Текст книги "Развод. Измена на свадьбе (СИ)"

Автор книги: Ари Дале

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)

Глава 16

– Ничего, – резко оборачиваюсь, засовывая тест под бедро. Прижимаю его к дивану вместе с рукой.

Муж прослеживает за моим действием и поджимает губы. Дрожу всем телом. Дыхание спирает. Во рту пересыхает.

Меня до сих пор потряхивает после новости, а если еще Руслан узнает правду, боюсь, совсем чокнусь.

– Ничего, – хриплю.

Бросаю взгляд мужу за спину. Успею добежать? Вряд ли.

Тогда на улицу?

Но даже дернуться не успеваю, чтобы как можно быстрее скрыться, когда понимаю, что все бесполезно.

– Пошли, – муж указывает головой на дверь, через которую пришел.

Хмурюсь. Мысли все еще мечутся. Ничего путного придумать не получается. Особенно, когда Руслан вот так нависает надо мной и не отрывает от меня пристального взгляда. Радует только одно – между нами спинка дивана. Если он вдруг решит броситься ко мне, чтобы забрать тест, у меня будет время помчаться в другую сторону.

Боже, о чем я думаю? Нужно очистить разум. Попытаться мыслить здраво. Придумать план.

Тяжело вздыхаю, похолодевшими пальцами свободной руки сминаю платье. Пытаюсь сглотнуть ком, который образовался в горле и не дает нормально дышать.

– Куда? – сердце колотится так, что вот-вот выпрыгнет из груди.

– На кухню, – щурится. – Не бойся, не съем я тебя, – заявляет, видимо, замечая удивление и страх, которые перемешались у меня на лице. – Но предупреждаю, если сама не пойдешь, то заброшу тебя на плечо и понесу, – в голосе мужа звучит предупреждение.

У меня глаза распахиваются. Я же не ослышалась?

– Зачем? – мысли все еще не стали на место.

Руслан легко качает головой. Но, видимо, от него не скрывается моя невменяемость.

– Тебе поесть нужно, – говорит немного обреченно. – Из тебя еда весь день наружу лезет. Еще чуть-чуть и в обморок грохнешься.

Пустой желудок, который такое чувство, что услышал слово “еда”, начинает громко урчать. Руслан опускает на мой живот, а я вздрагиваю. Мне приходится напомнить себе, что муж не может знать, он же не видел тест. Не видел же?

Смотрю пристально на Руслана. Но его бесстрастную маску просто так не пробить. Только когда муж поднимает взгляд, в его глазах что-то мелькает. Вот только не успеваю определить, какая эмоция все-таки пробивается сквозь стену из холода и бессердечности, как лицо Руслана снова становится пустым.

– Вот видишь? – он вздергивает бровь. – Жду на кухне. У тебя две минуты, – он разворачивается и уходит, а меня затапливает волной облегчения.

Наконец, получается сделать полноценный вдох.

Голова начинает кружиться от прилива кислорода. Мне требуется мгновение, чтобы хоть немного прийти в себя. Дрожь все еще сотрясает тело. Крупные капли холодного пота покрывают кожу. А меня мучает всего один вопрос: “Что же делать?”

Аборт – не вариант. Но и позволить семейке мужа манипулировать собой с помощью малыша, я тоже не могу. Безнадежность ситуации разом надавливает на плечи. Давит так, что, кажется, диван треснет.

– Маша! – отдаленно слышится рык мужа, и я невольно вскакиваю.

Блин. Руслан же точно придет. Зная его, он не отступит, пока не осуществит задуманное.

Оглядываюсь, ища место, куда можно спрятать тест. Но все кажется слишком очевидным. Либо Руслан может нечаянно наткнуться, либо тете Свете приспичит убраться, и мой секрет будет раскрыт. Поэтому не придумываю ничего лучше, как засунуть тест под резинку трусиков, скрывая под платьем.

– Маша, у тебя минута, – Руслан явно раздражен.

Черт с ним! Сжимаю кулаки и направляюсь в соседнюю комнату.

