Текст книги "25 дней с Мистером Высокомерие(СИ)"

Автор книги: Аноним Тристесса

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Он сделал шаг назад, пребывая в шоке, услышав мои слова.

– Так вот почему ты....

– Кинула коробку, которая попала в твой автомобиль? – закончила я с сарказмом, горько рассмеявшись. – Да.

– Ух ты, – с усилием сказал он после долгой паузы. – Вау....

Я решительно потянула ручку швабры, и он отпустил ее. Он оставался на одном месте даже тогда, когда я снова начала мыть пол. Я чувствовала, как его глаза следят за мной, и от этого мои щеки горели румянцем смущения и стыда. Боже, неужели я сказала ему про Коула? Зачем?

– Почему он тебя бросил?

Я посмотрел на него, удивленная, что он все еще задумывается на эту тему. В его глаза не было ни злобы, ни раздражения – одно любопытство.

Я вздохнула обессиленно:

– Это не важно.

– Мне просто интересно, – задумчиво пробормотал он. – Почему он бросил тебя в день юбилея.

– Я не знаю. Просто он так сделал, и все.

– Может, там была какая-то причина, – продолжал он.

Я тяжело вздохнула, качая головой. Грязи становилось все меньше с каждым движением швабры.

– Я не буду говорить с тобой об этом, Том.

– Нет, я на самом деле хочу понять, – ответил он беспечно. – Интересно, из-за чего он...., – он остановился, в глазах его что-то блеснуло. – Он гей?

Я прекратила мыть, рассмеявшись.

– Нет, он точно не гей.

– Как часто ты ему давала?

Я остановилась, едва не споткнувшись, и затаила дыхание. Резко обернувшись, я бросила на него недоверчивый взгляд:

– Что, прости?

Он слегка улыбнулся.

– Ты меня слышала. Как часто ты ему давала, ну, знаешь, – вы часто трах*лись?

Я покачала головой, избегая его взгляда, и почувствовала, как лицо просто-таки пылает от стыда.

– Это не твое дело....

– Ой, да ладно, все тут взрослые, – подразнил он. – Просто скажи мне. Может, причина расставания была в этом, если вы трах*лись всего пару раз в неделю.

– Это не твое дело, – повторил я зло, ощущая дикую неловкость. – Отвали уже.

– Я имею в виду, если это было так редко, то разве можно винить парня? – рассуждал он, коротко усмехнувшись. – Просто, мне, например, необходим секс каждый день....

– Том, – резко прервала его я. – Остановись.

Он открыл рот, чтобы заговорить, но остановился, разглядывая меня. На его лице отразилось множество эмоций; сначала растерянность, потом удивление, а затем – уверенность.

– Нет... , – тихо проговорил он с расширившимися глазами. Он отступил на шаг назад, качая головой. – Нет, не может этого быть.

Я быстро глянула на него:

– Что?

– Да не может быть....

– Что такое?

Он медленно выдохнул и нахмурился. Я с замиранием сердца смотрела в его лицо.

– Ты девственница, – медленно произнес он, и в меня словно молния ударила.

Я открыла рот, чувствуя, как мгновенно пересыхает в горле. Несколько мгновений я не могла вымолвить ни звука.

– Ч-что? – заикаясь, выдохнула я, качая головой с истеричным смешком. – Не понимаю, о чем ты.

Он смотрел на меня по-прежнему сосредоточенным и твердым взглядом. Однако, где-то в глубине его глаз читалось легкое недоверие. Мне невыносимо хотелось провалиться под землю.

– Я не могу поверить, в первый раз такое вижу....

Я ничего не ответила. Отводила от него взгляд. Не дышала.

– Я не могу поверить, – прошептал он, выражение его взгляда приводило меня в панику. – Ты же не настолько противна.

– Ты ничего не знаешь, – спокойно проговорила я, продолжая разглядывать разводы грязи на полу.

– Я распознаю девственниц, когда вижу их, – ответил он, как само собой разумеющееся. – И я вижу прямо сейчас.

Я ничего не ответила.

Мне хотелось убежать.

– Вот, значит, в чем дело, – его голос эхом отдавался в моих ушах, – вот почему он тебя бросил. Ты не давала ему.

– Заткнись! – взорвалась я, ощущая, как кровь приливает к лицу. Том посмотрел на меня с удивлением, приподнимая брови. Я тяжело выдохнула и закрыла глаза. Через какое-то время, чуть успокоившись, я продолжила, уже куда мягче:

– Просто остановись. Все не так просто.

