когда-нибудь бил тебя? – говорю медленно, каждое слово дается с трудом, так как мне эта тема и самому не нравится. Я уже понял правду, и во мне закипает злость и ненависть к человеку, которого она называет мужем.
– Раньше было. Сейчас нет. Сейчас все нормально.
– Блядь! Как давно не было?
– Давно. Честно! Если делать все, как он хочет, то он абсолютно адекватный человек.
– Алис, ты слышишь себя? Ты же не его прислуга… ты смирилась с этим, но это не значит, что так должно быть. – Она начинает плакать, и я чувствую ее боль, она у нее внутри. Там, где никто не найдет, под слоями красивой одежды, под всеми этими счастливыми картинками.
– Иди ко мне, малышка.
Притягиваю ее к себе. Целую макушку и дышу ею. Как раньше, дышу.
Алиса.
Не смотря на слезы, где-то в глубине души я чувствую облегчение от того, что между нами все сейчас честно. С ложью покончено, и теперь я буду говорить ему только правду, какой бы она ни была. Эта мерзкая ложь привела нас к тому, что мы могли больше никогда не увидеть друг друга. Я могла потерять его навсегда. Как же много ее в моей жизни…
Я привыкла врать, думая, что таким образом уберегаю людей от некрасивой правды. Но на самом деле, некрасивой может быть только ложь, а ее последствия просто ужасными. Я врала родителям, скрывая отношения с любимым человеком, и получила то, что заслужила, – жизнь с нелюбимым. Скажи я тогда правду, все ведь могло быть по-другому. Да, сложно, никто не спорит, но тогда было бы не так больно, как сейчас.
– Иди ко мне, малышка.
Это его “малышка” бьет прямо под дых. Он обнимает меня, прижимает к своему крепкому телу, и мое сердце опять летит к нему, как мотылек на огонь.
Мы стоим в объятиях друг друга, когда в палату заходит медсестра.
– Георгий Владимирович, а капельница? А кровь откуда? – Удивленно смотрит на нас медработница. И сразу принимается вытирать капли крови с пола.
– Не беспокойтесь, просто я вытащил катетер. Ничего серьезного.
– А катетер-то чем вам мешал? – Женщина недовольно оглядывает нас сверху вниз. А потом улыбается. – Ладно, я сейчас быстро здесь приберу и выйду.
– Я уже пойду, мне пора. – говорю и пытаюсь вырваться из его объятий, но он держит меня крепко.
– Никуда не пойдешь. – произносит он тихо над моим ухом, щекоча своим учащенным дыханием.
А мне сейчас только это и нужно: чтобы не отпускал, чтобы чувствовать, что я нужна ему так же как и он мне. А он мне необходим как воздух. Без него я не дышу и не живу, а просто существую. Сегодня я не принимала успокоительных. Ехала сюда попрощаться. Думала, подожду, пока он уснет, и зайду к нему в последний раз. А все сложилось совсем иначе. Жизнь зачем-то опять нас свела. И я думаю, что просто пришло время раскрыться друг другу. Признаться во всем. И чтобы не случилось, я знаю точно, что всегда буду любить его, даже если мы никогда не сможем быть вместе.
Медсестра, сделав всю работу, выходит и предупреждает, что сейчас придет другая смена. Я прощаюсь с ней, потому что больше ее не увижу. Билеты действительно куплены, и мы с Давидом сегодня летим обратно в Москву.
Мне бы очень хотелось растянуть это время, или чтобы оно совсем не заканчивалось, потому что мне крайне мало его…
Дверь за медсестрой закрывается, и я сдаюсь своим желаниям. Обнимаю любимого, вдыхаю запах его кожи, нежно целую в шею, в щеку и нахожу губами его губы, впиваясь жадным поцелуем. Он сразу же проникает языком ко мне в рот и дико сжимает меня в своих объятиях, вызывая сладкую истому внизу живота. Я как будто плавлюсь в его руках, а сознание опять отключается.