Кухня, как я поняла, – вотчина тети Светы. Но сейчас, зайдя в комнату и оказавшись в обилии дерева, женщину не нахожу. Только Руслана, который ставит глубокую белую тарелку на круглый стол рядом с панорамным окном, после чего направляется к кухонному уголку, где непонятно как затесался холодильник с металлическими дверцами.

– Садись, – Руслан кивает в сторону стола и открывает хлебницу. – Тете Свете не здоровится, но, прежде чем пойти отдыхать, она для тебя легкий куриный супчик приготовила. Сказала, что ничего тяжелого тебе есть пока нельзя. Чтобы это не значило.

В который раз за сегодня я остолбеневаю. Разум, успевший более или менее очиститься, заполняет новый рой мыслей. Но он тут же исчезает, когда я вновь ловлю на себя взгляд мужа.

– Маша, я сказал, садись, – рычащие нотки звучат в его голосе.

Сразу же хочу взбрыкнуть, но в последний момент передумываю.

Чем быстрее сделаю то, что хочет Руслан, тем скорее от него отделаюсь.

Поэтому, пока не передумала, широкими шагами пересекаю небольшое пространство кухни и сажусь на стул перед тарелкой. Руслан тоже не задерживается – занимает место напротив, после чего ставит передо мной корзинку с хлебом.

– Давай договоримся, – ставит локти на стол и переплетает пальцы. – Ты сейчас берешь ложку, – указывает подбородком на приборы, лежащие рядом с тарелкой, от которой исходит божественный запах куриного супа, – ешь, а я в это время буду говорить, – Руслан смотрит на меня так пристально, что все внутри переворачивается. – Только предлагаю вспомнить детское правило, – уголок его губ ползет вверх. – Когда я ем, я глух и нем.

Мои брови взлетают. Серьезно?

– Если согласна, то бери ложку и все, – муж откидывается на спинку стула, утопая в солнечных лучах, проникающих в комнату через окно за его спиной. – Так что?

– После этого ты оставишь меня в покое? – щурюсь.

– На сегодня, да, – Руслан складывает руки на груди.

Смотрю на него внимательно, не зная верить или все же не надо. Но, кажется, выбора у меня нет, а желудок болезненно скручивает. Поэтому вместо того, чтобы послать гулящего муженька подальше, беру ложку, зачерпываю немного супа и съедаю. Солоновато-пряный привкус разносится по языку, когда я слышу:

– Я не собирался на тебе жениться.

Глава 17

Приподнимаю бровь. Он думает, что удивил меня?

Руслан сразу же замечают мою реакцию, и качает головой.

– Ешь, – смотрит на тарелку супа.

Мне любопытно, что он скажет дальше, поэтому все так же молча зачерпываю очередную ложку супа. Съедаю. Прислушиваюсь к своему желудку – вроде не бунтует.

Смотрю на мужа, приподняв бровь.

Из него вылетает смешок.

– А ты умеешь говорить без слов, – закидывает руки за голову, сцепляя их на затылке. – В общем, как я сказал, что жениться не собирался. Не только на тебе, а вообще. В ближайшее время, по крайней мере. Но, видимо, госпожа Судьба решила вмешаться в нашу жизнь.

Дыхание спирает, пытается застрять в груди. Но я не позволяю ему. Стараюсь дышать ровно и, конечно же, есть. Мне обязательно нужно поесть. Голод скручивает все внутри. Поэтому тянусь за хлебом. Отламываю кусочек, забрасываю его в рот. Жую и снова принимаюсь за суп.

– Отец никогда толком не рассказывал, как основал компанию. Я узнал о третьем соучредителе, когда твой дедушка с нами связался. Не знаю, почему отец скрывал такую важную деталь, но обязательно это выясню. Хотя сейчас главное не это, – Руслан внимательно наблюдает за мной, но даже несмотря на то, что я ем, никакого дискомфорта не испытываю. – Если кратко, у нас в компании проблемы. Последнее время срывается контракт за контрактом. И что-то мне подсказывает, кто-то из верхушки, умышленно или нет, сливает инфу.

