Текст книги "Презренная для Инквизитора, или Побоксируем, Дракон! (СИ)"

Автор книги: Анна Кривенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Глава 24
Почти богиня

Леомир в оцепенении смотрел на происходящее перед ним. Двигалась Елена с молниеносной скоростью, оставляя за собой поверженных воинов, которые один за другим падали под точными и быстрыми ударами. Инквизитор, хоть и привык к магическим и прочим трюкам, был ошеломлен этим зрелищем. Её удары не просто выводии из строя тренированных мужчин – они были такими утонченными и выверенными, что казалось, она превращала каждое движение в своего рода искусство. "Подобное невозможно для обычной женщины, – думал он с уверенностью, окончательно убеждаясь, что перед ним магия. – Да что там: даже мужчины на такое не способны!'

Витор де Блад, стоявший поодаль в полумраке, выглядел потерянным. Его глаза были расширены от ужаса, и он, как зачарованный, следил за ведьмой, разбрасывающей его солдат по сторонам.

Воин, попытавшийся напасть на неё сзади, рухнул на пол, когда она проворно уклонилась и сделала подножку. Затем ловко выхватила меч из его руки и приставила к его незащищенному горлу. Наступила звенящая тишина, нарушаемая лишь приглушенными стонами поверженных.

Девушка стояла в центре комнаты, тяжело дыша. Её грудь вздымалась, а лицо было раскрасневшимся и жестким. Она напоминала древнюю богиню войны, ниспосланную на землю, чтобы покарать смертных. На лице её промелькнуло что-то похожее на мрачное торжество.

Леомир вдруг ощутил, как сердце забилось сильнее. Нахлынувшее чувство было новым для него – смесь ужаса и восхищения. Он был инквизитором, натренированным подавлять эмоции, не поддаваться слабостям, но сейчас он не мог отвести взгляда от этой… ведьмы. «Боже, я целовался с ней,» – пронеслось в его голове дикое. Ему стало дурно. Это ведь всё ещё действует афродизиак, не так ли? Или это его собственная воля предательски пошатнулась?

Мужчина пытался взять себя в руки, но взгляд всё время возвращался к ней.

Толпа, привлеченная шумом, начала стекаться в просторный зал купальни. Полуобнажённые посетители, рабыни, слуги – все спешили из боковых коридоров, надеясь увидеть, что за суматоха происходит в центре комплекса. Их лица светились любопытством, кое-где раздавались испуганные возгласы.

Посреди образовавшегося хаоса Леомир вдруг заметил фигуру в тёмном плаще, укрывшуюся в полумраке. От волнения у него замерло сердце. «Неужели… отец Рафаэль?» – пронеслось в разуме ошеломленное.

За спиной священника маячила довольная, но настороженная физиономия Витора де Блада. «Значит, они сговорились,» – понял Леомир.

Отец Рафаэль был влиятельным человеком в Ордене, легендой храмовников и магов. Инквизитор знал, что Рафаэль и наставник Адельрик всегда соперничали, пусть и не открыто. Значит… он пришел стать свидетелем его падения. Ведь с падением Леомира пошатнется и репутация наставника. Многие скажут тогда, что не может стоять во главе храма тот, кто воспитал негодного преемника.

Леомир почувствовал, как натянулись нервы. "Похоже, отец Рафаэль замыслил использовать меня для самовозвышения, – мрачно осознал он. – Он будет изобличать меня…'

Словно услышав его догадку, отец Рафаэль выступил из полумрака. Инквизитор, собрав всё своё самообладание, набросил на лицо маску спокойствия и с лёгкой усмешкой сделал шаг ему навстречу.

– О, преподобнейший, я и не думал, что встречу вас здесь, – с едва заметной насмешкой произнёс Леомир, стараясь держать лицо непроницаемым. Рафаэль был очень стар, годы заставили его сгорбиться. Прозрачные голубые глаза и седые, редкие волосы делали его облик каким-то возвышенным и светлым, если бы не жесткий властный взгляд, который сметал все иллюзии. Старик смотрел на Леомира с пренебрежением, которое даже не скрывал. Его магическая сила, несмотря на физическую немощь, ощущалась в каждом движении.

