Текст книги "Цена мести (СИ)"

Автор книги: Анна Кир

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Глава 5.2 Ника

Взгляд цепляется за носки блестящих классических туфель, а после плавно скользит к жёсткому лицу с выраженными скулами, прямым длинным носом и коротко стриженной бородой. Она отводит глаза почти сразу, потому что выдержать холод в его радужке физически нереально. Ей кажется, что ещё немного контакта, и Никольский старший превратит её в глыбу изо льда, чтобы разбить в ту же минуту – в мелкую крошку.

– Доброго дня, отец, – сдержанно кивает Ден, отодвигая в сторону стакан с водой. Его встреча ничуть не смущает, он даже не выглядит ошарашенным, точно всё так, как и должно быть. И она начинает догадываться, что вся поездка затевалась ради этой минуты.

– Зайди ко мне, как поешь, – приказным тоном говорит мужчина, поправляя серебристый галстук. – Не задерживайся, у меня ещё встреча с партнёром через два часа.

Он уходит, а у неё совершенно пропадает аппетит. Он не появляется даже тогда, когда официантка ставит на стол ароматные блюда. Салат вяжет на языке, хоть и не должен, а апельсиновый соус к утке дерёт горло. Ника водит вилкой по тарелке без энтузиазма, пока Ден неспешно расправляется со своим стейком и запечённым картофелем.

– Доедать не будешь? – спрашивает он и расплачивается наличными, укладывая деньги в тонкую кожаную счётницу, щедро добавляя к сумме несколько купюр.

– Нет аппетита, – морщится она, отодвигая почти нетронутое второе в сторону. Он ведёт плечами и поднимается, следом подаёт ей руку, которую Ника предпочитает не заметить.

Лифт везёт их на верхний этаж, а она тем временем окончательно убеждается, что выбор ресторана был не случайным, а вполне осознанным. Каковы шансы наткнуться на такого занятого бизнесмена, как его папаша? Вряд ли это возможно, если только у Дена нет на руках его расписания. У него оно есть. Ника уже не сомневается.

Двери закрываются за спиной, отрезая их от спасительной свободы. И она понимает, что сбежать не получится. Ей придётся стоически перенести предстоящий разговор, который, вероятно, касается её, иначе к чему ей присутствовать?

Никольский старший сидит в кресле и выглядит напряжённым, как перетянутая струна: спина идеально прямая, будто позвоночник заменили на стальной прут, пронзительный строгий взгляд синих глаз и пальцы, сомкнутые на странице документа так, что вот-вот бумага может обратится пылью.

Он не откладывает лист в сторону с их приходом, лишь оглядывает с прищуром, брезгливо поджимая губы, когда дело доходит до неё.

– Отец, – начинает Ден, но мужчина поднимает ладонь вверх, заставляя его замолчать.

– Что за история с женитьбой? – чеканит слова он. – Это же та девка, что на тебя напала. Или я чего-то не понимаю?

Ника стоит позади и старается оставаться незаметной, боясь сделать не то что движение, даже громкий вдох. Ей чудится, что тогда Никольский старший испепелит её на месте, не оставив и следа.

– Ну, пары склонны ссориться, будто не знаешь, – легкомысленно замечает Ден, неопределённо взмахивая рукой.

– Если бы Катерина делала что-то подобное, она не стала бы моей женой, – отрезает мужчина. – Твоя пассия – человек, не вампир. Но, думаю, ты и так это знаешь.

– Да. Ты сам говорил, что иметь супругу – человека сподручнее, – отзывается Ден. И Ника поражается, как он умудряется сохранять такое спокойствие. Ей хочется вылететь за дверь и никогда не возвращаться. Если раньше ей казалось, что он – чудовище без эмоций, то в сравнении со своим отцом, Ден лишь безобидный дворовый пёс, пусть и чумной. От чумы хотя бы существуют лекарство, а вот от неизлечимого вируса, что сидит в мозгу Никольского, – нет.