– А я тут при чем? – говорю с полным ртом.

– “Когда я ем”, помнишь? – Руслан усмехается, расцепляет руки и трет лицо. – В общем, ты же знаешь, что после смерти твоего дедушки теперь часть нашей компании принадлежит тебе?

У меня рот приоткрывается. Ложка выскальзывает из пальцев и со звоном падает в тарелку. Хорошо, что жидкости там осталось совсем на донышке, иначе брызг было бы не избежать. Хотя, подозреваю, беспорядок и грязное платье меня волновали бы в последнюю очередь.

– Не знала? – брови мужа удивленно взлетают. Мотаю головой. – Не один я был в неведении. Да, часть компании принадлежит тебе, но не в этом суть. Проблемы начались еще до твоего появления, а когда отец явился ко мне со своим дурацким предложением и этим “брачным договором” я осознал, что все совсем плохо.

– Почему? – тяжело сглатываю, прислонившись к спинке стула.

– Давай сразу проясним – брачный договор, который ты подписала, незаконен. В нашей стране такого рода контракты регулируют только имущественное право. Поэтому я согласился на этот фарс. Чуть позже сам разорву его на мелкие кусочки. Единственное, о чем я тебя сейчас попрошу – дать мне время, – Руслан смотрит на меня пристально. – Ведь я женился на тебе, чтобы его выиграть. Ты милая девочка, прости, что сразу не подумал о твоих чувствах, – добавляет он быстро, наверное, заметив, как изменилось мое лицо. – Отец, хотел, что я на тебе женился, чтобы получить контрольный пакет нашей компании – оставить семейное дело в семье, так сказать. И, конечно, не позволить ему развалиться, если ты вдруг захочешь продать свои акции, в данный момент это бы нанесло серьезный урон. Возможно, пришлось бы объявлять о банкротстве, – Руслан вздыхает. – У меня же были немного другие причины. Я должен выяснить, кто виновен в том, что мы в последнее время не можем заключить ни один контракт на поставку материалов с выгодными условиями. Наша свадьба стала отличным отвлекающим маневром. Пока все говорят о ней и о перетасовке в совете директоров, я успею по-тихому провести расследование.

Руслан замолкает. Мне тоже нечего сказать. В голове настоящий бардак, который только усиливается, когда я слышу:

– Поэтому дай мне время, пожалуйста, со всем разобраться, чтобы твое наследство тоже не полетело к чертям, – Руслан встает. – Я же со своей стороны дам тебе время подумать, – он улыбается мне почти так же, как в больнице у дедушки – по-доброму. – Если ты еще захочешь есть, суп на плите, – больше ничего не говоря, направляется к выходу.

– Мне нужен договор, – произношу, выцепив в сумбуре единственную ясную мысль.

Шаги прекращаются.

– Поедем завтра ко мне в офис, я отдам тебе свой экземпляр, – говорит Руслан, после чего продолжает путь.

Я же остаюсь наедине с новостью, которая меняет все. Пытаюсь все осмыслить. Но сколько бы я нм сидела, в голове не проясняется. Поэтому тоже поднимаюсь, убираю со стола, мою посуду и иду наверх. В свою комнату. Руслана в ней не нахожу, отчего испытываю огромное облегчение. Зато трель телефона, лежащего на кровати, раздается, стоит мне переступить порог.

Незнакомый номер высвечивается на экране. Хмурюсь, но отвечаю на звонок.

– Машенька? – голос знакомый, но в то же время никак не получается понять, где я его слышала. Видимо, молчание затягивается, поэтому мужчина продолжает: – Это Станислав. Мы с вами сегодня виделись.

Глава 18

Сидя на пассажирском сиденье в легком розовом платье до колена рядом с мужем, не могу отделаться от плохого предчувствия. Оно не оставляло меня весь вчерашний вечер. Из-за него мне снились кошмары. И сегодня все утро продолжает мучить.

