Текст книги "Суетящийся демон. Книга 3 (СИ)"

Автор книги: Антон Гусев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

Говоря это, он пристально глядел на рот девушки, но ни один мускул на её лице не дрогнул.

Зашипел небольшой приёмник и Майя нажала на кнопку.

Из устройства, сквозь помехи, раздался голос их нежданного сопровождающего:

– Только не говорите мне, что мы летим к плитам. Точнее к одной из арок, находящихся в них.

Девушка вопросительно посмотрела на Евклида. Тот кивнул.

– Господин Ацером подтверждает. Именно туда мы и направляемся.

– К чёрту в цепи… Арки закрыты для меня! Какая цель конечного прибытия?

Евклид привстал и медленно отстранил холодную руку девушки с приёмника.

– Пусть помучается немного… – прошептал он с улыбкой. – Расскажем, когда он повторит свой вопрос.

– Эф, ты с ума сошёл⁈ Не рассказывай ему, у тебя есть отличный шанс оторваться! Если он не сможет воспользоваться аркой, то будет вынужден добираться самостоятельно. Ты можешь назвать ему любое место в Хаосуме и он будет вынужден скакать туда. Мы обманем его, не приложив ни капли усилий!

– Повторяю вопрос! Какова цель конечного прибытия⁈ – зашипел приёмник. Голос звучал громко и требовательно.

Евклид надел шлем и металлический голос Ацерома проскрежетал:

– Карающий Равель, конечная цель прибытия Кровавый вербовочный пункт. Если вы не можете отправиться через арку, то вероятно сможете показать нам дорогу туда сквозь Хаосум?

– Конечно. – Раздалось после короткой паузы. – Здесь недалеко, следуйте за мной.

Евклид заметил эту паузу и его лицо под маской озарилось улыбкой:

– Сэкономленную оплату за проход я желаю получить по прибытию, если не возражаете. Сквозь мрак их воля.

– Разумеется, Ацером Непреклонный. Глупо торговаться с королём, носящим подобное прозвище. – Карающий явно был доволен. – Конец связи.

– Эф! Ты мог бы улизнуть от него, не прикладывая никаких усилий! Что на тебя нашло⁈ Даже среди Оккику легенды о Карающем Равеле рассказывают с почтением.

– А о Евклиде?

– О Евклиде⁈ Кем ты себя возомнил⁈ Ты просто нормализатор! Тебя хотят использовать, вот и всё! Очнись, Эф! Ты – человек! Ты просто человек!

Евклид откинул шлем и снова улёгся на свёрнутый плащ, кривясь от боли. На его губах играла мечтательная улыбка, глаза сияли:

– Ты всё правильно говоришь Майя. Всё абсолютно правильно говоришь. Но пройдёт всего несколько часов и обычный человек прикончит самого Карающего Равеля. Прикончит на глазах у самых отпетых головорезов этого проклятого мира. Просто следуй за его каретой. Просто следуй. И пусть слёзы прольются у тех кто сегодня, не купил хоть билет на моё представленье…

Глава 16
Магия разлома

– Терпеть не могу это место… – проворчал Равель, когда троица, оставив позади свои транспортный средства, сошла на унылую и грязную территорию Кровавого вербовочного пункта.

– А мне теперь оно нравится куда больше, – Евклид похлопал по солидному мешочку уний, который прицепил на пояс. Деньги сэкономленные за дорогу «в обход». Он успел хорошенько выспаться в пасти луны и чувствовал себя куда бодрее, чем раньше, однако тело и голова по прежнему ежеминутно напоминали о себе пульсирующей болью. Он, в который раз, поблагодарил маску, которая прикрывала своей металлической мимикой его морщащееся от боли лицо.

– Нулевая Земля закрывает глаза на этот гадюшник. Мы стараемся не вмешиваться в дела нейтральных территорий, но то что происходит здесь, это уже слишком.

– Боитесь, что наёмники все вместе куда сильнее, чем армия нулёвки? – Голос Майи был ровным, несмотря на дерзкий вопрос.

