Текст книги "Тайны затерянных звезд. Том 7 (СИ)"

Автор книги: Антон Кун

Соавторы: Эл Лекс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

Кайто тоже посмотрел в ту же сторону, и весь как-то осунулся и посерьёзнел.

– А, да? – уныло спросил он и снова перевёл взгляд на нас. – Ну тогда ладно. Уже можно не торопиться. Уже поздно.

Глава 22

– Уже можно не торопиться, – уныло сказал Кайто. – Уже поздно.

Тон, которым он это произнёс, разительно отличался от того, которым разговаривал прежде. Да что там тон – азиат весь как-то поник и осунулся, будто разум его внезапно покинул планету, на которой он чувствовал себя, как рыба в воде, и снова начал бояться всего и сразу.

Более того, теперь это был даже не тот Кайто, к которому мы привыкли. Это был «минус Кайто»!

Даже не знаю, существует ли что-то ещё, что ещё сильнее намекнёт на опасность ситуации, в которой мы оказались… Пусть даже опасности никакой, кажется, и нет вовсе. Я уже давно усвоил, что всё может быть вовсе не тем, чем кажется.

Поэтому сразу же, едва только Кайто закончил говорить, я завёл руку за спину и положил её на рукоять «Аспида». Одновременно с этим я быстро осмотрелся по сторонам, пытаясь понять, откуда можно ожидать появления опасности, но так ничего и не заметил. Квартира Кайто была пуста и молчалива. Никто не врывался через окна, вынося их направленными взрывами, а что касается двери… Что касается двери, то через неё вообще хрен пройдёшь, если на то не будет воли хозяина.

Кори обеспокоенно посмотрела на меня, потом на Кайто, и положила руку ему на плечо:

– Кай, что случилось?

Возможно, в другой ситуации это было бы правильное решение. Но сейчас, когда Кайто так изменился, нужно было сначала свалить отсюда подальше, а потом уже выяснять, что же произошло. Поэтому я, не прекращая стрелять глазами по сторонам, протянул руку и схватил пальцы Кори, убирая с плеча Кайто:

– Сейчас вообще не время разбираться, что случилось! Сваливаем отсюда, да поскорее!

Мне Кори явно доверяла больше, чем грустному лицу Кайто, поэтому лишь секунду помялась, глядя мне в глаза, но тут же быстро кивнула и отступила.

Но Кайто всё-таки следовало привести в себя, потому как он владеет информацией, которой у нас нет. А потому я сам положил руку азиату на плечо и слегка встряхнул его:

– Кай, как безопасно уйти⁈

– Никак, скорее всего… – безразлично ответил он.

Меня этот ответ не устраивал совершенно, и я спросил жёстче:

– А как ты в тот раз ушёл⁈ Ну, когда ушёл⁈

– По лестнице, – Кайто поднял голову, чуть пожал плечами и махнул головой в сторону противоположную входной двери. – По дальней. Но сейчас это не сработает…

– Это мы ещё посмотрим! Веди! – велел я, разворачивая Кайто спиной к входной двери и чуть толкая. – Без вопросов!

Кайто неохотно, будто сомнамбула, двинулся вперёд, мимо куч наваленного барахла, и я двинулся за ним, уже не особенно пытаясь ничего не задеть. Сейчас уже нет смысла пытаться сохранить железяки в целости, сейчас бы сохранить в целости собственные шкуры, а остальное всё потом!

Кайто провёл нас в дальнюю комнату, где из мебели было только два больших, закрывающих две из четырёх стен, шкафа, тоже заставленных и заваленных всяческим железом и электроникой, и подошёл к окну. Остановился, вопросительно посмотрел на меня, получил утвердительный кивок, и принялся шаманить. Шаманил он примерно так же, как с входной дверью, только манипуляций оказалось меньше. Он коснулся искусственного стекла, нарисовал пальцем зигзаг, потом по одному разу чуть стукнул по углам, и ещё два раза – точно в центр. И только после этого взялся за ручку и потянул окно на себя, открывая его.

Как только створка пошла внутрь, я сразу оттеснил Кайто в сторону, вытащил «Аспид» и направил его в проём, готовый нажать на спуск при любом, даже самом малейшем, движении. Однако, даже когда створка открылась полностью и аккуратно легла на мягкие ограничители, никто внутрь так и не попытался пролезть.

