Текст книги "Вторая симфония для олигарха (СИ)"
Автор книги: Анна Романтика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)
Глава 14
С утра я еще раз проверила список входящих звонков. И, нет, тот ночной вызов мне не приснился.
Тимур дозвонился до меня с незнакомого номера и сказал те слова.
«Я очень скучаю по тебе…»
Это все, что я позволила ему озвучить, тотчас сбросив входящий вызов. Но в ушах так звенело, будто только что мне довелось услышать не нежное и мягкое признание, а рев семафора… Было слишком неожиданно говорить с ним снова. Хотя это вряд ли можно было бы назвать разговором.
Как странно. Судя по его голосу, он совсем не разозлился, что я просто исчезла. Даже не удосужившись «отработать» оплаченный месяц до конца… Еще и поместила его в черный список! Я искренне считала, что Тимур должен был быть в ярости.
Но тон его голоса… он был скорее печален. Действительно так тосковал по нашим встречам? По мне самой? Не знаю, был ли смысл строить эти догадки.
– Почему я хотя бы не извинилась перед ним? – спрашивала вслух, чувствуя себя, откровенно говоря, паршиво.
Все еще можно было разблокировать Тимура и набрать его номер. Но теперь это бы выглядело еще более странно.
– Хотя за что мне извиняться?Не яиспользовала его тело, как мне того хотелось, в течение почти четырех месяцев!
Вздохнув от такой лютой неопределенности, я второпях привела себя в порядок, решив пройтись до магазина и заодно выгулять Тайфуна, который уже минут пятнадцать жалобно скреб ноготками входную дверь.
– Идем-идем, что же ты такой беспокойный… Не сидится же тебе на месте!
Кому еще не сиделось дома в этой погожий августовский денек – так это моей подруге и… еще одному человеку в ее компании. Юлю и Кирилла я заметила в панорамном окне маленького кафетерия, проходя через дорогу на перевес с пакетами.
Мой путь пролегал аккурат мимо «их столика», а потому пришлось остановиться, дабы подумать, как идти дальше. Я была так заморочена своими личными проблемами, что даже не подумала о том, что этот парень, вообще-то, еще пару месяцев назад хотел со мной встречаться. А Юля сгорала от стыда и ужаса в его присутствии.
– Быстро спелись, – улыбнулась я сама себе, совсем немного ревнуя.
Кто бы мог подумать, что это «свидание» на самом деле оказалось «деловой встречей»! На приветственной линейке по поводу начала нового учебного года Юля призналась мне в этом сама – хоть я и не собиралась расспрашивать подругу об увиденном.
– Твой парень все соки из меня высосал, – скрипя зубами, процедила Юля, погружая в настоящий ступор своим заявлением. – Каждый день одолевает меня своими вопросами о тебе! Мы даже пару раз встречались в кафе из-за этого!
–…Не совсем понимаю, о чем ты, – рассеянно почесала я макушку, предусмотрительно отступив немного от толпы других студентов. Не хватало еще, чтобы и без того странный разговор стал достоянием общественности!
– Я тоже не понимаю, если честно, – покачала головой Юля. Кажется, она была действительно измучена. – Кирилл подумал, что, раз я твоя лучшая подруга, то смогу поведать ему хоть что-то, дабы помочь вам сблизиться! Это самый странный способ завоевать девушку, как по мне. Тем более, если учесть то, что он мне тоже не безразличен!
– Юля... – сочувственно вздохнула я, не зная, как мы обе могли впутаться в этот необъяснимый треугольник.
– Извини, но я не настолько лицемерна, чтобы утверждать, будто это не так. Сидеть напротив него, слушать его голос – знала бы ты, какая это мука! Я не понимаю, почему он решил истязать меня таким образом!
Действительно. Если уж я и вправду так симпатична Кириллу – не лучше ли было осаждать своим вниманием именноменя?
– Возможно, на самом деле этотыему нравишься, – высказала я свое предположение. – Только он сам еще этого не понял.
– Очень смешно, – закатила глаза подруга, желая перестать обсуждать человека, из-за которого был безвозвратно потерян аппетит и сон.