– Я должен спросить у тебя, сын мой, что делаешь здесь ТЫ??? – его голос прозвучал тихо, но настойчиво.

Леомир, приподняв подбородок, с достоинством ответил:

– Работаю, преподобнейший. Я здесь на задании.

– Да? Что же ты делал с этой женщиной… – Рафаэль указал на ведьму, которая всё ещё держала меч у горла одного из воинов. – … в комнате для массажа? Твой растрёпанный вид говорит о многом.

Лицо Леомира на мгновение помрачнело, но он быстро взял себя в руки. К счастью, между ним и ведьмой ничего серьёзного не произошло, кроме того поцелуя, который он постарался выбросить из памяти. Леомир выпрямился и сказал твёрдо:

– Я чист от греха, преподобнейший. Вы можете проверить меня артефактом правды. Между мной и этой женщиной ничего предосудительного не было.

Отец Рафаэль прищурился, его тонкие губы слегка дрогнули. Обычно он никогда не доверял словам Леомира, и был бы рад обвинить его без доказательств. Но на этот раз толпа свидетелей не позволяла голословно судить. Сдерживая раздражение, Рафаэль вытащил артефакт правды из кармана и, бросив Леомиру, коротко кивнул.

Молодой мужчина поймал артефакт, тут же крепко сжав его в пальцах. Небольшой кристалл засветился, и Леомир повторил свои слова, уверенно заявляя о своей невиновности. Артефакт вспыхнул голубоватым светом, подтверждая правдивость его слов. По рядам присутствующих пронёсся облегчённый вздох, и кто-то даже бросил любопытный взгляд на старого священнослужителя.

Лицо Рафаэля оставалось непроницаемым, но Леомир заметил, как его губы чуть дрогнули от недовольства. Стоящий рядом Витор де Блад побледнел, беспомощно переводя взгляд с Рафаэля на Леомира.

– Ваше Преосвященство, я клянусь, что, когда я ушёл, они были уже… в греховном состоянии. Это какое-то колдовство! Инквизитор Леомир лжёт! Он повлиял на амулет правды!!! – возразил он в отчаянии.

– Перестань! – тихо, но решительно сказал отец Рафаэль, нахмурившись. – Артефакт исправен. Я проверил его перед приходом сюда. Напрасно ты звал меня…

С этими словами Рафаэль развернулся и направился к выходу, оставив Витора де Блада в унизительном одиночестве под взглядами толпы.

Любопытствующие начали медленно расходиться, шепчущиеся группы растворялись в коридорах купальни, оставляя за собой лишь эхо споров и обсуждений. Леомир перевёл взгляд на девушку, которая, наконец, опустила меч, позволяя солдату убежать прочь. Она посмотрела на Леомира с насмешкой, словно хотела сказать, что ему ещё предстоит понять, с кем он связался.

Но на этот раз инквизитор не почувствовал ни гнева, ни раздражения. Лишь кивнул ей, сдерживая вопросы и противоречивые чувства, которые бушевали внутри. Он предчувствовал, что эта ситуация станет для него началом чего-то нового – и, возможно, страшного.

Отец Рафаэль вышел прочь в сопровождении нескольких своих приверженцев, но на прощание бросил взгляд через плечо, словно обещая Леомиру, что это ещё не конец игры.

Инквизитор понимал, что впереди его ждут новые испытания, и, быть может, самым трудным из них будет борьба с собственными неконтролируемыми чувствами…

Глава 25
Кошмар

Никогда не думала, что мужчины из другого мира могут быть такими тяжелыми. Кажется, ни один из моих соперников по боксу, (я иногда спарринговала и с парнями тоже), не весил столько, как этот инквизитор. А я тащила его на себе к карете, потому что он едва переставлял ноги. Это, похоже, был откат после афродизиака.