Карающий не удостоил её взглядом, но всё же ответил:

– Наёмники готовы перегрызть друг друга за горсть монет. А денег у нас куда больше, чем ты можешь себе представить, помощница некроманта. Это раз. Они никогда не смогут собраться и предпринять что-то радикальное. К тому же их не интересует политика, да и вообще что-либо, кроме денег. Это два. Мы идём, Ацером Непреклонный? Нормализатор скрывается где-то здесь?

– Следуйте за мной. И ничего не делайте до тех пор, пока я не скажу. Левая стопа, накинь капюшон, не хочу, чтобы кто-то из помощников нормализатора увидел тебя раньше времени. Согласуем какой-то план?

– Просто отведи меня к нему. – Надменно ответил сатан. – Всеволод послал меня не просто так. Покажи мне цель, дальше уже не твоя забота, некромант. Ты так и так получишь свою награду.

Они зашлёпали по слякоти по направлению к Воронке, поглядывая на мрачное электрическое небо. Некроманта и его помощницу здесь вряд ли могли узнать, а вот Карающий был легендой. Высокий рост сатана и его яркая внешность не оставляли никаких шансов остаться незамеченным, да он и не стремился к этому. Уверенная походка, прямой взгляд и идеальная осанка говорили о том, что телохранитель Всеволода привык быть в центре внимания.

Окружающие перешёптывались украдкой и старались держаться на почтительном расстоянии. Из тумана то и дело выныривали фигуры и глазели на высокий худощавый силуэт, чтобы при его приближении снова скрыться.

– Я даже немного завидую твоей славе, Карающий. – Металлический голос из-под маски звучал насмешливо. – Мы, короли, правим, но о нас никто не знает, а ты служишь, но о тебе знают все.

– Правление и служение относительные величины Непреклонный. Большинство прозябающих здесь в поиске работы воинов, могли бы добиться куда большего, примкнув к кому-то, но предпочитают псевдо независимость. В итоге вся их свобода сводится к поиску нового временного хозяина. Жалкая жизнь. Я один из самых могущественных сатанов Хаосума, хоть и служу человеку. Это симбиоз. Равноценный обмен. Моя внутренняя жажда власти полностью удовлетворена.

– Так ли это? Вас, словно верного пса, посылают на задания и вы не можете отказаться.

– Я создан для подобных вещей. И с таким хозяинов как Всеволод, мне даже дела себе придумывать не нужно. Он ломает свою человеческую голову, чтобы придумать, чем бы сегодня поразвлечь великого Карающего Равеля. Его человеческая жизнь так коротка, пусть занимается. Я с любопытством принимаю вызовы, которые ставит передо мной этот честолюбивый человек. А вот мотивы некромантов мне действительно непонятны.

– Спрашивай, Равель. Откровенность за откровенность.

– Некроманты – существа не чистой природы. Сатаны – дети энергии хаоса, мы возникаем и осознаёмся, благодаря случайности, тем ценнее наша жизнь. Мы – создания мира. Люди тоже создания мира. Влекомые плотью, они плодятся и обретают собственные черты и характеры. Обречённые на страдания от рождения до смерти, люди прекрасны своими мимолётными вспышками гениальных идеи и ярких поступков. Я легко убиваю людей, прекращая их страдания. Я легко убиваю сатанов, они все мои конкуренты. Но некроманты… Уродливые создания, которых не порождал этот мир. Уничтожив свои прекрасные человеческие слабости они бродят в апатии и неудовлетворённости, будто гомункулы. Грязные выродки магии, направленной по порочному пути. Ни один некромант не сможет победить меня, Карающего Равеля. Псевдосила. Для меня куда лучше пасть от руки человека.

– Что скажешь, Левая стопа? – Маска Ацерома сложилась в улыбку.

Они уже достигли края воронки и теперь медленно спускались к самому её центру.

– Я была человеком до недавнего времени. – Ответила Майя, немного подумав. – Люди должны жить в мире людей, а не в том аду, что происходит вокруг. Когда мир вокруг – ад, самое правильное решение самому стать демоном.

– Вы не демоны. – Возразил Карающий. – Вы вбираете демонов в себя, пытаясь заполучить нашу силу, но не можете поглотить её полностью. Она питает вас, словно вечный аккумулятор, пытаясь компенсировать ту дыру, которая образовалась на месте того человеческого, что было раньше. Однажды ко мне попала любопытная книга. Сказка о Пиноккио, кукле, мечтающей стать человеком. Думаю, что пора бы написать другую книгу, сказку о человеке, мечтающем стать куклой. Думаю, что Карло Коллоди, человек, написавший ту книгу, расхохотался бы от подобной нелепости.

