Текст книги "Нечаянный подарок богов (СИ)"
Автор книги: Анна Астрова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)
Глава 8
Ближе к вечеру, как ни пыталась отвертеться, Йейнирден буквально пинками выгнал меня в зал помогать Варналии. Народу, как назло, было на удивление много – ни одного свободного места. Йейнирден даже пустые бочки из конюшни приволок, чтобы усадить как можно больше желающих. И, что странно, никто и не подумал возмущаться неудобством.
«Ох, чует мое сердце, неспроста…»
Давешняя компания появились в общем зале, когда на улице окончательно стемнело. Несмотря на количество посетителей, стол для них нашелся сразу. Поручив присматривать за кухней – небывалое дело! – Юлире, Йейнирден сам взялся обслуживать знатных гостей. Нам с Варналией достались все остальные. Они, надо сказать, вели себя непривычно тихо: были слишком заняты разглядыванием пришельцев, чтобы буянить.
Я бегала от одного стола к другому, и все время чувствовала на себе тяжелый, внимательный взгляд. Почему-то не сомневалась, что принадлежал он тому загадочному брюнету, которого Варналия назвала О-Рэлли – слишком знакомо-неприятным было ощущение.
«Чего ему неймется?» – нервничая все сильнее, подумала я.
– Эй, Дашка! Принеси гольков солененьких! – отвлек от тревожных мыслей громоподобный голос Трокана, деревенского кузнеца.
Кстати, гольки – это что-то среднее между слизняками и мелкой рыбкой, вроде кильки или мойвы. Водятся подземных пещерах, далеко на юге и считаются деликатесом. Когда я увидела их в первый раз – прозрачно-белесых, мясистых и скользких – чуть не распрощалась со съеденным обедом. Потом притерпелась (меня ж не есть их просили, а только приносить), но доставать их из бочки, стоящей в самом темном углу подвала, до сих пор терпеть не могла.
– Иду, – тем не менее, отозвалась я и шустро, радуясь возможности ускользнуть от навязчивого внимания, устремилась на кухню, где и находился вход в подвал.
Вернулась минут через десять и то только потому, что дольше оттягивать было нельзя. Трокан – парень хороший, но вспыльчивый и ждать не любит.
Стоило переступить порог общего зала, как между лопаток засвербело: наблюдатель опять принялся за свое. И чем дальше – тем тяжелее становился его взгляд. Я начала думать, что, возможно, напрасно грешила на О-Рэлли: брюнет сидел за столом с людьми Кугара и никак не проявлял своего интереса.
«Тогда кто?»
Я украдкой огляделась, но не заметила ничего подозрительного. Все были заняты делом – опустошали тарелки и переговаривались вполголоса.
Напряжение в зале между тем усиливалось. Вскоре его ощущала не только я, но и все остальные. Даже упившиеся крестьяне озадаченно хмурились, чувствуя неладное. Разговоры становились все тише и, наконец, смолкли совсем. Народ, несмотря на раннее время – оставалось еще целых три часа до полуночи – начал расходиться по домам. Через несколько минут зал опустел. Остались только Кугар и его свита.
Чтобы иметь возможность, не нарушая приличий, присматривать за ними, Йейнирден достал из-под прилавка амбарную книгу, в которой вел подсчеты и принялся ее изучать, черкая пометки время от времени, и старательно делая вид, что дело не терпит отлагательств. Варналия ушла на кухню наводить порядок, а я, отчаянно завидуя девчонке, осталась собирать со столов посуду. Чуть позже ее предстояло всю перемыть – на кухне уже поставили греться воду в большом медном котле.
Посуды было много – за один заход не справиться. Я сновала между общим залом и кухней с груженым сверх всякой меры подносом, то и дело рискуя его уронить. В один из таких заходов увидела, как Кугар небрежным взмахом руки подозвал Йейнирдена. Трактирщик не выносил подобного с собой обращения, но стиснул зубы и подошел.
– Скажи, почтенный, – услышала краем уха негромкий вкрадчивый голос Кугара, уже знакомый по утренним событиям. – Кто та девушка, убирает со столов? Насколько я помню, у тебя только одна дочь?