– Когда-то говорил, – легко соглашается его собеседник, оглаживая бороду. – Допустим. А ребёнок? Едва ли он твой, – его верхняя губа дёргается, когда речь заходит о Свете, а она сжимает кулаки крепко-крепко, чтобы не сморозить что-нибудь неуместное. Нужно держаться, о чём бы речь не зашла.

– Прости, что разочаровываю, но он, правда, мой, – огорошивает Ден одновременно и папочку, и её. Ника втягивает воздух ртом, давит удивлённый стон, проглатывая звук до того, как тот вылетит наружу. – Вечеринка, литр или больше виски, красивая девушка. Ну, ты знаешь, как получаются дети.

– Брешешь, – зло цедит Никольский старший, стреляя в неё глазами. Она отводит взгляд, опуская его в пол.

Ден пальцами зачёсывает волосы назад и громко вздыхает, будто бы ему не впервой доказывать обратное. Будто он уже устал произносить настолько очевидную истину вслух.

– Можешь сделать ДНК-тест, я не возражаю, – и это звучит действительно убедительно. Она бы поверила, не знай реального положения вещей.

– Конечно, сделаю. Привезёшь образец. Завтра же. Если соврал, свадьбы не будет. Согласен? – мужчина откидывается в кресле и заметно расслабляется, кажется, уверенный в своих умозаключениях. И Ника с ним солидарна. Она знает, что покажет исследование. Оттого совершенно не понимает, чего добивается Ден.

– Завтра занесу перед собранием. Можешь выбирать парадный костюм и радоваться внучке, – усмехается паршивец, и, не прощаясь, выходит вон, ухватив её за руку.

Ника волочется следом, еле-еле переставляя ватные ноги. До неё никак не доходит, как он собирается обмануть генетику. Это попросту невозможно, как дотянуться пальцами до луны на ночном небе или умертвить феникса. Что-то из ряда фантастики. А ещё она люто зла. Стоило решить, что он, наконец, подумал о ком-то кроме себя и выстроенных планах, как иллюзия тут же разбилась в дребезги о колкую правду. Нужно усвоить раз и навсегда: Ден никогда не делает ничего просто так.

Глава 5.3 Ника

Домой они едут молча. Тихая музыка не глушит роя мыслей, не глушит и обиду. Ника упрямо смотрит в кожаную обивку сидения, но то и дело возвращается глазами к его затылку. На двадцатой минуте Ден не выдерживает.

– Что? Если хочешь что-то сказать, давай. Я слушаю, – своими словами он спускает иллюзорный курок в её голове.

Она поворачивается, ловя его взгляд в зеркале.

– Ты это спланировал, – утверждение – не вопрос. Это слишком очевидно.

Уголок его губы едет в сторону, что выводит её окончательно.

– Не думал спросить моё мнение? Так, для справки, – повышает тон она, стискивая ткань джинсов в районе бёдер.

Он задумывается, отбивая ритм мелодии пальцами по рулю. Играет какая-то глупая песня. Она бы предпочла белый шум дебильному современному репу.

– Это лишнее. Да и к чему? Всё прекрасно закончилось, – она выдыхает воздух из лёгких со свистом, поражённо раскрыв рот. Где та линия её терпения, которую он не может пересечь? И есть ли она вообще.

– Прекрасно? – голос дрожит от эмоций, хоть Ника пытается говорить спокойно. – Это ты называешь «прекрасно»? Твой отец реально проведёт тест. Он не шутил. Или передумал жениться? Тогда мы можем уйти прямо по возвращению. Я буду только рада, – ей бы действительно расклад пришёлся по душе. Вот только, если бы он изменил своё мнение, она бы узнала первой. Не стал бы уж удерживать более ненужных людей. – Что за история со Светкой? Она – не твоя дочь или у меня провалы в памяти? В чём я очень сомневаюсь.

