Текст книги "Эльф: брат или возлюбленный? (СИ)"
Автор книги: Анна Кривенко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 22 страниц)
Неожиданный союзник
Неожиданный союзник
Лалит осторожно усадил меня в кресло в своих покоях, а я обессиленно прикрыла глаза. Все тело ныло, бедро пульсировало, душа была на грани срыва…
Вдруг я почувствовала, как кузен бесстыдно задрал мое платье и оголил раненое бедро. Я вскрикнула и попыталась прикрыться, но он схватил меня за руки и не позволил. Хмуро и взволнованно он смотрел на окровавленную повязку, а потом начал стремительно ее разматывать. Я дернулась от боли, покрепче сжала зубы, но не смогла не застонать.
Лалит машинально погладил меня по голове, а потом с каким-то странным выражением заглянул в мои глаза.
– Это ведь рана, которую тебе нанесли в темнице герцога Бланширского, не так ли?
Я смотрела на него немного испуганно и ничего не отвечала. И хотя я уже вляпалась по самые уши, ухудшать свое положение еще больше все-таки не хотелось.
– Не бойся, – очень мягко и вроде бы искренне проговорил Лалит. – Я не выдам тебя!
Его лучистые голубые глаза источали доброту и даже ласку, а на меня вдруг навалилась дикая усталость и жалость к себе. Так захотелось поддержки и чьего-то понимания, что мои глаза наполнились слезами. Я сама уткнулась эльфу в грудь и надрывно заплакала, а он приобнял меня и начал поглаживать мои волосы, нежно приговаривая:
– Не плачь, малышка! Я помогу тебе. Просто расскажи мне все, ладно? Ты ведь в действительности женщина, правда?
Я кивнула, а он задумчиво добавил:
– Вот почему твои феромоны были женскими!
Когда я немного успокоилась, то даже пожалела о своем срыве, но на душе у меня стало чуточку легче. Я отодвинулась от Лалита, а он принялся обрабатывать рану каким-то приятно пахнущим средством и заматывать ее свежими полосками тонкой эластичной ткани.
– Я хорошо разбираюсь в артефактах, – проговорил он зачем-то вдруг, – поэтому вижу, что твое бедро ранено действительно одним из них, из-за чего оно не заживает много дней. Поэтому тебе не нужно убеждать меня в обратном…
Я поняла, что доказательства моей причастности к Алексу налицо, но рассказать ему правду все-таки боялась.
– А как я могу быть уверена в том, что ты не отдашь меня кузену Фаггору на растерзание? – осторожно спросила я, после чего Лалит посмотрел на меня светлым ясным взглядом и тепло улыбнулся.
– Клянусь тебе в этом! – произнес он, и вокруг него заплясали яркие письмена клятвы. Я вздрогнула от этого все еще непривычного для меня магического явления, а потом посмотрела эльфу прямо в глаза. Сердце подсказывало мне, что он предельно искренен и что ему можно доверять, и тогда я решилась.
– Хорошо, – произнесла я взволнованно. – Я расскажу тебе. Меня зовут Александра Дорн, и я пришла из другого мира…
Я начала рассказывать о том, как у себя на родине я нашла древний шар, который перенес меня сюда, а какая-то сила наградила меня телом, похожим на Алекса, а его утащила в таинственное место Междумирье, где он и по сей день. Я поведала о единственной встрече с Алексом и о его просьбе найти Предназначенную Деву для спасения королевства Андрагон. Я говорила абсолютно обо всем, но опускала наши взаимоотношения с Оливом. Это было слишком неловко – говорить о том, как мы целовались с наследным принцем при его абсолютной уверенности, что я его брат. Я чувствовала свою вину из-за того, что так сильно обманула его и обманываю по сей день.
Закончила я на том, что желаю найти тот самый шар и попробовать вернуться домой.
Лалит слушал меня немного нахмурено, сосредоточенно и серьезно. Когда я закончила, он задумчиво потер пальцами подбородок и произнес:
– Выходит, Олив уже давно узнал в тебе Алекса и только ради этого привел сюда, во дворец?
