Текст книги "Эльф: брат или возлюбленный? (СИ)"
Автор книги: Анна Кривенко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц)
«Я так жажду тебя!..»
«Я так жажду тебя!..»
Олив
Буря в сердце не улеглась, но дело не терпело отлагательств. Я собрал приближенных придворных в кабинете герцога Бланширского, чтобы сообщить новости из дворца.
– Значит, леди Алиса может оказаться Предназначенной Девой? – удивленно протянул Освальд, к счастью, совершенно не смутившийся фактом, что никто из его дочерей не подошел. Я искренне радовался верности своего вассала, но все же не имел ни покоя, ни уверенности.
– Я не очень уверен в своих чувствах, – открыто признался я, – но убежден, что артефакт ошибиться не может! В этом вопросе слишком много совпадений! Конечно, у меня нет желания торопиться с этим браком, но… я понимаю, что проклятие, нависшее над королевством, не будет ждать ни минуты.
– Да, – согласился герцог. – У меня семь дочерей, и я прихожу в ужас от мысли, что на них может обрушиться проклятая болезнь. Мы должны спешить, Ваше Высочество! Долг – прежде всего!
Кузен Фаггор молча согласился, сделав многозначительный кивок, Лалит был задумчив…
– Тогда… завтра объявим мою помолвку с графиней Алисой Любмергнот, – с трудом выдавил я из себя, чувствуя, как болезненно сжимается мое сердце. Перед глазами по-прежнему стоял Алекс и отчего-то подернутые слезной дымкой его глаза…
– Да! – оживился Освальд. – Это правильное решение, Ваше Высочество! Артефакту можно доверять!!!
* * *
Генерал Фаггор сурово смотрел в лицо двоюродному брату и пытался прочесть его истинные чувства. Полчаса назад закончилось совещание в кабинете герцога и всё как будто шло хорошо, но Фаггор очень беспокоился о возможных злостных провокаторах.
– Лалит! Что ты можешь сказать об Алексе? – голос Фаггора звучал спокойно, но в нем прослеживались нотки нетерпения, что заставляло Лалита усиленно держать на бледном лице полную невозмутимость.
– Алекс в порядке, – ответил Лалит. – Я считаю, что наши подозрения о нем беспочвенны!
Глаза генерала сузились, но больше он ничем не выдал своего недоверия.
– Ладно, – проговорил он неожиданно покладисто. – Если появится что-либо подозрительное, сразу же сообщай мне!
Лалит кивнул и поспешил прочь, а Фаггор замер на месте, хмуро вглядываясь в вечерней полумрак приоткрытого окна.
Итак, Лалит подпал под влияние! Это так очевидно! Особенно после того, что генералу удалось наблюдать несколькими часами ранее.
Его давно мучило подозрение, что кузен что-то скрывает. Именно поэтому Фаггор приказал своему доверенному человеку следить за ним, и когда тот через магическую метку послал сообщение, генерал тут же поспешил в сад. Пришел как раз вовремя, чтобы застать Лалита… признающимся Алексу в любви и припадающему к нему с поцелуем!
Это было то еще зрелище! Фаггор допустил мысль, что Лалит просто играет свою роль для разоблачения Алекса, но… слишком это было реалистично, да и своим ответом сейчас кузен все очень явно доказал: он околдован!
Какая дикая магия стоит за этом лже-Алексом, если уже и Лалит (тот самый сумасшедший эльф, который не пропускал ни одной юбки!) увлечен мужчиной, как ненормальный? В итоге он стал откровенным предателем, за что, естественно, должен быть наказан, но… позже!
Ко всему прочему, этот дикий разврат был застукан наследным принцем, но… он только увел Алекса из сада и больше ничего не сказал!
Фаггор быстро спустился в нижние постройки замка и вызвал троих своих приближенных воинов.
– С этого момента начинаем слежку за принцами! О каждом их передвижении немедленно сообщать мне!