Он заворачивает во дворы, следует команде навигатора, объезжая пробки. Мурлычет тихонько под нос слова трека. И отвечает лишь спустя пару минут.

– Вы никуда не пойдёте. Всё будет в порядке. Я знаю, что делаю. Поверь, ты наденешь свадебное платье к концу этой недели, – его уверенности можно позавидовать, ведь только тест займёт дня три – четыре, а сегодня вторник. – Кстати, завтра я заберу Свету. Можешь поехать с нами, чтобы ей было спокойнее, – сообщает Ден, будто между делом. Словно эта информация – сущая мелочь.

Ника массирует виски и отворачивается к окну, где проносятся детские площадки и серые дома. Ей явно стоит пропить курс успокоительных таблеток. Если будет и дальше каждый раз так близко к сердцу воспринимать любой их диалог, вскоре слетит с катушек. Хочется верить, что этот процесс ещё обратим.

– Я поеду, – не то чтобы она горела желанием, но лучше так, чем отправить Светку с ним. Хотя бы сможет наблюдать и, если повезёт, узнает что-то полезное. В конце концов, ей до сих пор непонятно, на кой ему сдалась именно её дочь.

– Отлично. Раз так, пара – тройка анализов не повредит. Судя по записям, кровь ты не сдавала уже давно.

Ника хмурится, не совсем соображая, зачем ему её анализы. Причём тут, вообще, их медицинские карты, ведь, если он в курсе, когда она обращалась в больницу в последний раз, значит, изучил историю пациента. С учётом, как тяжело что-то нарыть в бесплатных клиниках, постарался он на славу, ну, или тот, кто за него эту работу выполнял. Ей знатно не фартило с больницами: то карточку потеряют, то база электронная слетит, и именно её результаты аннулируются. Помнится, с несколько лет назад пришлось дважды пересдавать мазок из носа: первый благополучно утратили в лаборатории.

– Грядёт апокалипсис, что ты так заботишься о нашем здоровье или просто мизофоб? – отшучивается она, всё ещё недоумевая. Сначала маме лечение оплатил, теперь это.

Ден ухмыляется и жмёт плечами.

– А похоже, что я боюсь испачкаться? – нет. Она ни разу не видела, чтобы он носил маску или мыл руки так часто, что те не успевали бы высохнуть. – Впрочем, неважно. Завтра сама увидишь.

Он останавливается на светофоре и открывает бардачок. Оборачивается и кладёт ей на колени маленькую чёрную коробочку, обвязанную белой лентой. Ника вопросительно вскидывает брови.

– Это что? – его пальцы задевают джинсовую ткань, кажется, что её прожигают. Насквозь. Несмотря на то, что касание длится долю секунды. Она сглатывает.

– Твоё кольцо. Моё уже на положенном месте, – отвечает он, демонстрируя безымянный с золотистым обручальным. – Мы должны выглядеть как нормальная пара.

Видимо, он задумался об этом ещё до встречи с отцом, только странно, что не отдал раньше. Но Нике в общем-то плевать. Коробочка ложится в карман. Отчего-то она ощущается непомерной ношей, словно не сотня граммов картона и золота, а, как минимум, тонна.

Авто останавливается за воротами. Ника выходит наружу и застаёт Светку за игрой на улице. Дочь прячется за густорастущим розовым кустом и жмёт палец к губам, без слов упрашивая её не выдавать. Няня стоически делает вид, что не догадывается, где прячется девочка, обходя сад явно не в первый раз. Ден смотрит на всё это дело не больше минуты, после чего скрывается за порогом дома.

– Нашла! – восклицает Ульяна, а Светка довольно визжит, когда женщина касается её плеча.

– Долго искала! – смеётся дочь и несётся к Нике прямо по газону. Она врезается головой ей в живот, кольцует руками талию.