– Нет, – ответил он столь же мягким тоном. – Все именно так.

Я чувствовала, как жгучие слезы скапливаются в уголках глаз. Я поджала губы, глядя в сторону. Он не должен был видеть моего лица, когда я плачу. Черт, я не могла позволить такому случиться! Он не может видеть меня плачущей.

Я встряхнула головой.

– Это...Это сложно, – прошептала я очень тихо. – Я собиралась. Я собиралась сделать это в ту ночь, но..., – я тяжело сглотнула, и слезы покатились по моим щекам.

Я услышала шаги у себя за спиной, почувствовала их вибрацию на полу, а затем спиной ощутила знакомое тепло его тела. Он остановился прямо позади меня, и я знала, что стоило бы мне передвинуться на пару сантиметров, как моя спина вплотную прижмется к его груди. Он положил свою руку мне на плечо так неожиданно, что я чуть не охнула. Я посмотрела влево и увидела его длинные пальцы, почти ласково сжавшие мою кожу. Мои глаза расширились, а его пальцы продолжали обхватывать мое плечо, словно утешая.

– Парни такие придурки, – пробормотал он, его дыхание коснулось моего уха, вызывая табун мурашек по моей коже.

Слова, что вырвались из его рта, ввергли меня в шок.

– Он совершил ошибку.

Я повернула голову, глядя вверх, чтобы найти его глаза, которые всматривались в мои. Я с опаской ожидала увидеть в них намек на издевку, но мои опасения не оправдались; в его взгляде застыло серьезное выражение – большая редкость, такое я видела всего раз или два за время нашего общения.

А потом его рот искривился игривой ухмылкой, отчего кольцо пирсинга в нижней губе блеснуло. Я видела его искренность.

– Я не думаю, что могу тр*хнуть девственницу....

Я фыркнула, закатывая глаза, после чего смущенно отвела взгляд. Его пальцы еще раз сжали мое плечо, и я неожиданно для себя улыбнулась.

– Это хорошо для нас обоих, – ответила я через плечо, улыбаясь. – Не думаю, что стала бы тр*хаться с таким мудаком, как ты.

Том мягко рассмеялся. Это был сюрреалистичный момент, потому что мы стояли с ним и как-то совсем не зло дразнили друг друга. Наш момент был прерван резким звуком ударившейся об стену двери.

– Том, где ты?

Голос Билла пролетел по комнате, и Том опустил руку с моего плеча. Я обернулась, увидев появившегося на пороге Билла, одетого в домашнюю одежду. Он сдернул с лица огромные солнцезащитные очки, кидая на Тома, застывшего рядом со мной, злобный взгляд. Когда он заметил меня, его вид перестал быть таким воинственным.

– Привет, Анна, – сказал он любезно, коротко улыбнувшись. Однако, его взгляд снова почернел, когда он перевел его на брата. – А ты. Тебе, бл*дь, придется кое-что объяснить мне.

Том побледнел.

– Билл....

– Что Билл? – прошипел Билл злобно, делая шаг вперед. – Объяснись.

Том усмехнулся, переводя взгляд с меня обратно на близнеца, выражение его глаз стало мстительным.

– Мы можем поговорить об этом позже?

– Нет, мы не можем поговорить об этом позже, – выплюнул Билл, уперев руки в бока. – Мы поговорим прямо сейчас.

Я вздохнула, прикусив нижнюю губу, и сделала шаг к двери.

– Я думаю, мне стоит уйти....

Билл решительно остановил меня движением руки.

– Нет, ты останешься, Анна, потому что я хочу, чтобы ты услышала, что решил сделать мой брат.

Я нахмурилась, глядя в сторону Тома.

– О чем он говорит?

– Скажи ей, Том, – Билл злился, Том неуверенно жался под его взглядом. – Скажи ей, как ты подставил меня.

Том сглотнул, глядя вниз, на свои ноги.

– Ты принимаешь все слишком близко к сердцу, Билл.

– Принимаю близко к сердцу? – взорвался Билл, делая еще один шаг вперед. Даже я испугалась его гнева и отпрянула, пытаясь избежать его внезапной вспышки. – Я преувеличиваю? Ты что, издеваешься надо мной?

Он испустил короткий, громкий смех, откидывая голову назад.

