Текст книги "Театр одной актрисы (СИ)"
Автор книги: Анна Зимина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)
ПЛАНЫ И ЦЕЛИ
Королева замолчала, холодно глядя на девушку, без сознания распластавшуюся на полу.
– Простите, ваше Величество. Моя вина.
Королева взмахнула рукой.
– Ты уверен, что это она? Что она иномирная?
– Она появилась из вспышки, как и все до этого, это точно. Да и рассказы ее… Такое нарочно не выдумаешь.
– Ладно… Хорошо. На тебя я не сержусь – не за что.
Вот за это Ирдан Мавен и уважал. Абсолютная логичность и рациональность после быстро проходящей вспышки. Ирдан не мог видеть археи, это привилегия исключительно земных королей или тех, в ком эта королевская кровь текла. Тут его вины действительно не было.
– Почему она жива? Люди без архея умирают.
– А ты как жив? У вас, древних народов, тоже археев нет, но живы же. Что оборотни, что песчаники… Может, и она из таких.
– Старые народы? Интересно… Что будем с ней делать?
Королева задумчиво смерила Ирдана взглядом.
– Будем думать. Может, и она чем полезна. Как очнется, сразу доложить. Только скажи мне, как ты проглядел, что она – девчонка? Неужели она ни разу не дала повода заподозрить ее?
Ирдан замолчал, обдумывая свой ответ. Честно говоря, ему и смотреть-то на нее лишний раз не хотелось – настолько она была страшна. Сунь такую акатошевым тварям в море – и те жрать не станут и расплывутся в разные стороны. Голос у нее звонкий, да, глаза яркие, но мало ли таких старух? А уж если у них много сильных археев, то и вовсе ничего удивительного тут нет.
Что Ирдан и поведал королеве. Мавен хмыкнула, отряхнула платье, покосилась на девчонку, лежащую на земляном полу.
– А красивая… – задумчиво сказала она. – Волосы необычные, глаза светлые. Почти морская ведьма. И иномирная к тому же. Диковина. Думаю, за такую много дадут.
Ирдан кивнул, прекрасно понимая, о чем говорит королева. Дворяне или даже короли других стран заплатят за нее немало. Иметь женщину-иномирянку, похожую на морскую ведьму, многие захотят для статуса. Ну или для похоти. А уж если королева не сойдется с ними в цене, можно будет продавать ночи с ней по баснословной цене. Королевской казне никогда не бывает достаточно.
– Обдумаю все потом. Я возвращаюсь во дворец экипажем, а ее проведи через подземные ходы. Пока в комнату с севаном* или рашшасой*, сам решишь. Ну, не мне тебя учить…
(Севан и рашшаса* – известные травы с сильнейшими успокоительными свойствами и с разными последствиями для организма).
Королева накинула на плечи широкий плащ, прикрыла голову платком, скрывая алый венец в волосах и ушла в дожидавшуюся ее неприметную карету. А Ирдан остался наедине с девчонкой.
Поднял с пола отвалившийся накладной нос, внимательно его оглядел. Потрогал странный материал, приложил к своему лицу, провел пальцами, царапая резиновую нашлепку. Поднял с пола парик, окончательно пропыленный и спутавшийся. Посмотрел на здоровенное белье с рассыпавшейся ватой, перевел взгляд на девушку. И вдруг расхохотался. По-настоящему, всхлипывая и держась за стену, вытирая заслезившиеся глаза. Ну… бабуля! А как играла! Провела, как мальчишку.
Ирдан вспомнил про очень натуральное старушечье нытье о несчастной брошенной деточке Софико, причитания и жалобы на здоровье и расхохотался снова. Да-а, девчонка не промах. Из нее мог бы получиться идеальный шпион. Может, она и без архея ему пригодится.
Ну, что сказать. Ей удалось заинтересовать песчаника, холодного и равнодушного змея. Браво, бабушка Сирануш!
***
Неизвестно, до чего бы додумалась Мавен и как повернулась бы судьба иномирянки, если бы во дворце она не получила срочное сообщение о скором прибытии посольства из Горного королевства.
