Текст книги "Миллиардер на перевоспитании, или как укротить эгоиста (СИ)"

Автор книги: Ани Марика

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 8 страниц)

Глава 6. Василиса

Глава 6. Василиса

За завтраком я то и дело поглядываю на столичного гостя. С прищуром осматриваю. До сих пор не верю, что он забор за полтора часа починил. На деда перевожу взгляд. Старик молчит и ест. Как, собственно, и Артур. Ещё и причмокивает. Обычную яичницу с помидорами уплетает, будто ему тут мишленовское блюдо положили.

– Очень вкусно, – облизывая пальцы, говорит.

Закатываю глаза, стараясь сдержать дурацкую улыбку, и выхожу из кухни. Пора найти чёртовы ключи и выпроводить его из своего дома. Вчера мне было лень искать, и я надеялась, он уйдёт куда-то в поисках гостевого дома. К Любке, например. Она сдаёт пару комнат любителям отдыха на природе. Но дед его оставил.

Копаюсь в тумбочке в прихожей. Ключей у нас много. Большинство, кто уезжал из деревни, оставляли именно деду ключи от своих домов. Старик очень ответственно подходил к вопросу охраны чужой территории. За деревьями ходил ухаживать, поливал и собирал урожай, чтобы не загнулись растения.

Найдя нужную увесистую связку, возвращаюсь на кухню. Дед уже куда-то успел сбежать через заднюю дверь. А мужчина доел и теперь пьёт растворимый кофе и морщится.

– Твои ключи, – кладу на стол и отхожу к раковине.

– О, спасибо, Василиса, – басит Артур. – Может, прогуляемся, осмотримся вместе? Подскажешь, где и что подключается.

– Ладно, – вздыхаю я.

Всё-таки он забор-то починил, как и обещал.

– Кстати, ты список напиши, что тебе для клиники нужно. Мой помощник едет из города, купит по дороге, – будто бы невзначай говорит мужчина, выходя на крыльцо.

– Хорошо, – киваю, шагая рядом.

– Красиво у вас тут. Очень, – вздыхает Артур, осматривая окрестности. – Свежо. Прямо как дед рассказывал.

И блондин с теплотой вспоминает своего родственника. Историю одну рассказывает, как наши деды яблоки срывали в соседском огороде, а потом убегали от соляных пуль. Я уже слышала эту историю и невольно улыбаюсь.

– Ты совсем не такой, каким показался вчера, – тихо замечаю, толкая скрипучую калитку соседнего дома.

– А каким показался? – спрашивает он, осматривая свой двор.

– Надменным придурком, – бурчу.

Артур хрипло смеётся, волосы зачёсывает назад, сверкая голубыми глазами.

– Чаще всего я такой, – хмыкает, склоняясь. – Но когда рядом такая красивая и упрямая девушка, хочется соответствовать.

Чувствую, как щёки предательски краснеют. Гад обаятельный! Отворачиваюсь и иду по ступеням к крыльцу.

– Прости за вчерашнее, Василиса, – говорит он, перехватывая мою ладонь. – Я был взвинчен и расстроен из-за деда. Он был для меня поддержкой и опорой. С малых лет воспитывал. Отец – тот ещё забулдыга, плевать хотел. А дед забрал к себе нас.

– Я понимаю, меня тоже дед воспитывал, – признаюсь с грустной улыбкой. – Проехали, забыли.

Артур кивает и, отодвинув меня, возится со старым замком. После нескольких недолгих минут отчаянной борьбы у него всё-таки получается открыть дверь. Он галантно отходит в сторону, пропуская меня.

В нос бьёт запах сырости и затхлости. Морщусь и иду в темноте открывать двери и проветривать.

– Щиток слева возле чулана должен быть, – подсказываю, заходя в комнаты и распахивая ещё и окна.

Отплёвываюсь от паутины, прислушиваюсь к топоту разбегающейся живности. Как бы этот столичный мажор не сбежал, увидев мышь или кого покрупнее.

– Да будет свет – сказал монтёр! – шутит Артур, переключая рубильник.

Где-то раздаётся скрежет и грохот. Проводка искрит, помещение заполняется дымом, и лампочки в коридоре лопаются.

– Да уж, из тебя так себе монтёр, – фыркаю я. – Не волнуйся, дед с электрикой быстро справится, починит тебе.

– Тут жить вообще невозможно, – мужчина включает фонарик на телефоне и осматривает дом.