«Приехали», – подумала я, непроизвольно втягивая голову в плечи. – «Только с чего вдруг он мной заинтересовался? Он же утром как на козявку смотрел! А может, кто из местных что-то про меня сболтнул? О других мирах?».
Испугавшись такой возможности, не расслышала ответа Йейнирдена, а лишь уловила обрывок ответной фразы Кугара:
– … это помощь шпионам вражеского королевства.
В его холодном голосе звучала неприкрытая угроза, но Йейнирден был не из тех, кого можно этим напугать.
– Угрожаешь? – спросил тролль, выпрямляясь во весь рост и складывая руки на груди. Его вид неуловимо изменился. И куда только делся вспыльчивый хозяин таверны? Перед гостями стоял воин, закаленный десятками, а то и сотнями сражений.
Мальчишка-блондин что-то прошипел едва слышно, но тут же был одернут сидящим рядом громилой-воином.
– Никаких угроз, – растянув губы в хищной улыбке, сказал Кугар. – Я лишь выполняю приказ принцессы Амниллии – уничтожаю всех, кто представляет угрозу для Сеерринга. Попытки помешать мне приравниваются к измене и караются смертью.
Йейнирден дернулся, как от пощечины. Глаза тролля полыхнули бессильной ненавистью. Заметив это, Кугар ухмыльнулся и повторил вопрос:
– Так что, хозяин? Кто эта девушка? Откуда она взялась?
Мое сердце пропустило удар. Кугар принял меня, появившуюся в трактире неизвестно откуда, за шпионку Регалии! Шпионку, уничтожить которую – его долг. И теперь от ответа трактирщика в прямом смысле слова зависела моя жизнь.
Перед глазами все поплыло, в ушах зашумело…
– Мы и сами не знаем, ваша милость, – процедил Йейнирден, а «ваша милость» и вовсе прозвучало как грязное ругательство. – Ее Лай приволок. Шасторетов внук сбежал, не заплатив, а она отрабатывает.
Кугар продолжил еще что-то выспрашивать, но я уже не слушала.
«Ни слова о других мирах!» – мысленно заклинала трактирщика, от страха забывая как дышать. – «Придумай что-нибудь, соври, только ни слова о других мирах, даже в шутку!»
Интуиция подсказывала, что отвлечь этих пятерых от такой интересной сказки пустой болтовней не получится.
Не знаю, то ли мои мысли подействовали, то ли он сам решил, что об этом говорить не стоит, но Йейнирден ни разу не упомянул опасную тему. По его версии выходило, что я обычная деревенская девчонка, недалекая и неуклюжая. Ни в чем подозрительном не замечена, лишних вопросов не задавала, из трактира почти не выходила. При этом говорил так убедительно, что, проснувшийся было, интерес Кугара быстро угас.
– Ладно, пусть ее, – досадливо оборвал он многословный рассказ трактирщика.
А я услышала невысказанное: «Ладно, пусть живет».
Внезапно О-Рэлли, до этого момента не произнесший ни слова, наклонился к командиру и что-то прошептал ему на ухо. Что-то, что заставило ноймира резко изменить решение. Плечи Кугара напряглись, руки сжались в кулаки, а лицо застыло безжизненной маской, на которой яростным огнем сверкали глаза.
– Позови, пусть подойдет, – отрывисто, словно каждое слово было признанием в собственной слабости, сказал Кугар Йейнирдену. – Она приглянулась О-Рэлли. Мы забираем ее.
«Что-о-о?!»
Трактирщик бросил на меня быстрый взгляд, словно просил прощения за что-то. Тут же пришло понимание: несмотря на хорошее ко мне отношение, несмотря на обещание Лаю, он не сможет защитить. Мне придется подчиниться.
«Бежать!»
Я рванула к кухне, надеясь спастись через маленькую дверцу, выходящую во двор, но не успела сделать и пары шагов. Сильная рука сомкнулась на запястье. Я дернулась от неожиданности и тут же зашипела от боли.
Мальчишка-блондин держал меня и нагло ухмылялся в лицо, откровенно наслаждаясь собственным превосходством.
– Пусти! – снова дернулась я. – Пусти! Никуда я с вами не пойду! Пусти меня, сукин сын, пока я тебе глаза не выцарапала!
Я орала, визжала, царапалась… я порывалась даже кусаться, но мальчишка словно даже не замечал сопротивления.
