Текст книги "Эволюционер из трущоб. Том 16 (СИ)"

Автор книги: Антон Панарин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

– Это просто невероятно, – пробормотал он, обходя её вокруг и разглядывая со всех сторон. – Будто перед моими глазами стоит совершенно другой человек. Если бы я не знал, что Роза Львовна мертва, я бы поклялся, что это действительно она. Даже походка у вас такая же стала, осанка, манера держать голову. Как вы…?

– Я росла рядом с этой падалью целых восемнадцать лет, – невозмутимо ответила Маргарита Львовна, поправляя парик и улыбаясь той самой холодной улыбкой, которой славилась её сестра. – В детстве мы постоянно разыгрывали родителей, менялись местами, выдавали себя друг за друга. Так что изобразить её для меня не составляет труда, тем более, что я знала её лучше, чем кто-либо другой.

Ежов хмыкнул, явно впечатлённый, но потом его лицо снова стало серьёзным, так как вдали прогремел ещё один взрыв.

– И зачем вам понадобилось выглядеть как ваша покойная сестра? – осторожно поинтересовался он. – Неужели это как-то поможет нам завершить войну?

– А вы догадливый, – в глазах Маргариты Львовны появились опасные искорки. – Скажите, а вы разбираетесь в технике? В современных устройствах, механизмах, всяких там записывающих приспособлениях и прочей дребедени?

Ежов, явно не ожидавший такого вопроса, удивлённо приподнял бровь, но после пожал плечами и неуверенно кивнул.

– Ну так, более-менее, – осторожно ответил он. – Не сказал бы, что я эксперт, но общие принципы понимаю. Имел опыт работы с разного рода артефактами. А что вас интересует конкретно?

Маргарита Львовна подошла к нему вплотную и положила руку на плечо, её глаза блестели от предвкушения того, что она задумала.

– Тогда давайте заглянем в комнату охраны, милый мой, – сладко пропела она, указывая рукой в сторону дальнего коридора. – Там должен быть кристалл, хранящий записи с камер видеонаблюдения. И если нам повезёт, то война завершится в течение часа.

Ежов нахмурился, явно пытаясь понять, к чему она клонит, но спорить не стал, просто кивнул и направился в указанную сторону. Маргарита Львовна последовала за ним, её каблуки снова застучали по полу, а в голове уже крутился план того, что именно она собирается сделать с этими записями.

Они прошли по коридору, спустились на один пролёт по лестнице, миновали ещё несколько поворотов и наконец остановились перед невзрачной дверью с табличкой «Служба охраны. Посторонним вход воспрещён». Ежов толкнул дверь, она оказалась незапертой, и они вошли внутрь.

Комната была небольшой, заставленной столами на которых стояли десятки магических кристаллов различных размеров, каждый из которых светился тусклым голубоватым светом. На стенах висели большие экраны, показывающие происходящее в различных частях дворца, некоторые из них были разбиты или потухли, но большинство всё ещё работало.

За одним из столов сидел охранник в форме Имперской гвардии, его голова была откинута назад, глаза закрыты, а из горла торчала рукоять кинжала. Мёртв, убит совсем недавно, судя по ещё не свернувшейся крови, стекающей по форме.

– Похоже, кто-то решил уничтожить улики, – задумчиво протянул Ежов, подходя к телу и осматривая его. – Убили охранника, который следил за записями. Интересно, кто и зачем?

– Наверняка по приказу моей покойной сестрицы, – равнодушно отозвалась Маргарита Львовна, игнорируя труп и направляясь прямо к столу с кристаллами. – Роза всегда была параноиком, боялась что кто-то увидит или запишет то, чего не должен. Но судя по тому, что кристаллы всё ещё работают, убийца не успел уничтожить все записи. А это значит, что где-то здесь должна быть очень интересная информация, которую я собираюсь заполучить.

Она принялась рыться в ящиках стола, перебирая бумаги, журналы наблюдений, различные документы. Ежов тем временем подошёл к кристаллам и начал осматривать их, изучая руны, выгравированные на поверхности, и пытаясь понять, как они работают.

