Текст книги "Тайны затерянных звезд. Том 7 (СИ)"

Автор книги: Антон Кун

Соавторы: Эл Лекс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

Глава 20

– Отлично! – вздохнул капитан, будто бы нисколько не удивившись предложению Кайто. – Мало же всякого разного с нами случилось за это время, да? Вот мне только имплантов и не хватало на старости лет. Кайто, как ты себе это представляешь? Ладно, допустим даже я соглашусь, но где это сделать?

– Пф! – Кайто скорчил рожу и махнул рукой. – Да тут на каждом шагу можно установить себе «жемчуг»! Как, думаете, население поддерживает такой уровень оснащения имплантами? Не в очередях же они стоят! Ну, в смысле, и в очередях тоже, конечно…

– Я об этом не думаю, – честно ответил я. – Но что-то я не заметил никаких клиник аугментации по дороге сюда. Ни вывесок, ни рекламы, ничего.

– А им и не нужна реклама и вывески, – Кайто махнул рукой. – Все и так знают хороших мастеров с самого детства, со своего первого импланта.

– Звучит как отличный план лишиться клиентов, – заметил капитан. – Потому что… Ну вот допустим, известный с детства мастер умрёт, и что тогда? Как найти другого, если они никак себя не рекламируют? Всех подряд спрашивать?

– А! – Кайто махнул рукой. – Кое-какое обозначение у них всё же есть, и его тоже знают все с детства. Короче, идём, я покажу.

И, развернувшись на пятках, Кайто снова нырнул в толпу мандаринцев, как маленькая рыбёшка – в косяк подобных себе. Кстати, очень хорошее сравнение, потому что только сейчас, в окружении других азиатов, Кайто наконец-то начал выглядеть как полноценный член общества, а не зашуганный малёк, который шарахается от собственной тени и постоянно боится сделать что-то не так.

Мы с капитаном быстро переглянулись и поспешили за техником, пока он не пропал окончательно в толпе таких же маленьких, как он сам, азиатов. Никогда не думал, что скажу что-то подобное, но сейчас держать его в поле зрения помогала только лишь его «обычность», а конкретнее – отсутствие имплантов.

В круговерти обжемчуженных порою по самые уши азиатов Кайто выделялся именно тем, что не блестел наполированным металлом, как все они, и оставался эдаким темным пятнышком, движущимся сквозь толпу. При этом сам Кайто, если я правильно понял, тоже имел какие-то аугментации, но, видимо, внешнему виду он предпочёл функционал. С его деятельностью ему намного резоннее было бы имплантировать какие-нибудь расширители памяти или сопроцессоры, нежели огнемётные руки или ноги с выдвижными лезвиями. Вот и не видно поэтому его имплантов, а ведь на самом деле, если подумать, его голова вполне себе может стоить как четверть нашего корабля, если не половина. Кто его знает, сколько на самом деле металла в ней, может он на металлодетекторах звенит, даже будучи в одних трусах?

Забег по толпе азиатов длился недолго – буквально через пятьдесят метров Кайто остановился, поднял руку и ткнул пальцем в стену дома напротив:

– Во! Я ж говорил – они на каждом шагу! Полюбуйтесь!

Я присмотрелся к не самой чистой стене и не с первого раза увидел то, на что Кайто указывал. Это была небольшая, в ладонь размером, пиктограмма, судя по неровным следам, нанесённая из баллона с черной краской по трафарету. Изображала картинка раскрытую ракушку, в которой лежал отчётливо блестящий шарик. Даже мне стало понятно, что это означает – жемчуг, конечно же!

– За мной! – Кайто махнул рукой и первым толкнул дверь, по старинке крутящуюся на петлях, причём в обе стороны сразу. Никаких тебе автоматических дверей, никаких фотоэлементов, всё ручками, всё ручками.

Мы попали в полутёмное помещение, заполненное людьми и почему-то – дымом. Он стелился над самым полом на уровне щиколоток и потихоньку вытекал в открытые двери наружу, на улицу, где его тут же разрывали на куски и разносили по округе прохожие.

