Текст книги "Презренная для Инквизитора, или Побоксируем, Дракон! (СИ)"

Автор книги: Анна Кривенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

Глава 27
Как он это пережил?

Когда я прикоснулась к портрету, мир мгновенно растворился в небытии. Комната закружилась, холодная поверхность холста внезапно стала горячей, словно пламя. Перед глазами развернулась страшная картина.

Я оказалась в том же зале, но он был совершенно другим. Часть потолка исчезла, как и кусок стены, открыв бездонное ночное небо, затянутое дождевыми тучами. Ветер завывал, наполняя пространство жуткими стонами, а воздух был пропитан медным запахом крови.

Сквозь этот хаос я увидела, как прямо с неба в клубящемся чёрном тумане спускаются женщины. Точнее, они напоминали женщин, но выглядели, как страшные уродливые старухи. Точь-в-точь такие, какими их рисовали на Земле в детских сказках про Бабу Ягу. Их кожа была серой, как пепел, глаза горели яростным красным светом, а седые редкие волосы шевелились, словно змеиные головы. Ведьмы! Я поняла это сразу. Вот, кого люто ненавидит Леомир…

Как только эти подобия женщин коснулись пола, то с молниеносной скоростью растеклись по поместью и начали бросаться на людей, как голодные волки, вонзая в них когти и зубы. От любого их прикосновения жизненные силы жертв перетекали в тела ведьм. Люди падали замертво один за другим, превращаясь в безжизненные оболочки, а ведьмы хохотали, наслаждаясь чужой агонией.

Но это было ещё не всё. Внезапно поместье наполнилось шумом грубых голосов и звоном стали. Разбойники – сообщники ведьм – ворвались внутрь и с остервенением обрушились на тех, кого не сожрали уродливые женщины. В их руках были мечи и топоры, на лицах стояла печать алчности и жестокости. Разбойники вламывались в комнаты, убивали всех тех, кто попадался под руку, после чего наполняли мешки серебром, золотом и дорогими вещами.

Их крики смешивались с воплями ведьм, создавая адскую симфонию. Я застыла, не в силах сдвинуться с места, как вдруг заметила мальчика, стоявшего в углу неподалёку от окна. Его короткие золотистые кудри обрамляли нежное лицо.

Щеки ребенка были покрыты грязью, а в глазах стоял такой ужас, что мальчишка не мог даже моргнуть. Слезы ручьями текли по его лицу. Он сжимал что-то в руках с таким трепетом, словно пытался этим защититься от ужаса вокруг…

Я хотела закричать, предупредить его, но мои слова утонули в шуме резни.

Разбойники приближались. Один из них, огромный, как медведь, с лицом, испещренным шрамами, направился прямиком к мальчику.

Ребенок посмотрел на него с отчаянием, а потом перевел взгляд на окно. Его крик, пронзительный и полный ужаса, разнесся по залу, заставляя мое сердце дернуться в груди. Мальчишка бросился вперед, умудрился увернуться от огромных лапищ разбойника и выпрыгнул в окно.

Я ужаснулась. Бросилась следом, игнорируя монстра в человеческом обличье, и выглянула наружу. Мальчишка все еще летел. Я с ужасом представила, что он вот-вот разобьется насмерть, но в какой-то момент яркая вспышка осветила местность. Крик ребенка превратился в рев, и вместо мальчика в небо взмыл небольшой, но невероятно красивый дракон. Его крылья были слишком малы, а движения – неловки, но он изо всех сил пытался лететь.

Натыкаясь на ветви и лавируя между деревьями, он поднимался все выше и выше, пока не исчез за горизонтом, оставив за собой только эхо прощального рева.

Мир снова сжался в одну точку. Я возвратилась в реальность за одно мгновение и поспешно одернула руку от портрета. Пальцы дрожали. Я не сразу поняла, что по моим щекам тоже текут слезы.

– О Боже… – прошептала я, глядя на портрет, который вновь застыл неподвижным и омертвелым. – Неужели ты всё это пережил, Леомир?

Сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот вырвется из груди. Кто же он на самом деле? Мальчик-дракон с огромной душевной травмой или жесткий инквизитор, который уже утратил свою человечность?