Он казался пьяным, едва соображал. К счастью, это состояние настигло его уже после того, как враги и ненужные зрители разошлись. Витор де Блад к этому моменту уже смотался из купальни. Теперь он, наверное, будет сутками напролет сидеть у себя дома в самом дальнем углу и дрожать от страха. Потому что Леомир не оставит его в покое. После подобного предательства инквизитор просто его размажет по стеночке…

Молодой мужчина буквально висел на мне. Его рука была перекинута через мои плечи, а я поддерживала его за талию. Всю дорогу к карете я ворчала:

– Ну держись же! Я тебе что, носильщик, чтобы таскать такую тяжесть? Леомир, а ну не спи! Вот еще!

Я изо всех сил пыталась казаться раздраженной, но это было напускное. На самом деле я была в сильном волнении. Почему? Наверное, остатки афродизиака действовали и на меня.

В глазах Леомира я больше не видела ненависти. Он даже выглядел смущенным из-за того, что я ему помогала. Честно говоря, я никогда не думала, что он способен на такие эмоции. Этот мужлан, высокомерный индюк – и как только я его еще называла? – оказался вполне нормальным парнем. По крайней мере, сегодня.

Наконец, мы добрались к карете, и я с облегчением затащила его вовнутрь. Пришлось сесть рядом, потому что Леомир упорно заваливался. В итоге, он устроил свою голову у меня на плече и уснул.

К счастью, кучер знал, куда ехать, и мне не пришлось объяснять ему дорогу. Да я бы и не смогла – просто не знала, как добраться обратно.

В поместье Леомира всё пришлось повторить: тащить его к входной двери, заводить в холл под изумленными взглядами слуг и бормотать ругательства от натуги.

Служанки шептались, вытаращив на нас глаза. Слуга-придверник засуетился, не зная, чем помочь. Я же, сурово глядя на него, потребовала:

– Помоги отвести господина в его спальню.

Он нехотя, но подчинился. Мы общими усилиями «выгрузили» инквизитора на кровать. Я повернулась к слуге с требовательным взглядом:

– Всё, можете идти. Если знаете о какой-нибудь травке, что выводит токсины, принесите.

Мужчина побледнел.

– Господин отравлен⁈ – выдохнул он и стремглав выбежал из комнаты.

Я же облегчённо вздохнула и посмотрела на распластавшегося в кровати инквизитора.

– Да уж, вряд ли ты думал, что однажды ведьма будет тебя раздевать, – пробормотала я, усмехнувшись.

Сняв с себя плащ, я приступила к делу. Для начала стянула с него сапоги…

* * *

Леомир застонал. И внезапно очутился в кошмаре.

Он видел перед собой старый дом, облезлые стены, разрушенную мебель, обветшалые обои. От дома. В котором он вырос, почти ничего не осталось – ведьмы и их приспешники – мародеры постарались на славу. Вместо теплых воспоминаний о родном гнезде, где Леомир научился ходить, где сказал первое слово и впервые назвал прекрасную голубоглазую женщину мамой, он ощущал отчаяние и панический ужас…

Всюду были следы крови. Стены и пол казались пропитанными смертью. Леомир знал, что за ближайшим поворотом его ждёт ужас, но ноги сами вели его вперёд.

Взгляд блуждал по телам. Трупы. Слуги его семьи, знакомые лица, которые он видел с самого рождения. Некоторые тела были изрублены, другие – иссушены до состояния мумий. Над первыми постарались бандиты, над вторыми – ведьмы…

Наконец, он вошёл в спальню. На полу в неестественных позах лежали его родители. Отец и мать, которые когда-то были воплощением жизни и силы. Теперь же их иссушенные тела с жуткими рисунками вен на коже олицетворяли мучительную смерть…

Сердце судорожно дернулось в груди. Туман слез начал застилась глаза. Боль, нещадная и безумная, пронзила его грудь. Леомир закричал. Закричал так, будто этот крик мог разрушить кошмар.