– Мы почти пришли, Карающий. Нормализатор находится вон там, прямо на дне воронки. У нас встреча. Он явится за девчонкой. По пути сюда я отдал все необходимые распоряжения. Уверен, что он будет сопротивляться. И будет ни один.

– Я уже сталкивался с ним и его шайкой. Для подошвы моего башмака не имеет значения сколько будет муравьёв, один или сотня. Все они будут растоптаны в одно мгновенье. И к тому же у меня есть вы двое, верно?

– Конечно, Равель. Можешь на нас рассчитывать.

Они подошли к арене, на которой не было ни одной пары сражающихся. В середине стоял воин в жёлтых доспехах, глядящий на прибывшую троицу. Он задумчиво перебирал цепь с гарпуном на конце. Лицо его было спрятано за шлемом.

– Они все смотрят на нас. – Равель окинул взглядом несколько уровней воронки. Тысячи глаз с интересом уставились на них, ожидая продолжения. – Прекрасно. Они приготовили мне засаду. Пойдём Ацером, я покажу тебе, что такое сила. Ты тоже смотри, Левая стопа. Смотри внимательно.

Он лёгким движением прыгнул на арену и двинулся в сторону рыцаря, взмахнув в воздухе посохом. Красные ленты в его чёрных волосах тоже пришли в движение под порывами магического ветра.

– Ты нормализатор? – Голос сатана изменился. Он стал низким и громким.

Рыцарь молчал, только цепь в воздухе раскручивалась всё сильнее.

– Я – нормализатор. – Прозвучал голос Евклида позади и вместе с этой фразой раздался удар колокола.

Арена завибрировала. Несколько десятков прозрачных плоских рук вырвались из-под земли прямо в том месте, где находился сатан Всеволода. Только сейчас Евклид заметил, что Недвижимый Самуэль – прозрачный сатан, не висит на лямке за спиной Ти-лая. Хитрый охотник спрятал его под землёй.

Вспыхнули защитные печати. В тот же момент загорелись и атакующие. На арену с разных ярусов спрыгивали сатаны, сковывая Равеля каждый своей собственной магией. Десяток человек. Ещё десяток. Целая армия наёмников.

Голова сатана развернулась на сто восемьдесят градусов, разглядывая Ацерома Недвижимого, точнее того, кто скрывался под его маской.

– Ты… – Выдавил из себя сатан. – Как? Я знаю Ацерома. Знаю его маску во всех подробностях. Шедевр механического искусства. Это она, я помню каждую вмятину и трещину на ней. Я произвёл сверку! – Последнее прозвучало с надрывом.

– Это настоящая маска, Карающий. Просто я убил Ацерома. Вместе вон с тем парнем, который удерживает тебя прямо сейчас. Самоуверенность затмила твой разум, Карающий Равель. Потому ты и умрёшь сегодня.

Прямо перед Евклидом приземлился Суетящийся демон в ледяной броне, а позади, прикрывая спину, Эннор. Всё её тело окутывал лёгкий белёсый дымок. Она поработала над своей защитой, как и обещала.

– Я прикончу тебя и всех тех выродков которых ты с собой притащил!

– Это вряд ли. Я щедро заплатил за то, чтобы ты сегодня не покинул эту арену, Равель. Один против нескольких десятков лучших наёмников Воронки. К моему удивлению, несколько человек согласились поучаствовать без оплаты. Ты и твои хозяева много кому насолили. Будь ты самим богом, тебе не уйти сегодня. Ты ответишь за наше бегство с Октомора.

– Ты… Мне велено привести тебя живым… Но я передумал… Хватит и твоей головы…

Рога на маске Равели стали прозрачными и гибкими, а сама она соскользнула с лица и ударилась о землю. Ленты на волосах, одна за другой, развязывались, высвобождая развивающиеся чёрные волосы.

– Евклид, назад! Он обращается!

– Отразится от поверхности гнев эха, низвергнутого разломом… Распахнись!