– Да! Но я всеми силами пытаюсь убедить его в том, что я – это не его брат! Однако он даже слышать не хочет об этом! Он убеждает меня довериться ему, а я… а я… боюсь!
Последние слова я проговорила бессильным голосом и печально опустила лицо. Из глаз снова соскользнули слезинки, а Лалит указательным пальцем приподнял мою голову за подбородок.
– Ты любишь его, правда? – он почти прошептал эти слова, и я ощутила в его голосе затаенную боль.
– Да, – честно ответила и посмотрела в его глаза. – Я люблю его, но нам вместе не быть, поэтому…
– А он… продолжает сближаться с тобой?
Я поняла, что Лалит имел в виду.
– Да, – произнесла я. – Он тоже любит меня, точнее, Алекса…
– Нет, не Алекса, – мягко поправил меня кузен. – Он влюблен именно в тебя!
Я вздрогнула от этих проникновенных слов и посмотрела в самую глубину глаз этого симпатичного, но немного опечалившегося эльфа. Я увидела, что ему тяжело. Я увидела его ревность. Неужели я так сильно ему нравлюсь?
– Извини, Лалит, если я чем-то обидела тебя… – пробормотала я смущенно, а он быстро справился со своей минутной слабостью и уже спокойно улыбнулся.
– Со мной все в порядке, – проговорил он. – Я все прекрасно понимаю и ни на что не претендую. Искренне. Хочу помочь и тебе, и брату, но…
Он замолчал, а потом как-то тревожно вздохнул.
– Ты уверена, что хочешь вернуться? Прямо сейчас ты могла бы стать возлюбленной Олива, а позже – его наложницей…
– Что??? – изумилась я. – Он ведь женится!
– По закону Олив имеет права еще на трех наложниц помимо жены, а так как он уже и так объявил тебя своей любовницей, то…
Я оторопела и выпучила глаза.
– В смысле объявил меня любовницей? Как? Зачем???
Меня так сильно все это изумило и возмутило, что аж затошнило на мгновение. Почему-то сама формулировка «любовница, а потом наложница» вызвала у меня дикое отторжение, а тот факт, что Олив без моего согласия уже объявил всем этот унизительный статус, меня вообще добил.
– Но ты же сама на это согласилась! – недоуменно проговорил Лалит, а я просто потеряла дар речи от шока.
– Я? Согласилась сама??? – наконец, смогла выдавить из себя я, а Лалит объяснил:
– За завтраком наследный принц предложил тебе мяса со своей тарелки, а ты его приняла. Этот обряд знаком нашему народу с давних времен. Теперь в глазах всего дворца – ты любовница Олива и его будущая наложница. Поэтому оставайся, ведь вы любите друг друга…
Я еще долго пребывала в шоковом состоянии, наконец поняв, почему на меня так сильно косились за столом, когда я отправила тот злополучный кусок мяса в рот. А Олив, конечно, «хорош»: ни слова мне не сказал и не спросил, а хочу ли я вообще в его любовницы???
Мне стало как-то так неприятно, словно меня предали, поэтому я вся сжалась, а потом попросила:
– Лалит, спасибо за все! Позволь мне вернуться в свою комнату! Мне… нужно отдохнуть.
Лалит кивнул, а потом все-таки произнес:
– Учитывая сегодняшнее похищение, могу сказать, что от тебя хотят избавиться. Это очень серьезно. Я хочу предложить тебе рассказать Оливу правду. Я сам с ним поговорю, все объясню. Я верю, что он не станет сердиться и поможет тебе. А главное – он сможет тебя защитить! После того, как тебя объявили любовницей наследного принца, я не имею права находиться подолгу рядом с тобой…
Меня ужаснула эта идея, поэтому я яростно замотала головой. Рассказать Оливу, что я обманщица??? Нет! Нет!!! Я не переживу, если он отвернется от меня. Даже если я потом вернусь в свой мир, мысль о том, что он презирает и ненавидит меня, начнет меня медленно убивать. Я не могу! НЕ МОГУ!!!