Но видение не исчезло. Он рванул вперёд, пытаясь избавиться от этого ужаса, и тут кто-то схватил его за руку.

Вспыхнула лютая ярость. Леомир сжал чужую руку и попытался причинить невидимому противнику боль. Но в следующий миг он получил пощёчину – звонкую, резкую, отрезвляющую, которая… так и не отрезвила.

Завязалась потасовка. Инквизитор с рычанием опрокинул сильного на пол, навалился сверху и вдруг… открыл веки. Перед ним оказались огромные тёмные глаза девушки, обрамлённые длинными ресницами. Они смотрели ошеломлённо, раздражённо, но в то же время были невероятно притягательными.

Леомир замер, всё ещё находясь под властью сна и не понимая, что происходит. Ярость, как ветром сдуло. Где он? Кто перед ним? Девушка была так прекрасна! Его взгляд пробежался по её чертам и остановился на мягких сочных губах.

Ах, как хотелось прикоснуться к ним, почувствовать их вкус! Но где-то в глубине разума промелькнула мысль, что ему категорически нельзя этого делать. Но почему? И отчего его дракон внутри так доволен? Кажется, зверь сейчас начнёт урчать от удовольствия.

Леомир не сдержался и стал медленно наклоняться. Губы манили его воспоминаниями, словно он её уже целовал. Девушка изумлённо приподняла брови – изящные, дерзкие. Когда до её губ оставалось всего ничего, Леомира пронзило дикое в своей сути воспоминание – он инквизитор!

– Ты ведьма! – выдохнул он ошеломлённо.

Осознание того, что он собирался сделать, пронзило его горьким ужасом. Что с ним творится???

Леомир вскочил с кровати с такой скоростью, что потерял равновесие и рухнул на пол, как мешок.

Он ошарашенно огляделся вокруг и понял: они с ведьмой лежали в одной кровати, а он был в одних только подштанниках. Как⁈ Почему⁈ А если… если уже что-то произошло⁈

Вскочил, тяжело дыша.

Ужас овладел им с такой силой, что он замер и даже не заметил, как ведьма подошла вплотную и защёлкала пальцами перед его глазами.

– Эй, ты чего? До сих пор под афродизиаком? Эй, очнись!

Леомир поднял на неё испуганный взгляд. Лицо девушки вытянулось, в её глазах появилось беспокойство, как будто ей действительно было не всё равно.

– Слушай, может, тебе лекарь нужен? Ты не в себе.

– Уйди от меня! – неожиданно взорвался он.

В нём вспыхнули гнев и ярость с прежней силой, но не на неё, а на самого себя. Как он мог поддаться её влиянию? Как мог стать изменщиком своей веры?

– Мне нужно было сразу избавиться от тебя! – прошептал он, пятясь назад. – Ты… ты уничтожишь меня!

– Да ладно тебе! – возмутилась девушка. – Не собираюсь я тебя уничтожать. Просто отпусти меня, и я уйду.

– Нет! Нет! Ты – монстр, чудовище! Ты влияешь на меня! Делаешь из меня отступника! – выкрикнул Леомир и, раздираемый противоречиями, выскочил из спальни в коридор…

* * *

Этой ночью я поняла, что Леомир – настоящий псих. Не найдя себе места получше, устроилась в углу его спальни, там, где он впервые «уложил» меня. С удовольствием устроилась на матрасе, укрылась одеялом и сладко уснула.

Проснулась от громких криков. Подскочив, увидела, что Леомир мечется во сне. Я поспешила подойти и заметила, что его лицо покрылось испариной. Он бил руками воздух, кривился и боролся с кем-то невидимым.

Мне стало его неожиданно жаль. Ткнула его в плечо, пытаясь разбудить, но инквизитор не реагировал. Тогда я схватила его за руку, чтобы потрясти.