– Вот это да, – присвистнул он, дотрагиваясь до одного из крупных кристаллов. – Эта штука записывала всё, что происходит в тронном зале последние несколько недель. Изображение, звук, даже магические флуктуации фиксирует. Настоящее произведение искусства с технической точки зрения.

Маргарита Львовна резко обернулась, её глаза загорелись алчным огнём, и она бросилась к столу, где стоял этот кристалл. Схватила его обеими руками, подняла к свету и посмотрела, как внутри него клубятся туманные образы запечатлённых событий.

– Значит, на этом кристалле записано всё, что произошло в тронном зале сегодня? – быстро спросила она, не отрывая взгляда от кристалла.

– Судя по датам, да, – подтвердил Ежов, наклоняясь и читая мелкие рунические символы, выгравированные сбоку. – Последняя запись датирована сегодняшним днём, буквально час назад. Там должно быть всё.

Маргарита Львовна прижала кристалл к груди, её губы растянулись в торжествующей улыбке, которая осветила всё лицо. Она нашла то, что искала, нашла доказательство, нашла оружие, которое будет посильнее любых мечей и магии.

– Отлично, просто отлично, – довольно протянула она, пряча кристалл в декольте платья. – А теперь, Виктор Павлович, будьте добры, переместите меня к моим внукам. Думаю, им будет очень интересно узнать, какой подарочек принесла их/им? бабушка.

Ежов кивнул, протянул ей руку, дождался, пока она возьмёт его за запястье, и тут же телепортировался. Воздух вокруг них засветился синим светом, начал искажаться и закручиваться. Мгновение – и они исчезли.

Глава 6

Тело ныло от множественных переломов. Кровь продолжала сочиться из ран несмотря на то, что регенерация работала на полную катушку, пытаясь склеить меня обратно в более-менее функционирующего человека.

Правая рука всё ещё представляла собой изломанный и обугленный кошмар из почерневших костей, обтянутых лоскутами восстанавливающейся плоти. Выглядело это настолько мерзко, что я старался не смотреть в её сторону.

– Знаешь, Тёма, – прохрипел я, зачерпывая воду из фонтана здоровой левой рукой и плеская себе в лицо, чтобы смыть кровь и копоть. – Я сожрал уже десяток батончиков, и лишь немного восстановил ману. Понятия не имею, как мы остановим эту бойню.

Вдали прогремел взрыв, и Артём печально усмехнулся, откинув голову назад. Он закрыл глаза, а его лицо было бледным как у покойника, губы потрескались и кровоточили, под глазами залегли тёмные круги размером с блюдца. На секунду я решил, что он и правда помер, но с помощью эхолокации услышал, что сердце брата всё ещё бьётся.

– Ты ещё относительно бодро выглядишь, – откликнулся он, не открывая глаз. – А я вообще чувствую себя так, словно меня переехал поезд с углём, потом развернулся и переехал ещё раз для верности. Мана на нуле, голова раскалывается, в глазах двоится. Но это всё фигня. Главное, что мы справились.

– Справились, – повторил за ним я и распрямился, скорчившись от боли, прострелившей позвоночник и рёбра. – Знаешь, пару лет назад если бы кто-то мне сказал, что Артём Прохоров из пансионата не просто станет моим братом, настоящим, не только по крови, но и по духу – я бы рассмеялся. Ты ведь был чёртовым садистом.

– Не напоминай, – отмахнулся Артём. – Если бы я мог вернуться в прошлое, сам себе бы морду набил.

– А вместо этого тебе набил морду Император. Ха-ха, – хохотнул я и снова скривился от боли. – Такой чести удостаивается не каждый.

Премного благодарен, – улыбнулся Артём.

Я хотел что-то добавить, но не успел. Прямо перед нами, между фонтаном и дворцом, воздух вспыхнул яркой синей вспышкой. Пространство исказилось, закрутилось в водоворот энергии, а после из вспышки материализовалась фигура в тёмно-синем бархатном платье. Роза Львовна. Мать Императора.