На старых драных стульях вдоль стены коридора сидело с полдесятка азиатов разного возраста и степени аугментации. Один выглядел родственником Жи, второй наоборот – по всем признакам был человек как человек, а все остальные занимали промежуточные положения где-то между ними. В воздухе висел густой запах глэйпа, а под стульями я даже заприметил несколько пустых ёмкостей из-под него же.

Но самое главное – это то, что в конце коридора была ещё одна дверь, тоже открытая. И в неё было отлично видно кусок хирургического кресла, в котором прямо сейчас сидел один из пациентов этой «жемчужной клиники», если к ней вообще можно применить такое слово. Его наполовину закрывал от нас мастер-аугментатор собственной персоной, поэтому манипуляции, которые он проводил с подопечным оставались тайной, но нам хватило и цвета халата, в который он был одет. Серый, явно бывший когда-то белым, с небрежно застиранными пятнами крови и чего-то синего (возможно, какой-то жидкости для аугментаций). Этот халат явно видал на своём веку некоторое дерьмо… А часть этого дерьма непосредственно нёс на себе прямо сейчас.

Короче говоря, Кайто привёл нас в место, которое было самым прямым продолжением всего того, что мы видели снаружи. Разве что пахло тут не ядерной уличной жратвой, а глэйпом и чем-то сладким.

Капитан аж икнул от увиденного, и недоверчиво покосился на Кайто:

– Ты куда нас привёл?

– Так к аугментатору же! – Кайто удивлённо посмотрел на капитана. – А что?

– Это же… дыра! – изумился капитан. – Да я скорее сгрызу полкило мышьяка, чем буду себе что-то тут ставить! И то шансов выжить больше будет!

– Ой, да ладно! – Кайто снова скорчил рожу. – Всё не так страшно! Я сам примерно в таком же месте ставил себе автологгер, и нормально всё прошло!

– Ошибка выжившего, – я покачал головой. – Нет, капитан прав, тут себе что-то ставить это путь в могилу. Может не самый прямой и не самый короткий, но конечный пункт известен заранее. Да к тому же, у меня вообще нет желания совать в себя какие-то железяки чисто ради того, чтобы проникнуть… Хоть куда-то.

– Вот-вот! – поддакнул капитан. – Да и потом, насколько я помню, подавляющее количество аугментаций подразумевают удаление чего-то своего, родного. То есть, мне сначала что-то отрежут для того, чтобы что-то поставить, а мне этого не хотелось бы. Мне моё тело, знаешь ли, нравится, я с ним как-никак всю жизнь прожил. Привык уже к нему, как к родному!

– Что, и ничего не беспокоит? – хитро прищурился Кайто. – Ничего не хочется, чтобы было как в юности?

– Хочется, конечно! – капитан пожал плечами. – Но загвоздка в том, что в юности у меня тоже не было железных почек или там вольфрамовых ногтей. Так что при всём желании того же эффекта не добиться.

– Ладно, а мозги? – Кайто не сдавался. – Всякие там улучшения для мозгов, для памяти? Неужели тоже ничего такого не хочется?

– Да справляюсь как-то и без них! – капитан усмехнулся. – Кроме того, сколько они стоят, эти твои мозговые импланты? Даже если ставить только нам двоим с Каром, на это столько денег уйдёт, что потом снова придётся контрабанду возить по космосу, чтобы концы с концами свести! На хрена тратить столько денег на то, что мне скорее всего в жизни больше никогда не пригодится⁈

– Вот-вот! – я кивнул. – И это всё не говоря уже о том, что мозговые импланты в такой дыре, как эта, я точно ставить не намерен! Тут уже речь не про потенциальную инфекцию, которую горе-мастер обязательно занесёт, а банально про то, что как бы мне лишний кусок мозга не откромсали в процессе! А у меня их вообще лишних в голове нет, знаете ли!

– Да что вы начинаете! – Кайто закатил глаза. – Я же говорю!..