Лалит понял, что я еще не готова, поэтому молча позволил мне подняться на ноги и отвел к двери.
– Мне придется остаться здесь. Нас не должны видеть вместе, – произнес Лалит приглушенно, а потом немного смущенно добавил:
– Я и так был беспечным там, в саду…
Я поняла, что он имел в виду свой поцелуй, и покраснела.
– Иди прямо по коридору, а потом по лестнице на один этаж выше. Там уже ты узнаешь, куда идти… Я подумаю, как помочь тебе…
Последние слова он добавил уже шепотом, а я посмотрела в его красивое нежное лицо с глубокой благодарностью.
– Спасибо, – проговорила я искренне. – Я очень рада, что у меня появился такой друг…
Лалит был тронут и смущенно опустил взгляд.
Мы расстались почти сразу, и я медленно пошла по коридору, прихрамывая на больную ногу. Наступать на нее было особенно больно, и я молилась о том, чтобы добраться к своим покоям никем не замеченной.
Когда за мной закрылась дверь моей комнаты, я с огромным облегчением выдохнула. Первым делом стянула с себя грязное платье, одела ночную рубашку и завалилась в кровать. Зарылась в подушки и размечталась исчезнуть отсюда навсегда…
* * *
– Леди Саша совершенно точно вышла из покоев господина Лалитиуса и отправилась к себе… – голос воина звучал глухо, но слова получались отрывистые, чеканные.
Генерал Фаггор нахмурился. Эта новость ему сильно не понравилась. Любовница Олива в комнате у кузена? У них что – интрижка??? Какой позор! Бесстыдство! Опять Лалит сходит с ума от очередной пассии наследного принца? У него проблемы с завистью, что ли?
Грозный эльф сбросил с плеча свою толстую белую косу и встал на ноги.
– Как она выглядела? – уточнил генерал. – Казалась ли усталой, как… после бурной ночи?
– Леди Саша отчего-то отчетливо хромала на левую ногу, генерал, и иногда держалась за бедро. У нее на платье я разглядел несколько небольших пятен крови…
Фаггор изумленно вскинул брови. Левое бедро? Кровь? Отчего-то перед глазами возникло яркое воспоминание припечатанного к стене лже-Алекса и его рваной раны на левом бедре. Если бы он был жив, то хромал бы сейчас точно также, потому что после ранения Артефактом Эльфийской Смерти раны, если они не смертельны, заживают годами!
Но… при чем тут Алекс???
Фаггор отчего-то остро предчувствовал какую-то между ними связь, но не мог этого уразуметь. Однако то, что эта странная эльфийка ночью вышла из покоев кузена Лалита, наводило на мысль, что Олив снова жестоко ошибся.
– С этого момента следите за ней днем и ночью, – прошептал генерал, а воин поклонился и стремительно вышел прочь…
«Ты свободен… любить кого захочешь…»
«Ты свободен… любить кого захочешь…»
Олив
Король-отец протянул мне тонкий лист позолоченной бумаги.
– Вот данные по Артефакту. В тот вечер, когда ты поцеловал Алису в последний раз, Артефакт засветился, правда, слабо, всего на несколько мгновений…
Я нахмурился. Опять эта дикая неопределенность! Когда я коснулся губ Алисы, то почувствовал странное, почти неестественное волнение, как будто Алиса вдруг привлекла меня, но потом резко вспомнил, какими нежными и податливыми были губы Алекса, и влечение к рыжеволосой эльфийке мгновенно пропало! А еще около нее вился немного странный головокружительный запах…
После ужина я поспешил к себе. К Алексу зайти просто побоялся. Видеть его холодность было откровенно больно…
Я лег в свою кровать и просто… думал. Мечтал забыть обо всех тревогах, исцелить Офелию, освободить королевство от проклятия, а потом… быть вместе с Алексом? Смотреть на наши с ним отношения через призму королевского долга было странно. Я всегда считал себя очень благоразумным и педантично правильным. А теперь сам удивляюсь, как все-таки смог переступить через себя и… решиться на такую дерзость? Братья-любовники… Если бы речь не шла о себе самом, я никогда бы не смог этого понять и тем более одобрить…
Но я добровольно прыгнул в эту пропасть и… не имею желания из нее выбираться. Мне кажется, что без Алекса я не смогу жить…
Но ведь наши отношения действительно обречены! Если однажды кто-то о них узнает, нас изгонят из королевства навсегда. Имею ли я право так поступать с Алексом? Может быть, я не должен давить на него и заставлять открыться мне? Может… его отказ признавать свою настоящую личность является просто его желанием… незримо уйти от той безумной связи, в которую я его втянул???
