Текст книги "Я узнаю тебя по глазам (СИ)"

Автор книги: Анна Ковалева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 25 страниц)

Глава 41. Тоска

– Элейн, кончай хандрить. От лежания в постели проблемы не исчезнут. – в голосе бабушки прорезались строгие нотки, но я лишь глубже зарылась в подушки. Нет, я понимаю, что веду себя глупо, но ничего с собой поделать не могу. Из тела словно выкачали всю жизненную энергию. В данный момент я чувствую себя каким-то желе, да и то не первой свежести.

Как долго я в таком состоянии? Какой вообще сегодня день? Не помню, в голове так же пусто, как в заброшенном колодце. Вздыхаю и пытаюсь растрясти непослушный мозг.

Так, к бабушке я приехала в пятницу, это точно. Помню, что после всего услышанного была в таком жутком раздрае, что меня оставили ночевать, не принимая никаких возражений. Еще помню, что утром субботы к нам приезжала миссис Питерс. Я не отвечала на звонки и она забеспокоилась.

В итоге, поддавшись на уговоры бабушки я решила задержаться в столице. Хотя бы до начала декабря. Второго числа должна состояться церемония, посвященная памяти профессора Леклерка. А учитывая, что в этом году исполнится двадцать лет со дня его гибели, то ожидается множество народа. Я не могу пропустить. Не имею права. Да и бабушке нужна поддержка. Хотя, фиговая, походу, из меня группа поддержки.

Первая половина дня прошла нормально. Я перевезла свои вещи из гостиницы в дом и даже проводила миссис Питерс до аэропорта. Она, кстати, обещала договориться насчет меня в деканате на эти пару недель. Лекции и семинары я смогу прослушать дистанционно, а досдать зачеты, тесты и лабораторные уже по приезду.

А вечером… Вечером, так и не дождавшись ни смс, ни звонка от Дэна, полезла в сеть и наткнулась на то, что меньше всего хотела видеть. На его фотографии с какой-то сногсшибательной блондинкой. Нет, все было прилично, никаких клубов-ресторанов. Снимки были сделаны на стройке, возле какого-то бизнес-центра, в офисах. Дэн предельно серьезен и сосредоточен, на лице заметная небритость. Но эта девушка так к нему и липла. Будто колючка репейника. То кокетливо, почти по-семейному, поправляла галстук, то ласково прижималась к плечу. На участке он вообще ее под ручку водил, заботливо придерживая за талию. От вида этих снимков у меня все окончательно оборвалось внутри.

Конечно, если бы не тот его срыв, полные злости слова и абсолютный игнор в отношении меня, я бы не стала заморачиваться на этих фотографиях, но один факт накладывался на другой, создавая отнюдь не радостную для меня картину. Эта девушка явно из его социального круга, на такой он и женится.

А я? Я оказалась лишь постельной игрушкой, диковинкой, которая быстро приелась. Что ж. Я и так знала, что ничем хорошим наша связь не закончится. Но тем не менее решила рискнуть, позволила себе влюбиться. Но в очередной раз все прошло прахом.

Раз за разом прокручивала в голове всю нашу с Дэном историю, потом вспоминала родителей, невольно проводя параллели. Как все началось у них, как закрутилось, что чувствовала мама, о чем думал отец. Что хотел сделать, но не успел? Могло ли все сложиться иначе, если бы папина жизнь не оборвалась в той страшной аварии? А что насчет меня? Так и буду дальше страдать от разбитого сердца, или все же встречу того, в ком наконец вызову ответные чувства? Или по закону подлости все в итоге закончится очередной трагедией?

Эти мрачные мысли затягивали меня словно в сильный водоворот, который грозил с концами утянуть под воду. На меня навалилась жуткая апатия, не хотелось ровным счетом ничего. Лишь в туалет выбиралась по мере сильной надобности, когда терпеть уже не было сил. А все остальное время проводила в кровати, отгородившись одеялом от всего мира. На все вопросы встревоженной бабушки отвечала, что мне нездоровится. Она пыталась меня расшевелить, давала какие-то настойки, пилюли, но ничего не помогало. К еде, которую трижды в день приносила Анна, я почти не притрагивалась. Аппетит отбило напрочь.

И это тянется уже третий день. Да, если память меня не подводит, то сегодня должен быть вторник.

– Элейн, если ты сейчас же не встанешь, то я вызову врача. Будем проводить обследование в клинике.