– Кай, ты можешь проверить с помощью Вики, есть там кто или нет? – спросил я.

– Нет, – неожиданно ответил он. – Сейчас – нет.

– Почему⁈ – снова удивилась Кори из-за его спины, но Кайто ничего ей не ответил. Отмолчался.

– Нет так нет, – не стал спорить я, уверенный, что без веской причины Кай не стал бы отказывать. – Значит, будем действовать по старинке.

И я медленно двинулся вокруг окна, так, чтобы захватить как можно больше пространства за стенами, но при этом иметь возможность укрыться в случае, если по мне откроют огонь.

Однако за окном тоже никого не оказалось. Я досмотрел один угол, потом второй, но всё, что я разглядел за стенами (кстати, неожиданно толстыми, почти полметра) – это старая, тронутая ржавчиной, стальная лестница. Старая, пожарная, предназначенная для того, чтобы люди спускались по ней из задымленных и горящих квартир в случае, если основная лестница так или иначе перекрыта.

У нас сейчас пожара не было, но лестница всё равно сослужит нам добрую службу. Не знаю, почему Кайто так подавлен, но я пока что не вижу никого и ничего, что могло бы представлять опасность для нас.

– Я иду первый! – не оборачиваясь, бросил я внутрь квартиры, и, прижав к груди «Аспид», но не убирая его окончательно, первым полез наружу.

Лестница заскрипела и загудела, когда я спрыгнул на неё с подоконника, и даже пара чешуек ржавчины отлетела с перил, но ничего никуда не обрушилось. Это хорошие новости, теперь главное, чтобы она не обрушилась, когда на неё встанут и все остальные.

Я быстро огляделся по сторонам, особенное внимание обратив на то, что эта сторона дома выходила уже в другой переулок – ещё более узкий и безлюдный, чем тот, через который мы входили. Настолько безлюдный, что тут буквально никого не было, только один азиат-подросток с металлической рукой стоял, привалившись к стене и закинув голову наверх, а в руке у него поблёскивал ингалятор с зелёным содержимым.

– Чисто! – доложил я через плечо. – Можно двигаться.

И, дождавшись, когда все остальные, включая Кайто, вылезли на плоскую площадку, какие были на каждом этаже, я двинулся вниз по крутой, почти что отвесной лестнице.

Остальные двинулись за мной, и лестница загрохотала и завибрировала от множества шагов. По ней явно никто не ходил уже много лет, и она буквально «отвыкла» от такого использования.

Вниз настоящим коричневым дождём посыпалась ржавчина, а скрип и грохот были такими громкими, что даже глэйпер под нами вынырнул из своего прихода и мутными глазами уставился на нас. Впрочем, сомневаюсь, что Кайто так переживал из-за одного жалкого торчка. Поэтому, спускаясь, не переставал оглядывать окрестности, чтобы при малейшем намёке на опасность успеть среагировать.

Когда мы спустились на этаж ниже, за окном, мимо которого я проходил, что-то шевельнулось. Я моментально приник к стене, скрываясь из сектора обстрела, и громко произнёс:

– Окно!

Кайто, идущий следом за мной, замер прямо на лестнице – он явно не понял, что именно «окно» и что теперь надо делать. То ли быстро сбежать вниз, то ли наоборот – разворачиваться и щемиться наверх, по головам Кори и капитана, которые замыкали колонну.

А окно тем временем полностью открылось и, когда из него высунулась голова, я лишь чудом успел остановить палец от полного выжима спускового крючка.

Потому что бабуля со старым глазным имплантом, которую мы видели ещё на лестничной клетке, когда поднимались в квартиру, могла представлять для нас опасность с даже меньшей вероятностью, нежели глэйпер.

– Шэй цзай нар дун-дун-дун дэ? – возмутилась бабуся. – Цзоулу бу нэн цин дяньр ма!

Меня она не видела, поскольку смотрела на Кайто и остальных, а мне же оставалось лишь наблюдать её затылок с седыми волосами, собранными в пучок, из которого торчали две тонкие длинные спицы-заколки. Такими, конечно, можно кого-то убить, если сильно постараться… Но всё равно не думаю, что Кайто имел в виду бабушку-соседку. Да и судя по его лицу, она – не причина для беспокойства.