– Я не хочу идти в этот гребаный клуб, Том! Я всего лишь хочу, чтобы воскресный вечер прошел, как обычно, за кино. Но нет! Тебе вдруг стало необходимо уйти!

– Билл ...

– Не смей перебивать меня, – оскалился его брат. – Даже и не думай. Я согласился тогда идти в клуб с тобой, и ты обещал, что сегодняшний вечер мы проведем за кино. И после того, что ты натворил вчера, ты сегодня решил встретиться с очередной шл*хой?

Слова словно ударили меня, и я почувствовала, как в груди что-то сжалось. Ощущая приближение обморока, я медленно повернула голову, чтобы глянуть на Тома. Он не смотрел на меня.

– Все верно, – глаза Билла блестели гневом. – Ты, нахр*н, задвинул меня куда подальше, и пригласил какую-то девицу на свидание.

Мне стало еще хуже.

Нет, он не мог....

Том посмотрел на брата неуверенно и слабо предложил:

– Может, посмотрим фильм завтра вечером?

– Нет, – Билл сплюнул. – Не может. Завтра у меня дохр*на дел. Не все будет так, как хочешь ты, Том.

– Посмотрим фильм на этой неделе, – пробормотал Том тихо.

– Нет, я буду смотреть сегодня вечером.

Том вздохнул.

– Один?

Билл фыркнул:

– Нет, не один, – он сделал паузу, кивая на меня. – Анна собирается смотреть его со мной.

– Что?

– Она что?

Билл скрестил руки на груди.

– Ты меня слышал. Я буду смотреть фильм с Анной, – он повернулся ко мне. – Надеюсь, тебе нравятся боевики, Анна. Я взял боевик, потому что Том так хотел, – он бросил на брата еще один злобный взгляд. – Что Том хочет, то Том получает.

Том тихо простонал.

– Как ее зовут, Том? Скажи мне хотя бы это.

Том медленно выдохнул через нос, глядя в сторону.

– Это что, допрос?

– Ее имя. Скажи мне его сейчас.

Том посмотрел на меня, и я увидел нечто вроде чувства вины в его глазах. Я почувствовала, как мое сердце глохнет в груди.

Ночью мне звонил кое-кто особенный....

Том пробормотал что-то, глядя в сторону, и Билл шагнул вперед, чтобы услышать лучше.

– "Мудрец?"* – сыронизировал он. – Это ты сказал? Говори, бл*дь.

Он пригласил меня в бистро на севере города....

– Пейдж, – проговорил Том громче слегка срывающимся голосом. – Я сказал, что ее зовут Пейдж.

У меня свидание сегодня вечером...

Я не могла двигаться. Я не могла думать. Я не могла дышать. Единственное, что я знала – Том идет сегодня на свидание с Пейдж. Но это была не просто какая-то Пейдж – нет, нет. Эта Пейдж была особенной. Эта Пейдж жила со мной в одной квартире.

– «Пейдж?» **– язвительно повторил Билл, резко рассмеявшись. – Что за книжное имя? Ты это серьезно, Том? Ты угробишь вечер ради девушки с именем Пейдж?

Я бы рассмеялась при других обстоятельствах от такого ответа Билла, но в этой ситуации смеяться было невозможно. Я была подавлена так, что стояла, еле заметно пошатываясь.

Том собирался на свидание.

С Пейдж.

Сегодня.

Он избегал моего взгляда. Конечно, это было предсказуемо.

Мне хотелось заплакать. Или убежать. Или и то, и другое.

Билл продолжал разглагольствовать, эмоционально жестикулируя, в то время как его брат стоял молча. Его обычно жесткий взгляд сейчас казался неуверенным, он прятал его. Том поднял голову и на секунду глянул мне в глаза, на его лице проступило нечто похожее на сожаление. Я опустила взгляд, который, я была уверена, был разочарованным и подавленным. Я хотела, чтобы он понял, что его свидание с моей соседкой задело меня. И, пока мы стояли вот так, слушая Билла, я, ощущая нереальность происходящего, вдруг ясно поняла одну вещь, что прошибла меня, как удар тока.

Я влюбилась в Тома.

*Биллу послышалось слово «sage» – мудрец (перев. с англ.)

