Текст книги "Кровавая Ведьма (СИ)"
Автор книги: Анна Кувайкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 27 страниц)
Глава 24
Дракон на сон грядущий
Бояться я его теперь не боялась, но всё ж опасалась чутка.
Кто ж их блаженных знает, на самом-то деле?
Но нет. Шагнувший из сгустившегося, жаркого воздуха мужчина выглядел вполне мирно и добродушно. Привычно поправил очки на переносицы, едва кивнул Волку в знак приветствия и, остановившись передо мной, открыто улыбнулся:
– Ну, здравствуй, Доминика. Рад, наконец-то, видеть тебя воочию.
– Взаимно, – буркнула я, подбирая под себя ноги прямо в кресле. И вроде как язвить не хотелось, да пока по-другому как-то не получалось! Не смотря на всё произошедшее, тяжесть прошлого нет-нет, да проскальзывала смутой на душе, да ехидством на языке. И пока еще я ничегошеньки с этим не могла поделать.
– Всё еще злиться? – совсем не зло, а как-то понимающе даже, едва дернул уголками губ Воплощенный Дракон.
– Не обращай внимания, Дрейк, – усмехнулся Волк, поднимаясь и прихватывая свой бокал. – Ей просто нужно время, чтобы привыкнуть.
– Эй, ничего, что я здесь? – возмущенно вскинула голову, глядя снизу вверх на этого… на этого мага! Который, к тому же, еще и на подлокотник кресла моего уселся так спокойно, будто всегда тут и был. – Привыкнуть, тоже мне. Я от вас девять лет отвыкала так-то!
– Ник, не ершись, – покачал головой Дрейк, усаживаясь в освободившееся кресло. – И я вовсе не против, чтобы ты познакомилась с нами фактически заново. Я всё понимаю. Однако должен заметить, что времени у нас практически нет ни на что. Ты ввел ее в курс дела?
– Рассказал, что знал, – подтвердил черноволосый, пригубив вина. – Остальное за тобой.
И тут уж я не выдержала, уточняя:
– Дрейк, это правда? То, что Ансельм – не настоящий правитель Ансгара?
Ответил Дракон не сразу. Стянув с носа очки, он достал из кармана кожаной куртки платок, и принялся скрупулёзно их протирать, будто с мыслями собираясь. И лишь потом, щурясь на далекие языки пламени в камине, негромко произнес:
– Ты должна лучше других знать, что я ничего не принимаю на веру. Но… это как витражная мозаика, Доминика. Факт тут, факт там, и складывается общая картина. Я и раньше задумывался над многими вещами, но лишь после твоего бегства всё стало очевидным. Мы можем не подчиняться его приказам, и наше здесь собрание только подтверждает это. Значит, он не истинный наследник. Мошенник, фикция.
– И? – робко кашлянула я, начиная потихоньку осознавать, что всё сказанное в лесу Волком не является шуткой какой или попыткой меня успокоить. Нет, как я и надеялась, он мне больше не лгал. – Что нам теперь с этим делать?
Дрейк невесело усмехнулся себе под нос, не отвлекаясь от протирки очков. Видать, так успокоить себя пытался, да руки хоть как-то занять:
– Боюсь, не все так просто, Ник. Этот клубок не распутать так сразу. Не хочу тебя расстраивать, но даже если мы разберемся с проклятием Рунха, и Ансельм окажется виноватым, мы всё равно не станем лишать его престола, пока не будет найден истинный правитель. Иначе…
– Иначе в империи начнется смута, – отставив бокал, я обхватила коленки руками, свой подбородок на них пристраивая. И свой голос так вдруг тихо прозвучал. – Я понимаю. Но если… если…
– Если мы найдем истинного наследника и представим его, как разрушителя древнего проклятия, смена власти пройдет быстро и безболезненно, – как будто зная, о чем я думаю, закончил за меня Волк.
– Ага, – хмыкнула я, не сдержавшись. – Остается так, по мелочи: проклятье разрушить, которому ни одна сотня лет! Как ты это себе представляешь?
Но Волк лишь брови вскинул, и насмешливо так. Мол, когда его подобные пустяки останавливали?
