Текст книги "После развода. Мне нужна жена получше (СИ)"

Автор книги: Анна Кривенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Глава 8 Решение…

Глава 8 Решение…

Лиза ушла демонстративно, потому что не дождалась моего ответа. А я не отвечала, потому что не знала, что сказать. Впала в ступор и молча стояла истуканом, отчаянно чувствуя себя не в своей тарелке.

Девушка даже не стала доедать то, что схватила из холодильника. Подхватила рюкзак и умчалась прочь, нарочито громко хлопнув входной дверью.

Я ещё некоторое время не двигалась с места. Хотя шаги её давно затихли и аромат духов рассеялся, я продолжала стоять, будто вросла в пол. Мысли были болезненными. Боль скрутилась в груди, тугая, вязкая.

Даже не знаю почему.

Быть отверженной в этом доме – дело, в общем-то, нормальное. Я здесь никто. Случайная прохожая, забравшаяся в чужую жизнь. Но сердце болело всё равно. Наверное, потому что я начала радоваться вниманию и заботе Виталика.

Похоже, я начала прилепляться к нему, хотя всеми силами старалась этого не допустить. Но приход его дочери всё расставил на свои места. Она права. Тысячу раз права.

Виталик добрый. Даже чрезмерно добрый. Мне не стоит злоупотреблять этой добротой. Я взрослый человек, и пойду решать свои вопросы самостоятельно.

Честно говоря, стало даже стыдно, что я так раскисла, будто мне нянька нужна.

Да, решение принято.

Но при этом боль никуда не делась. Наверное, это довесок после всего, что случилось между мной и Валеркой. Острое ощущение собственной ничтожности.

Но ничего. Ничего, я выплыву. Когда буду вдалеке от Виталика, наверное, перестану чувствовать себя настолько ужасной. Он и его жизнь слишком совершенны для меня. Мы пошли разными путями. И конец этих путей, очевидно, несовместим.

Вот только куда идти – в голове ни одной мысли.

Хотя… можно было бы наведаться в общежитие к Светке. Света была моей одногруппницей когда-то. Мы не то чтобы дружили, но немножко поддерживали связь.

Светлана была специфическим человеком с непростым характером. С ней было сложно дружить. Иногда она казалась странной. Но мы всё равно поддерживали связь: иногда переписывались, узнавали, как дела.

Света регулярно поздравляла меня со всеми праздниками, а я пару раз занимала ей денег.

В общем, что тут сказать – за столько лет я так и не обзавелась ни одной нормальной подругой. Но думаю, попрошусь к Свете на пару недель, пока не найду работу и хоть какое-то жильё.

Я домыла посуду, вытерла все поверхности, смела крошки с пола. Потом вернулась в комнату, сложила вещи обратно в чемодан и принялась писать письмо.

Да, на бумаге, шариковой ручкой.

Почему такой допотопный способ? Да потому что любое СМС Виталик прочтёт сразу же, как я его отправлю. А мне хотелось, чтобы он прочитал моё послание потом, когда вернётся.

Написала коротко:

«Спасибо за всё. Было очень приятно увидеться. Поехала к подруге, она позвала меня пожить. Ещё увидимся. Здорово было пообщаться. Век не забуду. Пока»

Максимально на позитиве. Это самая лучшая стратегия поведения в данном случае.

Ведь от идеального Виталика отчаянно хочется сбежать.

* * *

Общежитие глядело на меня грязными окнами в четыре этажа. Здесь давно не проводился никакой ремонт. Во дворе отчаянно воняло. Стены были исписаны местными вандалами.

Боже, как здесь люди живут???

Зажимая нос, я вошла через входную дверь. Грязная лестница привела меня на третий этаж. Нашла нужную квартиру с обшарпанной дверью и позвонила в звонок. Двери были такими тонкими, что я услышала, как Света шаркает по полу своими домашними тапками.

– Кто там? – раздался её недовольный голос.

– Это я, Свет. Наташа. Можно тебя на пару минут?

Через мгновение дверь открылась, и на меня воззрилось удивлённое лохматое чудо.

Света была среднего роста, плотная, хоть и не полная, с кудрявыми от природы и совершенно непослушными тёмными волосами. Сейчас она кое-как завязала гульку, и это безобразие торчало во все стороны. Красавицей она не была. Черты лица грубые, вечно сморщенный нос портил впечатление. Но когда она улыбалась, лицо преображалось. Сейчас улыбки не было.

