Текст книги "Верни себя! (СИ)"
Автор книги: Анна Завадская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)
– Молодец, Лекс, – спокойно сказала Стерва. – Надо будет обязательно поблагодарить твоих бывших хозяев за твои навыки. Янтарю ты уже благодарность выразил, надо будет и остальных не забыть. Как думаешь?
– Как пожелаете, моя госпожа, – слегка рассеянно ответил Лекс, как будто его внимание было направлено на совсем другое.
И я догадывалась, что именно отняло у него внимание до такой степени. Стерва есть стерва, пора мне привыкнуть и не возмущаться. Она не может быть другой, создана такой. Мною и моим учителем.
– М, – с лукавой улыбкой сказала Стерва. – Вижу, ты уже и соображать нормально не можешь. Видимо, маленькие стебельки очень хорошо поработали с твоим членом, да?
* * *
– Да, госпожа, – подтвердил Лекс, с трудом сдерживая стон.
Госпожа была права, тонкие, гибкие отростки лиан, опутавших его руки и пояс, проникли под брюки и обвили мошонку и член фэйри. И если бы просто обвили и всё. Нет. Они начали двигаться, то плотнее обвивая член, то почти выпуская его из тисков. Естественно, это возбудило желание Лекса, отодвинув на задний план страх беспомощности. Да, ему по-прежнему было страшно от осознания того, что он не сможет сейчас никак повлиять на ситуацию вокруг, если случится что-то экстраординарное. Но больше всего он сейчас думал о том, как ему сдержать похабные стоны, рвущиеся из груди. Наказание не должно приносить удовольствие.
Но, видимо, госпожа Тера думала по-другому. Потянувшись к нему, прекрасная фея одним движением спустила его брюки до лиан на середине бёдер и с удовольствием посмотрела на освобождённый от плена ткани член своего раба. Выполняя приказ, отданный ею ранее, Лекс не переставал смотреть на её лицо, даже когда она сама отводила взгляд в строну. И довольная улыбка госпожи его обрадовала, как ничто другое. Похоже, госпожа действительно наслаждается его наказанием, а не просто выполняет необходимое, как было с господином Тараэлем. Тот его наказывал с таким брезгливым выражением лица, что сразу было понятно, доставлять боль рабу ему не нравилось.
Госпожа подняла взгляд на Лекса и, изучив его взгляд, с удовольствием сказала:
– Да, мой догадливый раб. Впереди тебя ждёт стимуляция простаты, ты прав. Должна же я насладиться твоим наказанием, правда? Кстати, о наслаждении...
Пальчик госпожи провёл по возбуждённому члену Лекса и раб с удивлением понял, что лианы, связывающие его ноги, исчезли. А вот те, которые связывали его руки – остались и даже, похоже, ещё сильнее сжали его. Госпожа же, встав на колени на кровати, разделась, добавляя в копилку возбуждения Лекса естественного желания. Неужели она хочет, чтобы он...
– Совместим приятное с полезным, мой раб, – сев на край кровати и широко раздвинув ноги в стороны, сказала фея. – Доставь мне удовольствие. Сначала язычком, а потом и своим членом. Можешь больше не смотреть мне в глаза, кстати.
И стоило лишь Лексу опуститься вниз и прикоснуться к её клитору, как отростки начали проникать в его анус один за другим. Лекс расслабился, позволяя тонким стебелькам хозяйничать в своём заднем проходе. Подумаешь, стебельки. Это же не член господина Ханха и даже не бутылка вина, которой его изнасиловала Аурика на глазах у господина Тараэля в тот злополучный вечер. И не то, что он выделывал с пленниками господина Ситана по воле хозяина. Всего лишь стебельки. Мелочи.
Вот даже в наказании госпожа отличается от них всех. Даже сейчас она выигрывает на их фоне. Да, связала, сыграв на страхе. Да, лишила возможности кончить без её позволения. Да, использует стебли для стимуляции его желания. О да, вот и нашли шустрые стебельки то самое место. Но это же не тот океан боли, в который его окунала госпожа Лилия при малейшей ошибке. И не та кровавая бесконечная оргия, в которую превратилось его нахождение у госпожи Вриезии.
