Текст книги "Попаданец в подарок для эльфийской принцессы (СИ)"

Автор книги: Анюта Тимофеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)

Глава 24

Лекс

Крапивы я не пожалел, увлекся, притащил целый мешок: да пожалуйста, я не жадный, пользуйтесь! Постарался только не думать о том, что скоро получу не просто незабываемые ощущения в прямом смысле на свою задницу, но и развлеку новых знакомых. Перечислил про себя их всех: бабуля, повариха с семьей, Милана с дочками, дед, охранники… Нет, ну детишек-то, надеюсь, уберут от экранов телевизоров, тьфу, с главной площади?! Нечего им там делать, нечем любоваться. И эти крепкие парни-охранники с ворот пусть там и остаются, на воротах, караулят, вдруг кто-то именно в этот момент к нам пожалует. Пусть отрабатывают свое жалованье!

«Ну, вот, уже количество зрителей я уменьшил!», – невесело рассмеялся про себя. Ах, да, еще эльф остался! Наверное, повеселится, глядя на горе-соперника.

Но оказалось, что самое лучшее издевательство придумала как раз сама Мэй. Ну, приняла ведь уже решение, и я его даже оспаривать не собирался! Зачем же искушать снова?

– Неужели не понимаешь, что после публичного наказания ты жить здесь не сможешь? – спросила она, глядя на мой крапивный «улов». – Напомни, пожалуйста, ты не какого-нибудь короля незаконный сын? Гордый слишком.

– Не говорите, пожалуйста, просто сделайте это быстрее! – стараясь не вдумываться в ее слова, практически взмолился я. Я не люблю боль, я ее вообще ненавижу, и даже не представляю, как перенесу позорное публичное наказание, но я не имею права давить на жалость и пользоваться ее добротой. Если опять совершу глупость, а я рано или поздно ее совершу, то не хочу со стыдом думать, что меня в прошлый раз простили, а я снова не оправдал доверия. Пусть уж все будет честно.

– И я снова тебе предлагаю: забуду все твои проступки без наказания.

– Забудете, но не простите? – угрюмо поинтересовался я. – И не забудете, а просто не будете об этом напоминать, но вину это все равно не снимет!

– А что, тебе вину нужно обязательно через задницу снимать? И так каждый раз? – поинтересовалась Мэй, а я, невзирая на общее мрачное настроение, рассмеялся. Похоже, что она права.

– А просто не делать глупостей ты не пробовал? – задала она следующий логичный вопрос.

– Да оно само как-то, – честно ответил я.

– Я заметила, – усмехнулась она, осторожно, платочком, доставая роскошный крапивный побег.

– Осторожно, она жгучая! – предупредил я.

– Я догадалась, – засмеялась она. И продолжила: – Больно, наверное, по голой-то… хм, части тела?

Вот садистка, а? И, в конце концов, я перестал делать трагическое лицо и рассмеялся сам. Ну, ладно, чего уж там! Пострадаю один раз, выживу, наверное… люди здесь к таким зрелищам должны быть привычными, не будут всю оставшуюся жизнь на меня пальцем показывать. А если будут, тогда и начну переживать. А еще можно представить, что это все – съемки, люди вокруг – статисты и съемочная группа. Можно подумать, я бы отказался от подобной роли, если бы она подвернулась!

– А вы потом меня простите? После наказания? И… может быть, подарите немного внимания? Как в прошлый раз?

Я решил воспользоваться поводом и попросить Мэй. Вдруг пообещает? А откажет – что же, я хотя бы попытался!

– Хитрый! – усмехнулась она. – Может быть, может быть. В общем слушай: молодую крапиву – в суп. Бабуля очень вкусный крапивный суп варит, отнесешь ей. Будет отличная пища одного травоядного… да и для тебя, пожалуй, а то, смотрю, силу девать некуда! Оставшееся можно отдать Милене – она из нее варит разные отвары для волос и в крем добавляет, в общем, найдет применение!

– Все отдать? – не понял я. – А как же… Ну, не то, чтобы я очень настаивал, нет – так нет! Если вы так решили…

Знаю, быстро я поменял свое решение получить наказание за все нарушения порядка, но внезапно закончились силы строить из себя крутого. Пусть моя «хозяйка» сама решает…

– Да вот, думаю, что нужно сплести тебе штаны из крапивы, чтобы отвлекался на насущные проблемы и меньше глупостей делал! – мечтательно заметила Мэй. – Кому бы поручить эту работу, как думаешь?