– Что? Нет, не надо врача, не надо, – от шока я сразу же вылезла из-под одеяла и села, оперевшись на подушки. Никаких врачей, а тем более обследований. С детства ненавижу торчать в больницах. Эти таблетки, уколы, противные процедуры. Да и воспоминания о последних днях мамы наложились. Бессонные ночи в палате, яркие лампы, резкие запахи, звон инструментов, плач, стоны… Брр, нет, ни за что. Не хочу видеть людей в белых халатах и страдающие лица пациентов.

– Вот, уже лучше. – бабушка довольно улыбнулась и села на край кровати. – А теперь расскажи, что тебя гложет. Причем настолько, что ты решила замуровать себя в комнате. И не говори мне про болезнь. Тебя не тошнит, нет никаких симптомов простуды, ничего. И на мигрень не похоже. Что тебя мучает, милая?

– Не знаю, бабуль, столько всего навалилось в последние дни, может… – пытаюсь вывернуться, но под внимательным взглядом стальных глаз обрываю фразу на полуслове, опускаю взгляд и нервно мну в кулаках одеяло.

– Я понимаю, что тебе было нелегко, да и кому было бы на твоем месте хорошо? Но дело не в трагедии родителей, вернее, не только в ней. – бабуля прищуривается и еще раз окидывает меня взглядом. Нервно вздрагиваю, потому как ощущение такое, словно меня просканировали насквозь. – Дай угадаю, тебя тоже успели задеть дела сердечные? Влюбилась?

Резко вскидываю голову и понимаю, что попалась. Отнекиваться смысла не имеет, так или иначе, но из меня все вытащат. Может, и на душе полегчает, если расскажу. А то и правда скоро окончательно сорвусь, если буду продолжать копить все это в себе. Да и лежать как кукле мне уже надоело.

– Влюбилась, – смотрю на зимний пейзаж за окном и пытаюсь собраться с духом. – Боюсь только, что не в того человека.

– Ну и на чем основаны эти твои опасения? Чем он тебя обидел?

Говорить приходится осторожно, обходя скользкие темы. Но вроде получается донести основное, заканчивая тем ужасным разговором. И про фотографии в сети я не забыла упомянуть.

– Так, и поэтому ты решила себя уморить?

– Не решила, само как-то получилось. На душе так тоскливо, что выть хочется. Не знаю, как из этой ямы выбраться.

– Зато я знаю. Для начала встряхнись, сходи в душ и спускайся к завтраку. А то скоро на призрак будешь похожа. И вот тебе вопрос на обдумывание. Стоит ли спускать на своего парня всех собак, даже толком не поговорив?

– Да какие могут быть разговоры? Я же сама звонила, хотела поддержать, а он на меня наорал, обозвал и чуть ли не прямым текстом послал? – от возмущения я вскакиваю с кровати и начинаю расхаживать по комнате. – Я это не придумала.

– Я и не говорю, что ты выдумала. Просто подумай. Сложилась крайне тяжелая ситуация. Мошенничество, хищение средств в компании, обвал стройки, смерти, похороны, наверняка и проблемы с заказчиками начались. Человек мог просто сорваться… Я не оправдываю этого твоего…

– Дэна, – выпаливаю машинально, потирая ноющие виски. Кажется, начинается головная боль.

– Вот, сорвался твой Дэн. Мужчины такие, что уж с ними поделаешь. Дедушка твой тоже мог иногда вспылить так, что впору было уходить в бункер. И ничего, остывал потом, извинялся. Подожди, не накручивай себя. Как позвонит, ты не кипятись, а просто выслушай. А потом уже будешь делать выводы.

– Какой звонок, бабуль? Уже почти неделя прошла. Мог уже остыть за это время. Вон, с девицами обнимается, значит, не так все у них плохо. – злюсь все сильнее. Но разве я не права? Чего еще ждать? И так все ясно.

– А ты давно свой телефон проверяла, милая? Может, и звонил уже, а ты пропустила все, пока в кровати потеряться пыталась?

На несколько секунд застываю, широко раскрыв глаза, а потом бросаюсь к тумбочке, доставая смартфон. Он оказывается разряженным в ноль. Вот черт, черт, черт. Пока жду, когда уровень заряда поднимется хотя бы на пару процентов, успеваю известись до предела. В груди разгорается лихорадочный огонек надежды. А вдруг я тут страдаю, как последняя размазня, а Дэн меня там ищет? Пока аппарат загружается, прикрываю глаза и даже дышу через раз.