Воины кивнули и удалились, а генерал откинулся на спинку стула, в котором сидел. Если удастся доказать, что лже-Алекс развращает наследного принца, у Фаггора будет достаточно полномочий задержать подставного принца и сообщить обо всем Его Величеству королю. Это единственный выход сейчас! Что ж, надеюсь, шпион начнет действовать скорее…
* * *
Олив
Я лежал в своей кровати, и каждая клеточка моего тела ныла. С каждым мгновением боль становилась все нестерпимее, но я упрямо пытался ее игнорировать.
Вчера я пообещал Алексу заботиться о нем и не оставлять его ни на мгновение. Мои слова были запечатаны клятвой, и я тут же добавил, что отныне буду жить у него. Возможно, эта фраза тоже вошла в клятву, так что теперь я просто не мог оставаться где-то, кроме его комнаты. Клятва требовала, чтобы я ушел ночевать к брату!
Но я не мог пойти. Его любовные феромоны уже выбили почву из-под моих ног, и я не смел находиться к нему так близко.
Я упрямо закрывал глаза и пытался уснуть, но не мог. Магия начинала выкручивать мое тело и толкала вперед: туда, к нему.
Вся моя внутренность кричала, что это опасно. Это будет катастрофой! Но… клятва есть клятва!
Я вскочил с кровати, но побежал не к Алексу. Я стремглав бросился в сад, подальше, поглубже… В сумерках сбросил с себя рубашку, чтобы ночная прохлада охлаждала мое разгоряченное тело, и начал тренироваться с мечом.
Каждое движение приносило мне боль. Клятва требовала ее исполнения, но я упорствовал. Я не мог подвергнуть Алекса опасности быть опозоренным… своими извращенными желаниями. Нет! Я лучше измучаю себя!
Из носа и ушей начала сочиться кровь, но я только крепче сжал зубы. Нет! Не пойду к нему! Ни за что! И просить его отменить клятву тоже не буду: его это ранит, как это произошло в прошлый раз.
Я еще усерднее замахал мечом, но кровотечение из носа усилилось, оставляя на груди красные кровавые потеки.
Только безумец начнет бороться с клятвой, и я это понимал, но предать Алекса не мог. Я сцепил зубы и начал тренироваться еще усерднее, словно выворачиваясь наизнанку, но чувствовал, что начинаю проигрывать. Не знаю, чем это может для меня обернуться, но к Алексу я не приближусь! Ни за что! Лучше умру!..
* * *
Я сидела на кровати, поджав ноги, и сгорала от мрачного предчувствия. Олив больше не появлялся. Давно наступила ночь, но он не пришел, хотя клятвенно обещал с этого дня ночевать у меня. Казалось бы, мне надо радоваться, что его нет, ведь риск разоблачения так велик, но… сердце мое изнывало от тоски и боли и словно несло меня на его поиски.
Что происходит? Неужели с ним что-то случилось?
Вдруг в воздухе около меня заискрились знакомые письмена. Они были витиеватые, как виноградные лозы, и отливали сияющей позолотой.
Что это? Моя клятва? Да, именно такие символы появились однажды, когда я пообещала Оливу любить его! Но… почему они проявились сейчас? Что же это значит?
Как всегда неожиданно, мне на помощь пришел «браслет»: татуировка засветилась, а в разуме пронеслись отчетливые слова: «Ты обещала любить Олива. Эта любовь зовет тебя помочь ему, спасти его, потому что он в опасности. Ты найдешь его в саду, в самом дальнем, заброшенном его углу…»
Мой незримый помощник в очередной раз проявился вовремя, а я тут же подскочила на ноги. Олив в опасности! Я так и знала!
Сердце колотилось, как сумасшедшее, когда я выбегала из комнаты, и я ужасно хотела ускориться еще больше, но не могла. Вдруг на меня обрушилось странное головокружительное состояние, словно через меня протянули весь мир, но я резко оказалась посреди ночного сада, освещенного светом огромной луны. Я вспомнила: подобное уже случалось со мною однажды, когда я спасала Алису Люмбергнот. Телепортация? Да! Очень вовремя!!!
Но где же Олив?
Вдруг я услышала тихий стон. Начала лихорадочно оборачиваться и увидела его, бессильно сидящего у каменного парапета. Он был обнажен до пояса, рядом лежал меч. Но все его лицо и грудь были залиты кровью, и у меня обомлело сердце.