– Алиса, я дико скучал. Я подыхал без тебя, а точнее, сдох, когда прочитал твое сообщение. Я не смогу уже без тебя, Алиса! Ты хоть понимаешь это? – говорит он, задыхаясь от желания, целуя и заглядывая мне в глаза.
А я сейчас самая счастливая женщина в мире. Его слова отдаются эхом в моей голове. А желание пульсирует внизу живота.
– Люблю тебя, Гео, люблю безумно. Но сегодня мне нужно будет вернуться в Москву.
– Пиздец!!! – Он рычит, и я уже знаю, что будет меня отговаривать.
– Послушай, я должна отвезти к нему ребенка. Это даже не обсуждается. Я ему обещала, если не выполню, то больше он меня никуда не отпустит. Ты этого хочешь?
– Нет, блядь! Я хочу его нахуй убить! Гребаный больной ублюдок! Алиса, как ты можешь жить с ним столько лет? Почему ты терпела это? – Он злится, и я, наверное, могу его понять. Поэтому решаюсь все ему объяснить.
– Марат угрожал, что заберет ребенка, если я решу развестись.
– Как? Ребенок по закону должен остаться с тобой. Что за бред?
– Это не бред. Он сделает это, я уверена, он заберет Давида. Подкупит кого угодно, чтобы разлучить нас с Давидом.
– Зачем ему это?
– Он безумно любит сына. Мой уход от него будет считаться предательством, он захочет наказать меня. И прошу тебя, не говори ничего. – Прикладываю палец к его губам, когда вижу, что собирается возразить. – Я взрослая девочка, знаю, как будет лучше. Просто доверяй мне. Я уйду от него, но не так. Я должна подготовить его к этому, чтобы все прошло максимально безболезненно для моего сына.
– Не неси бред! – Он убирает мою руку и раздраженно качает головой. – Ты мне что предлагаешь в в это время делать? Сидеть и ждать? Или думать о том, что этот уебок может с тобой – делать что ему вздумается? Ни-ху-я! Поняла меня, Алиса! Я тебе не долбаеб! Закрыть глаза на все это дерьмо у меня не получится.
– Послушай меня! Не спорь! Ты не можешь меня заставить. Не поступай так же как он. Гео, умоляю тебя! Дай мне сделать собственный выбор. Я так устала от постоянных приказов.
Говорю и вижу, как он опять не соглашается. Мотает головой, мол, нет. А я беру его за руку, нежно скользнув от локтя к запястью, и сплетаю наши пальцы. Другой рукой провожу по его голове, поглаживая короткие волосы.
– Любимый, все будет хорошо. Обещаю тебе. Поверь мне. Ты как раз за это время полностью восстановишься, будешь хорошо себя чувствовать и не успеешь соскучится, как я уже к тебе приеду.
– Я должен вернуться на фронт. – Он понижает голос. А меня бросает в дрожь. Не могу сдержать возмущение. Отпускаю его руку и смотрю прямо в глаза. Пытаюсь увидеть там, что он шутит.
– Зачем? Ты в своем уме?
– Там мои парни остались. Не могу их сейчас бросить. Надеюсь, это ненадолго. Как все закончится, я вернусь. Именно поэтому я не хочу, чтобы ты к мужу возвращалась. Случись у тебя что, я даже помочь не смогу. Алиса, давай я отвезу тебя с ребенком к себе. С мужем твоим поговорю и решу все, пока я здесь. Он больше не сунется к тебе, я обещаю. А ты дождешься меня, малышка, и мы будем счастливы. Это моя мечта, Алиса. Позволь мне. Это не приказ. Это просьба, маленькая моя. Я жить не смогу, зная, что ты там с ним. – Он прижимает меня к себе, и я чувствую его выпирающее желание. Здоровой рукой он стягивает резинку с моих волос и расплетает косу. Гладит волосы и, поднеся к лицу, вдыхает их аромат. Потом то же самое делает с моей шеей и прикусывает ее.