Она стояла перед нами, сложив руки на груди, её лицо было холодным и надменным, губы сжаты в тонкую линию, а глаза смотрели на нас с нескрываемой ненавистью. Тёмно-каштановые волосы были аккуратно уложены, макияж безупречен, платье не имело ни единого пятнышка. Она выглядела так, словно только что вернулась с королевского приёма, а не пережила штурм дворца и смерть собственного сына.

– Проклятье! – взревел Артём, и попытался призвать огненное копьё, но ничего не вышло, ведь мана была на нуле. – Эта старая сука хочет отомстить за своего сына! Миха, давай замочим её! Вдвоём мы точно справимся!

План был замечательный, но сил едва хватало, чтобы стоять, не то что драться с Розой Львовной. Если она решила напасть прямо сейчас, то мы трупы, причём быстро и безальтернативно.

Но Роза Львовна не атаковала. Вместо этого она стремительно подошла к Артёму, который продолжал угрожающе держать руки перед собой, готовый в любой момент броситься врукопашную, и с размаху влепила ему звонкую оплеуху. Удар был настолько сильным, что Тёма пошатнулся, его голова дёрнулась в сторону, а на щеке* мгновенно проступил красный отпечаток ладони.

– Та сука, о которой ты говоришь, уже мертва, кретин ты малолетний! – рявкнула она голосом, полным ярости, но в этом голосе было что-то знакомое, что-то родное, что заставило меня замереть и присмотреться внимательнее. – А я твоя родная бабушка, и если ты ещё раз назовёшь меня сукой, то следующий подзатыльник станет для тебя последним!

Артём замер, его глаза расширились от удивления. Он моргнул несколько раз, вглядываясь в лицо женщины перед ним, пытаясь понять, что происходит.

– Ма… Маргарита Львовна? – неуверенно протянул он, трогая пальцами пылающую щеку. – Это вы? Но как… почему вы выглядите, как…

– Как моя покойная сестрица? – закончила за него Маргарита Львовна, и её губы растянулись в довольной усмешке. – Потому что мне нужно было выглядеть именно так. Парик, платье, макияж, немного актёрского мастерства и вуаля, перед вами Роза Львовна собственной персоной. Ну или почти собственной, если не считать, что настоящая Роза померла.

Артём потупил взгляд, его щеки покраснели от стыда, и он пробормотал едва слышно:

– Простите, я не узнал вас сразу…

– Если продолжишь обращаться со мной как с незнакомкой, я врежу тебе снова, – предупредила Маргарита Львовна и обняла внука.

В этот момент Артём чуть не расплакался. Голос его задрожал, и он с трудом выдавил из себя:

– Я… Я подумал, что раз Император мёртв, то его мамаша решила отомстить… Не хотел называть тебя сукой, честное слово. Бабуль.

Маргарита Львовна фыркнула, но по её лицу было видно, что она уже не сердится, скорее даже довольна тем, что её маскировка оказалась настолько убедительной. Она похлопала Артёма по спине, после чего повернулась ко мне и окинула критическим взглядом с головы до ног, задерживаясь на моей обугленной правой руке и множественных ранах.

– Миша… – мягко произнесла она. – Ты выглядишь просто ужасно. Как будто тебя пропустили через жернова мельницы, а потом ещё и для верности топтались сапогами. Надеюсь, что Император выглядел ещё хуже после того, как ты с ним закончил?

Я усмехнулся, чувствуя, как тело наконец-то начинает расслабляться, потому что рядом был кто-то родной, и можно было хоть на минуту выдохнуть.

– Императора разорвало на куски, потроха во все стороны полетели. Правда пришлось изрядно попотеть, чтобы до него добраться, но мы справились. Ну и так уж вышло, что Императрицу тоже прикончили, хотя это скорее побочный эффект, – похвалился я, заметив, что Артём отвёл взгляд – переживает из-за смерти матери.

Да, она была той ещё тварью, но всё же матерью. Маргарита Львовна кивнула, в её глазах мелькнуло удовлетворение, но потом лицо снова стало серьёзным, и она посмотрела на нас обоих с выражением строгой учительницы, которая собирается спросить домашнее задание.