Это видение заставило меня полностью изменить отношение к Леомиру. Вот почему он так ненавидит ведьм! Они убили его семью…

Я еще раз посмотрела на портрет. Неужели эти люди тоже были драконами? На вид они казались самыми обычными: благородными, величественными, но все же людьми. Как Леомир смог пережить подобную трагедию?

Видение не показало его дальнейшего пути, и меня терзали догадки. Я не знала, сколько времени простояла, переваривая увиденное, но в какой-то миг за моей спиной раздался резкий и жесткий голос:

– Что ты тут делаешь?

Я вздрогнула и обернулась. Леомир стоял в дверном проеме, и его лицо было искажено гневом. Он выглядел взъерошенным: светлые волосы спутались и падали на лицо, а кожа блестела от пота, будто он только что вернулся с тяжелой тренировки.

Но, несмотря на усталость или, может быть, именно благодаря ей, в его облике проявилось нечто особенно притягательное. Он, как и в начале нашего знакомства, напомнил мне грозного Архангела. Его тело излучало силу, и даже через рубашку были заметны напряженные бугры мышц. Однако в глазах сквозила такая глубокая тоска и усталость, что мое сердце, растопленное видением, сочувственно сжалось.

– Ты не должна быть здесь! – голос Леомира прозвучал низко и глухо, словно он едва сдерживал себя. – С этого момента ты будешь жить в другой части поместья.

Он не стал дожидаться моего ответа. Просто развернулся и направился прочь, бросив через плечо:

– Следуй за мной.

Его шаги были уверенными и резкими. Я покорно пошла следом.

Мы пересекли несколько коридоров, пока не оказались у неприметной двери в дальнем крыле поместья. Леомир распахнул ее и, не говоря ни слова, завел меня вовнутрь.

Комната оказалась маленькой, аккуратной и чистой, но почти пустой. Узкая койка, скромный деревянный стол и пара полок у стены. Все выглядело так, словно предназначалось для слуги. Никакого намека на уют или тепло. Единственное окно было закрыто тяжелыми, выцветшими занавесками.

– Ты будешь жить здесь, – бросил инквизитор угрюмо.

– Ты меня запираешь? – я повернулась к нему и посмотрела прямо в глаза.

Леомир не ответил. Его взгляд стал холодным и отстраненным. Резко развернувшись, он вышел, захлопнув дверь. Через мгновение я услышала, как щелкнул замок.

Тяжело выдохнув, огляделась и села на койку. Матрас оказался жестким, а подушка – крохотной и тугой. Я задумчиво провела рукой по покрывалу, почувствовав каждый неровный шов.

Значит, ненависть Леомира снова вернулась.

Мне нужно уходить, – решила я , – уходить как можно скорее. Нужно разобраться с этой печатью подчинения и исчезнуть, упорхнуть отсюда, как птица. Для меня здесь нет места.

Но мысль о том, что Леомир так сильно ненавидит меня, почему-то отзывалась горечью в сердце.

Я снова прикоснулась к символу на ладони, закрыла глаза и сосредоточилась. Символ, мой верный помощник, разгорался медленно, будто сопротивляясь. Я вложила в него всю свою волю, заставляя вспыхнуть сильнее.

Наконец он откликнулся, излучив мягкий свет.

– Найди мне печать, – прошептала я, – найди и нейтрализуй ее.

В груди трепетала надежда, что всё окажется проще, чем могло быть. Магический свет разлился по моему телу.

И тут я ахнула.

Перед глазами вдруг проявились сотни тончайших нитей, которые, словно паутина, обвивали меня с головы до ног. Они тускло светились золотым сиянием и тянулись канатами куда-то за пределы комнаты.

– Что это? – прошептала я, чувствуя, как меня охватывает ужас.

И в этот момент в голове вспыхнуло объяснение. Четкое, ясное и пугающе понятное, словно кто-то вложил его мне в мысли: «Связь с инквизитором стала настолько сильной, что разорвать ее уже невозможно».

– Что? – воскликнула я, ощутив, как от шока перехватывает дыхание.

Связь с инквизитором? Но почему? Как это возможно? Что за связь такая?

Я схватилась за горло, тщетно пытаясь вдохнуть.

О Боже! Неужели я останусь здесь навсегда?