Меня накрывает мелкой дрожью. Он сейчас так близко и такой желанный, но мы в больнице и говорим о серьезных вещах, поэтому я не даю ему себя одурманить.
– Подожди, любимый, – шепчу. – Мы же в больнице. Послушай, я не хочу, чтобы ты возвращался на войну. Ты был ранен, тебе нельзя туда больше! И как ты предлагаешь мне сидеть в твоей квартире и ждать тебя? Сам не хочешь думать о том, что со мной что-то случится, а меня оставляешь в такой же ситуации.
– Это разные вещи! Это мой долг!
– А мой долг сделать так, как будет хорошо для моего сына.
Глава 24
Алиса.
Первый раз в жизни мы прощаемся без боли, обиды, вранья и недосказанности. Прощаемся, обещая друг другу беречь себя и сделать все для того, чтобы скоро быть вместе.
Я, как всегда, плачу, как маленькая, ей богу. Но это уже слезы не от потери, расставания, боли, а скорее от обретенной наконец свободы от лжи, слезы счастья от взаимности наших чувств. Я всем сердцем чувствую, как сильно он меня любит и как ему сложно меня отпускать. Но он принял мое решение, как и я его.
Мы возвращаемся с сыном домой уже ночью. Нас, как и всегда, встречает Марат, отвозит домой, а сам уезжает куда-то с друзьями. Возвращается только под утро. Пьяного и с очень сильным запахом перегара Марата приводит брат, он ведет его под руку от самой машины до кровати. Я пытаюсь помочь Эльдару раздеть его, но он выпроваживает меня, сказав, что сам справится.
Сейчас пять часов утра, и спать мне уже совсем не хочется. Приезд Марата перебил весь сон. Я иду на кухню, чтобы приготовить завтрак для Давида. Что сидеть без дела, если уже все равно проснулась. Достаю из холодильника овощи и яйца, аккуратно укладываю их в раковину, открываю воду и из-за сильного напора воды и звука вытяжки не слышу, как Эльдар заходит на кухню.
Более того, я погружена в свои мечты о прекрасном будущем с любимым человеком, чтобы достичь желаемого, нам остается преодолеть уже совсем немного трудностей, по сравнению с огромной пропастью, разделявшей нас еще два дня назад.
Внезапно почувствовав чьей-то дыхание прямо над ухом и вскрикнув от неожиданности, оборачиваюсь. Эльдар стоит прямо у меня за спиной, расставив руки по краям раковины так, чтобы я оказалась в ловушке.
– Эльдар, ты меня напугал! Что ты здесь делаешь?
– Ты вкусно пахнешь. – Его взгляд не такой как раньше. Сейчас он опасный, мужской и очень неприятный.
– Что ты несешь, Эльдар? Мне тесно, отойди, пожалуйста!
Стараюсь оттолкнуть его, но он не двигается с места и проходится липким взглядом по моим губам, а потом по груди. В душе зарождается тревога. Но дома ведь Марат, Эльдар не посмеет ничего мне сделать. Хотя даже все то, что сейчас происходит, – это уже какой-то сюрреализм.
– А если не отойду, то что?
– Я закричу, и выйдет Марат. – Стараюсь держаться спокойно и говорить уверенно. Сейчас нельзя, чтобы он почувствовал во мне слабость.
– Марат? – Эльдар заливисто смеется. – Ты видела, в каком состоянии твой муж пришел домой? Он не проснется, даже если тебя здесь будут убивать. – Его губы растягиваются в гадкой ухмылке, и я понимаю, что он, скорее всего, прав, Марат не услышит меня.
– Хорошо, скажи, что тебе надо, и отойди уже. Мне неприятно, что ты стоишь так близко, да и Марату не понравится это, когда я ему расскажу! – Пытаюсь блефовать, но этот мерзавец явно не боится брата.