После странного разговора со Станиславом, который пригласил меня на обед, не могу отделаться от мысли, что мужчине что-то от меня нужно. Слишком уж он любезным был, а в последнее время я перестала верить бескорыстие людей. Особенно, на фоне новости, которую преподнес мне Руслан на блюдечке. Но на встречу с еще одним основателем компании я все-таки согласилась. Как там говорится, держи друзей близко, а врагов… И еще непонятно, кем для меня станет этот мужчина.

В том, что моя жизнь кардинально изменилась, нет сомнений. Взять только беременность. Я всегда хотела ребенка, но от любящего мужа, а не от человека, который использует меня, чтобы сохранить свою компанию. Но, видимо, придется иметь дело с тем, что есть. Аборт не вариант. Хотя я еще не осознала, что у меня будет ребенок. Чуть позже, когда все более или менее устаканится, со всем разберусь, а пока есть первоочередные задачи.

– О чем задумалась? – голос мужа проникает в пучину мыслей, и я смотрю на него.

Черный костюм почти сливается с сидением автомобиля. Серебряные часы выглядывают из-под рукава пиджака. Небольшая небритость придает Руслану более брутальный вид. Муж смотрит прямо на дорогу, но все-таки иногда косится на меня, и я замечаю сталь его глаз. Вот только больше не чувствую в них холода, хотя полностью расслабиться не получается. Я теперь не одна, и мне нужно быть осторожной.

Даже учитывая, что брачный контракт – фикция, это не отменяет того, что отец моего ребенка – Руслан. Он или его семейка могут использовать малыша против меня.

– Ни о чем, – отвечаю уклончиво и перевожу взгляд на дорогу. Поток машин кажется нескончаемым. Жаль, что мы не могли выехать чуть раньше. – Нам еще долго?

– Почти приехали, – Руслан останавливается на очередном светофоре и смотрит на меня. – Я тут подумал… – на мгновение замолкает. – Может, на свидание сходим?

Резко поворачиваю к нему голову.

– Что? Зачем? – мои глаза широко распахиваются, а сердце начинает отбивать уже привычный быстрый ритм.

Уголок губ Руслана ползет вверх.

– Мы все-таки женаты, – голос звучит напряженно.

– Временно, – говорю, не подумав.

– Кто это сказал? – Руслан хмурится.

– Ты. Вчера. Попросил дать тебе время, прежде чем разорвать брак, – дыхание перехватывает, поэтому последние слова звучат очень тихо.

Руслан приподнимает бровь, открывает рот, собирается что-то сказать, но его прерывает громкий сигнал автомобиля. Муж бросает взгляд на светофор, нажимает на педаль газа, но вместо того, чтобы поехать прямо, сворачивает одному из многоэтажных стеклянных зданий.

– Я сказал, что разорву контракт, – едет по дорожке, ведущей на парковку, почти заполненную автомобилями. – Про наш брак такого не говорил.

– Но… – приходится сглотнуть ком, который застрял в горле. – Зачем тебе он?

– Я женился на тебе, следовательно, принял решение, – Руслан направляется к единственному свободному месту на парковке. – А своих решений я не меняю. Ты останешься моей женой, – аккуратно вгоняет машину между еще двумя.

– А как же Вика? – стискиваю зубы, вспоминая слова мужа, произнесенные на свадьбе. – Я буду твоей женой, а с ней ты собираешься спать? – выплевываю, чувствуя, как тошнота подкатывает к горлу. – Не проще ли со мной развестись и взять в жены ту, которую ты действительно хочешь?

Приходится сделать глубокий вдох, чтобы не позволить еде, которую я запихнула в себя утром, пойти обратно.

Руслан заглушает двигатель, отпускает руль и поворачивается ко мне.

Вглядывается в мои глаза своими, после чего уголки его губ ползут вверх.

– О разводе забудь! С Викой я сам разберусь, – отрезает, после чего сразу же отворачивается и выходит из машины.