Кажется, своим появлением я её напрягла. Но деваться было некуда.

– Слушай, – произнесла я, слегка смутившись. – У меня тут к тебе небольшая просьба. А можно я у тебя перекантую пару недель, пока найду себе съёмное жильё и работу? У меня тут… приключение случилось, – неловко пожала плечами.

Говорить о полном фиаско в своей жизни было тяжело.

Света несколько мгновений рассматривала меня в изумлении, а потом неожиданно хохотнула.

– Вот те на, Наташ. А я думала, что тебя не пробьёшь. Надо же – пробило!

С этими странными словами она распахнула двери пошире, пропуская меня внутрь.

Узкий коридор был неопрятным, если не сказать – грязным. Обшарпанные стены, давно не мытый пол. Старая вешалка, на которой висела огромная куча вряд ли используемых курток.

– Пойдём на кухню.

Когда дверь за мной закрылась, Света, шаркая, направилась в заданном направлении.

Кухня выглядела просто ужасно. Давно не мытая мебель, заляпанная пережаренными отходами. Газовая плита, почерневшая от копоти, мойка, доверху наполненная посудой. Запах стоял соответствующий.

Боже, хоть бы здесь не было тараканов, – поёжилась я.

Меня усадили на старый табурет. Вскоре перед носом появилась чашка с горячим чаем, а вазочка со старым, поломанным печеньем была придвинута вплотную. Есть его однозначно не хотелось, поэтому я лишь пригубила чай, чувствуя отвращение.

Что-то в последнее время Светка совсем опустилась. Раньше хоть как-то убирала в этой квартире, а сейчас – будто свинарник, честное слово.

Может быть, я ошиблась? Может быть, не надо было к ней приходить? Может стоило бы проглотить гордость и не уходить от Виталика, а пожить две недели у него?

Я вспомнила светлый дом, чистоту, вспомнила чистый взгляд друга, его силу, уверенность – и мотнула головой. Лучше уж со Светой в этом бардаке.

Я не хочу жить в постоянном ощущении собственной ничтожности.

Пришлось Свете изложить всё, что со мной происходило накануне. О встрече с Виталиком я умолчала. Зачем ей это? Она слушала и качала головой, а потом разразилась громкими ругательствами в адрес Валерки. Если не повторять нецензурную брань, то выглядело это примерно так:

– Ах он! Ах такой козёл! Да чтоб ему! Да по полной программе!

Я даже усмехнулась. Очень красноречиво. И главное – в точку.

– Спасибо, Свет, повеселила, – бросила я, делая ещё один глоток чая, уже без прежнего отвращения.

Несмотря ни на что, подруга умела располагать к себе своим бесхитростным, весёлым нравом.

– Всегда пожалуйста, – она расплылась в улыбке. – Так что, будешь начинать заново?

Такая формулировка неожиданно мне понравилась. Я вдруг ободрилась и посмотрела на неё твёрдым взглядом.

– Да, именно так, Свет. Я начну всё заново. С самого начала. И думаю, у меня получится. Ведь бремя по имени Валера больше не будет висеть на шее.

– Супер! – рассмеялась Светлана. – Мне нравится твой настрой. Я с тобой согласна. Мы, бабы, без этих мужиков весь мир перевернуть можем, если захотим. Так что давай, дерзай, дщерь!

Я приподняла брови, а она отмахнулась, не обращая внимания.

– Иногда почитываю старославянский словарь.

Вот так, болтая о том о сём, я почувствовала, что укрепляюсь в собственном решении. И уже грязь вокруг не казалась такой уж проблемой. Всё поправимо.

– Слушай, – вдруг спохватилась Света, – я вспомнила, мне же через полчаса надо быть в центре. Ладно, ты располагайся. В комнате будешь спать на диване. А я побежала, вернусь к обеду.

– Ну давай.

Света умчалась, и буквально через пять минут хлопнула входная дверь.

Я осталась сидеть на кухне со странным ощущением, что действительно начинается новая жизнь. Непростая, однозначно. Но я хочу действовать.