– Марат мне ничего не сделает, забудь свои жалкие угрозы. Ты просишь сказать что мне надо? А ты способна дать мне то, что я хочу? – Он наклоняется еще ближе, вынуждая меня отодвинуться назад и вжаться в столешницу, чтобы не касаться его.
– Эльдар, хватит! Ты меня пугаешь! Пошутил и хватит, отойди, пожалуйста.
Он долго смотрит на меня, а я не в силах выдержать напора его горящего взгляда опускаю глаза и чувствую, как они непроизвольно наполняются слезами. Он тоже это замечает и, может быть, поэтому отходит от меня. Я стою неподвижно, опасаясь его дальнейших действий. А он не говорит больше ни слова, просто обувается в прихожей и, накинув пальто, выходит за дверь.
Все еще находясь в шоке и растерянности, я не понимаю, что это сейчас было и почему. Хотел меня напугать, но зачем? Да и его взгляд, было в нем что-то интимное, жгучее и даже сумасшедшее. Но зная наши законы и порядки семьи Марата, как Эльдар осмелился на такое по отношению ко мне? Он действительно не боится, что я расскажу? Или думает, что брат мне не поверит? Что вполне вероятно…
Все утро я размышляю об этом. Мне становится не по себе при мысли о том, что сегодня Эльдар может, как обычно, заехать к нам поиграть с Давидом. И я не могу унять волнение. Поэтому захожу в ванную и достаю из шкафчика флакончик антидепрессантов. Принимаю две таблетки, понимая, что ситуация непростая и хорошо было бы отключить все лишние эмоции.
Собираюсь и везу Давида в садик, заглянув перед этим в комнату Марата, чтобы убедиться, что он до сих пор спит. Его братец был прав, он теперь не скоро проснется. Но мне от этого становится немного легче, так как скорее всего на работу он уже не уедет, а значит, вечером будет дома, с нами.
Заехав на парковку перед клиникой чуть раньше обычного, выхожу из машины и быстрым шагом иду в ближайшую кофейню. На улице холодно и сыро, теплое пальто и длинные сапоги не спасают. Зато в кафе тепло и уютно. Приятно пахнет сладкой выпечкой. Заказываю латте на миндальном молоке и круассан с корицей. Сажусь за столик возле окна, делаю глоток горячего напитка и слышу звук входящего сообщения. Увидев на экране незнакомый номер, настороженно открываю мессенджер. С первых слов узнаю отправителя, и лицо сразу же покрывается румянцем, а губы автоматически растягиваются в улыбку.
«Привет, счастье».
Глава 25
Алиса.
Набираю ответ, а сама, как маленькая, как влюбленная дурочка, улыбаюсь и жду ответа.
«Привет любимый»
И телефон снова звенит.
«Как ты?»
«Хорошо. А ты?»
«Скучаю по тебе».
Оглядываюсь по сторонам, потому что кажется сейчас все посетители кафе слышат, как грохочет моё сердце.
«Если бы ты знал, как я скучаю по тебе каждую минуту, любимый. И я сейчас опять так счастлива, что мне даже страшно. Кажется, я больше не смогу без тебя».
«Ты и не будешь! Скоро мы будем вместе. Я считаю дни, малышка».
Позавтракав, я иду в клинику. Рабочий день пролетает незаметно. Сообщения любимого отвлекли меня от дурных мыслей об Эльдаре. Вечером, перед тем как уйти с работы, делаю несколько фотографий и сразу выставляю понравившиеся в соцсеть на свою личную страницу. Сажусь в машину, включаю громко музыку и мчусь по вечернему городу. Мимо светя фарами проносятся другие машины, каждый торопится куда-то, каждому нужно что-то успеть. Мне, например, хочется успеть прожить счастливую жизнь. Не ту, что у меня сейчас, а счастливую. Найти себя в объятьях того самого мужчины, раствориться в любви к нему и сыну. Дарить любовь и получать взамен это же чувство. Без всяких но, нельзя и не сейчас. Вот прямо сейчас, в эту минуту я счастлива, потому что моя мечта должна стать реальностью. А скоро буду еще счастливее. Скоро…
Приехав с Давидом домой, вижу мужа одетым в костюм и явно готовым куда-то уехать.