– Олив, – прошептала я в ужасе, – Олив, что случилось???
Я бросилась к нему, дрожа, как в лихорадке, а из глаз тут же потекли слезы отчаяния. Мне показалось, что он умирает!
– Олив! – прошептала я, присаживаясь рядом и дрожащими руками притрагиваясь к него окровавленной щеке. – Олив! Что с тобой???
Он с трудом открыл глаза. Увидев меня, вздрогнул, попытался выровняться, но не смог, словно силы оставили его.
– Алекс… – прошептал он устало. – Прошу тебя, уходи! Тебе нельзя находиться рядом…
– Но почему? – воскликнула я в отчаянии. – Почему ты гонишь меня??? Я должен тебе помочь!!!
Я не хотела его слушаться. Схватила его рубашку, лежащую рядом, и принялась стирать кровь с его лица и груди. Он не противился мне, потому что был обессилен, а я не могла удержать своих слез. Совсем недавно он отдал мне почти все свои силы, а теперь с ним случилось это. Это все из-за меня??? Олив умирает по моей вине???
«Положи руку ему на грудь и просто представь, что отдаешь ему энергию…» – прошелестел в голове уже знакомый голос «браслета», и я тут же подчинилась. Приложила ладонь к его сердцу, закрыла глаза и мгновенно ощутила возникший под рукою поток. Олив застонал, но я почувствовала, как сила начала мощно вливаться в него, наполняя его тело свежестью и светом.
Я изумленно распахнула глаза. Рука моя светилась, но сама я не чувствовала опустошения. Наоборот, появилась радость, успокоение, даже бодрость. Теперь Оливу станет лучше! У него все будет хорошо!
Через несколько мгновений свечение погасло, и я убрала ладонь.
Олив присел, но как будто боялся поднять на меня глаза.
Я растерянно смотрела на него и боялась пошевелиться. Он сердится?
– Олив, – пробормотала я дрожащим голосом, – я… неприятен тебе?..
Он резко вскинул голову и посмотрел на меня таким удивленно-болезненным взглядом, что я смутилась еще больше.
– Нет, Алекс… – живо запротестовал он. – Дело не в тебе. Дело во мне. Я… опасен для тебя! Я хочу, но не могу находиться рядом!
Я не понимала, о чем он вообще говорит, но меня вдруг наполнила такая боль, словно он ускользал из моей жизни, угрожая покинуть меня навсегда.
Я бросилась ему в объятия и со слезами прошептала.
– Не гони меня! Прошу тебя! Я не смогу жить без тебя! – я судорожно сглотнула. – Я люблю тебя, Олив! Я так сильно тебя люблю!!!
Я знала, что мне нельзя говорить так открыто. В моих словах отчетливо скользила вовсе не братская любовь, но в этот момент я не могла иначе. Это был риск, это было опасно, но сил остановиться не было. Я приподнялась и посмотрела в его бледное лицо, сияющее в полумраке ночи, и увидела в нем такие же чувства. Олив пытался сдержать их, боролся с собой, а я… поддалась моменту. Потянула руки к его шее, обвила ее и прильнула к его губам.
Олив был неподвижен всего несколько мгновений, а потом… просто взорвался! Он со стоном обнял меня и принялся целовать так неистово, что от нас в прямом смысле полетели искры. Его губы ласкали мой рот с такой жаждой, что у меня совершенно не стало сил. Он прижимал меня так крепко, что я едва могла дышать. Я зарывалась пальцами в его волосы, поглаживала шею и тоже ласкала его губы.
– Олив! Прошу тебя, не убегай от меня! – прошептала я, когда он на мгновение оторвался от меня. – Я люблю тебя! Мое сердце принадлежит только тебе!
Нас окутали магические феромоны – обоюдные, мощные – и окружающий мир просто перестал существовать. Олив целовал мое лицо, шею, скользил руками по талии, ловил мое дыхание и снова обрушивался на губы…
– Я тоже безумствую, Алекс, – шептал он. – Я так жажду тебя! У меня уже нет сил бороться с этим… Я люблю тебя…
И снова горячие поцелуи, прерывистое дыхание, нежные слова…
А еще чувство счастья. Чувство, что все стало на свои места. Чувство, что только так и должно быть…
Наконец, Олив остановился. Он тяжело дышал и попытался присесть ровно. Я поняла, что сейчас наступил момент, от которого зависит наше будущее. Что решит Олив? О чем он подумает теперь?