Я же ненадолго остаюсь наедине со своими мыслями, которые сворачиваются в голове в клубок, запутывая меня еще больше. Не успеваю из этого потока выловить что-то путное, как Руслан открывает дверцу с моей стороны и подает мне руку. Принимаю помощь, все еще задаваясь вопросом: “Что он имел в виду под “сам разберусь”?”. Но озвучить его не получается, ведь звонит телефон Руслана. Муж тут же отвечает. Поэтому просто вешаю белую сумочку на цепочке на плечо и иду с мужем к зданию. Мою руку он так и не отпускает, сколько бы я ни пыталась освободить пальцы.

Находясь в прострации едва замечаю, как мы пересекаем стеклянный, залитый светом холл, упускаю на какой этаж поднимается. Лишь когда створки лифта разъезжаются и шум офиса проникает в кабинку, немного прихожу в себя. Руслан уверенно, все еще решая рабочие вопросы по телефону, выходит в молочный мини-холл, который отделяется от широкого коридора стеклянной дверью.

Пока иду рядом с мужем не могу не отметить, с каким благоговением на него смотрят сотрудники, а стоит им заметить меня, на их лицах моментально отражается любопытство. Чувствую себя зверушкой в зоопарке, за которой пришли понаблюдать люди в офисных костюмах с документами в руках.

Хорошо, что это длится недолго, мы доходим до конца коридора, где за перегородкой находится еще один мини-холл с двумя бордовыми диванчиками, круглым журнальным столиком между ними и ресепшеном в углу рядом с деревянной дверью.

Светловолосая девушка в очках и белой блузке встает, когда замечает Руслана. Муж ей кивает, после чего не останавливаясь идет к двери, на которой весит золотистая табличка с его именем. Пока Руслан открывает дверь, не могу избавиться от неприятного ощущения из-за взгляда, прожигающего мою спину, но держу голову гордо поднятой. Но стоит нам войти, как вся бравада растворяется. Ее тут же сменяет защитненский инстинкт, ведь свекровь с визгом налетает на Руслана:

– Почему ты выгнал Вику?!

Глава 19

У меня брови ползут вверх, когда я смотрю на женщину, которая метает взглядом яростные молнии в Руслана. Ее идеальный белый костюм и собранные в аккуратную прическу рыжие волосы никак не сочетаются с бешенством в глазах. Да и обычно красивое лицо искажается почти до неузнаваемости. Брови сдвигаются к переносице. Нос заостряется. Верхняя губа приподнимается, выставляя напоказ оскал с белоснежными зубами.

Я смотрю на женщину, которая была “счастлива” видеть меня в качестве невестки, и не узнаю. Сейчас передо мной настоящая фурия, а не любящая мать, готовая поддерживать свое, а вдобавок и чужое чадо.

– Мама… – начинает Руслан, но Алевтина Дмитриевна поднимает руку, прерывая сына.

– Не надо оправданий, – обрезает, бросая на меня ненавистный взгляд. – Сейчас же позвони Вике и скажи, чтобы она возвращалась, ведь ты выделишь ей комнату.

Алевтина Дмитриевна резко разворачивается на каблуках. Направляется к столу Руслана, на котором стоит ноутбук, органайзер с черными ручками, стационарный телефон и аккуратной стопочкой лежит кипа бумаг. Женщина протискивается между коричневых кожаных кресел, выглядящих темными пятнами на фоне бежевых стен. Нависает над столом и снимает телефонную трубку.

В комнате раздается длинный гулкий “вой”. Он не заглушается даже шумом проезжающих мимо здания машин, который доносится сквозь приоткрытое окно.

– Звони ей! – приказывает Алевтина Дмитриевна, протягивая трубку в нашу сторону.

Из меня вылетает шокированный выдох, а Руслан рядом со мной напрягается.

– Маша, присядь, пожалуйста, – муж подталкивает меня к коричневому кожаному диванчику.

Он вместе со стеклянном столиком, на котором тоже лежат бумаги, но уже в разнобой, стоит недалеко от окна, занимающего всю стену.

Я поднимаю голову и смотрю на Руслана. Вижу напряжение, которое отражается на его лице. Чего только стоят одни сжатые в белую линию губы. Поэтому просто киваю и обхожу его.