Этот очаровательный сердцеед как раз вел торжественную линейку – ну как ни крути, звезда всей консерватории. Если прислушаться хорошенько – можно было ухватить пару восторженных вздохов рядом стоящих первокурсниц. Позже эти девочки злобно хмыкали, наблюдая за тем, как Кирилл после своего выступления подошел к нам.
– Привет. Рад видеть, – сказал он, обращаясь сразу к обеим. – Что делаете после линейки?
Юля молчала, полагая, что вопрос так или иначе обращен в мою сторону. Хотя теперь Кирилл смотрел не только на меня, как было раньше. Юля вовсе не являлась для него невидимкой, коей считала себя… Ну а я благоразумно решила отступить, подарив шанс подруге захомутать лучшего парня консерватории:
– Мне нужно купить лекарств для бабушки. Так что… извините, придется вас оставить. Пора бежать.
Краем уха я могла слышать, как Кирилл снова обращается к Юле:
– А ты? Составишь мне компанию за обедом? Я угощаю.
Вообще-то, после того, как я «порвала» с Тимуром, мне ничего не мешало снова обратить свое внимание на парня, за которым тайно наблюдала два года, на протяжении всей учебы. Но… что-то необъяснимо меня останавливало. Будто возникло осознание, что не так уж я и влюблена в него. Когда-то я сказала Тимуру о том, что не смогла бы спать с двумя сразу. Но, кажется, я отвергала Кирилла не только по этой причине…
«Я тоже по нему скучаю», – пронеслось в моей голове, едва образ Тимура, в его строгом черном костюме, возник в моей голове.
В последнее время я лишком часто вспоминала о нем. И теперь наши встречи не казались мне ужасными и аморальными, когда время немного смазало все волнительные и неприятные моменты. В них по сути не было ничего отвратительного, особенно, когда я привыкла к Тимуру окончательно. Этот мужчина стал первым для меня во всем, и я дорожила этими эпизодами в своей памяти.
Мои знакомые часто рассказывали о несуразности их «первого раза» с мужчиной. О той боли и грязи… Но у нас с Тимуром все было не так. Будто мы… очень с ним друг другу подходим. Потому что помимо сексуальной близости, с этим человеком было вполне комфортно высыпаться, гулять в парке, играть ему на скрипке один на один и… даже плакать.
Этот комфорт быстро стал привычен, пусть он и был мнимым. Именно поэтому, когда Тимур сорвался и накричал на меня, я испытала такой ужас и отчуждение. Будто не готова была узнать о других сторонах этого человека. А ведь темные грани есть у всех!
К сожалению, или к счастью, я смогла встретиться с Тимуром уже вскоре после начала учебного года.
О его появлении возвестили удивленные шепотки учащихся, что толпились у выхода из кампуса, возле дорогущего тонированного мерседеса. Тимур был еще более привлекательным, чем я его помнила – с огромным букетом белоснежных роз, он стоял, облокотившись бедром о крыло своего роскошного автомобиля, и явно кого-то ждал.
– Ого, какой красавчик, – констатировала Юля, остановившись рядом. – Приехал за какой-то гламурной выскочкой, определенно. Наверно за той рыжей дурой, что учиться на саксофоне. Видала, как она облизывает мундштук?
Я могла лишь обиженно покоситься в сторону Юли, прижав футляр со скрипкой к себе посильнее.
Мне не приходилось задаваться вопросами, кого именно этот мужчина здесь караулит. Я была в таком смятении, что просто стояла прямо напротив него, не в силах закрыть рот от шока. И, пусть взгляд его закрывал темные очки, я безошибочно определила момент, когда в толпе других девушек Тимур отыскал именно мое лицо.
Он сделал всего шаг навстречу. А меня будто молнией пронзило – так сильно затрепетало сердце. Голова же разрывалась между двух вариантов: прыгнуть в его сильные объятия, или дать деру пока не поздно.
Все же я выбрала второе. По двум причинам. Во-первых, другие учащиеся и преподаватели, что наблюдали с окон, не должны были узнать о том, что одна из студенток их консерватории находится в неприемлемой связи с мужчиной, что на пятнадцать лет ее старше. Даже если это «невинное общение», что в наши дни маловероятно. Ну а во-вторых, сделать шаг навстречу уже с моей стороны означало бы одно: я так счастлива снова попасть под его покровительство, что в следующий раз не только крики в свою сторону стерплю, но, возможно, и пару пощечин… Конечно же, я не могла допустить этого. В измученной душе все еще жила гордость.