– Потому что кое-кто отлично умеет прятаться, – хмыкает няня, приближаясь к ним. – С возвращением, – обращается она уже к ней, с улыбкой наблюдая за объятиями. – Света вела себя прекрасно. Мы уже пообедали и после игры планировали дневной сон.

Обыкновенно за дочерью следила мама, Ника же никогда не заморачивалась с расписанием Светки. И только сейчас она понимает, что понятия не имеет, сколько часов ребёнок должен спать днём, а во сколько укладываться вечером. Её никогда это не заботило: ляжет дочь в десять или двенадцать. Пожалуй, Ден верно поступил, наняв профессионала. Нужно будет попросить его оставить работницу, помощь не помешает. А она будет наблюдать и перенимать необходимое.

– Рада слышать, что вы поладили, – улыбается Ника, оглаживая ребёнка по щеке. Голубые глаза её сияют от счастья, и, кажется, она, наконец, ведёт себя соответственно своему возрасту.

Глава 6.1 Ника

Ден уводит Светку с час назад в другой кабинет, а её оставляет на молодого парня в белом халате. Георгий оказывается неразговорчивым и в большей степени молчит. Впрочем, её это устраивает.

Лаборант крутится вокруг, измеряя то давление, то температуру, то ещё что. Ника шипит сквозь зубы, когда из вены достают иглу. Её кровь теперь аж в пяти пробирках. Она не уточняет, зачем так много, потому что всё равно в медицинских терминах не разбирается.

– Мы закончили, – сухо сообщает он, убирая образцы в холодильник.

Она кивает и выдыхает с облегчением. Ника никогда не любила больницы.

До лаборатории они добирались с часа два с лишним, затем спускались на лифте куда-то вниз, Ден трижды прикладывал к сканеру палец. Отпечаток считывался и панель загоралась зелёным огоньком, после чего двери открывались. Из всего увиденного она сделала вывод, что посторонним вход сюда воспрещён.

– Я могу пойти к дочери? – спрашивает она, парень кивает.

– Денис Дмитриевич не запрещал, значит, можете.

Ника прощается и выходит в коридор: длинный с множеством автоматических дверей, порой встречаются стёкла в стенах шириной метра три, через которые можно увидеть врачей. Она отскакивает в сторону, когда в одном из таких видит вампиршу. Заражённая бросается прямо на перегородку, силясь до неё дотянуться. Не может. Но это она понимает не сразу. Сердце замирает в миг, когда лоб женщины соприкасается со стеклянной поверхностью. Глаза её мало похожи на человеческие: краснота заполнила белок и радужку, а вены на висках проступили так сильно, что их можно пересчитать. Она наносит себе удары один за другим, пока на лбу не проступает кровь, а мимо Ники пробегает мужчина, явно спеша.

– Дура! – бормочет он себе под нос, но точно адресует ругательство ей. Затем останавливается и говорит уже в трубку: – У нас приступ, пришлите Аллу к номеру пятьдесят шесть. Нет. Мне неважно, ясно? Её опыт можно повторить, но, если она не явится сейчас, подопытная себе размажет черепушку! – видимо, ему отвечают согласием, потому что он расслабляется и сбрасывает вызов.

Ника поёживается под взглядом взбешённого вампира и вжимается в стену напротив. Незнакомец цокает языком.

– Боже, новенькая что ли? Тебя вообще не инструктировали? Нельзя провоцировать голодных подопытных. Нового сама ловить будешь, если эта убьётся? – она мотает головой и, наконец, может отвести глаза от вампира, который, кажется, действительно намерен себя искалечить.

– Нет, я не… – она прокашливается, потому как слышит, как хрипит голос, а мысли путаются и ускользают. – Я не работаю здесь. Невеста Де… Дениса Дмитриевича, – исправляется Ника, рассудив, что здесь к Дену точно обращаются в вежливой форме.

Лицо мужчины тут же смягчается. Он понятливо кивает.

– О! Так вы – Вероника, следует полагать.