Мысли не мешали Лексу выполнять приказ госпожи. Клитор, половые губы, складочки перед влагалищем. Его язычок шустро скользил по коже, возбуждая, но не проникая пока внутрь. Госпожа застонала от удовольствия и тут же Лекс вздрогнул, чувствуя, как её магический каркас расширяется, захватывая и его. Каркас Лекса тут же ответил взаимностью, соединяясь с её магией. Разноцветный вихрь окружил две фигуры, как будто ограждая их от внешнего мира с его догмами и запретами, условностями и правилами.
* * *
О да... Стерве явно не хватало именно такого вот безропотного послушания от Алекса. Ну не было у моего возлюбленного образа, который бы признавал моё главенство над собой. Не нужен он ему был. А сейчас, после этих ужасных лет разлуки и после того, как сам Алекс очнулся... Нет, освободился от оков духа, а не очнулся. Так вот, теперь я с интересом наблюдала за тем, как Лекс подчиняется приказам Стервы. Потому что мне самой никогда бы не пришла в голову мысль вот так вот командовать им. Потому что... Ну потому что Алекс всегда был ведущим, а не ведомым! И мне было тяжело видеть его другим. До сих пор.
Что изменилось? Всё. Алекс вернулся, Алексис освободился от оков и Лекс стал полноценным образом. Да, образом, который слишком сильно отличается от основы, ну так и Повелитель от Алексиса отличается тоже очень сильно. Вот уж кому приказывать опасно – так это ему, Повелителю Источника. Да уж...
– Не тормози, Лекс, – лениво промурлыкала разомлевшая Стерва с интонациями Кошки в голосе. – Моё лоно уже давно готово принять твоё достоинство. Не заставляй свою госпожу ждать.
И тут же его язык прекращает ласкать мою промежность. Встав с колен, Лекс оказался вровень со мной и, посмотрев мне в глаза, сказал:
– Госпожа, вы сами направите мой член или позволите мне это сделать?
– А ты и со связанными руками теперь это можешь делать? – с лёгким недоверием спросила Стерва.
– Да, моя госпожа, – тут же ответил Лекс с абсолютно серьёзным выражением лица.
Мда. Молчи, Тера, молчи.
– Нет уж, лучше я сама, – ехидно прокомментировала Стерва.
А потом и выполнила сказанное, буквально усевшись на увитый тонкими стеблями член Лекса. Застонали мы с ним одновременно. Стерва повисла на шее у фэйри, закинула ноги на его бёдра и начала крутить тазом, выбирая более удобное положение, не забывая постанывать от удовольствия. А вот Лекс стоял, как статуя, боясь не просто пошевелиться, а даже застонать. Нет, с этим надо что-то делать.
– Лекс, дорогой мой, что за каменная рожа? Я же чувствую, что ты также наслаждаешься процессом, как и я. Почему ты из себя статую изображаешь?
Лекс с удивлением посмотрел на госпожу. Ей не нравилось, что он с таким трудом сдерживался? Но почему?
– Госпожа моя, вы же наказываете меня. Я не должен показывать то, что мне нравится происходящее. Иначе это уже не наказание.
– Глупости какие, – хмыкнула фея, приподнимаясь вверх и тут же опускаясь обратно. – Я наказываю тебя не сексом, – Тера приподнялась вновь. – А связанными руками и обвязкой члена во время него. Ха... – опустившись, госпожа на пару мгновений выгнулась вперёд, прижимаясь всем телом к фэйри. – Ещё раз, Лекс. Секс – не наказание. Секс – это наше обоюдное удовольствие. И если в процессе ты захочешь стонать, кричать, просить и прочее – прошу, не сдерживайся. Ха-ах.
Объясняя, госпожа не забывала продолжать двигаться на члене Лекса вверх и вниз. И поняв, что за стоны удовольствия и просьбы продолжать его не накажут, Лекс расслабился и начал вторить стонам удовольствия его госпожи. А потом осмелел настолько, что начал двигать своим тазом, помогая Тере получать удовольствие. И получая его сам.