Тело сатаната стало зыбким и ленты рук прошли сквозь него, словно пальцы через воду. Часть удерживающих печатей всё ещё сохраняли форму Равеля, но большая часть её уже стекла на землю. За спиной Карающего пространство раскололось вертикальной трещиной, испуская на остатки тела сатана матово-чёрный свет.

– Убить его! – Взмахнул рукой Евклид и два десятка наёмников бросились в атаку.

Воздух закипел, температура в считанные секунды поднялась до сотни градусов, заставляя атакующих сбавить темп и позаботиться о собственной безопасности. Перед Евклидом возникла рука с сухими костлявыми пальцами, сотканная из полупрорачных чёрных нитей. Она попыталась раздавить его, но Эннор отбросила молодого человека в сторону, после чего произошло невероятное. Рука вновь повторила действие, накрывая навигатора второй такой же, будто тенью.

В этот раз на выручку пришёл Тимофей. Ледяная броня, стремительно расширившаяся внутри огромной ладони, треснула и начала крошиться, однако дала возможность синеволосому спасти Эннор и самому выскользнуть из смертельного захвата.

Из разлома за спиной Равеля одна за другой вылезали тени, похожие на хозяина. Часть из них оставалась защищать владельца, срывая окружающие его печати, а часть отправилась разбираться с нападающими.

Ти-лай рванулся вперёд, размахивая цепью, словно гигантской мельницей. В какой-то момент колокол, наконец, вырвался из-под земли, подброшенный заклинанием охотника. Цепь обернулась вокруг и Недвижимый прозрачной породы, обрёл привычное место за спиной у хозяина.

Тощая тень Равеля с огромным молотом на тонком древке появилась позади него и нанесла удар тяжёлым железным набалдашником. Ти-лай отразил его, но тут же вторая тень нанесла удар охотнику, который уже успел опустить руки. Ти-лая отбросило в сторону.

Евклид оглядел поле сражения. Тени лезли из разлома одна за другой, их количество неумолимо увеличивалось. Нападающих становилось всё больше. Пока они с успехом отражали подлые «двойные удары», но время работало на Равеля.

Молодой человек поднял руку с выпрямленными указательным и средним пальцем, а после направил её на сатана. Это был условный сигнал, чтобы не задеть своих. На пути вытянутой руки образовался коридор без людей:

– Тимофей, в сторону! Гелиодор передаёт привет!

Равель, казалось, услышал эти слова, хоть молодой человек произнёс их тихо, стараясь ударить скрыто. Безликий овал лица повернулся в сторону стремительно приближающегося фиолетового луча. Но чуда не произошло, каким-то невообразимым способом луч преломился, так и не достигнув противника. Каждая его частица всасывалась в разверзшуюся трещину, огибая жертву.

– Плохая магия… – Прокомментировал синеволосый. – Это иное измерение. Я чувствую. Эта сила, похожая на ту, что вызывает Смешение. Впервые вижу подобное своими глазами.

– Главное, что эти твари больше не лезут наружу. – Евклид удерживал раскаляющуюся рукоять ваджры, слегка отвернув голову в сторону.

Кратковременной передышкой воспользовались нападающие. Их приободрило то, что враги больше не прибавляются. Некоторые, стоя на одном месте, зашептали заклинания, накапливая силы для более мощной атаки. Некоторые, впрочем, уже валялись на арене в причудливых позах, неспособные больше произносить заклинания вовсе. Вокруг них вздрагивали чёрные копии Равеля, разламывающие и пожирающие тела поверженных наёмников.

– Кажется, мы побеждаем, Евклид. – Суетящийся наклонился вперёд, для резкого рывка. Два ледяных копья были наготове. – Он не успел выпустить достаточно миньонов из трещины, ваджра сдерживает их.

– Стой на месте, сатан. Я не хочу тобой рисковать. – Приостановил его молодой человек. – Мы платим достаточно для того, чтобы другие рисковали жизнью за нас. По этой же причине я не хочу выпускать чёрных псов. Они могут глупо погибнуть, в битве с таким опасным врагом. Не лучше ли сохранить их для чего-то более полезного? Ты хотел нового уровня, Тимофей? Вот он. Смотри!