Я никогда не думал об этом в таком русле. Возможно, Алекс просто в диком стыде из-за наших отношений! Возможно, я лишил его будущего своей позорной страстью!!!
Эта мысль просто разорвала мою внутренность на части, и я в полной прострации пришел на аудиенцию с отцом.
А тут еще эта тянущаяся неопределенность с Алисой… Так Дева она или нет???
Отец немного неуверенно произнес:
– Пробуй еще!
Я поднялся на ноги и поклонился, сцепив зубы. Мое сердце рвалось на части. Я должен был срочно поговорить с Алексом и… его отпустить!
* * *
Анна Люмбергнот немного раздраженно постукивала пальцами по столу.
– Алиса! Все очень серьезно! У нас появилась настоящая проблема!
Алиса испуганно смотрела на свою огненно-рыжую родительницу и боялась даже дышать.
– Что случилось, матушка? – осторожно спросила она, а Анна тряхнула головой.
– Один великий особенный эльф, наш покровитель, предупредил, что у нас очень мало шансов завоевать наследного принца, потому что… существует мощная конкуренция!
– Леди Саша? – затаив дыхание, пролепетала Алиса, вспомнив сказочно красивую, нежную эльфийку с удивительно сияющими глазами и совершенным лицом. Ее красота было неподражаемой, почти королевской, так что она даже напоминала чертами самих венценосных особ.
– Да, она самая! Астрологи сообщили, что ее магия невероятно сильна. Она – наш первейший враг!!!
Алиса испуганно хлопала длинными ресницами и боялась даже пошевелиться. Боялась гнева матери, потому что та сейчас была дико раздражена.
– Что же нам делать? – пропищала она сдавленно, после чего Анна подскочила на ноги и начала ходить по комнате взад-вперед.
– Я наняла самых лучших воинов королевства, чтобы они выкрали ее, но она… улизнула, представляешь!!! – Анна была не на шутку разгневана. – Связанная, беспомощная – она просто растворилась в воздухе! Магиня! Возможно, за ней кто-то стоит – наш Покровитель еще пока не знает, кто именно… Она очень непроста, очень!!! Боюсь, у нас нет выбора: нужно действовать решительнее!!!
Анна отправила Алису прочь, а сама вызвала к себе своего верного пса – эльфа по имени Вурланк.
– Твоя задача – собрать сведения об этой эльфийке леди Саше. Подкупаешь слуг, втираешься в доверие, используешь артефакты Правды – все пусть идет в ход. Мне нужно знать, с кем она общается, куда ходит и вообще, что собою представляет! Даю тебе один день! Завтра утром твои отчеты должны быть у меня!..
* * *
Олив
Я стоял перед дверью Алекса и все не решался войти. Сердце беспокойно стучало, болела голова от напряжения. Сделав глубокий вдох, я уже собрался постучать, как вдруг ощутил легкое покалывание на запястье.
Охранная система моего кабинета сообщила, что меня кто-то ожидает. Я даже почувствовал облегчение, откладывая разговор с Алексом, поэтому развернулся и зашагал в сторону своего рабочего помещения.
В кабинете я принял одного из своих доверенных лиц дворца – капитана Джоэля. Он казался немного взволнованным, и у меня от нехорошего предчувствия защемило сердце.
– Говори, – приказал я, а Джоэль тут же отрапортовал.