Глава 28
Возвращение ненависти

Я стояла у стены, обхватив себя руками, пытаясь хоть как-то согреться. Уже несколько дней Леомир не появлялся, оставив меня наедине с холодом, тишиной и собственными мыслями. Еду приносил солдат, просовывая её через щель внизу, под дверьми.

Однако через несколько минут раздался скрежет, и дверь стремительно открылась. На пороге стоял инквизитор, и вместе с ним в мою темницу ворвался ледяной ветер его ненависти. Высокий, напряжённый, с острым, будто режущим взглядом, он смотрел на меня так, что всё внутри меня опустилось.

– Собирайся, – приказал Леомир коротко и замер.

Я растерянно смотрела на него, стараясь понять, что происходит.

– Куда мы? – наконец осмелилась спросить я. – Почему ты меня запер? Что вообще происходит?

– Не задавай вопросов, – отрезал он, продолжая сверлить меня раздражённым взглядом.

Голос Леомира снова стал холодным и жёстким. Как и в первые дни, говорил будто не со человеком, а с какой-то мерзостью, с которой давно хотел покончить. Я пыталась уловить в его лице хоть что-то человеческое, что уже видела ранее, но не могла.

Инквизитор подождал несколько мгновений и, видя, что я не двигаюсь с места, резко вышел в коридор и бросил стражникам короткий приказ. Двое воинов в стальных доспехах втащили в комнату тяжёлую серебряную цепь, на конце которой был прикреплён крохотный магический амулет.

Я почувствовала, как всё внутри оборвалось. Он сошёл с ума? Что с ним произошло? Почему возвратилась его жестокость?

Меня схватили за руки, надели на них цепи и вытолкнули в коридор. Леомир шёл впереди. Его длинный белый плащ развевался от стремительной ходьбы, а золотистые волосы поблёскивали во свете факелов. Всё тот же Архангел, Архангел Смерти, каким я увидела его в первый раз.

Как же мне стало страшно. Страшно и обидно. Кажется, я ошиблась в этом человеке… Хотя он и не человек вовсе…

* * *

Карета тряслась на ухабах, лязгая металлическими колесами. За узким окном мелькали деревья, покрытые инеем. Снег усиливался, забивая стекло. Я пыталась дышать глубже, успокаивая себя, но ощущение надвигающейся катастрофы сжимало грудь.

Правда, вспомнился один момент. Перед тем как мы покинули поместье, Леомир вдруг замер, а потом стремительно сорвал со стражника у дверей чёрный плащ и накинул его на меня. Это было так странно. Он что, позаботился о том, чтобы я не замёрзла?

Но почему он сидит сейчас с таким лицом, будто готов убить, не раздумывая? Ничего не понимаю.

Мы ехали в неизвестном направлении, и это всё больше меня пугало. Лицо Леомира оставалось бесстрастным, взгляд был устремлён куда-то за пределы кареты.

Молчание давило на меня каменной плитой, не оставляя выбора, кроме как попытаться его нарушить.

– Леомир, – начала я осторожно в очередной раз, – куда мы едем?

Инквизитор не ответил, даже не взглянул на меня.

– Леомир, пожалуйста! – я сжала руки, и цепи на них зазвенели. Едва сдержала панику, которая попыталась прорваться наружу. – Объясни мне, что я сделала не так?

Ответом мне было молчание, и оно оказалось хуже, чем обвинение или оскорбление. Безразличие инквизитора просто лишало сил.

Я отвернулась к окну, пытаясь унять дрожь.

Чувствовала себя беспомощной. Раньше мне казалось, что я стала всесильной, получив магический символ на руке. Этот символ действительно на многое был способен… когда-то, но всё изменилось, когда появилась эта странная и пугающая связь с Леомиром. Кажется, чем сильнее она становилась, тем меньше сил оставалось у меня для сопротивления ему.

Эта связь убивала во мне магию, и от этого становилось жутко. Лучше бы я сбежала в первые дни. Тогда не знала бы горя, находясь сейчас вдали от этого жестокого монстра.

Что же делать? Выйду ли я живой из этой переделки?

* * *

Крепость выросла перед нами внезапно, словно возникшая из снежной завесы. Высокие чёрные стены тянулись к небу, поражая своей мрачностью. Башни терялись в густом тумане, а массивные железные ворота показались мне входом в ад.