Равель, сдерживаемый печатями множества противников, застыл на месте как вкопанный. Обе его ноги окаменели, сращиваясь с серой поверхностью арены. Невозможность перемещения делала Карающего более лёгкой целью для противников. Он мог поглощать урон, но не уворачиваться от атак.

– Тёмный путь! Кровавыми слезами опустятся на землю красные ленты… Оберни! Принесите мне голову этого человека.

– Хозяин! Тёмный путь! – Закричал Тимофей. – Это заклинание нельзя отразить, беги!

– Защити меня, сатан. Мне нельзя останавливать ваджру.

– Ты не понимаешь! Они не переключаться на меня, они требуют человеческой крови!

Красные ленты, разметавшиеся по арене, в самом начале сражения, извиваясь, бросились в сторону молодого человека.

– Лёд не остановит их! Хозяин, прости. Я бессилен против этой магии.

Евклид рванул ваджру в сторону, защищаясь, но она будто увязла в тёмном разломе, продолжая раскаляться. Рукоять уже была оранжевой и Евклид почувствовал, как на плече вздуваются волдыри от ожогов.

Ленты неумолимо приближали и наконец достигли цели, впившись в человеческую плоть. Плоть Славы, которого Эннор швырнула на съедение, спасая своего капитана. Славу подняло в воздух, обмотанного лентами по рукам и ногам. Они долго питались силой Карающего и теперь остановить их было невозможно.

– Какого хрена Эннор⁈ Твой контракт не исполнится!

– Исполнится! Хозяин сам меня попросил. Решил выбраться из укромного местечка и спасти тебя. Видно совесть замучила. Отсиживается в безопасном местечке, вдали от боя.

Грузное тело подрагивало на ареной. Ленты пытались всеми силами умертвить человека, выпить его до капли, но не могли сделать это быстрее, чем с его тела исчезнут защитные татуировки.

– Мерзкий ублюдок! – Пророкотал Равель. – Опять ты!

Ноги Карающего окаменели уже практически по пояс. Почти два десятка наёмников пытались добить телохранителя Владыки, но могли делать это только медленно, сантиметр за сантиметром.

– Видишь, Карающий Равель⁈ Смотри внимательно! Это твой конец!

– Конец⁈ Нормализатор, пустивший под нож столько людей, даже собственного друга, ради моей смерти! Ты ошибаешься! Как сильно ты ошибаешься!

Послышалось лошадиное ржание и в наполовину окаменевшее тело врезалась карета, отделяя верхнюю часть туловища от затвердевшего основания. Корпус кареты завалился набок, а безногий Карающий уже скакал на одном из белоснежных скакунов с косой наперевес.

Второй был пойман и скован призрачными руками Самуэля. Ти-лай, стоя на одном колене, кастовал заклинание, ослабляющее демона, так похожего на живое существо. Оно исступлённо билось в агонии, сопротивляясь, но охотник не торопился. Теней вокруг уже не осталось, а Карающий был занят сражением на другой части арены. На помощь охотнику уже спешили помощники, белый демон был обречён.

Краем глаза Евклид заметил, как пара наёмников, увидев, что Карающий снова вступил в бой, бросилась бежать. Для людей подобного ремесла, бегство означало уход из профессии. Загонщики, киллеры или танки – не важно. Те, кто капитулировал после оплаты больше не могли появляться в Воронке. Если, конечно, имелись свидетели, а свидетелей в этот раз было предостаточно.

– Трусливые ублюдки… – процедил Евклид.

Фиолетовый луч, зажатый в разломе метался по арене вслед за Равелем и Евклиду приходилось изворачиваться, чтобы не повредить себя и союзников. Рукоять раскалилась настолько, что кожа вокруг костяной руки почернела, но молодой человек уже не мог разжать пальцы. Ладонь намертво прикипела к оружию.

Постепенно он перестал понимать что происходит вокруг. Ледяные примочки Суетящегося больше не помогали, да и изрядное истощение тела давало о себе знать.

– Эй, капитан, ты чего⁈ – Эннор подхватила обмякающее тело, но сознание Евклида подхватить было невозможно. Оно провалилось в темноту.

Боль прошла. Он будто погрузился в сон.