– Вчера в саду один из моих охранников заметил, что господин Лалитиус – ваш достопочтимый кузен – нес на руках девушку, а потом поцеловал ее, после чего отнес в свои покои. Охранник взял на себя вольность следить за господином Лалитиусом аж до его места проживания только по причине того, что девушкой была ваша, теперь уже признанная возлюбленная – леди Саша…
Капитан поклонился и замер, а я побледнел. Лалит? Снова Лалит и Алекс? И он отнес его на руках в свои покои???
– Ты свободен, – процедил я сквозь зубы. – Об этом инциденте повелеваю забыть…
Капитан исчез за дверью, а я почувствовал настоящую злость. Что происходит? Я думал, что Алекс отвергает меня из-за нежелания продолжать связь с мужчиной, но с Лалитом он, похоже, не против… что-то иметь!
И это уже во второй раз! А может… он давно предпочитает Лалита, а не меня???
Эта мысль опалила мою внутренность диким огнем ревности и обиды. Я готов был расстаться с Алексом, как с возлюбленным, если это мешало ему своей порочностью и опасностью, но отдавать его другому мужчине… Это меня просто взбесило!
Я сжал зубы и стремительно покинул кабинет…
* * *
Я сидела на кровати и морщилась от боли. С самого утра бедро болело неимоверно. Неужели все-таки какое-то заражение раны произошло? Или так сильно травмировалась вчера?
Я уже собралась размотать рану, как вдруг в двери постучали. Я едва смогла дойти и приоткрыла дверь.
На пороге стоял Лалит. Он слегка улыбнулся и протянул мне сверток.
– Здесь необходимые лекарства и бинты, – прошептал он. – Я не мог передать со слугой, чтобы не вызывать подозрения содержимым пакета. Я, конечно, рискую, приходя сам, но я на минутку…
Я поблагодарила его с улыбкой и собралась закрыть дверь, но вдруг как-то неудачно наступила на ногу и почти вскрикнула от острой боли. Лалит испугался и стремительно вломился мне в комнату. Он подхватил меня на руки и поспешил к кровати, постаравшись осторожно на нее опустить.
Но потом замер на несколько мгновений, встретившись со мною взглядом. Я увидела в его глазах большие чувства: влечение, печаль, боль… Мне стало его даже немного жаль. Он был таким хорошим мужчиной, но я никак не могла ответить ему взаимностью…
Вдруг я кожей ощутила чей-то посторонний взгляд на себе. Повернула голову. Мои глаза в ужасе расширились: на пороге комнаты стоял Олив и смотрел на нас. В его взгляде я увидела целый омут боли, гнева и обиды.
Но он не стал возмущаться и вообще что-то говорить. Просто развернулся и ушел.
Лалит быстро отстранился от меня и сильно побледнел.
– Думаю, мы должны рассказать Оливу правду, – пробормотал он испуганно, а я… задрожала от страха. Может, действительно надо? Вот только отношение Олива ко мне станет еще хуже!
Лалит быстро покинул мою комнату и поспешил за принцем, а я уткнулась лицом в подушки и заплакала…
* * *
Олив
У меня просто не было слов! Мои опасения оправдались! Лалит и Алекс – они вместе! Вот почему Алекс так холоден со мной! Вот почему он отказывается признавать себя!
Я заперся в своем кабинете, и, когда ко мне стал стучаться Лалит, я отказался разговаривать с ним. Не хочу сейчас ничего слышать! Я увидел достаточно!
Сердце болело так остро, что я едва мог дышать. Не думал я, что однажды буду так сильно страдать от неразделенной любви…
Через полчаса мне на аудиенцию попросился генерал Фаггор. Я впустил его.
– Ваше Высочество! – проговорил он. – Я пришел поговорить с вами откровенно на щепетильную тему. Боюсь, вам все это не понравится, и, честно говоря, у меня пока нет никаких доказательств, но я не хочу доводить ситуацию до того, когда уже будет поздно что-то исправлять. Прошу вас, выслушайте меня спокойно, пожалуйста! Это все только ради вашей безопасности!
И хотя я совершенно не хотел никаких разговоров, я все-таки утвердительно кивнул. Сперва слушал вполуха, но, поняв, что речь пойдет об Алексе, начал внимать.