Крайне вежливое, с кучей лестных эпитетов и заверений в вечной дружбе от графа Иерома Грания Лода, доверенного лица его Величества Элаха третьего. Сводилось письмо к тому, что король нуждается в помощи Земного королевства. О большем сказано не было, ясно, что шут горного короля не хотел доверять бумаге. Да и кто пишет важные вещи в письмах?
Мавен сидела в своем рабочем кабинете, вертела в пальцах драгоценную статуэтку из оникса и сосредоточенно размышляла. Ох, неспроста… Отношения с горным королевством можно было бы назвать натянутыми: старый горный король обладал крайне скверным характером и не часто жаловал Мавен вниманием, считая всех женщин чем-то вроде комнатных левреток. Ни уважения, ни почитания, ни серьезных связей. Так, диковинки возили да старый контракт на поставку руды действовал. И все.
Из шпионских доносов Мавен знала очень немногое, но то, что король чуть ли не при смерти, ей было известно. Связать срочное посольство и плачевное положение короля получилось очень быстро: король хочет молодости.
Пронюхал что-то, собака.
Последняя их встреча произошла очень давно. И закончилась скандалом. Этот старый хрыч посмел высказаться о Мавен очень нелицеприятно в присутствии узкого круга подданных.
И королева, будучи особой очень злопамятной и мстительной, отыгрывалась на горном приграничье, получив в свое распоряжение прекрасный дар подчинять животных. Никто ничего тогда так и не понял, обнаруживая залитые кровью приграничные крепости и гарнизоны. И рассказать о том, что происходило, было некому – Мавен не оставляла свидетелей. Нижины нападали группой и убивали молниеносно. Отведя душу, Мавен хотела было послать нижин на территорию горного королевства и проредить местное население, но передумала. Не из-за сентиментальности или осознания, что погибнут ни в чем не виноватые люди. Просто решила, что незачем демонстрировать свои таланты так явно.
Но это уже в прошлом. Сейчас надо встретить посольство, разместить и дать какой-нибудь средненький бал в честь горного соседа. Да, устроить прием… И разогнать зверье в чащи. Ни к чему шпионам графа лишняя информация.
Королева отдавала распоряжения. И девчонка без архея оказалась на время позабытой. Да и что о ней помнить, если она не даст своей королеве то, чего Мавен жаждет больше всего на свете? В крошечной комнатке дворца, пропитанной запахом дурманящих трав, сейчас крепко спала не драгоценность короны, а обыкновенная пустышка. Ну так и зачем о ней думать?
***
Старый барон рвал и метал. Отличный тренированный отряд, в который было вложено немало средств, валялся дохлым в кустах, в полном составе. Вместе с трупом нижины. Сука Мавен опередила его! Дрянь!
Барон в бешенстве разносил свой кабинет, когда к нему постучались.
– Кого там Акатош принес?!
– Вы просили говорить, ежели чего во дворце…
Знакомый голос немного успокоил. Молодая служанка при людской кухне во дворце уже давненько носила, как птичка в клювике, последние новости в баронский замок, зарабатывая себе на приданое. И ведь не смущало ее, что все, кто хотел подзаработать на передаче информации из дворца, мистическим образом куда-то исчезали. Каждый думает, что уж он-то всех других ловчее и хитрее. Ну и пусть думает. Выгода все равно при бароне.
Барон взял себя в руки, присел на стол, который просто не мог разгромить по причине его массивности.
– Говори.
Девица в грязноватом платье опустила глазки в пол.
– Ну, там это… Вроде как бал будет скоро. Гости едут важные, толкуют, будто с гор. Вроде хотят у королевы нашей чего-то просить.
Барон подобрался.
– Еще что?
– Да все… Я же служка, дальше людской меня и не пускают совсем.
– Хорошо. Зайди к Иому, он заплатит.
Девица радостно залопотала благодарности, цветисто попрощалась, понеслась за наградой. Ну-ну. Нет такого золота, которое бы стоило жизни. Правда, она об этом никогда не узнает.
А барон думал.