Точно, садистка! Но мне почему-то весело, и уже даже не страшно принять наказание, если все эти шутки его не отменят в итоге. И тут решил сам пошутить, вернее, просто вырвалось, спасибо общей эрудиции:

– Так давайте вызовем сюда Элизу с ее дикими лебедями! Пусть плетет!

– Что?!

Странная у нее реакция, где я прокололся? Мало ли сказок по свету ходит, добавлю еще одну!

– Это легенда есть такая у людей, сказка, я ее только что вспомнил! – на голубом глазу соврал я.

– Я тоже знаю эту сказку, – медленно ответила она, внимательно вглядываясь в мое лицо.

Мэйри

– Сказка? – протянула я. – Ну да, сказка… А откуда ты родом, Лекс?

– С севера, – быстро сказал он.

– А как попал в рабство?

– Попал в плен, и вот… а потом меня продали, – тоже не особо задумываясь, ответил он.

– И кто автор этой сказки?

– Андер… ой! Один сказочник к нам приходил…

– Вот именно, что «ой!» – хмыкнула я. – А откуда ты на самом деле? Лекс, или как тебя на самом деле зовут?

– Если я скажу правду, меня сожгут на костре, или что здесь с колдунами делают? – заметил он, осторожно улыбаясь и пытливо всматриваясь в мое лицо.

Мои смутные подозрения подтвердились: этот мужчина был слишком «не такой», не похож на окружающих, хотя вначале я списывала все на его происхождение: кто знает, как в этом альтернативном мире воспитывают уроженцев знатных фамилий? На простого крестьянина-то Лекс был похож примерно так же, как я – на орчанку. Страха перед хозяевами и вообще теми, кто выше по положению, у него не было, и я думала, что дело в характере. Выходит, не только в нем.

Но теперь я не хочу скрываться и делать вид, что ничего не поняла. Хочется с кем-то поговорить откровенно. Того, что он меня выдаст, не боюсь – для этого нужно быть сумасшедшим, ну, либо просто подонком. И самоубийцей заодно – поверят-то мне, а не ему!

– Лично я жечь не буду, ты мне нравишься! – заметила я. – Да и кто каждый день меня так разнообразно развлекать будет?

– Значит, про «ландшафтного архитектора» мне не послышалось? – поинтересовался он. – А я думал, что у меня в голове такой странный переводчик включился. То есть, вы… тоже? А я, правда, вам нравлюсь? – вдруг добавил, не утерпев.

– Возможно все, – ответила я. – Ты ведь уже сам догадался. Но я первая спросила, так что изволь ответить! И – да, нравишься, но это поправимо! Так как же ты сюда вляпался?!

– Я актер, – ответил он, и замолк. Я удержалась, и не стала подгонять, потому что не так-то просто дать внятное объяснение, как ты оказался непонятно где, да еще и без всяких видимых причин. По крайней мере, у меня «попадание» произошло именно так.

Лекс собрался с мыслями и продолжил:

– Я так понимаю, что мы из одного мира? Значит, его устройство можно не объяснять. Уже легче. В общем, я снимался в исторических фильмах, в фильмах про войну… нет, не на главных ролях, хотя очень надеялся когда-нибудь там оказаться. И однажды на очередных съемках, переодевшись и загримировавшись по роли, шел на съемочную площадку. Что-то случилось, я до сих пор не могу понять – что, я споткнулся, или просто вырубился, а потом оказался на лесной опушке, рядом с местом, где шел бой. Мне еще повезло, что не перенесся прямо в гущу сражения, в то не дожил бы до нынешнего момента. Ну, а дальше вы уже все знаете. Плен, причем меня приняли за какого-то местного разбойника или бунтовщика. Я не стал разубеждать, потому что ничего лучше и правдоподобнее все равно придумать не мог.

– Значит, ты здесь в своем теле? – уточнила я. Не знаю, почему, но это было важно. Может, потому, что к такому Лексу я уже привыкла, и даже полюбила именно таким?