– Ваше Высочество, – начал Фаггор. – Я вынужден снова озвучить свои предположения, которые вы так сильно не любите, что принц Александр, который был с вами в замке герцога Бланширского, на самом деле был подложным, ненастоящим принцем. Более того, у меня есть подозрения считать, что леди Саша каким-то образом тоже связана с прежним лже-принцем. Возможно, она тоже здесь для того, чтобы навредить вам. Сами посудите: вы так быстро забыли о гибели «брата» и тут же волшебным образом переключились на нее. Считаю, что к вам снова применена какая-то приворотная магия! Ваше Высочество! Это так серьезно! Сегодня ночью ее видели выходящей из покоев Лалитиуса. Он тоже в прошлый раз пал жертвой чар лже-Алекса. Теперь он снова вовлечен. Вам не кажется это очень подозрительным? Вы объявили о своих отношениях с леди Сашей, а она проводит ночь с другим эльфом!
Каждое его слово вбивалось в мое сердце острым колом. Да! Алекс не принадлежит мне! Да! Алекс предпочитает не меня! Единственное, в чем я полностью и бесповоротно был уверен, это то, что никакого лже-Алекса не существует! Алекс – он настоящий! Мой дорогой братишка! Не шпион и не обманщик, а просто… не любящий меня…
Я с трудом смолчал и просто отправил генерала прочь, обещая поразмышлять обо всем. Но размышлять было не о чем: Алекс хотел свободы от меня! И я должен ее ему дать! Я обязан! Я не собираюсь держать его в неволе своей безответной любви…
Только как же это все-таки больно! Теперь я понимаю, почему отвергнутые любовники иногда мечтают умереть…
* * *
Я поняла, что с Оливом нужно разговаривать именно мне. Во-первых, разобраться с вдруг возникшим статусом любовницы. Во-вторых, объяснить, что между мной и Лалитом ничего нет. В-третьих, попробовать попросить у него шар. Мне нужно что-то делать!!!
Олив должен отпустить меня!!! Я ему только помеха…
Перевязала рану и, сцепив зубы от боли, пошла к его кабинету.
Как я и предполагала, Олив был там. Он меня впустил сразу, но одного взгляда на его мрачное лицо мне хватило, чтобы понять всю тяжесть предстоящего разговора.
Я постаралась присесть осторожно, чтобы не выдать своей боли в ноге, а потом устремила свой взгляд на принца.
– Ваше Высочество! Мне нужно поговорить в вами…
– Я уже все знаю… – бросил он, даже не глядя на меня.
Я не стала вступать в полемику, а продолжила гнуть свою линию.
– Во-первых, я узнала о своем новом статусе вашей любовницы…
– Можешь не беспокоиться об этом, Алекс, – отмахнулся Олив небрежно, скользнув по мне псевдоравнодушным взглядом и снова уставившись в стену позади меня. – С этого дня я освобождаю тебя от этого статуса…
Я замолчала. Олив был холоден и очень обижен. Мне стало больно.
– Ваше Высочество, по поводу увиденного вами сегодня…
Только сейчас Олив резко повернулся ко мне и уставился в мои глаза ледяным отстраненным взглядом. Не стал перебивать или предугадывать мои слова. Просто ждал, что же я скажу.
– Между мной и Лалитом ничего нет. Я могу поклясться…
– Не надо! – резко воскликнул он. – Мне это больше не нужно…
Потом он неожиданно схватил со стола нож для бумаги и проколол себе палец. Алая капля крови упала прямо на стол, а Олив глухо произнес:
– Алекс, ты однажды произнес любовную клятву для меня. Я… освобождаю тебя от нее!
После его слов вокруг меня засияли золотистые письмена, которые тут же осыпались и растаяли в воздухе.
Я замерла и затаила дыхание. Эту клятву я давала Оливу еще тогда, когда была внешне похожа на Алекса, но уничтожена она была сейчас, когда я уже выгляжу совсем иначе. Однако, наличие у меня клятвы прежнего Алекса – это прямое и явное доказательство того, что я он и есть!