– Вета, куда ты?! – послышался голос Юли где-то позади, но объяснять ей что-то пока не было возможности.
Не знаю, направился ли Тимур за мной, когда я убежала, ловко лавируя между спокойно выходящими из корпуса студентами. Но, к сожалению, я не учла, что могу нос к носу столкнуться с еще одним человеком, которого старательно избегала все это время.
С Иваном Сергеевичем, моим преподавателем по сольфеджио.
Сейчас этот грузный молодой мужчина как никогда походил на бомбу замедленного действия в моих глазах – я понимала, что уже довела его до крайности своим поведением, и прекрасно осознавала последствия.
– Вета! Почему ты всегда убегаешь?! – схватил меня за предплечье профессор, едва я испуганно развернулась в противоположную сторону, и дернул к себе навстречу. – Все лето не брала трубку, уже пропустила два моих занятия – что все это значит?!
Я не успела ответить. Чужая хватка на моей руке ослабла, когда знакомая ладонь непримиримо сбросила чужие пальцы, больно сдавившие нежную кожу запястья. Я не видела человека, что теперь держал мою дрожащую ручку в своей, в то время как напряженная спина прикоснулась к его сильному теплому торсу. Но прекрасно знала, что это был Тимур.
– У вас какие-то вопросы кмоей девушке? – послышался суровый, грозный голос прямо над ухом, обращенный в сторону Ивана Сергеевича. – Почему вы на нее кричите?
Профессор растерянно переводил свои глаза-бусинки то на меня, то на незнакомого мужчину, так трусливо стушевавшись. Он даже не попытался воззвать к толике уважения в стенах его кафедры.
– Виолетта прогуливает мои занятия. Я хотел… спросить ее о причине.
– Я обязательно поговорю с ней об этом, – несмотря на это «обещание», голос Тимура звучал так же грубо и пренебрежительно. – Если это всё – то мы пойдем.
Из двух зол я решила выбрать меньшую, а потому даже не попыталась оттолкнуть от себя Тимура, дабы возобновить свою попытку побега.
Прямо сейчас меня волновало лишь одно обстоятельство. Только что Тимур назвал меня своей девушкой? Это что еще за шутки такие?..
–Умф… Давайте лучше через черный вход, – смущенно потянула его в сторону пожарной лестницы, переживая, что уже на следующий день персона в дорогом костюме в моей компании станет первой в топе «обсуждаемое».
Глава 15
– Что хотел от тебя тот человек? Он пристает к тебе?
Тимур осыпал меня ревнивыми вопросами, будто мы с ним и не расставались более чем на два месяца… Будто я и впрямь была его девушкой, как он заявил ранее!
Настолько незаметно, насколько было возможно, мы пробрались к его машине, но выражение лица Юли, когда она заметила нас, крадущихся на полусогнутых в кустах, было трудно описать двумя словами. Какое счастье, что хоть Кирилла поблизости не оказалось! По закону подлости он обязательно должен был поймать меня «на горячем», осознав, наконец, причины моей к нему отдаленности.
– Это мой профессор по сольфеджио, – вяло пояснила я, когда уже почти сползла с сиденья рядом с Тимуром вниз. Мне уже пришлось закрыться подаренными цветами и футляром маминой скрипки, и все равно я переживала, что меня могут увидеть. А начинать движение Тимур отчего-то не собирался! Неужели хотел, чтобы я начала умолять его поехать уже куда-нибудь?!
– Мне не понравилось то, как он смотрел на тебя, – продолжал хмуриться мужчина, сложив руки на груди. – Если хочешь – я могу разобраться с ним.
– Нет-нет! Что вы!.. Он же мой преподаватель, – запротестовала я, опустив подробности того, что должна тому мужчине большую сумму.