** Page – (перев. с англ.) – страница; имя героини пишется "Paige", звучит одинаково

Глава 14. Услуги прачечной

Когда мне было около четырнадцати лет, был случай, когда я была убита горем. Тогда это было даже хуже, чем сейчас. В то время я встретила Коула. Я была совершенно очарована им – в животе порхали бабочки, когда он рядом, а когда улыбался, в груди что-то теплело. В его присутствии на моем лице так и расплывалась глупая улыбка. Уже тогда я любила его, и он любил меня, но....Только как своего приятеля. Я была для него Анной-бананой, его другом, и ничего больше. Мы обычно обедали вместе, но как – то раз он присоединился ко мне за обедом, держа за руку красивую девушку с большой грудью и ослепительно белой улыбкой. Я была убита. Я не могла есть несколько дней, не могла нормально спать. И все из-за тягучей боли в разбитом сердце.

Тогда я чувствовала в груди тянущее, пульсирующее ощущение, словно была больна чем-то. И я больше никогда не ощущала ничего подобного.

Никогда вплоть до сегодняшнего вечера.

Я сидела на мягких подушках большого дивана. Билл принес горячую пиццу в коробке и поставил какой-то фильм. Я была словно не здесь.

Мне было дурно. Я знала, я просто знала что Пейдж сейчас наводит последние штрихи в своей безукоризненной внешности. Возможно, красит блеском губы или наносит блестящие тени на веки. Может быть, душиться вкусно пахнущими духами. Я знала, что она втиснется в свое узкое шелковое платьице с глубоким декольте. Когда Том уходил, он смотрел куда угодно, но только не на меня. Он медленно надел серый пуловер и темные джинсы, косички спрятал под кепкой. И после того, как он вышел, в воздухе так и остался висеть запах его одеколона.

Меня замутило от этого запаха.

Я пыталась думать о чем-то отстранённом – о чем угодно, но не о свидании Тома и Пейдж. Я вдруг заметила, как Билл похож на Тома – только в комнате Билла вещи не валялись где не попадя, а на столе лежали недоеденные пачки skittles. Пытаясь отвлечься, я рассматривала Билла; он по-прежнему был одет в синие спортивные штаны и черную майку. Его волосы были распущены и лежали на плечах, слегка растрепанные. Видеть Билла без макияжа было непривычно, но я могла с уверенностью сказать, что без косметики он выглядит не просто хорошо – он выглядит даже лучше, чем когда красится.

Он заметил, что я уставилась на него, и закатил глаза, присаживаясь рядом со мной на подушки.

– Не смотри на меня, – он театрально вздохнул. – Я ужасно выгляжу.

– Да ладно, – фыркнула я, наблюдая за ним, наклонившимся, чтобы положить коробку с пиццей на журнальный столик. Он улыбался. – Ты просто не можешь выглядеть плохо.

Он усмехнулся и откинулся на спинку дивана, держа газировку в одной руке. Длинным ухоженным пальцем он открыл вкладку, позволяя легкому шипению вырываться из небольшого отверстия.

– Я знаю, что выгляжу ужасно, – он кивнул на пиццу, – ешь пиццу. Надеюсь, тебе нравится такая, это любимая пицца Тома. Мы всегда берем ее.

Его взгляд потемнел, и я вздохнула.

– Хорошо, – коротко улыбнулась я, беря кусочек пиццы. – Пицца как пицца.

Билл вздохнул, повторяя мое движение, достав кусочек для себя. Потянувшись за пультом, он нажал на кнопку и открыл меню для DVD. Включив воспроизведение, вздохнул, недовольно глядя на экран.

– Рад, что пицца пришлась тебе по душе, потому что этот фильм вряд ли понравится.

Я взглянула на него:

– Ты уже видел его?

Он кивнул, откусывая кусок пиццы, марая губы соусом.

– Да, – сказал он, жуя. – Этот фильм в разделе "избранных" у Тома. Мы его смотрели уже раз десять.

Я слегка нахмурилась:

– Он не смотрит фильмы, которые нравятся тебе?

– Да, – ответил Билл, сделав большой глоток газировки. Он тяжело вздохнул и поставил напиток на столик, слегка улыбаясь. – Но он никогда не признается, что тоже любит «Дневник памяти»*.

Я рассмеялась в ответ, недоверчиво косясь на Билла:

– Ты это серьезно? Том действительно любит этот фильм?

Билл усмехнулся.

– Это, конечно, его тайна, – его карие глаза хитро блеснули. – Но, учитывая обстоятельства, он заслужил, чтобы я ее тебе раскрыл.

Я неловко пожевала губу, не зная, что сказать.