А бабушка выдержала небольшую паузу, а потом ахнула:

– Ай-ё, Кайтао а… Чжэньши ни ма? Цзи нянь мэй цзянь, доу бу гань жэнь лэ!

Кайто слегка потерянно улыбнулся в ответ, и только открыл было рот, чтобы тоже что-то ей прочирикать, как бабушка внезапно отставила в сторону непонятный язык, и заговорила совсем по-другому:

– О, да ты, я вижу, с гостями! Тогда невежливо будет разговаривать на непонятном для них языке! Кто эти господа? Твои друзья?

Она говорила с небольшим акцентом, но всё равно так приятно было слышать знакомые слова в этом птичьем царстве, что я невольно улыбнулся. Может, Мандарин и рассадник ксенофобии, но не на сто процентов.

– Да, это мои друзья, бабушка Ван, – криво ухмыльнулся Кайто. – И мы слегка торопимся, если честно.

– Это те самые люди, которые тебя искали? – старушка будто бы и не услышала последней фразы. – Сразу после того, как ты пропал, приходили, спрашивали про тебя, это они?

– Д-да… – Кайто затравлено огляделся по сторонам. – Это они, бабушка Ван! Вот, нашли наконец, а теперь мы правда торопимся!

И Кайто, сделав глубокий вдох, будто перед прыжком в бездну, медленно и осторожно зашагал вниз по лестнице.

Но эту старушку провести было не так-то легко. Да и в принципе Кайто не смог бы кого-то провести – слишком он открытый и простодушный, хотя и полон тайн.

Так что, бабушка не отстала от Кайто.

– А почему по этой лестнице? – спросила она.

– Э-э-э… – Кайто на мгновение замер. – А я её проверяю, вот! Ей же давно никто не пользовался, вот я и проверяю, а то вдруг что-то случится, а у нас лестница вся старая и гнилая! Проверяю, вот! – затараторил наш азиат.

– Какой ты умничка, Кайтао! – непривычно коверкая имя техника, кивнула бабушка. – Всегда говорила, что ты настоящий умница. Ты к нам надолго?

– Пока не знаю, бабушка Ван! – Кайто уже подошёл вплотную к окну и теперь ему приходилось пятиться, чтобы держать старушку в поле зрения. – Давайте мы попозже поговорим как-нибудь! Правда торопимся!

Кайто сложил перед собой руки, наложив одну ладонь на тыльную сторону другой и слегка кланяясь.

– Хорошо, Кайтао, беги! – старушка снова важно закивала. – Заходи на чай как-нибудь, и гостей тоже с собой бери, у меня есть такой вкусный чай, ты такого в жизни не пробовал!

– Хорошо, бабушка Ван! – с облегчением выдохнул Кайто. – Как-нибудь зайдём, обязательно!

Неугомонная старушка наконец-то скрылась в окне и закрыла его, а я отлепился от стены и снова ступил на лестницу вперёд Кайто.

– Не умеешь ты отмазываться, – бросил я, проходя мимо Кайто, и тот моментально насупился:

– В смысле?

– Ты сказал, что мы торопимся, а потом сразу же – что проверяешь лестницу. Это взаимоисключающие понятия.

– А, ну да… – Кайто вздохнул. – Нам повезло, что бабушка Ван из тех людей, кому важно количество слов в беседе, а не их качество…

– А что за люди, про которых она спрашивала? – из-за спины Кайто спросила Кори.

– Полагаю, что те самые, из-за которых мы сейчас линяем отсюда, как тараканы при включённом свете, – ответил я. – Не зеваем, бегом, бегом! Мы и так с бабушкой Ван задержались.

И мы бегом, насколько это было возможно без опасений переломать себе ноги, заспешили вниз по гулким осыпающимся ржавчиной ступеням.

Через двадцать секунд после знакомства с бабушкой Ван я первым ступил на землю и тут же крутнулся вокруг своей оси, держа «Аспид» обеими руками возле груди, но целей для него так и не нашёл. Даже торчок-глэйпер куда-то испарился за то время, что мы беседовали со старушкой, и теперь в переулке мы были одни.