Мне стало страшно. Решится ли он любить собственного брата? Если же нет, оставит ли он меня в живых, если я признаюсь, что я – не Алекс, а женщина-иномирянка???
– Алекс, – наконец, проговорил Олив слабым, растерянным голосом. – Я… полностью опустошен. Мы не можем… любить друг друга ТАК… – он замолчал, а потом тихо продолжил. – Но я не могу не любить тебя! Я должен умереть, чтобы перестать любить тебя!..
На щеке его заблестела серебряная слеза, и я поняла, как велико его отчаяние. Что же мне делать??? Сказать ему правду? Сказать, что я женщина, и что наши чувства не противоестественны? Но… поверит ли он тому, что я не виновна в исчезновении его брата? Сможет ли он любить меня, узнав, что я вовсе не Алекс и не имею к нему никакого отношения???
– Олив, – пробормотала я, протягивая к нему руку и касаясь его ладони. – Я…
А он вдруг импульсивно схватил ее и прижал к своим губам, как я когда-то…
У меня слова застряли в горле, на глаза тоже навернулись слезы. Мне страшно! Страшно, что он отвергнет меня! Страшно, что он возненавидит меня за все!
Увидев мои слезы, Олив тут же поспешил меня обнять. Обнял, потом снова опустился к губам. Начал целовать теперь уже нежно, ласково…
– Алекс… А может, я все-таки могу… любить тебя? – прошептал он с какой-то отчаянной надеждой. – Может, есть что-то, чего мы с тобой не знаем, и высшие силы, которые дали эту любовь, не ошиблись? Может… случаются чудеса?..
Снова нежные прикосновения, ласковость поцелуев, скольжение по коже…
Время словно остановилось, но я поняла главное: Олив не отверг меня даже в личине Алекса. Он… готов надеяться и быть со мной!..
Вдруг над нашими головами раздался странный угрожающий свист, и разум пронзило дикой, неестественной мукой. Мы с Оливом схватились за уши, пытаясь скрыться от этого ужасного звука, который, казалось, выворачивал внутренности наизнанку, но были бессильны перед ним.
Еще через несколько мгновений я поняла, что начинаю погружаться в какой-то омут. Где-то краем сознания я еще пыталась держаться и в последний момент прошептала сама в себе: «Браслет! Помоги!».
Потом вспышка света, и на меня обрушилось абсолютное беспамятство!
«Этого не может быть!!!»
«Этого не может быть!!!»
Фаггор медленно спускается по каменной лестнице, стряхивая паутину с пальцев и скептически оглядывая мрачное затхлое помещение темницы.
– Как давно здесь проводилась уборка? – суровый вопрос обращен к начальнику стражи герцога Бланширского.
– Темница пустует уже пять лет, генерал! – чеканно отвечает воин, а Фаггор со вздохом указывает на одну из самых больших клеток и говорит:
– Приведите этот угол в порядок и принесите сюда койку и стол.
Когда начальник стражи уходит, Фаггор подзывает к себе своего помощника и говорит.
– Шпиона принесете сюда тайно. Следите, чтобы информация не просочилась. Для всех остальных – принц Алекс болен и отлеживается в комнате.
– Слушаюсь, генерал! – салютует помощник и уходит.
Тогда Фаггор подзывает другого и приглушенно спрашивает:
– Удалось ли задействовать портальный артефакт?
– Да, генерал, но он нестабилен. Советую отправить наследного принца как можно скорее!
– Ладно, – кивает Фаггор, – действуйте. Когда принц Оливентиус окажется во дворце?
– Через полчаса будет там, – отчитывается воин и тут же уходит, спеша закончить телепортационное перемещение Олива назад в столицу.