Встала, подошла ближе, прижалась всем телом и прикоснулась к его лицу, исследуя пальцами и запоминая по ощущениям лоб, скулы, упрямо сжатые губы…

– Да, вот он я, весь и целиком, – прошептал он внезапно охрипшим голосом, ловя мои пальцы губами.

– А как тебя зовут тогда? – так же тихо спросила я.

– Алексей.

– Алексей… Леша? Нет, Лекс мне нравится больше!

– Мне теперь тоже! – рассмеялся он.

– Что делать теперь будем, Леша-Алексей-Лекс?

– Не знаю, – сказал он. – Но вариантов мало, как я понимаю? Отсюда нельзя уйти, вернуться обратно в свой мир?

– Вариантов вообще нет, как я понимаю, – ответила ему. – А ты бы хотел вернуться?

– Не знаю, – повторил он. – Теперь – не знаю. Вначале чуть голову себе не разбил от отчаяния, хорошо, что ума хватило промолчать, кто я и откуда. Точно бы сожгли… А теперь мне начинает здесь нравиться. Ну, а вы кто? И как здесь очутились?

– А у меня то ли все сложнее, то ли проще – я очнулась в чужом теле, и пока мне здесь все нравится. Почти все. И ты, думаю, понимаешь, что если захочешь разоблачить хозяйку, никто не поверит?

– Зачем мне это?! – искренне удивился Лекс, а я подумала, что слегка перестаралась с подозрениями и угрозами. И устыдилась. Правда, в отличие от Лекса, мне есть что терять.

Глава 25

Мэйри

– А мне есть, что терять, – повторила я вслух. – Я здесь хозяйка, и это не обсуждается. Люди, которые здесь живут, зависят от меня, и, если у этого места сменится владелица, то их попросту выгонят. А еще мне просто нравится быть главной!

– Мне можно не объяснять, – вдруг серьезно, без всяких усмешек, сказал Лекс. – Могу представить, что ответственность у вас огромная! Не знаю, помогаю ли я хоть чуть-чуть…

– Помогаешь, – успокоила его, – хотя прекрасно вижу, что тебе не нравится такое занятие. Но пока вариантов нет. Хотя есть, конечно: я могу истратить все имеющиеся деньги, не думая, что будет дальше. А еще можно заставить всех поселенцев платить какую-нибудь подать или оброк, как раньше платили крестьяне. Впрочем, уверена, что этот обычай здесь существует. Но я так не хочу, потому что люди и так отдают, чем могут – например, своей работой. Я и тебе потом придумаю занятие повеселее!

– Да что я, ребенок, что ли, чтобы только приятные вещи делать! – возмутился Лекс. – Сколько надо, столько и потерплю. Ну, а если сорвусь, всегда есть крапива.

– Да, тему крапивы мы еще не полностью закрыли! – улыбнулась я. – Знаешь, я бы помогла тебе вернуться домой, в наш мир, если бы могла. Но, похоже, все работает само по себе, и сделать ничего нельзя. Если тебе совсем плохо живется, могу отпустить, но это будет очень глупо! Мир опасный, и вполне возможно напороться на разбойников-работорговцев, или каких-нибудь орков. В общем, не советую проверять.

– Я не хочу бежать, – повторил Лекс. – В какую-нибудь другую страну этого мира – точно не хочу. Вот если бы предложили вернуться обратно на Землю – честно, не знаю, как бы я тогда поступил.

– Здесь, в этом мире, ты со своим Андерсеном сразу спалишься! – поддела его.

– Вы с «ландшафтным архитектором» тоже, между прочим! – не остался он в долгу.

– Хм, ты же, как бы, предполагался простым человеком, откуда тебе знать какие-нибудь эльфийские словечки?

– Нет, ну а вам, как эльфийке, откуда знать, какой там в мой предполагаемый замок приходил менестрель или балалаечник, и какие он сказки мог рассказывать?

– Любишь, значит, чтобы последнее слово за тобою оставалось? – зловеще протянула я, искренне наслаждаясь ситуацией. – Кстати, я, как представительница высшей расы – прошу это особо отметить! – так вот, как эта самая представительница, я могу ведь знать все легенды и сказки. Может, образование тут такое продвинутое!