– Я, – облизнулась, силясь придумать какое-нибудь связное предложение. – Ты уж прости, Билл, но рядом с Томом очень тяжело находиться.

– Действительно, – не обиделся он, – брат нарушает такие вещи, как объяснить...Дело даже не в идиотских фильмах и пицце...Это больше, чем такая ерунда, понимаешь? Это...Это просто наше.

– Вы постоянно вместе, – заметила я спокойно.

– Он, конечно, огромная заноза в моей заднице, – рассмеялся он, слегка улыбаясь. – Но он мой лучший друг, моя....моя вторая половина. У нас такая связь, я знаю...Это трудно для других людей, тяжело понять.

– Нет, я понимаю, – сказала я тихо, едва заметно улыбнувшись. – Вы-близнецы, это понятно.

Он посмотрел на меня, сверкая глазами от любопытства:

– У тебя есть сестры или братья?

Я опустила взгляд, поджав губы.

– Да, – он молчал, и я поняла, что он хочет, чтобы я продолжала. И я нерешительно добавила: – Старший брат и сестра.

– Ясно, – кивнул он. – Намного старше?

– Нет, не намного.

Билл заинтересованно смотрел на меня, кривя губы в улыбке. В конце концов, он задал вопрос, на который мне не хотелось бы отвечать.

– Вы близки?

Черт.

– Нет.

Он нахмурился:

– Это плохо, – пробормотал он едва слышно, – не знаю, что бы я делал, ни будь у меня Тома.

Я улыбнулась про себя. Было ясно, что Билл говорил о Томе так, словно пытался его оправдать передо мной. Мол, он, конечно, сволочь, но все равно остается братом Билла, его лучшим другом. Таким образом Билл и меня успокаивал, потому что его слова доказывали, что Том не был бессердечным ублюдком все время. Это было так невероятно мило – сидеть рядом с человеком, который так сильно ощущал другого.

– Ты давно в Нью-Йорке? – спросил он с полным горячей пиццы ртом. Кадры фильма мелькали на экране, слышался шум стрельбы и боя. Было очевидно, что ни я, ни Билл не интересуемся просмотром. Это было даже хорошо; я знала, что Том не тратит свое время на то, чтобы узнавать, что нравится мне, о моих вкусах.

– Недавно, – я пожала плечами, – пару лет назад переехала.

– Из-за колледжа, да? – прозорливо спросил он. – Что ты изучаешь?

– Я ..., я колебалась с ответом, чувствуя, как заалели щеки. – Английский язык.

– Английский? – повторил он, приподнимая брови. Он игриво улыбнулся и дотронулся до моего плеча, дразня. – Где ты была, когда я столько лет учил его? – я не ответила, лишь выдавила улыбку, и он нахмурился: – Что? Тебе не нравится это?

– Нет-нет, я люблю это, – быстро ответила я. – Я люблю писать и читать. Да, мне просто...нравится это.

– Но?

Я прикусила нижнюю губу, чувствуя какую-то непонятную вину, давящую на совесть.

– Мои родители были против моего поступления на этот факультет.

Билл фыркнул, закатывая глаза.

– Эй, посмотри на меня, – я повиновалась и глянула на него, – ты любишь писать, не так ли? Так делай это. К черту семью, особенно если она пытается заставить тебя идти тем путем, которым ты не хочешь. Делай только то, что любишь, – он мило улыбнулся мне.

Я была потрясена ободряющими словами Билла. Как этот парень – с его странной одеждой, макияжем, так открыт для добра и понимания?

– Билл, – наконец, смогла заговорить я, и коснулась его ладони, нежно ее погладив. – Спасибо тебе.

Он улыбнулся мне, показывая белые зубы и игриво сверкая глазами.

– А что ты любишь? – поинтересовалась я с любопытством.

Он откликнулся сразу же, не задумываясь:

– Музыку.

Я удивленно приподняла брови, заинтригованная.

– На самом деле?

Он кивнул, доедая свой кусок пиццы.

– Да, Том и я, мы оба.

Я легко рассмеялась.

– Так значит, он не соврал тогда, что играет на гитаре.

Билл улыбнулся, кивая.

– Да, это правда.

– А ты на чем играешь?

– Ни на чем, – он игриво взглянул на меня, выглядя очень хитро. – Я пою.

– Ух ты, – выдохнула я, не веря в его слова до конца. – Невероятно.