И снова её прекрасные крылья раскрылись полностью, впитывая в себя краски их общего магического вихря. Опять изумрудно-зелёные глаза феи засветились нереальным магическим цветом. Снова Лекс чувствовал, как от его спины тянутся к вихрю жгуты магической силы. А потом госпожу накрыло волной оргазма и Лекс почувствовал, как путы исчезают с его рук и члена. Обхватив тело прекрасной феи руками, фэйри за пару движений довёл до пика и себя. И с облегчением уложил на кровать свою госпожу.
– Куда? Рядом ложись, дурачок, – почувствовав, что Лекс собирается опуститься на коврик у кровати, сказала Тера, даже не открывая глаз. – Кого я обнимать во сне буду, а?
Творцы всемогущие... Даже не верится, что всё уже позади. Что я могу вздохнуть свободно и вновь превратиться в беззаботную фею-садовницу. Навсегда канули в лету ночи без сна и месяцы беспощадных тренировок, ожидания выставления нужного лота на аукционе контрактов и попытки избежать ловушек Янтаря. Даже финальный акт трагедии, в котором охотник и добыча меняется местами, тоже позади. Хотя всё случилось и не так, как я планировала. Но в реальности так часто происходит. Планы идут прахом, задуманное не осуществляется, а случайность приводит к совсем другому финалу. Хорошо хоть, с тем же результатом. Наш могущественный враг мёртв и мы можем спокойно жить дальше, не опасаясь за своё будущее.
Алекс глубоко вздохнул и открыл глаза. Какие же они у него прекрасные... Серо-стальные, с тёмно-серыми радиальными прожилками, почти чёрным кольцом у белка и с еле заметным ободком тёмно-оранжевого, почти коричневого, цвета вокруг зрачка. Мой фэйри повернул голову ко мне и улыбнулся.
– Доброе утро, моя фея, – прижимая меня к своему телу, сказал Алекс. – Ну, как тебе Лекс? Понравился?
– Стерва и Кошка от него в восторге, – сказала я, проводя рукой по его груди. – А ты сам как? Не жалеешь, что позволил ему хозяйничать без присмотра?
Алекс задумался, перевёл взгляд на потолок. Его пальцы зарылись в мои волосы и начали перебирать пряди. Болото, как же мне не хватало этого. Жесты, запахи, слова, ощущения, чувства. Ты не замечаешь, как много привносит в твою жизнь другой сотворённый до тех пор, пока он не исчезает из твоей жизни. И только когда под одеялом ты не можешь нащупать ногу своего партнёра, когда тебя не окутывает облако его запаха, тогда понимаешь, чего ты лишился. Вот тогда становится... жутко. Тогда и осознаёшь, как сильно ты его любишь. Хорошо, если ещё можешь всё вернуть, как в нашем с Алексом случае. А когда вернуть ничего уже невозможно? Когда дух другого сотворённого навсегда покинул тело и уже не может вернуться обратно? Как быть тогда?
– Нет, не жалею, – сказал Алекс после минутного молчания. – Он – это тоже я. И, в принципе, имеет такие же права на это тело, как и остальные образы. Надо быть честным, он спас меня. Не представляю, что бы со мной было, если бы не появился Лекс. Ему многое пришлось вынести, пройти, пережить. И я рад, что ты смогла принять его таким, каким он стал.
Ну да, попробовала бы я его не принять. Ха... Так вот почему Алекс так переживал до того, как передать управление своим телом Лексу! Вот почему сам Лекс был так счастлив, когда Стерва согласилась стать его госпожой. Лекс боялся, что я не приму его! Какая глупость. Как я могу не принять одну из его масок? Но всё верно, Алекс этого не знает наверняка.
– Алекс, любимый мой, даже если бы Стерва и Кошка не заинтересовались Лексом, я бы непременно создала новую маску для него. Вполне возможно, что это заняло бы какое-то время, но и только. Ты правильно сказал, Лекс – тоже ты. А я люблю тебя любым. Сильным и слабым, здоровым и больным, простым наёмником и королём источника. Я была готова даже неблагой стать вслед за тобой, а тут всего лишь создать ещё одну маску. Это же сущие мелочи.