– Ну и какой у вас план? – деловито поинтересовалась она, скрестив руки на груди и ожидая ответа. – Император мёртв, дворец разрушен, Империя в хаосе. Что вы собираетесь делать дальше?

Я почесал затылок здоровой рукой, обменялся взглядом с Артёмом, который пожал плечами, показывая, что понятия не имеет, и неуверенно начал:

– Ну, мы думали объявить, что Император мёртв и…

– И гвардия Императора тут же бросит оружие и преклонит перед вами колени? – закончила за меня бабушка, её голос был полон сарказма и иронии. – Увы, внучек, так это не работает. Жизнь это не сказка, где после смерти злодея все автоматически признают героев новыми правителями и начинают им служить. Здесь нужна власть, легитимность, поддержка дворянства и военных. А у вас этого нет.

Я нахмурился, понимая, что она права, а ещё я понял, что у старой интриганки есть план.

– Я весь внимание. Рассказывай свой гениальный план, – улыбнулся я, сложив руки на груди.

– Как думаете, зачем я так вырядилась? – продолжила Маргарита Львовна, проведя рукой по своему платью и парику. – Неужели просто ради забавы решила поиграть в переодевалки?

– Хотела соблазнить Ежова? – ляпнул я первое, что пришло в голову, не подумав, как это прозвучит.

За спиной бабушки материализовался сам Ежов в синей вспышке телепортации, его лицо мгновенно залилось краской, и он начал отчаянно мотать головой, пытаясь показать, что это вообще не так, и он даже не думал ни о чём подобном. А я получил увесистый подзатыльник от бабушки, от которого из глаз посыпались искры, а в ушах зазвенело.

– Идиот ты, Михаил Константинович, – с добротой в голосе произнесла Маргарита Львовна. – Нет, я не собираюсь никого соблазнять. С сегодняшнего дня я буду играть роль матери Императора. Только её слово имеет вес для Императорской гвардии и дворянства. Тем более сейчас, когда Император погиб, нам нужен кто-то, кто сможет взять управление в свои руки и не дать Империи развалиться на куски.

Если бабушка будет играть роль Розы Львовны, матери покойного Императора, то она автоматически получит доступ ко всем рычагам власти. Тем более, что Роза Львовна уже была Императрицей после смерти мужа и до возведения на престол сына. Аристократия знает и уважает её. Даже не так, знает и боится старую ведьму. А значит, план бабушки может сработать.

Гвардия будет подчиняться ей как последнему представителю Императорского рода. Дворяне не посмеют пойти против армии. А род Архаровых поддержит её, ведь у нас полно абсолютов… Надеюсь, что они все живы…

– Отличный план, Маргарита Львовна, – кивнул я в знак согласия. – Командуй парадом. У тебя это точно получится лучше, чем у нас с Тёмой. Мы в политике разбираемся примерно как свинья в апельсинах, так что пусть этим занимается профессионал.

Губы Маргариты Львовны изогнулись в хищной улыбке, которая обещала большие неприятности для всех, кто попытается встать у неё на пути. Она достала из декольте платья магический кристалл и продемонстрировала его нам.

– Кстати, у меня есть маленький подарочек для вас, – протянула она, любуясь, как внутри кристалла клубятся туманные образы. – Полная запись вашего боя с Императором. От начала и до конца. Думаю, это будет очень убедительным доказательством для тех, кто усомнится в том, что Император действительно был чудовищем, которое заслуживало смерти.

Артём присвистнул, явно впечатлённый предусмотрительностью бабушки. А я расхохотался, понимая, что теперь у нас есть козырь, который можно использовать против любых противников.

– Виктор Павлович, немедленно переместите нас в центр Хабаровска! В самую гущу сражения! – приказал я. – Нам нужно остановить эту бессмысленную бойню!