– План не идеальный, но придется работать с тем, что есть, – глубоко вздохнув, будто собираясь с мыслями, Бронзовый Дракон снова напялил свои окуляры и расправил плечи – словно меланхолию прогонял.
А я до сей поры и не подозревала даже, что не только мне худо пришлось в эти самые годы. Похоже, сама Судьба, аль боги, в которых они лаже не верили, наказали магов за их предательство, сгрузив на них тяжесть знаний и ответственность за империю всю.
Что ж выходило, теперь я полностью отомщена?
– Рассказывай, Дрейк, – вмешался в наступившую тишину Волк, поглядывая за непроглядную темень за окном. – У нас на завтра планы.
– Да, конечно, – серьезно кивнул Бронзовый Дракон. – Для начала, Доминика, я бы хотел, чтобы ты взглянула на это.
Взмахнул рукой, столик между нашими креслами на мгновение вспыхнул, а когда погас, на нем угрожающе возвышалась приличная стопка книг. Да таких… знакомых!
Я ахнула, узнав точно один из потертых переплетов:
– Да как же это⁈ Я же их сожгла!
Дракон укоризненно посмотрел на меня поверх прямоугольных линз.
– А, ну да, чего это я, – от чего-то обиженно пробурчала, по спинке кресла сползая. – Что для дракона какой-то огонь. Из пепла восстановил, значит?
– Не пойми меня неправильно, Доминика, – кашлянув, даже как-то смущенно, маг принялся перебирать сложенные книги, пытаясь отыскать нужную. – Я уважал твое право на горе. Однако посчитал нужным сохранить единственное наследство Кровавой Ведьмы. Тобой вели эмоции, я всего лишь был рационален.
– Угу. Не зря хоть?
– Как сказать, – всё ж отыскав необходимое, Дрейк протянул мне книгу, раскрытую на определенной странице. – Это риуталистика природных ведьм. Взгляни. Что видишь?
И вот ведь удивительное дело. С десяток лет минуло, а я с первого взгляда написанное признала!
– Ритуал единения, – даже вчитываться не пришлось, по одной схематичной картинке вспомнила когда-то прочитанное. – Довольно-таки старый. Такие уже не используют.
– Для чего он? – поинтересовался Волк, заглядывающий мне через плечо в книгу. Хотя, казалось, уж кто-кто, а он-то прекрасно знал, куда клонит Дракон!
– Природные ведьмы, в случае опасности или угрозы могут создать круг для объединения сил, – пояснила я, кончиками пальцев поглаживая пожелтевшие от времени странички. Книга пахла пылью, едва уловимо чернилами и… теплом деревенской печки? Возможно ли это? – И направить их в нужную сторону. В это время силы не только объединяются, но и увеличиваются втрое, иногда даже вчетверо, редко больше. Но и плата за это высока. Ведьмы могут…
– Потерять свои силы навсегда, – понимающе усмехнулся Волк.
Но я его радости не разделяла.
– Да нет же, – со вздохом захлопнув книгу, прижимая ее к груди невольным жестом, принялась втолковывать этим бестолковым, едва не путаясь в словах и мыслях. Это мне те истины понятны, как природнице. А им как объяснить?. – Куда ты клонишь, то понятно. Но этот ритуал только объединяет силы. Их нельзя передать другому. Никак!
– Точно так же, как невозможно наделить силой изначально неодаренную ведьму? – теперь уже бровями шевелил Дрейк.
Я посмотрела на одного, на другого… И вздохнула, признаваясь:
– Уел.
– Если взять этот ритуал за теорию, – уж кто-то, а Дрейк излишней горделивостью отродясь не страдал, и попросту принялся рассуждать дальше, перебирая книги. – И добавить тот, что использовала Амелисса, чтобы заставить тебя принять дар твоей сестры, в итоге получается защитный ритуал Ансгара.
– Так, погодь, – я рассеяно тряхнула головой. – Мы разве не причину проклятия отыскать пытались? Ритуал дело пятое. Не будет проклятия, и в нем не станет нужды.
– Так-то оно так, родная, – послышался хриплый голос задумчивого Волка. – Но как уже сказал Дрейк – это витражная мозаика. Нам нужны все части. И это, боюсь, самая легкая.
– Не понимаю, – тут уж я запуталась окончательно, разводя руками. – К чему вы оба клоните?