Чувствую на себе пронзительный взгляд Алевтины Дмитриевны, но сдерживаюсь от порыва показать ей язык. С моей стороны это было бы совсем по-детски. В небольшой комнате одной истерички достаточно. Поэтому просто подхожу к дивану, сажусь, сосредотачиваясь на противостоянии матери и сына.

– Мама, положи трубку, – голос Руслана звучит твердо, я бы даже сказала, грубо.

– Звони! – Алевтина Дмитриевна трясет трубкой, из которой раздаются уже короткие гудки.

– Мама, я уже давно не маленький мальчик, чтобы мной можно было помыкать, – муж засовывает руки в карманы. Почему-то мне кажется, что этим простым жестом он скрывает сжатые в кулаки пальцы.

– Серьезно? – бровь Алевтины Дмитриевны взлетают. – Как жениться на этой, – небрежно указывает подбородком в мою сторону, – по настоянию отца, так ты согласился. А выполнить простую просьбу матери, так видите ли “уже не маленький мальчик”, – женщина кидает трубку на стол, не удосужившись положить ее на место. – Вот скажи, что сложного в том, чтобы выделить комнату бедной девочке, которой жить негде?

Плечи Руслана расправляются, а сам он медленно выдыхает.

– Мама, тебя не смущает, что я недавно женился? Посторонней женщине в нашем доме не место, – Руслан изо всех сил старается говорить размеренно.

– Ой, все мы знаем, почему ты женился, – свекровь закатывает глаза.

– Просвятишь?! – так жестко спрашивает Руслан, что Алевтина Дмитреевна тушуется.

Быстро переводит взгляд с сына на меня и обратно. Сужает глаза, поджимает губы. Ее глаза бегают, словно женщина пытается придумать другую стратегию и, кажется, находит ее.

– Вы же с Викой всегда были дружны, – делает акцент на последнем слове. – Разве тебе не стыдно выгонять ее на улицу в такой сложной ситуации? – хлопает глазками.

– Во-первых, пятизвездочный отель – это не “улица”, – отрезает Руслан. – Во-вторых, я предлагал ей ключи от своей квартиры в городе, она сама отказалась их взять? – пожимает плечами.

– Ключи от квартиры? – возмущение пропитывает голос свекрови. – Серьезно? Там же даже прислуги нет…

– Тетя Света не прислуга! – прерывает мать Руслан. – Она была со мной с самого рождения.

В глазах Алевтины Дмитриевны мелькает гневный огонь.

– Ты всегда любил ее больше меня, – обиженно выплевывает свекровь, а у меня не получается скрыть удивленный вздох.

Не могу понять, почему эта женщина когда-то казалась мне… адекватной. Видимо, меняет “маски” как перчатки.

– Мама, прошу прекрати… – начинает Руслан, но раздается тихий стук и дверь за спиной мужа открывается.

– Руслан Петрович, – в проеме появляется светловолосая голова секретарши, муж оглядывается через плечо. – Я звонила, но ваш телефон… – лепечет, явно чувствуя напряженную атмосферу в кабинете босса. Глубоко вздыхает. – Вас поставщики уже пять минут ждут.

– Черт, – Руслан пальцами трет переносицу. – Иду, – смотрит на меня. – Подожди меня здесь, пожалуйста, Алена принесет тебе кофе, – говорит нарочито громко и сосредотачивается на Алевтине Дмитриевне. – Мама, мы с тобой обсудим все позже, – заявляет безапелляционно настолько жестким тоном, что даже у меня ледяные мурашки бегут по позвоночнику.

Плечи свекрови же поникает. Она больше ничего не говорит, просто кивает.

Руслан бросает на меня нечитабельный взгляд, после чего выходит, но дверь за собой не закрывает. Хорошо, хоть секретарша возвращается на свое рабочее место, иначе мне пришлось бы с двумя стервозными дамочками, ведь я тут же оказываюсь под прицелом свекрови.

– Ты никогда не станешь частью нашей семьи, – шипит Алевтина Дмитриевна, не хуже змеи. – Лучше бы твоя матушка избавилась от тебя еще до рождения, как планировала.