Значит, горное посольство… Неспроста они сюда едут, совсем неспроста. Как бы это было бы не связано с иноземным археем. Может, Мавен хочет продать его горному королю? А продала бы? Ну, только если очень-очень задорого. Пожалуй, с ее жадностью ее устроило бы все горное королевство с побережьем в придачу.
Допустить продажи и передачи архея он не имеет права. Совершенно никакого. Ошибка будет стоить ему жизни. Поэтому нужно попасть на бал. Во что бы то ни стало.
Вообще барон, к тому же, брат самой королевы, имеет право даже жить при дворце. Но только если он не бастард. Бастарды, даже королевские, здесь практически никто. Их жизнь и благополучие зависят исключительно он желания правителя.
И это подарок судьбы, что ему был пожалован баронский титул, замок, земли и право придворного. Последним пришлось перестать пользоваться после того, как на трон взошла Мавен, проложив путь к абсолютной власти, не гнушаясь методами.
Братца она презирала, а быть посмешищем у всего земного королевства он не хотел. Но сейчас-то случай особый. Надо скрыться как можно быстрее, затаиться и потом попасть на бал. Вынюхать все, что только можно, и в идеале получить архей раньше сестрицы или того, кому она его может продать. А дальше уже возможны варианты. Если все получится, надо будет бежать. Как угодно далеко, чтобы цепкие пальчики королевы до него не добрались. Грустно будет расставаться с жизнью, получив новую молодость.
Значит, нужно готовиться.
***
Оборотень отвалился от кружки с поганым вином, щедро разбавленным водой. Пьянство – одна из немногих его слабостей. Да и то… Действует медленно, эффект недолгий, зато никакого похмелья. Так что иногда можно расслабиться. Сегодня он отправил гонца шуту, и в письме в подробностях описал все, чему был свидетелем.
У заброшенного сада, куда привезли иномирянку, было немало преимуществ для оборотня. Густая, неухоженная зелень отлично скрывала и позволяла найти идеальную точку обзора. Он видел, как в землянку близ сада зашли Ирдан со «старухой». Видел и то, что вышла из землянки только высокая женщина в длинном плаще. Это, конечно, озадачивало. До тех пор, пока ветерок не донес до чуткого носа оборотня запах этой женщины, садящейся в неприметный экипаж. Она пахла невероятно дорогим цветком икассы* и песком… Королева?!
(ИКАССА – королевская фиалка, невзрачный с виду цветок с таким восхитительным и стойким ароматом, что у человека, съевшего его или выпившего отвар, даже пот долгое время благоухает им. Это исключительно королевский цветок, его запах предназначается только монаршим особам).
Игор подобрался, готовясь к тому, что из землянки появится иномирянка. Но увы, никто оттуда не выходил. Игор ждал до темноты, потом осторожно пробрался ко входу. Запах песчаника и девушки почти исчез. Оборотень хотел было тихонько пробраться внутрь, когда услышал осторожные шаги чуть поодаль.
Тут же сгорбился, поставил ногу за ногу, накренился вбок, начал развязывать штаны, матерясь себе под нос. Пока не услышал ожидаемое:
– А ну стой! Что тут делаешь?
– Га-а… Ить, вот…
Оборотень развернулся, чуть качнувшись и демонстрируя развязанные штаны.
– А ну, пьянь, пошел отсюда, пока тебе в зад болт не прилетел! Нашел, где гадить! Пшёл!
Оборотень виновато опустил голову, еще раз запутался в собственных ногах и печально вздохнул.
– Не-е-е, не надо болта. Пош-ш-шел я, и ты бы-вай, друг!
«Друг», крепенький мужик лет пятидесяти, сурово смотрел на нарушителя своего покоя и уверенно держал в руках мощный арбалет. Серьезный человек.
Оборотень поднял руки, отчего штаны почти свалились до земли, и, пятясь, осторожно вышел с чужой территории, не забыв запнуться, охнуть, поматериться и раз пять почти упасть.
Выйдя, наконец, из негостеприимного сада, оборотень, так же пошатываясь и ругаясь себе под нос, устремился к ближайшей деревне в пригороде.