– Надеюсь, что к первопричине, – задумчиво протянул Дракон, снова стягивая очки и сунув дужку в рот. – Видишь ли, предполагается, что магия, собранная на ритуале, скапливается в главном охранном кристалле, и оттуда распределяется по остальным, расставленным вдоль границы, создавая защитный барьер. У меня ушло немало времени, чтобы проверить их всех и прийти к одному выводу. Магия из него уходит не только на барьер. Но и в личное пользование Ансельма.
Мои руки против воли стиснули обивку кресла, да так, что та жалобно скрипнула под пальцами. Я хорошо помнила ту проклятую ночь, даже слишком. Уж сколько раз она мне в кошмарах являлась, сколько успокоительных зелий я извела! И если еще недавно совсем я готова была принять то, через что прошла, зная, сколько людей было спасено моей кровью…
То теперь я была в ужасе! Как так-то⁈
– То есть вся наша сила переходила к нему, – нервно сглотнув, глухо выдавила из себя, не моргая даже. – А он лишь какую-то часть со своей барской руки на защиту жертвовал⁈ Остальное себе присваивал⁈
– Выходит, что так, – перед собой куда-то глядя, хмуро кивнул Бронзовый Дракон. – Прости, Доминика. Мы этого не знали.
А я даже не знала, как ответ из себя выдавить. Что вообще тут скажешь?
Тем более, когда на плечо легла тяжелая мужская ладонь, чуть сжимая, и вроде как успокаивая. И я пробормотала, пытаясь в руки себя взять:
– Ладно, чего уж. Повинную голову меч не сечет. Ты лучше скажи, как тогда вышло, что вы свою силу потеряли, пытаясь барьер установить. Неужто вы пятеро слабее ведьм и Ансельма? Ни вжисть не поверю!
– Наша ошибка заключалась в том, что мы пытались своими силами напитать главный кристалл, – теперь уже объяснял Волк, от чего-то рассматривая собственные ладони, как будто тоже вспоминая. – В него силы уходили, как в пропасть.
– И тут мы подходим к следующему пункту, – Дрейк кончиками пальцев пододвинул ко мне очередную книгу. Особо старая, ветхая и тонкая, с поблекшей от времени обложкой и местами смазанным текстом. Ее я тоже помнила наизусть: «Основы взаимодействия магии».
Я едва не удержалась, чтобы ладошкой себя по лбу не треснуть:
– Конечно же. Ритуал на крови не потерпит потребления иных видов магии, кроме заложенной в него изначально. Либо природная, либо никакая! Я должна была догадаться.
– И снова мы получаем подтверждение теории о личности создателя этого ритуала. Мне жаль, Ник. Но в те времена ведьмы, несущей в себе природную и кровавую магию, просто не существовало. Всё указывает на твою…
– Бабушку, – глухо произнесла я. Не глядя едва нащупала на столике бокал, залпом его осушила… и, не выдержав, с силой запустила его прямо в камин, выругавшись. – Проклятье!
Да, я тоже думала об этом. Да, подозрений было много. Но размышлять – это одно, а получить подтверждение – совсем иное!
– Ник, – я почувствовала, как Волк снова коснулся моего плеча, но я лишь громко скрипнула зубами.
Не сейчас… Не надо меня сейчас душить своей заботой!
Ни к чему она теперь. Есть вещи, которые нужно пережить в одиночку.
– Но я не понимаю, – глядя, как пламя жадно, да быстро пожирает сверкающие осколки, тихо произнесла я, разрушая повисшую тишину. – Если моя бабушка была тем, кто создала для Ансельма ритуал передачи сил, кто же тогда его проклял?
– Тоже думаешь, что Ансельма прокляли именно из-за ритуала? – негромко спросил Волк. Он как чувствовал, что лезть сейчас ко мне не стоит. Лишь снова наполнил бокал, уже новый, и силой вложил в мои едва дрожащие пальцы.
Дрейк молча пододвинул очередную книгу ко мне поближе…
Я загрустила окончательно.
Естественно, «Теория проклятий»!