– Вот именно, ты говоришь! И не слышишь, что говорят тебе! – я покачал головой. – Никаких имплантов! Не в этой дыре точно! Я скорее Пиявке доверю мне что-то устанавливать, чем этому горе-мастеру, который, кажется, и ест, и спит, и оперирует, и даже в туалет ходит в одной и той же одежде. У него хоть какое-то подтверждение его квалификации имеется? А то я тоже могу напялить грязный рваный халат и заявить, что я мастер!

– Но Пиявка же не имела дела с имплантами! – Кайто развёл руками. – Она максимум уколы может поставить, и то!..

Кайто внезапно заткнулся, и так и застыл с разведёнными в стороны руками, будто хотел всех нас крепко обнять.

– Погоди-погоди… – нервно пробормотал он. – Пиявка, уколы… Это же гениально!

– Что именно гениально? – на всякий случай осведомился я.

– Всё гениально! – Кайто хлопнул в ладоши. – Даже то, что ты можешь выдать себя за мастера!

– А это тут каким боком? – капитан удивлённо поднял брови.

– Сейчас объясню! В смысле, потом! Быстро все на корабль!

Кайто перешёл в режим суеты и моментально вернулся в образ старого доброго Кайто, хорошо известного нам. Какая-то идея, которую он не то что рассказать нам не мог, а ещё и не сформулировал небось толком в своей голове, уже полностью завладела маленьким азиатом, отключив мозг и даже, наверное, инстинкты.

Кайто сорвался с места и исчез за дверью раньше, чем мы даже успели недоуменно переглянуться, поэтому пришлось ускоряться, чтобы не потерять его.

Впрочем, мы его всё равно потеряли – очень уж быстро он канул в толпу других азиатов. Молчаливо и коллегиально решив, что всё равно встретимся на корабле, как и сказал Кайто, мы отправились на борт, благо, уж что-что, а где стоит наш корабль, запомнили все трое.

Когда мы туда пришли, Кайто ещё не было, но он явился даже раньше, чем кому-то пришла в голову идея выйти с ним на связь по комлинку. Запыхавшийся азиат ворвался на мостик, и горящим взглядом обвёл экипаж:

– Сейчас всё сделаем! Пиявка, приготовь самый большой шприц!

– Клизму делать будем? – без особого интереса поинтересовалась Пиявка.

– Лучше! – ответил Кайто, протянул вперёд кулачок и разжал его. – Во!

На ладони у него лежало два крошечных цилиндрика, черных, с золотистыми тонкими линиями, будто печатную плату в рулончик скатали.

– И что это? – без особого интереса спросил капитан, осматривая цилиндрики. – Это… Какие-то импланты?

– Лучше! Это рисунок имплантов! – всё с тем же горящим взглядом ответил Кайто. – Ну, в смысле, имитация имплантов! Ну, в смысле, будет ею! Да что вы меня путаете⁈

– Спокойно, спокойно! – я поднял руки, останавливая словесный поток техника. – Объясни последовательно, что это за хрень и как она нам поможет?

– Это индуктивные транзиенты! – ответил Кайто. – Старая технология, я бы даже сказал, древняя, насилу нашёл их в продаже! И это даже отлично, что она такая древняя, никто её даже не заподозрит!

– Заподозрит в чём? – уже более заинтересованно спросил капитан. – Что делают эти штуки?

– По сути, это накопители информации, только очень малого объёма, вот прямо крошечного. – Кайто показал два сведённых вместе пальца. – Но зато это полностью энергонезависимая память! Используется она только тогда, когда транзиенты попадают в магнитное поле, причём строго определённое магнитное поле, появляются токи индукции, и можно прочитать забитую в транзиент информацию!

– А при чём тут импланты? – спросил я раньше капитана.

– Детекторы имплантов тоже подают такое же поле! – Кайто тряхнул головой. – Потому что сами импланты тоже снабжены собственными… «товарными знаками», назовём их так, основанными на этих же самых транзиентах! Просто теперь их никто не делает отдельными чипами, а сразу интегрируют прямо в разводку имплантов!

– Кажется, я начинаю понимать, – я нахмурился. – Ты хочешь с помощью этих чипов создать иллюзию, что у нас установлены настоящие импланты?

