Текст книги "Театр одной актрисы (СИ)"

Автор книги: Анна Зимина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)

СКАЗОЧКИ И СКАЗОЧНИКИ

– Да по речеч-ке ко-раб-лик

Плыл и плыл себе тихонь-ко

На корабли-ке матро-сик

Пил невкусный само-гон!

Неказистая лошадка медленно и степенно перебирала копытами по совершенно пустому тракту. Я, кое-как устроившись в жутко скрипящей телеге, отбивала копчик, раскачивалась в такт лошадиному шагу и пела всякую чушь. Мы ехали уже часа три, не меньше, и меня порядком укачало.

За время пешей прогулки до конюшен я окончательно доконала Ирдана своим нытьем, требуя хотя бы телегу. Я просто представила себе, как буду взбираться на коняшку в своем халате, как объясню исчезнувшую после первого аллюра искусственную задницу и грудь, а может, и слетевший парик, и решила стоять насмерть, но на лошадь не садиться. Ездить верхом я умела, но сейчас чего-то вот не хотелось. В конце концов Ирдан сдался. Сейчас он сам сидел на облучке и правил нашим нехитрым транспортом. Что, подозреваю, ему не очень нравилось.

Я вообще предполагала, что мы придем за лошадками в какую-нибудь деревню, где местные крестьяне, попахивая молоком и навозом, будут наперебой угощать нас печеной картошкой и манной кашей, но жестоко обломалась.

Мы подошли к маленькой конюшне, спрятанной в лесу, и крошечной избушке, где жил всего один человек. Его лицо с явными признаками даунизма и невнятное мычание в качестве приветствия намекало на то, что картошки с кашей мне не предвидится, как и беседы по душам. Но штук пять лошадок, весьма ухоженных и здоровых, насколько я могла судить, были готовы стартовать в любой момент.

И меня это очень напрягло. Тайная парковка с лошадками, которой заведует один человек. К тому же, этот человек в силу врожденных заболеваний ничего и никому не расскажет в случае чего. Очень профессиональный подход.

Желание незаметно свалить мелькнуло, но тут же погасло. У меня нет денег и ценностей, кроме золотого браслета на руке, нет нормальной обуви, знания местности да и вообще никакого знания нет. Меня не собираются с воплем «бей чужих, чтоб свои боялись» жечь на костре и вообще мой спутник вел себя прилично, хоть и настораживал.

И поэтому я спокойно сидела на пенечке и с интересом наблюдала, как Ирдан с конюшим прилаживают колесо к разболтанной телеге. Конюший работал споро, несмотря на то, что имел проблемы умственного характера, и, что удивительно, Ирдан от него не отставал. И швец, и жнец, и на дуде игрец. Красавец мужчина.

За тот час, что мы тащились до тайной конюшенки пешком, я старалась раскусить этого товарища, но у меня ничего не вышло. Он охотно отвечал только на те мои вопросы, которые были ему удобны. Про флору и фауну – пожалуйста. Про политическое устройство или даже королеву, к которой мы идем – молчок. Зато он расспрашивал меня обо всем, совершенно не стесняясь, как профессиональный агент КГБ. Чем немало меня бесил.

И я в ответ решила бесить его. Он спрашивал, сколько у нас королевств, я отвечала, что у нас социальная демократия и капиталистический политический строй. Он ничего не понимал, но продолжал упорствовать. За час я ему поведала о пирамиде Маслоу, о Маугли, который дружил с медведем, пумой и удавом, пересказала парочку притч, одну даосскую, вторую нашу, христианскую, про смирение и любовь к ближнему. Рассказала рецепт лечо и соленых помидоров. Поведала о преимуществах итальянских мулине перед китайскими и о воспитании детей по системе Монтессори, после чего окончательно уверилась, что он едва ли понял и половины из мною сказанного. Зато, похоже, понял, что я над ним издеваюсь, но ничего не предпринимал. Я смотрела на него честным и чистым взглядом из-под лохматых бровей, и он, наконец, заткнулся. Понял, что на меня где сядешь там и слезешь.