– Вы итак всё поняли уже, – я невесело бокалом покачала, глядя, как колышется в нем темно-алая жидкость, так похожая на кровь, пролитую мною на том самом алтаре. – Проклятия подобного масштаба обычно накладываются разово, но это повторяется. Проклятие меньшей силы, типа родовых, на бесплодие и прочее, имеют привязку к определенным вещам вроде фамильных реликвий или еще чего. Могу поклясться на чем угодно: именно ритуал Ансельма питает проклятие Рунха. Не проведи он его хоть раз, и заклятье исчезнет. И только смерть проклятого всё закончит. Ваша империя не нужна тварям Рунха. Им нужен Ансельм.
– Убить императора так просто мы не сможем, – мрачно констатировал Волк, отстраненно запуская пальцы в свои волосы. – Значит, возвращаемся к изначальному плану. Ищем наследника и того, кто наложил проклятье.
– Одно не понимаю, – эхом откликнулся Бронзовый Дракон, продолжая сжимать дужку очков зубами. Как она у него до сих пор целой-то оставалась! – Почему именно Рунх? Всего лишь из-за удачного расположения? Твоя бабушка родом из Ансгара.
– Что, в учебниках подсказки нет? – фыркнула я, переводя взгляд со стопки книг на умного мага.
Вот только от чего-то сарказм мой не оценили. Дракон едва повел плечом в ответ:
– Именно по книгам твоей бабушки я нашел почти все интересующие меня ответы. Жаль только, что почти.
В голове появилась какая-то невнятная мысль, что-то, до боли похожее на догадку, намек или зацепку, но… Сколько бы я не старалась, никак не могла ухватить ее за хвост. Что-то важное жеж, наверняка!
– Как я понял, снять проклятье нельзя? – глядя то на меня, то на мага, только и спросил Волк.
Теперь уже пожимали плечами мы оба. Кто б знал только!
– Это… я не знаю, – отставив опустевший бокал, скинув ноги на пол, я потерла ладонями лицу, чувствуя свинцовую усталость. – Я пыталась. Но пока оно спит, дожидаясь пробуждения ритуалом, оно неощутимо. А исследовать его в пик активности, всё равно, что нырять с корабля на дно Хорсова пролива. Невозможно ни с одной империи, ни с другой. Один способ есть – самого Ансельма исследовать, да обнюхать. Наверняка смердит, как та ворожея из поместья или еще что. Жены умирают, наследники не рождаются, дочери вдовами становятся – вариантов расплаты за ритуал много. Вот только кажется мне, что так просто император ваш не дастся на опыты. Плевать ему на жертвы с обеих сторон. От дарованной магии он не откажется. Одно могу сказать точно: проклятие не самообразованное, оно точно кем-то наложенное. Вот только…
– Только что?
– Не могу связать гибель прошлой пятерки, – неохотно подняла я взгляд на Волка. – Ты говорил, при первом нападении они были детьми. И они же погибли при повторном… Как так? Если их нельзя принести в жертву, их магия для ритуала не годится?
– Кажется, здесь всё просто, Доминика, – мягко укорил меня Бронзовый Дракон, чуть подслеповато щурясь. – Если я правильно понял, Ансельм хотел власти. С помощью ритуала он пытался увеличить свои силы, чтобы занять трон. Кто знает, убил бы он прошлого императора или нет, но сработало проклятье, и своей цели он так или иначе достиг. Но полученная магия не вечна, ему пришлось повторить. Прошлая Пятерка Воплощенных, возможно, что-то заподозрила, или же он решил подстраховаться. Скорее всего, их силы либо были обманом слиты в кристалл, или же просто скормили тварям Рунха.
– Акция устрашения, – хрипло усмехнулся Волк. – Чтобы другим после них и в голову не пришло сомневаться в необходимости проведения ритуала.
– И это сработало, сирены его побери, – вынуждена была признать я, с горечью вспоминая все его признания и рассказы о прошлой жизни. И поднялась со вздохом, привычно пережидая, пока прекратит сводить больную ногу. – Нет, всё, с меня на сегодня довольно. Как хотите, господа хорошие, а я спать. Ежели есть еще важное, поговорим об этом потом.
– Хорошо, – удивительно согласился Дракон, тоже поднимаясь. – Если узнаете что-то еще, сразу сообщите. У нас осталось мало времени.