Алекс с удивлением посмотрел на меня.
* * *
– Неблагой? Творцы... Ты действительно всерьёз это говорила... За что же судьба меня наградила тобой и твоей безмерной любовью? – сказал Алекс, с нежностью рассматривая свою фею.
Тера же в ответ счастливо рассмеялась и сказала:
– Но ведь твоя любовь ко мне не меньше, Алекс! После всего, что ты пережил из-за меня, ты даже не подумал упрекнуть меня в том, что я была причиной твоего плена и двенадцати лет рабства. Я, и никто другой.
Сердце Алекса пропустило пару ударов. Значит, слова Лекса, сказанные тогда, всё же ранили её глубже, чем он хотел. Или просто легли на её собственные заблуждения. В принципе, логично, она сама себя могла обвинять в том, что оставила его, оказалась на свободе и в безопасности, а он – стал рабом. Все эти годы она боялась, что он упрекнёт её в этом? Бедная его фея!
– Глупости, – сразу став абсолютно серьёзным, сказал Алекс. – Я никогда не считал тебя виноватой в пленении. И себя тоже не считал. Невозможно прыгнуть выше головы. Я однажды попытался сделать нечто, что находится за границей человеческих сил. Но что случилось в итоге? Я просто перестал быть человеком. Есть предел силы даже у высшего фэйри. И я его достиг там, перед пленом. Мы бы не прорвались тогда. Лезвие правильно сказала той черноволосой принцессе. Если бы тогда ты осталась со мной, мы бы умерли там оба, а не лежали бы сейчас вместе в постели. Прекрати винить себя. Мой долг, как любого мужчины, защищать свою возлюбленную, свою женщину. Просто потому что мы сильнее. Просто потому, что вы даёте жизнь, а мы её защищаем. Это естественно.
– Всё верно, но... – начала было робко возражать Тера, но Алекс просто приподнялся к ней и закрыл её рот поцелуем.
– Хватит, Тера. Ты сейчас начинаешь играть в "что было бы, если". Это бесполезно. Ты сама меня учила, что всё происходит так, как возможно и другого исхода быть не может. Нет "если" в прошлом. Только в будущем, которое не стало настоящим. Хватит. Ни ты, ни я не виноваты. А тот, кто устроил нам ловушку, уже мёртв. Окончательно и бесповоротно. Я даже тела не оставил, чтобы наверняка.
– Благодарю, любимый мой. Я боялась того, что ты можешь перестать меня любить, пройдя через...
– Глупости, – резко прервал её Алекс. – Понимаю твой страх, но это не так. И закроем эту тему.
– Хорошо. Лезвие интересуется, хочешь ли ты наказать своих бывших хозяев.
– Хороший и очень тяжёлый вопрос, – сказал Алекс, глубоко задумавшись.
Вообще-то, Лекс неохотно делился воспоминаниями о рабстве. Кое-что не удержалось в голове, кое-что хотелось никогда не вспоминать. Наказать хозяев? Отплатить им той же монетой? Или великодушно простить? Алекс смог заставить себя уничтожить Янтаря одним ударом. Страх Лекса перед этим скотом был слишком велик. Всё естество неблагого требовало уничтожить того, кто был свидетелем его унижения. Быстро и навсегда. А вот с остальными... Всё было не так однозначно.
– Ситана необходимо уничтожить. Этот маньяк в чём-то даже хуже Янтаря. Во всяком случае, жизней он загубил множество. Чужими руками, конечно. Не думаю, что я был первым невольным палачом из его рабов. Лилия... Я удивлён, что её не оказалось рядом с Янтарём. Ей, как и Вриезии, не помешало бы обзавестись рабскими ошейниками. Возможно, им это поможет измениться. Алиса и Ханх...
Алекс замолчал. Да, унижали, да, видели в нём вещь, а не личность, да, использовали для своих целей. Нет, простить их он не сможет. Потому что люди. Потому что они могли выбрать, какими им быть, в отличие от Вриезии, у которой жажда крови заложена от рождения. Не должны люди быть такими, похотливыми животными, готовыми воспользоваться слабостью другого. Во всяком случае, по мнению самого Алекса.