Далеко впереди, метрах в пятидесяти от нас, неспешно текла мимо людская река, и никто из них не стремился зайти в «наш» переулок, как будто здесь была какая-то зачарованная область.

Сзади снова загрохотала лестница, а потом раздались три глухих удара – звуки приземлений не умеющих тихо спрыгивать людей. Действительно, откуда у них такие навыки? В космосе такое не пригождается!

– Быстрее! Быстрее! – как только Кайто оказался на твёрдой поверхности, им снова овладел отчаянный психоз. – Скорее, надо выйти на улицу!

– Да идём, идём! – вяло отмахнулась Кори. – Не нервничай только!

И она же первой, толкнув Кайто плечом, зашагала к выходу из переулка.

И успела сделать ровно два шага.

Прямо из пустого пространства, сбрасывая с себя ультракам, вышагнул высокий подтянутый азиат.

Глаза Кори резко расширились, когда она это увидела.

Девушка потянулась за мечом, но азиат был быстрее. Маленькая палочка в его руке сухо щёлкнула, и из неё вытянулся длинный, метра в полтора, и очень тонкий, почти невидимый, если смотреть в фас, клинок. Клинок с мономолекулярной заточкой, режущей всё на свете даже эффективнее, чем это делал плазменный клинок.

Я быстро развернулся к противнику и вывел «Аспид» от груди, но не успел. На середине моего движения само пространство свернулось, и из него выпал точно такой же клинок, разрубая моё оружие ровно посередине. А через мгновение ещё один клинок протянулся к моему горлу, и замер в сантиметре от него, весьма красноречиво намекая на дальнейшие последствия.

Боковым зрением я видел, как-то же самое произошло с капитаном – его тоже нейтрализовали, не дав даже достать оружие, правда справился с этим всего один азиат.

Зато на Кайто пришлось сразу двое. Они не доставали оружие, а вынырнули из пространства у него прямо за спиной, и заломили руки ему за спину, после чего потянули вверх, приподнимая техника над землёй, так, что он в секунду стал совершенно беспомощным! Как будто из всех нас нападающие сочли самым опасным именно его!

Я разжал пальцы, выпуская остатки «Аспида» из рук и молча указал взглядом на свои пустые ладони. Азиат, вынырнувший из пустого пространства, никак не отреагировал на мой жест, будто вообще его не заметил.

– Чжунъю дай дао ни лэ! – раздалось из-за спины довольным голосом. – Вомэнь цзао ляо дао ни чицзао хуэй хуэй чжэ по фанцзы!

Это говорил один из тех двоих, что держали Кайто, приподняв его над землёй. Лицо техника сейчас выражало очень странную смесь эмоций – печаль, равномерно замешанную с тоской и при этом, почему-то, с торжеством.

– Цю нимэнь цзоу ба… – пробормотал Кайто, опуская глаза к земле. – Нимэнь гэньбэнь бу чжидао цзыцзи жэ шан лэ шэньмэ!

Последние слова он произнёс даже с каким-то надрывом, словно пытался через это достучаться до триады (ну а кто ещё это может быть⁈).

Но те лишь рассмеялись:

– Сяо цзачжун, ни чжэ ши цзай вэйсе вомэнь? Шо, цинбао цзай на? Буран лаоцзы данчан гэй ни кай тан по ду, би ша ю хай лисо!

– Во бусян шанхай жэньхэ жэнь… Цин нимэнь ликай, – Кайто покачал головой, так и не поднимая взгляда. – Чжэ ши нимэнь цзуйхоу дэ цзихуэй.

Эх, жаль, что я не понимаю этого их птичьего языка! Даже примерно не могу себе представить, что конкретно они обсуждают и что эти дылды хотят от маленького грустного Кайто. Одно ясно точно – из этой ситуации надо как-то выбираться, вот только как?

– Ши вомэнь гэй ни цзуйхоу дэ цзихуэй, сяо бьесань! – выплюнул второй из тех, кто держал Кайто. – Ни дэ сюаньшан хэтун ши усяньци дэ, сои яомэ лаоши цзяодай, яомэ вомэнь сянь ша гуан ни сою пэнъю, цзай шуньшоу сун ни шанлу!