На шум из кухни выбежала Варналия. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что происходит.
– Отпустите ее. Вы не можете ее забрать, – звонким от напряжения голосом потребовала она, выступая вперед.
В зале воцарилась оглушающая тишина.
– Не могу? – издевательски приподняв брови, переспросил Кугар.
Его люди уставились на девушку, как на диковинное животное, но та не дрогнула. Йейнирден метнулся к дочери с намерением утащить подальше отсюда, но вся его хваленая троллья сила не помогла. Варналия стояла, не шелохнувшись.
– Она находится под защитой этого дома. Вы не имеете права ее забирать.
– Дочка… – почти простонал Йейнирден. – Не надо…
– Хэй, следи за языком! – гаркнул, едва не оглушив, державший меня мальчишка. – Думай, с кем разговариваешь!
– Я знаю, с кем говорю, – отрезала Варналия. – И вам бы не помешало. Я…
Договорить она не успела. Йейнирден схватил дочь в охапку и попятился в сторону кухни. Пару минут спустя он появился снова – один.
– Простите мою дочь, – глухо сказал он, избегая смотреть в мою сторону. – В глуши живем, не знает, как следует себя вести.
– Тебе стоит быть с ней строже, – с обманчивой мягкостью сказал Кугар.
– Да, да, конечно, – закивал трактирщик. – Я обязательно преподам ей урок.
– Девушка пойдет с нами, – тоном, не терпящим возражений, продолжил ноймир.
И вновь Йейнирден не стал спорить. Только виновато глянул на меня и отвернулся. Его можно было понять – жизнь дочери всяко дороже свободы приблудной бродяжки без роду и племени.
Сбежать шанса не выпало. Сразу после разговора, решившего мою судьбу, Йейнирден по просьбе Кугара отвел меня в кладовку и запер, оставив старое латанное-перелатанное одеяло и изрядно оплывший огарок свечи. Поначалу я металась по крохотной комнатке, как дикое животное. Все ждала, что вот-вот придет Варналия и выпустит меня, но этого не произошло – Йейнирден запер дочь в ее комнате.
Спустя какое-то время я немного успокоилась. Завернулась в пахнущее травами одеяло и устроилась прямо на полу, межу кадушками с соленьями и связками овощей, и принялась обдумывать сложившуюся ситуацию. Страха почему-то не было. Шпионкой, стараниями Йейнирдена меня вроде бы не считали – хоть с этой стороны ничего не грозило. Весь сыр-бор разгорелся из-за О-Рэлли.
«Зачем я ему понадобилась?»
Теперь у меня уже не было сомнений, что таинственным наблюдателем был он. Вот только чем я его могла так заинтересовать? Как ни ломала голову, ответ на этот вопрос не приходил. Мысль о внезапно вспыхнувшей любви я сразу откинула, как откровенно бредовую. Что же до остального… Ни угрозы, ни ненависти, ни желания обладать, ни садистского предвкушения в его поведении не проскальзывало. Он вообще, несмотря на предостережения Варналии, страха у меня не вызывал. Здоровое опасение – да, но страха не было.
«А ведь это выход!» – вдруг осенило меня.
Срок отработки, назначенный Йейнирденом подходил к концу. Надо было определяться, решать, что делать дальше, а я до сих пор не могла этого сделать… Быть может, плыть по течению – наилучший вариант? Мне-то ведь, по большому счету, без разницы…
Да, теперь, по прошествии времени, я уже лучше разбиралась в реалиях этого мира. Но эти знания были слишком общими и мало применимыми на практике. Что, впрочем, и понятно: большую их часть поведала Варналия, которая всю свою недолгую жизнь провела окруженная заботой отца, не задумываясь о таких вещах, как поиск работы или жилья. Я пыталась расспрашивать у посетителей, но многого не добилась: они приходили сюда выпить и не были настроены на серьезный разговор. В лучшем случае дело сводилось к пьяному флирту…
Вот и получилось, что даже проведя почти месяц в этом мире, я все еще была беспомощна, как провинциал из глухой сибирской деревни, приехавший в Москву. Нечего было и думать отправиться в путь одной.
Может быть, появление Кугара и О-Рэлли и есть ответ?