– С нами двое наших лучших друзей, – продолжал Билл с полным ртом еды. – У них бас-гитара и ударные.

– Так у вас есть своя группа?

Он как-то странно посмотрел в сторону:

– Да, что-то типа того.

– Это так здорово, – я улыбнулась, откидываясь на мягкие подушки. – Вы играете на банкетах? Или, может быть, в кафешках?

Он немедленно перестал жевать, легкая улыбка исчезла с его губ, и я поняла, что облажалась и сказала что-то не то. Мои щеки запылали, и я потянулась вперед, виновато блестя глазами.

– Боже, это было...грубо, прости меня, – пробормотала. – Я такая дура....

– Нет, нет, – Билл протянул руку, погладив мою ногу, тем самым меня успокаивая. Он улыбнулся мне, отчего тут же стало легче.

– Все в порядке, просто я думаю, что Том сам тебе расскажет об этом.

Я выдохнула с облегчением. Он не сердится. Я не выставила себя полной идиоткой. Слава богу.

– Я сомневаюсь в этом, – я вздохнула, бросив взгляд на происходящее на экране. – Он довольно замкнутый человек.

– Да ладно, будто я не вижу, что происходит между вами.

Что?

– О чем это ты?

Он закатил глаза, тяжело вздохнув.

– Я же его брат, я вижу такие вещи. Он не просто так вьется вокруг тебя.

Что?

– Я не понимаю... – протянула я, вглядываясь в серьезное лицо Билла.

– Хорошо, – он кивнул, устало прикрывая глаза, – вот что я тебе скажу. Я вообще удивлен, что Том пошел сегодня с той девушкой.

Я слегка нахмурилась

– Почему же?

– Он почти две недели не приводил никого домой, – пробормотал он сонно, не открывая глаз. – Не тр*хался, не ходил на свидания.

Я сглотнула, мой пульс учащенно забился. Мне хотелось сделать большой вдох, чтобы успокоить разбушевавшееся сердце.

– Понятно....

На его лице появилась очень милая улыбка.

– Две недели, – повторил он сонно. – Он говорил только о тебе.

Мои глаза расширились.

– О, Боже.

Я ощутила, как пересохло в горле. Я подумала: «Он лжет». Конечно, лжет, потому что этого просто не могло быть.

Но я знала, что он не лжет.

Они были лучшими друзьями, они были близнецами – они рассказывали друг другу все.

Я облизнула губы, готовясь произнести что-нибудь в ответ, но Билл прервал меня мягким вздохом.

– Я устал, – пробормотал он сонно, располагаясь на диване удобнее. – Иди сюда.

Секунду я колебалась, но в итоге перебралась поближе к нему, положив голову на его худое плечо, он обвил меня одной рукой. Прошло какое-то время, он не двигался, и я поняла, что он уснул.

Понимаете, во всем этом не было ничего романтичного. Он был как мой лучший друг, как Виктор. Билл был так добр ко мне, так мил; почти как брат. И, лежа рядом с Биллом, я поняла, что между ним и Томом все-таки есть радикальные различия. Билл даже пах по-другому, мягче и слаще, что ли. Запах Тома отдавал мускусом, пряностями, и от этого голова шла кругом....

Я чуть не простонала вслух, борясь с желанием ударить себя из-за мыслей о запахе Тома. Особенно сейчас, когда Пейдж вполне могла вести его в нашу квартиру.

Я поближе прижалась к Биллу, стараясь сохранить то тепло и комфорт, что возникли рядом с ним. Мой разум понемножку избавлялся от негативных мыслей. Сонно моргая, я смотрела фильм и ощущала надвигающийся сон.

Я так и уснула под звуки идиотского фильма, который так любил Том.

– Просыпайтесь.

Я что-то недовольно промычала, заелозив головой по твердой поверхности под ней.

– Просыпайтесь!

Поверхность под моей головой начала двигаться, и я услышала чей-то тихий и очень недовольный стон.

– Да проснитесь вы, бл*дь!

Я слегка подпрыгнула от громкости восклицания, сонно моргая в полумраке комнаты. Я глянула мутным взглядом в сторону Билла. Он сидел и морщился, зло глядя на разбудившего нас человека.

– В чем проблема, черт тебя дери, Том? – пробормотал он невнятно.