Азиат, который держал клинок возле моего горла, кажется, что-то заметил в моих глазах, потому что прищурился ещё больше и слегка покачал головой – мол, даже не вздумай дёргаться, я всё равно буду быстрее. И он действительно мог бы оказаться быстрее. Но это не значит, что нельзя ничего делать. Даже наоборот – категорически нужно что-то делать. Как бы только его отвлечь хотя бы на секунду…

– Ну, я вас предупреждал! – вздохнул Кайто, внезапно забыв про свой птичий язык, и поднял голову.

Его глаза злобно прищурились, и он отчаянно выдохнул, словно перед фридайвом:

– Даю разрешение!

И тут же, уже другим, сильно изменившимся голосом:

– Процедура инициирована. Выполняю.

И Кайто взорвался!

Глава 23

Невозможно подобрать других слов для описания того, что произошло дальше. Учитывая вечную испуганную боязливость техника, когда он даже привычных и обыденных предметов касался с осторожностью, словно ожидая то ли удара током, то ли просто удара за то, что лапает, что лапать не следует… Да, других слов не подобрать.

Кайто взорвался.

Взорвался движением.

Триадовцы держали техника, заломив его руки за спину, и при этом ещё и приподняв над землёй так, что ему даже опереться было не на что, и не существовало способов выйти из этого захвата… По крайней мере, для низкорослого Кайто, который даже ногами до земли не доставал.

Но это лишь так казалось.

Кайто резко качнулся, дотянулся ногой до колена одного из триадовцев, упёрся в него стопой, и толкнулся, как от упора! И всё это было проделано с максимальной скоростью.

Я буквально услышал, как трещат связки бедренного сустава, не рассчитанные на нагрузки под такими углами, а Кайто уже кувыркнулся вокруг себя, и внезапно для всех его руки оказались спереди, а вовсе не за спиной!

Триадовцы всё ещё держали его, и они явно были сильнее щуплого техника, тем более, вдвоём… Но, судя по непроницаемо-спокойному лицу нашего азиата, его это совершенно не волновало.

Кайто резко повернулся к левому противнику. Его плечо, не рассчитанное на такие нагрузки, громко захрустело. Но техник даже не думал обращать внимание на такие мелочи, а ведь лично у меня бы точно потемнело в глазах от боли!

Кайто же просто поднял правую ногу и резко опустил её, «наступая» сверху вниз на колено триадовца – то самое, от которого он мгновение назад оттолкнулся.

Всё это произошло за какую-то половину секунды – так, что не успел среагировать, ни я, ни триадовцы, ни кто-то ещё. Кайто словно бы размылся в пространстве, и вот уже триадовец валится на землю, выпустив его, и держась за вывернутое под неестественным углом колено.

А Кайто и не думал останавливаться. Второй триадовец всё ещё держал его правую руку, и поплатился за это, когда низкорослый техник повернулся к нему, и ударил ребром раскрытой ладони в незащищённое горло!

Триадовец даже почти успел среагировать – шарахнулся назад, и это окончательно вывернуло из сустава повреждённую руку Кайто, которую бандит продолжал удерживать.

Но Кайто не остановило даже это. Мало того – даже его лицо не изменилось ни на йоту, словно он и не ощущал никакой боли вовсе!

Триадовец тоже увидел это, и явно запаниковал. Он выпустил Кайто и за одно мгновение активировал свой меч, который держал в свободной руке. Активировал – и атаковал техника широким размашистым ударом.

– Цюйсы ба, эмо! – то ли со страхом, то ли с ненавистью, а, то ли и с тем, и с другим, завопил триадовец.

А Кайто… Вечно испуганный, боящийся открытого космоса, и даже необходимости открыто выражать свои мысли, Кайто шагнул вперёд, прямо на клинок. В последний момент он резко утёк в сторону, одновременно пригибаясь, как заправский боксёр, уходящий от бокового удара, и, как только мономолекулярный клинок с шипением рассекаемого воздуха пронёсся мимо, кинулся в атаку сам. Он нагнулся и единственной оставшейся в строю рукой подхватил под колено ведущую ногу триадовца, и выпрямился, утягивая её за собой.

Противник, явно не ожидавший такой прыти от мелкого засранца, потерял равновесие, взмахнул руками, пытаясь его снова поймать, но Кайто потянул назад, и триадовец рухнул на спину.