Фаггор выходит из темницы и останавливается прямо посреди темничного двора. Все здесь запущено, сквозь брусчатку пробиваются кустики травы, ограждения изломаны: похоже в замке герцога Бланширского давно не наблюдалось преступников! Но теперь есть один – коварный и сильный маг, сумевший-таки ввергнуть наследного принца – чудесного военачальника, гениального стратега и мужественного воина – в невероятную позорную и безумную связь!
Вчера его люди сообщили, что лже-Алекс резко выскочил из своих покоев и удивительно быстро, с запредельной легкостью переместился в сад. Телепортация! Только самые сильные маги способны на такое, да и то – это отнимает у них больше половины сил! А этот даже не поморщился.
Фаггор нашел его в саду. Увидев, что наследный принц полулежит на земле, и на его теле видны следы крови, а шпион в это время сидит рядом, генерал уже было хотел ринуться на помощь, но… его остановило собственное чутье. Он дал знак воинам принести ментальный артефакт Гнева – тайное и очень мощное орудие королевства Андрагон – а сам начал внимательно прислушиваться.
Его лицо покраснело, когда он услышал трепетные признания в любви, а потом и вовсе стало пунцовым, когда принцы соединились в страстном поцелуе, причем Олив так сильно полыхал любовными феромонами, что достало даже до Фаггора, заставив его всего сжаться и судорожно вздохнуть от сладостного желания, прокатившегося по телу. Оставшиеся приближенные воины стыдливо опустили глаза, кто-то не смог сдержать улыбки, но быстро спрятал ее в темноте, а горе-влюбленные еще некоторое время оглашали сад тихими страстными вздохами и шепотом любовных признаний.
Артефакт несли довольно долго, и генерал начал раздражаться. Ему уже было невыносимо смотреть на дикий позор своего сюзерена, поэтому, как только огненно-красный кристалл попал к нему в руки, Фаггор тут же запустил его, направив всю энергию поражения на наследного принца и его коварного бесстыдного соблазнителя.
Это был мощный удар. Принцы упали на землю и затихли. И с этого мгновения началась слаженная работа специальной тайной гвардии королевства Андрагон.
Потребовалось очень много энергии, чтобы через магическую метку связаться с самим Его Величеством королем. Выслушав дикую историю о своих сыновьях, Его Величество Амариус Первый очень побледнел, но стойко сдержал остальные эмоции.
– Я предлагаю отправить наследного принца в столицу, – проговорил генерал, – а подозреваемого допросить прямо на месте. Их нужно разделить, чтобы уменьшить магическое воздействие на Оливентиуса…
Король кивнул, но потом осторожно добавил:
– А вы точно убеждены, что это не Александр? Может быть, он тоже сейчас под воздействием магии и поэтому ведет себя подобным образом?
– Ваше Величество! Будьте уверены, что я все тщательно расследую. Буду осторожен и беспристрастен. Если это действительно принц и он просто околдован, то это от меня не укроется!
Король доверял своему лучшему генералу, поэтому лишь коротко кивнул.
– Хорошо! – ответил спокойно, хотя на лице его остро проявились тревожные болезненные морщины. – Даю вам все полномочия…
И вот теперь пришло время приступить к расследованию. Лже-Алекс – а Фаггор склонялся именно к этой версии – должен признаться во всем и незамедлительно!
Когда его занесли в камеру и положили на кушетку, генерал сформировал в руке сияющий энергетический шар и отправил его в тело подозреваемого рывком. Шар влетел в грудь Алекса, и он застонал. Длинные темные ресницы дрогнули, и молодой эльф открыл глаза. Присел он с трудом, начал непонимающе оглядываться по сторонам, а потом устремил испуганный взгляд на Фаггора. Это нежное, почти девичье лицо могло ввести в заблуждение кого угодно. В глазах читался искренний страх и нежность, как у молоденькой эльфийки. Даже грубого генерала пробрало от этого взгляда больших лазурно-бархатных глаз. Но он тут же сбросил с себя наваждение. Вот в этом и кроется та самая мощь зловредной магии, которая свела с ума великого и благоразумного Оливентиуса Грозного!
Алекса тут же подняли за руки с кушетки и магическим заклинанием припечатали к холодной стене.
– Кто ты и кто послал тебя??? – гаркнул генерал так грозно, что в камере поежились все, даже бравые воины самого Фаггора.