Она неловко улыбается и вновь вздрагивает от очередного удара головы о стекло. Доктор смеётся – не то чтобы весело.

– Приятно познакомиться, я – главный исследователь. И не пугайтесь так, здесь везде пуленепробиваемое стекло, – и её это, правда, успокаивает. Стать ужином спятившего заражённого – хреновая перспектива.

– А вы…

– Юрий Александрович, очень приятно, – представляется мужчина, протянув ей руку. Нике не нужно отвечать, она жмёт широкую ладонь из воспитания, проигнорировать жест было бы неловко.

– Мне тоже приятно. Не подскажете, где найти Дениса и Свету? – спрашивает она, когда в комнату за стеклом входит женщина в сопровождении нескольких амбалов. Буйную быстро скручивают и вкалывают препарат из шприца, после чего она отключается, опадая безвольной куклой в их руках.

– О! Конечно. Я провожу, – легко соглашается Юрий, зачёсывая пальцами каштановые волосы назад. – Ваша дочь – наша надежда на лекарство. Как долго мы ждали! Уже почти отчаялись, что Денис сможет кого-нибудь найти. Метеоритная пыль в крови – это же надо. Мы не думали, что она ещё хоть где-то осталась, – воодушевлённо говорит он, активно жестикулируя.

Ника закрывает рукой рот и сглатывает густую слюну, потому что хоть что-то начинает проясняться, но едва ли ей проще от мысли, что Светка станет подопытным кроликом.

– Стойте. Тот самый метеорит? – около трёх лет назад в Сибири приземлился космический объект. Не слишком крупный, но достаточный для того, чтобы оставить в лесах здоровенный кратер почти с два километра в диаметре. В интернете ходили ролики о том, что территорию оцепили и охраняют двадцать четыре часа в сутки. Туда ездили учёные, говорили даже, что нашли в составе какое-то вещество, которое может перевернуть существующую медицину. А примерно спустя полгода появились первые вампиры. Ника никогда не думала, что это связано.

Мужчина округляет глаза, запал его исчезает, как не было.

– Я думал, что Денис Дмитриевич вам рассказал. Видимо, нет. Спросите лучше у него, – вот и всё, пропал её информатор. Стоило промолчать в надежде на то, что он выдаст больше. Увы, слишком поздно сожалеть.

– Понимаю, – её не удивит, если Ден уволит сотрудника за излишнюю болтливость. Но одновременно с тем такой шанс может больше не подвернуться, оттого она решает проявить настойчивость и останавливается. Юрий замедляет шаг. – Простите, я, правда, понимаю, но мне нужно знать. Это моя дочь. Пожалуйста, – просит Ника, стараясь выглядеть как можно более жалостливо. – Денис ничего не говорит, ничего не объясняет, вдруг её ждёт то же, что и ту женщину. Или меня. Или нас обеих, – от представленного ей становится дурно.

Юрий громко вздыхает и, подойдя ближе, укладывает ладонь на её плечо. Опускает несколько раз, похлопывая.

– Это не в моей компетенции. Мы будем брать анализы, но ничего опасного. Не переживайте, – не похоже, что он врёт. Кажется, мужчина искренне сочувствует ей, но не намерен рассказывать что-то ещё.

– Спасибо, – шепчет Ника.

Он разворачивается и шагает по коридору, рассчитывая, что она последует за ним. Ника стоит несколько секунд прежде, чем двинуться с места.

Что же, по крайней мере, их обеих не бросят в клетку со стеклом в половину стены. Могло быть куда хуже.

Глава 6.2 Ден

Он считал, что придётся настойчиво уговаривать Свету сдать анализы, но девочка послушно села на стул и протянула доктору руку с первого раза, когда её попросили. Даже не пикнула. Ему подумалось, что стоит после купить ей что-то кроме одежды за такую покладистость. На его памяти дети обыкновенно более капризны.

– Что там? – спрашивает он у Андрея. Мужчина оборачивается и закусывает губу.