Но он вдруг поймал мое запястье и с силой сжал его. Я выругалась и попыталась вырваться, но не тут-то было! Похоже, его так глубоко затянуло в кошмар, что вырваться было невозможно. Не раздумывая, шлёпнула его по лицу свободной рукой. Голова Леомира дернулась. Он яростно зарычал, словно раненый зверь, и резким движением повалил меня на кровать, обездвижив своим массивным телом.

Я была в шоке. Вот это сила! Он же не человек – монстр!

И вдруг за доли секунды его взгляд из безумного стал осмысленным. Леомир замер, уставившись на меня, как на восьмое чудо света. Его лицо неожиданно залилось мягким румянцем, а в глазах вспыхнуло странное, едва сдерживаемое желание.

Что? Вот так просто мы переходим от желания прибить меня к бесстыдному влечению? Кажется, афродизиак всё еще у него в крови… Странно, конечно, потому что я уже давно в порядке.

Взгляд блондина опустился ниже и остановился на моих губах. Его лицо, обрамленное всколоченными золотистыми волосами, сейчас выглядело весьма вдохновленным. Мягкий свет подсвечивал его фигуру с крепкими обнажёнными плечами, заставляя меня неожиданно заволноваться. Да, я же тоже человек из плоти и крови, и ничто человеческое мне не чуждо…

Инквизитор шумно сглотнул и начал медленно наклоняться.

– О Боже! – панически подумала я. – Он что, действительно собирается меня поцеловать⁈ Оттолкнуть его, отвернуться???

Но внезапно Леомир остановился и… очнулся. Его взгляд посветлел, с него сошла страстная поволока, и мужчина резко отпрянул, смотря на меня с суеверным ужасом.

Ага, дошло наконец! – подумала я с легкой досадой.

Леомир попытался вскочить на ноги, но споткнулся и с грохотом рухнул на пол. Это было громко и немного комично.

Я бросилась к нему, чтобы проверить, не отшиб ли он себе чего-нибудь в своем безумии, но мужчина уже поднялся. Он тяжело дышал, смотрел на меня с… ненавистью, и эта разительная перемена ввела меня в ступор.

Нормального диалога у нас не получилось.

– Мне нужно было сразу избавиться от тебя! – прошептал он, пятясь назад. – Ты… ты уничтожишь меня!

И, развернувшись, выскочил в коридор, оставив меня в полном недоумении.

Что происходит? Что с ним вообще такое? То он вполне адекватный, спокойный, сильный. А то вдруг превращается в чудовище, исполненное ненависти и зла.

Я почувствовала, как во мне нарастает обида. Ведь я ему помогла, спасла от яда, пыталась заботиться! Мы, вроде как, заодно.

Жаль, что он однажды посчитал меня ведьмой.

А если бы я была обычной девушкой? Как бы он ко мне относился?

Однако я тут же отмахнулась от этих мыслей. Не хотела тратить время на подобные глупые фантазии – была слишком зла.

И всё же… если Леомира мучают кошмары, значит, болит душа?

Блин, неужели я его жалею?

Глава 26
Ярость отчаяния

Тренировочная площадь в резиденции храмовников с самого утра кипела жизнью. Звон мечей разносился далеко за ее пределы. Приглушённые команды инструкторов и натужное дыхание молодых бойцов раздавались повсюду, но привычная рутина неожиданно оказалась нарушена.

Сюда ворвался инквизитор – преподобный Леомир. Легенда всего Ордена. Он был личным помощником преподобнейшего Адельрика и слыл весьма беспощадным. От его рук погибло несколько десятком ведьм, которых он не пожалел, несмотря на усилия некоторых из их родственников. Леомир не брал взятки категорически, и это добавляло ему еще больше славы.

Атмосфера на площадке, естественно, моментально накалилась до предела.

Двое солдат, занявшие наблюдательную позицию на краю арены, переглядывались, пытаясь понять, что, демон побери, происходит. Оба были опытными бойцами и видели многое. Но даже для них зрелище, развернувшееся перед глазами, стало шокирующим.