Поэтому теперь я, одурев от тряски и скрипа тележных колес, напевала первое, что придет в голову. И даже иногда намеренно фальшивила.

– А кораблик плыл по мо-рю

К чудо-юдо-рыбе-ки-ту

Чтоб матросики пойма-ли

Чуду-юду на крючок…

– У вас большое море? – перебил меня мой спутник.

Ну вот, опять началось. Напела на свою голову. Но про флору и фауну отвечу, мне не жалко.

– У нас их штук восемьдесят. И океаны еще. Они больше.

Ирдан замолчал. А потом с опаской спросил:

– И они все живые?

Я с недоумением ответила:

– Ну, есть одно мертвое, из-за соли, а остальные – да…

Ирдан надолго замолчал.

– А как вы боретесь с морскими… жителями? Какое у вас оружие?

Ух ты! Видимо, с морями у них тут все не так просто. Очень интересно, что у них там за чудовища в морях обитают, что тема такая злободневная. Или он вообще решил вызнать про оружие наше под шумок. Ага-ага, конечно. Садись сюда вот, на пенек, мой любопытненький дружок, и слушай.

– Браконьеры из Северной Кореи.

Не удержалась и хихикнула.

– У вас прекрасное настроение, госпожа, – почти пропел Ирдан, а я насторожилась. Когда голос такого человека сочится патокой и сахаром, нужно начинать бояться.

– Воздух у вас тут особый, целительный. Я аж на пяток лет помолодела, – осторожно ответила я.

– Ну-ну.

Ирдан хмыкнул и замолчал. Я вздохнула, поправила парик, заодно тайком почесав голову и начала снова оглядывать пейзаж. Пейзаж откровенно не радовал. Леса, очень похожие на наши, луга, на которых в отдалении кто-то пасся, но ни одного человека, ни одной деревеньки. И это-то рядом с трактом! Все страньше и страньше…

Солнце припекало, лошадка воняла, Ирдан молчал. Я перестала петь, чтобы не провоцировать своего чересчур ласкового спутника. В полуденной неге и тишине я, наконец, расслышала вдалеке признаки жизни: лай собак, мычание коров. И правда, через несколько минут дорога круто повернула, и я увидела в низине деревеньку. Вникай, Женя, смотри во все глаза! Любая мелочь пригодится. Я почти перевесилась через край телеги, чтобы лучше видеть.

Ну что сказать. Десятка три домов. Аккуратных, небольших. Ухоженные сады в цвету, миленькое пастбище. Прям пастораль. Не хватает пруда с печальными ивами и пастушка с дудочкой. Раз корова, два корова, три корова… Я насчитала восемнадцать и сбилась. Зачем так много коров на такую маленькую деревеньку? Ага, какие-то здоровенные длинные постройки вдалеке. Может, ферма какая-то? А вообще увиденное напомнило мне наш родной колхоз.

Я старалась разглядеть людей, но ничего толком из этого не вышло – Ирдан погнал лошадку быстрее, и меня затрясло с удвоенной силой. Гад такой! Не дает насладиться видами. Единственными, кого удалось рассмотреть уже после того, как мы минули деревеньку, были женщины, стирающие бельишко где-то на задворках. Ну, обычные женщины. Две руки, две ноги – люди как люди. И я немного расслабилась.

Мы ехали и ехали, и нам, наконец, по пути стали встречаться редкие повозки. Тут уж я смогла наглядеться вдоволь, хоть Ирдан и посоветовал мне не особенно увлекаться. А так как видеть он меня не мог, то я его советами нагло пренебрегала. За что и была вознаграждена. И смогла сделать вывод. В этом королевстве все было хорошо. Ну, для этого времени, разумеется. Люди не были одеты в рванье, а выглядели вполне прилично, не были грязными, голодными и изможденными. Женщины, как и мужчины, были коротко острижены, что привело меня в недоумение. А как же коса – девичья краса?