Согласно киваю. Тут не жили лет сорок, если не больше. В пыльном серванте стоит небольшая фоторамка двух мальчишек лет десяти. Один из них мой дед. А второй – его лучший друг. Лысые, загорелые. В обнимку стоят, позируют. Фото уже выцвело и пожелтело.

– Пойдём, – решительно разворачиваюсь и иду на улицу. – Вы с дедом проводкой займётесь, матрасы выбьете, почините мебель, а я приберусь, полы помою и пыль протру. Управимся за полдня.

Бодро бегу к себе. Нахожу своего дедушку с котятами. Озвучиваю масштаб наших работ. Он сразу же соглашается, подхватывает чемоданчик с инструментами. А я выношу из дома тряпки и постельное бельё.

До самого обеда я протираю пыль, подметаю, полы и окна мою. Дед копается в электрике вместе с Артуром. Мажорчик вроде как что-то даже делает.

Домик небольшой – всего две комнаты, кухня, санузел и коридор. Быстро управляюсь. Выхожу взмыленная на улицу.

– Ты не только красивая, но ужасно трудолюбивая, Василиса, – улыбается Артур, вытирая лоб запястьем.

– Хватит уже комплиментов, – фырчу, вручая тряпки. – Матрасы и подушки сам выбьешь и оставишь на солнце проветриться. Постельное бельё на столе лежит. А мне пора на работу.

– Может, тебя подбросить? – предлагает он.

– Нет уж. Я лучше на Драконе, – машу рукой.

– На каком драконе? – хмурится мужчина. Указываю на свой зелёный уазик. Артур усмехается и одобрительно кивает: – Похож.

– А то, – улыбаюсь гордо.

– Поужинаем вместе вечерком? Я шашлыки пожарю.

– Хорошо, – пожимаю плечами и запрыгиваю в машину.

До вечера время тянется ужасно медленно. Выезжаю проведать недавно родившую Зорьку. Лечу лапу местной дворняги. Реестры заполняю, инвентаризацию провожу. Бывают и такие дни, что дел нет. Но сегодня я этому даже рада. Утро выдалось насыщенным.

– Васька, – ближе к закрытию приезжает участковый.

– Привет, – выглядываю я.

– Как дела у самой красивой девушки на свете? – улыбается мужчина, протягивая охапку цветов.

– Понятия не имею, нужно у неё спросить, – хмыкаю, забирая букет.

– Я про тебя вообще-то.

– Шучу. Всё хорошо, Паш. Ты какими судьбами? Опять жалоба поступила?

– Да нет. Я так, соскучился. Пойдём вечерком на речку? Откроем купальный сезон, – играет бровями Павел.

– Прости, но меня уже пригласили, – улыбаюсь я, ловя себя на мысли, что жду этого ужина с мажором. Эка быстро обольстил, гад.

– Кто?! – сразу же напрягается Павел. – Когда?!

– А вот. Ну всё, иди. Мне ещё список составить надо. Кассу закрыть.

– Какую ещё кассу? – удивляется вновь участковый. Ну да, я отродясь от наших денег не брала. Ляпнула не подумав. – Погоди, ты с этим, что ли? С мажором снюхалась?

– Фу, как грубо, Павел Геннадьевич.

– Тему не меняй, – рычит участковый, шагая, и немаленькими такими габаритами давит на маленькую меня. – Тоже повелась на его бабки?

– Так! Ты тон смени! – завожусь, толкая эту гору мышц. – С кем и куда я повелась, тебя не должно касаться. Я свободная девушка!

– Ты моя девушка! Я этому мажору все зубы выбью и обратно в столицу отправлю! – круто развернувшись, молодой мужчина идёт к своему мотоциклу.

– Я не твоя девушка, Паша! – успеваю выкрикнуть, прежде чем он с рёвом уезжает.

Ох, побьют Артурчика. Как пить дать, побьют. Тяжко вздохнув, захожу обратно в прохладное здание и выключаю свет. Надо спасать, а то не дождутся Глубокие Лужи перемен.

Быстро закрываю ветеринарный пункт и еду за участковым, дабы остановить мордобитие. Пашка ведь дурной совсем. Силы может не рассчитать.

– Васька, ты чего такая взмыленная? – окликает соседка Катя.

– Привет, ты Пашку не видела? – глушу мотор возле нашего дома и оглядываюсь.