Глава 25
Кровь не вода
А утро встретило меня ярким светом, чистым небом, и состоянием, словно меня всю ночь волколаки жевали.
В зеркало глянуть было страшно – некоторые упыри и те, краше будут!
Уж как тетушка Прусья причитала над моим бледным лицом, попутно косы заплетая, и вовсе вспомнить страшно. И всё пыталась то накормить, то травяным отваром напоить. Да побольше!
Но завтракать я не стала, кусок в горло не лез. А вот отвар приняла почти с радостью, чувствуя, как знакомые с детства травы усталость снимают. Я ведь глаз сомкнуть не смогла до самого рассвета. Всё думала, думала, и думала…
Уж так и эдак прикидывала, как оно тогда было на самом деле, ну, в далеком прошлом. Да так и не смогла найти причину, по которой бабушка добровольно согласилась бы придумать подобный жестокий ритуал. Уж не влюблена она была в Ансельма, в самом-то деле! О последствиях наверняка знала, не могла не знать. Если б не проклял кто мага, так какая другая коварная хворь бы вылезла. Нельзя без последствия такой магией управляться, Рогнеда пример тому, ведьма смердячая.
Как же тогда так получилось?
Ответов не было, и зыбкий сон сморил меня только к утру.
Благо хоть, спозаранку меня будить не стал никто, только к полудню и сподобились. Да и то, едва глаза открыла, чувствуя себя не отдохнувшей, а как тот лимон выжатой. В постели и той, понежиться не дали – тетушка Прусья тут же сообщила, что на сборы у меня час всего, и силком в ванную вытолкала. Не шибко-то плавать хотелось, но на улице стояла такая духота, что дышать было нечем, а ночная рубашка липла к телу. Не спасли даже расхабаренные окна.
Не иначе как гроза к вечеру соберется.
Я едва в обморок не упала, завидев, чего из одежды мне домовиха приволокла: рубашка черная, штаны такие же, ботинки, да куртка. В них же свариться можно, да в такую жару! Но оказалось всё ровным счетом наоборот. Всё было из мягкой, тонкой ткани, как паутинка, и село, как на меня сшитое. Движений не стесняло, да и крутка, вроде как из кожи, а всё ж таки не мешала дышать.
Я даже удивляться не стала. Право слово, у этих имперских магов всё, не как у людей!
Даже ботинки странные: большие, на толстой, массивной подошве, на шнуровке, широкие, до середины голени длиной. А над пяткой так вообще, цепи висят, незнамо зачем. Мода такая, видимо.
Однако ж на проверку обувка оказалась удобной и, к моему глубокому изумлению, очень даже комфортной. Грубая на вид подошва мягко пружинила при ходьбе так, что вечно больная нога меня практически совсем не беспокоила!
Шустро стуча ими вниз по лестнице, я, наконец, поняла, почему Волк недавно с таким презрением отзывался о моих старых сапожках. Небо и земля!
А самого Волка я обнаружила всё в той же комнате с камином, занятого выбором оружия. Меня он предсказуемо услышал издалека, обернулся и долго рассматривал мой изменившийся внешний вид. А потом ухмыльнулся так… самодовольно! Сразу стало понятно, кто приложил руку к моей одежонке. Впрочем, тут и подсказок не требовалось – сам он был одет вот прям точно так же.
И когда он всё успевает только?
Дрейка же, предсказуемо не оказалось. А вот книги лежали на прежнем месте, сложенные в аккуратную стопку.
– Удобно? – оценив мою походку, вместо приветствия вскинул брови маг.
– Как ни странно, но да, – коснувшись корешков пальцами, я со вздохом обернулась. – Всегда думала, что черный – не мой цвет.
– Да неужели? – иронично вскинул брови мужчина, глядя на меня так… многозначительно, что я даже покраснела!
Вот какой он, а?
Невыносимый.
Упрямо показав ему язык, я плюхнулась в кресло, пристраивая рядом заранее прихваченную сумку. Одежонка-то, может, и новая, а привычки остались старыми. Куда ж я без нее?
Понаблюдав за сборами, отметив про себя, сколько ножей, кинжалов и много другого скрылось в его одежде, я изумленно протянула:
– Ты на войну собираешься?