Ежов подхватил меня под руку, Артёма взял за запястье, а Маргарита Львовна сама вцепилась в его руку мёртвой хваткой. Воздух вокруг нас снова полыхнул ослепительной синевой, мир исказился, закрутился в безумном водовороте цветов и звуков, а после мы материализовались прямо посреди центральной площади Хабаровска.

Вокруг царил абсолютный хаос. Здания горели, из окон валил чёрный дым, на мостовой валялись тела убитых гвардейцев и бойцов Архаровых, кровь текла по булыжникам, собираясь в целые лужи. Выстрелы гремели со всех сторон, люди кричали, орали приказы, стонали раненые. Запах пороха, крови и гари висел в воздухе настолько густо, что хотелось зажать нос и не дышать.

Отлично, мы попали прямо в эпицентр мясорубки, а значит, нужно как можно скорее подняться повыше, пока нас не прикончили. Я упал на колени, уперев ладони в мостовую, и призвал последние крохи маны, которые ещё оставались в моём измотанном организме.

Земля под нами задрожала, заколыхалась, а после с грохотом начала подниматься вверх, формируя массивный каменный столб диаметром метров в пять. Мы взмыли в воздух, поднимаясь всё выше и выше над площадью, пока не оказались на высоте добрых двадцати метров над землёй, откуда открывался вид на весь центр города.

Столб застыл, его верхушка расширилась, образовав плоскую платформу, на которой мы все стояли. Я тяжело дышал, пот ручьями лился по лицу, смешиваясь с кровью, тело дрожало от перенапряжения. Создание такой массивной конструкции в моём состоянии было равносильно самоубийству, но выбора не было.

– Тёмыч, нужна твоя поддержка, – прохрипел я, облокотившись на брата, отчего он едва не рухнул.

Артём подхватил меня под руку, помог выпрямиться и удерживал, пока я не встал более-менее устойчиво. Я вышвырнул из пространственного кармана двух аристократов. Князей Трубецкого и Шереметева. Они материализовались на платформе, оба избитые, но уже в сознании.

– Лежите смирно и послушайте, что скажет мать Императора, – холодно приказал я, глядя в глаза Шереметеву, так как он из всех абсолютов был наиболее рациональным человеком. – Если попытаетесь сбежать или начнёте орать, то я сброшу вас с этого столба вниз головой. Понятно?

Скрипя зубами, оба дворянина кивнули. Маргарита Львовна поправила парик, расправила платье, приняла величественную позу с высоко поднятой головой и выражением холодной решимости на лице.

Артём подвёл меня к бабушке и я приложил палец к её шее, усиливая звучание голосовых связок за счёт доминанты «Контроль звуковых волн». Теперь каждое её слово будет слышно во всём городе, даже звуки взрывов не смогут заглушить речь Маргариты Львовны.

– Я Роза Львовна Романова! – громогласно провозгласила Маргарита Львовна, её голос прокатился над площадью, заглушая выстрелы и крики. – Мать Императора Ивана Васильевича! Приказываю Императорской гвардии немедленно сложить оружие! Сражение окончено!

Стрельба не прекратилась, но заметно поредела, многие гвардейцы замерли на месте, не веря своим ушам и оглядываясь по сторонам в поисках источника голоса. Кто-то указал пальцем вверх, на каменный столб в центре площади, и десятки взглядов устремились на нас.

– Мой сын был порабощён демоном! – продолжала Маргарита Львовна, её голос дрожал от едва сдерживаемых эмоций, которые звучали абсолютно натурально. – Теперь он мёртв! Император погиб! Все вы знаете, какие чудовищные решения принимал Иван Васильевич в последнее время! Массовые казни без суда и следствия! Уничтожение целых родов! Сожжение деревень и городов вместе с жителями!

Внизу начался ропот, гвардейцы переглядывались между собой, некоторые опускали оружие, явно не понимая, что происходит. Бойцы Архаровых тоже замерли, так как я через командиров отдал ментальный приказ «Всем бойцам рода Архаровых немедленно прекратить огонь! Это приказ главы рода! Опустить оружие, занять оборонительные позиции и ждать дальнейших распоряжений!»