– Так проехал минут пять как. Туда, – указывает вглубь деревни. – Случилось чего?

– Пока нет, но, боюсь, случится. А мажора не видела?

– Артура? Видела… – расплывается в улыбке женщина. – Хороший он мужик. Сёмке денег отвалил, представляешь. Почти месячную зарплату за час выплатил.

– За что это? – оторопело останавливаюсь.

– За починку твоего забора, – делится соседка.

– То есть забор чинил Семён? – прищуриваюсь, шагая ближе к соседке.

– Не только, ещё Вовка помогал и мои старшие. Всем заплатил по пятёре.

– Вот как. Ну, спасибо, что сказала.

– Да не за что. Если ещё какие ремонтные работы нужны, ты скажи. Мои-то знаешь, какие рукастые, – улыбается Катюша.

– Теперь знаю. Забор зачётно сделали, – хлопаю дверью машины и иду домой.

– Ты ж Пашку искала вроде? – удивляется женщина смене настроения.

– А уже не надо, – мстительно усмехаюсь.

Обманул меня Артур. Вот пусть и получает по мордам. А ему ещё месть придумаю. Гад такой.

Глава 7. Василиса

Глава 7. Василиса

– Тётя Вася! – кричит с моего двора Стёпка, отвлекая от кормления котят.

Выглядываю в окно и чертыхаюсь. Этот мальчик никогда не поумнеет. Ну сколько можно лазать в мой двор и получать от гусей?! Что за любовь к пернатым странная? Отложив котёнка, выскакиваю на крыльцо.

– Степан! – рявкаю я.

– Уберите его, тёть Вась, – хнычет ребенок, бегая по кругу вокруг беседки. За ним, раскрыв крылья в стороны и распушив хвост, с громким гоготом носится Иннокентий.

– Какого чёрта ты лезешь к нему? – возмущаюсь, спускаясь и перекрывая дорогу гусю, за что получаю довольно болезненный щипок за щиколотку. – Кеша, прекрати!

– Я котят хотел проверить, – ворчит Стёпа и, согнувшись, дышит загнанно.

– Так это ты мне их подбросил?

– Я их нашёл у леса. Кто-то выбросил. Они без вас умрут, тёть Вась.

– Василиса! – рявкает Люба, выйдя из соседнего дома.

Обалдело перевожу взгляд на женщину в косынке, что стоит, уперев руки в боки, у дома мажора.

– Опять, Вася?! – вопрошает она. – Опять твой гусь калечит моего ребёнка! Всё. Мне это надоело! Помяни моё слово, я его на суп пущу!

– А ты чего там делаешь? – пропустив мимо ушей угрозы, спрашиваю я, провожая Иннокентия в вольер.

– Это не твоё дело, – фыркает она и, сдув выбившуюся из косынки прядь, отворачивается. – Стёпа, домой иди!

– Ну, мам!

– Быстро, кому сказала! – рычит Любка и пропадает в недрах чужого дома.

– Пойдём, я покажу тебе котят, – машу расстроенному мальчишке.

Стёпа улыбается широко, опасливо косится на гуся и, обойдя по широкой дуге, бежит за мной. Мы заходим на кухню. Ребенок тут же садится на корточки перед коробкой. Осторожно пальчиком поглаживает копошащиеся комочки.

– А как вы их назвали? – спрашивает он.

– Никак. Глазки откроют, сделаю все прививки и раздам соседям. Они уже назовут.

– Оставьте одного себе. Вот этого рыженького. Я буду приходить к вам и смотреть за ним, – просит Стёпка.

– У меня и так животных много. Да и Иннокентий конкуренции не потерпит, – хмыкаю я. – А что делает твоя мама у соседа, не знаешь?

– Они с тётей Ниной и тётей Леной помогают дяде Артуру убраться в погребе.

– Убраться помогают, – повторяю мрачно.

Нет, ну каков гад! Мне лапши на уши навешал, и я ему помогла. Теперь эксплуатирует других женщин. Да ладно бы женщин… И мужчин тоже! Им он хотя бы заплатил!

– Тёть Вась, а что такое «закадрить»? – спрашивает пятилетка и, отобрав смесь, сам кормит котят.

– Добиваться кого-то. Встречаться с кем-то, – отвечаю, присев на пол.

– Мама говорит, что закадрит дядю Артура.