Оборотни, конечно, внешне мало чем отличаются от людей, но уж больно шрамы у него приметные. Да и комплекция тоже. К тому же, звериная сущность не любила нагромождения домов и каменных улиц, и земное королевство он терпеть не мог, помня о месяцах, проведенных тут в заточении и в муках. Быть измененным оборотнем паршиво, это как обычному человеку лишиться ног, заменив их на костыли. Ходить он, конечно, сможет, но не везде и недалеко. И виновата в этом королева и этот акатошев песчаник.
Его запах, пыльный, ядовитый, змеиный, весь путь раздражал оборотня. Как же ему хотелось вцепиться в его горло и располосовать на сотню маленьких ужиков… Эта мысль даже казалась оборотню привлекательной. А что? Песочную змею придушить, девчонку забрать и отвезти шуту… Могло бы быть идеально, если бы оборотень был уверен в своей победе. А в драке ядовитой змеи и волка не всегда побеждает волк. Да и то, как он играючи перебил наемников… Рисковать не хотелось.
Лучше подумать об иномирянке. Нет, ну какова девка! В новом месте, в новом, в конце концов мире… Да он бы сам растерялся, а эта совсем молодая девчонка вела себя очень достойно.
И голос… Он слышал ее песни, ее ответы и вопросы, ощущал ее любопытство на уровне инстинктов. Она была занятной. Интересной. И она – один из источников молодости королевы. Ни с кем другим ее цепной песик Ирдан так бы не говорил. И не терпел бы ее выкрутасы. Наверное.
А сейчас они все во дворце. А что уж там происходит – оборотень не знал. Да и узнавать не стремился. Так что пока можно подождать здесь, в пригородном трактирчике, расслабиться, выпить, наконец. И успокоиться. Недавняя встреча с песчаником взбудоражила в оборотне определенные инстинкты. А их сейчас никак тешить нельзя.
…Ночью оборотень валялся на свежей соломе рядом с трактирными денниками и смотрел в звездное летнее небо. Совсем скоро ему нужно быть на границе земного и горного королевств и встречать графа. А пока… Пока можно и отдохнуть.
Интересно все же, как там иномирянка?
РАЗГОВОР ПО ДУШАМ
Мне снились пампасы и прерии. Я сидела на корточках в кустах и наблюдала, как львица поджидает молодую антилопу. Антилопа перебирала тонкими ногами, изгибала гибкую шею, но уходить не торопилась. И так мне стало ее там, во сне жалко, что я выскочила из кустов и замахала руками.
– Убегай, глупая!
Гибкое тело метнулось в сторону и умчалось. Львица же совершенно не испугалась. Она уставилась на меня, медленно облизнулась и вальяжно начала подходить ближе, на ходу приобретая подозрительное сходство с королевой Мавен.
Я заторможено наблюдала за ней, не совсем еще там, во сне, понимая ее намерения. Она прыгнула на меня, окончательно став королевой, но со звериной пастью. Я больно упала на твердую землю и замерла.
– Я тебя съем. Ты сладкая, вкусная, – прошептала мне королева Мавен, наклоняясь надо мной, и щелкнула львиными зубами.
Я заорала от страха и открыла глаза, уставившись в темный незнакомый потолок.
Часто же бывает, что в поездках ты просыпаешься не на своей кровати и не можешь в первые секунды осознать, где ты вообще находишься. База данных не успела еще обновиться, и осознание приходит с запозданием.
Так вот, у меня такого не было. Я помнила все, и то, что это «все» было реальным, сомневаться не приходилось. Меня коснулась королева, и я от испуга отключилась. Или это она меня «отключила»? Да не, вряд ли. Новый мир, стресс, эмоции, вот и произошел перегруз.