– Марат, привет. Ты как? – задаю вопрос, как только захожу в квартиру.
– Уезжаю, у меня дела. Ложитесь спать, меня ждать не надо. – отвечает сухо, безразлично. В мою сторону даже не смотрит.
– Хорошо. – говорю в ответ и думаю о том, что вчера тоже вроде была какая-то встреча. Только бы под утро он снова не пришел с Эльдаром. – Марат, в последнее время Эльдар странно ведет себя со мной. Ты не мог бы какое-то время не приглашать его к нам домой?
– Херню не неси, мой брат когда захочет, тогда и придет к нам. Ему приглашение не нужно, чтобы сюда приходить! Справляйся со своими тараканами в голове сама и не вздумай ходить с недовольным ебалом перед ним! Услышала?
– Услышала. – Даже не знаю, на что я рассчитывала, заведя этот разговор. Думала он меня поймёт? Подумает обо мне или о моем комфорте? Действительно бред. Дура, Алиса.
Ругаю себя и закрываю за ним входную дверь.
Занимаюсь домашними делами, затем укладываю сыночка спать. На ночь читаю ему его любимые сказки, и он засыпает в моих объятиях. Сладкий и до безумия любимый мой мальчик.
Удивляюсь своим чувствам. Мне кажется по силе эмоций мою любовь к сыну можно сравнить только с любовью к Георгию. Эти два человека, без которых моя жизнь теряет смысл. И я точно знаю, что никто и никогда не сможет заменить мне одного из них.
Принимаю душ, наношу любимые масла на тело и, надев шелковую пижаму, забираюсь под одеяло.
Во сне слышу какой-то шум и вздрогнув просыпаюсь от него.
В темной комнате, совершенно не освещенной ничем, кроме уличного света фонарей, я вижу мужчину. Он раздевается, по очертанию и движениям понимаю, что это Марат. Опять пьян?
– Марат, у тебя все нормально? Ты пил? Тебе нужна помощь? – уточняю потому, что он по пьяни, видимо, перепутал комнату и пришел в мою, вместо того, чтобы подняться к себе в спальню. Ну а в темноте не видит меня.
– Да блядь, пил, помоги мне, женушка. Сейчас мне очень нужна твоя помощь. – Он говорит это как-то зло и резко. Я не догадываюсь, в чем причина, но что-то явно не так.
– Хорошо, конечно. Чем тебе помочь? – Встаю с кровати и подхожу к нему, думая, что ему действительно нужна помощь. Почувствовав запах алкоголя, морщусь. Никогда не любила выпивших людей. Мой отец пьет только по праздникам, но никогда не напивается. За двадцать семь лет жизни я никогда не видела его пьяным.
Марат опирается на моё плечо, а потом резко притягивает меня к себе и впивается поцелуем мне в губы, судорожно целует шею, ключицы. Я морщусь и отталкиваю его, а он одним махом разрывает на мне рубашку от пижамы. Пуговицы разлетаются в стороны, а я шокирована и пытаюсь прикрыться.
– Ты совсем с ума сошел?! – выкрикиваю дрожащим голосом.