А потом Кайто просто подшагнул вперёд, поднял ногу и впечатал подошву ботинка в лицо бандиту, вбивая его голову в бетон! Словно пытался раздавить таракана, обнаруженного на кухне!

Всё это заняло полторы секунды, и остальные триадовцы наконец-то поняли, что происходит что-то неправильное.

Тот, что держал меч у моего горла, стрельнул глазами в сторону Кайто, пытаясь понять, что происходит, и мне этого хватило.

Выхватив нож, который сам же Кайто мне и подарил (как же давно это было!) я резким движением сверху-вниз резанул по локтевому сгибу вооружённой руки противника. Как же хорошо, что под ультракамы нельзя надеть никакой брони!

Для меня, конечно, хорошо. Не для врага.

Клинок глубоко вгрызся в противника, перерезая сухожилия. Бандит дёрнулся и попытался двинуть клинком, чтобы вскрыть мне горло, но пальцы его уже не слушались, и выпущенное оружие летело к земле.

Я шагнул назад, чтобы идеально-острый клинок не задел меня, пока падает, а, когда упал, шагнул обратно, «натягивая» триадовца на себя и на своё выставленное колено, угодившее ему прямо в живот. Триадовец согнулся, выплёвывая из лёгких весь воздух, на мгновение замер, и тогда мой нож, взятый обратным хватом, вонзился ему в основание черепа.

Второй триадовец, что лишил меня «Аспида» в самом начале, тоже молча кинулся на меня, замахиваясь клинком, и я уже начал прикидывать, как от него отбиваться… Но судьба распорядилась иначе.

Мимо меня просвистел маленький метеор, и буквально врезался в моего противника, точно в грудь! Сухо затрещали чьи-то кости, а метеор резко остановился, и превратился в Кайто, который в прыжке впечатал колено в грудь триадовца, точно в то место, где сходятся ребра!

Триадовец от такого резко приуныл, и остановил свою атаку на половине шага. А Кайто только это и нужно было – едва его ноги коснулись земли, как он резко повернулся, перехватывая вооружённую руку противника и выворачивая его запястье. Одной, да ещё и левой рукой, поскольку правая всё так же висела мёртвой плетью!

Но триадовцу хватило и этого. Пальцы его разжались, Кайто перехватил выпавший из руки врага меч, закончил элегантный разворот, и мономолекулярный клинок пересёк шею бандита. Шипение рассекаемого одной единой молекулой воздуха на мгновение сменилось на глухое чавканье, а потом Кайто отступил назад и резко ударил бандита в грудь, вкладывая в удар весь свой небольшой вес!

При этом его колено, которым он секундой раньше врезался в бандита, подломилось, и он чуть не упал, но удар всё равно вышел на славу – триадовец отлетел назад, а его голова осталась на месте, лишь кувыркнулась в воздухе, лишившись опоры, и упала на землю.

За спиной резко загудел плазменный меч, и раздался возмущённый вопль Кори.

Я развернулся, перехватывая нож за самый конец рукояти, готовый метнуть его в противника по необходимости, и увидел, как Кори широкими взмахами меча теснит своего противника, не позволяя ему подойти и заставляя лишь отступать.

Со своим оружием триадовец ничего не мог противопоставить плазме звёздной температуры – она бы просто сожгла его клинок и на этом всё закончилось. Поэтому ему оставалось лишь отступать, надеясь непонятно на что. Даже если у него было какое-то другое оружие, кроме мономолекулярного меча, ни достать его, ни тем более воспользоваться, он никак не успевал.

А вот у капитана дела шли далеко не так хорошо. Воспользовавшись тем, что его противник отвлёкся, он успел его оттолкнуть от себя и обезопаситься, но ничего кроме этого. Оружие его лежало неподалёку – то ли не смог достать, то ли триадовец умудрился каким-то образом выбить бластер из рук. Это уже не столь важно. Намного важнее то, что теперь бандит широкими шагами наступал на капитана, размахивая мечом что есть сил, а капитан мог только отступать спиной вперёд… До ближайшей стены, до которой ему оставалось метра три, не больше.

В общем, всё, как у Кори и её врага… Только наоборот.