Деревеньки замелькали все чаще, и ни в одной я не увидела разрухи или запустения. Кем бы ни была королева, свои земли она держала в порядке. Добротные дома, неизменные длинные ангары, плодовые деревья… Очень приятное впечатление. Да и люди выглядели довольными – обычные, в общем-то, занятые своими делами.

– Надо размять ноги, – прервал мои размышления Ирдан. Мы как раз снова проезжали очередной лесок.

Пока Ирдан проводил какие-то манипуляции с нашим гужевым транспортным средством, я быстренько стекла с опостылевшей телеги и понеслась в кусты.

Нервно сдернула с себя жуткий черный парик и с наслаждением запустила пальцы в волосы. М-м-м, хорошо-то как! Аккуратно потрогала лицо и с облегчением выдохнула. Ура, ничего не отвалилось. Поправила «грудь» и накладной зад, размотала жуткий шарф на шее и поспешно замотала обратно. Возраст женщин выдают не мимические морщины на лице и не седые волосы. Самые уязвимые места – шея и кисти рук. Если руки, как попало вымазанные автозагаром, выглядели как надо, то шея без морщин могла бы мгновенно выдать меня с потрохами. Мне бы зеркало… Ну или хоть лужу какую. Но вроде все в порядке, если не сильно приглядываться.

– Госпожа Сирануш!

О, очнулся. А я от души рявкнула:

– Не мешай бабушке справлять естественные надобности!

И продолжила инспекцию. Рукава халата опустить пониже, сощуриться, надрывно покашлять, чтобы голос немного опустился. Все, красотка. Я готова.

Ирдан восседал на телеге и что-то с аппетитом ел. Забурчавший голодный живот сподвиг меня на раскулачивание его запасов. Из открытого мешка, который мне был предложен, пахло вяленым окороком и свежим хлебом. Отлично, живем!

Пока я щипала губами мякиш на старушечий манер, Ирдан вновь полез ко мне с расспросами. На сей раз его интересовала моя семья.

Я ласково улыбнулась и поведала:

– Род мой древний. Мой далекий предок Адам однажды затосковал, и всевышний подарил ему жену. Вылепил ее из ребра Адама и сказал: «Вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей; она будет называться женою, ибо взята от мужа». Звали ее Ева…

Не хочешь отвечать на мои вопросы – держи ответочку. Я пробежалась по Ветхому Завету, пока Ирдан, который сам был не рад, что спросил, спешно собирал наш фураж и запрягал лошадку. Рассказала об Африканских странах, Океании и древних майя, вкратце прошлась по ацтекам и перебралась на древний Египет, выдумывая на ходу всякую чушь и переплетая ее с древней историей.

Ирдан молча управлял телегой и, скорее всего, меня не слушал. Ну а мне того и надо.

***

До чего ж противная старуха!

Ирдан Верден всегда славился своим хладнокровием – змеиная кровь сказывалась. А сейчас чуть ли не взрывался от негодования. Да-а, прав он был, когда подумал, что с бабкой будут проблемы. С остальными было куда как проще.

Нет, ну а как она оправилась! Сидит себе в телеге, довольная, никакого напряжения. Про мир свой болтает, конечно, но ничего конкретного или важного.

Ирдан не любил говорить с пришлыми о своем мире, предпочитая слушать и задавать вопросы. У королевы могли бы быть свои планы на новую драгоценность короны, а он неосторожным словом или ненароком данной информацией мог эти планы нарушить. Молодые пришлые обычно не замечали ничего странного, а эта сразу же напряглась. Ну не ответил он на парочку ее неожиданных вопросов. А она теперь издевается, это и глухому понятно. Говорит много, с удовольствием, но совсем не то, что нужно. Когда она даже на вполне невинный вопрос о ее семье начала с удовольствием рассказывать историю от сотворения их мира, Ирдан мысленно махнул рукой. Толку от нее. А могла бы, как нормальные люди, поумолять отправить ее обратно, поплакать, посетовать на судьбу. Не так проста старуха. Что она там опять болтает?