– В точку! – Кайто щёлкнул пальцами. – И эту идею подкинул мне именно ты, когда заговорил о том, чтобы выдать себя за аугментатора! Транзиенты безопасны для человека, их можно вживить под кожу обычным шприцем, что мы и сделаем… Как только я запишу на них сигнатуры подходящих имплантов, конечно…

– А как ты это сделаешь? – полюбопытствовал Магнус, которому явно было скучно сидеть на корабле, пока остальные осматривают новую планету.

– А там ничего сложного, и обычный терминал справится! – Кайто махнул рукой.

– Если всё так просто, то почему иллюзии имплантов не наводнили рынок? – Пиявка тоже решила не отставать в вопросах.

– А… Зачем? – Кайто удивлённо посмотрел на неё. – Зачем кому-то кроме нас создавать иллюзию, что у него есть импланты?

– Действительно… – пробормотала под нос Пиявка, опуская глаза. – И правда ведь незачем…

– Всё, решили! – ничего ни с кем не решив, резюмировал Кайто. – Сейчас записываю транзиенты, два укола – и можно идти!

– А это точно сработает? – опасливо поинтересовалась Кори.

– Доверься мне! – Кайто подмигнул ей. – Когда я вас подводил?

– Ну например, при перевозке кометиков… – глядя в потолок, произнесла Кори.

Но Кайто уже не слышал. Он уже достал терминал, Вики, и принялся за свои хакерские кайтовские дела.

Через пять минут всё и правда было готово. При помощи шприца (не самого большого явно, я видел и побольше) Пиявка ввела свёрнутые в трубочку транзиенты под кожу мне и капитану, в самое основание шеи. Пока транзиенты разворачивались, занимая положенное им место, Кайто прочитал короткую лекцию о том, какие импланты они будут имитировать – на случай, если нас спросят. Получалось, что нас обоих он наградил медицинскими имплантами, что ставятся на основание позвоночника и дополняют, а в особо терминальных случаях и полностью заменяют нейронную сеть, позволяя инвалидам снова двигаться практически в полной мере.

Уже через полчаса мы снова шли к пропускному пункту «Драконов», только на сей раз уже не останавливались. Кайто сразу предупредил, что надо сделать рожу кирпичом и идти как можно увереннее, потому что «драконы», как и любая триада, признавали силу и правило «если кто-то идёт так, словно он тут и должен быть, значит, он тут и должен быть».

Правда показания сканеров имплантов они явно признавали охотнее, потому что как только на капитане, что проходил последним, сканер вместо того, чтобы зажечь зелёный огонёк, завис на несколько секунд, не спеша выдавать результат, «драконы» явно занервничали и даже потянулись к оружию. Но тут сканер всё же показал зелёный свет, и они расслабились. А старший из них, что стоял у экрана сканера, в одних лишь зелёных штанах, чтобы было видно его наполовину железный торс, даже выпучил глаза, глядя на дисплей, а потом сошёл со своего места и подошёл к капитану.

Я слегка напрягся, прикидывая, скольких успею положить с «Аспида», но главный внезапно остановился в метре от капитана, приложил обе руки к железной груди и согнулся в пояснице, явно отвешивая поклон.

– Сян нинь чжицзин, цзуньцзин дэ чжаньши, ганьсе нинь дэ фэнсянь. – произнёс он, не поднимая головы.

Капитан явно растерялся, судя по глазам, но его выручил Кайто:

– Бье фань сяньшэн лэ! – громко возмутился он. – Вомэнь мэй шицзянь!

Главный из «драконов» тут же выпрямился и отошёл назад, а Кайто подскочил к капитану и потянул его за руку, явно давая понять, что надо срочно проваливать отсюда.

– Что это было? – тихо осведомился капитан, когда мы отошли уже метров на пятнадцать.

– Он выражал почтение, – так же негромко ответил Кайто. – Знатному воину.

– С какой радости? – опешил капитан.