И начну, пожалуй, с уборки этого свинарника…

Глава 9 Решимость…

Глава 9 Решимость…

Уборка в чужой квартире произвела на меня глубокое положительное воздействие. Наверное, это что-то из психологии: когда очищаешь пространство от грязи, легче становится даже на душе.

Да, мне пришлось пережить несколько неприятных минут. Возиться с застарелыми пятнами, жиром, копотью и прочим было не очень-то интересно. Однако результат того стоил. Я настолько погрузилась в работу, что провела так несколько часов.

И уже в обед, а потом и к трём часам дня, могла наслаждаться результатом. Кухня засияла. Комнату и коридор удалось отмыть ещё часа за два. В ванной я лишь протёрла полки и вымыла пол, больше ничего не делала. Но в квартире стало легче дышать.

Уставшая, я заглянула в холодильник, но почти ничего не обнаружила. Так, нужно сесть и составить план дальнейших действий.

Сразу же навалилась некая апатия. В последние годы это состояние было довольно частым явлением. Я уставала. Уставала морально от всего, что происходило вокруг. А ведь нужно срочно заниматься неотложными вопросами. Вернуть себе дом в деревне, если это, конечно, возможно. Забрать из квартиры Валерки остальные вещи. Думать о работе, в конце концов.

Но апатичное настроение вдруг захватило меня с огромной силой. Даже чистота в квартире уже не радовала.

Я кое-как перекусила ужасным печеньем из вазочки и почувствовала боль в желудке. Нет, здесь срочно нужны нормальные продукты. С трудом оделась и собралась выйти, как вдруг дверь открылась, и на пороге появилась взмыленная и уставшая Светка.

Когда она разглядела отдраенные стены коридора и чистый пол, то замерла и ошеломлённо начала крутить головой.

– Что тут произошло? – пробормотала она.

Побежала в комнату и, рассматривая ее, вздыхала так выразительно, что я не удержалась от улыбки. Похоже, она была впечатлена.

– Слушай, Наташ, да у тебя золотые руки. Как? Как ты смогла? И когда успела? Это просто потрясающе!

Глаза её блестели. Мне даже показалось, что Светка ожила.

Потом мы пошли пить чай. Оказывается, она притащила с собой колбасы и хлеба. Сделали бутерброды, посмеялись. Я почувствовала, как меня отпускает. Заявила, что надо затаривать полхолодильника нормальной едой. А она уточнила, что я собираюсь дальше делать.

Я выдохнула и сказала ей правду. Трудно решиться вернуться в квартиру. Не хочу видеть Валерку, но знаю, что должна. Нужно идти к нотариусу, нужно идти к адвокату. Честно говоря, чувствую такое изнеможение.

– Да понятно, – отмахнулась подруга. – Многие после развода вообще в больницу попадают. Ты ещё хорошо держишься. Всё-таки это стресс. Предательство очень тяжело пережить. Даже если чувства между людьми потухли.

Поболтали ещё о том о сём, как вдруг раздался настойчивый стук в дверь. Светка встрепенулась, нахмурилась, а я почувствовала неприятное ощущение между лопатками, будто надвигается опасность.

Подруга пошла открывать. Я прислушивалась к тому, что происходит в коридоре, и вдруг услышала мужской голос, следом за которым послышался женский вскрик. Я вскочила, опрокинув стул, и рванула в коридор.

На пороге стоял незнакомый мужчина. Здоровенный, небритый и, по-моему, нетрезвый. Он что-то доказывал Светке и махал руками. А она стояла чуть в стороне, с ужасом глядя на него и держась рукой за разбитую губу.

Я вытаращила глаза, с трудом воспринимая происходящее. Что произошло? Как? Почему? Кто это такой?

Мужик обвинял Свету в каких-то изменах и ещё чёрт знает в чём. А она дрожащим голосом пыталась сказать, что ему надо уйти немедленно, иначе она вызовет полицию. Мужик замахнулся, пытаясь ударить ещё раз, и что-то у меня в голове щёлкнуло.

Честно говоря, я не перевариваю пьяных. С детства ещё. У меня дядя пил. Брат матери. Часто заявлялся к нам домой, пытаясь стребовать с неё какие-то деньги. Помню, несколько раз поднимал на мать руку.