– Понял, не дурак! – рассмеялся он. – Насчет последнего слова – есть такой грех, борюсь с ним. Главное, чтобы это слово не стало последним перед казнью!

– Надеюсь, до этого никогда не дойдет, – серьезно ответила я. – Ну, мне нравится, что ты хотя бы не упорствуешь в своих заблуждениях.

– Я уже понял, что вы сверху! – уже не сдерживаясь, засмеялся он, а я присоединилась:

– И тебе это нравится, я правильно поняла?

– Кажется, да, – признался он с наигранной обреченностью. – Но только иногда! Я же могу выбирать, правда?

– Поглядим, – пообещала я. – А скажи мне, у тебя кто-то остался дома, на Земле, к кому ты хотел бы вернуться? Девушка, к примеру?

– Нет, никого, – твердо ответил Лекс. – А вот про девушку… забавно, что вы спросили.

Видимо, по моему лицу он прочитал, что ляпнул что-то не то, и поспешил пояснить:

– Бывшая девушка! Действительно, бывшая, мы расстались давно, уж очень сильно не сошлись характерами. Черт, я знаю, что мужчина не должен быть сплетником, но там все так подозрительно получилось… Или это просто бред? Не знаю. И мне даже поговорить здесь не с кем, так что простите, что на вас это вываливаю!

– Да давай уж, рассказывай! – поторопила я, усаживаясь поудобнее и приготовившись слушать. – Заинтриговал же!

Получив разрешение, Лекс начал рассказ:

– С девушкой мы разошлись, не встречались, не общались, и вдруг на съемках последнего фильма она работает костюмером! Нет, как раз все логично – это ее профессия. Такое совпадение меня не порадовало, конечно, но от работы отказываться не стал, просто старался поменьше общаться, и только по делу. И вот именно после того, как мы поговорили и я надел подготовленную ею форму, произошло что-то непонятное, провал сознания, и я очутился здесь! Но бред же получается!

– Бред – не бред… – заметила я. – Но вообще все, что с нами произошло – это бред для нормального человека. Если бы я сама не попала в такую ситуацию, никогда бы тебе не поверила. Так что, боюсь, правды мы уже не узнаем.

– То есть, я прав, и меня бы посчитали колдуном и сожгли на костре?

– Да запросто! – согласилась я. – Именно поэтому я тоже молчала, как и любой разумный человек. Но ты, получается, не умер в нашем мире?

– Получается, я оттуда просто исчез, – ответил Лекс. – Здесь-то я в своем настоящем теле. А вы?

– А я настоящая не такая красивая, как Мэй, – только и сказала я.

– Красивая… – задумчиво ответил Лекс. – Не бейте сильно, но первое впечатление от новой хозяйки у меня было: не слишком добрая девушка, и это еще мягко сказано. О красоте я как-то даже не задумался.

– Хм, ну, ты-то вообще был разбойником с большой дороги! – заметила я. – Кто же знал, насколько ты опасен. Дед предлагал вообще держать в цепях.

– Да я без претензий, – засмеялся Лекс. – Я знаю, что на девушек, да и вообще на мирных людей, не бросаюсь, но откуда вам было это знать!

– И тут мы плавно подходим к твоим взаимоотношениям с моим эльфиком, – сказала я. – Зачем ты его дразнил?

– Если бы я знал! – ответил он. – Ну, да… цеплялся к нему, получил за это урок. А он… нормальный? В смысле, он не попаданец?

– Ага, все вокруг попаданцы, и других людей здесь вообще нет! – рассмеялась я. – Нет, он «нормальный» в этом смысле. Надеюсь на это, по крайней мере. Но его ситуация хуже твоей, поэтому прощать твои поступки больше не буду. Я серьезно говорю.

– Да, я понял. А что с ним случилось?

– А вот это не моя тайна, поэтому говорить не буду. Захочет – сам признается.

– Согласен, – кивнул Лекс. – И… спасибо! За то, что вы не выдаете тайны, и никто не будет смеяться над моими ошибками и моими проблемами.

– Обращайся! – улыбнулась я. – Кстати, я собиралась «выйти в свет» в местном варианте, то есть съездить на городской рынок. Ты хочешь составить мне компанию?