Может, я бы и рассказала Тимуру правду об этом, но одна только мысль о том, как сильно он разозлится, если узнает, что вместо него я «одалживала» такие огромные деньги у кого-то еще, – заставляла мои виски болеть. На каких основаниях какой-то малознакомый, даже если очень добродетельный преподаватель будет просто так оплачивать одной миловидной второкурснице обучение? Я и сама осознала это слишком поздно. Плюс ко всему, коллектор, поймавший меня около работы несколько дней назад, вместе с накопленными деньгами отобрал шанс рассчитаться с Иваном Сергеевичем самостоятельно. А ведь я даже ничего не получила взамен в результате той сделки!
– Хорошо, – уступил Тимур после небольшого молчания. – Но, если он еще раз посмеет тебя касаться или что-то требовать – даже из-за банальной посещаемости – ты должна сказать мне. Никто не смеет обижать тебя и повышать голос.
Не дожидаясь моего ответа, он, наконец, завел машину.
А я, собственно, и не нашлась бы, что ответить на подобное…
Может, он и красовался, показывая свою властность и подобие заботы, но ни одна девушка не смогла бы равнодушно отнестись к таким словам, обращенным в свою сторону, даже самая толстокожая. А я такой не была.
В эту минуту я чуть не забыла о том, при каких обстоятельствах мы с ним расстались в прошлый раз.
– …Никто не смеет повышать на меня голос? – вопрос звучал немного отстраненно. Глаза лениво перемещались от одного здания к другому, ибо развернуться к Тимуру и прямо спросить о случившемся, или, тем паче, начать его отчитывать за несдержанность в прошлую встречу, смелости мне не хватило. – Имеете ввиду,никто кроме вас?
Машина резко дала по тормозам, и, слава богу, позади никого не было. Я почти подготовилась к «поцелую» в бампер.
Но если и следовало ожидать поцелуя – то немного другого.
Почти грубо мое лицо развернули за подбородок и прижались горячими губами. Выйдя из ступора, я тотчас отстранилась, буквально забившись в угол – такой порывистости я не ожидала даже от этого мужчины…
Предрекать его поведение с каждым разом становилось все труднее, это единственное что я поняла в данных обстоятельствах.
– Злишься. Презираешь? – вглядываясь в мое лицо, пытался угадать он.
– …Всего понемногу, – отвернулась я, на самом деле не желая ругаться с Тимуром сейчас. Мы так давно не виделись – будет глупо снова поссориться, сказав друг другу пару слов.
– Понимаю, – кивнул Тимур, снова трогаясь. – Если действительно тошно даже смотреть на меня – я просто отвезу тебя домой.
Не услышав с моей стороны и шороха, он решил продолжить:
– Но, если ты позволишь побыть с тобой хотя бы этот вечер, – я дам тебе все, что пожелаешь. Хочешь, полностью выплачу твой долг? Прямо сейчас…
Обстановка не позволяла мне рассмеяться в голос на это заявление, но небольшой смешок все же было трудно удержать.
– Вы ведь даже не знаете, сколько я должна тому казино.
– Не важно. Поверь, у меня есть деньги.
Вобрав в себя побольше воздуха для смелости, я почти на одном дыхании выпалила то, что волновало меня куда больше долга:
– В таком случае, те люди, что пострадали на вашем предприятии, получили хоть что-то в качестве компенсации? Или вы просто сделали вид, что ничего не произошло?
Я ожидала, что Тимур разозлится за то, что я лезу не в свое дело, но он даже удосужился ответить, а точнее – спросить в ответ:
– От этого будет зависеть твое решение продолжить общение со мной?
– Да.
– Тогда я сделаю все возможное, чтобы не разочаровать тебя, – улыбнулся он, почти невесомо погладив меня по коленке.
Мы очень долго ехали молча. Я даже не спрашивала, куда он меня везет – просто всецело отдалась размышлениям.
– Почему вы так сказали? Ради меня… Вы ведь тоже не хотели оставлять этих людей в беде, без помощи! Тогда почему? – не выдержала я, только сейчас обнаружив, что мерседес остановился. Снова на той самой маленькой уединенной стоянке загородного парка.
– Потому что ты – это все, что у меня осталось…То, ради чего стоит делать хоть что-то… Все остальное не имеет смысл, – тихо пояснил он, но я все равно не поняла ни слова. О чем он вообще? Мы знакомы чуть больше, чем полгода, о каком «смысле жизни» вообще речь? – Хочешь знать, что я подумал, когда увидел тебя впервые, Вета?