Однажды я не выдержала. Что-то внутри меня вспыхнуло. Я кинулась на него с кулаками, хотя мне едва стукнуло десять лет на тот момент. И, обретя какую-то нечеловеческую силу, просто вытолкнула пьянчужку за порог, успев свалить его с ног и потребовав больше никогда здесь не появляться.

Мама тогда смотрела на меня во все глаза и не могла поверить, что у меня это получилось. Честно говоря, дядя стал захаживать реже. А потом и вовсе где-то сгинул. Спился, наверное, до смерти.

Откуда только тогда сила взялась? С тех пор всякая несправедливость, особенно по отношению к слабым, вызывала во мне ужасный бунт. Когда-то вызывала. В далёкой юности. Пока я не превратилась в это апатичное существо, коей чувствую себя сейчас…

Боже, что со мной случилось? Почему я будто потеряла саму себя? Почему внутри пусто? Я не могу решиться даже на простые вещи!

Ярость, поднявшаяся из глубины, будто стёрла налёт времени. И я бросилась на мужика со всей силы, на которую была способна. Всего два толчка – и он валялся в коридоре, постанывая.

– Ещё раз распустишь руки – будешь сидеть в тюряге, – бросила я ему напоследок и захлопнула дверь, тут же повернув ключ.

Тяжело дышала. Сердце бешено колотилось, будто вырывалось из груди. А Светка кинулась ко мне и зарыдала.

– Боже, Наташ, ты такая смелая! Спасибо тебе!

Я оторвала её от себя и строго посмотрела подруге в лицо.

– А теперь рассказывай. Кто он такой? И зачем ты ему вообще открыла?

– Это мой бывший, – она почему-то виновато опустила глаза. – Ушла от него ещё полгода назад. А он всё никак не успокоится. Как напьётся, так и приходит сюда. Угрожает. Руку поднимает. Достал уже. А поменять место жительства я пока не в состоянии.

– Так почему ты не обратилась в полицию?

Света махнула рукой.

– Да как будто они что-то сделают. Никакого же факта преступления не случилось. Так и скажут. А надо, чтоб случилось, наверное. Тогда только зашевелятся…

Всё внутри меня кипело. Я обняла её за плечи и повела на кухню. Усадила на стул, села рядом.

Обратила внимание, что у меня дрожат руки. Нет, не от страха. От волнения. От всплеска адреналина, наверное. Я чувствовала себя очень странно. Как будто вернулась в прошлое. Как будто снова была двадцатилетней девчонкой, готовой покорять самые непростые горизонты жизни.

Что со мной случилось за последнее время? Я ведь действительно зачахла.

Решимость попёрла наружу. Это я-то буду тихонечко отсиживаться в чужой квартире, пытаясь справиться со стрессом? Это я-то буду чувствовать себя ничтожной рядом с успешным одноклассником? Какая чушь!

Наташа, ноги в руки – и вперёд восстанавливать свою жизнь!

Я мысленно костерила себя на все лады, пытаясь отогнать мучительное и противное ощущение беспомощности.

Нет уж. Беспомощность не дождётся. Я не стану её рабом. Завтра же побегу туда, где должна быть, и буду решать все вопросы незамедлительно!!!

Глава 10 Работа…

Глава 10 Работа…

Утром я встала рано. В квартире было тихо, только за окном лениво шуршали машины. Я пробралась в ванную и заглянула в зеркало.

Картина, прямо скажем, не радовала. Отёки никуда не делись, лицо пухшее, тяжёлое, с каким-то серым оттенком. Видок просто ужасный. Сегодня даже хуже, чем вчера… Будто не спала несколько ночей подряд.

Я вздохнула, умылась холодной водой, потом ещё раз. Подкрасилась, привела себя в порядок, насколько это вообще было возможно. Немного тонального крема, тушь, румяна. Стало лучше. Не красавица, конечно, но уже и не пугало из ночных кошмаров.

Вышла из комнаты – на кухне как раз была Света. Она окинула меня взглядом и удивлённо приподняла брови.

– Эй, у тебя всегда так по утрам?

Я пожала плечами.

– Бывает. Когда хуже, когда лучше.

– Так тебе бы в больницу – провериться.

– Да была я уже, – отмахнулась я. – Ничего не понятно. Почки в порядке, сердце в порядке. А на серьёзное обследование я не готова.

– Да уж… – выдохнула Светка. – На себя никогда нет ни денег, ни времени.