– Конечно! – с неподдельным восторгом согласился Лекс.

Глава 26

Мэйри

– Но поездка будет завтра, а сегодня… Хочешь проверить пределы своего терпения? – продолжила я.

– Что? – искренне удивился он.

– Я же сказала, что тема крапивы еще не исчерпана? – напомнила я. – Так ты согласен?

– Да, согласен! – практически не раздумывая, ответил он.

– Ладно, принято! – засмеялась я. – Зачтено. Но я не хочу, чтобы ты жалел о своем поспешном решении. Так что вначале объясню, а потом ты согласишься еще раз. Или не согласишься. Чтобы все же знал, чего ожидать от меня в дальнейшем.

– А если я даже раздумывать не буду? – удивил своей решительностью Лекс. – Я почему-то знаю, что ты… вы надо мною издеваться не будете.

– Ладно, и «ты» сойдет! – сдалась я. – Вот не выходит из меня строгой хозяйки и госпожи. Как жить дальше – совсем уважать перестанут…

– Выходит! – успокоил Лекс, неожиданно крепко обнимая за талию.

– Крапива! – напомнила я.

– Ладно, давайте покончим с этим! – почти покорно согласился он.

– Эльфов больше не трогать! – зловеще прошептала ему в ухо, напоминая себе строгую хозяйку, которая держит за шкирку собаку, выговаривая ей, чтобы не трогала домашних кошек.

– Да он сам кого хочешь тронет! – обиженно ответил Лекс. Потом добавил уже серьезнее: – Честно говоря, мне уже стало стыдно, потому что он не злопамятный. А я ревнивый дурак.

– Ревнивый? – удивилась я.

– А вы не догадываетесь? – не меньше удивился он.

– Ну, тогда за ревность! – я достала платком роскошный стебель крапивы, произнося этот своеобразный тост. – Ну, что? – вопросительно взглянула на свою будущую жертву, давая ему последний шанс отказаться и сбежать.

Лекс героически потянулся к пуговицам рубашки и начал расстегивать их одну за другой. Я тоже придвинулась ближе и помогла ему освободиться от рубашки. Лекс облегченно вздохнул, поняв, что на штаны пока никто не покушается. Ладно, сейчас обойдемся верхней частью тела…

Пока не передумала, вытянула его этим стеблем вдоль спины, видя, как от жгучего удара вздрогнуло тело передо мною. И сама сдавленно зашипела, потому что тоже ухитрилась обжечься ядовитыми волосками растения, неловко схватив побег.

– Что? Обожглась? Дай, посмотрю! – совершенно выпал из образа покорного раба Лекс, поворачиваясь и пытаясь взять в ладони мою руку, чтобы рассмотреть масштабы бедствия.

– Да все в порядке! – ответила я, но руку не стала отдергивать. Неожиданно приятно было чувствовать, как мужчина внимательно изучает мою покрасневшую кожу, а потом прикасается к ней губами.

– Ну, и как после этого продолжать?! – задала риторический вопрос.

– Ох, прости… простите! – извинился он. – Я не специально.

– А я уже специально! – с преувеличенным вздохом констатировала я. Потом повернулась, чтобы видеть его спину. От крапивы по ней тянулся покрасневший и слегка опухший след. Конечно, ничего смертельного в этом нет, он же мужчина! Но… настрой проверять пределы его терпения пропал. Вместо этого провела языком по следу удара, дразня, а потом целуя кожу. Мужчина потрясенно замер, буквально кожей впитывая ласку.

«Не буду поступать, как тут принято, или как было бы благоразумно в такой ситуации, – вдруг подумала я. – Жизнь слишком коротка. Я буду делать так, как сама считаю правильным».

Лекс понял, что мое настроение переменилось, и молчал, ожидая следующего шага, только размеренно дышал.

Я оставила в покое его спину, и мы снова оказались лицом к лицу.

– Ты актер, получается? – я не отказала себе в удовольствии обнять его за плечи, постепенно опуская ладони на грудь, изучая выпуклые мышцы.

– Да, – тихо ответил он, смело поглаживая меня по спине и спускаясь на талию.

– Ты красивый, – констатировала я факт. – И умеешь нравиться.