– Не уверена, что хочу.
– И все же, позволь, я скажу. У нас ведь откровенный разговор, так? – наконец, развернулся он в мою сторону. Я лишь коротко кивнула, и Тимур продолжил. – Я вспомнил, как быстро предал свои идеалы и стал настоящим преступником в погоне за деньгами. Хотя всегда считал себя выше и независимее банковского счета. Но как же я ошибался… Мне было интересно, как быстро такая «праведница», как ты, упадет в эту грязь вслед за мной, ведомая нескончаемой жаждой денег. Но за все это время ты даже буквально не коснулась их. Тебе было будто бы стыдно пользоваться ими…
Сперва я даже не поняла, что именно этот человек пытается донести до меня, пусть никогда не считала себя глупой. Но, да, когда вся твоя жизнь – это борьба с голодом и мечтами о прекрасном светлом будущем, деньги для тебя – это фактор, определяющий будешь ли ты вообще жить на этой Земле, а не то,какты будешь жить.
– Разве деньги сами по себе хоть что-то значат? – пожала я плечами, не понимая, чему тут так сильно удивляться. – Если бы не навалившиеся проблемы – я бы преспокойно играла в оркестре, довольная, если бы зарплаты хватало на концертное платье раз в год и расходы на проезд до консерватории.
Тимур кивнул, будто хотел показать, что не сомневается в моем признании. Затем взяв мою немного влажную ладонь в свою, очень тихо спросил:
– Скажи, если бы мы встретились при иных обстоятельствах – ты была бы со мной?
– …Иными словами, спала бы я с вами «за бесплатно»? – перефразировала я его вопрос.
– Да.
Не спала бы. Не потому что не пожелала бы. Мы с Тимуром банально никогда бы не встретились. Как пассажиры корабля первого и третьего класса… Но прямо в лицо я не могла ему сказать такое, поэтому пришлось ответить очень уклончиво:
– Начнем с того, что вы и не предлагали мне встречаться с вами, как с обычным парнем. Я сказала «нет» – и вы сразу же назначили цену. Даже сейчас… Если вы просто хотели провести со мной вечер – почему просто не попросили об этом? Так низко цените себя, свое обаяние, умение вести разговор, или настолько привыкли, что, не поманив человечка крупной купюрой, как безголового ослика пучком морковки, никогда не удостоитесь его внимания?
– Получается, что так. Но я и сейчас действительно готов отдать многое, лишь бы ты осталась рядом. К сожалению, я уже давно не умею добиваться целей по-другому.
Господи, как с ним сложно! Вроде и соглашается, но в тоже самое время – никаких видимых изменений в его измышлениях и поведении. К тому же, меня немного раздражало полное игнорирование еще одного немаловажного человека между нами.
– Если вам действительно нравятся девушки вроде меня, то почему же ваша жена выглядит и ведет себя совершенно иначе? Она явно не бывшая ученица консерватории.
– …Ты видела мою жену? Она приходила к тебе? – довольно встревоженно спрашивает Тимур, и эта реплика не могла не удивить.
А она должна была? Теперь мне боязливо озираться еще и в поисках его супруги?
– Я… смотрела ее инстаграм. Поэтому знаю, как она выглядит… – пришлось сказать правду.
– А зачем ты это делала? – с улыбкой спрашивает Тимур, уже понимая,зачем.
– Мне хотелось узнать о вас больше. К тому же… Я все пыталась объяснить себе, чем могла вас зацепить. Думала, если похожана неехоть немного – это ответит на некоторые мои вопросы.
– Если у тебя есть вопросы – просто задай их сейчас, – попросил Тимур, сжав мою ладошку сильнее. Я могла чувствовать, как он нежно перебирает пальчики, переплетая их со своими, и эти тактильные ощущения очень отвлекали.
Я действительно о многом хотела узнать. Но как же наивно было спрашивать: «что я значу для тебя?», «какой ты на самом деле?», «кем был тот человек, который заставил тебя по телефону отказаться от своего желания помочь простым людям?»… Ни один из этих вопросов не удостоился бы прямого и честного ответа.