Пусть думают, что увозят меня насильно. А я просто воспользуюсь возможностью выбраться из города, изменить что-то в жизни. Мне, конечно, хотелось бы сделать это иначе, но и этот способ не плох: меня обеспечат едой, жильем, средством передвижения, а если держать глаза и уши открытыми, я успею сбежать до того, как дела станут совсем плохи…
Глава 9
Должно быть, я задремала. Проснулась далеко за полночь от того, что кто-то тихо скребся в дверь с той стороны.
– Даша? – тихонько позвала Варналия. – Даша? Ты спишь?
– Нет…
– Прости! – донесся до меня тихий, но полный муки возглас. – Прости меня, я ничего не смогла сделать!
Голос девушки сорвался, и я услышала сдавленные всхлипывания.
– Прости… прости… – продолжала повторять она.
Я даже оторопела от такой реакции. По моим прикидкам ничего особо страшного мне не грозило.
– Не плачь, глупая, – с уверенностью, которой, особенно после таких ее заявлений, совсем не чувствовала, отозвалась я. – Со мной все будет в порядке.
– Н-нет!
Словно наяву представила, как девчонка отчаянно мотает головой так, что пряди выбиваются из аккуратной косы и хлещут по щекам.
– Ладно тебе, – улыбаясь, сказала я. – Не убьют же… а остальное можно пережить. Но не думаю, что они задумали что-то плохое…
– Дурочка! – оборвала мое неуместное веселье Варналия. – Как ты можешь? Они палачи Амниллии! А О-Рэлли вообще чудовище! Дракон!
«Палачи? Дракон?»
То, что отряд Кугара наделен особыми полномочиями я поняла, когда они всерьез размышляли о том, что я могу быть шпионкой Региды. Но у них больше не осталось ко мне претензий. Барские замашки, конечно, неприятны, но если вести себя правильно, не вызывать опасений и не нарываться, то они не будут слишком осторожны… что даст шанс сбежать, если ветер переменится и мне будет угрожать реальная опасность.
– В смысле – дракон? – не поняла я.
– Дракон! Чудище злобное! – приглушенно воскликнула Варналия. – В огнедышащего ящера обращается! Людей ненавидит страшно… Только принцессе подчиняется, а она все-все ему разрешает… И если он захочет… тебя…
Всхлипывания за дверью переросли в рыдания.
«Не хочет сейчас и вряд ли захочет потом», – мысленно хмыкнула я. – «А вот про чудище поподробнее».
– Хватит ныть! – преувеличенно сердито прошипела вслух, чтобы привести Варналию в чувство и расспросить, пока есть такая возможность.
Рыдания тотчас стихли.
– Не плачь, – уже мягче повторила я. – Лучше расскажи о них…
Долгое молчание было мне ответом. Я совсем было отчаялась, что перегнула палку, когда Варналия все-таки заговорила.
– Ты ведь знаешь о войне? О принцессе Амниллии?
– Да, – кивнула я, будто девушка за дверью могла меня видеть. – Лай что-то рассказывал.
– Они появились не так давно. Первым – ноймир Кугар. Он сразу принцессе понравился: красивый, сильный… Да ты его видела! Принцесса сперва его во главе простой сотни поставила, а потом он сам себе отряд набрал: отобрал монстров себе под стать и теперь они самые известные люди Сеерринга… Палачи! По приказу принцессы сжигают деревни, которые не смогли собрать дань или послать достаточно мужчин в армию. А еще этот отряд всегда на передовой в Регалии.
– Везде успевают, – пробормотала я. – Как думаешь, зачем я им понадобилась?
– Не знаю… Боюсь подумать… – голос за стеной сорвался и бессильные послышались всхлипывания.
– Не плачь. Все не так плохо. Мне кажется.
– Ты не понимаешь!
Возразить было нечего. Я обдумывала информацию, когда внезапно за дверью раздался приглушенный рык Йейнирдена:
– Какого Шасторета ты тут делаешь?
Варналия сдавленно пискнула и залепетала:
– Папа, не сердись! Я же клятву дала…
«Зря она это сказала», – поморщилась я.
И точно – ее слова вместо того, чтобы успокоить, подействовали на Йейнирдена, как красная тряпка на быка. Трактирщик взревел не своим голосом:
– Забудь про клятву! Не было никакой клятвы! Тролли с драконами не связываются!