Я одно время увлекалась мистическим жанром. С удовольствием смотрела и читала Кинга, Стайна и Лавкрафта, полюбила Лема и Берроуза. Но даже краем сознания не допускала мысли о том, что мир намного глубже, больше и интереснее, чем мы видим и можем осознать. Я скептически ухмылялась, переключая канал с плохенькими актерами-экстрасенсами, отлично спала после фильмов ужасов, осознавая, что это выдумка. Но сейчас… Сейчас все это реально, ровно настолько же, насколько реален в моем городе 27 троллейбус от Вяземской до Беловежской ранним декабрьским утром. Я словно бы в другой стране. Вы же не станете думать, что вы свихнулись, выйдя с трапа самолета в аэропорту Колумбии и осознав, что вы в совершенно другой культуре и в окружении совершенно других людей, природы, даже воздуха?
И я точно не свихнулась. Я же все помню: и вкус вина на языке, и усталость после своей премьеры, и довольную физиономию помрежа. Помню мгновение голубой сухой вспышки, головную боль и запах травы и земли на своих пальцах. Неудобный парик. Свой шок и свои мысли, очень на удивление логичные и какие-то даже отстранённые. И мои песенки, и всякую чушь, которыми я развлекала своего спутника… Стоп!
Носа – нет! Сисек – нет! Халат нагло расстегнут до половины. Парика тоже нет. И бровей, и вообще – всего! Вот черт!
Раскусили… Хотя, полагаю, надолго моего маскарада не хватило бы. Но все равно – хотелось бы подольше оставаться в этом весьма защищенном образе. Представляю лицо Ирдана, когда он увидел мое разоблачение. Я хихикнула и закашлялась: горло рвануло сухой болью, на глазах выступили слезы. Пить!
Я поднялась на локтях и наконец огляделась. Вот почему так твердо! Я лежала на чем-то вроде подстилки, сделанной из соединенных между собой веревками деревяшек. Жуть! Понятно, от чего бока болят. А под головой что-то вроде утюга, судя по мягкости. Поворочаешься вот так во сне, а утром с головы уши облетят, как осенние листья.
Я явно находилась не в номере отеля «Ритц». Квадратная комната с холодными даже с виду стенами и полом из камня, щель, по недоразумению называющаяся окном. Тумбочка у кровати с миленькими уголками из металла. Чтобы мыши не погрызли? Крепенькая дверь. Запертая, конечно. Вазон c полотенцем прямо на полу, рядом с импровизированной кроватью. Деревянный круглый таз, надо полагать, с водой. Ура! Меня бы сейчас даже не остановило бы знание, что тут свинцовые водопроводные трубы, как в Древнем Риме. Я зачерпнула воду в ладошки и пила, пила, как сумасшедшая. И только под конец обратила внимание на легкий травянистый привкус. Надеюсь, не отрава? Хотя после нашего водопровода должен же быть какой-никакой иммунитет?
Я тут же, поливая себе из вазона, смывала с себя позавчерашний грим. А ощущение, будто гримерша Олечка красила меня дрожащими от смеха руками месяца так два назад… Как там у них дела, интересно? Вызвали уфологов по мою душу? И скоро ли будет ходить очередная мистическая байка в театральных альковах с моим участием в главной роли? Я меланхолично размазывала грязь по лицу и лениво думала о недавнем прошлом. И вот эта ленивость меня и напрягла. Я не ощущала ни тоски, ни желания быть там, где мне самое место: в своей маленькой творческой квартирке с кучей реквизита, страдающая похмельем после бурно проведенного вечера в кругу близких мне людей. Я сосредоточилась и начала детально воспроизводить в памяти текст последнего сценария, проговаривая зазубренные до автоматизма реплики. И не ощутила ничего! Словно бы читала аннотацию к освежителю воздуха.
Это невозможно! Это не я!
Так… Дядя, мой любимый дядя, который сейчас осваивает новый маршрут где-то в Ганне… В памяти воскресали все его любимые черты, все его привычки и словечки, но я опять не ощутила ничего. Что за черт!
Меня это так испугало, что я дернулась, перевернула загрохотавший по полу вазон. Что … происходит?! Или это у них водичка с приколом? На глаза от испуга навернулись слезы.
Неизвестно, до чего бы я себя довела, если бы в дверь не постучали.
Вежливые какие. Сами заперли и сами стучат.