Глава 16
Судя по сумеркам за пределами мерседеса Тимура, было уже около девяти часов вечера. Удивительно, как мы оба поместились на заднем сиденье его авто, пусть оно и было довольно просторным. Человек, чары которого уже в который раз безжалостно пленили меня, позволил улечься прямо на себя, и, кажется, не испытывал и толики дискомфорта – спал, как младенец.
Я завороженно разглядывала его умиротворенное лицо, полагая, что он и вправду мне доверяет. Сейчас я могла бы сделать с ним все: начиная от покушения и заканчивая банальным ограблением. Но он верил, что я так не сделаю, поэтому, едва мы насытились друг другом после невероятно долгой разлуки, – просто уснул.
– Если вы и вправду все еще имеете возможность спать столь крепко – значит, не все так плохо в вашей жизни… – произнесла я одними губами, устроившись на его груди немного удобнее, а на обнаженную спину накинула пиджак.
Хорошо, что в этот парк почти никто не ходит. Если бы хоть кто-то из моих знакомых стал свидетелем картины, как Тимур сперва спокойно покинул свое водительское кресло, обошел машину, открыл мне дверь и галантно подал руку, помогая вылезти, а уже в следующую секунду неистово прижал меня всем телом к обжигающе холодному металлу, целуя и кусая все, на что натыкались губы… вероятно свидетеля хватил бы приступ. Я сама чуть не лишилась рассудка.
Лишь в тот момент я поняла, насколько же сильно истосковалась по прикосновениям Тимура. Он так умело приучил меня к тем ласкам, что дарил каждую нашу встречу, что теперь с трудом удавалось спокойно спать ночью, не перебирая в воспоминаниях наши тайные свидания.
– Не здесь!.. – взмолилась я в тот момент, когда нетерпеливая рука уже скользнула под юбку.
– …На заднее сиденье, – отстранившись лишь на секунду, произнес мужчина, не в силах восстановить сбившееся от возбуждения дыхание.
– Нет…
Дверь чуть правее уже открылась.
– Ты ведь тоже хочешь, – продолжал уговаривать мужчина, что держался на одном лишь честном слове. Бледное, непроницаемое лицо его непривычно раскраснелось, взгляд закрыла пелена похоти. Было чудом, что он еще имеет желание уговаривать. – Вета… Ты сказала мне, что иногда надо просто попросить. Без ультиматумов и условий… Я хочу тебя. Просто умираю от желания быть с тобой. Если ты оттолкнешь меня сейчас, то…
– Вы опять ставите условия… – срывающимся голосом я все же оборвала его тираду, смущенно подобравшись на мягком сиденье, обтянутом молочно-белой кожей.
Тимур тотчас скрылся в салоне мерседеса вслед за мной и заблокировал дверь.
Ну а теперь, после всего случившегося, мне только и оставалось, что считать его размеренное сердцебиение и думать о том, что делать дальше. Вариантов было немного.
В двенадцатом часу тонированный автомобиль неспешно подкатил к моей старенькой советской «панельке». На лавочке, освещенной желтоватым лучом фонаря, я вдруг разглядела Юлю, которая, очевидно, караулила меня здесь с того самого момента, как «неизвестный» увез меня черт знает куда!
– Твоя знакомая? – поймав мой взгляд, спросил Тимур.
– …Подруга. Из-за того, что вы украли меня прямо у нее из-под носа, Юля, наверное, не могла найти себе покой.
– Не говори ей обо мне.
– Это она надоумила меня пойти в тот бордель, «заработать по-быстренькому»! Думаете, она бы не догадалась, кто вы и откуда?..
– Интересные у тебя друзья. Но… зная тебя, я бы предположил, что ты будешь до конца жизни держать нашу связь в секрете.
– Я должна была бы рассказать это хоть кому-нибудь на случай, если вы вдруг решите меня придушить и расчленить – тогда не возникнет вопросов, куда я подевалась, – моя реплика звучала слишком уж беззаботно даже для такой черной шутки. Но Тимуру, кажется, понравилось – он снова смеялся над странноватым ходом женских мыслей.