Том Каулитц возвышался над нами, как скала, одетый в черные джинсы и толстовку. Он хмурился, впрочем, это было его обычное выражение лица. Его глаза встретились с моими, и он посмотрел на меня так пристально и внимательно, словно просканировал все мое существо. Но это длилось всего несколько секунд, и потом он сразу перевел взгляд на брата. Билл тяжело вздыхал, прикрывая глаза, и Том что-то проворчал себе под нос, проводя ладонью по его взъерошенным волосам.

– Я сказал вам проснуться, – процедил он с нечитаемым выражением в глазах. – В таком состоянии у него можно получить все, что тебе только захочется, – зло добавил он, кивая на Билла, который все никак не мог прийти в себя.

– Отъ*бись, Том, – потягиваясь, огрызнулся близнец Тома. – Нам было так уютно.

Том презрительно фыркнул с таким злым и опасным видом, что мне стало не по себе. Он шагнул ближе к нам и сказал:

– Не знал, что вы планировали совместную ночевку. Как это...мило.

Билл громко зевнул.

– Я бы не позволил ей идти домой в одиночку, тем более так поздно, ты, идиот.

– Да мне наср*ть! – выплюнул Том, переводя взгляд с Билла на меня. – Тебе же уже пора домой, не так ли, Анна?

Я недовольно уставилась на него, чувствуя уже знакомую закипающую во мне ненависть. Да как он смеет? Он что, серьезно? К счастью, вмешался Билл, прежде чем я успела открыть рот для ответа.

– У тебя какие-то проблемы, Том? – рассмеялся он. – Ты же повеселился с этой, как ее....Кстати, где же она, твоя сегодняшняя принцесса? Позови ее, я, так и быть, не буду грубить.

Том наклонился вперед, осуждающе глядя на брата.

– Билл...

– Скажи ей, что я не буду ее судить, – перебил он со злобной улыбкой. – Я не стану говорить ей ничего по поводу белых пятен на ее груди или потерянных трусиков.

– Ох, закрой свою пасть! – рявкнул разъяренный Том. – Ее здесь даже не было, с*ка!

В комнате повисло тяжелое молчание. Мы с Биллом посмотрели друг на друга, ошеломленные словами Тома. Билл приподнял брови с подозрением:

– Что значит – ее здесь не было?

Том наклонился ниже и прошипел:

– Я что, неясно выразился? Я сказал, что ее здесь не было. Это так сложно для твоего понимания?

Лицо Билла было задумчиво.

– Она так рано ушла?

Том мимолетно посмотрел на меня. Мое сердце тут же заколотилось об ребра. Я надеялась, что парни не слышали его безумного биения.

– Нет, – ответил Том спокойно. – Она не приходила сюда.

У меня во рту пересохло.

Пейдж не приходила к нему?

Он отводил от меня свои бесстыжие глаза, а я умоляюще смотрела на него. Я встала на трясущиеся ноги, обратив на себя внимание близнецов. Неловко откашливаясь, я вытерла руки об брюки.

– Я должна идти, – объявила я. Билл издал протестующий возглас, но Том сделал вид, будто ему все равно. – Спасибо за приглашение.

Билл моргнул в замешательстве.

– Так ты бросишь меня с ним сейчас?

– У меня есть дела.

Он мягко улыбнулся мне и пожал плечами.

– Тогда я провожу тебя.

Том жестко посмотрел на нас и рассмеялся.

– Как это мило все-таки, – его взгляд был очень серьезным. – Может, мне оставить вас наедине?

Билл протиснулся мимо брата, толкая его плечом с ехидной усмешкой на губах.

– Не обращай на него внимания, – посоветовал он мне.

Том вздохнул, и наши взгляды встретились. Я увидела в его глазах бурю эмоций. Мне стало труднее дышать.

Отвернувшись, Том быстро прошел из комнаты и скрылся, громко хлопнув дверью.

Билл вздохнул.

– Он взбесился, – пояснил он очевидное. – Ты уверена, что не хочешь позавтракать с нами или еще что-то? У меня есть сок, всякие сладости...хлопья. Ну и прочая дребедень.

– Все хорошо, – я тихо засмеялась, – я бы с радостью, но мне правда пора уходить.

Он улыбнулся.

– Ок, – мы обнялись. – Увидимся, да?

– Конечно, – ответила я, открывая дверь.

Пройдя по коридору, я остановилась около двери Тома. В какой-том момент в мою голову пришла дурная мысль постучать, но я вовремя вспомнила, что он сейчас не хотел меня видеть. Поэтому я решила поторопиться домой, чтобы узнать, что случилось с Пейдж.