– Ох, Стёпка, – вздыхаю я, удивляюсь тупости Любы. Зачем она при сыне-то обсуждает свой любовный интерес?

– Ладно, я пойду, а то мама всегда ругается, когда я к вам прихожу, – бурчит ребёнок и, вскочив, передаёт опустевшую бутылочку.

– Давай. И к Иннокентию не лезь, прошу тебя.

– Я с ним подружиться хочу, – обиженно тянет малой и выходит из дома.

Как только ребёнок уходит, поднимаюсь. Уделяю время котятам и, усыпив их, выхожу на улицу. Пора придумывать месть одному гаду.

Чёрный внедорожник как раз подъезжает и останавливается прямо возле моего зелёного Дракона. Из машины выходит Артур в обычной белой футболке и потёртых джинсах. Совсем другой без своего костюма. Приземлённый, что ли. Даже часы крутые снял, надо же.

– Василиса, привет, – улыбается белозубо гад. – Ты уже закончила?

– Закончила, ага.

– Отлично. Я мясо замариновал. Оно у тебя. Дед Василий разрешил в ваш холодильник пока положить, – говорит мужчина, заходя во двор. – У меня бытовой техники пока вообще нет.

– А зачем тебе техника, если есть дешёвая рабсила? – фыркаю, открывая калитку вольера.

– Чего? Какая рабсила? – хмурится блондин, даже не замечая, как по его душу вышел Иннокентий. Шагает ближе, в глаза заглядывает.

– А такая, которая забор за час собирает, погребы выгребает, полы тебе да окна намывает, – перечисляю, скрещивая руки на груди.

Гусь подкрадывается к блондинчику со спины и щиплет аккурат за задницу. Мужчина с матом отпрыгивает в сторону и таращится на воинственную птицу.

– Это ещё что такое?!

– А это Иннокентий. Он не любит эгоистичных лжецов, – холодно отвечаю я.

– Да, я соврал, – соглашается Артур, пятясь обратно к калитке.

Гусь раскрывает крылья и с гоготом нападает на ноги. Мужчина опять дёргается и отскакивает в сторону.

– Но забор ведь стоит. Крепкий и качественный. Сирень выпрямили. А женщины сами пришли с новосельем поздравить. Помочь чем. Я был занят с проектировщиками и понятия не имею, что они там делают у меня в погребе. Я даже не знал, что у меня погреб есть.

– Это уже не мои проблемы. Ты нарушил наш уговор, – флегматично отвечаю. А после, вложив в голос строгости, отдаю единственную команду, которую понимает мой боевой пернатый друг: – Кеша, чужой!

– Стой, стой! – пытается остановить птицу мажорчик и, пятясь, бежит.

За ним на скорости, вытянувшись и распушив перья, несётся Иннокентий. Издавая грозные звуки, гусь раскрывает клюв, готовый нанести свой самый болевой удар-щипок. Артур спотыкается о клумбу с ростками и, перекувыркнувшись, падает через живую изгородь в свой двор.

Удовлетворённо фыркнув, отворачиваюсь и удаляюсь под аккомпанемент матерных выражений в дом. Иду на кухню, распахиваю холодильник и вытягиваю тазик с мясом. Надо же, тут килограмма три говядины. И куриных бёдер столько же. Неплохая компенсация за испорченные нервы.

Найдя шампуры, выхожу на улицу. Из сарая достаю мангал и розжиг. Пока угли доходят, нанизываю мясо на шампуры.

Из соседнего дома выходит Артур, подталкивает женщин и что-то там сквозь зубы цедит.

– Ты гуся своего зарезала, Вась? – хохочет над своей шуткой Любка, заметив меня.

– Не дождёшься, – фыркаю, цокнув языком. Иннокентий, гоготнув, тут же отвлекается от травы и вытягивает шею. Три девицы кривятся. Не любят моего зверя пернатого.

– Это моё мясо, Вреднючка, – шипит Артур, узрев тазик у ног.

– Было ваше, стало наше, – отвечаю, помахивая над углями фанерой. Заметив вышедшую соседку, кричу: – Катюш, устроим девичник? С меня шашлыки!

– Устроим. Я как раз к Маринке и Дашу цепану, – соглашается она.

– Спасибо вам, дамы, – включает обаяние блондин. – Совсем бы пропал без вашей помощи.

– Да нам только в радость. Соседи ж должны помогать друг другу, – кокетничает Ленка, накручивая жиденькие волосы на палец.