А потом накатывает реальность, которая быстро остужает мой пыл. На экране действительно много пропущенных звонков и непрочитанных смс: Лия, Софи, Артур, Мишель, миссис Питерс, мой куратор. Но ничего от Дэна. Что и требовалось доказать. Между нами все кончено. Да и было ли что-то вообще? Ну, помимо горячих танцев в горизонтальной плоскости?

– Вот, видишь, – с каким-то остервенением показываю бабушке экран. – Ничего. Ни звонка, ни сообщения. Как я и говорила. И уже не будет.

– Ты опять слишком горячишься. Забыла уже, как твой отец неделями занимался саморазрушением, вместо того, чтобы действовать?

– Это совсем другое.

– Согласна, другое. Но и общее что-то есть. Объявится еще твой ненаглядный, уж поверь. А ты с ним поговоришь.

– Нет. – упрямо мотаю головой. – Хватит с меня уже разговоров, надоело.

– Не повторяй ошибок матери, моя милая. Она тоже предпочла сбежать и спрятать голову в песок, и тебя скрыла, лелея свои обиды. А ведь все могло сложиться иначе.

У меня вновь наворачиваются на глаза слезы. Как все чертовски сложно в этой жизни. Бабушка подходит и обнимает за плечи, но я не реагирую.

– От одного разговора от тебя не убудет. А потерять можешь многое. Жизнь – суровый учитель, Элейн, помни это. Так что учись лучше на чужих ошибках, чтобы не жалеть потом. Ну все, а теперь марш в ванную. Жду внизу через полчаса.

Поцеловав меня в лоб, она уходит. А я, немного посидев и собравшись с духом, направляюсь в ванную.

Все, пора возвращаться к жизни. А то и себя довожу понапрасну, и бабулю расстраиваю, и с учебой еще завал устрою. С сегодняшнего дня беру себя в руки.

Глава 42. Встряска

После плотного завтрака и душа чувствую себя вполне живой и бодрой. Под глазами, конечно, появились большие синяки, но я их скрыла косметикой. А легкая бледность потом сама пройдет. Главное, больше не предаваться унынию. Хватит уже жалеть себя.

– Ну вот, совсем другое дело. – бабушка выглядит донельзя довольной. – Надеюсь, поняла, что истязать себя бессмысленно? Потому что есть только два варианта. Твой Дэн явится и вы разрешите ваши разногласия. И ты поймешь, что мучила себя напрасно. Или парню и правда на тебя плевать, но тогда твои терзания еще более бессмысленны. Хуже ты сделаешь только себе, а ему от твоих слез не будет ни холодно, ни жарко.

Я киваю и с удовольствием пью крепкий латте. Уф, такое ощущение, что вернулась из какого-то сумеречного мира. Где не было ни вкусов, ни запахов, ни цветов. Лишь беспросветная черная тоска, поедающая душу.

– Какие планы на день? Тебе, наверное, не помешало бы что-нибудь купить, раз ты остаешься здесь?

– Ага, – я киваю. – Одежды ведь я взяла совсем немного, не думала, что останусь здесь надолго.

– Тогда собирайся и поехали. Устроим день шопинга? – и заметив мои округлившиеся глаза, добавляет: – И не смотри на меня так, я еще не совсем развалина, чтобы быть неспособной ходить по магазинам.

Впервые за несколько дней я смеюсь и почти бегом направляюсь наверх, чтобы переодеться.

Если честно, бабуля меня очень удивляет. Несмотря на свой возраст, а ей уже далеко за семьдесят, она двигается чуть ли не быстрее меня, да и усталости будто не чувствует. В общем, во время нашего похода по бутикам я выдохлась гораздо раньше. А бабушка все никак не могла остановиться и тянула меня все дальше, хотя мы купили все необходимое и даже больше, чем было нужно. Белье, пижамы, джинсы, блузки, водолазки, несколько платьев. Под конец купили очень красивую шубку, хоть я и упорно отказывалась. И так много потратили. Но бабушка сказала о деньгах даже не заикаться, а то обидится. Пришлось сдаться. Видимо, это такое наверстывание за пропущенные годы, в течение которых она могла бы дарить мне кукол, конструкторы и прочие девчачьи радости.

На обед мы зашли в небольшое и очень уютное заведение, специализирующееся на блюдах домашней кухни. И готовили они отменно, стоит признать.

– Ну, что еще осталось докупить?

– Все, бабуль, больше ничего не нужно. Можем ехать домой. – категорично мотаю головой, но, наткнувшись на смартфон, замираю. Вспоминаю нашу прежнюю ссору, то, как Дэн с презрением говорил о девушках и о том, на что они готовы ради таких вот подарков. На душе становится гадко. Получается, теперь я для него одна из таких? Ну уж нет. Надо обязательно вернуть. Пусть передаривает следующей глупой дурочке. – Хотя нет, мне еще нужен телефон. Срочно.