Лошади остановились, и карета слабо качнулась. Дверь открылась, впуская холодный воздух. Я поёжилась, чувствуя, как снег тут же начал облеплять лицо.

Леомир спрыгнул на землю первым и отошёл в сторону. Затем совершенно неожиданно протянул мне руку – холодную, властную. Я машинально приняла её, но тут же пожалела об этом. Инквизитор мгновенно отпустил мои пальцы, будто коснулся чего-то грязного. Будто очнулся и обругал себя за то, что делает…

Какой он странный: то помогает, то тут же с отвращением отступает и отворачивается…

Меня провели через ворота и завели в здание. Внутри крепости всё выглядело ещё более зловещим. Каменные стены, покрытые мхом, тяжёлые двери с массивными засовами, редкие факелы, которые едва освещали длинные коридоры – от вида всего этого становилось жутко. Леомир шёл впереди, излучая мощную ауру властности, жестокости и непримиримости. Я следовала за ним, чувствуя себя неожиданно маленькой и уязвимой в этом бесконечном лабиринте.

– Стой! – резко приказал он, замерев перед очередным поворотом.

Я застыла, едва не врезавшись в его спину.

Перед нами открыли незаметную в полумраке дверь, за которой показался зал, ярко освещённый магическим светильниками. В центре комнаты стоял незнакомец в чёрной мантии. Его лицо скрывал капюшон, но глаза, цепкие и хищные, скользнули по мне с откровенным интересом.

– Привёл новую? – спросил он с ухмылкой, обращаясь к Леомиру. От этого взгляда мне стало дурно. – Слишком хорошенькая даже для ведьмы, не находишь? – продолжил незнакомец, нагло разглядывая меня с ног до головы.

– Она всё ещё под иллюзией, – отрезал инквизитор. Его голос звучал жёстко и самоуверенно. – Мне нужно разобраться с этим. Её магия сильнее, чем у Кассандры в несколько раз. Надо понять природу этой магии.

– На мне нет иллюзии! – попыталась встрять я, но тут же получила болезненный тычок в спину от стражника. Леомир и незнакомец мои слова проигнорировали.

– Ты уверен? – мужчина в капюшоне посмотрел сначала на Леомира, затем на меня. – Значит, она крепкий орешек? А если не справится? Готов потерять её ради эксперимента?

От этих слов мне стало совсем плохо. Я не хочу себя терять!!!

Инквизитор молчал. Он стоял неподвижно, будто высеченный из камня, но я заметила, как его пальцы сжались в кулаки.

Шагнула вперёд, пытаясь поймать его взгляд.

– Леомир, мы же не враги… – начала я.

Инквизитор резко обернулся, и в его глазах вспыхнула ярость.

– Ты ошибаешься, – прошипел он с ненавистью. – Я ненавижу ведьм и буду бороться до тех пор, пока не истреблю ваше племя всех до единой! Поэтому мы враги, лютые враги!!!

– Почему ты делаешь это? – я с трудом сдерживала слёзы. – Давай поговорим. Я не ведьма! Ты же сам множество раз наблюдал за мной. Я отличаюсь от них! Потому что я… из другого мира!!!

Наконец-то я призналась! В душе забрезжила надежда, что инквизитор хотя бы попробует поверить мне. Но он остался равнодушен к моим словам.

– Замолчи, – бросил он презрительно.

Я почувствовала, как что-то оборвалось внутри. Те нити, которые связывали меня с ним, показались жуткими цепями, неизбежно ведущими к гибели.

– Ты ошибаешься, – прошептала я, осознавая полную бесполезность попыток договориться. – Я не та, за кого ты меня принимаешь. Я человек!

Леомир сжал челюсти, но ничего не ответил.

Незнакомец под капюшоном хмыкнул.

– Очень интересно наблюдать за вами, – заметил он с усмешкой. – Но нам пора начинать.

Инквизитор развернулся и вышел из комнаты, не удостоив меня и взглядом. Его шаги еще некоторое время эхом раздавались в коридоре, постепенно стихая и оставляя меня одну в этом холодном и бездушном месте…

Глава 30
Противоречивый Леомир

Леомир стоял перед зеркальным артефактом, наблюдая за происходящим в темничной камере. Пространство вокруг казалось пропитанным гнетущим холодом. Даже огонь в светильниках, освещающих тесное помещение, горел приглушённо, словно боялся потревожить напряжённую атмосферу. Начальник стражи, мужчина средних лет с редкими седеющими волосами и лицом, скрытым под тенью глубокого капюшона, стоял рядом, скрестив руки на груди.