– Ну, сигнатура импланта… Она, в общем, от старого военного импланта, другого ничего не нашлось в доступе. Такие импланты ставили бывшим военным по программе реабилитации… Ну, после Великого Патча. Тем, кто выжил…

– Великого Патча? – эхом отозвался капитан. – Кайто, сколько мне лет по-твоему?

– Не знаю… – Кайто с любопытством посмотрел на капитана. – Надо угадать, да?

– Не надо, – капитан вздохнул. – Давайте уже просто наконец разберёмся с твоей квартирой и свалим с этой планеты… Всего час на ней, а видеть уже не могу всё это!

Глава 21

Район, контролируемый «драконами», ничем не отличался от той части Мандарина, что мы видели до этого. Всё те же уличные едальни, всё тот же густой и тягучий, будто газообразная слизь, запах всего подряд и вместе, всё те же аугментированные азиаты вокруг, ведущие негласное соревнование на самый блестящий (во всех смыслах) образ.

Хотя нет, одно отличие всё же имелось, но заметить его смог бы лишь тот, кто уже провёл на Мандарине сколько-то времени и хотя бы что-то начал понимать в устройстве этой, без преувеличения, уникальной планеты.

Цвета.

Здесь, в районе «драконов», преобладали их фирменные цвета. Повсюду лениво шевелились на лёгком ветру красные и зелёные лоскуты ткани, повязанные порой даже на фонарные столбы и кронштейны вывесок. А там, где привязывать эти «флажки» было не к чему, обходились обычный краской, нанося красно-зелёные полосы прямо на стены, причём почему-то преимущественно по диагонали.

Ну и конечно же, основную массу красно-зелёного носили те самые «драконы». Алели и зеленели вокруг нас штаны и куртки, а порой – даже сами азиаты, что решили покрасить даже собственные импланты и стать ходячим символом своей триады.

Попалось на пути и немало гравитационных байков, всё в тех же цветах. И даже парочка гравикаров, перекрывающих какие-то особенно мутно выглядящие переулки.

«Драконы» сидели на машинах целыми толпами, прямо сверху, на крыше и капоте, как птицы на жёрдочках, и провожали внимательными и подозрительными взглядами всех проходящих мимо, включая и нас, само собой. Их рожи явно давали понять, что конкретно в этот переулок конкретно сейчас лучше не соваться без веской на то причины. А вескость причины определять будут сами эти ребята, и, скорее всего, положительным решение не станет. На беду тех, кто решил сунуться куда не звали.

Но у нас и не было нужды соваться в эти переулки. Кайто уверенно вёл нас вперёд по самому широкому из местных проспектов – тому самому, по которому мы сюда вошли.

Широким он был, конечно, только по местным меркам – всего-то двухполосная дорога, но зато она тут была исключительно пешеходной. Ни одно транспортное средство не проехало мимо нас за всё время, да и не смогло бы проехать даже в теории. И не только из-за плотной толпы людей, которая, неистово гомоня, текла по дороге, но ещё и из-за вездесущих палаток и киосков, построенных из всяческого мусора порою прямо по осевой линии полотна. Взглянешь на одну из таких забегаловок, где торгуют очередными жареными на палочках крысами, переведёшь взгляд на стены из тонкого металлического профиля, которые в нижней части уже просто приросли к бетону дороги, и сразу становится понятно – тут уже давно ничего не ездило. Очень давно.

От местного гомона и запахов у меня уже в глубине черепа начала зарождаться мигрень, но тут Кайто, будто прочитав мои мысли, свернул в сторону, в один из переулков. К счастью, не из тех, что перекрывали машинами «драконы».

По сравнению с проспектом, тут было даже тихо. И даже почти пусто, буквально десяток азиатов спешили куда-то по своим делам, незаметно проскальзывая мимо нас в ту или другую сторону. Для Мандарина это всё равно что вообще нет людей, как я уже успел понять. Здесь людей считают тысячами.