– Их бы я тоже заставил заключить контракт с полной передачей прав. На хозяина арены, Эльранша Лиарена, я зла не держу. Лекс считал, что это хозяин управляет им через ошейник во время боя, но он не знал про Охотника.
– Ты хочешь сказать, что Охотник перехватывал управление над телом?
– Да. Он высовывался лишь в исключительных случаях, когда ситуация становилась критичной, и сразу уходил в тень. Боялся быть раскрытым. Исключая эти моменты, Эльранш вёл себя вполне корректно. Для владельца гладиаторской арены.
– А Тараэль Гринар? С ним как?
– Никак. Если бы не его невеста-садистка, Аурика, я бы вспоминал его с благодарностью. Да, он был помешан на дисциплине, но и только. Ему мстить я не хочу. А вот с Аурикой я бы поговорил. Жёстко, один раз. И не больше.
– Понятно. Значит, Си-Тан, Лилия, Вриезия, Алиса и Ханх, а также Аурика. Шесть, но скорее, пять целей. Сола их найдёт.
Сола да, Сола сможет.
* * *
На обед мы чуть не опоздали. Ну, неудивительно, на самом деле. Мы столько лет с Алексом провели порознь, что, будь моя воля, я и неделю бы из комнаты с ним не выходила. Но надо. Марк был единственным родственником Алекса и тоже хотел пообщаться с ним. Имел полное право. Если бы мой план пошёл прахом, вся надежда была бы только на Марка.
Беседка у смотровой площадки была нами изначально задумана как место для совместных обедов. Здесь фон не превышал тройки и был безобиден для людей. Хотя Алексу без меня здесь будет уже неуютно. Большая, квадратная беседка, с четырёхскатной крышей, без лавочки, но с возможностью по желанию установить внутрь стол и стулья. Что сейчас и было сделано. И, как я и предполагала, Марк и его избранница уже были здесь, стояли возле парапета, рассматривая клумбы и группы кустарников . Без объятий и даже не держась за руки, просто стояли рядом и молчали. Марк такой Марк...
– О, вот и вы, – услышав наши шаги, Марк обернулся и широко улыбнулся. – Линда, позволь представить тебе фэ Алекса Железного и фе Энотеру Изумрудную, моего брата и его избранницу. Алекс, Тера, представляю вам че Линду Коир, мою будущую супругу.
Девушка... Нет, женщина, причём вполне зрелая, обернулась и уставилась на нас с удивлением. Она не была красавицей или уродиной. Она была настолько обычной, что я невольно удивилась этому. Средний рост, средняя комплекция, практически без украшений, очень лёгкий макияж и довольно скромное платье с юбкой до середины икры. Каштановые волосы более светлого, чем у Марка, оттенка, зелёные глаза и натурального розового цвета губы. Такое ощущение, что она специально оделась так, чтобы не привлекать к себе внимания. Вполне возможно, что это так и есть. Как там говорил Марк? Учёный-евгеник? Ну-ну.
– Ты ничего ей не рассказал о нас, – с укором сказала я. – Марк, ты невозможен, как всегда.
– О, нет-нет, это не вина Марка, фе Энотера, – улыбнувшись, сказала Линда. – Я предпочитаю сначала увидеть сотворённого сама и лишь потом познакомиться с его историей. Мне кажется, так честнее.
Ну, не могу сказать, что эта позиция неправильная. Если дело касается не деловых переговоров, а обычного общения. Марк отодвинул стул своей невесте и Линда с благодарным кивком села за стол. Конечно, Алекс сделал для меня то же самое.
– И теперь я очень хочу услышать историю, как братом моего мужа стал высший фэйри. Я была уверена, что фэйри не используют ритуал побратимства с людьми.
– Я не побратим, Линда. Я – брат, – после этих слов Алекс сделал паузу, давая невесте Марка время осознать сказанное им и лишь потом продолжил: – Я перестал быть человеком во время магической катастрофы. Можно сказать, что меня изменил источник.