– Я стараюсь! – ответил, и даже по голосу чувствовалось, что он улыбается. Потом немного смущенно добавил: – Я же не мировая знаменитость, так, почти самоучка!

– Но мне ты нравишься больше, чем какая-нибудь знаменитость! – ответила я. – И намного больше, чем тот, кто обучен всем гаремным премудростям – вот ведь неожиданность!

Глава 27

Мэйри

Василь, узнав о грядущей поездке, тут же вызвался меня сопровождать, но перед этим предупредил:

– В дороге надо быть поосторожнее, госпожа! Недавно совсем близко степняков видели.

– Степняков? – удивилась я.

– Да, кочевые племена совсем страх потеряли, особенно орки. Может, у них там голод, может, великое переселение какое-нибудь… Я старого друга несколько седмиц назад встретил в городе, он об этом рассказывал. Да вот, и ребята с ворот наблюдали вдалеке небольшие отряды, похоже, что разведчики. И я сам следы чужие видел.

Я поежилась: совсем забыла, что новый мир, конечно, интересный, но дикий и временами страшный. Войны, плен, разбойники… Это еще Леше-Лексу просто нереально повезло, что его в плен захватили, а не ранили или даже убили.

Дед понял, что напугал своими рассказами, посмотрел виновато:

– Я бы помолчал, конечно, да как бы хуже не было.

– Да нет, спасибо, дед Василь, что напоминаешь. А то попадем к диким разбойникам, не порадуемся. Может, не ездить? Но не сидеть же взаперти вечно?

– Дорога-то безопасная, ближе к городу ее стражники патрулируют, – начал он рассуждать вслух. – Вам бы, конечно, охрану себе завести, и для поездок, и здесь держать. Потому что, ведь если орда эта захочет поживиться, то стражники наши им не преграда. Конечно, я буду драться, и другие мужчины тоже…

– Но их мало, – вздохнула я. – И не все они воины. А ты ведь воинскому делу обучен, да?

– Да, я вначале в дружине служил, – начал дед, просветлев лицом. – Молодость всегда приятно вспомнить, даже если она прошла в опасных приключениях. Потом наемником был, но не разбойником! Караваны охранял. А потом меня в ногу ранили, рану вылечили, но нога стала плохо сгибаться, уже не брали в охрану. Да и я бы сам не пошел, побоялся бы товарищей подвести. Ну, вот так потом и жил – плотничал, охотился – много ли мне одному надо! Семью так и не завел…

– Зато здесь как будто семья получилась! – сказала я, потому что давно воспринимала его как родного человека.

– Да, теперь буду всех защищать, если понадобится! – без колебаний заявил Василь. – И вас, госпожа, в первую очередь. Надеюсь, все же никто не решится напасть, но, если нужно, голову положу!

– Не надо голову складывать, я всех хочу видеть живыми и здоровыми! – сказала я.

– Дай-то Бог, дай Бог, – проговорил старик. – Я очень рад, что здесь живу, с людьми, и есть, с кем поговорить, но за вас опасаюсь. Лес кругом, охраны мало, как здесь девушка молодая живет? Да еще простым людям дала приют. Я долго думал, что неспроста это, потом потребуете оброк заплатить. А вы, вон, добрая! Но, дочка, опасно это… Ох, простите, госпожа! – он прикрыл рот рукой, поняв, что слишком вольно разговорился с хозяйкой земли.

– Ничего! – рассмеялась я. – Я смогу разобраться, где неуважение, а где беспокойство и забота. И мне нравится новая семья. И пусть в этой семье будет дедушка. Что-то с родней мне в последнее время сложнее жить, чем с чужими людьми. Мой отец ведь был человеком, только я его никогда не видела. То ли ушел он, то ли не дожил до моего рождения… Не знаю, не помню.

– Да я же… – тоже расчувствовался дед. – Да я же только рад! Только вам бы безопаснее в замке под защитой родни жить!

– С моим характером я их сама поубиваю, и ничего будет не безопаснее! – фыркнула я. – Так что буду жить здесь! Да и куда всем людям-то податься? А моим «подарочкам», парням? Как и кем им жить в замке?!

На том и порешили – что все будут поосторожнее. Да, конечно, дополнительная охрана тоже не помешала, но, надеюсь, пронесет, ничего не случится.