Я коротко замахнулся, поднимая нож над плечом, а потом рука пошла вниз, выпрямляясь, как хлыст, наткнувшийся на плоское препятствие. Сначала плечо, потом локоть, потом кисть встали на одну линию, рукоять ножа скользнула по вытянутому указательному пальцу, как по направляющей, и, совершив медленный полуоборот, нож просвистел по переулку и вонзился в ногу триадовца.

Я целился в корпус, но и так сойдёт…

Триадовец резко припал на раненую ногу и замедлил атаки.

Капитан ещё раз отскочил от него, практически уперевшись лопатками в стену, и резко кинулся в сторону, разрывая дистанцию ещё больше.

Триадовец бросил взгляд на него, потом – на меня, в глазах его плескалась холодная ярость, и ничего кроме неё.

А потом мимо меня снова просвистел Кайто. Он двигался медленнее, чем в первый раз, и ощутимо припадал на повреждённое колено, но это его не остановило. Он подбежал к триадовцу со стороны раненой ноги, легко увернулся от неловкого удара из неудобного и болезненного положения, и в один шаг оказался вплотную.

Триадовец схватил свободной рукой техника за горло, но того это совершенно не смутило. Он дотянулся до торчащего из ноги противника ножа, сжал на рукояти пальцы и рванул его вверх, распарывая плоть ещё больше!

Этого триадовец уже не выдержал. Вопль боли вырвался из его горла, бандит рухнул на одно колено, выпуская Кайто, и тот тут же этим воспользовался. Вырвал нож из ноги, оперся ногой о колено противника, отпрыгнул от него, как от трамплина, подлетая на добрый метр в воздух и разворачиваясь на пол-оборота…

И приземлился уже за спиной врага, вонзая перевёрнутый обратным хватом нож ему в основание черепа! К силе удара прибавился ещё и собственный, пусть и небольшой вес Кайто, так что не удивлюсь, если нож ушёл в тело по самую гарду. Или, чем космос не шутит, даже глубже…

Остался только один триадовец в переулке, но и с ним Кори уже заканчивала. Она прижала его к стене и сожгла его мономолекулярный клинок. Судя по тому, что он не стремился достать другое оружия, у него его просто не было.

Однако, несмотря на это, несмотря на своё явно проигрышное положение, триадовец будто бы не проявлял беспокойства. Его хладнокровный взгляд скользил между нами от одного к другому, изредка задерживаясь на трупах подельников, но даже тогда лицо оставалось непроницаемо-спокойной маской, словно это и не лицо вовсе, а очередной имплант, причём достаточно неумело исполненный.

– Не убивай его! – капитан заторопился к дочери, увидев, что один из триадовцев ещё жив. – Надо его допросить!

– Даже и не собиралась, – усмехнулась Кори, слегка покачивая молнией плазменного меча. – Он ещё не за всё…

Договорить она не успела. Через переулок, едва не задев капитана, что-то промелькнуло, и голова триадовца дёрнулась, да так сильно, что я услышал хруст шейных позвонков. А потом его тело обмякло, и он осел на землю, как сдувшийся скафандр. Из его виска торчал нож – всё тот же самый, который мне подарил Кайто.

А сам Кайто стоял всё в том же месте, где и был до этого. Ну как «стоял». Он застыл в неудобной, даже скорее «невероятной» позе. Он весь вытянулся вперёд, практически лёг на землю, и только выставленное далеко вперёд колено, то самое, повреждённое, согнутое сейчас под самым невероятным углом, мешало ему упасть окончательно. Левая рука продолжала линию всего тела, направленная в сторону только что упавшего триадовца, и даже голова была опущена. Словно Кайто не просто метнул нож, а постарался вложить в этот бросок самый максимум энергии, какой только способно выдать его тело, каждую свою мышцу задействовал в этом процессе.

– Зачем⁈ – закричала Кори, поворачиваясь к Кайто. – Нахрена ты это сделал⁈

– Как ты это сделал⁈ – одновременно с ней заорал капитан, тоже поворачиваясь к технику. – Как… Как ты вообще всё это сделал⁈

Кайто не отвечал. Он вообще никак не отреагировал на то, что ему что-то говорят, даже головы не поднял. Так и замер…

И внезапно упал. Многострадальное колено не выдержало возложенной на него нагрузки, и подломилось вбок с явным хрустом. Кайто упал на бок, несколько раз дёрнулся, словно в припадке, и, тихо застонав, попытался свернуться в клубочек.