– А! То есть ты живое доказательство той теории, что все магические расы – потомки колонистов, которые были вынуждены жить на планетах с повышенным магическим фоном, понятно, – быстро пришла в себя Линда. – Но... Марк сказал, что Корот – его родина. А здесь магическая катастрофа была одна, прорыв магического источника тысячелетие назад. В принципе, для высших фэйри это не срок, но тогда как...
Алекс посмотрел на Марка. Я тоже не спешила открывать рот. Такие вещи не должны рассказывать посторонние. Пусть Марк сам поясняет всё своей невесте.
– Тебя поразило, как древний, давно утерянный ген мог сохранится в моей семье, – вздохнув, сказал наконец Марк. – Ответ простой. Мне уже тысяча сто лет. Это тело – моя десятая копия.
– Репринт, – поразилась Линда. – Учитывая твою нелюбовь к магии – это только он. Но ради чего?
– Я должен был найти способ обуздать источник без магии.
– Это... Великая цель, – сказала Линда, с уважением посмотрев на Марка. – И, судя по тому, что за пределами этой огромной оранжереи магический фон близок к единице, у тебя всё получилось. Потрясающе!
А я, переглянувшись с Алексом, расслабилась окончательно. Линда оказалась настоящей научной девой, а не охотницей за наживой. Нет, понятно, что служба безопасности корпорации уже давно изучила всю её подноготную и вынесла свой вердикт. Но я фея, я не знаю, я чувствую. И то, что я чувствую сейчас – мне нравится.
Между Марком и Линдой не было пылкой страсти. Но они оба уважали партнёра и испытывали симпатию к будущему супругу. Для них обоих это неплохо. Ведь Марк – трудоголик, для которого долг превыше всего. Он не может влюбиться в женщину, потому что его сердце уже занято идеей. Его вера, его убеждения, его работа – всё это занимает Марка настолько, что у Линды вряд ли будет возможность урвать для себя больше пары часов в его напряжённых сутках. И если бы она его любила всем сердцем, то страдала бы от такой любви. Видеть любимого лишь пару часов в день и знать, что ты для него стоишь не на первом месте, а на десятом, условно, – это больно. Очень больно. Хорошо, что тогда мы с Марком решили не сближаться. И ему, и мне, было бы тяжелее.
* * *
Алекс отпил из бокала нектар и перевёл взгляд на Марка. Ужин подходил к концу, как и вопросы, которые было уместно задать в первую встречу с другим разумным.
– И когда вы собираетесь пожениться? – спросил Алекс своего брата.
– Дня через два мы подпишем брачные контракты в присутствии наших адвокатов, – ответил тот.
Тера недовольно фыркнула. Ну да, свадьба – это праздник, который должен запомнится. Наряды, угощения, торжественная церемония и веселье. Фея. Она по-другому не может. Хорошо, что в усадьбе есть Сола, на которую ляжет основная часть работы.
– Нет-нет, никакой торжественной церемонии, – тут же запротестовала сама Линда. – В нашем возрасте это будет выглядеть неуместно.
И снова его фея фыркнула, то ли сомневаясь в искренности слов Линды, то ли напоминая о том, что из всех присутствующих именно Линда и является самой младшей. А самым старшим – Алекс. Который выглядит ничуть не старше той же Теры.
– Значит, через три дня быть в Городе ты сможешь, – констатировал Алекс, продолжая диалог с братом.
– Ну, теоретически да, – задумчиво сказал Марк.
– Прости, Марк, но нет, – тут же встрепенулась Линда. – На следующий день после подписания мы с тобой проходим медпроцедуры.
– О, да, совсем из головы вылетело, прости, – тут же подтвердил слова невесты Марк.
– Ничего, я понимаю. Тогда задам другой вопрос: когда вы сможете появиться в Городе?
Марк посмотрел на Линду и та сразу же ответила:
– Дня два-три уйдёт на все процедуры. Так что через пять дней и не раньше.
– Отлично. Значит через шесть дней, чтобы уже наверняка, я жду вас с Линдой в нашей усадьбе. Ты же согласишься снова быть свидетелем со стороны жениха?