Стрельба со стороны Архаровых затихла довольно быстро, а вот Имперцы всё ещё продолжали какое-то время палить. Но тут они всё же заметили, что противник перестал стрелять, заколебались, начали опускать оружие и выглядывать из укрытий, пытаясь понять, что происходит.

Через несколько секунд стрельба в центре Хабаровска полностью прекратилась. Тишина разлилась по улицам настолько резко, что это было даже жутковато.

– Кровопролитие случилось из-за того, что мой сын продал душу демону ради власти! – кричала Маргарита Львовна, её голос был полон отчаяния и боли, которые звучали настолько искренне, что даже я почти поверил. – А демон, захвативший его тело, пожирал души умерших, заставляя вас умирать снова и снова! Чем больше смертей, тем больше душ он мог сожрать! Вы были всего лишь обедом на столе этого чудовища!

Внизу раздался громкий ропот недоверия. Некоторые откровенно смеялись и крутили пальцем у виска, показывая, что считают всё это бредом сумасшедшей старухи.

– Что за чушь⁈ – заорал кто-то из гвардейцев. – Какой, к чёрту, демон⁈ Это бред! Императрица-мать решила учинить государственный переворот!

– Во-во! – вторил другой голос. – Демоны это выдумки! Император был обычным человеком, просто жёстким правителем!

Маргарита Львовна повернулась ко мне, её взгляд был спокойным и уверенным, несмотря на крики недоверия снизу. Она кивнула Ежову, который стоял у края платформы и держал в руках тот самый магический кристалл с записями из тронного зала.

– Виктор Павлович, можете запускать трансляцию, – негромко произнесла она.

Ежов кивнул, поднял кристалл над головой и активировал его, влив добротную порцию маны. Кристалл вспыхнул ярким светом, из него выплеснулась волна энергии, формируя изображение в небе. Я положил руку на кристалл и также усилил звук, транслируемый им. Раздался голос. Холодный, насмешливый, полный злобного торжества голос, который я слишком хорошо запомнил за время боя в тронном зале.

– Спасибо вам, Архаровы, – голос Императора эхом отразились от стен зданий и накрыли город, словно похоронным покрывалом. – За столь вкусное и обильное угощение. Если бы вы не напали на столицу со своей жалкой армией, то кто знает, когда бы я смог отведать столько восхитительных душ одновременно?

Площадь внизу замерла; воцарилась абсолютная тишина – настолько полная, что можно было услышать, как падает пылинка. Все гвардейцы, все бойцы Архаровых, все жители, которые прятались в домах, все, замерев, уставились в небо и вслушивались в каждое слово покойного Императора.

– Десятки тысяч жизней, тысячи вкусов, сочащихся страхом, яростью, отчаянием, болью, – продолжал голос с дьявольским наслаждением. – Всё смешалось в один изысканный букет. Я уже много лет так хорошо не ел.

Потом послышался мой собственный голос, хриплый и измученный:

– Назови себя, демон.

И снова голос Императора, на этот раз полный гордости и превосходства:

– О! Вы правы. Я совсем забыл о манерах. Меня зовут Владыка Проклятых, а ещё Асмодей, Астарот, Гильгамеш и тысячей других имён, которые подобные вам обезьяны придумывают для меня. Справедливости ради скажу, что эти имена мне весьма подходят.

Запись продолжалась, показывая преображение Императора, то, как он сражался, что говорил. Даже самый патриотичный патриот только что осознал, что служил чудовищу. Многие стали молиться, упав на колени, а когда бойня на записи завершилась и кристалл погас – тишина опустилась на Хабаровск.

На этот раз это была совершенно другая тишина, полная не недоверия и скепсиса, а шока и ужаса. Гвардейцы стояли с открытыми ртами, их лица побледнели, оружие выпадало из ослабевших пальцев.

– Это… это действительно Император, – прошептал кто-то внизу, его голос дрожал от ужаса. – Это точно он.