– П-папа! – приглушенно воскликнула Варналия.
До меня донеслись звуки борьбы и, пару мгновений спустя, тяжелые удаляющиеся шаги. Подозреваю, что строгий папаша попросту взвалил непутевую дочь на плечо или ухватил за шкирку. Варналия еще говорила что-то отцу, но слов я уже разобрать не могла.
Я думала, что не усну после этого, но ошиблась. Разбудил тихий скрип открывающейся двери. На пороге с объемным свертком в руках стоял мальчишка-блондин.
– Чего вылупилась? – ухмыльнулся он, разглядывая мое помятое со сна лицо. – Вставай, переодевайся и пошли.
Он бросил мне сверток и привалился плечом к косяку.
– Может, выйдешь? – спросил я.
Парнишка осклабился в ответ, но с места не двинулся.
«Ну и подавись», – мысленно ощетинилась я.
Сверток оказался тонким шерстяным одеялом, в которое были завернуты старенькие, но очень удобные кожаные сапожки, теплые штаны коричневого цвета, длинная балахонистая белая рубашка и зеленый бархатный кафтан с вытертыми локтями.
Я распустила шнуровки – теперь, по прошествии почти двух недель, я, наконец, могла одеваться-раздеваться без помощи Варналии – и подняла юбку на шею. Вот и пригодился детский опыт переодевания на пляже, когда все кабинки заняты. Блондин следил за манипуляциями круглыми глазами. Но я даже порадоваться не могла тому, что уела поганца: после ночи проведенной в неудобном положении мышцы противно ныли, каждое движение давалось с трудом.
– И зачем ты О-Рэлли понадобилась? – пробормотал мальчишка.
«Вот и я о том же…», – мрачно подумала я, натягивая сапоги.
На то, чтобы одеться, ушло всего несколько минут. Все-таки штаны были мне привычнее многочисленных юбок причудливого кроя.
Когда я более-менее привела себя в порядок, мальчишка, имени которого я до сих пор не знала, ведь он не счел нужным представиться, отвел меня в общий зал. В помещении было ожидаемо пусто – только Кугар и его люди сидели за одним из столов, заставленном многочисленными тарелками и блюдами. Никого из селян, никого из постояльцев. Йейнирдена тоже не было. Не то мне в глаза смотреть не хотел, не то дочь караулил, чтоб глупостей не натворила.
– Подойди, – холодно приказал мне Кугар.
Я подчинилась. Мальчишка последовал за мной по пятам, след в след, заставляя нервничать еще больше. Чего он опасался? Что я с голыми руками брошусь на его ненаглядного командира?
Приблизившись, попала под перекрестный огонь внимательных взглядов. Меня разглядывали все, даже О-Рэлли. Этот смотрел совершенно равнодушно.
– Да не боись ты, – прервал мои размышления хрипловатый голос.
Я покосилась на его обладателя и встретилась взглядом с громилой. Тот снисходительно ухмыльнулся.
– Сказок наслушалась? – понимающе спросил он. – Не дергайся. О-Рэлли дракон, но просто так он тебя убивать не будет. Ведь так?
Последний вопрос был адресован самому дракону, но тот его проигнорировал.
– Привыкай, – хмыкнул громила, ничуть не удивившись такой холодности. – Он болтать не любит. Кстати, меня Родогаром звать.
– А меня – Даша, – представилась я и, решив не тянуть кота за… хвост, задала самые животрепещущие вопросы: – Что со мной будет? Зачем я вам?
Обращалась я ко всем, но смотрела только на дракона. Который, впрочем, вопрос снова проигнорировал.
– Болтаешь много, – мрачно буркнул Кугар. – Садись и ешь, скоро выходим.
Я пару мгновений помедлила – душа протестовала против такого обращения: даже прислуживая в таверне я никогда не чувствовала себя такой униженной! – а потом все-таки послушно села. Рядом тут же приземлился мальчишка. Не заморачиваясь особо, он подвинул к себе тарелку и ложку и жадно принялся за еду.
Парень-ровесник, который еще вчера удивил меня своим спокойствием и чувством собственного достоинства, доброжелательно улыбнулся и представился:
– Меня зовут Юзилан.