Она посмотрела на часы и засуетилась.

– Ладно, я побежала, мне на работу. А ты чем займёшься?

В её взгляде мелькнуло напряжение, и я всё прекрасно поняла. Свалилась ей на шею, без плана, без чёткого понимания, что дальше. Вечно она со мной жить явно не хочет – и это нормально.

– Пойду к адвокату, – поспешила сказать я. – И буду искать работу. Может, газету с объявлениями куплю.

Светка как будто успокоилась, кивнула.

– Ну вот и правильно. Ладно, давай, пока.

Она быстро собралась и убежала, хлопнув дверью.

Я осталась одна и вдруг ясно осознала: несмотря на то, что вчера я защитила её от навязчивого кавалера, от этого наши отношения не стали ни теплее, ни проще. Каждый по-своему перетягивает одеяло на себя. И это тоже жизнь.

Вообще, Света молодец, что меня впустила. Это ей большой плюс. Но дорогим гостем я не буду никогда. В принципе, мы не родня – так, знакомые, с общей историей и случайным пересечением судеб. А значит, пора вставать на ноги и идти дальше. Самостоятельно.

* * *

К адвокату я попала ближе к обеду. Небольшой офис в старом бизнес-центре, узкий коридор с вытертым ковролином и запахом дешёвого кофе. За дверью – тишина, прерываемая только щелчками клавиатуры и приглушёнными голосами из соседних кабинетов. Атмосфера такая, что сразу хочется говорить шёпотом, будто здесь решаются судьбы, а не просто бумажные вопросы.

Сам адвокат оказался мужчиной лет пятидесяти. Аккуратный, суховатый, в очках с тонкой оправой. Ничего лишнего: строгий стол, стопки папок, на стене – дипломы в рамках. Смотрел внимательно, без сочувственных вздохов, но и без холодного равнодушия. Скорее – деловито.

Я рассказала всё коротко. О планируемом разводе. О доме в деревне. О том, что совсем недавно мы с мужем переписали его на свекровь. Добровольно. Все процедуры завершены, подписи поставлены, нотариус был. И вот теперь я сижу здесь и задаю, по сути, наивный вопрос:

– Можно ли как-то повернуть это вспять?

Адвокат слегка откинулся на спинку кресла, сцепил пальцы.

– С точки зрения закона, – начал он спокойно, – если сделка оформлена добровольно, без давления, угроз, введения в заблуждение, и вы были дееспособны на момент подписания, оспорить её крайне сложно.

Я кивнула. Сердце неприятно сжалось, но я ожидала именно этого.

– Единственные варианты, – продолжил он, – это доказать, что вас ввели в заблуждение, принудили, либо что сделка нарушает ваши права как супруга, если имущество было совместно нажитым и оформлялось с нарушениями. Но, – он сделал паузу, – это долгий процесс, с неопределённым исходом.

– То есть… – я выдохнула, – шансов почти нет.

– Почти, – подтвердил он. – Но прежде, чем окончательно ставить точку, нужно изучить документы. Иногда детали решают больше, чем кажется.

Я поблагодарила его, вышла из кабинета и снова оказалась в том самом узком коридоре. Иллюзий больше не было. Зато появилось чёткое понимание: прошлое не всегда можно вернуть. Зато будущее – ещё вполне в моих руках.

* * *

Газету я купила на углу, у ларька с кривой вывеской и вечно недовольной продавщицей. Села на холодную скамейку возле остановки, развернула страницы и начала читать объявления, водя пальцем по строчкам, будто от этого они станут более обнадёживающими.

«Требуется продавец. График сменный».

«Администратор в салон красоты».

«Официантка. Опыт приветствуется».

«Менеджер по работе с клиентами. Возраст до 25 лет».

«Кассир. Быстрое обучение».

В принципе – ничего интересного. Или интересного лично мне. Где-то слишком тяжело физически, где-то график такой, что жить там же и придётся, а где-то прямо в лоб —до двадцати пяти . Я горько усмехнулась и всё-таки начала звонить.

В первый магазин ответили вежливо, даже обрадовались.

– Да, вакансия ещё актуальна, – сказала девушка. – А сколько вам лет?

– Тридцать шесть, – ответила я честно.

На том конце повисла пауза.

– Вы знаете… – голос сразу стал холоднее, – мы уже нашли сотрудника. Спасибо, что позвонили.