– Да что с ним творится? – вполголоса произнёс первый, которого звали Эрнест – высокий и худощавый боец с острыми чертами лица. – Он с утра как с цепи сорвался. Вызвал сразу троих и вон как отрывается…

Леомир, одетый в лёгкую тренировочную броню, раз за разом атаковал своих противников с такой яростью, что казалось, вот-вот разорвёт их на куски. Его движения были полны слепой ярости. Каждый удар меча был настолько сильным, что те, кто осмеливался вступить с ним в поединок, быстро отступали, держась за окровавленные плечи и бока.

– Это не тренировка, а настоящее избиение, – вторил Эрнесту его напарник Грегор, коренастый и крепкий как дуб парень с короткими чёрными волосами. – Видел, как он едва не отрубил кисть тому бедняге? – Грегор указал на юношу, который, шатаясь, покидал арену, прижимая к себе руку с глубокой раной.

Леомир тем временем снова набросился на нового соперника. Меч сверкнул в его руках, буквально засиял магией, описывая смертоносную дугу. Очередной воин испуганно вскрикнул и едва успел отшатнуться, чтобы избежать удара.

– Он совсем спятил, – прошипел Эрнест гневно, сжимая рукоять своего меча так, что костяшки его пальцев побелели. – Никогда не видел его таким.

– Не знаю, что случилось у этого преподобного, но это уже за гранью, – мрачно добавил Грегор.

Оба замолчали, продолжая напряжённо следить за тем, как Леомир вновь и вновь набрасывается на очередного несчастного. Вмешаться никто не мог: статус инквизитора был слишком высок, и только сам преподобный Адельрик, пожалуй, мог бы осмелиться остановить его. Даже храмовники, проходившие мимо, ошеломлённо замирали, потрясённые неистовством инквизитора.

На мгновение Леомир застыл. Его грудь тяжело вздымалась, в глазах плясал дикий огонь, а длинные светлые волосы, которые он даже не удосужился подвязать лентой, были растрёпаны. Но пауза длилась недолго.

Едва следующий противник осмелился подойти, инквизитор со всей яростью обрушился на него, загнав мужчину к самой стене храма. Лезвие меча рассекло воздух всего в дюйме от лица несчастного, и тот вжался в стену, выпустив оружие из рук.

На площади воцарилась напряжённая тишина. Все воины замерли, следя за каждым движением обезумевшего инквизитора.

– Кто ещё сразится со мной⁈ – рявкнул Леомир, резко обернувшись и оглядев толпу.

Его голос эхом разнёсся по двору, и казалось, воздух задрожал от вспышки его гнева. В глазах инквизитора сверкали огоньки безумия, и даже самые смелые храмовники нервно переминались с ноги на ногу, не решаясь принять вызов.

Наблюдавшие издалека солдаты продолжили перешёптываться.

– Его кто-то разозлил, это точно. Может, опять с ведьмами проблемы? Всем известно, как он их ненавидит.

– Слушай, а может, та история правда? – прошептал Грегор. – Говорят, его видели в купальне с женщиной. Она сражалась с воинами одного аристократа как… дикая горгулья.

– Да, слышал. Говорили, что только ведьмы способны быть такими сильными… – проговорил в ответ Эрнест. – Вдруг она его околдовала? Теперь этот околдованный псих всех нас пустит под откос…

– Проклятье! Он же его убьёт! – выкрикнул кто-то из толпы, прерывая их разговор.

Солдаты встрепенулись и увидели, что нашлась ещё одна жертва для ярости инквизитора.

Наконец старший наставник по оружию, седовласый храмовник, выступил вперёд, чтобы остановить происходящее.

– Это безумие, Леомир! Хватит! Это тренировка, а не казнь! – прогремел его голос.

Инквизитор замер, тяжело дыша. Его взгляд был всё ещё затуманен яростью. Резко отведя меч в сторону, он сбил ближайшую стойку с оружием и развернулся к толпе. Глаза его продолжали искать кого-то, на ком можно было бы выплеснуть гнев. Но, увидев наставника, Леомир замер.