– Да-а-а, я сошел с ума. Красивая сучка. Ты меня таким сделала. – говорит и наступает, а я вжимаюсь в стену и судорожно придумываю, что предпринять – Алиса, – он запрокидывает голову и зловеще смеется. – Блядь, сколько нужно еще для тебя сделать, чтобы увидеть в твоих глазах хоть каплю тепла? Я ведь с самого первого дня все делал для того, чтобы ты меня полюбила. Потом понял, что о любви и мечтать не стоит, ты, бесчувственная сука! – злобно цедит сквозь зубы, а глаза красные. Как будто вот-вот заплачет. – Хотел, чтобы хоть ради уважения вид делала, что нравлюсь тебе, что не неприятен. Но и этого нет. – Опять смеется. – Бля-я-ядь, я твой муж уже семь лет, сука! А ты до сих пор от меня прячешься, как только наступает ночь! Думаешь, я, как долбаеб, должен всегда просить тебя, перед тем как трахнуть? Ты мне отказываешь, а? Мне? Ты кто такая? Кем ты была бы без меня?
Он больно сжимает мое лицо пальцами. Глаза влажные и налитые кровью, будто вот-вот вылезут из орбит. Вены на шее вздуты и пульсируют. Марат опять сорвался. Чаша его терпения переполнена, и он больше не может сдерживать эту часть себя. В такие моменты он жестокий хищник или обезумевший психопат. А я – причина этого безумия.
Глава 26
Алиса.
Спустя 3 часа…
Телефонный звонок.
– Алло.
– Здравствуйте, Ангелова Алиса Аслановна?
– Да, я слушаю.
– Гасанов Марат Багратович приходится вам мужем?
– Да…
– Алиса Аслановна, с вами говорит главный следователь, я нахожусь на месте ДТП, где недавно разбился ваш супруг. Алиса Аслановна, удар был на большой скорости в столб. По всей видимости, ваш муж не справился с управлением машины. Примите мои соболезнования. За ценными вещами вы сможете подъехать…..
В голове дикий шум, я дальше уже ничего не слышу… Раз два три …
– Мама! Мамочка! Очнись!
Меня вырывает из страшной пелены голос сына.
Открываю глаза и вижу заплаканного и испуганного Давида. Пытаюсь встать и понимаю, что лежу на полу, на голове как будто что-то мокрое. Прикасаюсь рукой и чувствую липкую жидкость, потом вижу, что это кровь. Начинаю соединять кусочки событий и вспоминаю телефонный разговор. Видимо, услышав о Марате, я упала в обморок и разбила голову о тумбочку.
– Все хорошо, малыш, не плачь. Мама в порядке, просто поскользнулась и упала. – успокаиваю сына и пытаюсь подняться.
Господи, Марат! Закрываю рот руками, чтобы не пугать ребенка еще больше. Но что я ему скажу, как же так? Давид так любит папу! Боже мой, он ведь был совсем молодой!
В голове крутится тысяча мыслей, и одна хуже другой.
“Марат! Прости меня!” Я не должна была выпускать его из дома в таком состоянии… А то, что я ему сказала… Он из за меня сел за руль, из за меня уехал из дома, из за меня разбился…
Слезы не капают, они льются рекой… Никто не заслуживает такую судьбу, с ним не должно было такое случится…
В голове всплывают обрывки этой ненавистной ночи…
– Прошу тебя, Марат, не трогай меня. Если в тебе есть что-то человеческое не трогай!
– Раздвигай ноги, Алиса, и не дергайся! Ты это умеешь! – Он наступает, а я с каждым его шагом сжимаюсь и все крепче обхватываю себя руками.
Судорожно мотаю головой. Нет нет, только не это!
– Марат, я хочу развестись. Умоляю тебя. Я так больше не могу!
– Ха, – смеется, – развестись? Да пиздец, Алиса! Тебя от меня только ногами вперед могут унести. В любом другом случае мой ответ – нет! Не может она? С хуя ты не можешь, сука? В раю, блядь, живешь и что-то не можешь? – Он хватает меня за волосы и больно тянет на себя. – Развестись хочешь? Блядской жизни захотелось? А? Отвечай, тварь!