Самое удивительное, что он, выглядящий так заурядно по сравнению с остальными, нисколько не комплексовал по этому поводу.
– А это – Иламир… – представил он блондина.
Мальчишка бросил на Юзилана злобный взгляд, но промолчал. Еда его занимала больше, чем выяснение отношений.
Родогар сунул мне под нос тарелку.
– Ешь, – скомандовал он. – А то по дороге без сил свалишься.
О-Рэлли так ничего и не сказал, продолжая сидеть и делать вид, что все происходящее не имеет к нему никакого отношения.
Потом, поскольку сажать меня к себе в седло никто из его людей, даже О-Рэлли, желанием не горел, Кугар потребовал у Йейнирдена лошадь. Трактирщик спорить не стал и отдал низенькую, мохнатую, невнятной бурой расцветки кобылку, которую держали для повседневных работ: привезти-увезти, вспахать-выкорчевать… Под седлом она практически не ходила, потому что обладала на удивление тряским ходом и поистине ослиным упрямством.
Вскоре мы покидали деревню. Странное чувство… Мне было сильно не по себе, хотя я еще ночью решила, что это наилучший выход. Самой мне было не уехать, так и осела бы в этой деревушке. Работала бы в трактире, общалась с людьми. Может, даже замуж со временем вышла бы, детей родила… А так – можно сказать, судьба вмешалась.
Никто нас не провожал – селяне, напуганные произошедшим, попрятались по домам и ждали, когда чужие, опасные люди уйдут. Это потом они соберутся – мужчины в таверне, а женщины на рынке – и обсудят все, что произошло, не стесняясь в словах и выражениях.
Варналия показалась в воротах, когда мы были уже в конце главной улицы. За ее спиной маячил мрачный, сверкающий свежей царапиной на щеке Йейнирден – он пытался удержать девушку, но не смог. Заметив ее, я улыбнулась как можно беззаботнее и помахала на прощание рукой. Подозреваю, что улыбка вышла кривой, а жест – нервным, но это было лучшее, на что я была способна в тот момент. Варналия вздрогнула и зябко обхватила себя за плечи. Вид у нее был такой, словно вот-вот заплачет.
«Это все из-за меня», – подала голос некстати проснувшаяся совесть.
На глаза навернулись слезы, и я, поспешно отвернувшись, принялась разглядывать собственные руки, словно видела их впервые. В каком-то смысле так оно и было… Разве могут мои руки быть такими грязными и неухоженными? Разве могут у меня быть цыпки и шелушащаяся от ежедневной многочасовой работы в воде кожа? Это не мои руки! Это не моя жизнь! Это все происходит к кем-то другим… Не со мной!
За всеми этими мыслями не заметила, как деревня постепенно скрылась из виду и я осталась наедине со своими новыми знакомыми. Сказать, что я чувствовала себя не в своей тарелке – ничего не сказать. Даже в гораздо более обычных обстоятельствах среди незнакомых людей чувствуешь себя неуютно, а уж здесь…
Одинокая слезинка сбежала по щеке, и я сердито вытерла мокрую дорожку.
«Не реви… Не реви, черт тебя подери!» – из последних сил убеждала я себя, чувствуя, что еще немного и просто позорно разрыдаюсь.
Только не это! Я не могу показывать им свою слабость…
Внезапный рывок заставил меня вернуться к реальности. Я испуганно выпрямилась в седле и завертела головой, стараясь понять, что произошло. Оказалось, что пока я рефлектировала, кобыла, на спине которой я восседала, решила подкрепиться и свернула с дороги, к густым кустам, на которых виднелись ярко-красные продолговатые плоды – местный аналог не то огурцов, не то груш, не то морковки. Беда в том, что дорогу к ним преграждал небольшой овражек, в который наглое животное и вступило, стремясь добраться до редко выпадающего на его долю лакомства.
– Эй! – раздался сзади недовольный окрик Родогара. – Куда тебя Шасторет понес? Повод держи!
Так я его и держала… Кожаный ремешок дергался в моих руках, как живой, все время норовя выскользнуть. Я сомкнула пальцы, стараясь его удержать, и тут же почувствовала неслабый такой рывок – лошадь дернула головой с явным намерением вернуть себе главенство.