Бабушка удивленно вскидывает бровь и мне приходится объяснять свою проблему. Чувствую себя скверно, но ничего не попишешь.

– Уверена? Может, подождешь немного, не будешь рубить с плеча? Да и потом. Зачем возвращать аппарат? В чем он виноват? Руки тебе что ли жжет?

– Нет, телефон отличный. Меня в нем все устраивало, – я даже опешила от такого напора.

– Вот и не дури тогда. Не наладите отношения – тогда возьмешь и отошлешь чек на сумму, которую стоил телефон. Я его выпишу сама. Вот и вся проблема. И нечего усложнять.

Пришлось признать, что это наиболее удобное решение для всех. Так что мы вышли из ресторана и после недолгой поездки по окрестностям, во время которой бабушка знакомила меня с городом, вернулись восвояси.

Правда, я успела сделать то, за что мне наверняка бы отодрали уши. Но кто ж узнает? Бабушка точно ничего не заподозрит. В общем, я решилась и полностью удалила Дэна из книги контактов. И для надежности уже безымянный номер скинула в черный список. Только вот никакого облегчения не почувствовала. Наоборот, прекрасно сознавала, что поступок отдавал глупым ребячеством, но не могла иначе.

Будем считать, что это лишь первый шаг к исцелению. Как там говорится в пословице? С глаз долой – из сердца вон? Вот и проверю народную мудрость в действии.

* * *

– Эл, ты куда пропала? – слышу в трубке знакомый голос и улыбаюсь. Артур позвонил, когда я вторым заходом заносила в комнату целую уйму пакетов. Решила ответить сразу, а то меня скоро в розыск объявят, если не буду отвечать на звонки и сообщения. – В корпусе тебя нет, трубку не берешь. Подруги тебя уже потеряли, очень беспокоятся. Ты же в субботу должна была вернуться?

– Должна была, – вздыхаю. – Но планы изменились. Со мной все в порядке, правда. Но вернусь в город не раньше начала декабря.

– Ни фига себе. Что там у тебя стряслось? – Артур ощутимо напрягся.

– Это долгая история. И очень запутанная.

– Какое совпадение, у меня как раз полно времени и желания, чтобы послушать такие истории. Так что давай выкладывай.

– Ну смотри, не жалуйся потом. – забралась на кровать с ногами и начала рассказывать. Со стороны это, наверное, воспринималось как бред сумасшедшего или сюжет дешевой мыльной оперы, но увы, жизнь тот еще неадекватный сценарист. Каких только узлов не накрутит. И ничего с этим не поделаешь.

– Охренеть, – единственное, что смог выдать парень после моего долгого монолога.

– Так я уже, – нервно хмыкнула. – И даже не один раз.

– Даже представить себе не могу, как ты себя чувствуешь сейчас.

– Ну, уже пришла в себя, можно сказать. И потом, у меня появился родной человек. Это довольно ощутимый плюс.

– Значит, ты останешься до церемонии, посвященной твоему отцу? Когда это будет, кстати?

– Второго декабря.

– Смотри, мне в любом случае нужно лететь в Аррас. Я же выиграл местный конкурс со своей песней. И теперь нужно будет выступить на финальном этапе, в столице.

– Это же здорово, ты заслужил, – я и правда была рада за Артура. Песня просто потрясающая.

– Так вот, прилетаю я тридцатого, сам концерт будет вечером первого. Может, увидимся?

– Почему бы и нет? – я сразу воодушевилась. И правда, почему нет? Пройдемся по столице, развеемся. Где-то на периферии сознания всплывают злые слова Дэна, но я тут же гоню их прочь. Не хочу отравлять ядом нашу с Артуром дружбу.

– Эл? – после недолгого молчания продолжает Арт.

– Что?

– Если тебе нужна поддержка, я готов побыть с тобой на этой церемонии. И вернуться в Вильяден мы могли бы вместе.

Некоторое время я молчу, обдумывая это предложение. И понимаю, что отказываться глупо. Мне и в самом деле поддержка не помешает. Как и хорошая компания рядом. Чтобы вновь не уйти в себя. Да и Артур наверняка обидится, если откажу. Кому как не мне знать, как обидно, когда твое желание помочь ни во что не ставят.

– Я буду только рада, честно. Если у тебя получится, будет здорово. В доме есть пара свободных гостевых комнат. Не думаю, что бабушка откажет, если ты захочешь у нас остановиться.