В сознание его привёл до боли знакомый голос:

– Ну привет, братец!

Евклид открыл глаза и обнаружил себя в странном месте. Он плыл по реке раскалённой лавы на крошечном островке, покачиваясь от любого, даже самого крошечного столкновения с другими, более мелкими островками. Его правая рука была цельнометаллической, а на месте кисти красовалась внушительная железная гиря. Лёгкое движение рукой и островок готов был перевернуться, опрокинув молодого человека в раскалённую субстанцию.

– Что это за место? Кто ты? Чёрт, как жарко и как тяжело…

– Жарко… Я ведь говорил тебе однажды, что страдания – часть человеческого роста? Ты сам виноват. Я – тот кого ты без тени сомнения убил и чьим даром так беспечно распорядился. Я – твой друг, отчасти, если подумать. Ну да ладно, хватит болтать почём зря, у нас с тобой очень мало времени.

Глава 17
Жидкость из реки Гелиодора

Из бурлящей, раскалённой докрасна субстанции, вынырнула гигантская голова, в которой угадывались черты старика Гелиодора. Длинные седые волосы и борода, были приглажены стекающей вниз лавой. Голова растянулась в улыбке:

– Время здесь течёт гораздо медленнее, чем на арене, мальчик. Но сукин сын Равель чертовски быстр. Прямо сейчас он огибает арену, снимая головы врагов, но его взгляд направлен только на тебя. Времени почти не осталось.

– Этот кусок земли подо мной, вот-вот опрокинется, Гелиодор, а рука мигом утянет на дно. – Евклид как мог поддерживал тяжеленную правую руку, с трудом удерживая равновесие.

– Что поделать, это место не я придумал, я тут… Можно сказать ванну принимаю. Впервые за долгое время мне тепло и комфортно, чего нельзя сказать о тебе. Ты сейчас без сознания. Перегрелся и предохранитель сработал, поэтому ты здесь. Но учти, твоя рука по-прежнему сжимает ваджру, а бьющий из неё фиолетовый луч по-прежнему исчезает в чёртовом разломе, не достигая цели. Так ты угробишь себя, а затем и меня. Оказавшись в руке обгоревшего трупа, я тоже погибну. А мне, признаюсь, хотелось бы ещё немного покупаться в этой алой тёплой реке. Здорово ведь бесконечно плыть вот так, по течению, наблюдая забавные картинки, в виде твоих попыток достичь величия! Каждый раз когда ты передаёшь кому-то мой привет, у меня здесь будто кино включается. Знаешь, что такое кино?

– Говори, что мне делать, старик! Я бы тоже с радостью валялся сейчас в какой-нибудь ванне, желательно с ковром на стене и играл в приставку, но так уж получилось, что я не могу. У меня там снаружи своя проклятая река. Помоги мне! Я должен убить Равеля!

– Мне нравится твоя ненависть и твой огонь, мальчишка! Поработать над техникой и из тебя выйдет толк! Энергией, бьющей из рукояти, можно управлять. Она может быть тонкой, словно паутинка и смертоносной, а может расширяться конусом, словно веер или луч света. Сила в таком случае, конечно, ослабевает. Говорю тебе из предыдущего опыта. Хотя я надеялся, что ты и сам догадаешься.

– Как мне управлять ей, Гелиодор⁈ Быстрее! Пожри тебя пустота! – Островок качнулся и левая рука Евклида угодила в раскалённую субстанцию.

Молодой человек с удивлением обнаружил, что после погружения от его кисти не осталось и следа. Она испарилась, оставив ровный участок, обтянутый кожей.

– Это сон. Просто сон! – Успокоил он себя. – Рука на месте.

– Скорее бред, а не сон! Во сне ты отдыхаешь, а в бреду твоё сознание мечется, как бешеный пёс. Кстати про сознание. Ведь в нём, кажется, всё и дело.

– Кажется⁈

– Разумеется, мальчишка, я сам ведь никогда не управлял ваджрой, ведь я сам ваджра и есть. Забавно, согласен? Ты прикончил меня, а теперь просишь совета, как с моей помощью прикончить кого-то другого. Я вот и делюсь опытом. А дальше сам экспериментируй. Времени мало. Несмотря на старания Суетящегося демона, ты, похоже, сильно перегрелся.