– Пока сложно сказать. Мне необходимо три – четыре дня на исследования, затем позвоню. Образцы крови Вероники отдадут сразу, так что сообщу оба результата в понедельник.

Он знает, что у сотрудника предстоит выходной, тот и так, как и большинство здешних работников, вкалывает сверхурочно. Не говоря уже о дополнительном риске. Если отец узнает их с Максом планы, пиши пропало. Разговоров точно не предвидится. От них попросту избавятся. А заодно и от всех людей, имеющих с ними общее дело.

– Хорошо, набери с одноразового, – он не дожидается ответа, потому как знает: Андрей не нарушит протокол. Это в его интересах. Никто не хочет сгнить заживо. К тому же, в исследовательский центр Макс набрал только тех, кто заслуживает доверия.

– А где мама? – спрашивает Света, подняв на него глаза.

Ден треплет её по волосам и заставляет себя улыбнуться. С каждым часов ему всё труднее проявлять чувства, их становится меньше и меньше, они угасают, словно пламя костра, в который вовремя не подкинули дров.

– Скоро придёт, – помяни чёрта, как говорится. Буквально спустя пару минут раздаётся звук подтверждённого доступа, внутрь заходят Юрий с Никой. Как она с ним пересеклась – вопрос вторичный, в конце концов, лаборатория не такая уж и крупная.

– Мама! – кричит девочка, бросаясь к ней.

Он решает обсудить с Юрием дисциплинарные темы позже. Мог не знать, ведь для всех присутствующих в здании Ника – его будущая жена.

Было бы куда проще, если бы не пришлось разыгрывать этот фарс, но тогда отец не спустил бы с рук нападение на одного из заражённых, к тому же, на приёмного сына. Брак – залог минимального вмешательства в жизнь и личное пространство. Вероятно, папаша не смирится так просто, есть шанс, что даже проведёт дополнительную генетическую экспертизу, но тогда это уже не будет важно. Вряд ли он решится сразу же. В конце концов, Ден никогда ранее его не подводил, в отличие от Макса. Он верит ему и в него. И зря. Но об этом узнает куда позже. Желательно, никогда, но на подобный исход надежда мизерная.

– И не больно ничего, правда? – бормочет Ника, оглядывая дочь так, будто её здесь истязали, а не пару – тройку анализов взяли.

– Немножко, – честно отвечает Света, бросая короткий взгляд на пластырь поверх проколотой вены. – Но я терпела! Я – молодец, правда? – расплывается она в улыбке, глядя на мать. Ника спешно кивает.

– Ты – умница, Светка. Такая у меня умница, – она смеётся, ему чудится, что он попал куда-то в параллельную вселенную, где такие картины действительно существуют. Что есть в мире что-то кроме хладных трупов, угроз, убийств, жажды денег и лицемерия.

Но, вероятно, ему лишь кажется.

– Мам, а дядя Андрей дал мне конфетку, – хвастается ребёнок, демонстрируя развёрнутый фантик.

– Ты сказала «спасибо» дяде? – наигранно серьёзно говорит Ника, а он щурится, разглядывая её длинные пальцы, сжатые на бумажке. На безымянном поблёскивает обручальное кольцо с одним камнем посередине. Он выбрал то, что, как ему казалось, ей подойдёт. Золото с миниатюрным серым алмазом. Возьми что дешевле, его бы заклевали на любой из предстоящих встреч. Не в прямом смысле, конечно, но лишние слухи не нужны. А Ника вряд ли понимает, какую сумму он выложил в ювелирном всего сутки назад.

Девушка откидывает волосы с лица и облизывает нижнюю губу. Ден отводит взгляд. Она всё ещё видится ему привлекательной. Сложно отрицать, что Ника – его типаж. Однако чувства Татьяны почти сошли на нет, вскоре он вновь проголодается. И лучше ему в тот момент находиться как можно дальше от дома.