Во втором месте даже не стали юлить.

– Нам нужен кто-то помоложе, – сказал мужчина усталым тоном. – Коллектив молодой, сами понимаете.

Понимаю. Конечно, понимаю.

В третьем месте – кофейня – спросили про опыт, про стрессоустойчивость, а потом всё равно аккуратно подвели к возрасту.

– Идеально – до двадцати пяти. Ну, максимум до тридцати.

Я поблагодарила и нажала отбой. Телефон стал тяжёлым, будто налился свинцом. Обстановка угнетала. С каждой новой попыткой мне всё труднее было верить, что я вообще кому-то нужна как специалист, а не как «женщина с багажом лет». Блин, но тридцать шесть – это же еще молодость!

Я шла по улице и думала:как же можно выкрутиться? Работа нужна срочно. Не через месяц. Не «когда-нибудь». Сейчас.

Когда-то у меня была нормальная профессия. Я работала менеджером по продажам в небольшой фирме. Ничего громкого – оптовые поставки, договоры, клиенты, звонки, отчёты. Зато стабильная зарплата, человеческий график и ощущение, что ты на своём месте. Я умела договариваться, умела слушать, умела продавать не в лоб, а по-человечески. Меня ценили.

А теперь… Найти что-то похожее с такими же условиями казалось почти невозможным.

Я остановилась, глубоко вдохнула и выдохнула. Паниковать – самое последнее дело. Нужно думать. Искать. Возможно, соглашаться на меньшее. Временно.

Помощь пришла с той стороны, от которой я не ожидала вовсе.

В крупный гипермаркет зашла за самыми простыми продуктами – хлеб, крупа, молоко. Шла между рядами, рассеянно думая о том, как бы дотянуть до конца недели, и вдруг буквально уткнулась взглядом в знакомое лицо.

Вита Воротинская.

Одноклассница. Из тех, кто всегда на коне. И, надо отдать должное, в тридцать шесть она выглядела именно так, как и должна выглядеть женщина, у которой в жизни всё сложилось. Эффектная, ухоженная, стройная, с идеальной стрижкой и макияжем без единого лишнего штриха. Дорогая куртка, уверенная походка, взгляд человека, привыкшего быть наверху.

Увидев меня, она вопросительно заломила бровь, окинула быстрым, цепким взглядом – от лица до обуви. Как будто мысленно поставила галочку:ага, понятно . Впрочем, я не удивилась. С моим нынешним видом удивляться было бы наивно.

Я слегка смутилась, но вида не подала. Сделала лицо спокойным, почти равнодушным.

– Наташа? – протянула она, словно проверяя, точно ли это я.

– Настя, – кивнула я. – Не ожидала тебя здесь встретить.

– Да я тут часто бываю, – небрежно отозвалась она. – Работа рядом.

Повисла короткая пауза. Та самая неловкая, когда вроде бы и знакомы, но говорить не о чем.

– Ну… – она снова скользнула по мне взглядом. – Как ты?

– Нормально, – ответила я холодно. – Живу.

Я уже собиралась попрощаться и уйти, когда её взгляд вдруг зацепился за газету, торчащую у меня из сумки.

– Ты работу ищешь? – спросила она неожиданно.

Я на секунду замерла. Врать не хотелось.

– Ищу, – коротко ответила я.

Вита задумалась, прищурилась, словно что-то прикидывая.

– Слушай… – протянула она. – Есть тут одно местечко. Как раз в моём бутике. Может, пойдёшь?

Я подняла на неё глаза. Честно говоря, удивление было искренним. Судя по её тону и взглядам минуту назад, я явно не входила в круг людей, которых она хоть сколько-нибудь ценила.

– И что это за работа? – осторожно спросила я.

– Продавец-консультант, – бросила Вита. – Я там персоналом управляю…

Произнесла это с такой гордостью, будто сообщала о защите кандидатской.

– Мне как раз нужна… – она сделала паузу и криво усмехнулась, – девочка на побегушках.

Слова резанули. Унижение было почти осязаемым. Но вместе с ним пришло другое – холодное, трезвое понимание: работа мне нужна. Очень.

Я проглотила гордость, сжала пальцы на ручке тележки и спокойно сказала:

– Расскажи поподробнее…