* * *

Лекса я уже обещала взять с собой в поездку, Тэйлу тоже решила предложить. Я не боюсь, что он может сбежать по дороге, а безвылазно сидеть в нашем поместье ему наверняка скучно.

Но, неожиданно, он отказался.

– Госпожа, если это возможно, я бы не хотел там показываться. Конечно, если вы прикажете, то я поеду.

– Нет, я не буду приказывать, – ответила я. И подумала: ему стыдно? Эльф в положении слуги или даже раба, и об этом легко догадаются окружающие – конечно, его гордость будет корчиться в муках.

Если вначале я думала, что Тэйлу будет интересно время от времени выезжать за пределы нашего маленького поместья, то потом поняла ход его мыслей, и решила, что желание не быть забавой для посторонних тоже достойно уважения.

Вообще, удивительно, и даже трогательно наблюдать, как мой эльф обожает находиться на солнце, будто впитывая его лучи, а ещё нежно дотрагивается до лесных цветов, если думает, что этого никто не видит. Когда я застала его за этим занятием, он смутился и начал путанно объяснять, как было тяжело жить в каменных мешках-замках, ощущая ненависть и зависть их обитателей; он только сейчас понял, чего был лишен столько времени, как эти чувства выжигают изнутри.

Единственное – Тэйл не знал, что отголоски конфликта с Лексом до меня доносились, и я знаю, что эльф назвал того "крестьянином". Интересно, он врёт мне сейчас, что очень любит природу, или с другим мужчиной, да ещё тоже непростым по характеру, эльфик просто "сцепился рогами", как олени или лоси в брачный период, и решил поддеть его ещё и словесно?

Пока сложно сказать, стоит ли доверять такому непростому "подарочку", но интуиция уверяет меня, что Тэйлу можно верить. Возможно, конечно, что эта моя интуиция просто неравнодушна к красивым загадочным мужчинам… Что же, поживем – увидим!

Лекс, неожиданно оказавшийся рядом во время разговора, с интересом взглянул на соперника, но ничего не сказал. Несомненно, он тоже понял причину отказа, но поддевать парня не стал.

* * *

Лекс не настолько загадочный, как «трофейный» эльф, он попроще, и не так ослепительно красив, но все равно для меня ближе и роднее. Причем был ближе, даже когда я не знала о нашей общей тайне. И Лекс с удовольствием согласился поехать в город, поскольку не особенно переживал о мнении окружающих на свой счет, а мир посмотреть хотелось.

Дорога на городской рынок занимала больше трёх часов, поэтому выехали с рассветом. Естественно, компанию нам составил Василь, еще Милана с дочками, глаза которых загорелись восторгом при одном упоминании поездки, а также муж нашей поварихи, Питер, с сыном.

Дед управлял моей повозкой, Питер – второй, где ехала Милана с детьми, а его сын гордо восседал на довольно смирной лошадке. Лекс на отдельной лошади не настаивал, и составил мне компанию внутри фургона. Перед этим он признался, что держаться на лошади умеет, но сильно сомневается, что верхом одолеет дорогу туда и обратно.

Когда выехали за ворота, я поймала себя на том, что начинаю без конца выглядывать в окно, осматривая окрестности, и нервно прислушиваться. Сказанное дедом не выходило из головы. Насчет охраны он, конечно, прав, но держать на довольствии еще нескольких здоровенных мужиков, выплачивая им жалованье, довольно накладно. К тому же никто не поручится, насколько они добросовестные и умелые в воинском деле, как бы хуже не вышло. Ладно, пока будь что будет. Может, у них тут постоянно какие-нибудь лихие люди пробегают, просто я, как и Мэйри, никогда об этом не задумывалась.

Лекс заметил мою нервозность, спросил:

– Что, госпожа? Что-то случилось?

Правила игры мы с ним не стали менять, чтобы не вызвать подозрений у окружающих, да и, пожалуй, потому, что мне нравилось такое отношение. Кажется, Лексу подобное поведение тоже не доставляло неудобств, поэтому обращение «госпожа» прижилось.

– Да вот, рассказал мне дед Василь о ситуации с разбойниками, теперь немного дергаюсь, – сказала я.