Огромная голова прикрыла глаза и начала погружаться. На тонких губах появилась блаженная улыбка.

– Эй, стой! Этого мало! Скажи ещё что-нибудь! Какой-то совет!

Но голова Гелиодора уже скрылась под водой, вызвав небольшую волну. Евклид обречённо смотрел, как она приближается к его хлипкому островку и через секунду потерял равновесие и рухнул в раскалённую жидкость.

– Открыл глаза! – Закричала Эннор. – Останови грёбаный луч, капитан! Ты сейчас сгоришь!

Евклид уже плохо чувствовал правую половину тела. Он сидел на земле, поддерживаемый Майей. Сквозь пелену на глазах он разглядел Карающего, сидящего верхом на лошади. Лошадь, в свою очередь, стояла на месте без движения. Вокруг двух существ вибрировал красный шар. Наёмники вокруг тоже замерли в ожидании.

– Что происходит, Тимофей? Почему он остановился⁈

– У нас перерыв. Карающий решил принести в жертву своего демона. Он поглощает его и восстанавливает нижнюю половину своего тела. На время ритуала всё, что снаружи защитной оболочки не сможет его задеть. Он тут такое устроил, пока тебя не было… Оказывается наша библиотекарша не так уж и бесполезна. Билась как крыса, загнаннаяв угол… Хозяин, ты совсем плох, если не придумаешь как остановиться ваджра тебя прикончит. Вот-вот начнётся второй раунд, но ты не дотянешь, если не придумаешь как выключить эту штуку прямо сейчас.

– Я не остановлю её пока не сдохнет Равель или пока я сам не увижу бога. Время решительных действий, сатан. Врубай систему охлаждения на полную катушку. Эннор, сделай всё что можешь для меня и для Славы. Майя, ты тоже. Мы оба должны протянуть как можно дольше. В конечном счёте, сколько бы я не собрал народу, вся эта битва, к сожалению, превратилась в дуэль.

Евклид закрыл глаза и сосредоточился. Несмотря на нестерпимый жар подсказка Гелиодора помогла: он смог различить оттенки этого жара, разглядеть их цвета. В центре находился фиолетовый и молодой человек мысленно сосредоточился именно на нём. Он представил, что этот цвет скатался в тонкую паучью нить. В голове зазвучал низкий бас, тарантул размером с трёхэтажный дом, дёргал за нить, как за струну. Перед глазами почему-то промелькнул ухмыляющийся паучий генерал.

– Нить, – прошептала Эннор. – Луч стал совсем тонким. Сила ваджры заканчивается?

Молодой человек не слышал её. Теперь он представил себе ещё одного паука, а потом ещё и ещё. Множество струн, вибрируя, резонировали, звуча всё громче.

Луч вздронул., а потом взорвался в стороны, становясь широким, будто луч прожектора. Равель вскрикнул. Снаружи он был неуязвим, но свет находился внутри прожектора и расширившись вышел за пределы разлома, поглощая сатана и его жертву. В мгновение ока, отражаясь от барьера внутри, луч многократно преломился, сжигая всё, что находится внутри, словно в печи.

Карающего отбросило в сторону. Прерванный ритуал высвободил много энергии, но жертва, белоснежная лошадь, уже была принята. Ржание разнеслось по арене эхом, но от самого демона-прислужника не осталось и следа.

– Поверить не могу. Он выдержал попадание этого проклятого оружия. Карающий не восстановился до конца. Но… Он встаёт.

Разлома за спиной противника больше не было и Евклиду, наконец, удалось погасить испепеляющий луч. Телохранитель Всеволода стоял на одном колене, опираясь на руку. Вторая нога по-прежнему отсутствовала, так и не успев регенерировать.

– Всеволод знает о том, что здесь произошло. – Раздался искажённый потусторонний голос тощего сатана. Его волосы разметались по арене, а меняющее форму тело придавало ему вид чёрной волосатой кляксы с воткнутой в неё палочкой – древком с лентой на конце. – Он скоро будет здесь с целой армией трёх семей… Тебя четвертуют… Он зальёт всю воронку бетоном… Вербовочный пункт исчезнет навсегда…

Наёмники осторожно окружали ослабленного противника. Даже в таком состоянии Равель был способен прикончить многих из них и нападающие это знали.