И всё равно, несмотря на всё это, я никак не мог избавиться от ощущения, что за нами кто-то наблюдает. Ощущение это появилось ещё в тот момент, как только мы второй раз выбрались из корабля, и не отпускало меня всё то время, что мы двигались. Я даже несколько раз осматривался, то скрывая это за попыткой размять шею, то глядя в попадающиеся на пути отражающие поверхности, но всё тщетно. Никакой слежки я не заметил, да это и не странно при такой-то концентрации людей вокруг.

А вот что странно – это то, что ощущение не пропало даже после того, как мы свернули в практически безлюдный переулок. И это означало одно из двух. Вариант один – во мне проснулась и расцвела пышным цветом самая настоящая паранойя. Вариант два – я просто не способен видеть своими человеческими глазами тех, кто за нами следит.

Первый вариант, конечно же, статистически вероятнее.

Поэтому за рабочую гипотезу я принял второй. У нас, у экипажа «Затерянный звёзд» всегда всё наоборот. У нас всегда самое невероятное является единственно возможным. В конце концов, не одни же Макоди могут себе позволить те же ультракамы.

Кайто свернул в один из неприметных подъездов, следом за ним туда же шагнул капитан, потом Кори, а я потратил мгновение на то, чтобы снова оглядеть окружение, уже не скрываясь и не шифруясь, снова никого не заметил, и шагнул следом за своими.

Дом, в который мы вошли, был таким старым, что в нём не было даже лифта. Вернее, когда-то он был, и от него осталась лифтовая шахта посередине подъезда, но, судя по кривой табличке с иероглифами, висящей на дверях, не работал он уже очень давно. Примерно с момента постройки самого дома.

Следом за Кайто мы поднялись по лестнице на второй этаж, встретив по пути лишь только одну сухонькую, будто тростинка, старушку. Она проводила нас недоверчивым взглядом одного пронзительно-голубого глаза (второй ей заменяла аугментация древних времён, чуть ли не одногодка Великого Патча). Я, не стесняясь, ответил ей тем же. Старушка не выдержала и отвела взгляд, и поковыляла себе вниз, а мы следом за Кайто свернули на этаж.

Здесь царили густые сумерки. Половина ламп дневного света на потолке не работала вовсе, а вторая половина работала какой как вздумается. Тёплый и холодный свет от разных ламп смешивался, давил на глаза. И хоть тут не было вездесущих запахов и почти не слышался нескончаемый гомон толпы, находиться тут было едва ли приятнее, чем снаружи.

Честное слово, эта планета каждым квадратным сантиметром своей поверхности будто пытается выжить с себя всех чужаков, всех, кто не родился на ней! Кайто вон нормально себя чувствует, даже несмотря на то, сколько времени он провёл вне Мандарина!

А нормально чувствующий себя Кайто тем временем колдовал с входной дверью. Дверь была такая же старая и обшарпанная, как и весь дом, и на ней даже имелась замочная скважина для физического ключа – анахронизм, как он есть! Тем более, что Кайто, кажется, и не собирался ею пользоваться вовсе. Сперва он приложил палец к дверной коробке, чуть выше головы, и подержал там две секунды. Это вызвало движение в другом месте, и плотно подогнанная, так что даже щели не оставалось, панель сдвинулась в сторону, демонстрируя спрятанную под ней клавиатуру о десяти клавишах. И не один, два, три и так далее на ней было написано, а вовсе какие-то странные символы, которые лично я впервые видел… Может, это тоже иероглифы вроде тех, что снаружи на каждом шагу? Хрен знает.

А ещё, кроме хрена, знал Кайто. Поэтому он быстро, даже не глядя на клавиатуру, нажал четыре кнопки в чётко определённой последовательности, и клавиатура тихонько пискнула. А потом щёлкнула и тоже отъехала в сторону, как и панель перед ней.

А вот уже под клавиатурой прятался ключ. Тот самый, физический, из позеленевший меди, фигурный и очень тяжёлый даже на вид.

Кайто взял ключ, сунул его в замочную скважину, секунду подождал, повернул его один раз, ещё секунду подождал, повернул ещё два раза, но уже в обратную сторону, и тут же снова в первоначальную. Если я не запутался, а я точно не запутался, замок сейчас должен находиться точно в том же состоянии, в каком и был, то есть – закрыт.