– Да нынче соседи разные попадаются, – отвечает этот гад, бросая на меня взгляд. – Вы не знаете, где здесь можно вкусно поужинать?

– Так приходите ко мне в гости, я вас накормлю, – активизируется Люба.

– У неё сын есть, – встревает Нина, заслужив злобный взгляд от подруги. – Лучше заглядывайте ко мне.

– Не хочу вас объедать, дамы, – улыбается Артур.

– Ну что вы, не отказывайтесь. Я вас приглашаю, – кокетничает Нина.

– Ну что ж, я воспользуюсь вашим приглашением. Только приведу себя в порядок. Переоденусь.

– Мы будем ждать вас, Артур, – лепечут эти три клуши и удаляются восвояси.

Мужчина разворачивается, подмигивает мне и идёт к себе в дом. Провожаю его тяжёлым взглядом, с силой сжимая шампур. Очень хочется воткнуть это куда-нибудь под рёбра гаду. С него как с Иннокентия вода. Вообще не чувствует за собой вины!

Глава 8. Артур

Глава 8. Артур

– Я тебя практически не слышу, Артур, – тянет капризно Эва из динамика телефона.

Я её тоже слышу плохо. Потому что с соседнего двора раздается громкая музыка, слышится девичий хохот и щебет. Звукоизоляция в моём временном доме никакая. Мстительная Вреднючка вовсю развлекается за мой счёт.

Зря я всё-таки оставил тех ушлых дамочек одних в этом доме. Решил, они разойдутся сразу после моего ухода. А они чистоту наводить начали. Матрасы да подушки выбили. Занавески откуда-то надыбали и повесили. Перемыли уже помытые полы и в погреб зачем-то полезли. А Василиса, похоже, приревновала. Ну вряд ли ведь дело только в заборе?

Зато день прошёл более чем продуктивно. Я разобрался с сотовой вышкой как со средством первой необходимости. А после встретил проектировщиков, специалиста по коммуникациям и архитектора. Показал им свои наброски. Мы обсудили все этапы и посчитали примерный бюджет. Набросали бизнес-план. Дал им срок два дня, чтобы они составили чёткую дорожную карту на ближайшие три месяца, и отправил восвояси.

Из плюсов. Я наладил связь. Благо вышка уже стояла, нужно было только обновить оборудование, чтобы увеличить мощность передачи и перераспределить частоты. Инженеры за три часа справились. Привезли новые блоки, радиомодули и антенны. В общем, начало положено. Интернет и сотовую связь восстановил.

– Я в командировке, Эва. Что ты хотела? – возвращаюсь к разговору, выходя из дома на крыльцо.

–А я слышу музыку. И это полный кринж, милый. Куда тебя понесло?

– Сколько раз повторить. В Глубокие Лужи! – раздражаюсь глупым вопросам, можно было уже запомнить.

– Ты мне врёшь. Такого города нет! Хочешь со мной расстаться, наберись смелости сказать это в лицо! – огрызается Эвелина и бросает трубку.

Господи, ну почему? Почему она такая глупенькая?

Глубоко вдыхаю ароматы готовящегося мяса. Моего, чёрт возьми, мяса! И желудок предательски урчит. А ведь планы были грандиозные. Я даже не пообедал. Хотя не обедал я потому, что боялся травануться в их кафе-столовой. Но не суть.

Придётся воспользоваться приглашением одной из местных. Как её там звали? Любовь? У неё ребенок есть, значит, готовит более-менее сносно. Оттолкнувшись, спускаюсь по ступеням и иду мимо низкой изгороди, что служит забором между двумя домами. Бросаю взгляд на компанию девушек. Василиса пританцовывает, размахивая готовыми шашлыками на шампурах, и идёт к подругам, что сидят в беседке. Там у них салаты, бутылочка наполовину пустая.

Ну ничего, Вреднючка. Я тебе ещё покажу, как меня объедать.

Девушки замечают меня и переглядываются.

– Васька, это тот самый? – будто бы шёпотом вопрошает одна из них.

Блондиночка быстро оборачивается и, вздёрнув нос, отворачивается.

– Приятного аппетита, – киваю им, проходя дальше.

– Спасибо. Не хотите составить нам компанию? – кричит рыженькая.

– Прекрати, Даша! – шипит змеёй Василиса.

Она разворачивается и, уперев руки в боки, с вызовом смотрит. Всем своим видом требуя игнорировать их девичник. Широко улыбаюсь Вреднючке.