– Значит, договорились. Ты, главное, не пропадай.

Мы еще несколько минут потрепались о том, о сем, и я нажала на отбой. Тут же написала девчонкам, что я жива-цела-адекватна, на что в ответ мне прилетело недовольное бурчание и угрозы, что со мной перестанут разговаривать, если я буду так исчезать. Кое-как улестив двух милых обиженок, обещала вечером устроить сеанс видеосвязи и все объяснить.

Занятая разговорами, не заметила, как в комнату вошла бабушка.

– С друзьями говорила? – и в ответ на мой кивок улыбнулась. – Ну вот видишь. Есть люди, которые тебя ждут, о тебе переживают, так что выше нос и больше не раскисай…

Я обняла ее и некоторое время мы так посидели. Кажется, я снова начинаю обретать душевное равновесие. И это здорово. Как и то, что меня есть кому поддержать.

Остаток дня я провела, слушая пропущенные лекции. Узнала задания по семинарам. Связалась кое с кем из преподавателей. В общем, дел у меня теперь – вагон и маленькая тележка.

Вечером исполняю свое обещание и устраиваю с подругами видеоконференцию. И да, мои бедные уши. Мне в полной мере высказали все, что обо мне думают. Ничуть не стесняясь.

А мне стало стыдно за то, что настолько погрязла в своем эгоистичном самобичевании, что сама начала обижать и расстраивать дорогих мне людей. Затем, высказавшись от души, меня с головой засыпали вопросами. Ну а мне в очередной раз с тяжелыми вздохами пришлось устраивать пересказ последних событий.

– А вы еще меня фантазеркой называли, – потрясенно выдохнула Лия. – А я еще самую простую версию выдала.

– Обалдеть, – Софи растеряна не меньше. – Значит, ты пока остаешься в Аррасе?

– Да, до начала декабря точно. С лекциями и семинарами буду разбираться онлайн. А сдавать тесты и зачеты уже по приезду.

– Слушай, если что-нибудь нужно будет, – говорит Софи, – сразу скажи. Поможем.

– Спасибо, – настроение сразу поднимается. И как я могла усомниться в подругах? Они ведь и правда переживают, готовы подставить плечо. А я, раз обжегшись на молоке, начинаю дуть на воду. – Я соскучилась по вам. Давайте выберемся куда-нибудь после того, как я вернусь?

– Спрашиваешь еще, – смеется Лия. – Ты и так нам уже задолжала. Я вообще предлагаю устроить пижамные выходные и послать к чертям все и всех, кроме нас..

– Заметано. – показываю в экран большой палец.

– Кстати, – Лия хитро прищуривается. – А что с этим твоим красавчиком? Как там у вас дела?

– Между нами все кончено. Так что давайте оставим эту тему, ок? – выпаливаю на одном дыхании, чтобы сразу расставить все точки над i. Не хочу мусолить подробности. Для меня это все слишком болезненно.

– Почему? – Софи хмурится так, что брови забавно сходятся у переносицы. – Он тебя обидел? Вот, я так и знала, что он гад.

– Не сейчас, Соф. Не могу об этом говорить. Может, позже. – нервно щелкаю пальцами, стараясь вернуть спокойствие.

– Как скажешь, Элли, – Лия шлет воздушный поцелуй. – Ты только не расстраивайся. Плюнь, разотри и забудь. Найдешь себе принца получше.

– Но если захочешь отомстить, мы к твоим услугам. – Софи так кровожадно улыбается, что меня разбирает нервный смех. Да уж, фантазия у подруги богатая. Кое-кому бы точно не поздоровилось. Но я не хочу идти по такому пути. Поэтому быстро перевожу разговор на другую тему, благодарная за то, что девчонки не стали на меня давить и выпытывать детали. Прощаемся мы с хорошим настроением, а я еще раз обещаю не пропадать.

Успела я поговорить и с Мишель. С облегчением услышала, что у нее все наладилось. Я толком не поняла как это вышло, но все зубоскалы прижали хвосты и прикусили языки. Некоторые даже извинялись. Хотя что толку с тех извинений. С отцом она тоже помирилась, хотя и не простила обиду. Потому и домой не вернулась, переехав на квартиру. А фальшивых подруг, которые отвернулись, когда Мишель нужна была поддержка, и вовсе послала в дальние дали. Поддавшись порыву, и ее пригласила на планирующиеся девичьи посиделки. Полностью уверена, что мы отлично проведем время.