– Нет, – усмехнулся Волк, вгоняя пару кинжалов в крепления на своих ботинках. – Скорее на светский прием. Но предосторожность не бывает лишней, Доминика.
– На прием? В таком случае, может, одежду сменить, а не превращаться в тележку со сталью? – изумилась я еще больше.
– Поверь, туда, куда мы идем, одежда сыграет последнюю роль, – неопределенно хмыкнул маг, одергивая полы куртки. – А лучшим оружием станет язык. Сама всё поймешь. Идем, она не терпит опозданий.
Кто такая эта загадочная «она» он, разумеется, не объяснил – не барское это занятие, видимо. И куда поедем, тоже не сказал, сохраняя отрешенное и какое-то задумчивое молчание. Да такое, что знай я его чуть меньше, могла начать подозревать, будто бы на самом деле нервничает!
Но ведь это невозможно, верно?
К счастью, у крыльца нас уже ждал оседланный Шетан, по которому, к своему удивлению, я даже соскучиться успела. И, супротив старых привычек и страхов, взбиралась в седло уже едва ли не с удовольствием. Правда, молчаливая нервозность Волка вскоре передалась и мне, но теперича-то я даже угадала причину.
В незнакомом городе, не смотря на жару, было на редкость многолюдно.
Нам приходилось перебираться узкими улочками окраин, какими-то переулками и по жутковатого вида дорогом. Понятно, что всеми силами держались подальше от центра города, да и от людей вообще – слишком уж колоритной, да приметной казалась наша парочка. Но, по моим подозрениям, дорога до центра города, по прямой едва ли занявшая час, с нашими блужданиями растянулась на все два.
Но особняк, застывший кирпичным массивом сразу за городским прудом и сквером, впечатлял с первого взгляда. И, что странно, у тяжелых кованых ворот нас отнюдь не встречали.
– И что теперь? – недоуменно покосилась я на молчаливого мага. – Стучаться, аль орать, как оглашенные будем?
– Руку приложи, – вместо этого предложил мне с усмешкой Волк, поворотом головы указывая на странного вида герб с руной в куче завитушек. На миг он показался будто бы знакомым или что-то около того. Но я так и не вспомнила, а потому просто, без опаски, незамысловато шлепнула ладонь прямо на кусок художественно отлитого чугуна.
По руке словно пробежала искра… и ворота с негромким скрипом распахнулись.
– И что сие значит? – так и не поняла я.
– Идем, – насмешливо подтолкнул меня маг в спину, утягивая фыркнувшего коня за собой.
Признаться, таинственность я не шибко любила, особенно в свете последних событий. Однако ж Волку я верила, хотя интригу-то развел… На три королевских двора с лихвой бы хватило. Но заинтересовал, признаю. Особенно когда на широкой аллее, несомненно ухоженной, нам не встретилось ни души. Никто не ждал нас на крыльце под витыми мраморными столбиками, и никто не открывал тяжелую, увенчанную тем же старинным, родовым гербом дверь.
К ней мне снова пришлось приложиться, и она снова открылась, вызывая уже знакомые, но теперь совсем не смутные опасения. Это не могло быть совпадением. Просто не могло, и всё тут!
– Присаживаясь, – без какого-либо стыда и угрызений совести, маг вольготно расположился в одном из глубоких бежевых кресел в огромной гостиной на первом этаже. Здесь было просторно и светло, даже уютно. Из распахнутых арочных окон легкий ветерок доносил нежные ароматы цветов из сада, тихо тикали изящные старинные часы на резной каминной полке.
Тут определенно кто-то жил. Но кто же? И почему Волк ведет себя спокойно, будто у себя дома?
Ответы на все мои вопросы появились вместе с хозяйкой поместья. Я даже не сомневалась, что это была она, когда с широкой лестницы вдруг раздался холодный голос с толикой эдакого женского, капризного недовольства:
– Значит, ты ее всё-таки нашел.
Я резко обернулась, так и не успев занять ни второе пустующее кресло, ни одну из кушеток у низкого кофейного столика.
На втором этажа, у начала лестницы, гордо расправив точеные плечи, стояла она. Ведьма!