– А потом в пустыне поднялись песчаные бури…

Ирдан вздрогнул. Прислушался, даже оглянулся на бабку, но она спокойненько себе рассказывала про пески, не глядя на Ирдана. Что-то заподозрила или поняла? Вряд ли… Но надо наблюдать внимательнее.

– … И жук-навозник сожрал третьего короля-императора-фараона Тутанхамона…

Ирдан снова дико оглянулся на бабку, включаясь в ее болтовню. Жук, сожравший человека? Что там за мир такой? Ирдан не удержался от вопроса:

– У вас такие огромные жуки?

– Ну, огромные – не огромные, а Тутанхамона съели.

– Значит, просто большие?

– Ну, большие – не большие, а король-император-фараон Тутанхамон тоже невысокого был роста. Тогда многим белка не хватало, детки медленно росли…

Ирдан запутался окончательно.

– Значит, Тутанхамон этот не человек?

– Человек, конечно, просто ма-а-аленький.

– Значит, и жуки маленькие?

– Маленькие – не маленькие, а человека сожрали.

Ирдан мысленно сплюнул, посмотрел на безмятежное бабкино лицо и посоветовал сам себе не связываться.

Счастье, что ехать осталось недолго. Королева должна успеть подготовиться к визиту странной старухи. И он, зная ее, направлялся вовсе не к главным воротам.

Система подземных ходов во дворце была создана уже очень давно, еще во времена первых королей, и стараниями Мавен поддерживалась в идеальном порядке. Глубокие широкие лабиринты проходили через весь немаленький город, вычищенные, ухоженные, с ответвлениями, тупиками и даже комнатками с вентиляцией и припасами, где можно было переждать все, что угодно. Хоть бунт, хоть осаду.

Один из подземных выходов шел дальше от городской стены и вел в небольшую землянку на отшибе. Заброшенный сад и домик с недоброй славой скрывали тайное местечко от любопытных горожан, а злой сторож, нанятый самим Ирданом Верденом, отлично гонял редких непрошеных гостей.

Ирдан объездной дорогой направлялся именно к этой землянке, справедливо полагая, что королева захочет лично увидеться со своим новым приобретением. А значит, жить иномирянке останется очень недолго. Ну, туда ей и дорога. К старухе у него не было ни жалости, ни сострадания, ни интереса. Она свое уже отжила. Да и, справедливости ради сказать, мало что могло вызвать жалось, сострадание и интерес доверенного придворного королевы срединных земель Мавен Кровавой.

***

Оборотень стелился за телегой, на которой сидела иномирянка. Иногда приходилось отставать, особенно на открытых пространствах, и эти минуты были для оборотня почти пыткой. Ну а вдруг пропустит что-нибудь интересное? Ему несколько раз приходилось сдерживаться, чтобы самым банальным образом не заржать – бабуля блестяще справлялась с Ирданом Верденом и потрясающе дурила ему голову. Старуха вызывала его любопытство.

И тем сильнее оно разгорелось, когда у песчаника и бабули случился привал. Да он едва с дерева не упал, когда увидел, как бабулька, спрятавшись в кустах, сняла с себя скальп и принялась чесать голову. Несколько секунд понадобилось оборотню, чтобы осознать, что в руках у нее не скальп, а накладная прическа* (в королевствах не делали париков, люди этих земель не относятся к волосам с пиететом). И что необъятных размеров грудь и попа под цветастым странным платьем такие же фальшивые, как и ее волосы.

Да и обоняние не могло его подвести: она не пахла старостью и болезнями. Значит, перед ним молодая девушка? Так зачем она вообще притворяется кем-то другим, к тому же столь некрасивым и неприятным? Неожиданно, необычно и очень интересно!

Оборотень, несмотря на свою грузную фигуру, стек с дерева, как гибкий дикий кот, и продолжил слежку.