– Сказала, – смущённо отвечает Света, поглядывая то на него, то себе под ноги. Он чётко помнит, что Андрея она не поблагодарила.

Ден хмыкает себе под нос, осознавая, что даже у детей есть дурные черты. Нет ни одного человека, который никогда не врёт. Тем не менее, ребёнка не выдаёт. Он ещё помнит, как Женька обижался, стоило что-то разболтать, потом брат с ним днями не разговаривал.

Ника щурится, но не комментирует их игру в гляделки. Кажется, вполне понимает, что Света обманывает. Она не спешит раскрывать их совместную ложь.

Раздаётся знакомый звук открывающейся двери, Ден удивлённо вскидывает брови. Макс сегодня не планировал появляться здесь.

– Как-то тухло у вас, – тянет он, рассматривая кабинет. Останавливается на Нике, не стесняясь задержаться на бёдрах и груди куда дольше, чем может позволить себе друг жениха. И цокает языком. – Ничего плохого не имею ввиду, но ты не думал приодеть невесту?

Ника жмёт губы и фыркает. Ден равнодушно ведёт плечами. Он не станет говорить о том, что завтра вещи уже доставят на дом. Чёрта с два подкинет этому придурку ещё один повод для дурацких шуток.

– Это не вечеринка, Макс. Ты адресом ошибся?

Зелень в его радужке слишком яркая для того, кто должен контролировать аппетит. Он ел куда чаще, чем следовало. Макс никогда не заботился о том, чтобы следовать установленному правилу компании. Не изменял себе и сейчас. По блестящим глазам Ден легко делает вывод о том, что товарищ подкрепился час или два назад, и сейчас эмоции хлещут из него, как из фонтана.

– Не будь занудой, – смеётся он и подходит к ним ближе. – Так что там с результатами? Долго ждать?

– В понедельник будут, – коротко передаёт информацию Ден, утирая рот тыльной стороной ладони.

– Тогда нам есть, что отпраздновать! – воодушевляется Макс, а ему тошно от его радостной рожи. Нашёл, что праздновать. Ещё даже непонятно, есть ли пыль в крови Светы в настоящий момент. Может, давно вышла из организма, как и у остальных, кто тогда сделал злополучную прививку.

С прививки всё и началось. Вместе с малой дозой вируса вводилась и пыль, являющаяся чем-то вроде мощного стимулятора организма, что должно было продлить время памяти о патогене. Сначала её укололи богатым слоям населения, кто готов платить за шанс оставаться здоровым, а затем вакцина пошла в массы. Итога вышло два: первые всё равно заболевали, становясь вампирами спустя несколько месяцев после исцеления, вторые же избежали вируса, оставшись людьми, а пыль, являющаяся частью вакцины, вывелась из организма. Света – редкое исключение, и, как думают их учёные, ключ к лекарству уходит корнями к тому самому космическому веществу. Проблема в том, что на конечном этапе эксперимента оно закончилось, а новые образцы взять было неоткуда.

– Раз уж пришёл, отвези девочек домой, – бросает он ему, – у меня важная встреча.

– Зануда, – поддевает его брат. – А ты считаешь, я смогу?

Он выдыхает, вновь оценивая его состояние. Сможет. Макс ответственный, хоть и любит валять дурака. Или притворяться дебилом. Кому, как угодно. От наследства открестился с таким счастливым видом, словно ему золотое яблоко на блюде поднесли. И именно он с полгода назад решил выступить против отца, преподнеся Дену какой – никакой план. Поди разбери, что в башке у сумасбродного творится.

– Ты же не пил, за руль сядешь, – констатирует факт. Он знает, как выглядит брат пьяным. И сейчас уверен, что тот даже не пригубил.

Макс театрально вздыхает, будто для него это крайне обременительно, прежде, чем согласиться.

– Что ж, дамы, прошу за мной. Не кабриолет, но доедем с комфортом.