Тьма в его глазах отступила. Он будто очнулся и быстро огляделся.

– Тренировка окончена. Все вон! – рявкнул он.

Толпа поспешно начала расходиться, перешёптываясь и бросая встревоженные взгляды на обезумевшего мужчину. Эрнест и Грегор задержались у края площадки, чтобы обменяться удивлёнными взглядами.

– Его реально будто из самого ада выпустили!

– Неужели ты прав насчёт ведьмы?

Леомир остался стоять посреди опустевшего двора, сжимая рукоять меча так крепко, что побелели костяшки пальцев. Он всё ещё тяжело дышал, а на лице читалась смесь отчаяния и гнева. Казалось, внутри него шёл ещё более острый и безумный бой, из которого он не мог выйти победителем. Что-то смертоносное угрожало разрушить его жизнь.

* * *

Я очнулась от тяжёлой, давящей тишины, разлившейся вокруг. Леомир так и не вернулся. Естественно, я не стала его ждать и просто легла спать.

Проснувшись, обнаружила, что уже давно настал день. В комнате всё осталось нетронутым: разбросанные простыни напоминали о том, что произошло ночью.

Значит, ненавидит меня? Ну и ладно.

Я потерла тусклый символ на ладони и решила прогуляться по поместью. Прогуляться на своих ногах, а не через стену. Чего мне бояться? Или чего опасаться?

Мне стало даже любопытно осмотреть дом обычными глазами.

Поместье оказалось тихим. Слишком тихим, словно здесь давно никто не жил. Мои шаги гулко отдавались эхом, и каждый звук заставлял настораживаться. Мало ли, какие еще магические сюрпризы может хранить логово дракона…

За поворотом в дальнем крыле я столкнулась с молодым слугой, несшим поднос с серебряными кубками. Он едва не выронил их при виде меня. В глазах вспыхнул такой страх, что он отшатнулся и, пробормотав что-то невнятное, поспешно скрылся в одной из боковых дверей.

Я усмехнулась – ну надо же, как меня боятся! Наверное, слава обо мне распространилась далеко. Стало действительно весело.

Дальше по коридору я заметила пожилую служанку с ведром воды. Она в ужасе замерла, увидев меня. Когда я прошла мимо, женщина едва не разлила воду, потом быстро склонила голову и убежала, делая вид, будто меня не существует.

Неожиданно я почувствовала себя легко и свободно. Какая разница, что обо мне думает инквизитор? Я устала обращать на это внимание. Просто буду исследовать этот мир.

Свет утреннего солнца едва проникал сквозь тяжёлые занавеси, создавая длинные тени. Стены в коридорах были увешаны многочисленными картинами – в основном пейзажами, простыми и неприхотливыми.

В конце самого длинного и широкого коридора я вышла в просторную, ярко освещённую залу. Здесь стены были украшены не только портретами, но и мечами, щитами и гобеленами, изображающими сцены битв.

Но моё внимание привлёк один портрет в самом центре.

Он был огромным, почти на всю стену. На нём была изображена пара – мужчина и женщина, великолепно одетые, с гордыми и спокойными лицами.

Мужчина держал руку на эфесе меча, украшенного драгоценными камнями. Его волосы были чёрными, как смоль, а глаза – тёмными и проницательными. Женщина, стоявшая рядом с ним, была его полной противоположностью: нежная, с мягкими чертами лица и длинными каштановыми волосами, спадающими волнами на плечи. На её шее сверкали рубины в золотой оправе.

Я шагнула ближе, поражённая их красотой и благородством. Лица были такими живыми, будто могли вот-вот заговорить со мной.

– Это должны быть его родители? – пробормотала я.

Правда, Леомир совсем на них не похож.

Я не смогла удержаться и протянула руку, чтобы коснуться холста.

Пальцы скользнули по холодной гладкой поверхности. В тот же миг символ на моей руке вспыхнул, молниеносно наполняя тело магией…