Молоденький эльф выглядел очень испуганным, но ничего не ответил. Его пухлые розовые губы дрогнули, но из них не вырвалось ни звука. Значит, он что-то скрывает!
– Позовите мага! – приказал генерал и приготовился ждать. Он не имел ни прав, ни намерения пытать шпиона по-настоящему, но применить к нему магию, развязывающую язык, вполне собирался. Для этого в его отряде существовал специально обученный маг, обладающий уже недюжинным опытом и способностями. Дело обещало быть легким.
Маг появился почти сразу и тотчас же пристально уставился в свою жертву.
Фаггор дал ему знак действовать, но его вдруг смутило, как яростно зажглись у воина глаза. Через мгновение маг вскинул руки, проделал несколько пассов и выпустил в Алекса струю огня. В последний момент Фаггор увидел, что это не магия, развязывающая языки, а боевое смертоносное излияние. Генерал среагировал мгновенно и выбросил струю энергии наперевес огню, немного отклонив его направление, однако не смог полностью нейтрализовать удар.
Послышался вопль боли, переросший в жалобный, почти детский плач. Фаггор быстро повернулся к Алексу и увидел зияющую на его бедре огромную рану, с которой мощными потоками полилась кровь.
В нем поднялся ужас от мысли, что ситуация вышла из-под контроля. Повернувшись к магу, он увидел его убегающим, и ринулся следом. Остальные воины тоже бросились вдогонку, а генерал решил вернуться к раненому пленнику. Его хотели убить? Сообщники решили избавиться от своего, чтобы он не сдал заказчика?
Но… а вдруг существует хотя бы маленький шанс, что этот паренёк все-таки настоящий Алекс? Завербованный или околдованный, но все же настоящий принц? Тогда это будет настоящей катастрофой. Оливентиус никого не оставит в живых!
Фаггор вернулся в камеру. Мальчишка все еще висел на стене и истекал кровью. Генерал быстро собрал в руке магию, чтобы освободить его из плена, как вдруг все вокруг затряслось и заходило ходуном. С потолка посыпались камни, земляной пол под ногами начал бугриться и вздыматься, пока из недр не вырвались мощные толстенные корни, на глазах вырастающие в длинные жгуты.
Эти жгуты мгновенно потянулись к Алексу и с легкостью разорвали заклинание, удерживающее его на стене. Паренек не успел сползти на пол, как был подхвачен ими, а у генерала резко прекратилось дыхание: один из корней незаметно обвился вокруг его рук и шеи и начал сдавливать так сильно, что Фаггор очень быстро пошел синими пятнами.
При этом другой жгут начал резво буровить землю, словно прорывая в ней тоннель, и краем потухающего сознания генерал понял, что «корни» собираются забрать раненого парня с собой.
– Освободите его, – послышался слабый голос Алекса. – Я не хочу, чтобы он умер…
Корни тотчас же отпустили генерала, и он начал неистово хватать ртом воздух, корчась на грязном темничном полу. Всего несколько мгновений, и корни исчезли под землей, унося с собой умирающего эльфийского мальчишку…
* * *
В полной темноте, теряя сознания от боли, я ощущала, что меня уносят куда-то вглубь земли. Это было так жутко и так странно, что я просто зажмурилась и не хотела ни о чем думать.
Предыдущие несколько часов превратились из райского счастья в адское пламя. Поцелуи и принятие Олива стали для меня вершиной блаженства, но кто-то произвел на нас ментальную атаку, тотчас же ввергнувшую нас в бессознательное сознание.
Этим «кто-то» оказался грозный кузен Фаггор, и я не могла обвинить его ни в чем. Если он стал свидетелем наших с Оливом ласк, то его дальнейшее поведение вполне можно оправдать.
Когда я очнулась в темнице и была магией пришпилена к стене, я поняла, что, возможно, мой конец близок. От меня потребуют объяснений, а что я им скажу? Даже если расскажу правду, меня обвинят в пропаже настоящего принца. Когда увидят, что я на самом деле женщина, то припаяют еще больше обвинений. А когда все это дойдет до Олива… станет ли он защищать меня или почувствует себя преданным?