Надо собраться. Думать буду потом. Я решительно шмыгнула носом, успела быстренько запахнуть на груди все еще расстегнутый халат и сесть на «кровать», оперевшись спиной о стену. Ирдан Верден, ну конечно. Кто ж еще-то? Переоделся, нарядный, вымытый, лощеный до тошноты. Вошел, плотно закрыл дверь и посмотрел на меня хмурым и очень недовольным взглядом, скрестив руки на груди.
– Поговорим?
Голос тоже ничего хорошего не предвещал.
Я робко подняла на него глаза, а в голове лихорадочно забегали мысли. Как себя вести? Может, разжалобить? В глазах все еще кипели слезы после пережитого осознания, и я решила дать им волю. Выпрямила спину, наклонила голову, сложила руки на колени ладонями вверх, как хорошая девочка.
На мои кисти и жуткий цветастый халат послушно закапали слезы. Я тихонько всхлипывала и опускала голову еще ниже. И пролепетала едва слышно.
– Простите, простите меня великодушно, но я не могла, совершенно не могла открыть вам свое инкогнито… Мне было очень-очень страшно. Мне очень-очень жаль, мне так жа-а-а-аль!
Прерывистый вздох, очень трогательный. Так плачут дети, когда испытывают настоящее горе, не пытаясь вызвать к себе жалость. Я долго тренировалась, пока у меня не начало получаться.
Я рыдала, заодно выплескивая в слезах напряжение, что было со всех сторон весьма полезным. Женщина без слез – как небо без дождя. Долгая засуха – предвестник тяжких времен.
Ирдан молчал. Ждал, пока я успокоюсь, но сам лезть с утешением не торопился. Мудро и предусмотрительно. Нас только начни жалеть – разольёмся, как Нил в период полноводья.
Молчание длилось и длилось. И я рискнула поднять глаза. Ирдан смотрел на меня спокойно и равнодушно, скрестив руки на груди – мои слезы его совершенно не тронули. Что ж ты за зверь такой?
– Ты успокоилась?
Я кивнула.
– А теперь послушай меня внимательно. Твое притворство очень не понравилось королеве.
Надо было бы испытать страх или что-то такое, но я не могла. Мне было плевать и на гнев королевы, и на нее в принципе. Но все же я испуганно охнула, прикрыв рот рукой. Округлила глаза. И, видимо, ненароком переиграла. Потому что Ирдан раскусил меня мгновенно.
– Ты хорошо притворяешься. Испуг великолепный, но ненастоящий, как и ты сама. Это твой дар? Как тебя зовут? Ведь твое имя такое же поддельное, как и твой нос?
Он усмехнулся, а я даже растерялась. Ну каков молодец! Вот так вот взял и поломал мне всю игру. Видимо, придется быть честной. До известных пределов, конечно. Я выпрямила спину, затылком коснувшись холодной стены, и спокойно ответила:
– Отвечу на все ваши вопросы честно и откровенно, если вы ответите на один-единственный мой. Что вы подмешали мне в воду?
Если Ирдан и удивился, то незначительно. Но, к его чести, ответил.
– Севан. Расслабляющая травка, притупляет эмоции. Ее запахом еще пропитана вся комната, но действие быстро проходит, стоит только организму от нее избавиться. Так что тебе ничего не грозит. Все чувства и эмоции вернутся позже.
Я кивнула, принимая к сведению, и тоже честно ответила на его вопросы.
– Евгения. Это настоящее имя. Притворяюсь я действительно неплохо, этим я на жизнь зарабатываю.
– Шпионка?
Неожиданный вопрос. А заинтересованности-то в голосе прибавилось.
– Нет. Актриса театра.
Ирдан нахмурился.
– Подробнее.
Ясно. О театре тут и не слышали. Прелестно.
Я вздохнула и в красках описала краткую историю театра, начиная от древнегреческих трагедий и заканчивая современными артхаусами. Мда, его бы туда разочек, и тонкая психика почти средневекового придворного порушилась бы в клочья.
Но ему было любопытно. Ирдан уселся на пол напротив меня и внимал с интересом.
– У нас есть шуты, но до ваших вершин нам, конечно, далеко. Значит, актриса… Ну, актриса неплохая, это я понял, – сказал Ирдан с усмешкой. И тут же жестко спросил:
– Ты человек?