От этого испуга я даже не совсем прониклась тем, ради чего Олив освободил меня от клятвы. Я была слишком поглощена страхом своего разоблачения, чтобы увидеть его лихорадочный блеск в глазах и страстное желание увидеть на моем лице печаль. Но печали он не увидел. Там была лишь растерянность и страх.
Его лицо еще больше ожесточилось и похолодело.
– Ты свободен, Алекс! Я больше ни к чему принуждать тебя не буду! Если ты хочешь, вернись к своему настоящему облику. Если нет – поступай, как знаешь!
Он замолчал, не сводя с меня болезненных, но решительных глаз, а до меня только сейчас дошло, что он просто рвет наши отношения полностью.
Мне стало почти физически плохо: сердце заколотилось, кровь прилила к щекам, руки задрожали. Олив… отказался от меня. Но разве это не то, чего я хотела? Разве не я сама постоянно показывала ему то, что мы не сможем быть вместе?..
Да! Для нас обоих это лучше. У нас просто не может быть будущего! Лишь бы мне только вернуться домой!..
– У меня к вам последняя просьба, Ваше Высочество, – проговорила я дрожащим голосом. – Прошу вас, отдайте мне тот шар…
Он удивленно вскинул бровь, а потом нахмурился.
– Зачем он тебе?
– Прошу, не спрашивайте. Просто отдайте, пожалуйста! – мой голос превратился в умоляющий шепот.
– Нет! – Олив решительно вскинул подбородок. – Он опасен для тебя. В прошлый раз ты едва не погиб. Я не могу тебе его дать…
Моя попытка полностью провалилась.
На меня начало наваливаться настоящее отчаяние. Если Олив уже от меня отказался, а я не могу отсюда исчезнуть, то моя жизнь превратится в настоящий ад.
Я приподнялась на стуле, а потом рухнула на колени со стоном «пожалуйста!». Но это мое отчаянное действие отозвалось такой сильной болью в бедре, что я тут же вскрикнула. Из глаз брызнули неконтролируемые слезы, и я скорчилась прямо на полу, пытаясь пережить дикий болезненный спазм.
Олив тут же оказался рядом. С его лица уже слетела холодность и обида. Он был испуган, побледнел, как полотно.
– Алекс! Алекс! Что с тобой???
Видя, что я непроизвольно держусь за левое бедро, он тут же поднял меня на руки и осторожно усадил в мягкое кресло в углу кабинета. Бесцеремонно поднял юбку и, увидев окровавленные бинты, оторопел.
– Алекс… что это???
Я молчала, а только лишь тихо стонала. Но Олив вдруг догадался.
– Рана, нанесенная тебе артефактом Эльфийской Смерти в темнице герцога…
Я не отрицала. Это второе доказательство моей причастности к Алексу тоже бесполезно было отрицать. Он еще пару мгновений не мог сдвинуться с места, а потом рванул к двери.
– Нужно лекаря, срочно!
– Подожди, Олив! – воскликнула я. – Нельзя лекаря! Он… разоблачит меня…
Олив остановился и, поняв, что я права, вернулся обратно.
На лице его была такая паника, что я решила максимально быстро взять себя в руки.
– Олив, – я снова обратилась к нему по имени. Смысла доказывать ему, что я не Алекс, уже не было. – Это не страшно. Я не умираю…
Его ноги вдруг подкосились, и он рухнул передо мной на колени. Потом уткнулся лицом в мой живот и просто замер.
– Алекс, прости меня за… обиду. Мне просто так трудно отпустить тебя!.. – он замолчал, зарывшись в складки моего платья, а потом приглушенно продолжил. – Но я отпускаю тебя. Правда. Ты свободен… любить кого захочешь…
Мое сердце дернулось, а рука сама потянулась к нему, чтобы зарыться в его волосы, но я придержала ее. Так хотелось обнять его, успокоить и прошептать, что он самый лучший на свете, но я знала, что делать этого мне было нельзя. Вместо этого я тихо произнесла:
– Пожалуйста! Если ты простил меня, отдай мне тот шар-артефакт, умоляю! Он мне очень нужен!..