Светло-медные, отдающие золотом кудри были уложены в затейливую прическу и перевиты жемчугом. Тяжелое, не по погоде плотное платье с корсажем бледно-лимонного цвета с черными вставками облегало стройную фигуру, а в каждом ее движении таилась грация и изящество. О богатстве кричал гарнитур старинных драгоценностей, зеленые, наверняка, глаза, смотрели с оценивающим холодом и отчетливым равнодушием.
Высокая, статная. Властная.
И почему такая внезапно… знакомая?
Приглядевшись получше, я ахнула, зажимая рот ладонью:
– Бабушка⁈
– Тише, тише, – маг едва успел подхватить меня под руку и усадить на ближайшую кушетку. – Держи себя в руках.
– Бабушка? – презрительно смерив меня взглядом, элегантно подхватив подол, ведьма принялась без труда спускаться по лестнице, едва кривя губы. – Вот уж вряд ли.
– Но вы так похожи, – всё еще не понимала я, хмуря лоб, да пытаясь справиться с внезапной головной болью. Молодой бабушку, точнее прабабушку, я плохо помнила. Как природная ведьма, она столетиями могла сохранять себе молодость и красоту, но передача дара от сестры мне значительно подкосила ее силы. Она начала стремительно болеть и слабеть. Со временем ее прежний облик будто бы расплывался в памяти, но теперь я вспомнила ее отчетливо.
Они были похожи!
И тут, как кстати, мне припомнилось, о чем говорила тетушка Прусья накануне – о родственном моей магии огоньке. И о том, как легко поддались мне зачарованные ворота с фамильным гербом.
Вывод напросился сам собой:
– Но вы ее родственница, верно?
– К сожалению, – добравшись до меня скользящими шагами, ведьма остановилась, окидывая меня еще одним пристальным взглядом. Сидеть стало неловко, и я даже привстала, чувствуя себя не в своей тарелке. – И это не я. Это ты до отвращения на нее похожа.
И вдруг, замахнувшись, едва не залепила мне пощечину!
Я даже охнуть не успела, а Волк уже перехватил занесенную для удара руку, и с силой сжал, хрипло, угрожающе предупреждая:
– Не смей. Она не Амелисса.
– Уж прости, – скривившись, ведьма с силой вырвала свое запястье из его хватки, и отступила на шаг, злобно хмуря очень светлые, под свет волос, брови. – Не поверила, что ты действительно ее найдешь. Инстинкт сработал, знаешь ли!
– Я дал слово, Делисса, что найду твою сестру. И я нашел, – не собираясь отходить, маг как будто бы напомнил об их давнем, как я поняла, уговоре. – Ты же дала слово рассказать всё, что знаешь о семье Артиас.
– О, как же, – откровенно поморщившись, ведьма проследовала к кушетке, и опустилась на нее с грацией, присущей только аристократам. – Слово чести, я помню. Уже жалею о том дне, когда ты объявился на моем пороге в попытках отыскать проклятую Кровавую ведьму. И, судя по тому, что девчонку пропустила охранная магия, она действительно моя родственница.
Её… кто⁈
Да простит меня Род, но в пекло таких родственников!
Моя бабушка, конечно, истинной леди не была, да и репутацию ее чистой не назовешь. Но она никогда, никогда себя так со своей родней не вела! Да она с деревенскими девками всегда была ласкова, и никого не обижала. А они, меж тем, ей чужие люди!
– Что я вам сделала? – отчаянно не понимая, чем я заслужила такое обращение, тихо спросила, руки в кулаки сжимая невольно. И не обращая внимания, как на напряженные плечи легли тяжелые мужские ладони, чуть сжимая и успокаивая.
– Брось, дело не в тебе, – ведьма отчетливо наморщила нос. – А в Амелиссе. Девочка, если я на нее похожа, пусть и отдаленно, то ты – ее копия. Легко спутать, знаешь ли.
Спутать? Да она в своем уме? Прабабушка моего возраста достигла больше двух столетий назад!
И если она помнит ее молодой, значит ли, что ей сейчас столько же? И ее имя…
– Вы ее сестра – верно?
– Младшая, – едва расправив складки на пышной юбке, ведьма скривилась. – К моему огромному сожалению. Не думала, что когда-нибудь придется вспоминать сей позорный момент, и уж тем более о нем рассказывать. Но имперские маги бывают на редкость убедительны.