– С удовольствием, – говорю с самым невинным видом и с лёгкостью перепрыгиваю изгородь.

В первую очередь бросаю взгляд на огороженный курятник и на цепного гуся, что стоит у калитки и тоже смотрит на меня как на личного врага. Такой же вредный, как и его хозяйка. Явно намеревается меня загрызть.

Бодро подхожу к трём подругам. Они двигаются и указывают на свободную лавочку. Освобождают одну тарелочку от овощей, перекладывая их на другую. Мясо в большом блюде двигают и на салаты показывают.

– Я Дарья, – кокетничает рыжая. – Это Катя и Марина.

– Артур. Приятно познакомиться, – киваю я.

Василиса демонстративно крутит шампуры у мангала, а девушки ухаживают за мной.

– Берите, Артур, Васька шашлыки жарит – просто пальчики оближешь! – говорит Катя. Она постарше из девчонок, возможно, даже замужем.

– Вы пьёте? У нас тут наливка на розах. Крепенькая в этот раз вышла, – встревает Даша.

– Никогда не пробовал наливки, – честно признаюсь, и мне щедро наливают в гранёный стакан.

Мы дожидаемся хозяйки сегодняшнего мероприятия. Блондиночка поджимает губы, садится напротив и всем своим видом показывает, как я её бешу.

– За вас, девушки. И за главного повара. Столько талантов пропадает, – с иронией тяну.

– Да, Васька у нас просто клад, – соглашается Катя. – Её вся деревня на руках готова носить.

– Кать, перестань, пожалуйста, – ворчит блондинка.

– Не смущайся, это ведь правда. Она у нас и ветеринар, и врач, и медсестра. Лёвка, сын мой, спину надорвал, капельницы назначили. Ехать в райцентр он не мог, Васька ему ставила прямо на дому.

– Да, а у нашего председателя дочь рожать в ночи начала. Васька роды принимала, – продолжает Марина.

– И Сёму спасла из реки, представляете? Дурень по пьяни на тракторе в речку свалился. Чуть не утонул. Вытянула его и откачала.

– А вспомни, как ты прогнала тех толстосумов, – пихает Даша молчаливую Василису.

– Что за толстосумы? – прищуриваюсь я.

– Пару лет назад приехал столичный олигарх со своей свитой. Хотел выкупить земли. А вековой бор, где мы с девчонками землянику вёдрами собирали да грибы мешками носили, хотел скосить под чистую. Васька всё взяла в свои руки. Написала губернатору очень грамотное обращение. За пару дней почти тысячу подписей собрала. Подняла московские связи и достала документы, что лес – природоохранная зона, и ткнула олигарху. Пообещала затаскать по судам и натравить прокуратуру. Так он быстро свернул свои планы и укатил несолоно хлебавши.

– Надо же, сколько талантов, – хмыкаю, понимая, что не с председателем нужно налаживать контакт. Надо укротить одну Вреднючку, чтоб она мне ничего не испортила.

– Давайте уже сменим тему? – бурчит Василиса.

– А ещё она очень скромная, – хихикает Катя. – Кстати, спасибо вам ещё раз за работёнку, что вы моему Сёме подкинули. Если вам нужно ещё что починить. Мои мальчишки очень способные.

Мысленно чертыхаюсь, поняв, кто именно сдал меня. Но ничего не говорю, просто киваю.

Девчонки меняют тему, подкладывают мне ещё мяса. Кстати, не обманули. Василиса умеет-таки жарить шашлыки. Очень сочные и не пересушенные. Пока я наедаюсь до отвала, подруги пытаются развеселить блондиночку. Обсуждают местных мужиков.

– Пойду котят покормлю, – бурчит Вася, заметив идущего родственника в компании участкового.

– Тебе помочь? – активизируюсь я и нарываюсь на изумлённый взгляд Вреднючки.

– Я твоему деду утром помогал их кормить, – кстати, правду говорю. – И они ещё живы.

– Сама справлюсь, – фыркает она и пропадает в доме.

– Вот это поляна! – хлопает в ладони старик.

Поднимаюсь, чтобы место чуть освободить. Стул где-нибудь ещё раздобыть. И натыкаюсь на злобно скривившегося участкового.

– Тебя-то я как раз таки и искал, – басит он, хватая меня за локоть. – Отойдём, перетрём.