Замахивается и бьет меня по лицу тыльной стороной ладони так, что голова резко дергается, а в глазах мелькают яркие искры. Рефлекторно закрываю от него лицо и вжимаюсь в изголовье кровати, боясь, что сейчас может последовать несколько таких ударов.
Но больше он меня не бьет. Замахивается несколько раз, кричит, что я сука, и матерится, но останавливает себя.
А дальше все происходит как в самом страшном сне.
Он берет меня силой. Это больно, страшно и безысходно. Молча сотрясаюсь от слез, когда он, закончив начатое, поспешно выходит из комнаты, а потом и из дома.
Я была измучена физически и уничтожена морально, поэтому никаких мыслей о том, чтобы его остановить, о том, что в таком состоянии ему нельзя садиться за руль, у меня не возникло. А сейчас я плачу о нем. Из-за его нелепой и страшной смерти, из-за жизни, которую мы друг другу испортили, из-за того, что наш сын больше не увидит отца, которого безумно любит.
Понимаю, что нужно ехать к его родителям, но рука не поднимается набрать их номер. Боже мой, страшно подумать, что с ними будет…
После этого нужно позвонить моему отцу, пусть он сам сообщит маме об этом.
День за днем я проживаю этот ужас. Все происходит как в страшном сне. Постоянный круговорот из слез, соболезнований и обвинений.
Зарина Сергеевна, мама Марата, всем рассказывает свою версию событий той ночи. Она обвиняет во всем меня и считает, что выпил Марат из-за ссоры со мной.
Я совершенно не пытаюсь оправдаться, потому что и сама виню себя во всем. Если бы Марат не женился на мне, он был бы сейчас жив.
Мои мама и папа после похорон остаются со мной и Давидом. Отвлекают его, чтобы ребенку было легче привыкнуть к утрате родного человека.
Давид постоянно спрашивает про папу, но мы ему сказали, что Марат уехал по работе в другую страну и вернется нескоро. Очень жаль видеть, как он скучает по папе. Эльдар перестал к нам приходить, и я думаю, что после смерти Марата он наконец забудет дорогу сюда. Я видела его недобрый взгляд на похоронах мужа, он тоже понимал, что Марат разбился после ссоры со мной. Ненавидит меня? Возможно. Эльдар – опасный мужчина, и я бы не хотела, чтобы он общался с Давидом. Он точно не пример для подражания ребенку.
Георгий ежедневно пытается связаться со мной. После произошедших событий я перестала отвечать ему. Сначала просто была не в состоянии, а сейчас у меня дома живут мои родители, и мне совсем не до отношений. Хотя из его сообщений я поняла, что он собирается в скором времени вернуться на фронт, и это меня страшно пугает. После смерти Марата я стала бояться того, что предначертано нам судьбой. Ни один человек не знает, когда закончится его жизненный путь, и успеет ли он сделать все то, о чем мечтал.
Спустя две недели мои родители уезжают, и мы остаемся с Давидом вдвоем. Я беру телефон и пишу короткое сообщение:
“Привет, любимый”.
Ответ приходит примерно через минуту:
“Малышка! Слава Богу ты вышла на связь! Как ты? Что произошло?”
“Страшное… Марат умер. Он разбился после ссоры со мной”.
“Как это произошло?”
“Он был пьян и на большой скорости въехал в столб”.
“Мне жаль, что с ним такое случилось, но ты только себя не вини. Ссора здесь не играет никакой роли. Скорее всего, причина всему – алкоголь”.
“Гео, он из-за меня был в таком состоянии и из-за меня уехал из дома”.
“Малышка, он сам принял решение сесть за руль, зная, что пьян. Больше не хочу слышать от тебя такое. Ты сейчас в порядке? Как твой мелкий?”
“Нормально. А как ты?”
“Я уже уехал. Место себе не находил, пока ты не выходила на связь, дико соскучился и переживал. Ты только не пропадай так больше. Я хочу знать все, что у тебя происходит”.