Пару минут мы мерялись силами с переменным успехом. Спас Родогар. Со зверским выражением на лице он подъехал к нам и, ни слова не говоря, вырвал у меня повод.
– Ты что творишь? – возмущенно проворчал мужчина.
– Я первый раз верхом… – еле слышно пробормотала я.
Лицо воина вытянулось.
– Что-о?
– Никогда раньше верхом не ездила, – чуть громче повторила я.
Брови Родогара грозно сошлись на переносице. Он бросил на меня внимательный взгляд и, больше ни слова не говоря, послал своего коня догонять остальных. Моя кобыла резво последовала за ним, даже не пытаясь проявить характер.
«Вот скотина!»
Когда мы приблизились к отряду, Родогар сунул повод моей лошади Юзилану и, игнорируя удивленный взгляд парня, направился к Кугару. Я видела, как он что-то горячо шептал командиру, то и дело косясь на меня.
«Что опять не так?» – перепугалась я.
Сердце кольнуло беспокойство, но волнения были напрасными. Кугар просто отмахнулся от Родогара и я смогла облегченно выдохнуть. На этот раз повезло. Оставалось только гадать, сколько еще продлиться мое везение.
Через несколько сот метров появилась еще одна проблема, гораздо более насущная, которая на какое-то время вытеснила из моей головы все мысли. Говоря проще, оказалось, что ездить верхом надо уметь. Седло было дико неудобным. Сидеть в нем – все равно, что на гимнастическом мяче: ноги врастопырку, ни на секунду нельзя расслабиться и все время рискуешь свалиться. С той только разницей, что здесь падать выше и матов не положено.
Хорошо еще, что править самой не пришлось. Я справедливо подозревала, что не справилась бы со строптивой скотиной.
Но даже так, мне хватило. Уже через час пути я выдохлась. Через два – готова была душу продать за возможность спешиться. Болело все: спина, руки, плечи, ноги, пресловутые вторые девяносто… То одну, то другую часть тела сводило судорогой от постоянного напряжения.
«И что теперь?» – обреченно подумала я.
В пору было закатить истерику, но Кугар с отрядниками – не та компания, на которую это произведет впечатление. Поблажек вряд ли дождусь, скорее заработаю новую порцию подозрений и лишусь даже призрачного шанса на доброе к себе отношение. Почему-то я была в этом твердо уверена. Поэтому стиснув зубы, терпела.
– Сядь правильно, – раздался голос прямо над ухом.
Я вздрогнула от неожиданности и вскинула взгляд на говорившего. Юзилан смотрел на меня с сочувствием.
– Что?..
– На тебя смотреть больно, – пояснил парень. – Думал, со временем освоишься, поэтому не вмешивался, но – нет. Еще немного и ты просто упадешь, а мне потом придется тебя лечить.
Юзилан дернул плечом и едва заметно поморщился. А я только глазами хлопала.
– Пятки вниз, локти – к телу, – как ни в чем не бывало, продолжил парень.
Только тут я обратила внимание на то, как непринужденно, но вместе с тем элегантно (другого слова и не подберешь) сидит в седле он сам. Да уж, по сравнению с ним, я похожа на тюк с соломой, хотя все до единой мышцы напряжены так, что кажутся деревянными. Даже зубы ныли – так сильно я стиснула челюсти, стараясь совладать с непривычным делом.
– Расслабься, – посоветовал Юзилан.
В его голосе мне почудилась насмешка. Я вскинула глаза, чтобы удостовериться в этом и высказать все, что я думаю о его совете «расслабиться».
Но парень был предельно серьезен. Весь мой гнев моментально улегся. Чего это я, в самом деле? Человек мне помочь хочет…
«Расслабься… как, интересно?»
Казалось, что стоит хоть немного расслабиться, и я сразу свалюсь с лошади.
– Не упадешь, – видя мои сомнения, сказал Юзилан. – Начинай сверху.
Я растерянно моргнула и непонимающе уставилась на парня.
– Еще немного и у тебя зубы крошиться начнут, – легкая улыбка скользнула по его губам.
Это подействовало лучше всяких убеждений и объяснений, потому что я еще помнила последний счет от стоматолога. Мне его теперь долго не забыть, если честно. И не важно, в какой мир меня занесет.