А я даже икнула от удивления.
– Д-да. А кто ж еще-то?
– Дар преображения? Или есть другие?
– Не понимаю, о чем вы.
– Навыки? Умения? Что лучше всего получается?
Я устало вздохнула, но ответить решила подробно. Мысленно ухмыльнулась и бойко затараторила:
– Уверенный пользователь ПК, владею английским языком уровня Intermediate, стрессоустойчива, коммуникабельна, умею работать в команде. Способна самостоятельно принимать решения и брать на себя ответственность за их реализацию. Ответственная, быстро обучаюсь, имею активную жизненную позицию. Что касается особых навыков, то умею вышивать гладью, брать кровь из пальца и…
– Достаточно.
Ну вот. А я уж хотела расписать себя во всей красе, а меня наглым образом перебили.
Ирдан замолчал, скользя внимательным взглядом по моему лицу и телу. И это ощущение мне ооочень не понравилось.
Не сказать, что этот человек был некрасив, как раз наоборот. Гибкий, как змея, высокий. Вроде бы хрупкий и худой с виду, но это впечатление обманчиво: под одеждой перекатываются мышцы, и это не мускулы культуриста «чтобы было», это результат тяжелых тренировок какой-то боёвки. Черные волосы, немного раскосые глаза, узкое лицо с острыми скулами, загар. Почти испанский красавчик, но… Опасно. И эта опасность, исходящая от него волнами, не позволяла мне рассматривать его как мужчину. Скорее, как красивую, но очень ядовитую змею. А змей я всегда боялась. Но рискнула нарушить молчание, задав самый важный для меня вопрос.
– А где у вас тут туалет?
Ирдан наконец отвел взгляд от моего лица.
– За тобой скоро придут, проводят куда надо и приведут в порядок. А то выглядишь ты…
– Сама знаю, – окрысилась я.
– Ну, раз знаешь, то не смею мешать. Жди. Поговорим позже.
Ирдан вышел, не забыв запереть дверь.
Сволочь.
Ну а чего я хотела? Хотя бы мне дадут вымыться и накормят. Уже неплохо.
Я немного воодушевилась, когда пару минут спустя меня со всеми возможными предосторожностями вывели из комнаты. Пара весьма сомнительных молчаливых служанок (мышцы у них такие, что одна мне чуть не оторвала руку, просто потянув меня за собой) – видимо, специально обученных и ко всему привычных – уволокли меня не особо далеко. И даже осмотреться не дали.
Втолкнули меня в серую каменную комнатку, где стояла посередине лохань с чуть теплой водой (только бы пневмонию не подхватить), а на единственном стуле лежало полотенце и кусок мыла. Купалась я под бдящими взглядами служанок, почему-то напоминающих мне отлично выдрессированных ротвейлеров. Они даже внешне на них похожи были!
Хорошо хоть в туалет за мной не пошли.
Потом была простая нижняя одежда, суп из чего-то вроде чечевицы, кусок белого мяса и почти привычный нам ржаной хлеб. И я снова была готова жить и радоваться.
Правда, своего единственного белья я все же оказалась лишена – служанка беззастенчиво сгребла своей ковшовой рукой мои кружевные трусики и унесла. А мои претензии просто проигнорировала. Ну и фиг с ней. С такой свяжешься…
Меня ни на минуту не оставляли одну, потом проводили в ту же комнату и оставили, не забыв запереть. Ну блеск.
Я покосилась на орудия пыток, которые тут заменяли кровать и подушку, плюнула, укуталась в теплое одеяло и подкралась к давно интересовавшему меня окошку. В него бы даже кошка, наверное, не пролезла. Но и тут меня ждал облом – снаружи окно было плотно обвито чем-то вроде плюща. Сколько глаза не ломай, все равно ничего не увидишь.
Ну и ладно. Я зевнула, уютно, насколько это было возможно, устроилась на деревяшках. Отличные все-таки у них травки. Очень действенные. Спустя пару минут я, выкинув все лишнее из головы, уже крепко и сладко спала.