– Нет! – возмутилась Тера. – Не раньше десяти дней! У меня ещё павильон для торжеств не приведен в порядок! Алекс, ну кто так делает?! Ладно, опять без предложения, но снова назначать дату не посоветовавшись со мной? Это уже слишком, знаешь ли. Опять половина гостей придти не сможет!
Алекс улыбнулся, с удовольствием рассматривая негодующую фею. В том, чтобы задавать вопрос, на который знаешь ответ и так – он смысла не видел. И хорошо, что он не предложил ей просто перезаключить брак, без торжества. Тера наверняка обиделась бы на него всерьёз. А вот фея, увидев его улыбку, стукнула себя ладошкой по лбу и сказала:
– Ты же специально меня дразнишь. А я каждый раз ведусь на твои провокации, как дура. Десять дней, Алекс. Не меньше. Я тебя предупредила.
– Хорошо, дорогая, – покладисто сказал Алекс. – Марк, сможете через десять дней придти к нам в усадьбу?
– Линда? – спросил Марк у своей невесты.
– Я все свои контракты завершила, так что смогу, конечно. Только я ни разу не была на торжествах магических рас.
– Ой, всё будет в рамках обычного человеческого этикета, – махнула рукой Тера. – Что-то типа званого вечера в особняке главы крупной фирмы, но не корпорации. Марк тебе подскажет, если что. Он в прошлый раз на нашей свадьбе был, будет так же.
Алекс хмыкнул. Ну да, их маленький благой двор с корпорацией никак не сравнить. А вот с крупной фирмой – пожалуй да. Это в центральных системах свадьба короля благого двора – центральное событие в жизни общества нескольких планетарных систем. Но там благой двор может контролировать до десятка магических источников и включать в себя тысячи магических созданий. У них же с Терой двор состоял лишь из них самих.
– Я тебе потом объясню. Это запутанная история.
Да уж, по-другому и не скажешь. Ладно, прошлое не изменить, хотя там и полно ошибок и упущенных возможностей. Как ему говорили в детстве, не ошибается только тот, кто ничего не делает. Можно лишь стараться свести ошибки к минимуму, но нельзя вообще их избежать. А ещё можно попытаться устранить последствия этих ошибок, так сказать. Чем ему, Алексу, и предстоит заняться в ближайшее время.
* * *
Нет, ну как вам это нравится, а? Алекс опять (ОПЯТЬ!) не сделал мне предложение, а сразу назначил день свадьбы. Я всё понимаю, он прекрасно понимал, что я не отвечу на его предложение отказом, но, болото! Я же фея, пусть и странная, местами даже ненормальная, но фея! Да, как и для любого магического создания, для меня чувства, эмоции, ощущения – это главное, а дела и слова – вторичны. И мне главное, что Алекс любит, а не то, есть ли в Торговой палате запись о том, что мы заключили брачный контракт равных супругов. Но тут включается та самая ненормальность. Мне хочется услышать его предложение и ответить на него. Мне хочется почувствовать его волнение в момент произнесения заветных слов, и утонуть в вихре счастья, исходящего от него после моего ответа. Вот только Алекс этого, кажется, не понимает. А жаль.
– Всего двенадцать лет, – поражённо сказал Алекс, рассматривая город на противоположном имению конце острова. – И вместо двух жилых улиц – десятки кварталов. И ведь это не курорт, а обычный город для постоянного проживания.
– Да, теперь здесь гораздо красивее, чем было ранее, – улыбнулась я искреннему удивлению своего бывшего и будущего мужа.
Город на побережье с другой стороны острова был действительно прекрасен. Белоснежные пляжи переходили в высокие мощёные набережные и кварталы двух-трёхэтажных домов с магазинами и кафе на первых этажах. За ними – прямоугольники с домами в пять-семь этажей, потом в десять-пятнадцать и так дальше, до самого цилиндра, на верху которого располагался наш оазис и космопорт. Марку пришлось потрудиться, избавляясь от тысячелетнего наслоения обломков прошлого, густо перемешанных с вновь созданной флорой и фауной почвой. Когда я впервые тут была, каменный цилиндр бывшей горы был полностью засыпан. Я даже решила, что это обычный большой холм или центральная гора, которая часто встречается на таких крупных островах. Лишь проведя геологическое исследование, поняла, что к чему. Но бывший город я тогда не трогала, моим заказом был парк при усадьбе Марка. Славное было время. Да.