– Ты сама это придумала? – спросил он, отсмеявшись. – Забавные девушки у вас в оркестре. Хорошо, скажи своей Юле, что как только я соберусь придушить и расчленить тебя – обязательно поставлю ее в известность.
Желая подыграть ему, я согласно кивнула, и собралась было уходить, как друг сильная теплая ладонь снова меня остановила.
– Не спеши. Мы еще не попрощались.
Возомнив, что это намек на мою нерасторопность, я послушно привстала, чтобы нежно чмокнуть его в губы. И, кажется, я не так его поняла.
– Ты замечательная ученица. Сразу схватываешь налету. Но я имел ввиду прощальный подарок, – снова принялся говорить загадками Тимур, путая меня еще больше.
– Я не буду больше делать в вашей машине ничего такого, – отвернулась я, показательно сложив руки на груди.
– А ты стала очень развратной, – назидательно щелкнул меня по носу мужчина. – Опять мимо! Подарок буду делать я.
С этими словами он вдруг вынул из бардачка небольшую прямоугольную коробочку. Не приходилось задаваться вопросами, что это такое – на плоской верхней грани даже безграмотный смог бы прочесть: «iPhone».
– …Я такое принять не могу, – мои протесты встречали снисходительной улыбочкой, но это был не притворный отказ. Я действительно не хотела брать вещь, которой расплачиваются за оральный секс с эскортницами…
– Ты все лето не брала трубку, я подумал, что твой старенький телефончик не в порядке, вот и решил купить тебе новый, – миролюбиво пояснил Тимур, снова попытавшись вложить коробочку мне в руки. – Все в порядке. Парни ведь часто дарят такое своим девушкам просто так, верно?
Он, конечно, назвал меня своей девушкой сегодня. Но все же наши отношения нельзя было бы описать словом «простые». Поэтому «просто подарок» тоже вызывал много вопросов. Не хотели мои руки пользоваться вещью, заработанной таким способом!
– Разве мне нельзя сделать приятное той, по которой схожу с ума? Обязательно должно быть оправдание? – еще более нежно спросил Тимур, прикоснувшись к самому уху.
– Нет, но…
– Тогда, пожалуйста, возьми его. Но только не продавай, чтобы вложить в свой долг, прошу тебя, – тотчас предостерег он с улыбкой. – Все наши договоренности об оплате останутся в силе. Если позволишь видеться с тобой хотя бы изредка.
За весь вечер он ни разу не поднял тему возобновления наших встреч. До этого момента. Очевидно, он отложил это на самый конец, чтобы у меня было еще немного времени подумать. Но я так и не решила, что с этим делать…
– …Может, мы могли бы встречаться просто так? Без оплаты? – озвучила я тихо, до конца не понимая, что творю. Отвечая на непонимание в его глазах, мне приходится терпеливо объяснять свою точку зрения: – Вы спросили меня сегодня, были бы возможны наши отношения при иных обстоятельствах. Может, нам обоим стало бы легче, если больше не будет темы о деньгах?
Тимур застыл в изумлении. Он почти всегда очень хорошо контролировал свои эмоции – лишь два раза я видела, как он терял лицо. Впервые это случилось в тот день, когда произошла та крупная авария на его производстве. И второй раз – прямо сейчас.
– А как же твой долг в казино? – спустя какое-то время усмехнулся мужчина, видимо, возомнив, что я блефую.
–Сама заработаю денег. То есть, другим способом.
Убедившись в серьезности моего заявления, Тимур долго сидел в полнейшей молчании, разглядывая мелкие звезды, сияние которых было размазано желчным светом фонарей. Даже Юля, понимая, что сегодня скорее всего я уже не вернусь домой, в какой-то момент просто вызвала такси и уехала, перестав быть безмолвным участником наших сумрачных посиделок.
Наконец, мужчина озвучил свое решение:
– Все останется на тех же условиях. Но я оценил твою искренность.
– …Как хотите, – вяло откликнулась я, уже не в силах просто сидеть и всеми клетками своего тела ощущать перемены его настроения. Хотелось уже просто поспать. – Тогда до звонка.
– В таком случае не забудь свой новый телефон, – констатировал он, все же вложив в мою сумку чертову коробку.