Однако Кайто, оглянувшись, толкнул от себя дверь, и она удивительно бесшумно открылась!

– Никогда бы не подумал, что ты доверяешь свою безопасность обычному физическому ключу, – пробормотал капитан, шагая внутрь квартиры следом за Кайто.

– А я и не доверяю, – спокойно отреагировал азиат. – Сейчас всё сами увидите.

И, шагнув следом за ними внутрь, я действительно сам всё увидел, когда дверь автоматически закрылась за мной.

Всё, что мы видели из коридора, было лишь маскировкой. Внутри же дверь представляла из себя монолит из серебристо-белого металла, толщиной с ладонь. Нисколько не удивлюсь, если эта дверь защищена от всего на свете на том же уровне, что двери реакторного отсека «Навуходоносора», а то и покруче.

С внутренней стороны на двери крепилось сразу несколько устройств неизвестного мне назначения. Шестеренки соседствовали с косами проводов и даже почему-то – с маленькими колбочками с какими-то жидкостями, наверное, какая-то гидравлика. Всё это занимало добрую половину дверного полотна, и заканчивалось шестью мощными ригелями, которые прямо на моих глазах вошли в такие же мощные петли, прикреплённые прямо к стенам, намертво запирая нас в квартире.

Да и вся квартира в целом создавала примерно такое же впечатление, как и эта дверь.

Когда я наконец оторвался от неё и посмотрел вокруг, то просто охренел от всего того, что здесь было. Это буквально была каюта Кайто на корабле, только увеличенная раз в пять… И заваленная всяким хламом плотнее тоже раз в пять.

Всё свободное пространство было занято какими-то непонятными устройствами, как электронными, так и сугубо механическими. Я опознал кусок навигационной системы от рейдера «Кириос», которая отпечаталась в памяти из-за своего характерного золотистого цвета и формы, похожей на какой-то диковинный цветок. Ещё я, внимательно присмотревшись, признал в одной из железяк накопитель данных, очень похожий на тот, что Кайто забрал с объекта ноль восемь, только явно постарее лет так на десять. Все остальные предметы, ровным слоем устилающие пол так, что пройти можно было только по узкой тропинке, свисающие со стен и даже потолка так, что приходилось внимательно смотреть, чтобы ничего не зацепить плечами – всё это было мне неизвестно. Кажется, я даже разглядел что-то напоминающее башку одного из тех роботов, что мы увидели на базе в поясе астероидов, хотя полной уверенности у меня не было – слишком уж мало от неё осталось после того, как руки Кайто добрались до самого интересного.

И всё это, конечно же, было покрыто толстым слоем пыли. Даже если бы у Кайто не было возможности удалённо наблюдать за своей квартирой, по одному только этому слою пыли можно было ещё со входа легко определить, что здесь уже давным-давно никого не было.

Сам Кайто, ловко маневрируя между железяками, проскакал по квартире и скрылся за поворотом, оставив нас с капитаном удивлённо созерцать всю эту выставку современного хакерского искусства, по-другому эту свалку просто не назвать.

Вот вроде действительно – свалка, самая натуральная, просто бери и выбрасывай всё это дело, хоть прямо из окна, чтобы не таскать по лестнице на руках. Половина этого электронного хаоса выглядела так, словно прямо сейчас сложится в какого-то особенно противного робота, и ринется на меня в атаку. А вторая половина – так, словно её атака уже осталась в прошлом, и она была сугубо неудачной.

Но при этом даже у меня, далёкого от всяких компьютерных дел человека, при взгляде на всё это, где-то глубоко в подкорке моментально появлялось понимание того, что всё это нужно. Всё это важно. Всё это здесь не просто так. И, конечно же, для Кайто всё это имеет какое-то особенное значение. Каждая из этих железок это не просто хлам, достойный занять место лишь на свалке, нет. За каждой из этих железок, за каждым из этих проводков скрывается целая история, интересная или не очень, загадочная, запутанная, или наоборот – простая и даже, может быть, весёлая. Вот та же самая голова робота, которая при более детальном рассмотрении оказалась чем-то вроде крупного навороченного лидара – вот что он тут делает? Может быть, азиат собирался препарировать эту технологию, чтобы изучить её работу? А после того, как поймёт, сделать, например, уменьшенную копию этой технологии, чтобы поставить её на Вики? Ту самую технологию, с помощью которой он помог нам обнаруживать невидимок Макоди?