Наверное поэтому мы и пошли с Алексом на прогулку сразу после обеда. Нам обоим было интересно увидеть, как изменилась родина Алекса за прошедшие годы. Без своего фэйри я здесь не была, естественно. Ссора с Марком сразу после пленения Алекса была слишком громкой. И болезненной для меня. Естественно, самому Алексу об этом я не сказала. Зачем? Это наши с Марком разборки, причём давно прошедшие.
– Что ты думаешь по поводу Линды? – спросил меня Алекс. – Нет, не так. Что ты чувствуешь на её счёт?
Я улыбнулась. Беспокоиться о младшем брате. Это естественно. Теперь бы ещё правильно передать словами то, что я чувствовала и ощущала. Это только кажется так, что словами пользоваться просто. Нет. Это не так. У каждого слова множество оттенков смыслов и самое опасное в том, что у другого сотворённого этих оттенков может оказаться больше или меньше. Элементарный пример. Особняк, усадьба, поместье. Одно и то же? Но почему тогда эти слова различаются? Потому что они изначально имели разный смысл. Но с течением времени изменялись условия их применения и теперь, в основном, большой кусок земли с роскошным домом и хозяйственными постройками вроде кухни, дома для прислуги, охраны и отдельно стоящих гаражей называют одним из этих трёх слов. Но ведь есть такие древние создания, которые помнят разницу в этих трёх словах. И если ты назовёшь их поместье, где раньше на него работали крестьяне, обеспечивая его всем необходимым, обычным словом особняк – он и обидеться может. А сколько примеров, где у просто выросших на разных планетах сотворённых одно и то же понятие приобретает негативный или позитивный окрас.
– Трудно сказать что-то определённое за один разговор. Но, кажется, она подходит Марку. Линду устраивает, что он – владелец корпорации, управление которой отнимает уйму времени. Марка – то, что она не требует от него романтики и не претендует на его деньги. Союз равных, целью которого является продолжение рода. Вполне в духе человеческих традиций. Главное – продолжить род, улучшить положение своей семьи, а любовь и нежность со временем и сами придут. Быть может.
– У нас тоже союз равных. Но мы полюбили прежде, чем решили создать семью, – нахмурился Алекс.
Странно. Почему его задели мои слова? Вроде старалась, специально задумывалась, как пояснить.
– Мы можем позволить себе роскошь жить по-своему. Во-первых, потому что мы из магических рас. Нам не надо думать о том, что через десять лет я уже не смогу выносить ребёнка, а через тридцать умру, возможно, даже не увидев своих внуков. Я не говорю, что это хорошо или плохо, это просто факт. Во-вторых, мы изгои. Тебе не надо бороться за место у магического источника с другими высшими фэйри, а мне не надо бояться того, что королеве не понравится мой дизайн сада для праздника начала года. Нам не приходится заключать временные союзы, выбирать партнёра по его силе и так далее. Мы сами себе хозяева и мы достаточно сильны для того, чтобы ими остаться. Сейчас мы с тобой ещё не готовы к тому, чтобы посвятить лет двадцать своим подрастающим детям. И мы спокойно можем отложить это лет на сто или двести. А Марку и Линде выбирать не приходится. Они люди, причём оба не любят магию и предпочитают обходится без неё. У них есть лишь омоложение и репринт, ну и медкапсулы, конечно. Но это не наш срок жизни, согласись. Марку приходится думать о том, кто займёт пост директора корпорации после него. Линде приходится бороться с естественным желанием женщины родить ребёнка. Это в их природе, в их сути. И, не найдя такой любви, как наша, они решают не тратить оставшееся время на поиски, а удовлетворится тем, что даёт нужный результат. Я считаю, что это правильно.
Нет, не всё было плохо. Стрелковый бой и заклинания остались на прежнем уровне. Несмотря на все изменения в его каркасе, что несомненно радовало. А тело... Натренирует заново. Это не беда. Смог один раз – сможет и снова.