– Не думал об этом, – через пару мгновений ответил Лекс. – А ведь это правда, места здесь неспокойные. Приучила нас прежняя жизнь к беспечности, ничего не скажешь!

– Но возвращаться в эльфийский замок, под защиту и под контроль родни, не собираюсь! – решительно заявила я. – Привыкла быть сама себе хозяйкой. К тому же, получится, что там есть место только для меня, но не для всех остальных наших людей.

Мы оба задумались на некоторое время, но ничего более подходящего не придумали. Однако рассуждать на манер Умной Эльзы о предполагаемых неприятностях не очень хотелось, поэтому тему сменили.

К счастью, дорога прошла спокойно, тем более, что рядом с городом начали встречаться конные патрули, и я успокоилась. Хотелось забыть об опасностях, и просто любоваться новой нежно-зеленой листвой, умытой утренней росой, и наслаждаться солнечными лучами, пронизывающими это великолепие расцветающей весенней природы.

* * *

Город был «человеческий», селились здесь в основном люди, и напоминал он те средневековые каменные города, которые еще остались памятниками в нашем мире.

Правда, улочки были не узкими, какие мне запомнились после посещения одного из таких городков, а привычной ширины, только вымощенными булыжниками, как и положено до появления асфальта. А еще не наблюдалось никакой антисанитарии, которая пугала реалистов при словах «средневековый город». Похоже, мне довелось попасть в слегка модернизированное альтернативное Средневековье, к которому явно приложили руку эльфы со своей магией или техническим прогрессом.

Поэтому можно было смело сосредоточиться на плюсах этого мира, знакомясь с настоящим колоритным рынком.

Все мои спутники, добравшись до главной рыночной площади, прыснули врассыпную, как мальки в воде, и теперь азартно, или, наоборот, степенно и по-деловому, выбирали нужный товар. Что-то из этого было необходимо в хозяйстве, что-то – просто баловство, но без маленьких радостей жизнь скучна.

«Съедобная» часть базара пахла божественно-вкусной выпечкой, копченостями, какими-то специями и солениями-маринадами. При этом я прекрасно знала еще по прошлой жизни, что пахнут эти острые соления лучше, чем потом оказываются на вкус, но все равно тянуло все попробовать и купить.

Вспомнив правила, что нельзя ходить за покупками на пустой желудок, мы с Лексом умяли по паре пирожков с мясной начинкой, потом перешли к сладкой выпечке, не забывая взять запас на обратную дорогу, а после запили киселем.

Сытые и довольные, перешли в мясной отдел, где я, вздохнув и подсчитав деньги, указывала на связки колбас и окорока, которые тут же собирали в корзины мальчишки-носильщики. Проконтролировав, чтобы все покупки погрузили в повозку, решила еще «просто посмотреть» другие товары. Представьте себя на экскурсии где-нибудь в экзотической стране, разве возможно быстро уйти с шумного восточного базара?

За «тряпочными» рядами располагалось то, что в современном мире до сих пор называют «блошиным рынком», то есть там продавали абсолютно все. Покупать эти неожиданные вещи у меня желания не было, но посмотреть все равно было интересно. Лекс сопровождал меня, не отходя ни на шаг, демонстрируя, что вот эта девушка под охраной, и добычей карманников или рыночных мошенников не станет.

Насмотревшись на экзотику, устав от шума и насытившись новыми впечатлениями, решила повернуть назад. Думаю, остальные мои спутники тоже успели затариться всем необходимым, и готовы двинуться в обратный путь.

Палатка из слегка полинявшей парчи или другой яркой восточной ткани стояла чуть поодаль, и привлекла внимание гадальными шарами, украшавшими вход. «Зайти или пройти мимо?», – подумала я, но в этот момент на пороге появилась женщина, явно немолодая, с характерными черными восточными глазами, горбоносая, но с неожиданно рыжими роскошными кудрями.

– Зайдешь, красавица? – спросила она. – А хочешь, спутнику твоему красивому погадаю?

Вот зачем мне гадалка? Что интересного она может сказать? Наврет же с три короба, пытаясь угадать по лицу посетителей, какие проблемы их волнуют, и будет выманивать деньги! «Дай погадаю, красавица! Счастливая будешь, красавица!»