Звериное любопытство горячило кровь, и ему не хотелось упускать ни слова, ни жеста.

АУДИЕНЦИЯ

Ирдан Верден хорошо знал нетерпеливость своей королевы в некоторых вопросах. Его записочка была доставлена в рекордный срок. Крошечная птичка с черными бусинками умных глаз, в которых жила чужая воля, сама залетела в клетку в королевских покоях.

Несколькими значками тайнописи Ирдан пересказал главное: иномирянка старуха, нужно встретить.

Личная встреча с иномирянкой была организована в считанные часы. Мавен привыкла все держать под контролем, в своих руках, и медлить со знакомством она не хотела. Молодых и наивных всегда можно обмануть, прельстить, напустить пыли в глаза, пообещать что угодно и заманить деньгами, любовью и королевскими милостями.

А уж если драгоценность другого мира просит отправить ее домой, то тут вообще делать ничего не надо было. Достаточно закинуть удочку и рассказать сказочку, в которой иномирец отдает свой архей королю и тут же получает желаемое.

А вот с человеком пожившим многое не пройдет. Любовь им неинтересна, королевские почести ни к чему, деньги уже не вызывают таких эмоций, как в молодости. Возвращение домой… Ну, пожилые люди не любят перемен, это так. Но все индивидуально, и королева не собиралась пускать все на самотек. Поэтому – только личная встреча. Узнавать, прощупывать слабости, не давая продохнуть. На ее стороне знания, сила и власть. А что есть у иномирной старухи? Опыт? Так и у Мавен его не занимать.

Королева в нетерпении считала часы. Мимоходом распорядилась подготовить для старухи комнату, пригласила для присмотра своих служанок, отлично обученных и беспрекословно верных, а главное – немых.

Перед выездом вплела в волосы Кровавый венец, главную королевскую регалию. Улыбнулась отражению в стекле.

И отправилась на встречу со своей очередной драгоценностью. Какая, в конце концов, разница: ребенок, мужчина, старуха… Это просто оболочки, в которых заключен ценнейший дар. Кто их будет спрашивать? Их задача – подарить своей королеве жизнь, молодость и прекрасные уникальные способности. А ее – правильно ими воспользоваться.

***

Чем ближе мы подъезжали к столице, тем сильнее я нервничала. Я не могла не заметить, что мы съехали с главной дороги с обозами и телегами, которая вела, судя по всему, к главным воротам в столицу, и теперь плелись где-то в непонятном отдалении. Я смутно ощущала угрозу, а воображение рисовало отнюдь не радужные картинки.

Пока я нервничала и переживала, мы неожиданно остановились, и я огляделась. Приехали что ль? Мы стояли у заброшенного домика на отшибе. Деревянный высокий забор, признаки запустения, неухоженный сад… Это мы вот сюда?! Ирдан слез с телеги и подошел ко мне, протягивая руку.

– Это мы таки приехали? А где же дворец, служанки и горячий кофе? Где перины для моих старых боков и карвалол? – растерянно пролепетала я, и, снова хватаясь за сердце, прошептала. – Доведете старушку до приступа, если будете так шутить.

Ирдан озабоченно на меня посмотрел. Видимо, ему было приказано доставить меня живой и здоровой, а получить умирающую старушку ему не улыбалось.

– Все будет очень скоро, но сначала прошу вас пройти за мной. Небольшая формальность, все ради вашей безопасности, вам совершенно нечего бояться, слово чести.

Чести, ага. Пришлось выползти из телеги, а то пришлось бы оскорблять. Ирдан тут же взял меня под ручку. Вот это хватка! Даже если я сейчас захочу вырваться и убежать, у меня ничего не выйдет. Моя рука останется у него в качестве сувенира на память. Интересно, тут есть черный рынок? Ну там, продается кусочек иномирянки, лот 2798, первоначальная стоимость – накладной нос и парочка сапфиров… Ну и чушь я думаю… Всегда думаю чушь, когда переживаю.