– Демон… он был демоном… – вторил другой голос. – Мы служили демону все эти годы…

– Сколько людей мы убили по его приказам… – третий голос сорвался на истерический смех. – Сколько душ он сожрал благодаря нам…

Растерянность и ужас расползались по толпе как чума, гвардейцы бросали оружие, падали на колени. Некоторые хватались за голову и начинали раскачиваться из стороны в сторону. Кто-то откровенно плакал, кто-то смеялся истерически, кто-то просто стоял в ступоре не в состоянии осознать увиденное.

Отличная работа, бабуль, мысленно похвалил я Маргариту Львовну. Одним ударом она подорвала веру гвардии в Императора и дала им оправдание для своих действий. Теперь они не враги, которые сознательно творили зло, а жертвы обмана, которых использовал демон.

Маргарита Львовна не дала жителям Хабаровска утонуть в панике, страхе и боли, а подняла руку вверх в величественном жесте, привлекая внимание всей площади.

– Вы всё видели своими глазами! У меня есть множество видеозаписей, подобных этой! —разнёсся над толпой её голос, хотя она явно блефовала. – Записи того, как мой сын признавался в поедании душ, как он вызывал демонов, как он наслаждался страданиями невинных! Всё это будет представлено народу в ближайшие дни! Но сейчас не время для разбирательств и обвинений!

Она сделала паузу, давая словам впитаться в сознание людей, потом продолжила ещё более торжественным тоном:

– Однако, Империя не рухнет в пучину междоусобицы! Мы не позволим демонам и хаосу уничтожить то, что столетиями строили наши предки! Потому что у нас есть новый Император!

Она медленно повернула голову и посмотрела прямо на меня, её глаза сверкали предвкушением. Я хитро подмигнул бабуле, а она в ответ подмигнула мне. Артём уставился на меня с широкой улыбкой на лице и показал большой палец вверх.

– Давайте, Роза Львовна, сразите всех наповал, – усмехнулся я.

– У моего сына не было детей! – её голос был полон скорби, которая звучала абсолютно натурально. – Император Иван Васильевич умер, не оставив наследника по прямой линии! Зато у его жены, покойной императрицы Инессы Матвеевны, был ребёнок от первого брака!

Толпа внизу загудела, люди начали переглядываться между собой и перешёптываться, пытаясь понять, к чему она клонит. Артём рядом со мной вдругпобледнел – настолько, что казалось вот-вот упадёт в обморок. Я придержал его за локоть, не давая рухнуть, продолжая улыбаться как кот съевший канарейку.

– Артём Константинович Прохоров, – продолжила Маргарита Львовна, торжественно поднимая руки к небу. – Родной сын Инессы Матвеевны! Пасынок Императора Ивана Васильевича! А значит, именно он по праву крови и по законам Империи должен занять освободившийся трон! Именно он станет новым Императором и выведет нас из тьмы, в которую нас погрузил демон!

– Бабуль, постой, я не… – начал было Артём, но его голос потонул в оглушительном гуле, который поднялся на площади внизу.

– Ну давай, братец, отдувайся за весь наш род, – насмешливо протянул я, хлопнув Артёма по плечу и повернул его лицом к толпе внизу. – Настало твоё время. Великий Император Артём Константинович Архаров, ой, то есть Прохоров. Поздравляю с повышением.

Артём замер, его улыбка медленно сползла с лица, уступая место выражению абсолютного шока и непонимания. Он моргнул несколько раз, покачал головой, словно пытался прочистить уши, потом обернулся ко мне с таким лицом, будто я только что сообщил ему, что земля плоская, а луна сделана из сыра.

– Чего??? – выдавил он, его голос дрожал от изумления. – Вы чего несёте? Какой ещё Император? Это же твоя идея была свергнуть этого ублюдка! Тебе и царствовать!

Господи, как же приятно видеть его растерянное лицо. У Артёма всегда были амбиции, но из-за дурной мамаши он шел не тем путём и не мог их реализовать. А теперь он стал человеком, которому я могу доверить судьбу Империи. Маргарита Львовна повернулась лицом к площади, указала рукой на Артёма и громовым голосом провозгласила на весь Хабаровск:

– Слава новому Императору!