– Пожалуй, что-то в ней есть, не находишь? – произнёс он лениво, не сводя глаз с артефакта.

– Заткнись, Эдриан, – прошипел Леомир, сжав кулаки.

Но Эдриан только ухмыльнулся, подняв руку, будто хотел успокоить его.

– Я лишь пытаюсь облегчить твоё напряжение, господин. Знаешь ли, нечасто удаётся увидеть тебя в таком волнении о какой-то там ведьме…

Он издевательски протянул последнее слово, и Леомир метнул на него такой взгляд, что другой, будь он менее уверен в своих силах, наверняка бы отшатнулся. Но Эдриан лишь развёл руками.

– Ладно, ладно. Молчу.

Леомир перевёл взгляд обратно на артефакт. Он транслировал туманное изображение. Камера была тёмной, лишь слабый свет падал из бойниц, выхватывая центральную часть, где стояла она – Елена. Почему-то ему не хотелось называть её ведьмой, нет. Хотя, не для разоблачения ли я ее истинного лица он привел ее сюда?

Лицо девушки было бледным, но взгляд, полный упрямства и решимости, прожигал окружающий мрак. Её худое, но сильное тело держалось прямо, даже когда со всех сторон начали выходить ведьмы.

Леомир знал, что так будет. Они не могли принять её сразу – в их племени выживали только сильнейшие. Она должна была доказать свою принадлежность, пройти испытание…

Тогда почему же ему так не по себе? Отчего всё внутри рвется на части, несмотря на его волевое решение испытать ведьму по-настоящему???

Мысли инквизитора метались, как дикие звери в ловушке. Елена по-прежнему выглядела человеком. Она не превращалась в уродливое чудовище, хотя именно подобный облик являлся боевой формой ведьм. Её лицо, её движения – всё оставалось прелестным, привлекательным и вполне себе человеческим.

Но… это не могло быть правдой.

Она ведьма. Она обязана быть ведьмой, ведь иначе ее невероятные способности не объяснить. Попыталась обмануть, сказав, что пришла из другого мира? Всем известно, что мир только один…

Леомир не мог позволить себе думать иначе. Не мог признаться самому себе, что сердце его разрывается, что желание защитить её сильнее любой логики. Он принял решение – жестокое, но необходимое. Стоило любой ведьме попасть сюда, в логово соплеменниц, как они тут же принимали истинное лицо. Чтобы не погибнуть. Только проявив свою истинную природу, эти подобия женщин выживали. А увидев ее истинное лицо, инквизитор сможет окончательно разрушить цепи, которыми она оплела его разум.

Ведьмы окружили Елену. Он смотрел, как они медленно сужают круг, злобно усмехаются, шепчут заклинания, ощетиниваясь, как звери.

– Посмотри на них, – насмешливо заметил Эдриан. – Такие зубки! Настоящие леди….

Расхохотался. Леомира он страшно раздражал. Каждое слово начальника темницы вызывало в нем отвращение, но инквизитор терпел. Он не сводил взгляда с Елены, будучи напряженным, как натянутая струна.

В этот момент девушка сжала руки в кулаки, и слабый отблеск магии заиграл вокруг её пальцев.

Вот, доказательства налицо, – думал инквизитор тоскливо. – Только ведьмы и главные служители ордена способны являть магию видимым образом…

– Она сильная, – продолжал Эдриан, прищурившись. – Смотри, как магия рвётся наружу. Неудивительно, что она сумела так очаровать тебя…

– Замолчи, – прохрипел Леомир, чувствуя, как гнев усиливается в груди. Однако гнев смешивался с чем-то другим – трепетным и взволнованным одновременно. Он с жадностью следил за каждым движением девушки, потому что Елена… вступила в бой.

Она двигалась с невероятной скоростью и ловкостью. Её удары были резкими, сопровождающимися магическими вспышками, и каждый выпад Елены заставлял ведьм позорно отступать. Её противницы пытались использовать свои заклинания, но цепи на их ногах вспыхивали, блокируя силу. У Елены такой цепи не было. Если бы Леомир заблокировал её магию, ей бы не удалось выжить.