А навигационная система от рейдера ему для чего? Даже не вся система, а только лишь её кусок, который отвечает за обработку информации с внешних датчиков корабля?

Это, по сути, просто очередной процессор, очередной контроллер с достаточно узким функционалом, и на тебе – лежит тут, прямо на кресле с порванным подлокотником (порванным, кажется, острым кронштейном этой же самой системы). И от него тянутся и уходят куда-то назад, за кресло, пучки проводов, подключённые к выводам.

Серьёзно, почему-то было стойкое ощущение, что если взять хотя бы за один провод, что тут и там торчали из устройств, вились по полу, и даже свисали с потолка, и потянуть, в надежде найти конец, то ни хрена не получится. Один провод потянет за собой другой, тот – третий, и так далее, заставляя двигаться по ним, как паук – по паутине… С той лишь разницей, что это чужая паутина, и новому «пауку», то есть мне, она вряд ли будет рада.

А ещё почему-то казалось, что где-то есть какой-то мастер-выключатель, если можно его так назвать, который контролирует всю эту «сеть». И, если Кайто его нажмёт, то всё это моментально придёт в движение, засверкает разноцветными лампочками как праздничный фейерверк и загудит десятками вентиляторов.

Но Кайто никакого выключателя так и не нажал. Он так и швырялся где-то там, в дальней комнате небольшой двухкомнатной квартиры, оставив нас троих в коридоре обозревать всю эту невероятную сеть и бояться сделать даже шаг, чтобы всё это не сломать.

– Никогда не видел ничего подобного, – тихо произнёс капитан, шальными глазами осматривая окружение. – Помнишь наш разговор о том, что Кайто не шизофреник?

– Угу, – только и смог ответить я, глядя на помалкивающую Кори.

– Я уже в этом не уверен, – признался капитан, и тут из комнаты, где скрылся техник, раздалось ликующее:

– Эврика! Я знал, что она тут!

В комнате раздался грохот, словно что-то упало, потом тихое шипение, будто что-то откуда-то потекло, и наконец Кайто вышел в коридор. В руках у него было что-то похожее на шлем от скафандра…

Стоп, это и был шлем от скафандра! Старого жёсткого скафандра, чуть ли не времён Великого Патча! Только вот осталась от него буквально одна лишь «скорлупа», а вся начинка явно была заменена руками Кайто, да так плотно набита, что уже и речи не шло о том, чтобы в эту мешанину плат и проводов пролезла хотя бы чья-то голова! И это всё не говоря уже о том, что даже снаружи на шлем было налеплено несколько дополнительных плат и антенн, как будто Кайто собрался с его помощью искать пришельцев, которых, как известно, не существует.

– Всё, уходим! – выпалил Кайто, зажимая свою находку под мышкой. – Быстро, быстро!

– Кай, это всё… – опасливо начал капитан, обводя окружение рукой. – Это…

– Неважно! – Кайто сверкнул глазами. – Мы нашли то, что искали, теперь быстро валим отсюда!

– Мы разве куда-то торопимся? – удивилась Кори,

– Да, ещё как! – зло сверкнул глазами Кайто. – И если вы хотите вернуться на корабль без проблем, то самое время взять ноги в руки и мотать отсюда!

– Но… – медленно начала Кори.

Но не договорила. По квартире внезапно разнеслась короткая, буквально из четырёх нот, мелодия, будто колокольчики легонько прозвенели. Я даже стрельнул глазами в сторону звука, потому что точно не видел никаких колокольчиков… Хотя это ещё ничего не значило, в этом хаосе вполне могли где-то затесаться и они тоже.