– Приму за комплимент, – усмехнувшись, Волк едва склонил голову, и всё ж умудрился усадить меня на ближайшее кресло. А у меня тело к тому моменту как одеревенело всё!
Я ведь думала, нет у меня родственников больше, бабушка никогда о них не рассказывала. А тут, оказывается, есть, но какие? Нашему забору двоюродный сарай, и только!
Лучше б ее и вовсе не было.
– Зря, – тут же отрезала ведьма, небрежно постукивая лаковой туфелькой по полу. И уж не знаю, нервы-то ее были или нет, однако ж этот ее жест сильно отдавался в голове. К сожалению, моей!
И тихая просьба была озвучена как будто сама собой:
– А мы не можем просто поговорить? Без всего… этого?
Но Делисса моим просьбам не вняла. Что ей до моих волнений? Родственные связи, те самые, что самую сильную магию дают, кажется, ей были чужды. И обида прошлых лет мгновенно вылилась на меня вместе с ушатом презрения во взгляде и чистым ядом на губах:
– Без этого? Без чего, девочка? Без ненависти к твоей обожаемой бабуле, которая сломала и испортила мне всю жизнь? Или к имперскому магу, который явился ко мне бередить старые раны? Нет, уж. Раз она сама не посмела появиться передо мной, так хоть ты получишь сполна. Не нравится? Выход найдете сами.
– Бабушка много лет назад умерла, – тихо процедила я, невольно сжимая кулаки. – Просила извиниться за это. Теперь мы можем перейти к сути?
Но ведьма отреагировала ни сразу. С минуту она пристально вглядывалась в мое лицо, словно пытаясь понять, лгу ли я… А потом, запрокинув голову, расхохоталась!
И смех этот, громкий, противный, заливистый, полный нескрываемого злорадства, раскаленным кнутом ударил по моим заледеневшим венам. Я ее ненавидела.
Боги, как же я ее в этот момент ненавидела!!
– Умерла? – с непередаваемым удовольствием прокатив слова на языке, прищурилась ведьма. – Какие приятные новости ты принесла в мой дом. Она сдохла в мучениях, я надеюсь?
И тут мое терпение лопнуло!
Глаза застилала кровавая пелена, а родовая магия выплеснулась наружу, расшвыривая всё на своем пути. С грохотом отлетел в сторону кофейный столик, со стуком распахнулись напрочь окна, со звоном выбивая тонкие стекла. Диваны, кушетки и кресла перевернулись все, как один, и ведьма с трусливым воплем слетела на пол!
– Прекрати! – послышался ее отчаянный визг, который до меня доходил, как сквозь вату в ушах. – Прекрати это немедленно!
Но я не хотела. Не собиралась останавливаться!
Всё, чего я сейчас желала – чтобы мои силы продолжили вдавливать ее в пол, до боли, до искр в глазах, до тех пор, пока из ее грудной клетки с хрипами не польется кровь и извинения. Я никому не позволю пачкать имя моей бабушки!
Но на лицо легли широкие мужские ладони, обжигая:
– Ника. Успокойся, родная. Она того не стоит.
– Память моей бабушки того стоит, Волк, – едва взглянув в такие знакомые, темные, и спокойные глаза, я с неудовольствием почувствовала, как гнев в душе начинает успокаиваться, подобно стихающему шторму, подвластному магии сирен. – Она ее слов не заслуживает.
– Тогда не марай ее чужой кровью, – мягко напомнил маг. – В первую очередь ты природная ведьма. А уже потом кровавая.
Взять себя в руки оказалось сложно. Но… в его темных глазах отражались мои – гневные, алые, жаждущие убийства и темных дел. И это отрезвляло, да.
Вот только не успокаивало.
Кивнула, сбрасывая гневную пелену, и усилием воли заставила бушующие силы успокоиться. Ни к чему сейчас давать волю чувствам. Я хочу докопаться до правды, и только. А разгуляться смогу, когда Ансельма встречу. И вот тогда вся Пятерка меня не сможет остановить, клянусь!
– Это что… это что такое было, вообще? – откинув ковер, Делисса с трудом скинула с себя край тяжелого ковра, не так давно пытающегося ее банально раздавить. – Ты приняла родовой дар⁈