Несмотря на то, что Елена нанесла сокрушительное поражение десяткам ведьм, те не сдавались. Из последних сил и упорства они снова и снова поднимались на ноги, шипя от ненависти и злобы, которые захватили их. Поняв, что девушку не взять голыми руками, ведьмы вскрыли орудия, которые до сего момента тщательно прятали от своих надсмотрщиков. Среди них были магические шипы, выдолбленные из каменных стен темницы, а также ожившие канаты, сплетенные из ведьмовских волос. Канаты поползли в сторону Елены по каменному полу, пытаясь обвить ее лодыжки, но девушка ловко отскочила в сторону и полоснув ладонью по воздуху, испепелила их.

– Ух! – воскликнул начальник темницы пораженно. – Ей даже огненная магия подчинятся! Где ты ее нашел, господин? Если бы она не была ведьмой, я бы, наверное, попытался пригласить её на ужин…

Леомир резко повернулся к нему, и в этот момент в его глазах вспыхнула неприкрытая угроза, заставившая даже Эдриана чуть податься назад.

– Ещё одно слово, и я…

– Спокойно, господин. Спокойно! – Эдриан серьёзно испугался и примирительно выставил перед собой руки. Таким разъяренным начальник темницы не видел Леомира даже тогда, когда тот сцепился с Кассандрой, которая была обвинена в убийстве нескольких аристократических семей.

Леомир мрачно отвернулся и снова уставился на артефакт. Начальник решил больше не искушать судьбу и с тех пор помалкивал.

Почему она не изменила облик? – думал инквизитор взволнованно. – По всем законам магического мира ведьм, она должна была сделать это! А вдруг… она все-таки не ведьма? Но нет, всем известно, что женщины в принципе не владеют магией, если не становятся на путь отступничества…

К этому моменту почти все противницы Елены лежали на полу, некоторые без сознания, другие медленно отползали в тень. Остались четверо.

Они были старше и сильнее остальных. Их сморщенные лица напоминали морды оскаленных хищников, глаза горели злобой. Разинутые рты с клыками, из которых капала слюна, делали их похожими на демонов.

Старухи ходили вокруг неё кругами, выжидая момента для нападения.

И вот тогда Леомир заметил, как его мысли изменились.

Она… не такая, как они. Это слишком очевидно. Они видят в ней врага, иначе битва не продолжалась бы. Елена тоже насторожена сверх меры. А что если…

Девушка сделала шаг назад, её лицо исказилось от усталости, но она держалась.

Одна из ведьм внезапно замерла, уставившись на её руку, где слабым светом мерцал непонятный символ.

Она прошептала что-то нечленораздельное, а Леомир ощутил, как его дыхание сбилось, но он не успел осознать, что это значит. В следующий момент одна из ведьм бросила магический заряд, который ударил Елену прямо в грудь. Почему девушка не отмахнулось, было не совсем понятно. Кажется, ее заворожили сказанные ведьмой слова.

Инквизитор вздрогнул, увидев, как лицо Елены исказилось от боли, и она начала стремительно заваливаться назад.

Что-то взорвалось внутри Леомира. Он больше не мог стоять на месте.

– Откройте дверь! – выкрикнул он, рванув вперёд.

Эдриан что-то выпалил ему вслед, но слова утонули в шуме.

Леомир ворвался в темницу, открыв дверь ударом ноги, усиленным магией. Во мгновение ока сформировал в руках яркий магический сгусток и одним ударом снес всех ведьи сл своих мест. Их тела отлетели, ударившись о стены. Послышались жалобные стоны…

Елена лежала на полу неподвижно.

Инквизитор бросился к ней, падая на колени и обхватывая её лицо руками.

– Елена… – прошептал он, с ужасом всматриваясь в её черты.

Она была слишком бледной, слишком тихой. Он искал признаки жизни, хоть что-то, что могло бы подсказать ему, что ещё не поздно.

Не умирай. Только не умирай!!!

Тот, кто считал себя хладнокровным и непоколебимым, впервые в жизни почувствовал себя абсолютно беспомощным и несчастным.

Боже, неужели он ее все-таки убил?..