– Тимофей, наколдуй что-нибудь, чтобы все слышали то, что я сейчас скажу.

Синеволосый сделал едва заметный жест и перед лицом Евклида появилась печать, втягивающая и усиливающая каждое слово говорящего.

– Жители Кровавого вербовочного пункта! Вы всё сделали правильно. Вы отстояли свой честный статус наёмников. Я оплатил заказ. Вы его приняли. Кодекс не был нарушен. Опасаться нечего. Во всём что произошло здесь виноват только один человек. Этот человек я – Евклид. Всё что здесь произошло только между Всеволодом Анграмайном и мной. Вам абсолютно ничего не грозит. Равель пытается сбить вас с толку.

Евклид с трудом встал на ноги и провозгласил:

– Вы хорошо потрудились и почти отработали выплаченные вам щедрые гонорары. У тех кто сбежал или погиб, заберите всё что им принадлежало – это всё теперь ваше. Но время выполнить и свою часть обязательств до конца и закрыть заказ. Повелеваю! Добейте Равеля!

Это подействовало. Вспышки окружили поверженного демона со всех сторон. Равель больше не тратил силы на разговоры, он лишь молча упрямо сражался с десятком противников, проигрывая сантиметр за сантиметром. Постепенно теряя своё каменющее тело.

– Надо отдать ему должное, хозяин. В одиночку противостоять целому войску. Равель сражался достойно.

– Я отдам ему должное, Суетящийся демон. Сделай мне кувалду. Метр, килограмм на десять. Боюсь больше сейчас не потяну. Эннор и Майя! Слава должен продержаться до тех пор пока Равель окончательно не подохнет. Ждать осталось недолго. Тимофей, прикрывай, не хочу погибнуть от какой-нибудь неожиданности. Нужно найти себе новый боярский крест, от этой опытной волосатой кляксы беккеринг может не спасти.

Евклид, прихрамывая, двинулся в сторону агонизирующего противника. Тот уже едва двигал единственной оставшейся рукой, всё быстрее обращаясь в статую. В руках молодого человека постепенно формировался ледяной молот. Тимофей, опасаясь что хозяин не донесёт его, прибавлял вес постепенно, но каждый раз слышал мысленные команды «ещё», «ещё тяжелее».

– Я вернусь, нормализатор. – Безглазое и безносое лицо повернулось в сторону Евклида. – Я отказываюсь принять поражение, хитрый ты ублюдок. Дуэль не окончена, слышишь? Тебе не одолеть легендарную Карающую длань Анграмайнов. Я останусь в веках…

– Не окончена, Равель. Осталась финальная стадия дуэли – «ёсэ». Но ты её уже не увидишь. Ты действительно останешься в веках… Как одно из чудовищ, которое одолел на своём пути обычный человек.

Каменная статуя сатана уже полностью застыла, когда Евклид нанёс удар молотом. Вопреки ожиданиям она не рассыпалась, ему удалось отколоть лишь небольшой кусок.

Евклид утёр пот со лба и оглядел сгрудившихся вокруг статуи наёмников. Несмотря на то, что их противник был мёртв они всё ещё опасались подходить к нему слишком близко.

– Дальнейшее предоставляю вам. Растащите ублюдка на сувениры. Думаю каждый кусочек этого камня, вместе с прилагающейся к нему историей будет иметь весьма немалую ценность у торговцев.

Второй удар решился нанести Ти-лай. Гарпун снёс треть затвердевшей головы и улыбающийся охотник поднял с земли парочку приглянувшихся кусочков. За ним последовали остальные. Удар за ударом статую разбирали по частям. На арену с трибун потянулись даже те, кто не участвовал в сражении. Каждый хотел забрать с поле боя кусочек истории.

– А что будем делать с маской, Евклид? – Прозрачная рука Самуэля держала в воздухе бывшее лицо их противника.

– Можешь пригвоздить его повыше? Вон на тот высокий разломанный камень? Вбей её рогами прямо в него.

По арене разнёсся скрежет металла, ударяющегося о камень. В конце концов маска была прибита над ареной, словно голова умерщвлённого оленя над камином.