Неужели все пропало? Неужели все закончится вот так?
Я попыталась вырваться из магических оков, но ничего не вышло. Фаггор поглядывал на меня из-под нахмуренных бровей сурово и мрачно. Он сразу понял, что со мной что-то не то, а теперь, похоже, может делать со мной все, что угодно…
– Кто ты и кто послал тебя? – рыкнул он, а я задрожала. Итак, в моей личности справедливо сомневаются и считают меня чьим-то шпионом. Вот только… сказать мне нечего. Оправдания бесполезны…
Я ничего не ответила. И тогда последовал приказ призвать мага. Я вся сжалась. Они будут меня пытать? Я умру в муках???
Слезы начали собираться в глазах, а когда появился маг, я остро ощутила облако надвигающейся смерти. Что-то в его взгляде настораживало, заставило отчаяться и начать прощаться с жизнью.
– Браслет, помоги! – снова жалобно прошептали мои пересохшие губы, как вдруг маг выпустил в меня струю смертоносного огня. Фаггор отчего-то бросил энергию огню наперерез, но тот все равно меня зацепил: острая, невыносимая боль пронзила мою ногу, а из груди вырвался неконтролируемый дикий вопль. Боль затопила мое сознание, обрушилась на каждую клеточку тела, вызвала непроизвольное течение слез. Олив!!! Я умираю!!! Олив!!!
По ноге потекло что-то теплое, закапало на пол, а мои силы мгновенно начали таять. Я начала погружаться во тьму, как вдруг заметила, что Фаггор вернулся. Он собрал в ладони энергию, но неожиданно земля вокруг нас задрожала. Из-под пола потянулись широкие мощные древесные корни, двигающиеся подобно живым существам, а монотонный голос «браслета» в моей голове тотчас же успокоил мой разум:
– Не бойся! Это посланники дриад. Они пришли спасти тебя. Отдайся им без паники.
«Корни» быстро освободили меня и закрутились вокруг моего тела, создавая кокон. Краем глаза я увидела, что лицо Фаггора посинело от захвата беспощадных корней, и тут же крикнула, точнее, попыталась крикнуть, но получился хриплый слабый шепот:
– Освободите его! Я не хочу, чтобы он умер…
«Корни» послушно отпустили генерала, а меня втянули в темный земляной тоннель, в котором я сжалась от страха и накатывающей слабости.
Очнулась я через какое-то время и вдруг поняла, что еще жива. Боль в бедре стала слабее, а я уже никуда не лечу. Осторожно приоткрыла глаза. Они расширились от изумления, потому что я увидела над собой потолок, состоящий из невиданного сплетения корней. В воздухе отчетливо пахло сыростью и осенней листвой. Я попыталась присесть, а нога тут же прострелила болью. Посмотрев на нее, увидела, что кровотечение остановлено, а рана замотана кусочком ткани. Вокруг же меня стоят… невиданные удивительные существа.
Бледно-зеленые тела, длинные коричневые волосы, больше напоминающие древесные лозы, большие изумрудно-болотные глаза и минимум одежды на красивых женских телах.
– Это дриады, – прошелестел в голове мой персональный эльфийский «гугл», отвечающий на запросы исключительно по своему усмотрению. – Древесные нимфы. Они знают о тебе. Хотят помочь…
Девушки начали приближаться ко мне, и некоторые из них заулыбались. Мне стало немного жутко от их необычной внешности. Но в глазах их горело искреннее любопытство и расположение. Они начали прикасаться ко мне, как к диковинке, гладить по моим белесым эльфийским волосам, трогать светлую, почти светящуюся кожу.
– Какая ты удивительная, – прошептала одна из них. – Женщина со следами мужчины в теле. Красивая! Сильная! Настоящее сокровище нашего мира…
– Не бойся, – тут же произнесла другая. – Мы поможем тебе! Но ты должна сама решить: хочешь вернуться в мир эльфов или остаться с нами? У нас тебе будет очень хорошо! Ты всегда будешь в безопасности. У нас много еды и магии, которая даст тебе тысячи лет жизни. Оставайся!..