– Кай! – одновременно закричали Кори и капитан, бросаясь к нему и мгновенно позабыв о том, что только что были злы на него.

Я же усилием воли подавил в себе желание последовать за ними – всё равно втроём мы никак не сделаем того же, что они сделают вдвоём. Вместо этого я быстрым шагом подошёл к единственному оружию в пределах видимости – бластеру капитана, – подобрал его, быстро огляделся и только после этого, не обнаружив новых угроз, подошёл к остальным.

– Не трогайте его! – на всякий случай предупредил я, видя, что Кори уже протянула к Кайто руки.

– В смысле «не трогайте»⁈ – она бросила на меня пламенный взгляд. – Ты что, не видишь, что он вырубился⁈

– Конечно, он вырубился! – капитан всплеснул руками. – Ты посмотри на него, он же весь переломался! Прямо как… Тогда…

«Тогда»?..

Ах, «тогда»!.. Они же один раз уже рассказывали мне историю о том, как обнаружили Кайто залитого чужой кровью и переломанного, в окружении мёртвых бандитов… Действительно, ситуации крайне похожи, с той лишь разницей, что в этот раз мы своими глазами видели, как это всё происходило!

Вот только мы до сих пор не знаем, ПОЧЕМУ это происходило…

– Ты сейчас если его будешь трепать, только хуже сделаешь! – продолжал капитан, убирая руки Кори от Кайто. – Смещения, все дела…

– И что ты предлагаешь⁈ – Кори зло посмотрела на отца. – Бросить его здесь⁈

– Кори права, – ответил я раньше капитана. – Сейчас надо Кайто эвакуировать отсюда, неважно, как. Оставить здесь мы его не можем ни при каких обстоятельствах, а, если он доживёт до корабля, то Пиявка его починит.

Кори злобно посмотрела на меня, явно недовольная тем, что я использовал слово «если» вместо «когда», но ничего не сказала. Головой она тоже понимала, что вероятность того, что Кайто выживет, не равна ста процентам… А то даже и пятидесяти не равна.

– Я его возьму, – решилась Кори, снова протягивая руки к Кайто.

– Нет! – капитан остановил её. – Его возьму я. А у тебя и у Кара есть оружие, вот и прикрывайте нас.

Я не стал напоминать, что оружие в моих руках, во-первых, принадлежит капитану, а во-вторых, и оружием-то является постольку-поскольку. Вместо этого я нагнулся и подобрал один из мечей триадовцев, и нажал на кнопку, складывая его в компактную рукоять. Никогда не пользовался этим странным оружием, и, надеюсь, что не придётся, но на всякий случай пусть будет. Не пригодится – так хоть трофеем будет.

– Херню не забудь! – Кори кивнула на док-станцию, которую в этой свалке запинали в самый угол переулка. Надеюсь, там ничего не сломалось, а если сломалось – надеюсь, что Кайто сможет это починить… Когда его самого починят, конечно.

Капитан легко и без усилий поднял лёгкого техника на руки, а Кори положила ему на живот сверху док-станцию. Переломанные конечности Кайто безжизненно болтались и похрустывали при каждом, даже мельчайшем, движении, но он даже от этого не приходил в себя, хотя боль должна быть невероятно сильной… Впрочем, скорее всего, именно от боли он и вырубился. Вряд ли когда-то раньше его телу доводилось испытывать такие же сильные болевые ощущения.

Разве что «тогда»…

– Всё, двинулись! – велел капитан, подхватив Кайто поудобнее, и мы зашагали к выходу из переулка, оставляя за спиной мёртвых триадовцев, которые выглядели так, словно наткнулись на отряд самых злостных и отъявленных головорезов, а не на четвёрку (даже тройку с половиной) простых космоплавателей.

Но далеко уйти мы не смогли. Когда до выхода из переулка оставалось буквально пятнадцать метров, воздух прямо перед нами резко зарябил и прямо из пространства, снимая ультракамы, вышагнули новые триадовцы. Семь человек, стоящих плечом к плечу, перекрыли нам проход, а когда я обернулся, то оказалось, что и сзади произошло то же самое.