Ирдан тащил меня за собой очень уверенно, явно не принимая во внимание мои (Сиранушьи) физические возможности. Поэтому я на очередном слишком большом шаге ударилась носом о его плечо и тут же отскочила, почуяв от него странный, очень знакомый и не очень приятный запах. Он ярко ассоциировался с опасностью. Мне почему-то казалось очень важным вспомнить.

Запах меня почти испугал.

Пятая точка чуяла неприятности, а сердечко стучало, как сумасшедшее. Зачем он меня ведет в этот в дом? А, нет, не в дом. Мы прошли мимо, обогнули заброшенный и разросшийся сад. Остановились у низенькой двери вросшего в землю сарая. Что за черт?!

– Прошу вас, госпожа, – вежливо и ласково сказал Ирдан и, толкнув покосившуюся дверь, практически пихнул меня вовнутрь.

Вот зараза!

Я пролетела пару шагов и остановилась, оглядываясь. А сарайчик-то с подвохом. Полноценная просторная землянка, даже уютная, я бы сказала. Светлая от каких-то необычных лампочек, стол у стены, пара стульев. А на одном из них…

На стуле восседала женщина. Не сидела, нет. Именно восседала. С такой осанкой… Она разглядывала меня, пока я, опешив, медленно осознавала, кто передо мной. Блеснули черным глаза, драгоценности на изумительном платье, красный завиток короны в черных волосах.

И я поспешила склониться в поклоне. Вспомнила наших королей – не так поклонишься или не той рукой возьмешь вилку, и добро пожаловать на плаху.

Кланяться я умела, и очень хорошо. Еще с той самой первой роли проходной служанки средненькой пьески. Тогда за пару недель пришлось выполнить годовую спортивную норму по наклонам. Режиссер еще из другой труппы, а не из той, где я играла последние три года, без конца меня донимал. Станиславский доморощенный! Зато вот они, навыки, так просто не забудешь.

Вот и сейчас я, демонстрируя хорошие манеры и этикет, разглядывала пол. Хороший пол, еще каким-то белым песочком посыпан…

Краем глаза нашла своего спутника – Ирдан тоже замер в поклоне и вставать не собирался. Вот гаденыш! Знал же, КТО нас будет встречать и не соизволил даже намекнуть! Ну ничего, отольются тебе еще старушечьи слезки.

– Приветствую вас на своих землях, госпожа. Будьте нашим дорогим гостем, – пропела королева. И я, наконец, разогнула спину.

– Простите, что приходится принимать вас здесь. Все это только ради вашей безопасности. Вы – драгоценность короны, не стоит пока знать другим о вашем прибытии. Надеюсь, путь сюда не доставил вам неудобств?

Я сдержанно заверила королеву, что все в порядке и вообще прекрасно и не стоит беспокоиться. Подняла глаза, встретив ее взгляд. А она смотрела на мою… кхм… грудь. Я на уровне интуиции ощутила, что что-то не так. Королева была… Ошеломлена чем-то. И еще в ярости? В гневе? Она что, поняла, что Сирануш – подделка? Но как такое возможно? Или дело в другом?

Кровь кинулась к моему лицу, руки заледенили, а ноги стали подозрительно мягкими. Паника в чистом виде. Соберись, Женечка. Может, еще и не казнят…

Я приготовилась отвечать на любые вопросы, изворачиваться в дипломатии, поругать силы небесные, покачать права, поплакать, но…

Но королева молчала, не сводя с меня взгляда. Ирдан, стоящий позади меня, попытался было что-то сказать, но тоже скоро заткнулся. Он, видимо, тоже не очень понимал, что случилось с ее величеством. Колбаса была несвежая за ужином или брильянтов на платье меньше, чем в алмазном руднике?

А я нервничала. Напряжение, царившее в загадочной землянке, было просто невероятное.

Королева смотрела на меня, и ее лицо приобретало какие-то совершенно неправильные черты. Чуть нахмурился лоб, показались беленькие зубки в оскале, стекли вниз уголки губ… Теперь это была не прекрасная женщина с искорками любопытства в глазах, а истинная мегера.