Но Имперские гвардейцы загудели как потревоженный улей. Кто-то кричал, что это невозможно. Кто-то требовал доказательств кровного родства. А кто-то падал на колени, присягая новому правителю. Бойцы Архаровых тоже заволновались, но в основном с одобрением, многие начали стучать оружием по щитам и металлическим конструкциям разрушенных зданий в знак поддержки.

А в это время на нашей платформе разворачивалась совсем другая драма. Князь Трубецкой вскочил на ноги, его лицо перекосилось от ярости. Глаза полыхали таким огнём, что казалось, он сейчас просто испепелит нас всех взглядом. Он сплюнул на платформу и заорал, срывая глотку:

– Кто эта ведьма⁈ – его голос дрожал от возмущения и ярости. – Она не мать Императора! Это самозванка! Лгунья! Всё, что она говорит, ложь!

Его вопли терялись в гуле толпы внизу, солдаты, стоящие на площади, его попросту не слышали, ведь я усилил голос только Маргариты Львовны. Трубецкой орал в пустоту, сотрясал воздух своим праведным гневом, но никто кроме нас на платформе не обращал на него внимания.

Маргарита Львовна медленно повернулась к нему, на её лице играла спокойная холодная улыбка, которая обещала большие неприятности любому, кто попытается встать у неё на пути. Она сделала шаг в его сторону, её каблуки цокнули по камню платформы, и заговорила негромко, но с такой властью в голосе, что даже я почувствовал желание подчиниться.

– Ты прав, Валерий Сергеевич, – произнесла она, складывая руки на груди и разглядывая его как интересный экспонат в музее. – Я не мать вашего Императора. Я Маргарита Львовна Архарова, родная сестра Розы Львовны Романовой. Она предала семью и помогала демону поработить душу собственного сына ради того, чтобы оставаться у власти. А мы вместе с внуками остановили это безумие.

Трубецкой открыл рот чтобы что-то сказать, но она не дала ему вставить слово, продолжая уже громче и жёстче:

– Однако всё, что вы видели, чистейшая истина! – её голос стал холодным как лёд. – Ваш Император был одержимым древним злом, которое пожирало души столетиями! А мои внуки только что его остановили, уничтожили, стёрли в порошок! Они спасли Империю от чудовища!

Трубецкой стоял, тяжело дыша и глядя на неё с выражением бессильной ярости на лице. Он понимал, что мир только что изменился, что власть, которую он так старательно оберегал, ускользнула из его рук. Он обернулся к Шереметеву, который всё это время молча сидел на платформе и наблюдал за происходящим.

– Мы должны прикончить их, – прошипел Трубецкой, наклоняясь к князю и говоря достаточно тихо, чтобы не услышали остальные. – Ведь иначе… иначе всё, что мы строили, рухнет! Вся система власти, все договорённости, все союзы! Анатолий Захарович, ты же понимаешь, что будет, если на троне окажется Архаров⁈

Шереметев медленно поднял руку, останавливая Трубецкого, его лицо было спокойным и задумчивым, словно он взвешивал все возможные варианты развития событий и приходил к неизбежному выводу. Он поднялся на ноги, отряхнул пыль с одежды и посмотрел Трубецкому прямо в глаза.

– Если мы их убьём, то ты сам знаешь, что начнётся, Валерий Сергеевич, – глухо произнёс он, качая головой. – Тотальный передел собственности. Аристократы устроят столько войн за власть и территории, что мы с тобой при всём желании не сможем их остановить. Каждый род полезет за своим куском пирога, начнутся междоусобицы, резня, кровавая баня, которая будет продолжаться десятилетиями. Это разрушит Империю, которой мы поклялись служить.

– Но ведь… – попытался возразить Трубецкой, но Шереметев снова остановил его жестом руки.

– Нет, Валерий Сергеевич, никаких «но», – твёрдо отрезал Шереметев, его голос был полон непоколебимой уверенности. – Мы уже проиграли этим юнцам. Они отлупили нас, а после убили Императора. Не знаю, правдива ли запись или нет, но мы не сможем им противостоять?