Они заворожили меня своей необычной красотой и нежными голосами, но я точно знала, чего на самом деле хочу: увидеть Олива! Если возможно, увидеться хотя бы разок. Узнать, в порядке ли он…
– Я хочу возвратиться, – прошептала я хрипло, и некоторые дриады разочарованно вздохнули.
– Ну ладно, – прошептала та, которая обращалась ко мне первой и назвала себя Леей. – Это твое право. Ты должна подкрепиться и сменить одежду… К сожалению, мы не в состоянии залечить твою рану полностью: тебя ранили из Артефакта Эльфийской Смерти. Раны, полученные от этого оружия, заживают очень долго, годами. Но мы остановили кровотечение и уменьшили боль. А теперь поешь. Эта пища вернёт тебе утраченную кровь…
Передо мной тут же поставили блюдо с множеством диковинных ягод, и я почувствовала, как с ними в мое тело вливается множество сил…
Одежду дриады тут же соткали из листьев растений, пытаясь подражать стилю аристократический эльфийской моды. У меня снова вышел мужской комплект, состоящий из брюк, рубашки и длинного, в пол, темно-зеленого плаща с широким капюшоном.
– Тебе лучше изображать мужчину, – проговорила Лея, в которой я интуитивно определила лидера этого подземного мира. – Одинокая эльфийка сразу же привлечет к себе внимание. Обычно девушки никогда не путешествуют одни.
Они помогли мне затянуть грудь покрепче, облачили меня в одежду, расчесали спутанные волосы, завязав передние локоны на макушке в небольшой узелок.
– Эта одежда имеет удивительное свойство задерживать магические удары. Она – твой щит, – Лея явно гордилась творением своего народа. – Старайся не менять ее. Она может самоочищаться и восстанавливаться от повреждений. Это наш тебе подарок…
Я оглядела этих удивительных существ и вдруг расчувствовалась. Увидев мою серебряную слезинку, дриады и сами всплакнули, а потом начали жаться ко мне, как родные. Удивительно ласковые и добрые создания успели привязаться ко мне за какие-то несколько часов, и я искренно ответила им тем же…
Когда я стояла перед ними в полном своем облачении, Лея на прощание произнесла:
– Обязательно слушай свое сердце! Иногда разум подводит нас, но сердце – никогда. Твой возлюбленный сейчас в своей колыбели. Иди к нему, раз уж твое сердце влечет тебя…
Я вздрогнула. Они знают обо мне всё?
– Скажите, – тихо произнесла я, взволнованно облизнув губы. – Я смогу вернуться домой?
– А ты хочешь? – вдруг улыбнувшись, произнесла Лея.
– Я… я не знаю… – растерялась я. – Но… ведь если я не уйду, настоящий принц Александр не вернется!
Дриада отчего-то улыбнулась еще шире.
– Иногда все оказывается не таким, как нам кажется! Следуй за своим сердцем, и не ошибешься!
Ответив мне столь размыто и загадочно, Лея тут же взмахом руки вызвала появление «корней», и те снова обвили меня коконом и понесли прочь через прорытый в земле неширокий тоннель.
Все закончилось довольно быстро, потому что уже через некоторое время я стояла посреди ухоженного сада, а «корни» прощально взмахнули острыми кончиками и снова погрузились в почву, оставив после себя грудки влажной черной земли.
Я огляделась вокруг. Издалека послышались звуки городской суеты, и я поспешила туда. Очень быстро я очутилась посреди заполненных улиц с шумящей пестрой толпой. Я изумлялась, глядя на это необычное место, преисполненное торговыми лавками, тавернами и разношерстным людом. Иногда мимо проходили эльфы – судя по одежде, в которой я уже немного разбиралась – мелкие аристократы. Знать побогаче передвигалась на лошадях или в каретах. Большинство же присутствующих были обычными людьми – лавочниками, торговцами, заезжими крестьянами. На углах толпились нищие – обычное явление, наверное, для всех существующих миров.
«Где же я нахожусь?» – подумалось мне, а «браслет» тотчас же ответил:
– Столица империи Андрагон – Рагонна! Андрагон – означает Сердце Эльфов. Рагонна – Эльфийская Колыбель…