* * *

Пейдж была в своей комнате, когда я пришла домой. Я была смущена, входя в тихую квартиру, слыша приглушенные всхлипы. Остановившись у двери, я вздохнула и постучала. Она что-то промямлила, вроде «войди», и я вошла, медленно открывая дверь. Я осмотрела комнату в поисках Пейдж и нашла ее лежащей на кровати.

Сказать, что она была не в порядке, значит ничего не сказать.

– Пейдж? – тихо и осторожно позвала я, нахмурившись. Она была в предсказуемо розовом платье с большим вырезом, открывающим ее грудь. Ее ноги были опущены с кровати, а сама она лежала, закинув руки над головой. Светлые волосы спутались так, как бывало у меня по утрам.

И ее лицо...Темный макияж размазался по щекам вместе с потоком горячих слез, блеск для губ размылся и покрывал даже подбородок. Губы у нее были опухшие.

Она заглушила рыдания, икнула и бросила на меня взгляд.

– Если тебе интересно, ч-что с моими гу-губами, знай, что не из-за поцелуев, – икая, поведала она. – Я сама размазала его после того, как пришла....

Я еще раз тяжело вздохнула, испытывая облегчение. Свидание Тома и Пейдж не удалось. И мне становилось все любопытнее, что же случилось.

– Что произошло?

Она дрожала.

– Он...он пригласил меня на ужин, – слабо сказала она. – Все....Все было хорошо, н-но..., – она зажмурилась, ее щеки, по которым катились слезы, запылали. – Он был так отвлечен.

Я нахмурилась.

– Отвлечен?

– Да! – рявкнула она сердито, сжимая лицо руками. – И я, бл*дь, не понимаю, почему? Он просто...Просто даже не смотрел на мою грудь...И он...не пытался трогать меня...

Я закатила глаза.

Бедняжка Пейдж, самодовольно подумала я. Он не смотрел на твою грудь, ох, какая ты бедняжка.

-Это ... довольно странно, – осторожно ответила я, ликуя в душе. Может ли это объяснить странное поведение Тома сегодня утром? Мои мысли были прерваны громким рыданием девушки, распростертой на кровати.

– А потом! – прорыдала она в свои ладони. – Потом мы уехали и....Ты думаешь, он попытался меня поцеловать, не так ли? – она вдруг воззрилась на меня, – посмотри на меня и ответь!

Какого черта я должна что-то говорить?

Я понятия не имела, почему Том не поцеловал ее. Я понятия не имела, почему он не тр*хнул ее сегодня же, и почему он был так зол, когда будил нас с Биллом. Моя голова начинала болеть от всех этих мыслей, и я, бл*дь, не могла ничего ей ответить.

– Боже, и тогда....

Ну, замечательно.

– И тогда я решила сама проявить инициативу! – она размахивала руками, силясь справиться с плачем. – Я сама попыталась его поцеловать, и знаешь, что он сделал? Он меня отверг!

Мои глаза расширились. Что за черт?

– Ты знаешь...Знаешь, что он сказал мне, Анна? – через секунду продолжила она. – Он сказал мне....Сказал, что не может этого сделать. Что, черт возьми, это вообще значит?

В моем горле было настолько сухо, я едва могла глотать. Том Каулитц отверг мою потрясающую во всех смыслах соседку. Мою соседку с большой грудью, блестящими светлыми волосами и совершенным телом. Что за дерьмо происходит?

– Я....

– Не надо, – она раздраженно вскочила с кровати, вытирая слезы и еще сильнее размазывая макияж. – Не хочу ничего слышать сейчас. Я сегодня ночую с Лукасом.

– Ты что? – ахнула я протестующе. – Пейдж, я думала, что вы уже все решили несколько месяцев назад....

– По крайней мере, он-то точно хочет меня, – отрезала она, складывая руки на груди. – Я покажу этому иностранному еб*ному ублюдку, каково это, динамить меня.

– Пейдж, – начала я осторожно. – Лукас использовал тебя. Он изменил тебе. Зачем возвращаться к этому?

– Не твое дело, Анна! – прошипела она, беря в руки свою сумку и идя к двери. – Не строй из себя самую правильную и умную! Твоя мораль так старомодна, не надо меня ею грузить.

Я взглянул на нее:

– Ты собираешься идти прямо так?