Я прикрыла глаза, глубоко вдохнула и начала медленно выдыхать, одновременно расслабляя сведенные мышцы. С первого раза не получилось, мне пришлось несколько раз начинать заново, прежде чем добилась хоть какого-то результата.
– Хорошо, – похвалил Юзилан. – Теперь спину.
Кобыла же продолжала мерно шагать. Минут через десять я почти приноровилась и даже осмелилась отцепить от седла побелевшие от напряжения пальцы.
– Фу-у-ух, – облегченно выдохнула.
– Ты раньше ездила верхом? – задал Юзилан вопрос, ответ на который, как мне казалось, был очевиден.
– Нет, – покачала головой я. – Никогда.
– Странно… – пробормотал Юзилан.
Я мысленно чертыхнулась. Мало мне подозрений Родогара!
– Что тут, Юзилан?
С нами, отстав от остальных, поравнялся Родогар. Легок на помине! Я в который раз поразилась его габаритам: метра два ростом, гигантские кулаки, широченная грудь и мускулы… Много мускулов. Это сколько же ткани на одежду идет!
Лошадь – хотя, наверное, все-таки конь – у него была под стать. Огромная гнедая зверюга, у которой только копыта размером с блюдо для торта. Я тут же решила, что и на десять метров к этому чудовищу не подойду.
– Уже лучше, – откликнулся Юзилан. – Ты знал, что она раньше верхом никогда не ездила?
– Нет, – после долгой паузы сказал Родогар. – Недавно узнал.
– И что думаешь? – спросил Юзилан.
«Да, мне тоже интересно. С чего такой интерес к тому, ездила я раньше или нет?».
– Да что тут думать! – в сердцах воскликнул воин.
– А то, – спокойно пояснил Юзилан. – Что в этой стране любой простолюдин с детства на лошади скакать умеет. Хоть с седлом, хоть без. Верхом ездить только аристократы не умеют – потому что у них всегда урлониры есть. А она явно не аристократка…
«Вот тебе и «милый парень»!»
– Да знаю я! – огрызнулся Родогар.
– Эй-эй! – вклинился в разговор Иламир. Привлеченный эмоциональными восклицаниями Родогара, он тоже поравнялся с нами.
– Что за дела? – спросил мальчишка.
– Да вот, девчонка О-Рэлли ездить не умеет…
– Что, правда? – удивился блондинчик и внимательно оглядел меня с ног до головы. – Может, прикидывается?
«…………!» – высказалась я мысленно. Потом подумала и добавила: «………!»
Должно быть, что-то отразилось на моем лице, потому как Иламир прекратил ухмыляться и нахмурился. Зато ухмыль… Нет, неправильно, девушки не ухмыляются, они очаровательно улыбаются.
Так вот, я очаровательно ухм… улыбнулась в ответ.
Иламир нахмурился еще сильнее и вопросительно оглянулся на Юзилана.
«Чего это он?» – удивилась я и тоже покосилась на парня.
И успела заметить, как тот отрицательно качнул головой и улыбнулся одними уголками губ.
«Та-а-ак… Не поняла?»
Вслух спросить ничего не успела. О-Рэлли и Кугар одновременно обернулись и окинули нас весьма красноречивыми взглядами. Разговаривать и что-то выяснять как-то моментально расхотелось. Да и не мне одной. Иламир и Родогар смутились и поторопились поравняться со своими, оставив меня и Юзилана плестись в хвосте.
Через час я начала томиться от скуки. Советы Юзилана помогли, и мне уже не было так паршиво, как в самом начале. Приноровилась и даже начала получать удовольствие. Жаль только пейзаж был однообразен до безобразия: с одной стороны дороги поле, с другой – лес. К тому же новые знакомцы были поразительно молчаливы.
«Как так можно?» – недоумевала я.
У нас, если собиралась компания больше двух человек (особенно хороших знакомых), начиналась болтовня, перемежаемая взрывами смеха. Причем болтать умудрялись о чем угодно: от адронного коллайдера и мирового заговора до дырок на носках и качества лапши быстрого приготовления. А тут… Нет, я конечно понимаю, что мои знакомые были, в основном, студентами, а эти – воины, далеко не последние люди в королевстве. Но все же… По всему ведь видно, что они давно знакомы; у них наверняка есть общие темы для разговоров. Так почему?