Она порывисто встала и в два шага подошла ко мне. Я невольно дернулась назад, но уперлась спиной в Ирдана. Что ей надо?!

Королева же протянула руку и коснулась ладонью моего лба.

А в следующий миг земля резко рванулась к лицу. В глазах побелело, и я потеряла сознание. Я успела ощутить только подхватывающие меня руки.

***

Ирдан недоуменно посмотрел на королеву.

У Мавен была потрясающая способность, дарованная ей с иномирным археем. Она могла лечить, исцелять любые раны и болезни за несколько минут. А тот, кто умеет исцелять, может так же легко покалечить. Когда знаешь, на что воздействовать, несложно причинить вред. Правда, именно с этим археем королеве было очень непросто. Чужой архей не подчинился ей до конца, и Мавен, исцеляя или истязая кого-то, после сильно слабела и испытывала сильную боль, которую едва снимали самые сильные обезболивающие травы. Первый год был вообще ужасным – от малейшего воздействия, пусть даже и от исцеления маленькой царапинки, королева теряла сознание и мучилась страшными болями. Сейчас дело обстояло намного лучше, но Мавен все равно очень не любила использовать этот свой дар, прибегая к нему только в крайних случаях, а значит, сейчас произошло что-то из ряда вон выходящее.

Ведь лишить сознания мог бы и он, достаточно слегка пережать сонную артерию. Мавен могла просто подать короткий условный знак…

Пока Ирдан удивлялся, королева не теряла времени даром. Она опустилась перед лежащей в беспамятстве старухой на колени, не обращая внимания на грязный пол и треснувшее платье, и принялась расстегивать пуговицы ее халата.

Ирдан не удержался.

– Ваше Величество… Ну не здесь же…

– Заткнись!

Королева обожгла его злым взглядом и распахнула халат на старухе. Полетела в разные стороны вата и какие-то тряпки. Следом был снят и брезгливо отброшен парик. Нос, съехавший на бок, тоже оказался искусственным.

«Старуха» оказалась насквозь фальшивой. Теперь это была явно молодая женщина, весьма стройная, со светлыми короткими волосами.

– Старуха, да? – ехидно скривилась королева. Ирдан поспешил опустить глаза.

Мавен внимательно смотрела на девчонку и угрюмо молчала, и Ирдан не лез с расспросами, хотя его мучило любопытство. Зачем она лишила ее сознания?

Но что же тут не так? Иномирянка не произвела на него впечатления человека, которого следует опасаться, даже несмотря на ее маскарад. Спокойная, очень… иномирная. Хитрая, конечно, но он бы тоже изворачивался, попади в такую ситуацию, и никому бы не доверял. Но он то всю жизнь при дворцах да королях, а она молодая девчонка. Сколько ей на вид? Лет двадцать?

Он внимательно разглядывал девушку вблизи. Тонкий, красиво прорисованный рот, высокие скулы, длинные ресницы. Морщины, конечно, очень натуралистичные даже вблизи, но Ирдан теперь был уверен, что и они ненастоящие. При свете подземных ламп большего было не разглядеть.

Королева, перестав разглядывать девчонку, положила руки на горло иномирянки и замерла, к чему-то прислушиваясь.

Спустя минуту к Ирдану развернулась уже не знакомая ему Мавен, а злобное чудовище в ее обличье. Он уже и почти позабыл, какой бывает королева в ярости. И она зашипела подстать ядовитой змее.

– Ты кого притащил?! Ты. Кого. Притащил?!

Ирдан оставался спокойным и учтивым.

– Иномирянку со Старших болот, как вы и приказывали…

Королева выдохнула, взяла себя в руки. Всего пара мгновений – и никакой ярости. Только мрачное и холодное:

– Не знаю, где ты ее откопал и что там произошло на ваших болотах… Но у нее нет архея. Вообще нет, никакого, даже отголоска.